Гр. дело №33-2495/2026 УИД 77RS0032-02-2025-007733-48

Судья Попов Б.Е.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 февраля 2026 года.

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда

в составе председательствующего Пашкевич А.М.

и судей Горьковой И.Ю., Титовой И.В.

при помощнике судьи Фурманове П.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Пашкевич А.М.

гражданское дело № 2-5536/25 по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Черемушкинского районного суда г. Москвы от 18 августа 2025 года, которым постановлено:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «Газпромбанк» о признании кредитных договоров недействительными, применении последствий недействительности сделки отказать,

установила:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику АО «Газпромбанк» о признании кредитных договоров недействительными, мотивируя свои требования тем, что 16 октября 2024 года от имени истца с ответчиком посредством интернет-банка заключены следующие договоры: договор №РККнбдо-2035726224, в рамках которого на имя истца выпущена кредитная карта *3851 с кредитным лимитом сумма В рамках данного договора также оформлены заявления на присоединение к договору страхования №001FFI-647458/2023 от 14.11.2023 года и заявление о присоединении к договору коллективного страхования держателей банковских карт №1222LA0022 от 20.12.2022 года в редакции от 27.08.2024 года; договор потребительского кредита №020758-ПБ/24 на сумму сумма, подписанный простой электронной подписью. Процент за пользование займом составляет 29,4% годовых, кредит предоставлен на срок до 13.10.2029 года. Вышеуказанные договоры были заключены путем обмена документами посредством электронной связи и путем смс подтверждений кодов, согласно которым АО «Газпромбанк» предоставило заемщику денежные средства. Между тем, указанные договоры истец не заключал, денежные средства не получал. Истец стал жертвой мошенников. Так, 16 октября 2024 года ему поступил звонок от сотрудника социальной службы, которая сообщила о неправильном расчете его пенсии и убедительно рекомендовала обратиться в Пенсионный фонд по месту жительства, при этом пояснила, что ему необходимо сообщить ей код, пришедший по смс, для записи в Пенсионный фонд. Истец решил открыть приложение Госуслуги, которое оказалось заблокированным. В службу поддержки он дозвониться не смог. Через некоторое время истцу поступил звонок от специалиста Госуслуг, ему сообщили, что была попытка взлома, приложение разблокировали. Истец увидел в приложении незнакомый номер телефона, специалист поменяла номер телефона на номер истца, а также соединила со специалистом Центрального Банка РФ, который настойчиво рекомендовал перевести все денежные средства на счет, открытый в АО «Газпромбанк». Далее без согласия истца он перевел все денежные средства в специальную ячейку Банка. Через некоторое время истцу пришло несколько смс от АО «Газпромбанк», в которых было указано, что ему выдан кредит на сумма и открыта карта с кредитным лимитом сумма Все денежные средства были переведены на неизвестные истцу счета сторонних банков. При этом, на дату совершения мошенниками указанных операций истец уже был клиентом АО «Газпромбанк», имел действующий кредит на сумму сумма, и Банк не мог не знать, что больший платеж будет для истца непосильным, так как все доходы истца отображаются у банка, поскольку в том числе истец - зарплатный клиент. 17 октября 2024 года было возбуждено уголовное дело СО ОМВД России по г. Десногорску, в рамках уголовного дела ФИО1 признан потерпевшим. В рамках расследования ФИО1 была назначена психолого-психиатрическая экспертиза. Комиссия экспертов пришла к выводу, что ФИО1 хроническими и психическими расстройствами, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые бы лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность совершенного в отношении него преступления, не страдал в момент их совершения и не страдает в настоящее время. Однако в период совершения в отношении него противоправных действий ФИО1 находился в состоянии острой реакции на стресс. Таким образом, истец находился под влиянием мошенников и его способность понимать направленность и социальное значение совершаемых с ним действий была нарушена. У истца не было воли, намерений и желаний заключать спорные кредитные договоры, кроме того, денежные средства он не получал. В настоящее время истец задолженности по спорным кредитным договорам не имеет, погасил в полном объеме.

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала.

Представитель ответчика АО «Газпромбанк» в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом.

Судом постановлено изложенное выше решение, об отмене которого как незаконного по доводам апелляционной жалобы просит истец ФИО1

Представитель истца ФИО1 по доверенности ФИО2 в заседание судебной коллегии явилась, доводы апелляционной жалобы поддержала.

Представитель ответчика АО «Газпромбанк» по доверенности ФИО3 в заседание судебной коллегии явилась, возражала против доводов апелляционной жалобы истца.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения представителя истца, представителя ответчика, обсудив доводы апелляционной жалобы истца, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст.330 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В силу ст.195 Гражданского процессуального кодекса РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

В соответствии с п.2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч.1 ст.1, ч.3 ст.11 ГПК РФ).

В соответствии с п.3 названного постановления решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Оспариваемое решение суда в полной мере не соответствует приведенным требованиям.

Как следует из материалов дела, истец ФИО1 является держателем банковской карты Банка №4249******5322, для осуществления расчетов по которой он установил в мобильном телефоне приложение «Мобильный банк «Телекард». Активировав доступ к мобильному банку, истец выразил согласие на получение банковских услуг Банка посредством присоединения к Правилам комплексного банковского обслуживания и Правилам дистанционного банковского обслуживания физических лиц с использованием Мобильного банк и Интернет Банка в порядке, предусмотренном ст.428 ГК РФ, а также выразил согласие с тем, что электронная подпись является аналогом его собственноручной подписи при заключении любого вида договора.

16 октября 2024 года посредством мобильного банка истец заключил договор потребительского кредита в форме овердрафта с использованием банковских карт Банка Газпромбанк (АО) № РККнбдо-2035726224, в соответствии с которым истцу предоставлен лимит кредитования в размере сумма, сроком до 16.10.2054 года, под 24,9% годовых.

16 октября 2024 года между истцом и ответчиком заключен договор потребительского кредита №020758-ПБ/24, в соответствии с которым истцу предоставлен кредит в размере сумма на срок по 13.10.2029 г. под 29,4% годовых.

Проверив подлинность электронной подписи и установив, что согласие на заключение кредитных договоров и распоряжение на получение денежных средств исходит от истца, Банк во исполнение обязательств по кредитным договорам, 16 октября 2024 года выдал истцу кредиты, перечислив на указанные истцом в кредитных договорах счет/карту, имеющиеся у истца в Банке. В этот же день истец распорядился полученными кредитными денежными средствами путем перевода на счета неустановленных лиц.

Истец ФИО1 в обоснование заявленных требований указывал на то, что кредитные договоры заключены под воздействием телефонных мошенников. Истцом в качестве доказательства по делу представлена копия заключения комиссии экспертов от 28.01.2025 №75, из которого следует, что ФИО1 хроническими психическими расстройствами, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, которые бы лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность совершенного в отношении него преступления, не страдал в момент их совершения и не страдает в настоящее время. Однако в период совершения в отношении него противоправных действий ФИО1 находился в состоянии острой реакции на стресс. Таким образом, истец находился под влиянием мошенников, и его способность понимать направленность и социальное значение совершаемых с ним действий была нарушена. У истца не было воли, намерений и желаний заключать спорные кредитные договоры.

Разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска, не установив в действиях Банка нарушений закона или договора. Суд учел, что доказательства предоставления Банком третьим лицам данных истца отсутствуют; истец сам установил на своем мобильном устройстве систему удаленного доступа, с помощью которой третьи лица получили доступ к его мобильному устройству. Данные действия были совершены по вине истца, который обязан исключить возможность попадания информации о кодах безопасности, ПИН-кодах, паролях подключенных банковских приложений к третьим лицам. Кроме того, спорные кредитные договоры заключены путем подписания на закрытом интернет-ресурсе индивидуальных условий кредитования простой электронной подписью с использованием одноразового пароля в качестве меры дополнительной аутентификации при совершении операции, (напр. ввод правильного ПИН, паролей в SMS-сообщениях, кодов доступа), то есть с соблюдением требований действующего законодательства, в том числе касающихся письменной формы сделки; заемные денежные средства зачислены на счет, которые он самостоятельно перечислил на счет неизвестного лица.

Суд первой инстанции отклонил ссылки истца на копию постановления о возбуждении уголовного дела от 17.10.2024 года, копию постановления о признании его потерпевшим от 17.10.2024 года, поскольку вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу суду не представлен.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции и полагает их ошибочными, основанными на неправильном применении норм действующего законодательства к установленным фактическим обстоятельствам дела.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного Кодекса, если иное не установлено этим же Кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 названного выше Кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума № 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума № 25).

Законодательством о защите прав потребителей установлены специальные требования к заключению договоров, направленные на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющего потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении договоров, и особенно при заключении договоров на оказание финансовых услуг.

Так, статьей 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 "О защите прав потребителей" (далее - Закон о защите прав потребителей) предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).

Обязанность исполнителя своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию об услугах, обеспечивающую возможность их правильного выбора, предусмотрена также статьей 10 Закона о защите прав потребителей.

В пункте 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснено, что суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги), имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (статья 12 Закона о защите прав потребителей). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (пункт 1 статьи 10 Закона о защите прав потребителей). При дистанционных способах продажи товаров (работ, услуг) информация должна предоставляться потребителю продавцом (исполнителем) на таких же условиях с учетом технических особенностей определенных носителей.

Обязанность доказать надлежащее выполнение данных требований по общему правилу возлагается на исполнителя (продавца, изготовителя).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со статьями 847 и 854 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании распоряжения клиента, в том числе с использованием аналога собственноручной подписи.

В соответствии с частью 6 статьи 7 Закона о потребительском кредите такой договор считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств. При немедленном перечислении Банком денежных средств третьему лицу их формальное зачисление на открытый в рамках кредитного договора счет с одновременным списанием на счет другого лица само по себе не означает, что денежные средства были предоставлены именно заемщику.

В соответствии с пунктом 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.

В пункте 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. № 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица (лиц).

В соответствии с частью 5.1 статьи 8 Федерального закона "О национальной платежной системе" (в редакции, действовавшей на момент возникновения спорных правоотношений) оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет". Оператор по переводу денежных средств в рамках реализуемой им системы управления рисками определяет в документах, регламентирующих процедуры управления рисками, процедуры выявления операций, соответствующих признакам осуществления переводов денежных средств без согласия клиента, на основе анализа характера, параметров и объема совершаемых его клиентами операций (осуществляемой клиентами деятельности).

Согласно части 9.1 статьи 9 указанного выше закона в случаях выявления оператором по переводу денежных средств операций, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, оператор по переводу денежных средств приостанавливает использование клиентом электронного средства платежа и осуществляет в отношении уменьшения остатка электронных денежных средств плательщика действия, предусмотренные частями 5.1 - 5.3 статьи 8 данного федерального закона. При получении от клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения, указанного в пункте 2 части 5.2 статьи 8 этого федерального закона, оператор по переводу денежных средств обязан незамедлительно возобновить использование клиентом электронного средства платежа. При неполучении от клиента подтверждения возобновления исполнения распоряжения, указанного в пункте 2 части 5.2 статьи 8 названного выше федерального закона, оператор по переводу денежных средств возобновляет использование клиентом электронного средства платежа по истечении двух рабочих дней после дня совершения им действий, предусмотренных частью 5.1 статьи 8 данного федерального закона.

В соответствии с пунктом 3 Признаков осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, утвержденных приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. № ОД-2525 (действовал на момент заключения спорного договора), к таким признакам относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Проверяя доводы истца на предмет наличия волеизъявления клиента на заключение договора, а также достаточности мероприятий банка по противодействию заключению договора без добровольного согласия клиента, судебная коллегия, оценивая представленные доказательства в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, приходит к выводу об ошибочности выводов суда первой инстанции о необоснованности требований истца.

Разрешая спор, суд первой инстанции не поставил под сомнение обстоятельства осуществления переводов и заключения кредитных договоров самим истцом.

Так, согласно материалам дела постановлением старшего следователя СО ОМВД России по г. Десногорску от 17 октября 2024 года возбуждено уголовное дело в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации. Согласно данному постановлению 16 октября 2024 года в период времени с 15 часов 04 мин. по 21 час 01 мин. неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, умышленно, из корыстных побуждений, с целью хищения чужого имущества и осознавая, что действует путем обмана, склонило ФИО1 к переводу денежных средств на общую сумму сумма на неустановленные счета, в результате чего похитило денежные средства на указанную сумму, принадлежащие ФИО1 Постановлением того же должностного лица от 17 октября 2024 года ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу

Собранными по делу доказательствами подтверждается, что истец ФИО1 не имел намерений и не выражал волеизъявления на заключение спорных кредитных договоров. В данном случае договоры были заключены не истцом, вопреки его воле и интересам. Между тем, Банк, исходя только из формального соблюдения порядка подписания договоров, не убедился, что намерение заключить договоры исходит от надлежащего лица. Так, согласно выписке Банка по операциям на счетах с указанием времени банковских операций сумма сумма поступила на счет 40817810762040679052 в 19 ч. 46 мин., затем в 19:52 указанная сумма переведена с карты на карту ФИО1 на счет 40817810362040309366, параллельно на этот же счет с других карт ФИО1 переводятся все его личные денежные средства, а затем с указанного счета осуществляются переводы всех денежных средств на карты сторонних банков неизвестных истцу лиц, при этом период совершения операций: 20:18, 20:44, 20:49, 20:54, 20:57, 20:59, 21:01, 21:10, т.е. денежные средства выводились определенными частями.

Судебная коллегия приходит к выводу о недостаточной добросовестности поведения Банка, обязанного учитывать интересы потребителя и обеспечивать безопасность дистанционного предоставления услуг. В данном случае Банк, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, должен был принять во внимание характер операций – факт подачи заявки на получение кредитных средств, заключение кредитного договора с последующим перечислением кредитных денежных средств со счета истца на счета иных лиц, и предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением.

При таких обстоятельствах на основании совокупности имеющихся в деле доказательств судебная коллегия находит доводы ФИО1 об оформлении кредитных договоров без волеизъявления заемщика третьим лицом, нашедшими свое подтверждение при разрешении спора, что свидетельствует о наличии оснований для квалификации кредитного договора как ничтожной сделки, нарушающей требования закона и при этом посягающей на права и охраняемые законом интересы заемщика, и как следствие не влекущей для заемщика юридических последствий. Оснований для применения последствий недействительности сделок не имеется, поскольку задолженность по кредитным договорам истцом погашена.

Таким образом, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием нового решения об удовлетворении иска ФИО1, надлежит признать недействительными кредитный договор №РККнбдо-2035726224, заключенный 16 октября 2024 года между ФИО1 и АО «Газпромбанк», и договор потребительского кредита №020758-ПБ/24, заключенный 16 октября 2024 года между ФИО1 и АО «Газпромбанк». В удовлетворении остальной части иска отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Черемушкинского районного суда г. Москвы от 18 августа 2025 года отменить.

Принять по делу новое решение:

Признать недействительным кредитный договор №РККнбдо-2035726224, заключенный 16 октября 2024 года между ФИО1 и АО «Газпромбанк».

Признать недействительным договор потребительского кредита №020758-ПБ/24, заключенный 16 октября 2024 года между ФИО1 и АО «Газпромбанк».

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 апреля 2026 года.