Дело № г.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Горняк 04 февраля 2019 года 

Локтевский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Фуртовой И.С.,

при секретаре Чехлатых Е.С.,

с участием пом.прокурора Локтевского района Архиповой М.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО2 к КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» о взыскании компенсации морального вреда за неоказание медицинской помощи и отказе от госпитализации, 

У С Т А Н О В И Л:

В Локтевский районный суд 

<

адрес> с исковым заявлением к КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» о взыскании компенсации морального вреда за неоказание медицинской помощи и отказе от госпитализации обратилась ФИО13 в интересах ФИО2, указав, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился к фельдшеру 

<

адрес>, в связи с ухудшением своего состояния здоровья и болями в области сердца. Фельдшер направила его по скорой в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>».

11.03.18г. дежурный врач КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>», осмотрел ФИО2, сделали ЭКГ и отправил домой, сказав, что причин для беспокойства нет, кардиограмма хорошая, в госпитализации он не нуждается.

Дома его состояние ухудшилось и ДД.ММ.ГГГГ он опять по скорой был доставлен в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>», где ему был первоначально поставлен в сигнальном листе диагноз ИБС.

ДД.ММ.ГГГГ он был направлен в КГ БУЗ городская больница № 

<

адрес>, кардиологическое отделение, где ему был поставлен диагноз ИБС, Острый позитивный инфаркт миокарда по нижней стенке от 13.03.2018г. Выписан 23.03.2018г.

В настоящее время он плохо себя чувствует, здоровье его подорвано навсегда, у него впереди бесконечное лечение, нельзя ничего делать практически физически.

Считает, что ДД.ММ.ГГГГ ему не оказали своевременно медицинскую помощь, что привело к инфаркту и утрате здоровья. Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Причинно-следственную связь между неоказанием ФИО2 медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» и отказ в госпитализации и наступление инфаркта у него 13.03.2018г. можно установить судебно-медицинской экспертизой.

Полагает, что моральный вред будет компенсирован в случае выплаты ФИО2 компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей. Нравственные страдания выразились в претерпевании им чувства обиды, за то, что он по вине дежурного доктора КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» утратил здоровье и не получил своевременной медицинской помощи.

Просит взыскать с КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда за не оказание медицинской помощи и отказе от госпитализации 11.03.2018г. в размере 1 000 000 рублей.

В судебное заседание ФИО2 не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие с участим его представителей. В ранее состоявшемся судебном заседании ФИО2 поддержал исковые требования в полном объеме по указанным в исковом заявлении основаниям, указав, что в марте, числа, 11 или 12, у него ухудшилось здоровье, появилась боль в области сердца, груди, тошнота, жжение в груди, он не мог даже говорить. Они обратились в скорую. Фельдшер направила его по скорой в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>». Его сын привез в больницу. Дежурный врач КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» ФИО1, спросил с чем он приехал, отправил делать ЭКГ и отправил домой, сказав, что причин для беспокойства нет, кардиограмма хорошая, в госпитализации он не нуждается. Приехав домой, его состояние не улучшилось, он выпил таблетки от сердца, но боль почти не утихала. Они вызвали местного врача, она приехала, сделала укол, дала выпить таблетки и дала листок с направлением в первый кабинет. Утром ДД.ММ.ГГГГ его привезли в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>», и положили в реанимацию. На следующий день его направили в больницу 

<

адрес>. 

Представитель истца ФИО2 - ФИО13 поддержала исковые требования в полном объеме по указанным в исковом заявлении основаниям, считает, что ФИО2 не была оказана надлежащая медицинская помощь и ему было отказано в госпитализации, что привело к инфаркту.

Представитель истца ФИО12 в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме по указанным в исковом заявлении основаниям, полагает требования истца законны, обоснованы, размер компенсации морального вреда является реальным и соразмерным, указав, что исковые требования заявлены по компенсации морального вреда за некачественно оказанную медицинскую помощь ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 обратился в Локтевскую ЦРБ с определенными жалобами, в результате которых дежурный доктор провел кардиограмму. Согласно кардиограммы, по мнению ФИО5 оснований для госпитализации не было. Считает, что кардиограмма никаких отклонений не показала, он уклончиво поясняет по поводу жалоб. Врач говорил, что амбулаторная карта не была ему предоставлена, а больной жаловался на головную боль, повышение артериального давления, и дискомфорт в области от головы до груди. Его субъективное мнение, что повышение сегмента ST говорит о хронических заболеваниях, связанных с повышением артериального давления и ишемической болезнью сердца. 

По первичной экспертизе, которая была проведена на основании ходатайства заявленного стороной истца, вывод эксперта весьма однозначный, что согласно записи в амбулаторной карте, согласно кардиограммы, поднятие сегмента ST с элевацией сегмента ST по нижней стенке левого желудочка на ЭКГ говорит о том, что у ФИО2 имелись симптомы, которые говорили об ОКС. Ссылаясь на приказ ФЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ № по указанным пунктам об утверждении порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи, ФИО2 11 марта требовалась госпитализация. Полагает, что вывод эксперта ФИО3 был сделан правильно, с учетом жалоб ФИО2, которые изложены в амбулаторной карте. Исковые требования состоят в том, что если бы 11 марта ФИО2 был госпитализирован, то его предынфарктное состояние и ОКС могло бы быть снято медицинскими препаратами, и инфаркт у него мог не наступить.

При проведении второй, дополнительной экспертизы, эксперт ФИО4, делала выводы на основании совершенно других документов. Основной ее вывод был основан на выписке и на кардиограмме, которую разные доктора трактуют по разному. Один эксперт говорит, что по данной кардиограмме имеется подъем сегмента ST, который говорит об острой коронарной недостаточности, а второй эксперт говорит о том, что здесь нет поднятия сегмента ST. Просит признать вторую экспертизу недопустимым доказательством, в связи с тем, что согласно экспертизы, которая проведена ДД.ММ.ГГГГ, показано что ФИО4 имеет стаж работы с 1984 года, хотя оказалось что она ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Кроме того, допущено много ошибок в самой экспертизе. Полагает, что первая экспертиза более точная, и она подтверждает, что ФИО2 была оказана некачественная медицинская помощь и исковые требования могут быть удовлетворены в полном объеме. 

Представитель ответчика КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении исковых требований отказать. В обоснование своей позиции указала, что при проведении экспертизы № П 151-08/18 от ДД.ММ.ГГГГ не полностью и не всесторонне изучены медицинские документы и материалы дела, а выводы эксперта построены на копировании текста искового заявления. Во второй экспертизе № П261-12/18 от ДД.ММ.ГГГГ ясно видно, что экспертами достаточно внимательно изучены медицинские документы, кроме того, при назначении данной экспертизы, перед экспертами были поставлены более конкретизированные вопросы, ответы на которые невозможно трактовать двояко. Данная экспертиза содержит обоснованные и детальные ответы на поставленные вопросы со ссылками на нормативные и медицинские документы. При ответе на вопрос № о том «качественно ли была оказана мед. помощь ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ..» эксперты делают ссылку на Приказ №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», а именно на пп.4,5,7 п. 3.9.4., хотя данным приказом утверждены критерии качества оказания медицинской помощи в стационарных условиях и в условиях дневного стационара. 

При осмотре ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ врачом терапевтом приемного отделения было выявлено отсутствие необходимости в оказании экстренной помощи, оказана неотложная помощь на момент обращения (дана таблетка «каптоприл» для снижения давления) и даны рекомендации - явка к участковому терапевту ДД.ММ.ГГГГ, для получения плановой медицинской помощи, в связи, с чем и был передан результат электрокардиографии на руки больному, для предоставления участковому терапевту. 

Следовательно, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была оказана неотложная помощь и ссылка экспертов на Приказ №н от ДД.ММ.ГГГГ не состоятельна, соответственно и выводы о недостатках (не взят общий анализ мочи, крови, глюкозы крови) ни чем не обоснованы, т.к. каких-либо нормативных документов устанавливающих стандарты оказания неотложной помощи нет. Все перечисленные исследования проводятся только в стационарных условиях, либо при плановом лечении в амбулаторных условиях. Т.е. при выполнении рекомендаций врача приемного отделения и обращении ДД.ММ.ГГГГ к участковому терапевту, ФИО2 были бы выполнены все вышеперечисленные исследования, согласно стандартам оказания медицинской помощи. Выслушав свидетелей и экспертов, учитывая ответ на вопрос № проведенной экспертизы о том, что причинно - следственная связь здоровья ФИО2 в момент первичного обращения в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» ДД.ММ.ГГГГ с неоказанием помощи, отказе в неотложной госпитализации и наступившими последствиями в виду ухудшения состояния здоровья отсутствует, просит суд в исковых требования о взыскании компенсации морального вреда за неоказание медицинской помощи и отказе от госпитализации отказать в полном объеме.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО8 показала, что ДД.ММ.ГГГГ, точно она не помнит, приехал сын ФИО2, сказал что отцу плохо. Давление у ФИО2 было 180/100 или 110, она поставила ФИО2, инъекции «магнезию» и «фуросемид». Давление упало до 150. Пациент жаловался на жжение в груди, головную боль. Изучив амбулаторную карту ФИО2 она поставила диагноз ИБС под вопросом и рекомендовала посетить терапевта. Экстренной ситуации не было, скорую помощь она не вызывала. Второй вызов был 13 марта. Симптомы были те же самые. Ездил ли он на прием к терапевту, она не спрашивала. На тот момент состояние было удовлетворительное, он сказал, что ему стало лучше. На момент осмотра 11 марта и 13 марта инфаркта или предынфарктного состояния у пациента не было. Состояние у него было удовлетворительное, в госпитализации ФИО2 не нуждался.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО5 суду показал, что ФИО2 обратился в приемное отделение ДД.ММ.ГГГГ. В этот день он находился на дежурстве. Больной обратился с жалобами на головную боль, повышение артериального давления, слабость. Было выявлено, что гипертония у него длительная, настоящие подъемы давления и ухудшения состояния связаны с психологическими нагрузками. Им было проведено обследование, записана кардиограмма. После проведенного обследования острой сердечной патологии выявлено не было. Было ухудшение только хронического заболевания. Давление у пациента было 150/80, что вполне обычно для его возраста. Он дал ему лекарство «каптоприл», и рекомендовал дальнейшее обращение к терапевту, в первый же рабочий день. Кардиограмма была выдана больному на руки. Никакой документации от ФИО2 предоставлено не было. Жалобы были записаны в журнал осмотра. ФИО2 жаловался на общий дискомфорт, конкретно на боль в груди он не жаловался. Депрессия сегмента ST - это говорит о каких-то либо хронических ишемических изменениях, о гипертрофии левого желудочка, и других. Депрессия сегмента ST может быть разной. Для инфаркта есть характерный подъем сегмента ST. Характерные изменения сегмента ST при ОИМ (ОКС): наличие зубца Q, подъем сегмента ST выше изолинии. Депрессия сегмента ST - не специфическое изменение, характерное для множества сердечных патологий. В данном случае депрессия не сопровождалась клиникой ОИМ, т. е., являлась проявлением хронического заболевания. Депрессия сегмента ST в данный момент как проявление длительной гипертонии это проявление хронической болезни. Клиника инфаркта бывает очень разной, есть всевозможные проявления, которые может описывать больной. Для специалиста самое главное это кардиограмма. Определяющий момент это регистрация электрокардиографии. На момент осмотра больной не нуждался в госпитализации. Подъем давления при гипертонии лечится амбулаторно, для госпитализации должны быть экстренные показания, например гипертонический криз, острый коронарный синдром. Клиника ОКС - жалобы на жгучую боль в грудной клетке, иррадиирующие в левую руку, лопатку, нижнюю челюсть, некупируемые приемом нитратов, падение артериального давления, изменения в ЭКГ. На кардиограмме не было подъема сегмента ST. С мнением эксперта в заключении он не согласен. Была депрессия сегмента ST, которая свидетельствует о хронической болезни, и о ее последствиях, а не об остром коронарном синдроме. Амбулаторной карты 11 марта при больном не было. О том что в тот день он куда-либо обращался, ему не известно. Больному была оказана неотложная помощь, назначена таблетка «каптоприла», которая понижает артериальное давление, и даны рекомендации по дальнейшему наблюдению у своего участкового терапевта в первый же рабочий день, то есть 12 марта, однако ему известно, в больницу он обратился только 13 марта. Общие анализы проводятся в стационаре, либо при экстренной госпитализации. Оказание помощи не предусматривает сбор общеклинических анализов. Кардиограмма является основой при сердечно-сосудистых заболеваниях, заболеваниях сердца. Кардиограмма была записана, данных об инфаркте там не было. Еще можно определить по эхокардиографии, коронарографии, но эти обследования в Локтевской ЦРБ не проводятся. Вся возможная помощь была оказана ФИО2 в полном объеме.

Выслушав объяснение истца, представителей истца, представителя ответчика, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению, допросив свидетелей, экспертов, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьей 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный жизни, здоровью или имуществу гражданина либо имуществу юридического лица вследствие конструктивных, рецептурных или иных недостатков товара, работы или услуги, а также вследствие недостоверной или недостаточной информации о товаре (работе, услуге), подлежит возмещению продавцом или изготовителем товара, лицом, выполнившим работу или оказавшим услугу (исполнителем), независимо от их вины и от того, состоял потерпевший с ними в договорных отношениях или нет.

В силу пункта 11 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 ГК РФ). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 ГК РФ).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с частью 2 статьей 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ обратился за оказанием ему медицинской помощи к фельдшеру по месту жительства ФИО8 с жалобами на боль в области груди, жжение в области сердца, головную боль. Состояние на момент осмотра фельдшером расценено как удовлетворительное, артериальное давление 180/110 мм рт. ст, тоны сердца приглушены. Выставлен диагноз ИБС (ишемическая болезнь сердца), гипертоническая болезнь III стадии. При этом ФИО2 была оказана медицинская помощь в виде внутримышечной инъекции сульфата магния 25% 5 мл и семида 4 мл, после чего исходное АД составило 150/90 мм рт. 

<

адрес> этом ФИО2 было рекомендовано обратиться за дальнейшим лечением к врачу терапевту.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился в отделение скорой помощи Локтевской ЦРБ для оказания ему медицинской помощи и был осмотрен дежурным врачом ФИО5 КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>», в ходе осмотра ФИО2 предъявлял жалобы только на головную боль, слабость, повышение артериального давления.

На момент осмотра его состояние оценено врачом как удовлетворительное, АД 150/80 мм рт. ст., тоны сердца средней звучности, ритм сохранен, в остальном по органам и системам без патологии. Выставлен диагноз: Гипертоническая болезнь II стадии. Риск IIIХСН I ФК 1. Синдром стойкой цефалгии.

Из анамнеза известно, что ФИО2 длительно болеет гипертонической болезнью, рекомендованное лечение не получает. Отмечает ухудшение состояния с 10.03.18г. по 11.03.2018г., на фоне психо-эмоциональных нагрузок.

На приеме выполнена ЭКГ (электрокардиограмма) без интерпретации данных. Принята таблетка каптоприла 25 мг. Рекомендовано: АД и ЧСС, таблетированные препараты эналаприл 10 мг 2 раза в день, индапамид 2,5 мг 1 раз в день, явка к участковому терапевту 12.03.2018г. для дальнейшего дообследования и диспансерного наблюдения. 

ФИО2 12.03.2018г по указанию дежурного врача ФИО5 на прием к участковому врачу не явился.

13.03.2018г. ФИО2 в 10-20ч. вновь обратился за оказанием медицинской помощи к фельдшеру по месту жительства.

Согласно сигнального листа ФИО2, был выставлен диагноз ИБС, оказана медицинская помощь: анальгин 50 2 мл., димедрол 1% 1 мл., и рекомендована консультация терапевта.

Согласно карты № стационарного больного ФИО2, он поступил в стационарное отделение Локтевской ЦРБ ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 25 минут, где ему был выставлен диагноз ОИМ.

Как усматривается из материалов дела, основанием для обращения истца в суд с настоящим иском послужило то обстоятельство, что некачественное оказание медицинской помощи и отказ в госпитализации дежурного врача Локтевской ЦРБ привело к наступлению у ФИО2 инфаркта, что причинило ему физические и нравственные страдания, выразившиеся в переживаниях, ухудшении состояние здоровья.

В соответствии с ч. 1 ст. 68 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан от ДД.ММ.ГГГГ N 5487-1 в случае нарушения прав граждан в области охраны здоровья вследствие недобросовестного выполнения медицинскими и фармацевтическими работниками своих профессиональных обязанностей, повлекшего причинение вреда здоровью граждан или их смерть, ущерб возмещается в соответствии с частью первой статьи 66 настоящих Основ.

Согласно ч. 1 ст. 66 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан от ДД.ММ.ГГГГ N 5487-1 в случаях причинения вреда здоровью граждан виновные обязаны возместить потерпевшим ущерб в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом условий или оснований ответственности за причинение морального вреда.

Обязательство по компенсации морального вреда в общем случае возникает при наличии одновременно следующих условий:

- претерпевание морального вреда;

- неправомерное действие причинителя вреда;

- причинная связь между неправомерными действиями и моральным вредом;

- вина причинителя вреда.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно п. 1 ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с п. 24 "Правил и Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека" от ДД.ММ.ГГГГ N 194н, ухудшение состояния здоровья, вызванное характером и тяжестью заболевания, возрастом пациента, не рассматривается как причинение вреда здоровью.

Суд полагает, что в ходе судебного разбирательства стороной истца доказательств, объективно и бесспорно подтверждающих наличие причинно-следственной связи между действиями работника ответчика дежурного врача ФИО5 и ухудшением состояния здоровья ФИО2 связанного с наступлением у него острого инфаркта миокарда в порядке ст. 56 ГПК РФ не представлено. 

Представленные же стороной истца доказательства в отношении объема и характера оказанной ФИО2 помощи наличие такой связи бесспорно не подтверждают.

Из имеющегося в деле заключения судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ следует, что на момент обращения ФИО2 в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» ДД.ММ.ГГГГг. у него имелось расстройство здоровья, что подтверждается его жалобами на дому при осмотре фельдшером боль в области груди, жжение в области сердца, головную боль и после введения препаратов сохраняются симптомы при осмотре в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>», такие как головная боль, слабость, повышение АД. Так же при регистрации ЭКГ от ДД.ММ.ГГГГ записанной в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» по данным расшифровки имеет место острый коронарный синдром (острый инфаркт миокарда с подъемом сегмента ST) с элевацией сегмента ST по нижней стенке левого желудочка на ЭКГ. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 на момент его обращения требовалась медицинская помощь в соответствии с Приказом М3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ №ан «Об Утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при остром инфаркте миокарда (с подъемом сегмента ST электрокардиограммы)», а именно обеспечение обезболиванием наркотическими анальгетиками, прием аспирина 250 мг, клопидогреля 600 мг В момент обращения ДД.ММ.ГГГГ в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» ФИО2 требовалась экстренная медицинская помощь, госпитализация в отделение для больных с острым коронарным синдромом в соответствии с приказом М3 РФ от 2013г №н п. 4 б; 11 в, д; 13а. 14. «Об оказании скорой, в том числе скорой, медицинской помощи». 

11.03.2018г в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» ФИО2 на момент его обращения оказывалась медицинская помощь, были даны гипотензивные препараты (каптоприл 25 мг), т.к. у него было артериальное давление 150/90 мм рт ст., но лечение острого инфаркта миокарда не было назначено, так как острый инфаркт миокарда не был диагностирован. 

На момент первичного обращения в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>», и при повторном обращении ДД.ММ.ГГГГ не был выставлен правильный диагноз, не проведена дифференцированная диагностика с острым инфарктом миокарда, нарушен п. 3.9.4 Приказа №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» от ДД.ММ.ГГГГг., а именно: не выполнен общий (клинический) анализ крови развернутый, не выполнен анализ крови биохимический общетерапевтический (креатинин, глюкоза, калий, натрий), не выполнен анализ крови по оценке нарушений липидного обмена биохимический, не выполнен общий (клинический) анализ мочи, функции нефронов по клиренсу креатинина, не выполнена эхокардиография. Выполнено электрокардиографическое исследование без интерпретации данных, в связи с чем, нарушены пп. 1.1.; 1.2; 1.3 Приказа М3 РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 404н «Об Утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при остром инфаркте миокарда (с подъемом сегмента ST электрокардиограммы)»: это не проведены лабораторные методы исследования для подтверждения диагноза, не выполнена эхокардиография, и расшифровка электрокардиограммы и п. 3.9.3 Приказа №н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи» от ДД.ММ.ГГГГг., а именно определение уровня тропонинов I, Т в крови и/или определение уровня и активности креатинкиназы в крови, что помогло бы в правильной постановке диагноза. Также не предложена госпитализация и не проведена экстренная эвакуация в отделение с кардиологическим профилем. Тем самым нарушен приказ М3 РФ от 20.07.2013г №н п. 4 б; 11в, д; 13а. 14. «Об оказании скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи». Была оказана некачественная и несвоевременная медицинская помощь при первичном 11.03.2018г. и повторном 13.03.2018г. обращении. 

Состояние ФИО2 состоит в причинно-следственной связи с момента первичного обращения в КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» 11.03.2018г в связи с несвоевременной постановкой диагноза острого инфаркта миокарда, наступившего 11.03.2018г, с не оказанием - специализированной медицинской помощи, и не осуществлением экстренной эвакуация в отделение с кардиологическим профилем. Заболевание острый инфаркт миокарда (острый коронарный синдром) с подъемом сегмента ST началось 11.03.2018г., продолжалось до 14.03.2018г. Госпитализация была необходима 11.03.2018г, на этом этапе при проведении реперфузионного течения возможно было остановить течение острого инфаркта миокарда. Острый инфаркт миокарда был неосложненный, поэтому существенной отрицательной динамики за 3 дня не произошло, а 14.03.2018г пациент получил рекомендованную терапию. 

В ходе рассмотрения дела в судебном заседании было установлено, что при проведении вышеуказанной судебно-медицинской экспертизы на рассмотрение экспертов для дачи заключения не были представлены все документы необходимые для дачи обоснованного заключения, на разрешение экспертов не была представлена карта стационарного больного № Локтевской ЦРБ от 13.03.2018г., согласно которой ФИО2 находился на стационарном лечении Локтевской ЦРБ с ДД.ММ.ГГГГ после чего был направлен на стационарное лечение в КГ БУЗ городская больница № 

<

адрес>. В то время как экспертами при даче заключения указано, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 не был выставлен правильный диагноз, не предложена госпитализация и не проведена экстренная эвакуация в отделение с кардиологическим профилем. Кроме того в судебном заседании было установлено, что ФИО2 при обращении в отделение скорой помощи Локтевской ЦРБ при приеме его дежурным врачом ФИО5 не высказывал жалобы на жжение в области сердца в то время как экспертом в заключении было указано, что ДД.ММ.ГГГГг у ФИО2 имелось расстройство здоровья, что подтверждается его жалобами на дому при осмотре фельдшером боль в области груди, жжение в области сердца. 

В связи с чем для полного, всестороннего и объективного рассмотрения данного дела, выяснения всех обстоятельств по делу судом было назначено проведение дополнительной судебно-медицинской экспертизы, производство которой поручено тому же экспертному учреждению.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №П261-12/8 экспертами сделаны выводы о том, что изменения сегмента ST по ЭКГ от 11.03.18г могли быть вызваны имеющимся заболеванием у ФИО2 с 2005г: Гипертоническая болезнь III стадия, т.к. при длительном повышении артериального давления развивается гипертрофия левого желудочка (Европейские рекомендации по артериальной гипертонии 2013г). По ЭКГ от 11.03.18г нет подъема сегмента ST в III ст отведении, в сравнении с ЭКГ от ДД.ММ.ГГГГ (подъем с ST более 1мм), а регистрируется зубец q и нарушение процессов реполяризации передне- боковой стенки левого желудочка по типу субэндокардиальной ишемии, которая может быть на фоне повышенного артериального давления. Также зубец q нижней стенки регистрируется по пленкам ЭКГ с 2006г. Данные изменения ЭКГ неспецифичны для ОИМ (острый инфаркт миокарда), особенно учитывая отсутствие клинических проявлений на момент обращения и требуют ЭКГ динамики. (ФИО9 

<

адрес> 1985г "Руководство по Электрокардиографии "). 

Врач КГБУЗ «ЦБ 

<

адрес>» при обращении ФИО2 11.03.18г с жалобами на головную боль слабость, повышение АД и результатов ЭКГ не мог диагностировать ОИМ (острый инфаркт миокарда), т.к. данные жалобы не характерны для ОКС (острый коронарный синдром), а изменения по ЭКГ от 11.03.18г неспецифичны для ОИМ (острый инфаркт миокарда). Учитывая жалобы, которые предъявлял ФИО2 изменения по ЭКГ от 11.03.18г могут быть расценены как нарушение процессов реполяризации передне-боковой стенки левого желудочка по типу субэндокардиальной ишемии на фоне повышения АД и нагрузки на миокард левого желудочка. Диагностического подъема с ST нижней стенки левого желудочка от 11.03.18г не регистрируется (13 ФИО11, 

<

адрес> 1985г "Руководство по Электрокардиографии. Европейские рекомендации по артериальной гипертонии 2013г). 

По записям в амбулаторной карте у ФИО2 с 2006г. имеется заболевание - ишемическая болезнь сердца, однако это заболевание не подтверждено объективными данными (не проводились нагрузочные пробы-Тредмил тест, селективная КАГ, сцинтиграфия) (Европейские рекомендации по артериальной гипертонии 2013г). Соответственно диагноз ИБС (ишемическая болезнь сердца) не имеет фактического обоснования. Изменения сегмента с ST по ЭКГ от 11.03.18г могут проявляться как при ИБС - нестабильная стенокардия, при наличие клинической картины, так и при повышенном АД, т.к. по амбулаторной карте у ФИО2 длительный гипертонический анамнез (с 2003), что подтверждается записями в амбулаторной карте при объективном осмотре - подъемы АД до 160/мм.рт.ст., регулярным приемом антигипертензивных препаратов. 

Исходя из имеющихся жалоб ФИО2 - головные боли, слабость, повышение артериального давления и результатов ЭКГ от 11.03.18г помощь ФИО2 11.03.18г была оказана не в полном объеме, согласно пп. 4, 5, 7 п. 3.9.4. Приказа №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», были выявлен следующие недостатки: не взят общий анализ крови, общий анализ мочи, глюкоза крови), однако данные недостатки не повлияли на ухудшение состояния здоровья. 

При обращении ФИО2 13.03.18г в Локтевскую ЦРБ помощь оказана качественно (Приказ №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», Европейские рекомендации по ведению пациентов с острым инфарктом миокарда с подъемом сегмента ST). Диагностирован острый инфаркт миокарда согласно клиническим данным, отрицательной динамики по ЭКГ - подъем сегмента ST до 1 мм нижней стенки левого желудочка. По ЭКГ 11.03.18г данные изменения не регистрируются. 

Предотвратить течение острого инфаркта миокарда при обращении ФИО2 в КГБУЗ ЦБ 

<

адрес> 12.03.18г. возможно, в случае отрицательной динамики при записи ЭКГ 12.03.18г (в виде подъема сегмента St нижней стенки-левого желудочка в сравнении с ЭКГ от ДД.ММ.ГГГГ) и клинических проявлений (жжение в грудной клетке - клиника нестабильной стенокардии), требующие экстренной госпитализации (Европейские рекомендации по ведению пациентов с острым коронарным синдромом без стойкого подъема сегмента ST 2015г), Приказ М3 РФ №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями»), т.е. при госпитализации ДД.ММ.ГГГГ и начатой терапии острого коронарного синдрома, течение острого инфаркта миокарда можно было предотвратить. 

Дефектов оказания медицинской помощи, вызвавших ухудшение состояния здоровью человека, при проведении экспертизы не обнаружено, обнаруженные недостатки оказания медицинской помощи не рассматриваются как причинение вреда здоровью п. 24 Приказа Минздравсоцразвития России от 24.04.2008г. №н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), таким образом причинно-следственная связь отсутствует. 

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО10 суду показал, что он участвовал в проведении первой и второй экспертизы. Экспертизы проводились по разным документам. Экспертиза была проведена комиссионно, более подробно по данному заключению может пояснить только эксперт кардиолог ФИО4.

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО6 суду показала, что она работает кардиологом с 2008 года. Исследованные кардиограммы от 11 и 13 марта различны. 11 марта не было подъема сегмента ST, он был 13 марта. Четких данных за инфаркт в кардиограмме от 11 марта не было. Учитывая жалобы, которые предъявлял ФИО2 изменения по ЭКГ от 11.03.18г могут быть расценены как нарушение процессов реполяризации передне-боковой стенки левого желудочка по типу субэндокардиальной ишемии на фоне повышения АД и нагрузки на миокард левого желудочка. Данные изменения ЭКГ неспецифичны для острого инфаркта миокарда, особенно учитывая отсутствие клинических проявлений на момент обращения, поэтому больному требовалось ЭКГ динамики, т.е. проведение ЭКГ 12.03.2018г. ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ помощь была оказана не в полном объеме, а именно не был взят общий анализ крови, общий анализ мочи, глюкоза крови, однако взятие этих анализов не могло предотвратить наступление инфаркта. В госпитализации ФИО2 11.03.2018г. не нуждался.

В судебном заседании стороной истца указано о том, что заключение судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ не может быть признано судом допустимым доказательством и соответственно положено в основу судебного решения, поскольку в экспертизе указано, что судебно-медицинский эксперт ФИО6 имеет стаж работы с 1984 года, а фактически в судебном заседании установлено, что ФИО6 не имеет данный стаж работы, поскольку родилась в 1985 году, кроме того заключение судебной экспертизы от 14.12.2018г. противоречит выводам судебной экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ.

Рассматривая доводы стороны истца в данной части судом принято во внимание, что согласно статьи 50 (часть 2) Конституции Российской Федерации, при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона, понятия и виды доказательств, порядок их представления и судебной оценки в гражданском судопроизводстве, Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации в главе 6 "Доказательства и доказывание" устанавливает, что доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела; эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (часть первая статьи 55); доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (часть вторая статьи 55); каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть первая статьи 56); суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (статья 59); обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами (статья 60).

Согласно статье 67 ГПК Российской Федерации суд оценивает представленные сторонами и другими участвующими в деле лицами доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на их всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании (часть первая); никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть вторая); суд оценивает относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть третья); результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть четвертая).

Наделение суда полномочиями по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти (статья 10 Конституции Российской Федерации) и является одним из проявлений ее независимости, необходимой для справедливого отправления правосудия. С учетом же того, что судебная оценка доказательств должна осуществляться исходя из конституционного предписания о подчинении судей только Конституции Российской Федерации и федеральному закону (статья 120, часть 1, Конституции Российской Федерации), получившему, применительно к законодательному регулированию гражданского процесса, конкретизацию в части первой статьи 11 ГПК Российской Федерации, согласно которой суд обязан разрешать гражданские дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов и иных нормативных правовых актов, закрепление оспариваемым законоположением одного из принципиальных условий допустимости доказательств направлено - в совокупности с другими положениями данного Кодекса - на обеспечение вынесения законных и обоснованных судебных актов.

В соответствии с положениями ст. 86 ГПК РФ заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Согласно ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в ст. 67 ГПК РФ.

Суд полагает, что в основу решения суда должно быть положено заключение судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, поскольку для производства данной экспертизы были представлены все имеющиеся по делу медицинские документы ФИО2, экспертами дано полное и всестороннее заключение по всем поставленным на разрешение суда вопросам. Исходя из заключения судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГг., то данная экспертиза проведена судебно-медицинской экспертной комиссией врачами судебно-медицинскими экспертами, имеющими высшее медицинское образование, значительный стаж работы в качестве судебно-медицинских экспертов. Права и обязанности эксперта, предусмотренные статьей 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, были разъяснены. Об ответственности за отказ или уклонение отдачи заключения или за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ экспертизы предупреждены. Заключение судебной экспертизы является полным, мотивированным и обоснованным. Оснований не доверять выводам данных экспертов у суда не имеется.

Выводы экспертного заключения от ДД.ММ.ГГГГ, по мнению суда, сделаны поверхностно, в экспертном заключении даны общие описания событий обращения ФИО2 в Локтевскую ЦРБ 11.03.2018г. и 13.03.2018г., а также даны общие суждения о жалобах на состояние здоровья, которые ФИО2 на приеме у врача ФИО5 не высказывал, такие как: боль в области груди, жжение в области сердца симптомов которые характерны для острого инфаркта миокарда. Также делая вывод о некачественно оказанной медицинской помощи ФИО2 экспертом делается вывод о нарушении врачом ФИО5 п.3.9.4. Приказа №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», однако при этом экспертом не учтено состояние здоровья ФИО2 с которым об обратился в приемное отделение скорой помощи и жалобы которые он высказывал при этом.

Заключением судебно-медицинской экспертизы от 21.12.2017г. учтены все вышеуказанные обстоятельства, дано подробное указание на то обстоятельство, что экстренной госпитализации ФИО2 на момент обращения в Локтевскую ЦРБ 11.03.2018г. не требовалось, а не проведение дежурным врачом забора анализов ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 в виде общего анализа крови, общего анализа мочи, глюкозы крови не повлияли на ухудшение состояния здоровья ФИО2

Таким образом заключение судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГг. дано не полно, без всесторонней оценки имеющихся медицинских документов и обстоятельств дела, в связи с чем находится в противоречии с остальными доказательствами по делу, которые как каждое в отдельности, так и они все в своей совокупности, бесспорно подтверждают наличие обстоятельств, установленных экспертным заключением от ДД.ММ.ГГГГг.

Таким образом, в судебном заседании установлено, что при обращении ФИО2 в отделение скорой помощи Локтевской ЦРБ дежурным врачом ФИО5 исходя из имеющихся жалоб у ФИО2 был выставлен правильный диагноз, показаний к экстренной госпитализации ФИО2 не имелось, выполнение электрокардиограммы в сложившейся ситуации не являлось необходимым и обязательным, однако она была проведена, по результатам которой диагноз острый инфаркт миокарда не подтвердился. 

То обстоятельство, что на момент обращения ФИО2 11.03.2018г. в отделение скорой помощи Локтевской ЦРБ, исходя из имеющихся жалоб ФИО2 - головные боли, слабость, повышение артериального давления и результатов ЭКГ от 11.03.18г помощь ФИО2 была оказана не в полном объеме, согласно пп. 4, 5, 7 п. 3.9.4. Приказа №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», были выявлен следующие недостатки: не взят общий анализ крови, общий анализ мочи, глюкоза крови), однако данные недостатки не повлияли на ухудшение состояния здоровья ФИО2 и не состоят в причинно-следственной связи между наступлением у ФИО2 острого инфаркта миокарда, в связи с чем данное обстоятельство не может рассматриваться как основание для возмещения морального вреда исходя из заявленных исковых требований. 

При этом судом принято во внимание, что ФИО2 не выполнил указания врача ФИО5, а именно не обратился 12.03.2018г. к участковому терапевту для проведения дальнейшего обследования и получения соответствующего лечения, что в соответствии со ст.1083 ГК РФ является грубой неосторожностью, которая содействовала ухудшению его состояния здоровья, поскольку в соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ при обращении ФИО2 в КГБУЗ ЦБ 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ и начатой терапии острого коронарного синдрома, течение острого инфаркта миокарда можно было предотвратить. 

Таким образом суд полагает, что стороной истца в соответствии со ст.56 ГПК РФ не представлено доказательств обоснованности заявленных исковых требований, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда в связи с недоказанностью наличия прямой причинно-следственной связи между качеством оказанной ФИО2 медицинской помощи и наступившим у него заболеванием в виде острого инфаркта миокарда.

Доводы стороны истца о том, что в проведенной экспертизе от ДД.ММ.ГГГГг. не верно указан стаж работы эксперта ФИО6 не влияют на правильность сделанных экспертом выводов и не являются основанием для признания данного экспертного заключения недопустимым доказательством по делу.

Доводы прокурора о том, что требования ФИО2 подлежат частичному удовлетворению исходя из ФЗ «О защите прав потребителя» судом не могут быть приняты во внимание, поскольку исковые требования стороной истца были основаны и вытекали из некачественно оказанной медицинской помощи при обращении ФИО2 в отделение скорой помощи Локтевской ЦРБ и наступившим у ФИО2, как следствие, острым инфарктом миокарда. Требований о неполном оказании медицинской помощи согласно пп. 4, 5, 7 п. 3.9.4. Приказа №н от ДД.ММ.ГГГГ «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи», а именно, что у ФИО2 не взят общий анализ крови, общий анализ мочи, глюкоза крови заявлено не было. В рассматриваемом случае не взятие данных анализов не повлияло на диагностику состояния ФИО2, ухудшение его состояния здоровья и не состоит в причинно-следственной связи с наступившим у ФИО2 острого инфаркта миокарда.

С учетом изложенного, суд полагает, что в удовлетворении исковых требований ФИО2 следует отказать в полном объеме.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. 

В судебном заседании установлено, что ответчиком произведена оплата судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГг. в размере 62 000 рублей.

Таким образом, с ФИО2 в пользу ответчика КГБУЗ «Центральная больница 

<

адрес>» подлежат взысканию расходы связанные с оплатой данной экспертизы в размере 62 000 рублей.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к КГБУЗ «Центральная больница 

<

адрес>» о взыскании компенсации морального вреда за неоказание медицинской помощи и отказе от госпитализации - отказать.

Взыскать с ФИО2 в пользу КГБУЗ «Центральная больница 

<

адрес>» в счет возмещения понесенных судебных расходов 62 000 рублей.

На решение может быть подана апелляционная жалоба, представление в 

<

адрес>вой суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Локтевский районный суд.

Решение в окончательной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья И.С. Фуртова