Дело № 2-779/2019 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

09 июля 2019 года Лысьвенский городской суд Пермского края в составе судьи Ведерниковой Е.Н., при секретаре Наугольных Д.С., рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Лысьве гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, от 05.02.2018, прекращении права собственности ФИО2, ФИО4, ФИО3 в размере по ? доли каждого в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, а также признании за ним права собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

В иске указал, что с 2002 года он состоял с ФИО2 в зарегистрированном браке, в 2007 году брак расторгли. В браке родился общий ребенок – сын Данил. До брака с ответчиком ФИО2 в 2000 году по договору купли-продажи от 04.10.2000 он приобрел в личную собственность недвижимое имущество в виде жилого дома и земельного участка, расположенные по адресу: 

<

...> После расторжения брака он передал ФИО2 деньги в сумме 360000 руб. для приобретения жилья для нее и их общего ребенка. Полагает, что по соглашению сторон после расторжения брака между ним и ответчиком ФИО2 раздел имущества фактически произошел. Однако, ФИО2 использовала данные денежные средства не по назначению, передав их третьему лицу. После случившегося они решили вновь проживать совместно в спорном жилом доме, вместе с ними также проживали дети ФИО3 с ребенком и ФИО4 В 2018 году ответчики попросили его подписать завещание на спорное имущество, при этом, утверждали, что завещание будет иметь силу только после его смерти. Он согласился и подписал все необходимые документы, полагая, что до своей смерти остается собственником спорного имущества, а после его смерти имущество будет поделено по долям. Правоустанавливающие документы на данное имущество ответчики после оформления сделки ему вернули. После подписания документов он проживал в доме, никуда не выезжал, оплачивал все расходы, нес бремя содержания спорного имущества. Затем начались конфликты с ответчиками, и он вынужден был переехать жить в гараж. В мае 2019 года он узнал о том, что дом и земельный участок находятся в долевой собственности на основании договора дарения от 14.02.2018. Согласно данному договору дарения от 14.02.2018 он подарил принадлежащее ему на праве собственности недвижимое имущество в виде жилого дома и земельного участка по адресу: 

<

адрес> по ? доли в праве собственности каждому: ФИО2, ФИО3 и ФИО4 Переход право собственности на спорные объекты недвижимости зарегистрированы в установленном законом порядке. На момент заключения договора, учитывая его возраст, состояние здоровья, он был введен в заблуждение ответчиками относительно природы сделки. Подписывая договор, он считал, что подписывает завещание, и в результате данной сделки дом и земельный участок останутся в его собственности до момента его смерти. Подписывая договор, он не предполагал, что лишается единственного места жительства, намерения произвести безвозмездное отчуждение жилого помещения не имел. Считает, что при оформлении договора ответчики ввели его в заблуждение относительно природы сделки, обманули его, так как он полагал, что оформил завещание. Просит признать договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, от 05.02.2018, недействительным, прекратить права собственности ФИО2, ФИО4, ФИО3 в размере по ? доли каждого в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, а также признать за ним права собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>.

В судебном заседании ФИО1 требования поддержал по доводам, изложенным в иске. Дополнил, что с ответчиком ФИО2 совместно стали проживать примерно 20 лет назад, сначала жили без регистрации брака, в 2001 году барак зарегистрировали, в 2008 году брак расторгли. От совместного проживания у них родился общий сын Данил, также он(ФИО1) удочерил дочь ФИО2 - ФИО5 от первого брака. Спорное имущество он приобрел на свои собственные средства в период совместного проживания с ответчиком ФИО2, но до регистрации их брака. Инициаторами оформления сделки были ответчики, которые предложили ему выделить доли в имуществе в порядке наследования. Он согласился, поскольку полагал, что право собственности на доли к наследникам перейдет после его смерти. При оформлении в МФЦ документов ему дали подписать какие-то документы. Документы он подписал, не читая, так как был без очков, а текст был написан мелким шрифтом. При этом, ему вернули все правоустанавливающие документы на дом и земельный участок, поэтому он полагал, что все еще является единоличным собственником имущества. После оформления сделки отношения с ответчиками сильно испортились, участились конфликты, оскорбления и унижения его со стороны ответчиков, они постоянно чинили препятствия для проживания. В марте 2019 года он вынужден был переехать жить в гараж, в дом заходит в редких случаях в туалет и чтобы умыться, с ответчиками не общается. Также пояснил, что спорное имущество является его единственным жильем, другого жилья он не имеет, намерения произвести безвозмездное отчуждение данного жилого помещения он не имел. Считает, что при оформлении договора ответчики ввели его в заблуждение относительно природы сделки, обманули его, так как он полагал, что оформил завещание. Просит иск удовлетворить.

Представитель истца ФИО6 поддержала доводы истца в полном объеме. Просила исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, пояснила, что истец является ее бывшим супругом, с которым они вместе проживали в спорном жилом доме до регистрации брака и после. Спорные жилой дом и земельный участок по 

<

адрес> находился в собственности истца. После развода в 2012 году истец ее с сыном выгнал из дома, они вынуждены были жить в съемном жилье. Деньги, которые истец дал им после развода, являются их общими, на эти деньги в тот момент невозможно было купить жилье в собственность, они были потрачены на съемное жилье. Затем они вновь сошлись и стали проживать вместе. Оформление договора дарения долей в доме является личным желанием истца, он сам занимался оформлением документов. Каких-либо разговоров между ними и истцом о составлении завещания не было. С самого начала речь шла именно об оформлении договора дарения. Совместно с истцом они ходили в регистрационную палату, где истцу разъяснили все последствия договора дарения, уточняли у него, понимает ли он характер сделки, что после подписания договора собственниками спорного имущества будут также другие лица по ? доли каждый, там же истец подписал договор и все необходимые документы для регистрации сделки. С их стороны никакого давления на истца при подписании договора дарения не оказывалось. Спор по поводу договора возник после того, как она предложила истцу откладывать деньги на оплату обучения их сына. Истец отказался. Также считает доводы истца о том, что ему негде жить необоснованными, поскольку в его собственности также находится 1/4 доли в праве собственности на дом по 

<

адрес> в 

<

адрес>, где он может проживать, препятствий для проживания истцу никто не чинит. Также пояснила, что спорное недвижимое имущество является для нее с детьми единственным жильем, другого жилья они не имеют. Просила в удовлетворении иска отказать.

Ответчики ФИО4 и ФИО3 в судебном заседании также возражали против удовлетворения исковых требований истца. Просили в иске отказать.

Представитель ответчиков – адвокат Аржанцева Т.Л. в судебном заседании поддержала доводы ответчика ФИО2, дополнила, что спорный жилой дом и земельный участок были приобретены истцом совместно с ответчиком ФИО2 в период их совместного проживания на их общие денежные средства, полученные, в том числе, в результате раздела имущества их дочери ФИО3 со своим бывшим супругом. После расторжения брака в 2012 году ответчики некоторое время жили отдельно от истца, но он настаивал на воссоединении семьи, сам проявлял инициативу, чтобы вновь проживать вместе. После того, как истец и ответчик ФИО2 вновь сошлись, истец сам стал инициатором оформления договора дарения долей в доме на всех ответчиков. При этом, он понимал природу данной сделки, поскольку по данному вопросу неоднократно консультировался у других лиц. Изначально разговор между истцом и ответчиками шел именно о договоре дарения, каких-либо разговоров между ними о составлении завещания не было. Истец собственноручно подписал договор дарения. В дальнейшем отношения между истцом и ответчиком испортились, и истец решил оспорить данную сделку. Спорный жилой дом и земельный участок являются единственным жильем ответчиком, другого жилья в собственности они не имеют. Просила в иске отказать.

Представитель заинтересованного лица - Лысьвенского отдела Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Пермскому краю ФИО7 в судебное заседание не явилась, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие, в письменном отзыве указывает, что договор дарения от 14.02.2018 подписан истцом собственноручно, в договоре указаны все существенные условия договора, причин, препятствующих проведению государственной регистрации перехода права, не установлено. Доводы о том, что истец не знал, что подписывает договор дарения, считает несостоятельными. С заявлением о переходе права в регистрирующий орган истец обратился лично, заявление на переход права подписано им собственноручно. 

Заслушав лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основании договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

На основании ч 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ч.1 ст. 421 ГК РФ граждане свободны в заключении договора.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела ФИО1 и ФИО2 состояли в зарегистрированном браке с 06.09.2002 (л.д.21, 70).

13.12.2007 брак между ФИО1 и ФИО2 расторгнут (л.д. 22, 76).

Ответчики ФИО3 и ФИО4 являются детьми истца ФИО1, что подтверждается записи актов о рождении (л.д. 72, 74).

Судом установлено, что жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, ранее принадлежали на праве собственности ФИО1 на основании договора купли-продажи от 04.10.2000 (л.д. 8-9).

По договору дарения от 05.02.2018 ФИО1 (даритель) подарил по ? доли в праве собственности каждому на жилой дом и земельный участок по вышеуказанному адресу ФИО2, ФИО3 и ФИО4 (одаряемые). Одаряемые ФИО2, ФИО3 и ФИО4 дар приняли. Одаряемые приобрели право собственности на ? долю каждый в жилом доме и земельном участке после государственной регистрации перехода права собственности. С момента государственной регистрации права собственности одаряемых на ? долю в жилом доме и земельном участке считаются переданными от дарителя к одаряемым (л.д. 10-12).

Переход права собственности на спорное имущество к ответчикам зарегистрирован в установленном законом порядке 14.02.2018, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 13-15, 16-19). 

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО13 пояснил, что истец является его сыном. Сын являлся единоличным собственником жилого дома и земельного участка по 

<

адрес> в 

<

адрес>. Данное имущество истец приобретал сам, на свои личные деньги. Ранее сын говорил о том, что принадлежащее ему спорное имущество хочет оставить по наследству ответчикам по ? доли каждому. Поэтому он(Бакалдин С.Г.) был удивлен, когда узнал о том, что истец оформил именно договор дарения на данное имущество, а не завещание. Ранее о договоре дарения истец никогда не говорил, поскольку спорное имущество является его единственным жильем. Он хотел оформить именно завещание.

Свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснил, что знаком с истцом около 10 лет. Зимой 2017 года он присутствовал при разговоре истца со знакомым ФИО15. В ходе разговора истец говорил о том, что хочет передать по наследству свой дом на четырех человек. В связи с чем стал обсуждаться вопрос о наследстве, кто был инициатором этого разговора, почему у истца появилось такое желание и кому именно он хотел передать по наследству имущество, не знает, так как в суть разговора не вникал.

Истец в обоснование своих требований ссылается на то, что подписывая договор дарения квартиры, он был введен в заблуждение ответчиками, и был уверен, что подписывает завещание.

В соответствии с ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

На основании ч. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ч. 2 ст. 168 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

По смыслу вышеприведенных правовых норм, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

В силу закона указанная сделка является оспоримой, в связи с чем лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям ст. ст. 178, 179 Гражданского кодекса РФ в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки. 

В рассматриваемых судом спорных правоотношениях бремя доказывания лежит на истце. 

Между тем, истцом в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ не представлено суду допустимых доказательств того, что истец совершил сделку под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение. 

В материалах дела отсутствуют достаточные и достоверные доказательства подтверждающие доводы истца об отсутствии у него намерений на отчуждение доли в вышеуказанном жилом доме в пользу ответчиков путем оформления договора дарения, а также суду не представлено доказательств отсутствия у ФИО1 соответствующего действительности представления относительно характера сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других значимых обстоятельствах.

Из текста договора следует, что он содержит только существенные условия договора дарения, никаких иных условий, в том числе завещания имущества, договор в себе не содержит. Договор дарения составлен крупным шрифтом, все условия договора изложены понятным языком, никаких двусмысленностей в себе не содержат, содержание его понятно для человека и не имеющего юридического образования, подпись дарителя ровная, четкая. 

Доводы истца о том, что он страдает плохим зрением, и в момент подписания договора был без очков, а также его возраст, не может свидетельствовать о том, что 14.02.2018 истец заблуждался относительно совершаемого им действия и наступлении соответствующих правовых последствий, поскольку как установлено в судебном заседании, истцу на момент совершения сделки было 48 лет, он имеет среднее-специальное образование, работает в частном охранном предприятии, где необходимо прохождение соответствующего медицинского обследования. Таким образом, данные доводы не могут быть приняты во внимание.

Довод об отсутствии юридической грамотности, чем, по мнению истца, воспользовались ответчики, суд находит несостоятельным. Законодатель, определяя правила гражданского оборота, изначально не исходил из того, что все без исключения участники правоотношений обладают (или должны обладать) каким-либо объемом специальных познаний в правовой сфере, закон рассчитан на применение всеми слоями общества. Следовательно, сам по себе факт отсутствия у истца специальных познаний также не свидетельствует о его обмане ответчиками. 

При этом, к показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО13 и ФИО14 суд относится критически, так как свидетель ФИО13 является отцом истца, свидетель ФИО14 - его хорошим знакомым, поэтому заинтересованы в исходе дела, в связи с чем, их показания не могут быть признаны допустимыми доказательствами по делу. 

Таким образом, в судебном заседании не установлено оснований для признания недействительным договора дарения от 14.02.2018, как совершенного под влиянием заблуждения. Довод истца о том, что вместо завещания он подписал договор дарения, объективного подтверждения не нашел, при этом, опровергается указанными выше обстоятельствами дела. Самостоятельных оснований для применения последствий недействительной сделки не имеется. 

Кроме того, доводы истца о том, что его лишили единственного жилья, опровергаются имеющимися в материалах дела выписками из ЕГРН, из которых следует, что истец также является собственником ? доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> (л.д. 13-15, 16-19, 91-92, 94-95).

При изложенных обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: 

<

адрес>, от 05.02.2018, прекращении права собственности ФИО2, ФИО4, ФИО3 в размере по ? доли каждого в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>, а также признании за ним права собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес> – отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Лысьвенский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: