Дело № 2-1040/2018 

05 сентября 2018 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Приморский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Петухова Д.В.,

при секретаре Кононенко Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки и судебных расходов, по иску ФИО2 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения, неустойки, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения в размере 399700 рублей, неустойки в размере 347739 рублей, компенсации морального вреда в размере 30000 рублей, штрафа, расходов на составление заключения эксперта в размере 4000 рублей, расходов на изготовление дубликата экспертного заключения в размере 1200 рублей, расходов на оплату юридически услуг в размере 15000 рублей, ссылаясь в обоснование заявленных требований на то, что 20 апреля 2017 года в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине водителя ФИО13 управлявшего автомобилем № причинен ущерб принадлежащему ему автомобилю № Автогражданская ответственность виновника на момент ДТП была застрахована в ПАО СК «Росгосстрах». Истец обратился к страховщику с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения, однако ответчик в признании случая страховым отказал, ссылаясь на несоответствие повреждений заявленным событиям.

Истец не соглашаясь с мотивами отказа обратился в независимую оценочную компанию для составления отчета об оценке ущерба, согласно полученному заключению стоимость восстановительного ремонта поврежденного автомобиля составила 374 132 рубля с учетом износа, УТС определена в размере 25 568 рублей. Направленная ответчику истцом 07 июля 2017 года претензия с представлением указанного заключения оставлена страховщиком без удовлетворения, в связи с чем для защиты своих нарушенных прав истец был вынужден обратиться в суд.

Определением судьи от 11 августа 2017 года исковое заявление ФИО1 принято к производству Приморского районного суда Санкт-Петербурга с присвоением номера №2-10654/2017.

ФИО2 также обратился в Приморский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения в размере 329 000 рублей, неустойки в размере 3 290 рублей за каждый день просрочки обязательств с 03 июня 2017 года до дня принятия судом решения, компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, штрафа, расходов на составление доверенности в размере 1 200 рублей, расходов по оплате независимой оценки в размере 4 000 рублей, расходов на оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей, ссылаясь в обоснование требований на то, что он также являлся участником дорожно-транспортного происшествия 20 апреля 2017 года, виновным в котором признан водитель ФИО15 В результате столкновения причинен ущерб автомобилю истца № Истец обратился в страховую компанию виновника ДТП ПАО СК «Росгосстрах», отказавшую в выплате страхового возмещения со ссылкой на образование повреждений автомобиля истца не в результате заявленных событий ДТП. Истец обратился в независимую оценочную компанию, согласно заключению которой стоимость восстановительного ремонта автомобиля № определена в размере 329 000 рублей. Претензионное письмо истца оставлено ответчиком без удовлетворения в связи с чем он обратился с настоящим иском в суд.

Определением судьи от 04 декабря 2017 года исковое заявление принято к производству Приморского районного суда Санкт-Петербурга с присвоением номера №2-13901/2017.

Определением Приморского районного суда Санкт-Петербурга от 26 февраля 2018 года гражданские дела №2-1040/2018 (№2-10654/17) и №2-3290/2018 (№2-13901/2017) объединены в одно производство с присвоением гражданскому делу №2-1040/2018.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 – ФИО3 исковые требования поддержала, просила его удовлетворить по изложенным в нем основаниям, не согласившись с выводами судебной экспертизы.

В судебном заседании представители истца ФИО2 – ФИО4 и ФИО5 иск поддержали, просили его удовлетворить по изложенным в нем основаниям, не согласившись с выводами судебной экспертизы.

Представитель ответчика ПАО СК «Росгосстрах» указал на отсутствие правовых оснований для удовлетворения иска в связи с неотносимостью заявленных повреждений к обстоятельствам заявленного дорожно-транспортного происшествия.

Выслушав представителей сторон, изучив материалы настоящего гражданского дела, обозрев материал проверки по факту ДТП №№ допросив эксперта ФИО6, оценив представленные доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 20 апреля 2017 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля № принадлежащего ФИО16 и находившегося под его управлением, автомобиля № принадлежавшего ФИО1 и находившегося под управлением ФИО7 и автомобиля №, принадлежащего ФИО2 и находившегося под его управлением.

Согласно постановлению инспектора ДПС ОГИБДД УМВД России по Невскому району Санкт-Петербурга ФИО8 от 21 апреля 2017 года дорожно-транспортное происшествие произошло в результате нарушения водителем ФИО17 п. 9.10 ПДД РФ, а именно избрания такой дистанции до впереди движущегося транспортного средства Шкода, которая не позволила избежать столкновения с ним, что повлекло столкновение автомобиля Шкода с автомобилем БМВ.

Автогражданская ответственность ФИО18 на момент ДТП была застрахована по полису ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах». 

22 апреля 2017 года собственник поврежденного транспортного средства Шкода Octavia государственный номер 

<

***> ФИО1 обратился с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения.

01 июня 2017 года с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страхового возмещения обратился собственник транспортного средства № ФИО2

Письмами от 02 июня 2017 года ПАО СК «Росгосстрах» отказало потерпевшим в признании случая страховым и выплате страхового возмещения по причине несоответствия имеющихся повреждений транспортных средств заявленным обстоятельствам ДТП от 20 апреля 2017 года.

Между сторонами возник спор относительно обстоятельств образования заявленных повреждений автомобилей потерпевших по описанным в заявлениях о страховых случаях событию и как следствие по величине ущерба, причиненного транспортным средствам, в связи с определением суда от 26 февраля 2018 года по делу назначена судебная экспертиза.

Согласно заключению судебной экспертизы №18267-2-1040, выполненному ООО «ПроЭксперт», механизм образования механических повреждений автомобиля №, зафиксированных в материалах гражданского дела, в полном объеме противоречит заявляемым обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 20 апреля 2017 года. Рассчитать стоимость восстановительного ремонта механических повреждений автомобиля БМВ Х6, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия 20 апреля 2017 года не представляется возможным.

Механизм образования механических повреждений автомобиля № зафиксированных в материалах гражданского дела, в полном объеме противоречит заявляемым обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 20 апреля 2017 года. Рассчитать стоимость восстановительного ремонта механических повреждений автомобиля Шкода, полученных в результате дорожно-транспортного происшествия 20 апреля 2017 года не представляется возможным. Расчет рыночной стоимости и величины утраты товарной стоимости автомобиля № не целесообразен ввиду отсутствия объема повреждений автомобиля в отношении которых может быть произведен расчет утраты товарной стоимости.

В силу ч. 1 ст. 85 Гражданского процессуального кодекса эксперт обязан дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам и направить его в суд, назначивший экспертизу.

В соответствии со ст. 8 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. По смыслу ст. 16 указанного закона эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

Согласно положениям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса эксперт дает заключение в письменной форме. Заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Исходя из содержания ст. 80 Гражданского процессуального кодекса за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупреждается судом или руководителем судебно-экспертного учреждения, если экспертиза проводится специалистом этого учреждения, об ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ.

По ходатайству истцовой стороны в судебное заседание был вызван и допрошен судом эксперт ФИО6, который подтвердил выводы, изложенные в представленном заключении, указав, что представленных судом материалов было достаточно для ответа на поставленные судом вопросы, при этом имеющееся образование и квалификация позволила провести вышеуказанное исследование.

Отвечая на вопросы представителей истцов эксперт пояснил, что действующее законодательство такого требования к эксперту трассологу как включенность его в реестр экспертов-техников не содержит, более того наличие эксперта в реестре не подтверждает его квалификацию, поскольку не сопровождается сдачей экзамена, иной проверкой квалификации. 

Эксперт указал, что исследование производилось по представленным материалам дела, фотоматериалам выплатного дела, представленным ответчиком, в том числе содержащимся на электронном носителе информации, содержащим среди прочих фотоматериалов, фотографию с места ДТП, на которой автомобиль Шкода запечатлен на месте ДТП с бампером не имеющим повреждений, однако на фото осмотра автомобиля страховщиком бампер был в поврежденном виде с вмятиной справа. 

Исследуя обстоятельства дорожно-транспортного происшествия и объем повреждений, полученных автомобилями истцов, эксперт указал на несоответствие как объяснений сторон, фактических областей повреждений, так и конечных положений транспортных средств.

Так, согласно пояснениям водителя автомобиля Шкода, данным в рамках материала проверки ДТП он двигался от ул. Фаянова по ул. 2-ой Луг в сторону ул. Седова в Санкт-Петербурге в темное время суток около 23 часов, в районе дома 11 намеревался совершить маневр разворота в момент которого почувствовал удар в заднюю часть автомобиля, в результате чего автомобиль вылетел на встречную полосу и совершил столкновение с автомобилем БМВ Х6 двигавшемся во встречном направлении.

Вместе с тем, при сопоставлении автомобилей Шкода и Киа, изучения областей их взаимодействия, экспертом установлено, что при развитии ДТП по изложенной версии, автомобиль Шкода не мог сместиться на встречную полосу, кроме того при ударном воздействии позади двигавшегося за ним автомобиля Киа повреждение заднего бампера не могло быть локализовано в задней правой части. При исследовании удара исходя из момента его возникновения в момент начала разворота автомобиля Шкода, экспертом указано также на то обстоятельств, что повреждение зафиксированное на фото осмотра автомобиля Шкода не соответствует расположению которое должно было быть при боковом ударе. Соответственно не мог двигаться и автомобиль Киа позади автомобиля Шкода, поскольку имеющийся удар характерен для повреждения, полученного при боковом движении автомобиля. 

Также экспертом указано, что у автомобиля Шкода в месте удара имеется усилитель бампера, соответственно при ударном воздействии в бампер замятие должно было образоваться не у автомобиля Шкода, а у автомобиля Киа.

Отвечая на вопрос представителя истца об обоснованности вывода о несоответствии конечных положений автомобилей, эксперт указал, что версия о смещении автомобиля БМВ после удара своим ходом к тротуару не соответствует техническим особенностям данной модели, согласно которым система безопасности при ударном воздействии в переднюю часть, блокирует запуск двигателя, в связи с чем восстановление его возможности самостоятельно передвигаться вне зависимости от силы удара возможно только техническим специалистом. При таких обстоятельствах, конечное положение автомобилей принято экспертом исходя из зафиксированного на схеме ДТП, которая участниками не оспорена, водителями подписана с указанием согласия со схемой.

При исследовании контактного взаимодействия автомобилей Шкода и БМВ Х6 экспертом установлено, что следов совпадающих с областями воздействия при проектировании описанного сторонами столкновения не обнаружено, при этом имеющиеся следы воздействия не совпадают ни по высоте расположения, ни по размеру следа.Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, в совокупности с показаниями допрошенного судом эксперта, суд приходит к выводу о том, что оно содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на вопросы, требующие специальных познаний, в обоснование сделанных выводов экспертом приведены соответствующие данные из имеющихся в распоряжении эксперта документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации эксперта, его образовании, стаже работы. 

Не доверять заключению эксперта, предупрежденного судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, у суда оснований не имеется. Заключение судебной экспертизы полностью соответствуют требованиям законодательства, выводы экспертом подробно мотивированы и оснований не доверять им у суда не имеется.

Несогласие истцов с выводами эксперта является субъективной оценкой и не может по умолчанию, без наличия каких-либо выявленных нарушений при составлении экспертного заключения служить основанием для не принятия его судом.

Отклоняя ходатайство истцовой стороны о назначении дополнительной экспертизы, суд исходит из того обстоятельства, что экспертом даны ответы на все поставленные судом вопросы, исследовательская часть заключения согласуется с выводами эксперта, неясностей в заключении не содержится.

Представленная истцом ФИО1 рецензия специалиста на заключение судебной экспертизы не дает оснований для назначения повторной экспертизы или несогласия с выводами судебного эксперта, поскольку выполнена специалистом без исследования материалов дела, которые имелись в распоряжении эксперта, указанные специалистом недостатки носят субъективный оценочный характер (неисследованость каких-либо фотографий, отсутствие детального описания исследования и т.п.). Указание на отсутствие масштабного моделирования объектов столкновения противоречит содержанию заключения, поскольку представленные моделирования экспертом областей столкновения транспортных средств представлены с учетом их параметров высоты, ширины и т.п. При этом в заключении имеются фотоматериалы с фиксацией соотношений элементов реальным размерам посредством указания измерительной линейки. 

Кроме того, указание специалиста на несоответствие исследования Единой методике несостоятельно ввиду неприменимости указанных положений при производстве автотехнического исследования. Единая методика представляет собой нормы и правила проведения оценочных исследований на предмет размера ущерба, а не на предмет обстоятельств столкновения транспортных средств.

Доводы представителей истцов о неизвестности источника производства фотографии №10 представленной в заключении эксперта, суд находит несостоятельными, поскольку как обоснованно указано экспертом данная фотография имелась в материалах выплатного дела, представленного суду ПАО СК «Росгосстрах» еще в феврале 2018 года, в связи с чем у сторон имелось достаточно времени для ознакомления и заявления возражений против ее приобщения, однако таких возражений заявлено не было.

При этом суд обращает внимание, что на спорной фотографии на месте происшествия автомобиль Шкода запечатлен без повреждений заднего бампера.

Доводы представителей истцов о том, что эксперт не обладает необходимой квалификацией, поскольку эксперт не состоит в реестре техников подлежат отклонению ввиду следующего.

Так, в соответствии п. 2.1 Положения о Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства" (утв. Банком России 19.09.2014 N 432-П) в рамках исследования устанавливается возможность или невозможность получения транспортным средством потерпевшего повреждений при обстоятельствах, указанных в заявлении о страховом случае, в документах, оформленных компетентными органами, и в иных документах, содержащих информацию относительно указанных обстоятельств.

Однако, п. 2.4 Методики предусмотрено, что если для установления обстоятельств и причин образования повреждений транспортного средства требуются знания в специальных областях науки и техники, соответствующие исследования проводятся в рамках экспертиз по соответствующим экспертным специальностям.

Таким образом, нормативно-правовыми актами не установлено, что эксперты, необходимость в познаниях которых дополнительно возникает в ходе исследования транспортного средства, должны состоять в вышеуказанном реестре наравне с экспертами-техниками, требования к которым установлены п. 4 ст. 12.1 Федерального закона от 25.04.2002 г. N 40-ФЗ, Приказом Минтранса России от 22.09.2016 г. N 277 "Об утверждении требований к экспертам-техникам, осуществляющим независимую техническую экспертизу транспортных средств, в том числе требований к их профессиональной аттестации, оснований ее аннулирования".

При таких обстоятельствах суд считает возможным согласиться с полученным заключением судебной экспертизы, указывающей на несоответствие повреждений транспортных средств истцов заявленным обстоятельствам ДТП от 20 апреля 2017 года.

Согласно ст. 1 Федерального закона № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховой случай - наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховое возмещение.

По договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Таким образом, основанием для выплаты страхового возмещения является наступление события, в результате которого возникает гражданская ответственность страхователя в настоящем случае ФИО19

Согласно ч. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с пунктом 1 статьи 4 Федерального закона от 25.04.2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены настоящим Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Как следует из пункта 1 статьи 6 Федерального закона от 25.04.2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" объектом обязательного страхования являются имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства на территории Российской Федерации.

Как следует из пункта 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 г. N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Аналогичная по своему содержанию норма, содержится и в абзаце 11 статьи 1 Федерального закона от 25.04.2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств".

Исходя из приведенных правовых норм обстоятельствами, имеющими значение при рассмотрении настоящего дела, являются наличие и размер вреда, противоправность действий его причинителя, причинно-следственная связь между такими действиями и возникновением вреда, вина причинителя.

Следовательно, право на получение страховой выплаты от страховой компании по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств имеет потерпевший в случае противоправных виновных действий причинителя вреда, повлекших причинение вреда имуществу потерпевшего.

На основании изложенного, оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для возложения на ответчика ПАО СК «Росгосстрах» обязанности по возмещению истцу ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия 20.04.2017 года, поскольку в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцами не представлено суду доказательств, неопровержимо свидетельствующих о противоправном поведении причинителя вреда и о наличии причинно-следственной связи между его виновными действиями и наступившими последствиями, а следовательно и наступлении страхового случая.

При этом судом также принимается во внимание, что фиксирование повреждений в справке о дорожно-транспортном происшествии от 20.04.2017 года не подтверждает факт причинения заявленных истцами повреждений принадлежащих им автомобилей именно при обстоятельствах указанного происшествия.

Материалы проверки являются лишь фиксацией, со слов водителей, обстоятельств дорожно-транспортного происшествия с участием вышеуказанных автомобилей, но не подтверждают реального дорожного происшествия 20.04.2017 года с указанными транспортными средствами, и получения именно в этот день технических повреждений транспортных средств. При этом сотрудниками ГИБДД не решался вопрос о соответствии повреждений вышеуказанных автомобилей обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что имеющиеся как на автомобиле №, так и на автомобиле № повреждения получены при иных обстоятельствах и к заявленному страховому случаю не относятся, в связи с чем не подлежат возмещению страховщиком.

То обстоятельство, что повреждения в автомобилях истцов получены в ином месте, в иное время и при иных обстоятельствах, исключает возможность признания указанного случая страховым, поскольку невозможно установить все сопутствующие события происшедшего, наличие или отсутствие состояния опьянения (поскольку неизвестно, кто управлял автомобилем в момент причинения автомобилю повреждений), также неизвестно, на какой территории произошло повреждение автомобиля - на территории России или за ее пределами.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований истцов о взыскании страхового возмещения.

Принимая во внимание, что в удовлетворении требований о взыскании страхового возмещения отказано, не подлежат удовлетворению и производные исковые требования о взыскании неустоек и штрафа.

Учитывая, что в ходе рассмотрения дела судом не установлено нарушений ответчиком прав и законных интересов истцов как потребителей, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований исков в части взыскания денежной компенсации морального вреда.

Распределение судебных расходов между сторонами регламентировано главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в частности статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Принимая во внимание, что в удовлетворении требований отказано в полном объеме, то судебные расходы в виде оплаты услуг оценки, услуг представителя, нотариальных услуг, понесенные истцами возмещению за счет ответчика не подлежат.

Учитывая изложенное и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 67, 98, 100, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 – отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Приморский районный суд Санкт-Петербурга.

В окончательной форме решение суда принято 05 октября 2018 года.

Судья