дело №2-41/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 февраля 2019 года пгт.Троицко-Печорск

Троицко-Печорский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Чулкова Р.В.,

при секретаре Задорожной О.А.,

с участием истца ФИО6,

представителей ответчиков ФИО7, ФИО8, ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к АО «Транснефть-Север», Усинскому районному нефтепроводному управлению АО «Транснефть-Север» об отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания, оспаривании акта о несчастном случае на производстве,

установил:

ФИО6 обратился в суд с иском к АО «Транснефть-Север», Усинскому районному нефтепроводному управлению АО «Транснефть-Север» об отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания, оспаривании акта о несчастном случае на производстве. Требования мотивировал тем, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в АО «Транснефть-Север» на должности 

<

данные изъяты>, приказом ответчика № от ДД.ММ.ГГГГ привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора за нарушение трудовой дисциплины, выразившейся в опоздании на работу ДД.ММ.ГГГГ на 1 час 16 минут, самовольном оставлении рабочего места, нарушении требований охраны труда при нахождении на рабочем месте и передвижении по территории НПС «Сыня». Не оспаривая факта опоздания на работу, истец не согласен с наложенным дисциплинарным взысканием, полагая об отсутствии в его действиях вины как обязательного элемента ответственности. Отмечает, что причиной опоздания явились субъективные факторы, которые находились вне его контроля (экстренное закрытие листка нетрудоспособности вечером ДД.ММ.ГГГГ; длительное нахождение в пути, в виду отсутствия билетов на прямой поезд, необходимость пересадок; неосведомленность об изменении графика движения вахтового автобуса от ж/д станции «Сыня» до НПС «Сыня»). Указывает, что ДД.ММ.ГГГГ ставил в известность диспетчера НПС «Сыня» ФИО1 о том, что пребывает на работу ДД.ММ.ГГГГ, однако, последний не сообщил, что вахтовый автобус пребывает на ж/д вокзал в 7 часов, т.к. ранее истец приезжал на станцию к 8 часам, где его ждал автобус, следовательно, на работу он прибывал после 8 часов, по этому поводу со стороны руководства предприятия к нему никогда претензий не было. Относительно самовольного оставления рабочего места, полагает выводы работодателя не соответствующими действительности, т.к. покинул НПС с разрешения начальника-механика ФИО2, который отправил его переодеваться, а поскольку ФИО6 оставил ключ от шкафчика с рабочей одеждой к ВЖК «Сыня», о чем сообщил механику, тот разрешил за ним сходить, только просил сделать это быстро. По пути следования, при выходе из КПП, проходя ступени входной группы, истец, увидев приближающегося к нему навстречу электромеханика ФИО3, с целью предотвращения столкновения с последним сократил шаг, из-за чего поскользнулся и упал, получив травму 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, ушиб 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>. В ходе осмотра места падения была обнаружена наледь. Считает, что тем самым работодатель не обеспечил безопасность работников, чем были нарушены требования ст.212 Трудового кодекса РФ. Выражает несогласие с актом расследования несчастного случая на производства, произошедшего с ним ДД.ММ.ГГГГ в части установления вины истца в размере 25%, полагая, что вина полностью лежит на работодателе.

В судебном заседании истец заявленные требования поддержал, просил иск удовлетворить. Пояснил, что длительное время находился на больничном. ДД.ММ.ГГГГ пришел в больницу на прием к хирургу, далее его направили на врачебную комиссию, которая закрыла листок нетрудоспособности. Он пояснял врачам, что работает в 

<

адрес> РК, что оставшегося времени ему будет недостаточно для того, чтобы добраться к месту работы, однако, слушать его никто не стал. Полагает, что это было сделано намеренно, т.к. работодателем было принято решение о сокращении должности истца, с чем его следовало ознакомить за 2 месяца до увольнения. Экстренно собравшись, он добрался на такси до 

<

адрес>, однако, билетов на поезд до станции «Сыня» не было, поехал на такси в 

<

адрес>, в районе 20 часов ДД.ММ.ГГГГ позвонил диспетчеру ФИО1, сообщил, что ДД.ММ.ГГГГ выходит на работу, однако тот не сообщил, что вахтовый автобус приезжает на ж/д станцию к 7 часам, тогда как раньше он приезжал позже. В случае, если бы его предупредили о том, что автобус приходит на ж/д станцию к 7 часам он мог взять билет на другой поезд, прибыть вовремя на ж/д станцию и не опоздать на работу. Однако, в то же время указал, что в случае прибытия на станцию в районе 4 утра ему негде было переждать время до автобуса, т.к. гостиниц нет, а ж/д вокзал мог закрываться в ночное время. Заметил, что с ним вместе на том же поезде приехал сотрудник АО «Траснефть-Связь» ФИО3, однако, ему прогул поставлен не был. Кроме того, отметил, что когда ездил на увольнение, у него был больничный до 29 числа, из отдела кадров 

<

адрес> ему позвонили и предложили оформить служебную командировку, чтобы не повторилось такого, как ДД.ММ.ГГГГ, однако, он отказался, выехал в 

<

адрес> пораньше.

Приехав ДД.ММ.ГГГГ на НПС «Сыня», положил сумку в жилом комплексе, через КПП пошел к механику, т.к. был на больничном в течение полугода не знал какие будут планы по работе, потому что ему назначили легкий труд на 6 месяцев. Механик приказал переодеваться, он сообщил, что оставил нательное белье в жилом комплексе, на что механик попросил поторопиться. Пройдя к раздевалке за спецодеждой, обнаружил, что оставил ключ от шкафчика в сумке, пошел обратно, проходя мимо кабинета механика, сообщил, что оставил ключи в сумке в ВЖК, механик попросил поторопиться. Походя КПП, увидел ФИО1, тот стоял на лестнице разговаривал по телефону. Выйдя из КПП, со ступенек шел быстро, уверенно, железобетонные плиты были чистые, сухие. Когда стал спускаться с лестницы, заметил, что со стороны ВЖК ему навстречу идет ФИО3, чтобы не столкнуться с ним сократил шаг, ногу поставил возле плиты, она попала на наледь, нога «поехала», он упал. После этого он встал, отряхнулся, пошел в ВЖК, там встретил инженера по охране труда ФИО4, они вдвоем пришли на место падения, сфотографировали его, ФИО6 тоже снимал на свой телефон. После падения он растолкал лед ногой, чтобы никто другой не упал. Затем он с ФИО4 зашли на КПП, просмотрели видеозапись, затем пошли к механику, после чего обратились к врачу. Указал, что журнал, в котором следовало сделать запись об уходе с работы, ему никто не предлагал, он вообще его не видел, никто его с инструктажем не знакомил. Предположил, что все действия работодателя носят репрессивный характер, поскольку его хотят обвинить в мошенничестве с листками нетрудоспособности. Полагает выводы комиссии, расследовавшей несчастный случай на производстве, произошедший с ним в части установления вины работника в размере 25% необоснованными, поскольку это противоречит фактическим обстоятельствам произошедшего, а именно, наличием ледяной корки возле ступеней входной группы ведущей к КПП, на которую наступил истец, вследствие чего произошло падение.

В судебном заседании представитель ответчика АО «Танснефть-Север» ФИО7, действующий на основании доверенности, с доводами иска не согласился, просил в его удовлетворении отказать. В целом придерживался доводов, изложенных в возражениях, согласно которым ФИО6 работал на предприятии 

<

данные изъяты> 6 разряда с ДД.ММ.ГГГГ. В период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 находился на больничном, что подтверждается листками нетрудоспособности. В соответствии с утвержденным графиком, истец должен был приступить к работе с ДД.ММ.ГГГГ, однако, в указанный день опоздал на работу на 1 час 16 минут от установленного графиком работ №ДД.ММ.ГГГГ времени. По прибытии на работу с истцом произошел несчастный случай на производстве, который был расследован. Комиссия установила в действиях истца наличие ряда нарушений, а именно: опоздание на работу на 1 час 16 минут (не выполнение п. 1.9.31, 2.1.20, 2.4.9 (в части распорядка рабочего дня, трудовой и производственной дисциплины) производственной инструкции 

<

данные изъяты>; самовольное оставление рабочего места – территории НПС, без согласования с руководством НПС и оповещения механика ФИО2, не оформления соответствующим образом письменного заявления на имя начальника Устинского РНУ с указанием времени м причин отсутствия, не внесении соответствующей записи в журнале учета рабочего времени, в нарушение приказа «Об осуществлении контроля над использованием рабочего времени работниками» и п.1.9.31, 2.1.20 производственной инструкции 

<

данные изъяты>; нарушении требований охраны труда при нахождении на рабочем месте и передвижении по территории НПС «Сыня» - не прохождение внепланового инструктажа на рабочем месте по охране труда в связи с длительным отсутствием по болезни, не использовании в рабочее время имеющейся спецодежды и спецобуви, при передвижении по территории не соблюдал осторожность, допустил спешку и неосмотрительность, чем не выполнил п. 2.1.46, 2.1.51 производственной инструкции водителя вездехода, п.1.7.2, 1.7.3, 2.3, 3.18.5 инструкции по охране труда при соблюдении общих мер безопасности.

Покинув рабочее место по надуманным основаниям и нарушив требования охраны труда, ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ в 9 часов 30 минут упал на тротуарную плитку и ушиб 

<

данные изъяты>, что повлекло необходимость амбулаторного лечения. 

По результатам проведенного служебного расследования был издан приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, которым истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде выговора, с которым ФИО6 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ. Процедура привлечения к дисциплинарной ответственности работодателем соблюдена. 

Всей необходимой спецодеждой, спецобувью и нательным бельем ФИО6 был обеспечен полностью в соответствии с нормами. Все это находилось в двух шкафчиках для спецодежды в помещении раздевалки в здании ЛАЭС «Сыня», т.е. в том же здании, в котором находится кабинет механика и диспетчера, в связи с чем, у ФИО6 отсутствовала необходимость в выходе в ВЖК. Данное обстоятельство подтверждено актом осмотра шкафчиков с одеждой истца. 

График движения автобуса (вахтовки) всегда включал время движения от ст.Сыня до НСП утром в 7 и 8 часов (выезд в 7:10, прибытие в 7:50; выезд в 8 часов, прибытие в 8:40). Кроме того, график движения мог корректироваться по мере поступления информации о приезде конкретных работников. На момент перевахтовки ФИО6 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и на момент его приезда на работу ДД.ММ.ГГГГ автобус совершил поездки в 7 часов по маршруту Сыня-НПС, что подтверждается графиком и снимками экрана системы мониторинга ГЛОНАСС.

Таким образом, в случае заблаговременного приезда ФИО6 на ст.Сыня ДД.ММ.ГГГГ, а данную возможность истец имел, что следует из его иска, он имел реальную возможность явиться на работу к началу рабочего дня, т.е. к 8 часам в соответствии с утвержденным графиком. Степень вины ФИО6 в несчастном случае определена компетентной комиссией, в полном соответствии с требованиями законодательства, на основании фактических обстоятельств, подтвержденных соответствующими документами.

Относительно доводов истца о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора и невозможности применении более мягкого вида наказания, представителем Общества отмечено, что нефтеперекачивающая станция (НПС) магистрального нефтепровода является неотъемлемой технологической частью линейного объекта. Эксплуатируемый Обществом магистральный нефтепровод отнесен к опасным производственным объектам, зарегистрирован в государственном реестре, что подтверждается соответствующим свидетельством. Нарушение трудовой и производственной дисциплины на таком объекте создает огромную потенциальную опасность, угрожает жизни и здоровью населения, что подлежит обязательному учету при оценке действий работника и работодателя. Применение средств индивидуальной защиты является неотъемлемой частью охраны труда. В этой связи, при появлении истца на НПС «Сыня» механик ФИО2 сделал ФИО6 замечание по поводу нахождения в рабочее время без специальной одежды и обуви, сообщил о необходимости проведения внепланового инструктажа по охране труда на рабочем месте, в связи с длительным отсутствием. 

Нарушение ФИО6 требований производственной инструкции, инструкции по охране труда при соблюдении общих мер безопасности, приказа «Об осуществлении контроля за использованием рабочего времени работниками», самовольном оставлении территории НПС, неиспользовании спецодежды, спецобуви в рабочее время, неосторожность, спешка и неосмотрительность при передвижении по территории, явились причинами несчастного случая. 

Представленные Обществом видео и фото материалы опровергают доводы истца о наличии на месте падения наледи. Согласно Положению о вахтовом методе организации работ, работники самостоятельно добираются на место производства работ (вахту). Доставка на работу вахтовиков служебным транспортом на вахту (на НПС «Сыня») не входит в обязанности работодателя. Проявив должную осмотрительность и добросовестность, зная о начале рабочего дня в 8 часов, ФИО6 имел возможность накануне выяснить у диспетчера расписание автобуса с целью планирования маршрута и надлежащего прибытия на вахту к началу рабочего дня. Согласно объяснительной ФИО6, тот ДД.ММ.ГГГГ в районе 6 часов позвонил диспетчеру в сообщил о своем прибытии в 8 часов 10 минут, получил информацию о ближайшем рейсе автобуса.

В судебном заседании представители ответчиков ФИО8, ФИО9, действующие на основании доверенностей, с заявленными истцом требованиями не согласились, просили в удовлетворении иска отказать. В целом придерживались доводов, указанных в возражениях на иск.

Выслушав пояснения сторон, исследовав и проанализировав материалы дела, представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.

Статьей 2 Трудового кодекса РФ (далее ТК РФ) установлено, что исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией РФ основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются: запрещение дискриминации в сфере труда; обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены; обязательность возмещения вреда, причиненного работнику в связи с исполнением им трудовых обязанностей; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.

В соответствии со ст.5 ТК РФ регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений в соответствии с Конституцией РФ, федеральными конституционными законами осуществляется: трудовым законодательством (включая законодательство об охране труда), состоящим из настоящего Кодекса, иных федеральных законов и законов субъектов РФ, содержащих нормы трудового права; иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются также коллективными договорами, соглашениями и локальными нормативными актами, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст.91 ТК РФ рабочим временем является время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ относятся к рабочему времени.

Из обстоятельств дела следует, что ФИО6 принят на работу 

<

данные изъяты> 6 разряда в ОАО «Северные магистральные нефтепроводы» линейной эксплуатационной службы «Сыня» нефтеперекачивающей станции «Сыня» вахта №. Местом работы определен п.Сыня 

<

адрес> Республики Коми, что подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ и приказом о приеме на работу № от ДД.ММ.ГГГГ. На основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ с ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 переведен в группу технологического транспорта и специальной техники ЛАЭС, ЦРС, ВЛиЭХЗ участка технологического транспорта и специальной техники НПС «Сыня» вахта № Цеха технологического транспорта и специальной техники «Уса» АО «Транснефть-Север» на должность 

<

данные изъяты> 6 разряда с местом дислокации исполнения трудовых обязанностей Республика Коми, 

<

адрес>, п.Сыня. 

Приказом начальника Усинского РНУ от ДД.ММ.ГГГГ № утвержден график работы № для работников НПС «Сыня», УТТиСТ НПС «Сыня» ЦТТиСТ «Уса» (кроме водителей автомобилей с рабочим днем, разделенным на части) с вахтовым методом организации труда (40-часовая рабочая неделя) в отношении вахты № к каковой относится истец, в ДД.ММ.ГГГГ с 18 по 30 число с продолжительностью смены 11 часов с началом работы с 8 часов и окончанием в 20 часов 30 минут с перерывом на обед с 13 до 14 часов. С указанным графиком работы истец ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ.

В период со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 находился на больничном, что подтверждено листками нетрудоспособности.

Актом № от ДД.ММ.ГГГГ составленным механиком участка ТТиСТ НПС «Сыня» вахта № ФИО2 в присутствии заместителя начальника НПС «Сыня» вахта № ФИО5 и диспетчера участка ТТиСТ НПС «Сыня» вахта № ФИО1, специалиста по ОТ НПС «Сыня» вахта № ФИО4 установлено, что 

<

данные изъяты> НПС «Сыня» вахта № ФИО6 отсутствовал на рабочем месте с 08:00 часов до 09:16 часов. Указанное обстоятельство подтверждается также информацией системы безопасности, согласно которой зафиксирован вход ФИО6 на территорию НПС ДД.ММ.ГГГГ в 09:16:21.

Из объяснительной ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов врачебной комиссией был закрыт лист нетрудоспособности. В 19:30 часов он выехал в 

<

адрес>, где не смог купить билет а поезд до ст.Сыня, вследствие чего, был вынужден на такси добираться до 

<

адрес>. В 

<

адрес> прибыл в 5:20 часов, где приобрел билет на поезд «Печора-Инта». На ст.Сыня прибыл в 08:10 часов ДД.ММ.ГГГГ, однако, вахтовой машины не было, подошла позже. После чего он прибыл на НПС «Сыня». О том, что машина опаздывает, знал, т.к. в 5:55 часов звонил диспетчеру НПС «Сыня», сообщил, что приедет в 08:10 часов. Диспетчер сообщил, что по каким-то причинам вахтовый автобус приедет позже обычного времени. О том, что приедет ДД.ММ.ГГГГ на работу ставил в известность диспетчера в начале восьмого часа вечера ДД.ММ.ГГГГ. 

Из утвержденного графика движения вахтового автомобиля по маршруту НПС «Сыня»-п.Сыня следует, что для доставки работников с 11-часовым рабочим днем установлено время от п.Сыня до НПС с 07:10 до 07:50 часов. Данное обстоятельство подтверждено снимками мониторинга автотранспорта ГЛОНАСС за ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, факт опоздания на работу истца ДД.ММ.ГГГГ подтвержден достоверными доказательствами. Доводы истца о прибытии с ним одним поездом ФИО3, которого не привлекли к дисциплинарной ответственности за опоздание на работу, судом отвергаются как не состоятельные, поскольку из пояснений представителей ответчика и представленных в дело доказательств (объяснений ФИО3) следует, что указанное лицо не является работником Усинского РНУ, следовательно, на него не распространяются требования внутреннего трудового распорядка, установленные на предприятии.

Согласно Правилам внутреннего трудового распорядка для работников АО «Транснефть-Север» в обязанности работников водит: добросовестное выполнение трудовых обязанностей, возложенных на них трудовым договором; соблюдение Правил внутреннего трудового распорядка для работников АО «Транснефть-Север»; соблюдение трудовой дисциплины. За совершение дисциплинарного проступка, т.е. неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям в соответствии с трудовым законодательством. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он совершен. До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Приказ о применении дисциплинарного взыскания, с указанием мотивов его применения, объявляется работнику под роспись в течение 3 рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе.

Их производственной инструкции 

<

данные изъяты> 6 разряда НПС «Сыня» вахта №, с которой истец ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ следует, что он непосредственно подчиняется механику участка технологического транспорта и специальной техники ПНС «Сыня» вахта №. К самостоятельной работе 

<

данные изъяты> допускается в т.ч. после вводного инструктажа по охране труда. 

<

данные изъяты> должен знать и соблюдать в т.ч. средства индивидуальной и коллективной защиты и правила пользования ими, места их хранения; положение УТТ и СТ НПС «Сыня»; правила внутреннего трудового распорядка; распоряжения, поручения приказы и распоряжения Усинского РНУ АО «Транснефть-Север»; точно и своевременно выполнять сменные задания, выданные механиком НПС, распоряжения и поручения руководства НПС «Сыня», поручения, приказы и распоряжения руководства Усинского РНУ; не покидать свое рабочее место.

Факт опоздания на работу ДД.ММ.ГГГГ истцом в ходе рассмотрения дела не оспаривался. Вместе с тем, ФИО6 считает, что в его действиях отсутствует вина. 

Приведенные в обоснование доводов об отсутствии вины в нарушении трудовой дисциплины, выразившихся в опоздании на работу, обоснованными судом признаны быть не могут в силу нижеследующего.

Доводы ФИО6 о том, что ранее он также прибывал на ж/д станцию Сыня после 8 часов, где его ждал вахтовый автобус достоверными и достаточными доказательствами не подтверждены. Суд отмечает, что с графиком работы на 2018 года, включающим вахту в ДД.ММ.ГГГГ с 18 числа, с временем начала и окончания рабочего дня, истец был ознакомлен под роспись своевременно.

Закрытие листка нетрудоспособности ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов не лишало истца возможности своевременного прибытия на работу, об этом, в частности свидетельствуют пояснения самого ФИО6 данные как в суде при рассмотрении дела, так и нашедшие отражение в иске, где истец указал, что имел возможность прибытия на ж/д станцию ранее, вследствие чего, мог успеть на вахтовый автобус, отходящий в 07:10 часов. Отсутствие гостиниц не лишало возможности истца переждать время до прибытия вахтового автобуса на ж/д станции, а доводы ФИО6 о том, что станция закрывается в ночное время, а также о том, что станция разморожена документального подтверждения в ходе рассмотрения не нашли, в связи с чем, во внимание судом приняты быть не могут. Из представленной самим истцом видеозаписи прибытия на ж/д станцию не усматривается наличие погодных условий, свидетельствующих о критически низких температурах, приводящих к невозможности нахождения на территории вокзала ст.Сыня. 

То обстоятельство, что истец накануне вечером ставил в известность диспетчера НПС «Сыня» ФИО1 о прибытии на работу ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствует о принятии ФИО6 всевозможных и зависящих от него мер по своевременному информированию работодателя о времени прибытия на работу. С учетом должностной инструкции ФИО6, согласно которой он непосредственно подчиняется только механику, сообщение диспетчеру о дате прибытия на работу не является надлежащим уведомлением работодателя. Кроме того, в ходе служебного расследования не установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 сообщал о времени прибытия на ж/д станцию, сообщив об этом лишь в 05:55 часов ДД.ММ.ГГГГ, т.е. по факту, когда уже понимал, что опоздал на работу к установленному времени. 

Доводы истца о наличии заинтересованности врачей в закрытии листка нетрудоспособности именно ДД.ММ.ГГГГ, а также иные доводы, связанные с обоснованностью данных действий медицинского персонала «Троицко-Печорской ЦРБ» лежат вне предмета рассмотрения настоящего спора, в связи с чем, во внимание приняты быть не могут.

Относительно обоснованности привлечения истца к дисциплинарной ответственности следствие самовольного оставления рабочего места суд отмечает следующее.

Приказом Усинского РНУ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об осуществлении контроля над использованием рабочего времени работниками», с которым истец ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ и по условиям должностной инструкции обязался исполнять, работникам в случае необходимости временного отсутствия на рабочем месте, связанным с производственной деятельностью и осуществлением трудовых функций перед выходом производить отметку в «Журнале учета рабочего времени», местонахождение которого определено для работников подразделений – у начальников соответствующих подразделений или у начальника подразделения по месту дислокации. По возвращении на рабочее место незамедлительно производить в журнале учета рабочего времени отметку о прибытии. В случае необходимости временного отсутствия на рабочем месте по причинам, не связанным с производственной деятельностью и выполнением трудовых функций, но не более 4часов оформлять письменное заявление на имя начальника управления с указанием времени и причин отсутствия, согласовывать заявления о руководителя структурного подразделения, главного инженера или заместителя начальника управления согласно подчиненности в соответствии с организационной структурой; фиксировать отсутствие на рабочем месте в журналу учета рабочего времени.

Из сведений мониторинга системы безопасности за период с 06:00 часов до 10 часов ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО6 в 09:23:03 вышел с территории НПС, затем в 09:27:06 вернулся обратно, затем вновь вышел в 09:31:19 и вернулся обратно в 09:35:36.

В суде истец не оспаривал, что не оформлял письменное заявление на имя начальника управления с указанием времени отсутствия на рабочем месте и причин, соответствующую запись в журнале учета рабочего времени не произвел, тем самым самовольно, в нарушение приказа «Об осуществлении контроля над использованием рабочего времени работниками», покинул рабочее место.

Доводы истца о том, что рабочее место он покинул с разрешения механика ФИО2, попросившего сходить за ключом от шкафчика со спецодеждой, который истец оставил в сумке комнаты ВЖК достоверными доказательствами не подтверждены и полностью опровергаются пояснениями механика ФИО2, подтвердившего, что он сделал ФИО6 замечание по поводу нахождения на рабочем месте без спецодежды и спецобуви, необходимости проведения внепланового инструктажа в связи с длительным отсутствием, после чего, ФИО6 покинул его кабинет. Таким образом, механик не подтвердил наличие сообщенной ему истцом информации относительно отсутствия у последнего с собой ключа от шкафчика со спецодеждой, необходимости выхода с территории НПС в ВЖК за ним. Отсутствие подобного рода разговора между механиком и истцом в своем объяснении подтвердил диспетчер ФИО1, который в момент разговора с ФИО6 находился в кабинете ФИО2. 

Помимо этого, о несостоятельности данных доводов истца свидетельствует также то обстоятельство, что на территории НПС у ФИО6 имеется два шкафчика со спецодеждой и спецобувью. При их осмотре ДД.ММ.ГГГГ, о чем составлен акт, установлено наличие летнего и зимнего комплекта спецодежды, сапог, комплекта нательного белья, каски, перчаток, наушников. 

Таким образом, на территории НПС у ФИО6 имела возможность переодеться, отсутствие ключа от шкафчика, оставленного в сумке в ВЖК, препятствием к этому не являлось, поскольку он мог попросить у непосредственного руководителя – механика, комплект запасных ключей, которые находятся на территории НПС, однако, этого не сделал.

Нахождение истца на территории НПС и передвижение по ней без спецодежды и спецобуви ФИО6 не оспаривалось, подтверждается представленными в дело относимыми и допустимыми доказательствами, что в свою очередь свидетельствует о нарушении им положений производственной инструкции, инструкции по охране труда при соблюдении общих мер безопасности, предписывающих работнику перед началом работы привести в порядок и надеть исправную, установленную по нормам специальную одежду и обувь, соответствующую погодным и местным условиям; запрещающих работникам приступать к выполнению работ без спецодежды, спецобуви и других необходимых средств индивидуальной защиты.

Все вышеуказанные нарушения трудовой дисциплины, допущенные истцом, установлены актом служебного расследования, по результатам которого принято решение о привлечении ФИО6 к дисциплинарной ответственности.

Процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности, установленная ст.193 ТК РФ, ответчиком соблюдена, сроки привлечения не нарушены, приказ о наложении дисциплинарного взыскания издан должностным лицом Общества, в пределах его компетенции.

Доводы ФИО6 о суровости примененного дисциплинарного взыскания в виде выговора, с учетом специфики места его работы, отнесенного к опасным производственным объектам, количества допущенных нарушений положений локальных актов работодателя, регулирующих охрану труда, обоснованными признаны быть не могут. По мнению суда, при наложении дисциплинарного взыскания работодателем учтены все необходимые обстоятельства, как то тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Таким образом, совокупность представленных сторонами суду доказательств, позволяет прийти к выводам, что ФИО6 были допущены нарушения трудовой дисциплины, которые выразились в виновном опоздании на работу, самовольном оставлении рабочего места, а также нарушении требований охраны труда при нахождении на рабочем месте и передвижении по территории, за что истец в установленном законом порядке привлечен к ответственности в виде выговора. Оснований сомневаться о наличии в действиях ФИО6 дисциплинарного проступка, обоснованности в привлечении к ответственности, в т.ч. по доводам иска, у суда не имеется, вследствие чего, требования истца об отмене дисциплинарного взыскания удовлетворению не подлежат.

Рассматривая доводы истца о неправомерности установления работодателем его вины в произошедшем несчастном случае в размере 25% суд отмечает следующее.

Установлено, что после того, как ФИО6 самовольно покинул территорию НПС, выйдя из КПП, спускаясь с лестниц входной группы, поскользнулся, совершил падение, вследствие чего получил травму.

Несчастный случай, произошедший с ФИО6 на производстве, работодателем был расследован с составлением акта по форме Н-1.

Из акта о несчастном случае на производстве следует, что основной причиной несчастного случая явились личная неосторожность пострадавшего, нарушение им внутреннего трудового распорядка и требований охраны труда, а именно:

-п. 2.1.46 производственной инструкции от ДД.ММ.ГГГГ № – 

<

данные изъяты> обязан правильно и по назначению использовать переданные ему для работы СИЗ, оборудование, приборы, материалы;

-п. 1.7.2, 1.7.3, 2.3, 3.18.5 инструкции по охране труда при соблюдении общих мер безопасности № – работник обязан правильно применять и бережно относиться к выданным в его пользование СИЗ, а также нести ответственность за их сохранность; без спецодежды, спецобуви и других необходимых СИЗ работник к выполнению работ не допускается; перед началом работы исполнитель должен привести в порядок и надеть исправную, установленную по нормам спецодежду и спецобувь, соответствующие погодным и местным условиям, спецодежда, спецобувь и СИЗ должны быть исправными, испытанными, застегнутыми на все пуговицы и застежки, свисающие концы одежды должны быть прибраны, волосы убраны под головной убор, обувь не должна иметь подков и гвоздей, способных образовать искру; соблюдать осторожность, не допускать спешки и суеты, смотреть под ноги, обувь должна быть на нескользящей подошве для избежания травм;

-п. 1.2, 1.2.1, 1.2.2, 1.2.3 приказа Усинского РНУ «№ от ДД.ММ.ГГГГ «Об осуществлении контроля над использованием рабочего времени работников» - в случае необходимости отсутствия на рабочем месте по причинам, не связанным с производственной деятельностью и выполнением трудовых функций, но не более 4-х часов оформлять письменное заявление на имя начальника управления с указанием времени и причин отсутствия, согласовывать заявления у руководителя структурного подразделения, главного инженера и заместителя начальника управления согласно подчиненности в соответствии с организационной структурой, фиксировать отсутствие на рабочем месте в «Журнале учета рабочего времени».

Доводы истца о том, что причиной его падения явилась наледь, объективного подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли. Судом просмотрены фото и видеозаписи, представленные сторонами, по результатам которых, установлено, что ФИО6 при выходе с КПП передвигался по лестницам входной группы спешным шагом, проходя возле информационного стенда поставил ногу на тротуарную дорожку ведущую к лестнице, после чего допустил падение с высоты собственного роста на правую часть тела. Вопреки доводам истца, что полностью опровергается помимо просмотренной видеозаписи камеры наружного наблюдения, установленной при входе на КПП, также актом расследования несчастного случая на производстве, наледи в месте постановки ноги ФИО6 обнаружено не было. Доводы ФИО6 о том, что после падения он распинал ногой лед, на который наступил и поскользнулся, своего подтверждения в суде не нашли. На видеозаписи видно, что сразу после падения истец встал и продолжил движение по тротуару. Не соответствующими действительности признаются доводы ФИО6 о вынужденном сокращении шага вследствие необходимости расхождения с идущим ему на встречу ФИО3, поскольку на видеозаписи отчетливо видно, что ФИО3 подошел к ФИО6 уже после падения последнего. Опровержением доводов истца о наличии на тротуаре наледи является также то обстоятельство, что идущий навстречу ФИО6 ФИО3, находившийся в спецодежде и спецобуви, как того требуют положения инструкции по охране труда при соблюдении общих мер безопасности, наступил ногой на тоже самое место, куда до этого наступил ФИО6, однако, падения не допустил. 

Таким образом, суд приходит к выводу, что указанные в акте расследования несчастного случая на производстве, допущенные ФИО6 нарушения находятся в прямой причинно-следственной связи с полученной им травмой, что подлежит обязательному учету при определении степени вины самого пострадавшего работника. 

Вопрос определения степени вины ФИО6 являлся предметом заседания цехового комитета Усинского РНУ АО «Транснефть-Север» о чем в материалы дела представлен протокол № от ДД.ММ.ГГГГ. В результате проведенного голосования единогласно принято решение об установлении степени вины ФИО6 в произошедшем несчастном случае на производстве в размере 25% и 75% вины работодателя. 

С учетом обстоятельств дела, установленных в ходе расследования несчастного случая на производстве нарушений ФИО6 требований трудовой дисциплины, локальных актов, регулирующих охрану труда на производстве, допущенной грубой неосторожности, выразившейся в совершении действий, повлекших получение травмы, работодателем обосновано установлено наличие вины самого работника в несчастном случае.

При указанных обстоятельствах, оснований для признания выводов комиссии, проводившей расследование несчастного случая на производстве, в части определения степени вины работника в полученной травме, не основанными на законе и подлежащими исключению, у суда отсутствуют. 

Иные доводы, приведенные истцом в заявлении и озвученные в ходе рассмотрения дела по существу выводов ответчиков о наличии в действиях ФИО6 нарушений трудовой дисциплины явившихся поводом привлечения к дисциплинарной ответственности, а рано находящихся в прямой зависимости с полученной истцом травмой на производстве, не опровергают, в связи с чем, иск удовлетворению не подлежит. 

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО6 к АО «Транснефть-Север», Усинскому районному нефтепроводному управлению АО «Транснефть-Север» об отмене приказа о наложении дисциплинарного взыскания, оспаривании акта о несчастном случае на производстве оставить без удовлетворения.

Резолютивная часть решения изготовлена на компьютере и подписана судьей в совещательной комнате.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Троицко-Печорский районный суд РК в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Мотивированное решение изготовлено судьей 05 марта 2019.

Судья Р.В.Чулков