Гражданское дело № 2-1/18

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 июля 2018 года г. Черкесск, КЧР

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики, в составе: председательствующего судьи Панаитиди Т.С.,

при секретаре Кагиеве А.М.,

с участием: старшего помощника прокурора г. Черкесска Теунаева Э.И., 

истца ФИО1,

представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей по доверенности,

представителя ответчика Государственного Учреждения – Регионального отделения Фонда Социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике ФИО3, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в здании Черкесского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному учреждению Региональное отделение Фонда социального страхования РФ по КЧР о признании права на обеспечение по социальному страхованию, об обязании назначить страховые выплаты, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Черкесский городской суд КЧР с иском к Государственному учреждению Региональное отделение Фонда социального страхования РФ по КЧР о признании незаконным отказ в назначении страховых выплат, об обязании назначить страховые выплаты. Свое обращение мотивировал тем, что он с 10 июня 1979 года по 20 сентября 1986 года работал в отделении № 3 совхоза «Кумышский» Карачаевского района КЧР телятником, санитаром, бригадиром подсосного гурта. 08 июня 2012 года комиссией в составе председателя - главного специалиста - эксперта отдела эпидемиологического надзора Управления Роспотребнадзора по КЧР ФИО4, членов комиссии: заместителя главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в КЧР» ФИО5, и.о. заместителя главного врача РГЛПУ «Карачаево- Черкесская республиканская инфекционная больница» ФИО6, проведено расследование случая профессионального заболевания и 14 июля 2012 года указанной комиссией составлен Акт о наличии у меня профессионального заболевания в виде резидуального бруцеллеза. В акте указано, что профессиональное заболевание возникло у меня при следующих обстоятельствах: «Работая телятником, санитаром, бригадиром подсосного гурта в совхозе «Кумышский» Карачаевского района, ФИО1 выполнял следующие обязанности: оказывал помощь животным при родах, проводил ручное отделение последа, имел контакт с инфекционным материалом, бруцеллезным скотом, кормление и уход за животными, очистка территории от навоза, транспортировка и утилизация павших животных. В период работы ФИО1 телятником, санитаром, бригадиром подсосного гурта в совхозе «Кумышский» Карачаевского района Карачаево- Черкесской республики отсутствовали условия для соблюдения мер личной биологической безопасности: животноводческие помещения не отапливались, не обеспечивались водопроводной водой, не было горячей воды. Спецодеждой и СИЗ обеспечивался не в полном объеме. Медицинская аптечка отсутствовала. Стирка и дезинфекция рабочей одежды осуществлялась на дому». В августе 2013 года истец обратился к ответчику - ГУ РО ФСС РФ по КЧР с заявлением, в котором просил назначить обеспечение по страхованию, предусмотренное Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125 - ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний». В конце 2013 года он получил от ответчика письмо, которым ему в назначении страховых выплат отказано. Считает данный отказ незаконным. Извещение об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания направлено страховщику. 01 июня 2012 года заведующей отделением по диагностике, лечению, экспертизе профпатологии бруцеллёза Голубь О.Г., о чём свидетельствует Извещение № от 01 июня 2012 года. Расследование профессионального заболевания было начато комиссией 08 июня 2012 года и закончено 14 июня 2012 года, о чём свидетельствует Акт о случае профессионального заболевания от 14 июня 2012 года. При таком положении акт о случае профессионального заболевания не может быть признан не состоятельным из-за уклонения страховщика от участия в расследовании профессионального заболевания. 28 февраля 2012 года Правительством Карачаево-Черкесской Республики принято постановление № «О территориальной программе государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации, проживающим на территории Карачаево-Черкесской Республики бесплатной медицинской помощи на 2012 год». В приложении № «Перечень медицинских учреждений и других медицинских организаций, участвующих в реализации Программ, в том числе, территориальной программы обязательного медицинского страхования» под № указано МБУЗ «2-я ГКБ» г. Ставрополя как учреждение, финансируемое из бюджетных ассигнований бюджета КЧР. Истец является жителем Карачаево-Черкесской Республики, участником указанной Программы, получил профессиональное заболевание в период работы в Карачаево-Черкесской Республике, и ни по какому признаку он не должен быть подвергнут дискриминации. Учреждением медико-социальной экспертизы установлен факт утраты 80% профессиональной трудоспособности с 06 декабря 2012 года. Доводы ответчика ГУ-РОФСС РФ по КЧР о том, что документы о его профессиональном заболевании оформлены с нарушением требований закона несостоятельны. Поскольку факт профессионального заболевания установлен, нарушение работодателем или страховщиком требований по составлению документов не может явиться причиной для отказа в назначении страховых выплат. Ссылка ответчика на отсутствие нормативного правового акта, регламентирующего возможность установления диагноза профессионального заболевания «в период с 01.01.2012 по 03.06.2012 в правовом поле Российской Федерации», несостоятельна. Просит: - признать отказ ответчика - Государственное учреждение региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике в назначении мне страховых выплат в связи с профессиональным заболеванием незаконным; -признать за истцом ФИО1 право на получение единовременной страховой выплаты и на ежемесячные страховые выплаты в связи с профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности с 06 декабря 2012 года в размере 80%; -обязать ответчика - Государственное учреждение - региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике назначить ему единовременную страховую выплату, а также ежемесячные страховые выплаты с 06 декабря 2012 года с последующей индексацией.

Определением Черкесского городского суда КЧР от 13 мая 2014 года по ходатайству представителя ответчика ФИО3 назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено Федеральному медико-биологическому агентству, Федеральному Государственному бюджетному учреждению «Государственный научный центр Российской Федерации - ФМБЦ им. А.И. Бурназяна» г. Москва.

23 января 2015 года в адрес суда поступило заключение судебно-медицинской экспертизы, гражданское дело с медицинскими документами.

Определением Черкесского городского суда КЧР от 09 июня 2015 года назначена повторная судебно-медицинскую экспертиза в ФГБУ «Научно-исследовательский институт медицины труда» РАМН, г. Москвы.

30.09.2015 года (Вх. № 8723) возвращено настоящее дело без проведения судебно-медицинской экспертизы.

Определением Черкесского городского суда КЧР от 03 ноября 2015 года назначена повторная судебно-медицинская экспертиза в ФГБНУ «НИИ МТ», расположенного по адресу: 

<

...> горы, д. 12.

20 июля 2016 года материалы дела возвращены с заключением судебно-медицинской экспертизы № от 14 июля 2016 года ФГБНУ «НИИ МТ».

Определением Черкесского городского суда КЧР от 22 ноября 2016 года назначена повторная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено Федерального Государственного бюджетного учреждения «Государственный научный центр Российской Федерации - ФМБЦ им. А.И. Бурназяна».

14.06.2017 года в адрес суда, поступили материалы гражданского дела, с письмом о невозможности проведения судебно-медицинской экспертизы в отношении ФИО1, в связи с отсутствием профессионального специалиста в ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И.Бурназяна ФМБА России.

21 июня 2017 года определением суда, по ходатайству истца и его представителя назначена повторная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено Федеральному Государственному Бюджетному Учреждению «Научно-клинический центр оториноларингологии» ФМБА России (ФГБУ НКЦО ФМБА России), г. Москвы, производство по делу приостановлено.

В судебное заседание не явились истец, представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора Управление Роспотребнадзора по КЧР, Министерства здравоохранения КЧР, КЧБЛПУ «Карачаево-Черкесская Республиканская инфекционная клиническая больница» уведомленные о времени и месте проведения судебного заседания, доказательств уважительности причин неявки не представили, об отложении судебного разбирательства не просили. Учитывая мнение участников процесса, не возражавших против рассмотрения дела в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц, суд приходит к выводу, что их неявка не является препятствием к рассмотрению дела и находит возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание лиц, в соответствии со ст. 167 ГПК РФ.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2 поддержали доводы, изложенные в исковом заявлении и просили уточненные требования удовлетворить в полном объеме: 

1. Признать право ФИО1 на обеспечение по социальному страхованию в связи с профессиональным заболеванием «резидуальный бруцеллез», повлекшим утрату 80-ти процентов профессиональной трудоспособности, полученным имй в период работы в должности телятника, санитара, бригадира подсосного гурта бруцеллезной фермы отделения № 3 совхоза «Кумышский» в период с 10.06.1979 г. по 20.09.1986 г., в результате работы с неблагополучным по бруцеллезу поголовьем крупного рогатого скота.

2. Обязать Государственное учреждение - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике назначить истцу ФИО1, с 06 декабря 2012 года единовременную и ежемесячные страховые выплаты с последующей индексацией в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством.

3. Взыскать с Государственного учреждения - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике в его, ФИО1, пользу 73 292 рубля 74 копейки в качестве оплаченных сумм за услуги экспертов.

Представитель ответчика - ГУ РО ФСС РФ по КЧР ФИО3 в судебном заседании иск не признала, просила в иске отказать по основаниям, указанным в письменных возражениях. 

Выслушав лиц участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении исковых требований, исследовав имеющиеся в деле документы, суд пришел к выводу о необходимости удовлетворения исковых требований по следующим основаниям.

Обеспечение по обязательному социальному страхованию лиц, получивших повреждение здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, осуществляется в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» № 125-ФЗ от 24.07.1998г.

Гражданский кодекс Российской Федерации - в соответствии с вытекающими из Конституции РФ основными началами гражданского законодательства (п.1 ст.1 ГК РФ) - не ограничивает гражданина в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия специальных, вещно-правовых, способов; граждане и юридические лица в силу ст. 9 ГК РФ вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению.

Согласно медицинского заключения МУЗ «2-я городская клиническая больница» г. Ставрополя № 35 от 01 июня 2012 года ФИО1 комиссионно установлен заключительный диагноз хронического профессионального заболевания резидуальный бруцеллез. В извещении № от 01.06.2012 года МБУЗ «2-я городская клиническая больница» г. Ставрополя указаны вредные производственные факторы и причины, вызвавшие профзаболевание.

По поводу выявления у ФИО1 указанного профессионального заболевания было проведено расследование данного факта, о чем 14 июня 2012 года главным специалистом - экспертом ОЭН Управления Роспотребнадзора по КЧР при участии заместителя главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в КЧР», и.о. заместителя главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в КЧР», составлен акт о случае профессионального заболевания, где указано, что заболевание бруцеллезом у ФИО1 является профессиональным и возникло в результате контакта с возбудителем бруцеллеза, при выполнении должностных обязанностей телятника, санитара, бригадира подсобного гурта в отделении № в совхозе «Кумышский» Карачаевского района КЧР в период работы 10.06.1979 года по 20.09.1986 года, при отсутствии условий для соблюдения мер личной биологической безопасности, недостаточным обеспечением СИЗ, дезинфицирующими средствами, имел место неоднократный контакт с возбудителем бруцеллеза.

Согласно справки МСЭ № от 18.12.2012г. ФИО1 установлено 80 % утраты профессиональной трудоспособности с 06.12.2012 года до 01.01.2014 года.

В связи с вступлением в силу 06.01.2000г. Федерального закона от 24.07.1998г. №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» назначение и выплата сумм в возмещение вреда здоровью должно производится ответчиком ГУ-РО ФСС РФ по КЧР.

В соответствии с п. 8 ст. 16 №125-ФЗ, от 24.07.1998г. застрахованный имеет право на получение от страхователя и страховщика бесплатной информации о своих правах и обязанностях по обязательному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. В соответствии с п. 9 ст. 18 вышеуказанного Закона, законодателем на страховщика возложена обязанность по разъяснению пострадавшему его прав и обязанностей, а также порядка и условий обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. В соответствии с ч. 2 ст. 19 Федерального закона страховщик несет ответственность за осуществление обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, правильность и своевременность обеспечения по страхованию застрахованных и лиц, имеющих право на получение страховых выплат в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Письмом исх. №-С от 16.08.2013г. Государственного учреждения – регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации по КЧР в адрес ФИО1 направлено сообщение о том, что у отделения Фонда нет оснований для квалификации данного случая как страхового, и в назначении страховых выплат ему отказано. 

Как следует из вышеуказанного отказа «…Расследование случая профессионального заболевания, полученного истцом в период работы телятником в совхозе «Кумышский» с 15.06.1981г. по 01.07.1982г. проведено с нарушением п. 4.8. Инструкции о Порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28.05.2001 № 176: в состав комиссии, проводившей расследование профессионального заболевания, не включен представитель страховщика. Кроме того, Министерством здравоохранения КЧР (ввиду отсутствия в республике центра профпатологии) не заключался договор с МБУЗ «2-я городская клиническая больница» г. Ставрополя на проведение экспертизы связи заболевания с профессией у жителей республики. В соответствии с разъяснениями Министерства здравоохранения Российской Федерации в субъектах Российской Федерации, где центры профпатологии отсутствуют или не имеют лицензии на «экспертизу связи заболевания с профессией», застрахованные могут направляться в близлежащий регион с необходимыми документами и направлением лечебно-профилактического учреждения, установившего предварительный диагноз хронического профессионального заболевания. Лицензия на данный вид деятельности должна быть зарегистрирована в лицензирующем органе субъекта, из которого был направлен застрахованный. В соответствии с информацией из Управления Росздравнадзора по КЧР в течение 2008-2013 письменных уведомлений о намерении осуществлять вид медицинской экспертизы «экспертиза связи заболевания с профессией» на территории КЧР от МБУЗ «2-я ГКБ» не поступало. В нарушение п.13 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 в МБУЗ «2-я ГКБ» приняли его без направления, при «самообращении», после установления заключительного диагноза не отправили извещение и медицинское заключение об установлении заключительного диагноза в отделение Фонда. Заключительный диагноз профессионального заболевания установлен Вам в отделении диагностики и лечения профпатологии бруцеллеза МБУЗ «2-я ГКБ» г. Ставрополя 01 июня 2012 года. В период с 01.01.2012 по 03.06.2012 в правовом поле Российской Федерации отсутствовал нормативный правовой акт, регламентирующий возможность установления диагноза профессионального заболевания, так как список профессиональных заболеваний, изложенный в приложении № 5 приказа Минздравмедпрома РФ от 14.03.1996 № 90, с 01.01.2012 утратил силу в связи с изданием приказа Минздравсоцразвития России от 27.04.2012 № 302н, а Перечень профессиональных заболеваний, утвержденный Приказом Минздрасоцразвития России от 27.04.2012 № 417н вступил в силу с 03.06.2012. Аналогичной точки зрения по данному вопросу придерживаются также специалисты Федерального медико-биологического агентства РФ и Минздрава России. Следовательно, установление истцу заключительного диагноза профессионального заболевания 01 июня 2012 является неправомочным. Учитывая, что список профессиональных заболеваний является основным документом, который используется при установлении диагноза профессионального заболевания, связи его с выполняемой работой или профессией, при решении вопросов" экспертизы трудоспособности, медицинской и трудовой реабилитации, а также при рассмотрении вопросов, связанных с возмещением ущерба, причиненного работнику повреждением здоровья, заключительный диагноз о наличии у Вас профессионального заболевания, подтвержденный медицинским заключением от 01.06.2012 №35, не может являться основанием для признания случая страховым…».

Не согласившись с отказом ГУ-РО ФСС России по КЧР в назначении ему обеспечения по страхованию, предусмотренного № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24.07.1998 года, обратился в суд с требованием о признании отказа незаконным. 

Суд, установив фактические обстоятельства дела, при принятии решения руководствуется следующими основаниями.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (часть 1 статьи 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39).

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений, закрепленных статьей 2 Трудового кодекса Российской Федерации, предусмотрены такие, как обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей, и обеспечение права на обязательное социальное страхование. Кроме того, Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (статья 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Правовое регулирование отношений по социальному обеспечению в случае болезни, вызванной воздействием неблагоприятных факторов при исполнении трудовых обязанностей, осуществляется по нормам Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», которыми предусматривается, что обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, являясь видом социального страхования, устанавливается для социальной защиты застрахованных путём предоставления в полном объеме всех необходимых видов обеспечения по страхованию в возмещение вреда, причиненного их жизни и здоровью при исполнении обязанностей по трудовому договору.

Федеральный закон № 125-ФЗ регламентирует права застрахованного лица и обязанности страхователя по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, устанавливает правовые формы социальной защиты застрахованных лиц, определяет порядок возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору.

С целью безусловной правовой охраны прав застрахованных лиц Федеральным законом № 125-ФЗ императивно регламентированы основания возникновения права застрахованного лица на получение обеспечения по страхованию, установлены условия реализации страховщиком обязанности по выплате страхового возмещения, а равно отказа в такой выплате.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», пунктами 4, 5 Положения о расследовании и учёте профессиональных заболеваний, утверждённого постановлением Правительства Российской Федерации от 15 декабря 2000 года № 967 профессиональным заболеванием признается хроническое или острое заболевание, являющееся результатом воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности. Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем.

В соответствии с ч. 1 ст. 7 Федерального закона № 125-ФЗ право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу ст. 3 Федерального закона №125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию.

Обеспечение по страхованию осуществляется в виде страховых выплат: пособия по временной нетрудоспособности, страховой выплаты (единовременной страховой выплаты застрахованному и ежемесячных страховых выплат) (ст. 8 Федерального закона № 125-ФЗ).

Единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному, если по заключению учреждения МСЭ результатом наступления страхового случая стала утрата им профессиональной трудоспособности (ст. 10 Федерального закона № 125-ФЗ).

Ежемесячная страховая выплата назначается и выплачивается застрахованному за весь период утраты им профессиональной трудоспособности с того дня, с которого учреждением МСЭ установлен факт утраты застрахованным профессиональной трудоспособности (п. 3 ст. 15 Федерального закона № 125).

Системный анализ нормативных положений указанного закона свидетельствует о том, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

Сторонами факты повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке, принадлежность пострадавшего к кругу застрахованных, не оспаривались. Спорные правоотношения возникли в связи с разногласиями в части наличия причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 утверждено Положение о расследовании и учете профессиональных заболеваний (далее - Положение).

Согласно п. 10 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний установление диагноза "острое" профессиональное заболевание осуществляется на основании клинических данных состояния здоровья работника и санитарно - гигиенической характеристики условий его труда учреждениями здравоохранения.

Из п.2.14. Постановления Главного государственного санитарного врача РФ от 26.04.2010 N 39 "Об утверждении СП 3.1.7.2613-10" (вместе с "СП 3.1.7.2613-10. Профилактика бруцеллеза. Санитарно-эпидемиологические правила") следует, что клинически выделяют острый (до 3-х месяцев), подострый (до 6 месяцев), вторично-хронический (свыше 6 мес. от начала острого), первично-хронический (начало заболевания установить не удается), резидуальный бруцеллез (свыше 2 лет).

В соответствии с п. 11 указанного Положения при установлении предварительного диагноза - хроническое профессиональное заболевание (отравление) извещение о профессиональном заболевании работника в 3-дневный срок направляется в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора; больной направляется на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (п. 13), Центр профессиональной патологии на основании клинических данных состояния здоровья работника и представленных документов устанавливает заключительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (в том числе возникшее спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами), составляет медицинское заключение и в 3-дневный срок направляет соответствующее извещение в центр государственного санитарно-эпидемиологического надзора, работодателю, страховщику и в учреждение здравоохранения, направившее больного (п. 14).

В силу п. 16 данного Положения установленный диагноз - острое или хроническое профессиональное заболевание (отравление) может быть изменен или отменен центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы.

Кроме того, в силу норм трудового законодательства и указанного Положения профессиональное заболевание, возникшее у работника, расследуется комиссией, которая на основании рассмотрения документов, в числе прочего, устанавливает обстоятельства и причины профессионального заболевания работника и составляет акт о случае профессионального заболевания.

В соответствии с п. 30 Положения именно акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем.

Под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности (пункт 4).

При этом, профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем (пункт 5).

Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

В данном случае днем наступления страхового случая является день установления истцу 80 % степени утраты профессиональной трудоспособности, т.е. 06 декабря 2012 года.

В силу абз. 1 п. 1 ст. 10 указанного ФЗ N 125-ФЗ, единовременные страховые выплаты и ежемесячные страховые выплаты назначаются и выплачиваются застрахованному - если по заключению учреждения медико-социальной экспертизы результатом наступления страхового случая стала утрата им профессиональной трудоспособности.

В силу части 4 статьи 15 Федерального закона № 125-ФЗ назначение обеспечения по страхованию осуществляется страховщиком на основании заявления застрахованного, его доверенного лица или лица, имеющего право на получение страховых выплат, на получение обеспечения по страхованию, и представляемых страхователем (застрахованным) следующих документов (их заверенных копий): акта о несчастном случае на производстве или акта о профессиональном заболевании.

Таким образом, акт о случае профессионального заболевания является документом, необходимым для назначения страховых выплат.

Как усматривается из материалов дела причиной профессионального заболевания явилось воздействие неблагоприятных факторов в период работы в должности телятника, санитара, бригадира подсобного гурта в отделении № 3 в совхозе «Кумышский» Карачаевского района КЧР в период с 10.06.1979 года по 20.09.1986 год. 

Факт работы истца в указанный период времени в должности телятника, санитара, бригадира подсобного гурта в отделении № 3 в совхозе «Кумышский» Карачаевского района КЧР не оспаривается.

Установление обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания в соответствии с «Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний», утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 года № 967, находится в компетенции комиссии проводящей такое расследование, по результатам которого составляет акт о случае профессионального заболевания (п. 26 и п. 27 Положения).

Так, в п.17 акта о случае профессионального заболевания от 14 июня 2012 года в совхозе «Кумышский» установлено, что профессиональное заболевание у ФИО1 возникло при следующих обстоятельствах и условиях: «работая телятником, санитаром, бригадиром подсобного гурта в совхозе «Кумышский» Карачаевского района (5 лет 3 месяца 5 дней) отказывал помощь животным при родах, проводил ручное отделение последа, имел контакт с инфекционным материалом, бруцеллезным скотом, кормление и уход за животными, очистка территории от навоза, транспортировка и утилизация павших животных. В период работы ФИО1 телятником, санитаром, бригадиром подсобного гурта в совхозе «Кумышский» Карачаевского района КЧР отсутствовали условия для соблюдения мер личной биологической безопасности: животноводческие помещения не отапливались, не обеспечивались водопроводной водой, не было горячей воды. Спецодеждой и СИЗ обеспечивался не в полном объёме. Медицинская аптечка отсутствовала. Стирка и дезинфекция рабочей одежды осуществлялась на дому.

В п. 18 акта указано, что причиной профессионального заболевания послужило длительное, кратковременное (в течение рабочей смены), однократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ.

Согласно представленной истцом трудовой книжки ФИО1, заполненной 29.01.1974 года, следует, что он 10.06.1979 года был принят рабочим в отд. № 3 совхоза «Кумышский» (Пр. № 18 от 14.06.1979г.), 15.06.1981 года переведен телятником в отд. № 3 (Пр. № 27 от 15.07.1981 года), 01.07.1982 года переведен санитаром в отд. № 3 (Пр. № 34 от 12.07.1982 года), 01.03.1983 года переведен бригадиром подсосного гурта отд. № 3 (Пр. № 18 от 05.04.83г.), 20.08.1986 года уволен уволен по собственному желанию (Пр. № 33 от 13.10.1986 года). 

Из исследованного медицинского заключения № 35 от 01.06.2012 года, на основании представленных документов, установлено, что ФИО1 получил профессиональное заболевание в период работы в совхозе «Кумышский» Карачаевского района при этом, согласно указанного заключения, проведенного комиссионно, Отделением по диагностике, лечению и экспертизе проф.патологии бруцеллеза установлен заключительный диагноз Резидуальный бруцеллез. 

Как следует из доводов истца, он в полном объеме спецодеждой и средствами индивидуальной защиты не обеспечивался. Медицинская аптечка отсутствовала. Стирка и дезинфекция циклы осуществлялись на дому. Работая телятником, санитаром, бригадиром подсосного гурта отделения № 3 совхоза «Кумышский» имел контакт с бруцеллезным скотом, инфицированным материалом при заполнении следующих обязанностей: оказывал помощь животным при родах, проводил ручное отделение последа, кормил и ухаживал за инфицированным бруцеллезом скотом, очищал территорию от навоза и других выделений скота, транспортировал и участвовал при утилизации павших животных. В период работы в совхозе у него появились боли в коленных, плечевых, локтевых, лучезапястных, тазобедренных, голеностопных суставах, боли в шейном отделе позвоночника, боли в поясничном отделе позвоночника с -прострелами в нижние конечности, с онемением ног, головные боли, повышение артериального давления, боли в области сердца и состояние постоянного озноба. В связи с указанными симптомами впервые обращался в Орджоникидзевскую участковую больницу в 1981 году. В период с 1983 года по 1985 год неоднократно лечился в стационаре Орджоникидзевской участковой больницы. Также стационарно лечился в Карачаевской ЦРБ с 1981 по 1986 годы. По поводу суставных болезней в период с 1990 года по 2007 год неоднократно лечился в стационаре Санатория - Профилактория «Солнечный». Однако, в тот период он не связывал все вышеизложенные симптомы с наличием какого-либо заболевания, связанного с характером его работы и получал назначаемое врачами лечение от простуды, заболевания легких, сердца и позвоночника. Также лечился амбулаторно по месту жительства, за указанный период у него имеется три амбулаторных книги, однако в настоящем деле он смог представить только одну, так как две остальные врачами поликлиники утеряны, либо списаны с истечением сроков хранения. Несмотря на его частые обращения за врачебной помощью состояние его здоровья ухудшалось и только в 2012 году он был направлен врачом - реаниматологом для обследования на бруцеллез в РГБЛПУ «Карачаево- кесская Республиканская Инфекционная Клиническая больница», где ему был поставлен диагноз - 

<

данные изъяты>. При этом им выполнялись все назначения врачей и в случае своевременного направления на обследование по бруцеллезу указанное заболевание было бы выявлено ещё в период его работы на бруцеллезной ферме совхоза.

Впоследствии истец неоднократно лечился стационарно в РГБЛПУ «Карачаево-Черкесская Республиканская Инфекционная Клиническая больница». Вышеуказанные доводы истца подтверждается выписными эпикризами и медицинскими картами стационарного больного, справками МЛПУ «Карачаевская центральная городская и районная больница», поликлиники МЛПУ «КЦГРБ», Орджоникидзевской участковой больницы, результатами мониторного наблюдения ЭКГ за 05.09.2006 г., исследованием в электрокардиографическом кабинете № 490 от 29.03.2007 г., заключением врача-кардиолога ФИО7 от 04.06.2007 г., ответом ЗАО «Санаторий-профилакторий «Солнечный» от 20.05.2015 г. исх.№ 108 о том, что документы о лечении ФИО1 не могут быть представлены, так как во время стихии (наводнения 2002 г.) архив был затоплен.

Согласно представленным выпискам из истории болезни ФИО1 РГБЛПУ «КЧР инфекционная клиническая больница» истцу поставлен диагноз «Резидуальный бруцеллез», обострение, с сочетанными поражениями локомоторного аппарата, нервной, сосудистой систем, психоорганическими изменениями личности».

Из справки РГБУ «Карачаевская районная ветеринарная станция по борьбе с болезнями животных» № 13 от 14.03.2013г. выданной ФИО1 следует, что совхоз «Кумышский» Карачаевского района был неблагополученым по бруцеллезу крупного рогатого скота. В 1981 г. исследовано 4113 голов крупного рогатого скота, из них 54 головы положительно реагирующих на бруцеллёз, в 1982 г. было исследовано 2283 голов крупного рогатого скота, и 33 головы положительно реагирующего на бруцеллёз в совхозе «Кумышский» Карачаевского района с 1983 по 1986 г.г. экспертные журналы не сохранились. В личном подворье ФИО1 больных бруцеллезом животных не установлено.

Согласно справки РГБУ «Карачаевской районной ветеринарной станции по борьбе с болезнями животных» №29 от 04.05.2012 г. личное подворье ФИО1 в Карачаевской ветлаборатории не исследовалось.

Согласно справки Коста-Хетагуровского сельского поселения карачаевского муниципального района №128 от 10.05.2012 г. у ФИО1, проживал по адресу: КЧР, Карачаевский район, х.Восток в личном подсобном хозяйстве в период с 1981г. по 1986г., скот не содержался.

11 апреля 2012 года истец был госпитализирована в РГЛПУ «Карачаево-Черкесская инфекционная клиническая больница» с диагнозом: Резидуальный бруцеллез с сочетанными поражениями локомоторного аппарата, нервной, сосудистой системы, психоорганическими изменениями личности. С указанным диагнозом находился на лечении с 11.04.2012г. по 25.04.2012г. (выписка из истории болезни № 771).

Как следует из данной выписки истории болезни, ФИО1 считает себя больным с 1981г.-1982г., когда после периода ознобов, лихорадки появились боли в суставах, в позвоночнике, вышеперечисленные жалобы. За помощью не обращался, состояние ухудшалось из года в год. В 1992 году были обнаружены грыжи позвоночника, лучение у невропатолога, нейрохирурга, оперирован на позвоночнике.

22 мая 2012 года была составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО1, которая утверждена главным государственным санитарным врачом по Карачаево-Черкесской Республики.

Порядок оформления санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника установлен Инструкцией по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания, утвержденной Приказом Роспотребнадзора от 31.03.2008 № 103.

При составлении санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника применяется руководство Р 2.2.2006-05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса. Критерии и классификация условий труда», утвержденное Роспотребнадзором 29.07.2005.

В соответствии с пунктом 4.2 данного Руководства, исходя из степени отклонения фактических уровней факторов рабочей среды и трудового процесса от гигиенических нормативов, условия труда по степени вредности и опасности условно подразделяются на 4 класса.

Согласно заключению санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) следует, что условия труда относятся к 4 классу опасности по биологическому фактору. При выполнении должностных обязанностей телятника, санитара, бригадира подсобного хозяйства, в режиме работы с неблагополучным поголовьем по бруцеллезу крупного рогатого скота, в совхозе «Кумышский» Карачаевского района КЧР, при отсутствии условий для соблюдения мер личной биологической безопасности, недостаточном обеспечении СИЗ и дезинфекционными средствами, имел неоднократный контакт с биоматериалом от неблагополучного поголовья крупного рогатого скота по бруцеллезу, в результате произошло заражение бруцеллезом ФИО1

В судебном заседании установлено, что на территории КЧР специализированное стационарное лечебное учреждение, позволяющего точно диагностировать установленный диагноз, в вышеуказанный период не имелось, в связи с чем, в соответствии с рекомендациями своего лечащего врача истец обратилась в МБУЗ «2-я Городская Клиническая Больница» г. Ставрополя, куда была госпитализирована в отделение диагностики и лечения профпатологии бруцеллеза. По результатам обследования в данном лечебном учреждении (выписка из медицинской карты № стационарного больного МБУЗ «2-я Городская Клиническая Больница» г. Ставрополя, отделения по диагностике, лечению и экспертизе профпатологии бруцеллеза за период с 28.05.2012г. по 01.06.2012г.), согласно выписке из медицинской карты стационарного больного от 25.04.2012г. № РГЛПУ «Карачаево-Черкесская инфекционная клиническая больница», установлен заключительный диагноз хронического профессионального заболевания (установлено комиссионно 01.06.2012 года). Резидульный бруцеллез.

Заключительный диагноз хронического профессионального заболевания - 

<

данные изъяты> был комиссионно установлен комиссией в составе Профессора кафедры инфекционных болезней СГМА, доктора медицинских наук, главного специалиста МЗ СК ФИО8, заместителя главного врача МБУЗ «2-я городская больница г.Ставрополя», кандидата медицинских наук ФИО9, заведующего бруцеллезным отделением Голубь О.Г., что подтверждается Медицинским заключением № от 01.06.2012 года.

Из представленных в материалы дела письменных доказательств установлена причинно-следственная связь заболевания истца с воздействием на него вредного фактора (факторов) производства. Данный вывод подтверждается извещением об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания.

В Управление Роспотребнадзора по КЧР, ФГУЗ «ЦГ и Э КЧР в Карачаевском районе», Фонд социального страхования по КЧР, работодателю, были направлены Извещения № от 01.06.2012 года за подписью заведующего отделением по диагностике, лечению, экспертизе профпатологии бруцеллеза.

Таким образом, довод представителя ГУ РО ФСС по КЧР о том, что МУЗ «2-я городская клиническая больница» не уведомило в письменной форме ГУ РО ФСС по КЧР об установлении заключительного диагноза хронического профессионального заболевания необоснован. 

Согласно указанного Извещения, вредными производственными факторами вызвавшими заболевание послужили: контакт с биоматериалами от неблагополучного поголовья с\х животных по бруцеллезу в период 1981-1982-х годов, согласно данным справки № от 04.05.2012г КЧР РГБУ «Карачаевской Рай СББЖ» регистрировались неблагополучные КРС но бруцеллезу, во время трудовой деятельности телятником, санитаром, бригадиром подсосного гурта бруцеллезной фермы отделении № в период с 10.06.1979г по 20.09.1986г в совхозе «Кумышский», Карачаевского района. КЧР, при работе в условиях труда по 4 классу, опасному по биологическому фактору при недостаточном обеспечении дезсредствам средствами индивидуальной защиты и недостаточной их эффективности. 

Комиссией в составе председателя: Главного специалиста-эксперта отдела эпид.надзора Управления Роспотребнадзора по ФИО10 ФИО4, членов комиссии: заместителя главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в КЧР» ФИО5, и.о. заместителя главного врача ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в КЧР» ФИО6 с 08.06.2012г. по 14.06.2012г. было проведено расследование случая профессионального заболевания резидуального бруцеллеза. Расследование проведено на основании представленных медицинских документов, санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № № от 22.05.2012г., утвержденной Главным государственным санитарным врачом по КЧР ФИО11

По результатам расследования комиссией составлен Акт о случае профессионального заболевания от 14.06.2012г. Согласно данного Акта заболевание «Резидуальный бруцеллез» является профессиональным и возникло у ФИО12 в результате контакта с возбудителем бруцеллёза, при выполнении должностных обязанностей телятника, санитара, бригадира подсобного хозяйства, в режиме работы с неблагополучным поголовьем по бруцеллезу крупного рогатого скота, в совхозе «Кумышский» Карачаевского района КЧР в период работы с 10.06.1979г. по 20.09.1986г., при отсутствии условий для соблюдения мер личной биологической безопасности, недостаточном обеспечении СИЗ, дезинфицирующими средствами, имел, место неоднократный контакт с биоматериалом от неблагополучного поголовья КРС по бруцеллёзу.

Установленный диагноз - хроническое профессиональное заболевание может быть изменен или отменен исключительно центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы. 

Вместе с тем, судом установлено, что своего заключения от 01 июня 2012 года в отношении ФИО1 МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» не уточняло и не отменяло.

В процессе рассмотрении дела для подтверждения или опровержения обстоятельств, по ходатайству представителя ГУ РФ ФСС РФ по КЧР судом была назначена судебно-медицинская экспертиза в Федеральном медико-биологическом агентстве, Федерального Государственного бюджетного учреждения «Государственный научный центр Российской Федерации - ФМБЦ им. А.И. Бурназяна».

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы б/н, поступившего в адрес суда 03 июля 2014 года, выполненному экспертами Федерального Государственного бюджетного учреждения «Государственный научный центр Российской Федерации - ФМБЦ им. А.И. Бурназяна» ФИО13, ФИО14, ФИО15 следует, что по представленным документам причинно-следственная связь между профессиональной деятельностью ФИО1 в совхозе «Кумышский» Карачаевского района в период с 10.06.1968 года по 20.09.1986 год и формированием у него заболевания «Резидуальный бруцеллез» отсутствует вследствие следующих причин: а) отсутствия документированных доказательств начала заболевания бруцеллезом у ФИО1 в совхозе «Кумышский» Карачаевского района в период с 10.06.1968 года по 20.09.1986 год; б) отсутствием обращений за медицинской помощью до 2012 г. по поводу заболевания бруцеллезом; в) обращение ФИО1 к врачу через 25 лет после прекращения работы в контакте с потенциально инфицированным материалом, спустя длительное время после истечения максимального срока инкубационного (скрытого) периода при бруцеллезе, составляющего 3 месяца. Сотрудниками МУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» Ставропольского края были допущены нарушения процедуры экспертизы связи заболевания с профессией, которые повлияли на объективность выводов при установлении заключительного диагноза у ФИО1

В соответствии с положениями ст. 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Согласно ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Выводы экспертов могут быть определенными (категоричными), альтернативными, вероятными и условными.

Определенные (категорические) выводы свидетельствуют о достоверном наличии или отсутствии исследуемого факта.

В соответствии с ч. 1 ст. 87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.

Определением Черкесского городского суда КЧР от 09 июня 2015 года производство по делу было приостановлено в связи с назначением повторной судебно-медицинской экспертизы по ходатайству представителя истца, производство которой поручено поручить Федеральному государственному бюджетному учреждению «Научно-исследовательский институт медицины труда» Российской академии медицинских наук, г. Москва.

Согласно заключения экспертов судебно-медицинской экспертизы № от 14.07.2016г. Федерального государственного бюджетного учреждения «Научно-исследовательский институт медицины труда» Российской академии медицинских наук ФИО16, ФИО17, ФИО18 следует, диагноз 

<

данные изъяты> ФИО1 установлен в РБУЛПУ «Карачаево-Черкесская Инфекционная больница» впервые в 2012 году, т.е. спустя много лет после предполагаемого контакта со скотом, инфицированным бруцеллезом, Профессиональный контакт ФИО1 с больным скотом не подтвержден Картой эпизоотолого-эпидемиологического обследования очага заболевания. При обосновании диагноза профессионального заболевания Резидуальный бруцеллез указано на обращения ФИО1 по поводу симптомов заболевания в 1981-82 г., что не имеет документального подтверждения. Вынесенный в диагноз распространенный полиартрит с поражением суставов верхних и нижних конечностей (3 ст.) не имеет подтверждения рентгенологических исследованиях, на что указывают и результаты проведенного анализа экспертами представленных рентгеноснимков. Проведенные диагностические серологические тесты на бруцеллез во всех исследованиях оказались отрицательными, что ставит под сомнение наличие у ФИО1 заболевания Резидуальный бруцеллез. На основании проведенного анализа представленных материалов эксперты дают ответ: Заболевание «Резидуальный бруцеллез», установленное ФИО1 впервые в 2012 году, не связан с его профессиональной деятельностью в совхозе «Кумышский» Карачаевского района в период его работы с 10.06.1979 г. по 20.09.1986 г. в должности телятника, санитара, бригадира подсосного гурта бруцеллезной фермы отделения № 3 совхоза «Кумышский» Карачаево-Черкесской республики.

Норма ч. 1 ст. 12 ГПК Российской Федерации, в силу которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, конкретизируется в части первой статьи 56 того же Кодекса, в силу которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

Согласно ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; согласно части второй данной статьи никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Определением суда от 21 июня 2016 года по ходатайству истца и его представителя назначена повторная экспертиза, проведение которой поручено Федеральному научно – клиническому центру оториноларингологии ФМБА России, г. Москва.

Заключением судебной экспертизы б/н от 05 июня 2018 года Федерального Государственного Бюджетного Учреждения «Научно-клинический центр оториноларингологии» ФМБА России (ФГБУ НКЦО ФМБА России), г. Москвы, выполненной экспертной комиссией по проведению экспертизы связи заболевания с профессией и экспертизы профпригодности: Председатель: ФИО19, заместитель председателя ФИО20, члены врачебной комиссии: ФИО21, ФИО22. ФИО23 на основании анализа представленных для проведения экспертизы материалов, сделан вывод: Причинно-следственная связь между профессиональной деятельностью ФИО1 в совхозе «Кумышский» Карачаевского района в период с 1979 по 1986 гг. и формированием у него заболевания «

<

данные изъяты>» отсутствует. 

Оценивая заключение экспертиз, суд проверяет полноту проведенного исследования, наличие ответов на все поставленные судом в определении о назначении экспертизы вопросы, соответствие предмета экспертного исследования назначенному виду экспертизы. 

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимосвязь доказательств в их совокупности.

По смыслу положений ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами.

Таким образом, экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Как видно из исследованного заключения судебно-медицинской экспертизы б/н, поступившего в адрес суда 02 февраля 2012 года, выполненному экспертами Федерального Государственного бюджетного учреждения «Государственный научный центр Российской Федерации - ФМБЦ им. А.И. Бурназяна» по условиям труда имеется априорный риск развития профессионального заболевания от воздействия биологических факторов производственной среды - бруцеллеза, который мог реализоваться в течение инкубационного периода вышеназванного инфекционного заболевания. по данным санитарно-гигиенической характеристики условий труда, у ФИО1 констатирована возможность развития профессионального заболевания от воздействия биологических факторов производственной среды - бруцеллеза. В процессе экспертизы связи заболевания с профессией врачебной комиссией Центра профпатологии должно было производиться внимательное изучение всех имеющихся объективных и соответствующим образом документированных доказательств наличия патологии как таковой, а затем рассмотрение вопроса о наличии причинно-следственной связи между производственным фактором и развитием заболевания. К сожалению, при проведении экспертизы связи с профессией данного случая заболевания перечисленные основополагающие принципы работы врача-профпатолога были нарушены. Результаты предварительных и периодических медицинских осмотров (ПМО) за период профессиональной деятельности в материалах дела и в запрошенных экспертами медицинских документах не представлены. Поэтому не представляется возможным оценить состояние здоровья пациента по данным ПМО. Имеются серьезные замечания к тактике ведения пациента во время обследования в инфекционной больнице и в больнице №2 г. Ставрополя.

Заключением судебно-медицинской экспертизы № 

<

данные изъяты> от 14 июля 2016 года Федерального государственного бюджетного учреждения «Научно-исследовательский институт медицины труда» Российской академии медицинских наук, экспертами не приняты во внимание: протокол ультразвукового исследования щитовидной железы, нелинейного анализа суставов и внутренних органов, протокола ультразвукового исследования сердца, указав, что эти исследования не имеют никакой диагностической ценности в постановке диагноза бруцеллеза и не несут никакой дополнительной информации для ответа на поставленный в определении суда вопрос, отклонены копии анализов и справок, не в полном объеме рентгенснимки и другие медицинские документы. Тогда как, эксперты должны были проанализировать все имеющиеся медицинские документы исследования щитовидной железы, нелинейного анализа суставов и внутренних органов, протокола ультразвукового исследования сердца, так эти исследования имеют обоснованность в определении последствий бруцеллеза, диагноз которого уже был поставлен медицинскими исследованиями.

Кроме того, судом учитывается, что экспертами не приняты во внимание представленные судом исследования на бруцеллез, которые оформлены на типографских бланках, вклеены в карты стационарного больного и результаты исследования отражены в выписных эпикризах, подписанных уполномоченным должностным лицом и заверенных печатью лечебного учреждения. 

Также несостоятелен довод в экспертном заключении о том, что обозначенный в п. 10 Локализация очага - Мясокомбинат г.Черкесска не указан ни в одном из представленных документов как место работы и возможного контакта ФИО1 с инфицированным скотом. Поскольку указание в Карте локализация очага - Мясокомбинат г.Черкесска, соответствует установленному порядку. В соответствии с санитарными нормами и правилами (Приказ Минздрава СССР от 11 ноября 1981 г. № 1164 «О дополнительных мерах по профилактике заболеваний людей бруцеллезом и туберкулезом», Санитарные и ветеринарные правила для молочных ферм колхозов, совхозов и подсобных хозяйств (утв. Государственным агропромышленным комитетом СССР по согласованию с Министерством здравоохранения СССР 29 сентября 1986 г.) и др.) больные (реагирующие при исследовании) бруцеллезом и туберкулезом сельскохозяйственные животные предписывалось транзитом сдавать их в установленном порядке на мясокомбинаты. В указанный период времени в Карачаево-Черкесии осуществлял свою деятельность единственный мясокомбинат - Мясокомбинат Черкесский. Согласно установленного режима работы Черкесского мясокомбината еженедельно (по пятницам) производилась санитарная бойня зараженного бруцеллезом скота.

Заключение судебно-медицинской экспертизы б/н от 05 июня 2018 года Федерального Государственного Бюджетного Учреждения «Научно-клинический центр оториноларингологии» ФМБА России (ФГБУ НКЦО ФМБА России) сделано на основании того, что: документированное начало заболевания в 2012 году, зафиксировано через 26 лет после прекращения работы в контакте с потенциально опасными профессиональными факторами (инфицированные бруцеллезом животные и биоматериалы), что многократно превышает установленный для данного инфекционного заболевания инкубационный период; отсутствуют документированные доказательства начала заболевания бруцеллезом у ФИО1 в период работы в совхозе «Кумышский» с 1979 по 1986 гг. и обращений в этот период за медицинской помощью по поводу клинических проявлений заболевания.

Согласно пояснениям свидетелей ФИО24 (веттехника), ФИО25, условиям работы ФИО1 на ферме, где содержался исключительно зараженный бруцеллезом скот, отбракованный со всех ферм совхоза «Кумышский», указанный экспертами механизм передачи заболевания полностью подтвердился, в результате чего ФИО1 получил заболевание 

<

данные изъяты>.

Ранее в судебном заседании свидетели ФИО26, ФИО27, (медицинские работники), показали, что ФИО1 проходил лечение в медицинских учреждениях в 1987 году, и ему не могли поставить диагноз.

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 14.06.2012 года, заболевание у ФИО1 является профессиональным и возникло в результате контакта с вредными производственными факторами. Наличие вины работника не установлено. Ранее у ФИО1 профзаболевания не устанавливались, в профцентр она не обращалась.

При этом судом учитывается, что сведений о том, что профессиональное заболевание выявлено при медицинском осмотре не установлено, ФИО1 самостоятельно, ввиду плохого самочувствия, при обращении в медучреждения узнал об установленном ему диагнозе.

Как следует из пояснений стороны истца, и не оспорено ответчиком в настоящее время РГУП «Кумышский» признано несостоятельным (банкротом) решением Арбитражного суда КЧР от 24.12.2007г. № А25-522-07-10. Суд считает, что ФИО1 является участником гражданских правоотношений, и его права не должны ущемляться и ставиться в зависимость от невыполнения, либо ненадлежащего выполнения работодателем своих обязанностей, возложенных законом. 

Таким образом, ФИО1, работая в Совхозе «Кумышский» Карачаевского района, действовал в соответствии с требования предъявляемыми к обслуживанию крупного рогатого скота, в интересах работодателя и независимо от своих должностных обязанностей, однако работодатель не выполнил возложенные на него обязанности по направлению работников на медицинский осмотр и незамедлительное выявление заболевания.

В обоснование своих доводов о незаконности установления заключительного диагноза профессионального заболевания ответчик сослался на судебно-медицинское заключение, «ГНЦ РФ-ФМБЦ им. А.И. Бурназяна», согласно которому экспертиза связи заболевания с профессией ФИО28 с профессией МУЗ «2-я городская клиническая больница» проведена неправильно.

Суд отмечает, что одним из основных видов деятельности МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» является дача заключений о профессиональном характере заболевания, возникшего от воздействия вредных факторов, составление медицинских заключений и направление извещений об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления), его уточнении или отмене, которого утверждена Приказом МЗ РФ от 28.05.2001 № 176, которые обязывают в соответствии с Положением об учете и расследовании профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967, организовывать и проводить расследование обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания. Деятельность МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» по экспертизе связи заболевания с профессией лицензирована (лицензия № 26-01-000705 от 28 декабря 2007 года, выданная Управлением Росздравнадзора по Ставропольскому краю). 

МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» отделение по диагностике, лечению, экспертизе профпатологии бруцеллеза, провела обследование ФИО1 в полном соответствии с нормативными правовыми актами и в пределах предоставленной учреждению компетенции с учётом всех существенных обстоятельств, указывающих на характер полученного заболевания.

Что касается самого заключения комиссии от 01 июня 2012 года № 35, то полагаю, что с учетом должностей ее членов и уровня их профессиональной квалификации, сомневаться в объективности заключения нет никаких оснований. Установленный диагноз неоднократно подтвержден врачами РГЛПУ «КЧП ИКБ», а так же медико-социальной экспертной комиссией, установившей группу инвалидности и степень утраты профессиональной трудоспособности.

Как установлено судом, своего заключения от 01 июня 2012 года в отношении ФИО12 МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» не изменяло и не отменяло.

В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Доказательств, свидетельствующих о незаконности комиссионного заключения МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» и извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания, ответчиком (истцом по встречному иску) представлено не было.

Кроме того суд учитывает, что представителем ГУ РО ФСС по КЧР не представлены достоверные доказательства того, что МБУЗ «2-я городская клиническая больница» в г.Ставрополе не является органом не наделенным правом предоставлять медицинские заключения.

В ходе судебного разбирательства ни ответчик, ни представители Министерства здравоохранения, Управления Роспотребнадзора не представили сведений, о том, что на территории Российской Федерации имеется Федеральный центр профпатологии. 

Вместе с тем, согласно пункту 35 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний (утв. постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967) разногласия по вопросам установления диагноза профессионального заболевания и его расследования имеют право рассматривать только органы и учреждения государственной санитарно - эпидемиологической службы Российской Федерации, Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, Федеральная инспекция труда, страховщик или суд. 

Ранее функции Центра профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации были возложены на Координационный центр профпатологии Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации и Экспертный совет по установлению связи заболевания с профессией Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию. Однако, указанные инстанции были упразднены. В настоящий момент Центр профессиональной патологии Министерства здравоохранения Российской Федерации, предусмотренный Положением о расследовании и учете профессиональных заболевании, отсутствует. Таким образом, случаи несогласия с решением врачебной комиссии центра профессиональной патологии могут быть рассмотрены только центром профессиональной патологии, который принял данное решение, или в судебном порядке.

ГУ РО-ФСС по КЧР суду не предоставлены сведения об отсутствии статуса «Центра профессиональной патологии Министерства здравоохранения РФ». При этом, как указано выше, деятельность врачебной комиссии по экспертизе связи с профессией осуществляется в муниципальном бюджетном учреждении здравоохранения Ставропольского края «2-я городская клиническая больница» в соответствии с имеющейся у медицинской организации лицензией № 26-01-000705 от 28.12.20007г., которая имеется и действует и на сегодняшний день.

В соответствии с приказом министерства здравоохранения Ставропольского края от 31.12.2014 г. № 01-05/998 «О некоторых мерах по реализации на территории Ставропольского края порядка оказания медицинской помощи при острых и хронических профессиональных заболеваниях» на базе государственного бюджетного учреждения здравоохранения Ставропольского края «Ставропольская краевая клиническая больница» организован Краевой центр профессиональной патологии и утвержден состав краевой профессиональной клинико-экспертной комиссии. В соответствии с данным приказом на ГБУЗ СК «2-я городская клиническая больница» возложено проведение экспертизы связи заболевания с профессией и лечение больных с бруцеллезом. Главные внештатные специалисты Министерства здравоохранения РФ утверждены приказом Министерства здравоохранения РФ от 25.10.2012 года № 444 «О главных внештатных специалистах Министерства здравоохранения РФ».

Кроме того, выводы экспертной организации «ГНЦ РФ-ФМБЦ им. А.И. Бурназяна» в части того, что связь заболевания с профессией ФИО1 с профессией МУЗ «2-я городская клиническая больница» проведена неправильно являются ненадлежащими, поскольку указанная организация не имеет допуска для установления ответов на заявленные ответчиком вопросов, так как расследование проведения экспертизы находится вне компетенции экспертов. 

Ответчиком в ходе рассмотрения спора не было представлено доказательств, свидетельствующих о том, что истцу разъяснялось о том, что ему необходимо обратиться в какой – либо определенный Центр профпатологии для установления заключительного диагноза в связи с профессиональным заболеванием.

Таким образом, МБУЗ «2-я городская клиническая больница» г.Ставрополя в 2012 году входила в Перечень медицинских организаций, участвующих в реализации Территориальной программы государственных гарантий оказания гражданам Российской Федерации, проживающим на территории Карачаево-Черкесской Республики, бесплатной медицинской помощи на 2012 год, утвержденной Постановлением Правительства Карачаево-Черкесской Республики от 28 февраля 2012 года № 86. В этой связи ссылки ГУ РО-ФСС по КЧР на отсутствие у МБУЗ «2-я городская клиническая больница» г.Ставрополя полномочий оказывать медицинскую помощь жителям Карачаево-Черкесской Республики являются несостоятельными. 

Несостоятелен отказ в назначении страховых выплат о том, что, в нарушение п. 13 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967 в МБУЗ «2-я городская клиническая больница г. Ставрополя» приняла истицу без направления, при «самообращении», после установления заключительного диагноза не отправили извещение и медицинское заключение об установлении заключительного диагноза в отделение Фонда в нарушение п.п. 14, 15 Положения. 

Положение о расследовании и учёте профессиональных заболеваний, утвержденное постановлением Правительства Российской Федерации №967 от 15 декабря 2000г., предусматривает порядок вынесения заключительного диагноза. Учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз хроническое профессиональное заболевание, в месячный срок обязано направить больного на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение (центр профессиональной патологии, клинику или отдел профессиональных заболеваний медицинских научных организаций клинического профиля) (далее именуется - центр профессиональной патологии) с представлением документов.

Приказом Министерства здравоохранения КЧР от 10.06.2013 № 236-О «Об утверждении Административного регламента оказания государственной услуги Министерством здравоохранения КЧР по направлению граждан Российской Федерации, проживающих на территории КЧР, для оказания специализированной медицинской помощи в федеральных специализированных медицинских учреждениях» в соответствии с постановления Правительства КЧР от 20.09.2011 № 316, пунктами 1.6, 1.7 и 1.8 Плана мероприятий по организации предоставления государственных и муниципальных услуг по принципу «одного окна» в Карачаево-Черкесской Республике, утвержденному постановлением Правительства КЧР от 28.12.2012 г. № 579, руководствуясь Положением о Министерстве здравоохранения КЧР, утвержденным Указом Главы КЧР от 03.12.2012 № 302 утвержден Административный регламент оказания государственной услуги Министерством здравоохранения КЧР по направлению граждан Российской Федерации, проживающих на территории КЧР, для оказания специализированной медицинской помощи в федеральных специализированных медицинских учреждениях.

Направление граждан Российской Федерации, проживающих на территории КЧР, производится для оказания специализированной медицинской помощи в федеральных специализированных медицинских учреждениях. При предоставлении государственной услуги должностными лицами Министерства осуществляется взаимодействие с представителями медицинских организаций федеральных бюджетных медицинских учреждений Российской Федерации, имеющих лицензию на медицинскую деятельность в части выполнения работ (услуг) по осуществлению специализированной медицинской деятельности.

Процедура предоставления государственной услуги завершается путем вручения заявителю: 1) направления и выдачи талона на оказание СМП в федеральном учреждении здравоохранения; 2) решение об отказе в предоставлении оказания СМП в федеральном учреждении здравоохранения. Документы, предоставляемые Министерством по завершению оказанию государственной услуги, вручаются заявителю в виде бумажного документа, который заявитель, либо его уполномоченный представитель получает непосредственно при личном обращении. Способом фиксации результата оказания государственной услуги является регистрация направления в журнале выданных направлений. В случае отказа в предоставлении государственной услуги заявителю вручается уведомление об отказе с указанием мотивированных причин. 

Так, в судебном заседании установлено, что в нарушение действующего законодательства в сфере оказания специализированной медицинской помощи ФИО1 в МБУЗ «2-я городская клиническая больница» был направлена именно лечащим врачом (без письменного направления), где прошел медицинское обследование за наличный расчет.

Согласно пояснений истца и его представителя, данных ранее в судебном заседании, истец обратился в медицинское учреждение, которое ему было рекомендовано. 

Таким образом, из анализа норм права и обязательств назначения ФИО1 страховых выплат, суд приходит к выводу, что должностные лица (лечащий врач) не представили доказательств надлежащего выполнения своих обязанностей по разъяснению застрахованному его права пройти медицинское освидетельствование в определенном Центре профпатологии, что в результате привело к существенному нарушению прав истца. 

Исходя из изложенного, суд находит доводы ответчика указанные в качестве оснований таких обстоятельств, как «самообращение» для уточнения диагноза, отсутствие договора между Министерством здравоохранения КЧР и МБУЗ 2-я городская больница г.Ставрополя», а также отсутствие лицензии на осуществление экспертизы связи заболевания с профессией», полагаю необоснованными, поскольку помимо изложенного выше согласно ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ (ред. от 28.12.2013) «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Содержащаяся в письме Регионального отделения ФСС по КЧР от 16 августа 2013 года «Об отказе в назначении страховых выплат» ссылка на отсутствие в период с 01ю.01.2012 по 03.06.2012 года правового акта, регламентирующего возможность установления диагноза профессионального заболевания, судом признается несостоятельным. Действительно, ранее Список профессиональных заболеваний с Инструкцией по его применению был утвержден Приказом Минздравмедпрома РФ от 14 марта 1996 года № 90 «О порядке проведения предварительных и периодических медицинских осмотров работников и медицинских регламентах допуска к профессии». Этот документ утратил силу с 1 января 2012 года в связи с изданием Приказа Минздравсоцразвития РФ от 12 апреля 2011 года № 302н. 

В соответствии с п.15 ч.2 ст.14 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» с 1 января 2012 года утверждение перечня профессиональных заболеваний отнесено к полномочиям федеральных органов государственной власти в сфере охраны здоровья было. Такой Перечень был утвержден Приказом Минздравсоц-развития РФ от 27 апреля 2012 года 417н и вступил в силу с 3 июня 2012 года. Однако отсутствие правого акта в указанный период времени не должно умалять право истца на установление причинной связи имеющегося у него заболевания с профессией, тем более, что выявленное у истца заболевание в качестве профессионального заболевания было включено как в ранее действовавший Список профессиональных заболеваний, утвержденный приказом Минздравмедпрома РФ от 14 марта 1996 года № 90, так и в ныне действующий Перечень, утвержденный приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27 апреля 2012 года № 417н. Кроме того, по состоянию на 2012 год не был отменен или признан утратившим силу Список профессиональных заболеваний, утвержденный Минздравом СССР 26 февраля 1970 года и Секретариатом ВЦСПС 25 февраля 1970 года (п.7 протокола № 6), в котором в качестве одного из профессиональных заболеваний указан резидуальный бруцеллез. В любом случае право истца на получение гарантированного ст.7 и ст.39 Конституции РФ социального обеспечения вследствие профессионального заболевания не может быть поставлено в зависимость от несогласованности действий органов государственной власти по вопросам, отнесенным к их компетенции.

На момент обращения ФИО28 в ГУ РО-ФСС РФ по КЧР с заявлением о назначении выплат и на момент рассмотрения настоящего дела медицинское заключение № от 27.08.2012 года, извещение № от 27.08.2012 года выданные истцу МБУЗ «2-я городская клиническая больница» г.Ставрополя, никем не оспорено, не отменено, недействительным не признано.

Также необходимо отметить, что датой наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие хронического профессионального заболевания является дата установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности. ФИО1 стойкая утрата профессиональной трудоспособности установлена 06.12.2012 года.

Представителями ГУ РО-ФСС по КЧР в отказе в назначении страховых выплат, и в судебном заседании утверждается о нарушении ответчиком Управлением Роспотребнадзора п.4.8 Инструкции о порядке применения Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 мая 2001 года № 176, о необходимости участия представителей страхования в расследовании случаев профессионального заболевания в случае ликвидации работодателя. Действительно, в нарушение п.4.8 данной Инструкции в комиссию по расследованию случая профессионального заболевания не был включен представитель страховщика, каковым является Региональное отделение ФСС по КЧР. Однако данное обстоятельство само по себе не свидетельствует о незаконности акта о случае профессионального заболевания от 14 июня 2012 года, поскольку наличие у истца профессионального заболевания (резидуального бруцеллеза) является достоверно установленным фактом, подтвержденным совокупностью сведений, имеющихся в медицинских документов истца и установленных в судебном заседании обстоятельств.

В любом случае право истца на получение гарантированного ст.7 и ст. 39 Конституции РФ социального обеспечения вследствие профессионального заболевания не может быть поставлено в зависимость от несогласованности действий органов государственной власти по вопросам, отнесенным к их компетенции и нарушения допущены не истцом, заключительный диагноз истцу был установлен учреждением здравоохранения, обладающем правом установления диагноза.

Таким образом, судом достоверно установлено, что ФИО1 получил повреждение здоровья от воздействия неблагоприятных факторов в период работы в совхозе «Кумышский» с 1979 года по 1986 год.

Оценив представленные сторонами доказательства по правилу ст. 67 ГПК РФ в их совокупности, руководствуясь положениями Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967, на основании объяснений лиц, участвующих в деле, представленных документов, показаний свидетелей, пришел к выводу о том, что оснований сомневаться в правильности установленного ФИО1 заключительного диагноза профессионального заболевания, указанного в оспариваемом акте, не имеется. Порядок установления наличия профессионального заболевания, предусмотренный Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, ФИО1 нарушен не был, суд полагает доказанным факт непрерывного длительного (более 7 лет) воздействия вредных производственных факторов на здоровье ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей и, установив причинную связь между повреждением здоровья и воздействием вредных производственных факторов, признаёт право ФИО1 на получение обеспечения по государственному страхованию возникшим. Установленный диагноз - хроническое профессиональное заболевание может быть изменен или отменен исключительно центром профессиональной патологии на основании результатов дополнительно проведенных исследований и экспертизы, принимая во внимание, что истцом были представлены надлежащие документы, подтверждающие в установленном законом порядке профессиональный характер имеющегося у него заболевания, при этом, Акт о случае профессионального заболевания, заключительный диагноз ответчиком не оспорены, исходя из того, что в силу п. 5 приведенного выше Положения профессиональное заболевание, возникшее у работника, подлежащего обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, является страховым случаем.

В нарушение ст. 56 ГПК РФ в суд первой инстанции не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о необоснованности требований или опровергающих доказательства, представленные истцом ФИО1 и имеющихся в материалах дела.

При таких обстоятельствах дела, учитывая вышеизложенное, оценив совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, в т.ч. и вышеуказанные заключения судебно-медицинских экспертиз, принимая во внимание, что у истца имелись все предусмотренные нормами действующего законодательства основания для назначения страхового обеспечения ввиду имеющегося у него повреждения здоровья, связанного с исполнением трудовых обязанностей и подтвержденного в установленном порядке, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных ФИО1 требований.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы по гражданскому делу состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В соответствии с ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов, в том числе по проведению судебной экспертизы при вынесении решения является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования (Определение Конституционного Суда Российской Федерации № 88-0-0 от 19.01.2010).

Таким образом, из содержания указанных выше норм следует, что возмещение судебных издержек должны быть осуществлены той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, в данном случае в пользу истца.

Как видно из материалов дела, по настоящему делу, была проведена судебно-медицинская экспертиза ФГБУ «НКЦО ФМБА России». Определением Черкесского городского суда оплата расходов по проведению экспертизы была возложена на истца ФИО1, с последующим распределением бремени понесенных судебных расходов между сторонами в зависимости от конечного результата рассмотрения дела. В данном случае, акта выполненных работ, подписанного ФИО1, чек-ордера Карачаево-Черкесского отделения № 8585 филиала № 19 следует, что ФИО1 произведена оплата в сумме 73292,74 коп. Поскольку в данном исковые требования ФИО1 удовлетворены, в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 98 ГПК РФ, суд полагает необходимым с ответчика ГУ-РО ФСС РФ по КЧР судебные расходы. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике удовлетворить. 

Признать отказ Государственного учреждения региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике в назначении страховых выплат в связи с профессиональным заболеванием незаконным. 

Признать право ФИО1 на обеспечение по социальному страхованию, в связи с профессиональным заболеванием 

<

данные изъяты>», повлекшим утрату 80-ти процентов профессиональной трудоспособности, полученным в период работы в должности телятника, санитара, бригадира подсосного гурта бруцеллезной фермы отделения № 3 совхоза «Кумышский» в период с 10 июня 1979 года по 20 сентября 1986 года, в результате работы с неблагополучным по бруцеллезу поголовьем крупного рогатого скота.

Обязать Государственное учреждение - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике назначить истцу ФИО1, с 06 декабря 2012 года единовременную и ежемесячные страховые выплаты с последующей индексацией в соответствии с действовавшим на дату наступления страхового случая законодательством.

Взыскать с Государственного учреждения - Региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации по Карачаево-Черкесской Республике в пользу ФИО1, в качестве оплаченных сумм за услуги экспертов - 73 292 (семьдесят три тысячи двести девяносто два) рубля 74 копейки 

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Карачаево-Черкесской Республики с подачей апелляционной жалобы или представления через Черкесский городской суд КЧР в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме. Мотивированное решение изготовлено 07 августа 2018 года.

Судья Черкесского городского суда КЧР Т.С. Панаитиди