Дело № 2-137/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 февраля 2018 года город Гулькевичи 

Гулькевичский районный суд Краснодарского края в составе:

судьи Бочко И.А.,

при секретаре Чеботаревой В.Н.,

с участием истца ФИО1,

адвоката на стороне истца ФИО2, удостоверение № от 15 мая 2015 года, ордер № от 18.01. 2017 года 

представителя Отдела МВД России по Гулькевичскому району ФИО3 доверенность № от 09 января 2018 года, 

помощника прокурора Гулькевичского района Костенко А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, 

установил:

Истец обратился в суд с иском к ответчику и просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования в его пользу в размере 3000000 рублей. 

Свои требования обосновал тем, что постановлениями от 12 сентября 2012 года начальника Гулькевичского РОСП в отношении истца возбуждены два уголовных дела по ст. 315 УК РФ. Постановлением от 08 октября 2012 года указанные уголовные дела соединены в одно производство, после производства дознания дело направлено в СО ОМВД России по Гулькевичскому району, соединено с уголовными делами по ч.3 ст. 159 и ч.1 ст.201 УК РФ. 16 апреля 2014 года обвинительное заключение утверждено прокурором и направлено в суд. Рассмотрение дела в суде продолжалось с 10 июля по 19 декабря 2014 года. Приговором Гулькевичского районного суда от 19 декабря 2014 года он признан виновным по ч.3 ст. 159 УК РФ, по ч.1 ст.201 УК РФ. Постановлением Гулькевичского районного суда от 19 декабря 2014 года в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения уголовное преследование по ст. 315, ст.315 УК РФ прекращено на основании п.2 ч. 1 ст.24 УПК РФ - за отсутствием состава преступления. В связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по ст.315, ст. 315 УК РФ и прекращении в отношении него уголовного преследования в этой части за отсутствием состава преступления, истец по закону имеет право на реабилитацию, в том числе и право на компенсацию морального вреда. В соответствии со ст. 136 УПК РФ иски о компенсации морального вреда в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В процессе дознания по ст. 315, ст.315 УК РФ, которое неоднократно продлевалось и приостанавливалось, истца неоднократно допрашивали в качестве подозреваемого, проводились многочисленные обыски и иные следственные действия, в отношении него была применена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке, в помещении ООО «наименование организации», должность которого истец являлся на тот момент, был произведен обыск, изъяты документы. Истец обжаловал в суд постановления о возбуждении уголовных дел в порядке ст. 125 УПК РФ, его жалобы остались без удовлетворения. Впоследствии, в процессе дознания уже в рамках соединенного уголовного дела по ст.315 УК РФ и ст.315 УК РФ проводились обыски по месту регистрации истца, в доме его родителей, по его фактическому месту жительства, в помещении ООО «наименование организации». Истец незаконно и необоснованно объявлялся в розыск, поскольку находился в командировке. Впоследствии он еще дважды был дополнительно допрошен в качестве подозреваемого, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. В процессе дознания допрашивались многочисленные свидетели по делу. После передачи уголовного дела в СО ОМВД по Гулькевичскому району, ему было предъявлено обвинение, он был допрошен, в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. Действиями, выразившимися в незаконном возбуждении в отношении него уголовного дела, незаконном привлечении к уголовной ответственности, применении меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке и меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, а также иными действиями, связанными с уголовным преследованием, истцу причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях. Он испытывал нравственные страдания в связи с самим фактом незаконного привлечения его к уголовной ответственности за совершение преступлений, и избрания меры пресечения, поскольку этим было совершено посягательство на принадлежащие ему от рождения и в силу закона нематериальные блага: достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которых не совершал, честное и доброе имя, деловую репутацию, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства. Привлечением к уголовной ответственности были опорочены его честь, достоинство и деловая репутация. В тот период времени истец являлся должность ООО «наименование организации». За время работы он всегда старался добросовестно исполнять свои должностные обязанности, поэтому привлечение его к уголовной ответственности, тем более за преступления, связанные с деятельностью организации, где он являлся должность, крайне негативно повлияло на его взаимоотношения с коллективом. Сведения о привлечении его к уголовной ответственности стали достоянием большого круга лиц - родственников, знакомых, коллег по работе и граждан, с которыми ему приходилось общаться по работе, в качестве должность ООО «наименование организации». Он вынужден был объяснять всем, что не виноват, и никаких преступлений не совершал. Переживания ему причиняли и сами вызовы в Гулькевичский РОСП и СО ОМВД по Гулькевичскому району, производство следственных действий с его участием, неоднократные допросы дознавателем и следователем в качестве подозреваемого и обвиняемого. Он не признавал свою вину, обжаловал постановления о возбуждении уголовных дел, жалобы остались без удовлетворения, уголовное дело было направлено в суд, где он находился в статусе подсудимого. За время дознания, предварительного и судебного следствия он затратил много душевных сил, так как ранее никогда не привлекался к уголовной ответственности. Большим стрессом для него явилось то обстоятельство, что в период уголовного преследования он потерял семью, так как в связи с длительным уголовным преследованием его супруга, не выдержав постоянной напряженной атмосферы в семье и работе, сложившейся в связи с обысками, допросами и иными следственными действиями, расторгла с ним брак. Результатом незаконных действий правоохранительных органов стала утрата деловой репутации, психологического благополучия, душевного равновесия, распад семьи, утрата его работоспособности и работоспособности коллектива ООО «наименование организации», что сложилось на убытках ранее процветающей организации и привело организацию к банкротству. В данной организации он был учредителем с долей в уставном капитале 75%, и банкротство организации резко отложилось на его финансовом положении. 

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объеме по изложенным в иске основаниям. Пояснил, что представленными доказательствами его требования подтверждены полностью. Возражения сторон голословны, представители ответчика и третьих лиц не владеют ситуацией и не знакомы с материалами уголовного дела. Дело было возбуждено, а прекращено только в суде, хотя следователю после соединения дел ничего не стоило прекратить незаконно возбужденные уголовные дела по ст. 315 УК РФ. 

Представитель истца адвокат Воливач Н.И. исковые требования ФИО1 поддержала в полном объеме по изложенным в иске основаниям. Просила учесть при определении размера компенсации длительность дознания и следствия в отношении ФИО1, проведение многочисленных обысков, допросов, применение меры процессуального принуждения, а затем и меры пресечения. Просила удовлетворить иск в полном объеме, а также взыскать расходы на представителя в сумме 35000 рублей. 

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации, надлежаще уведомленный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился. В направленном в суд отзыве дело просил рассмотреть в отсутствие представителя, не согласился с размером заявленной ко взысканию истцом компенсации морального вреда. Указал, что при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. При взыскании средств в возмещение вреда, причиненного в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности с Минфина России за счет казны РФ в пользу граждан основным критерием, влияющим на размер присуждения суммы, является длительность срока нахождения гражданина под стражей. Также на сумму присуждения влияют дополнительные критерии: избрание в отношении гражданина меры пресечения в виде подписки о невыезде; правовой статус лица (военнослужащий сотрудник органов внутренних дел, государственный служащий, общественный деятель, предприниматель и т.д.); увольнение с работы; ухудшение здоровья вследствие незаконного привлечения к уголовной ответственности; проблемы в семейной жизни, возникшие вследствие незаконного осуждения. На основании статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Истец указывает, что ему причинен моральный вред, не представил доказательств, с достоверностью подтверждающих наличие и степень нравственных и физических страданий, причиненных в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности. 

Представитель третьего лица Отдела МВД Росси по Гулькевичскому району ФИО3 иск не признала, пояснила суду, что описываемые истцом процессуальные действия в период с 12 сентября 2012 года по 22 мая 2013 года проводились Гулькевичским РОСП. Отделом МВД России по Гулькевичскому району процессуальные действия с участием истца или проведенные в отношении него, проводились в связи с вменением истцу совершения преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ и ч. 1 ст. 201 УК РФ, осуществленными сотрудниками Отдела с момента возбуждения соответствующих уголовных дел, то есть с 31 мая и 02 июля 2013 года. Доводы истца о том, что в результате применения меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, он был лишен возможности выезжать за пределы Краснодарского края, не обоснованы, доказательств данного обстоятельства истцом не представлено. Истцом не представлено доказательств того, что он обращался к следователю, прокурору или иному должностному лицу за разрешением на выезд из города и ему было отказано в этом. Постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО1 по ст. 315, 315 УК РФ вынесено 19.12.2014 года, вступило в законную силу 30.12.2014 года, однако истец обратился с рассматриваемым иском только 19.12.2017 года. Даже предполагая добросовестность истца, нельзя исключить возможности предъявления иска о компенсации морального вреда с целью извлечения для себя прибыли тогда, когда реально нравственных или физических страданий истец не испытывает. Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. В соответствии с разъяснениями Пленума Верховною Суда РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», к лицам, имеющим право на реабилитацию, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, не относятся, в частности, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его. Таким образом, у истца отсутствует право на компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения по ст. 315, ст. 315 УК РФ и прекращении в отношении истца уголовного преследования в этой части за отсутствием состава преступления при одновременном признании истца приговором Гулькевичского районного суда от 19.12.2014 года виновным по ч.3 ст. 159 УК РФ и ч.1 ст.201 УК РФ, что в соответствии со ст. 15 УПК РФ является более тяжкими преступлениями, чем предусмотренные ст. 315 УК РФ.

Представитель третьего лица Управления ФССП по Краснодарскому краю, надлежаще уведомленный о месте и времени судебного разбирательства, в суд не явился. В направленном в суд отзыве дело просил рассмотреть в отсутствие представителя, не согласился с требованиями истца. Указал, что в постановлении от 19 декабря 2014 года не содержится указания о признании за истцом права на реабилитацию, что является основанием для возмещения причиненного вреда. При определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимании обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность содержания под стражей, вид исправительного учреждения, где лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Истцом не представлено доказательств в обоснование своих требований о компенсации морального вреда и причинно-следственной связи между его уголовным преследованием, расторжением брака и банкротством ООО «наименование организации». Требование о компенсации морального вреда не связано с неблагоприятными изменениями в имущественном положении гражданина и не направлено на его восстановление. 

Помощник прокурора Гулькевичского района Костенко А.В. требования истца считает обоснованными, подлежащими частичному удовлетворению, размер компенсации полагает несоразмерно завышенным. Пояснил, что истцом не доказаны физические и нравственные страдания. Довод истца о том, что вследствие незаконно возбужденного уголовного дела был расторгнут брак, несостоятелен, поскольку уголовное дело возбуждено 12 сентября 2012 года, первые процессуальные действия по нему проведены 28 сентября 2012 года, брак расторгнут через 6 дней после возбуждения уголовного дела, когда никакие процессуальные действия не проводились. Довод о том, что подконтрольная истцу компания обанкротилась, также несостоятелен, так как ООО «наименование организации» осуществляла деятельность по обслуживанию многоквартирных домов. Возбуждение уголовного дела в отношении ФИО1 по факту незаконного неисполнения решений суда на деятельности компании не отразилось никак. После банкротства ООО наименование организации», где ФИО1 был должность, он учредил новое юрлицо – ООО наименование организации», осуществлял деятельность по извлечению прибыли. По физическим страданиям истец не сказал ни слова. Не доказал, какие нравственные страдания испытывал. Выражает негативное, предвзятое, отрицательное отношение к сотрудникам ФССП и органам полиции, поскольку в отношении него имелось несколько возбужденных исполнительных производств. Полагает, что возбуждением уголовного дела отчасти были причинены истцу нравственные страдания, разумным и справедливым считает их компенсацию в 5000 рублей. Расходы на представителя считает завышенными, полагает с учетом проведенной работы и участием в судебных заседаниях разумными и обоснованными расходы в 10000 рублей.

Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, находит, что исковые требования истца обоснованны и подлежат частичному удовлетворению.

Конституция Российской Федерации, провозглашая человека, его права и свободы высшей ценностью, а признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина – обязанностью государства (статья 2), гарантирует каждому право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).

Конституционным гарантиям находящегося под судебной защитой права на возмещение вреда корреспондируют положения Всеобщей декларации прав человека 1948 года (статья 8), Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 года (подпункт «а» пункта 3 статьи 2, пункт 5 статьи 9, пункт 6 статьи 14), Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 года (пункт 5 статьи 5) и Протокола № 7 к данной Конвенции (статья 3), закрепляющие право каждого, кто стал жертвой незаконного ареста, заключения под стражу или осуждения за преступление, на компенсацию.

В Российской Федерации в уголовном судопроизводстве право граждан на реабилитацию и порядок его реализации закреплены в нормах главы 18 УПК РФ.

Применительно к стадиям уголовного судопроизводства к лицам, имеющим право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, с учетом положений пункта 1 части 2 статьи 133 УПК РФ относится подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ.

Судом установлено, что 12 сентября 2012 года начальником Гулькевичского районного отдела судебных приставов УФССП России по Краснодарскому краю в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по ст. 315 УК РФ - злостное неисполнение решения суда по делу №2-596/2011, вступившему в законную силу 30 августа 2011 года о передаче собственникам помещений документов на многоквартирный дом 

<

адрес>. Основанием для возбуждения уголовного дела явилось наличие достаточных данных, указывающих, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ст. 315 УК РФ.

Также 12 сентября 2012 года начальником Гулькевичского районного отдела УФССП России по Краснодарскому краю в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по ст. 315 УК РФ - злостное неисполнение решения суда по делу №2-788/2011, вступившему в законную силу 08 сентября 2011 года о передаче собственникам помещений документов на многоквартирный дом 

<

адрес>. Основанием для возбуждения уголовного дела явилось наличие достаточных данных, указывающих, что в действиях ФИО1 усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ст. 315 УК РФ.

08 октября 2012 года указанные уголовные дела соединены в одно производство с присвоением №.

В рамках дознания проведены допросы истца в качестве подозреваемого (27 сентября и 04 октября 2012 года), применена мера процессуального принуждения (отобрано обязательство о явке 27 сентября и 04 октября 2012 года), 11 октября 2012 года проведен обыск в ООО наименование организации» с целью отыскания технической документации на дом 

<

адрес> и дом 

<

адрес>, 24 октября 2012 года проведены обыски в 

<

адрес> по месту регистрации истца, в 

<

адрес> по месту фактического жительства истца, 25 октября 2012 года проведен допрос свидетеля Р.Л. (бывшей супруги истца). 09 ноября 2012 года ФИО1 ознакомлен с обвинительным актом по ст. 315 УК РФ. Прокурором обвинительный акт не утвержден, дело направлено для производства дополнительного дознания, срок дознания продлен до 28 января 2013 года. 17 января 2013 года дознавателем вынесено постановление о розыске подозреваемого ФИО1 в связи с неявкой по вызову дознавателя, ему избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде. После возобновления дознания его срок продлен до 23 мая 2013 года. 29 апреля 2013 года производство дознания приостановлено, после возобновления срок дознания установлен до 14 июня 2013 года. 21 мая 2013 года проведен дополнительный допрос подозреваемого.

22 мая 2013 года уголовное дело по обвинению ФИО1 по ст. 315 УК РФ, ст. 315 УК РФ направлено в СО Отдела МВД России по Гулькевичскому району, где соединено с уголовными делами по ч.3 ст. 159 УК РФ и ч.1 ст.201 УК РФ в отношении ФИО1 с присвоением делу №.

При рассмотрении материалов уголовного дела № ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 УК РФ, ч. 1 ст. 201 УК РФ, ст. 315 УК РФ, ст. 315 УК РФ, обвинение утверждено прокурором и направлено для рассмотрения в Гулькевичский районный суд. 

19 декабря 2014 года постановлением Гулькевичского районного суда уголовное преследование в отношении ФИО1 по ст. 315 УК РФ, ст. 315 УК РФ в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения в этой части было прекращено по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления.

Приговором Гулькевичского районного суда от 19 декабря 2014 года ФИО1 признан виновным и ему назначено наказание: по ч.3 ст. 159 УК РФ в виде лишения свободы на срок два года, без штрафа, без ограничения свободы; по ч.1 ст.201 УК РФ в виде штрафа в размере 20 000 рублей в доход государства. На основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем полного сложения наказаний окончательно к отбытию назначено два года лишения свободы без штрафа, без ограничения свободы и виде штрафа в доход государства в размере 20000 рублей. На основании ст.73 УК РФ наказание в виде лишение свободы считать условным с испытательным сроком на один год. На основании ч.2 ст.71 УК РФ наказание в виде штрафа исполнять самостоятельно.

Постановлением Гулькевичского районного суда от 26 января 2018 года за ФИО1, в отношении которого постановлением от 19 декабря 2014 года прекращено уголовное преследование в части предъявленного обвинения по ст. 315, ст. 315 УК РФ, признано право на реабилитацию.

В соответствии с п. 2 ст. 136 УПК РФ главы 18 УПК РФ, регулирующей право на реабилитацию, иски о компенсации морального вреда в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Компенсация морального вреда по смыслу положений ст.12 ГК РФ является одним из способов защиты субъективных гражданских прав и законных интересов, представляет собой гарантированную государством материально-правовую меру, посредством которой осуществляется добровольное или принудительное восстановление нарушенных (оспариваемых) личных неимущественных благ и прав.

В соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда в данном случае осуществляется независимо от вины причинителя. По правилам статьи 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с п.1 ст.242.2 Бюджетного кодекса РФ обязанность по исполнению судебных актов по искам о возмещении вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов РФ или их должностных лиц, возложена на Министерство финансов РФ. 

Кроме того, Верховный Суд РФ в п. 14 Постановления Пленума от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», указал, что к участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации.

Таким образом, надлежащим ответчиком по данному делу является Министерство финансов Российской Федерации, будучи соответствующим финансовым органом, выступающим от имени казны Российской Федерации.

Статья 151 ГК РФ устанавливает: если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п.8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В силу положений п.21 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17 при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе, продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Суд также учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, неоднократно указывавшего в своих решениях, что обыск в жилище относится к числу тех следственных действий, которые существенным образом ограничивают конституционные права лица, в том числе права на неприкосновенность жилища и тайну частной жизни. Поскольку обыск в жилище, как правило, в равной мере ограничивает права как лиц, в отношении которых судебным решением санкционируется его проведение, так и иных лиц, проживающих в жилом помещении, подвергнутом обыску, судебная защита прав и законных интересов, являющаяся гарантией реализации конституционного права на возмещение вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц, должна быть обеспечена обеим категориям пострадавших лиц. Иное нарушало бы закрепленные Конституцией Российской Федерации права на неприкосновенность жилища (статья 25) и частной жизни (статья 23), а также право на судебную защиту (статья 46).

Как установлено судом, ФИО1 обвинялся в совершении преступлений небольшой тяжести, предусмотренных ст. 315 УК РФ - злостное неисполнение представителем власти, государственным служащим, служащим органа местного самоуправления, а также служащим государственного или муниципального учреждения, коммерческой или иной организации вступивших в законную силу приговора суда, решения суда или иного судебного акта, а равно воспрепятствование их исполнению, по двум эпизодам.

Санкция указанной статьи (в редакции, действовавшей на момент возбуждения дела, предъявления обвинения, избрании меры пресечения и прекращения уголовного преследования в отношении ФИО1) предусматривала различные виды наказаний, в том числе, наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет.

По мнению суда, обвинение в совершении указанных преступлений, предусматривающих наказание в виде лишения свободы, уголовное преследование по которым в дальнейшем было прекращено в отношении истца по реабилитирующему основанию, само по себе причинило истцу нравственные страдания. 

Оценивая характер нравственных страданий истца, суд учитывает и продолжительность уголовного преследования: с момента возбуждения уголовного дела по ст. 315 УК РФ, предъявления обвинения ФИО1 и избрания в отношении него меры пресечения до прекращения уголовного дела прошло более двух лет, что, как считает суд, безусловно не могло не отразиться на психологическом состоянии ФИО1

Анализируя данные обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 как лицо, ранее не судимое, к уголовной ответственности не привлекавшееся, на длительный период времени был ограничен в привычных для него условиях жизни, был лишен возможности свободного передвижения.

Рассматривая данное гражданское дело, суд также учитывает, что в период возбуждения уголовного дела, предъявления обвинения и расследования дела ФИО1 занимал должность должность ООО «наименование организации». 

С учетом установленных в судебном заседании обстоятельств дела: тяжести вмененных ФИО1 деяний, избрания в отношении него меры пресечения в виде подписки о невыезде, продолжительности уголовного преследования (более двух лет), индивидуальных особенностей истца, связанных с его профессиональной деятельностью, иных указанных в решении обстоятельств, а также принципа разумности и справедливости, с учетом того, что уголовное преследование в отношении ФИО1 по ст. 315, 315 УК РФ прекращено в связи с отсутствием в его деянии составов вменяемых преступлений, суд считает необходимым определить истцу размер компенсации морального вреда в сумме 10000 рублей вместо заявленных 3000000 рублей, полагая, что данная сумма будет наиболее разумной, справедливой и восполняющей причиненные истцу нравственные страдания.

Таким образом, с Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны РФ в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в порядке реабилитации в размере 10000 рублей.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает положения ст. 1070 ГК РФ, согласно которой независимо от вины органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда возмещается вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения подписки о невыезде. 

В отношении ФИО1 была применена подписка о невыезде, в то же время в рамках уголовного дела по ст. 315 УК РФ, 315 УК РФ данная мера пресечения применялась с 17 января по 22 мая 2013 года, после этого мера пресечения в виде подписки о невыезде применялась в рамках соединенного уголовного дела, в том числе по обвинению истца по статьям, по которым в последующем был постановлен обвинительный приговор в отношении него.

В отношении иных доводов истца ему необходимо доказать наличие вины органа дознания в причинении нравственных и физических страданий, незаконность действий данных органов по отношению к ФИО1, поскольку сам факт прекращения уголовного преследования в отношении него в связи с отсутствием состава преступления не свидетельствует о незаконности действий дознавателя, а также о причинно-следственной связи между действиями дознавателя и заявленными истцом последствиями. 

Так, доводы истца о том, что он испытывал нравственные страдания в связи с самим фактом незаконного привлечения его к уголовной ответственности и избрания меры пресечения, поскольку этим было совершено посягательство на принадлежащие ему от рождения и в силу закона нематериальные блага: достоинство личности, право не быть привлеченным к уголовной ответственности за преступления, которых не совершал, честное и доброе имя, деловую репутацию, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительств, были опорочены его честь, достоинство и деловая репутация, суд считает необоснованными, поскольку истец не был привлечен к уголовной ответственности по ст.ст. 315 УК РФ, 315 УК РФ.

Также несостоятелен довод истца о том, что в период уголовного преследования он потерял семью, так как в связи с длительным уголовным преследованием его супруга, не выдержав постоянной напряженной атмосферы в семье и работе, сложившейся в связи с обысками, допросами и иными следственными действиями, расторгла с ним брак. Уголовные дела в отношении истца по ст. 315, 315 УК РФ возбуждены 12 сентября 2012 года, с постановлениями о возбуждении уголовных дел сам ФИО1 ознакомлен 27 сентября 2012 года. Согласно копии паспорта Р.Л. брак между ней и ФИО1 расторгнут ДД.ММ.ГГГГ, то есть через шесть дней после возбуждения уголовного дела, до проведения каких-либо следственных и иных процессуальных действий по делу, и не может быть признан их результатом. 

Доводы истца о том, что результатом незаконных действий правоохранительных органов стали распад семьи, утрата его работоспособности и работоспособности коллектива ООО «наименование организации», что сложилось на убытках ранее процветающей организации и привело организацию к банкротству, не подтверждаются материалами дела. Утрата работоспособности подтверждается медицинскими документами, которые в материалы дела истцом не представлены. Наличие причинно-следственной связи между возбуждением уголовных дел и банкротством предприятия, где истец был должность, также не подтверждено. Из материалов уголовного дела (протоколов допроса) следует, что ФИО1 продолжал осуществлять свои полномочия должность ООО наименование организации» в период дознания. 

На основании ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. Истцом ко взысканию заявлена сумма расходов на оплату услуг представителя в размере 35000 рублей.

В соответствие с п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21 января 2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными, в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В судебном заседании установлено, что между Воливач Н.И. и ФИО1 был заключен договор на оказание юридических, в том числе представительских, услуг, оплата по которому составила 35000 рублей. 

Разрешая заявленное истцом требование о взыскании расходов по оплате услуг представителя, руководствуясь изложенными выше положениями процессуального законодательства, произведя оценку объема и качества оказанной юридической услуги, суд, исследовав документы, подтверждающие факт несения расходов, применив принципы разумности и справедливости, исходя из количества судебных заседаний, объема выполненной работы, приходит к выводу о необходимости удовлетворения данного требования и взыскании в пользу ФИО1 указанных расходов в размере 20000 рублей. 

Принимая во внимание, что в силу п.10 ч.1 ст.336 НК РФ истец, независимо от результата рассмотрения спора, освобождается от уплаты судебных издержек по настоящему делу, Министерство финансов РФ (п.1 ст. 333.17 и пп. 19 п. 1 ст. 333.36 НК РФ) также освобождены от уплаты государственной пошлины как государственные органы РФ и не могут быть отнесены к числу субъектов, являющихся в установленном ст. 103 ГПК РФ порядке плательщиками государственной пошлины (Определение Верховного Суда РФ от 13.01.2012 N 53-В11-17), государственная пошлина по настоящему делу взысканию со сторон не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Иск ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование – удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда 10000 рублей, расходы на оплату услуг адвоката 20000 рублей, а всего 30000 (тридцать тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Краснодарский краевой суд через Гулькевичский районный суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме, начиная с 16 февраля 2018 года.

Председательствующий 

Судья 

И.А.Бочко