Дело № 2-256/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

06 сентября 2018 года г.Хабаровск

Кировский районный суд г.Хабаровска в составе:

председательствующего судьи Наконечного С.И.

при секретаре Радунцевой А.Е.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием. В обоснование требований истец указал, что 03.07.2017 года в 20-30 часов в г. Хабаровске на ул. Серышева, в районе д.52, произошло столкновение двух автомобилей: «Тойота Лэнд Крузер Прадо», гос.номер №, под управление ФИО3 и принадлежащего истцу автомобиля «Тойота Корона», гос.номер №, под управлением Бондаря ФИО4 в ДТП признан ФИО3, гражданская ответственность которого не была застрахована в установленном законом порядке. Истец обратился в экспертную организацию для определения суммы причиненного ущерба, согласно заключению ООО «Дальневосточный экспертно-криминалистический центр «Элатея», сумма затрат на восстановление автомобиля составляет 96348 рублей, за производство экспертизы истцом оплачено 7272 рубля, которые истец и просил взыскать с ответчика, а также возместить расходы на оплату почтовых услуг, понесенные истцом на уведомление участников ДТП о проводимой экспертизе, в размере 606,80 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 15000 рублей. 

В ходе судебного разбирательства истец требования уточнил в части затрат на восстановление автомобиля на сумму 70633 рубля.

В судебном заседании представитель истца требования поддержала и просила иск удовлетворить, взыскав заявленные суммы с ответчика как лица, виновного в причинении ущерба имуществу истца.

Ранее в судебном заседании третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне истца – ФИО5 подтвердил оглашенные в судебном заседании объяснения, данные им при оформлении сотрудниками полиции ДТП, согласно которым 03.07.2017г. в 20-30 часов ФИО5 управлял автомобилем «Тойота Корона», гос.номер №, двигался со стороны ул. Знаменщикова по левой полосе, приближался к пересечению улиц Шеронова по ул. Серышева, перед пешеходным переходом с правой средней полосы перед ним резко перестроился «Тойота Лэнд Крузер Прадо» гос.номер Н931ВН 27, в связи с чем произошло ДТП. Суду ФИО5 дополнительно пояснил, что до ДТП двигался со скоростью 30 км/ч, готовился к повороту налево, дорога перед ним была пустая, в попутном направлении с ним двигался автомобиль «Тойота Лэнд Крузер Прадо», перед которым двигался еще один джип. Как пояснил ФИО5, примерно за три метра до пешеходного перехода он увидел идущего по переходу пешехода и стал притормаживать, место для торможения у него было. Однако в связи с тем, что двигавшийся по соседней полосе справа джип остановился перед пешеходным переходом, двигавшийся за этим джипом автомобиль «Тойота Лэнд Крузер Прадо», видимо, для того, чтобы избежать столкновения, резко перестроился влево, на его, Бондаря, полосу движения, после чего резко остановился перед пешеходным переходом. Затормозить свой автомобиль Бондарь не смог, поэтому и произошло ДТП.

Ответчик ФИО3 ранее в судебном заседании иск не признал. В обоснование возражений суду пояснил, что автомобиль «Тойота Корона» он заметил на перекрестке улиц Волочаевская-Серышева, этот автомобиль двигался за ним и пытался перестроиться в левую полосу для движения. ФИО3 пояснил, что в районе автобусной остановки ул. Знаменщикова он перестроился в левую полосу для движения, за ним перестроился автомобиль «Тойота Корона». Ответчик пояснил, что при подъезде к пешеходному переходу двигался со скоростью 20 км/ч, поток был плотный, обзор ему закрывали находящиеся перед ним автомобили «Тойота Лэнд Крузер» и «Ниссан Мурано». Когда он стал перестраиваться в третью полосу, увидел пешехода, выглядывающего из-за машин, и остановился. После чего, в течение 3-х секунд, почувствовал удар в заднюю часть своего автомобиля. Правила дорожного движения он не нарушал, ДТП произошло из-за действий водителя автомобиля «Тойота Корона».

Выслушав пояснения, исследовав представленные доказательства, суд установил.

03.07.2017 года в 20-30 часов в г. Хабаровске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля «Тойота Лэнд Крузер Прадо» гос.номер №, принадлежащего ФИО6, под управлением ФИО3, который двигаясь по ул. Серышева со стороны ул. Знаменщикова в сторону ул. Джамбула в районе дома 52 по среднему ряду при перестроении в левый ряд допустил столкновение с принадлежащим истцу автомобилем «Тойота Корона», гос.номер №, под управлением Бондаря А.Ю., чем нарушил п. 8.4 Правил дорожного движения. 

По данному факту постановлением должностного лица ДПС ГИБДД от 03.07.2017 г. по делу об административном правонарушении, ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.3 ст. 12.14 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 500 рублей. 

Вступившим в законную силу решением судьи Кировского районного суда г. Хабаровска от 16.10.2017г. по жалобе ФИО3 указанное постановление должностного лица ДПС ГИБДД оставлено без изменения, жалоба – без удовлетворения. 

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Гражданский процессуальный кодекс РФ не определяет значение фактов, установленных вступившим в законную силу постановлением или решением судьи по делу об административном правонарушении, это определено в абз. 4 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 23 "О судебном решении". Так, судам на основании ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, следует также определять значение вступившего в законную силу постановления и (или) решения судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление (решение).

Пределы преюдиции в данном случае ограничены кругом обстоятельств, установленных при рассмотрении судом дела об административном правонарушении, а именно в части совершения определенных действий конкретным лицом, с учетом совершения действий во времени и пространстве.

Как указано выше, постановлением по делу об административном правонарушении, решением судьи Кировского районного суда г. Хабаровска установлено, что ФИО3, управлял автомобилем «Тойота Лэнд Крузер Прадо» гос.номер № и в нарушение п. 8.4 Правил дорожного движения, предусматривающего, что при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения, ФИО3, двигаясь по среднему ряду, при перестроении в левый ряд допустил столкновение с принадлежащим истцу автомобилем «Тойота Корона», гос.номер №.

Указанные обстоятельства, имеют преюдициальное значение, так как установлены вступившим в законную силу судебным актом, в связи с чем, обязательны для суда и не подлежат оспариванию при рассмотрении данного гражданского дела.

При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, конституционный принцип состязательности предполагает такое построение судопроизводства, в том числе по гражданским делам, при котором правосудие (разрешение дела), осуществляемое только судом, отделено от функций спорящих перед судом сторон, при этом суд обязан обеспечивать справедливое и беспристрастное разрешение спора, предоставляя сторонам равные возможности для отстаивания своих позиций, и потому не может принимать на себя выполнение их процессуальных (целевых) функций. В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3, Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 ГПК Российской Федерации), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий (Постановления от 14 февраля 2002 года N 4-П и от 28 ноября 1996 года N 19-П; Определения от 13 июня 2002 года N 166-О, от 22 ноября 2012 г. N 2196-О).

В этой связи, по ходатайству ответчика, утверждавшего о наличии в действиях второго водителя нарушений Правил дорожного движения, состоящих в причинно-следственной связи с наступившими последствиями, для определения механизма возникновения ДТП от 03.07.2017г. и решения вопроса о соответствии действий водителей – участников ДТП в возникшей дорожной ситуации требованиям ПДД с технической точки зрения, а также наличия у водителя, управлявшего автомобилем «Тойота Корона», технической возможности избежать столкновение с автомобилем «Тойота Лэнд Крузер Прадо», судом была назначена автотехническая экспертиза.

Согласно выводам заключения судебного эксперта АНО «Хабаровская лаборатория судебной и независимой экспертизы» № 58/2-2018 от 22.02.2018, механизм столкновения транспортных средств условно разделен на три стадии: сближение транспортных средств перед столкновением, взаимодействие при ударе и отбрасывание (движение после столкновения). На первой стадии ДТП, автомобиль «Toyota-Corona» гос. per. знак №, со скоростью около 30 км/ч двигался в прямом направлении. В момент, когда данное ТС-2 от места столкновения располагалось на расстоянии около 16.0 м., двигавшийся справа в попутном направлении автомобиль «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак № (ТС-1), изменил траекторию движения и начал смещаться влево, на полосу движения ТС-2. Обнаружив опасность для движения, водитель автомобиля «Toyota-Corona» гос. per. знак № (ТС-2), предпринял меры к остановке данного ТС-1 и в режиме торможения продолжал движение в прямом направлении. В это же время, автомобиль «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак №, со смещением на крайнюю левую полосу проезжей части, в режиме рабочего торможения, продолжал движение по заданной траектории. После остановки, с данным ТС-1 столкнулся автомобиль «Toyota-Corona» гос. per. знак № (ТС-2). На второй стадии механизма ДТП происходило взаимодействие между транспортными, а именно автомобиль «Toyota-Corona» гос. рег. знак № (ТС-2), своей передней правой угловой частью кузова, столкнулся с левой задней угловой частью кузова автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак № (ТС-1). В процессе контактного взаимодействия происходило разрушение и деформации кузовных конструктивных элементов автомобиля «Toyota-Corona» гос. рег. знак № (ТС-2). Под воздействием встречного ударного импульса со стороны ТС-1, капот двигателя, переднее правое крыло, передний бампер, были деформированы в направлении спереди назад. В процессе разрушения правой фары и габаритного фонаря, на проезжей части образовалась зона разброса осколков, характеризующая расположение места столкновения. Под воздействием ударного импульса со стороны ТС-2, в направлении к центру кузова, автомобиль «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак № (ТС-1) получил повреждения и деформации конструктивных элементов, расположенных в задней левой угловой части кузова, таких как задний бампер, левый отражатель, левый фонарь, левый задний брызговик (дополнение к протоколу о нарушении ПДД). Поскольку в момент столкновения скорость движения автомобиля «Toyota-Corona» гос. рег. знак № (ТС-2) имела минимальное значение, и перемещение автомобилей относительно места столкновения не произошло места, на третьей стадии механизма ДТП, после окончания внедрения повреждающих кузовных элементов данных транспортных средств и остановки ТС-2, механизм столкновения (ДТП) был завершен.

Не смотря на то, что в конечном положении автомобиль «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос.рег. знак № (ТС-1) расположен в пределах полосы проезжей части предназначенной для движения ТС в данном направлении, но в положении не параллельном прямолинейному направлению, т. е. под углом относительно продольной оси дороги, или к краю проезжей части, в условиях данной дорожной ситуации, маневр автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак № (ТС-1), связанный с перестроением на полосу движения, предназначенную для поворота налево, является незавершенным.

2. В условиях данной дорожной обстановки, при выполнении маневра - перестроение на крайнюю левую полосу, предназначенную для дальнейшего движения (поворота) налево, водитель автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос.рег. знак № (ТС-1), в своих действиях должен был руководствоваться требованиями пунктов 8.4, 1,2 «уступить дорогу (не создавать помех)», а также требованиями дорожной разметки 1.1 Правил дорожного движения РФ.

Поскольку водитель автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак № (ТС-1) осуществлял маневр - перестроение на крайнюю левую полосу, связанный с пересечением сплошной линии дорожной разметки 1.1, в непосредственной близости, перед попутным автомобилем «Toyota-Corona» гос. рег. знак № (ТС-2), что вынудило водителя ТС-2 принять меры к снижению скорости, а также привело к возникновению аварийной ситуации и столкновению транспортных средств, действия водителя автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос.рег.знак № (ТС-1), не соответствовали требованиям пунктов 8.4, 1.2 «уступить дорогу (не создавать помех)» и дорожной разметки 1.1 Правил дорожного движения РФ.

Водитель автомобиля «Toyota-Corona» гос. рег. знак № (ТС-2), в процессе приближения в прямом направлении к нерегулируемому пешеходному переходу, и двигаясь в пределах данной полосы, в момент обнаружения опасности для движения, в виде автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак № (ТС-1), водитель которого приступил к перестроению влево, в своих действиях должен был руководствоваться требованиями части 2 пункта 10.1 ПДД РФ. Поскольку водитель автомобиля «Toyota-Corona» гос. рег. знак № из-за отсутствия запаса остановочного пути не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автомобилем «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак № (ТС-1), в действиях водителя автомобиля Toyota-Corona» гос. рег. знак № (ТС-2), несоответствий требованиям части 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ, не усматривается.

Согласно выводам дополнительного заключения судебного эксперта АНО «Хабаровская лаборатория судебной и независимой экспертизы» № 382/2-2018 от 17.07.2018, с учётом вновь приведенных обстоятельств, а именно иного расстояния от линии дорожной разметки 1.1 ПДД РФ, до оси правого переднего колеса, зафиксированного на фотоизображениях автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак №, положение и траектория данного ТС-1 изменятся. Данные изменения состоят в перемещении автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак №, от места на котором полоса движения смещается влево и соответственно влево перемещается траектория (динамический коридор) направления движения данного ТС-1, но при этом указанное перемещение в конечное положение, остается связанным с пересечением сплошной линии дорожной разметки 1.1 ПДД РФ (пересекать которую запрещается). При этом эксперт указал, что несмотря на вновь установленную траекторию движения и расположение на проезжей части автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак № отличные от ранее установленной траектории и расположения данного ТС-1, выводы приведенные в заключении №58/2 от 22.02.2018 года, остаются неизменными.

У суда нет оснований не доверять заключениям судебного эксперта, которое выполнено в точном соответствии со ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", в данном заключении отражено содержание и результаты исследований с указанием примененных методов; содержится оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам, эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, и не заинтересован в исходе дела, тем самым заключения эксперта являются допустимыми доказательствами и суд их принимает. 

Доводы ответчика о наличии виновных действий второго участника ДТП, состоящих в причинно-следственной связи с наступившими последствиями в виде причинения ущерба имуществу истца, ничем кроме пояснений ФИО3 по делу не подтверждаются, являются несостоятельными ввиду большинства опровергающих доказательств. 

С учетом изложенного, суд не усматривает нарушений Правил дорожного движения, состоящих в прямой причинно-следственной связи с произошедшей аварией, в действиях второго участника дорожно-транспортного происшествия - водителя автомобиля «Тойота Корона». Ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ доказательств обратного не представлено и возможность сбора доказательств по делу в указанной части исчерпана.

При этом все добытые по делу письменные доказательства – постановление должностного лица ГИБДД, решение судьи по делу об административном правонарушении, заключения судебных экспертиз в своей совокупности устанавливают одни и те же обстоятельства – а именно то, что дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя автомобиля «Toyota-Land-Cruiser-Prado» гос. рег. знак № ФИО3, вследствие нарушения им п.8.4 Правил дорожного движения. 

Оценивая установленные обстоятельства с учётом исследованных доказательств, суд пришёл к выводу, что между допущенным ответчиком нарушением Правил дорожного движения и наступившими последствиями в виде причиненного материального ущерба - имеется причинно-следственная связь.

Судом установлено, что в момент совершения дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность ответчика не была застрахована, причиненный истцу ущерб ответчик не возместил.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

На основании статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по смыслу статьи 1079 ГК РФ лицо, в отношении которого оформлена доверенность на управление транспортным средством признается его законным владельцем, если транспортное средство передано ему во временное пользование и он пользуется им по своему усмотрению. 

Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 ноября 2012 года N 1156 "О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации" внесены изменения в Правила дорожного движения Российской Федерации, вступившие в силу 24 ноября 2012 года. В пункте 2.1.1 Правил дорожного движения Российской Федерации исключен абзац четвертый, согласно которому водитель механического транспортного средства обязан иметь при себе и по требованию сотрудников полиции передавать им для проверки документ, подтверждающий право владения, или пользования, или распоряжения данным транспортным средством в отсутствие его владельца.

Таким образом, была упразднена обязанность водителя транспортного средства иметь при себе помимо прочих документов на автомобиль доверенность на право управления им.

Как установлено судом, ответчик ФИО3 в момент дорожно-транспортного происшествия являлся законным владельцем автомобиля «Тойота Лэнд Крузер Прадо», который ему передала для управления ФИО6 – его супруга и собственник автомобиля. При этом суд учитывает, что в силу ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Имущество супругов является общим независимо от того, на имя кого конкретно из супругов оно приобретено, зарегистрировано или учтено.

В результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине ответчика, автомобиль истца получил механические повреждения, стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учётом износа по заключению судебной экспертизы, проведенной на основании определения суда ФБУ «Дальневосточный региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» №58/5-2 от 23.04.2018 составляет 69317,40 рублей.

В то же время, на основании проведенного по заказу истца экспертного заключения ООО «Дальневосточный экспертно-юридический центр «Элатея» №058-2017 от 18.09.2017 стоимость восстановительного ремонта автомобиля без учёта износа составляет 96348 рублей, с учётом износа – 70633 рубля.

В силу закрепленного в статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Приведенное гражданско-правовое регулирование основано на предписаниях Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 35 (часть 1) и 52, и направлено на защиту прав и законных интересов граждан, право собственности которых оказалось нарушенным иными лицами при осуществлении деятельности, связанной с использованием источника повышенной опасности.

По смыслу вытекающих из статьи 35 Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 19 и 52 гарантий права собственности, определение объема возмещения имущественного вреда, причиненного потерпевшему при эксплуатации транспортного средства иными лицами, предполагает необходимость восполнения потерь, которые потерпевший объективно понес или - принимая во внимание в том числе требование пункта 1 статьи 16 Федерального закона "О безопасности дорожного движения", согласно которому техническое состояние и оборудование транспортных средств должны обеспечивать безопасность дорожного движения, - с неизбежностью должен будет понести для восстановления своего поврежденного транспортного средства.

Как отметил Конституционный суд РФ в постановлении от 10.03.2017 года N 6П, замена поврежденных деталей, узлов и агрегатов - если она необходима для восстановления эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства, в том числе с учетом требований безопасности дорожного движения, - в большинстве случаев сводится к их замене на новые детали, узлы и агрегаты. Поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - при том, что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла.

Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

Как следует из постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).

Иное приводило бы к нарушению гарантированных статьями 17 (часть 3), 19 (часть 1), 35 (часть 1), 46 (часть 1), 52 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации прав потерпевших, имуществу которых был причинен вред при использовании иными лицами транспортных средств как источников повышенной опасности.

Вместе с тем, в силу вытекающих из Конституции Российской Федерации, в том числе ее статьи 55 (часть 3), принципов справедливости и пропорциональности (соразмерности) и недопустимости при осуществлении прав и свобод человека и гражданина нарушений прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3) регулирование подобного рода отношений требует обеспечения баланса интересов потерпевшего, намеренного максимально быстро, в полном объеме и с учетом требований безопасности восстановить поврежденное транспортное средство, и лица, причинившего вред, интерес которого состоит в том, чтобы возместить потерпевшему лишь те расходы, необходимость осуществления которых непосредственно находится в причинно-следственной связи с его противоправными действиями.

Как установлено судом, истец при обращении с иском в суд требовал взыскать с ответчика стоимость расходов, необходимых для приведения транспортного средства в прежнее состояние без учёта износа деталей и агрегатов, впоследствии требования уточнил и просил взыскать с ответчика затраты на восстановление автомобиля без учёта его износа, на сумму 70633 рубля.

Суд принимает во внимание данные обстоятельства, при этом, в целях определении суммы затрат на ремонт транспортного средства, считает необходимым исходить из заключения судебного эксперта, которое содержит подробное описание проведенного исследования, результаты исследования с указанием примененных методов, конкретные ответы на поставленные вопросы, не допускает неоднозначного толкования, не вводит в заблуждение. Заключение является достоверным и допустимым доказательством, содержит перечень повреждений, относящихся к данному ДТП, корректировки стоимости при наличии признаков доаварийного ремонта, с учетом процента износа частей, узлов, агрегатов и деталей, используемых при восстановительных работах, эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и не заинтересован в исходе дела.

Тем самым с ответчика в пользу истца подлежат взысканию убытки, причиненные дорожно-транспортным происшествием, в связи с повреждением транспортного средства в размере 69317,40 рублей.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. Истцом за проведение экспертизы была оплачена сумма 7272 рубля, стоимость отправки телеграмм в размере 606,80 рублей, которые подлежат взысканию с ответчика пропорционально размеру удовлетворенных судом требований, то есть в размере 7133,10 рублей и 595,21 рублей, соответственно.

В соответствии со ст.ст. 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы на оплату услуг представителя, при этом размер подлежащих взысканию расходов суд, с учетом принципа разумности и пропорциональности взыскания судебных расходов, считает необходимым определить в сумме 14713,50 рублей, исходя из сложности дела, количества судебных заседаний, степени участия представителя и объема проделанной им работы. 

В соответствии с положениями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при удовлетворении исковых требований в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы в виде уплаченной при подаче иска государственной пошлины, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований – 1679,52 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием - частично удовлетворить.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 убытки, причиненные дорожно-транспортным происшествием, в связи с повреждением транспортного средства, в размере 69317 рублей 40 копеек, расходы за проведение экспертизы в размере 7133 рубля 10 копеек, расходы на отправку телеграмм в размере 595 рублей 21 копейка, расходы на оплату услуг представителя в размере 14713 рублей 50 копеек, расходы по оплате госпошлины в размере 1679 рублей 52 копейки.

Решение может быть обжаловано в Хабаровский краевой суд через Кировский районный суд г.Хабаровска в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, то есть с 20 сентября 2018 года.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> Судья С.И. Наконечный 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>