Судья Кузьмин Н.Ю. 22-429

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Псков 21 июля 2021 года 

Суд апелляционной инстанции Псковского областного суда в составе: 

председательствующего Колесникова Н.С., 

при секретаре Яковлевой И.В.,

с участием:

прокурора Степанова А.В.,

представителя-адвоката Тарасова М.В., представившего ордер (****) от 21.07.2021 г., представителя по доверенности Министерства Финансов РФ в лице специалиста юридического отдела Управления Федерального казначейства по Псковской области - ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на постановление Великолукского районного суда Псковской области от 27.05.2021, которым удовлетворены частично требования ФИО2 о возмещении имущественного вреда, причиненного уголовным преследованием. 

Взыскано с РФ в лице Минфина РФ за счет казны РФ в пользу ФИО2 87222 рублей 05 коп. в счет возмещения имущественного вреда, причиненного уголовным преследованием.

Заслушав доклад судьи Колесникова Н.С.; выслушав мнение заявителя ФИО2, его представителя – адвоката Тарасова М.В. об отмене судебного решения, позицию прокурора Степанова А.В. и представителя Управления Федерального казначейства по Псковской области ФИО1 о законности судебного решения, обсудив доводы, высказанные сторонами и изложенные в апелляционной жалобе, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Согласно постановлению, 6.10.2015 было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.260 УК РФ по факту незаконной рубки леса в объеме 856,64 куб.м., в период времени 2014 - 2015 в квартале 91, выделы 1 и 25-27 Жижицкого участкового лесничества КУ «Великолукское лесничество» на территории Куньинского района Псковской области, чем причинен ущерб на сумму 6951007,26 руб., что составляет особо крупный размер.

23.11.2016 в отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.174.1УК РФ, по факту легализации (отмывания) денежных средств в крупном размере.

31.07.2017 ФИО2 предъявлено обвинение в совершении вышеуказанных преступлений. 

22.01.2019 постановлением заместителя начальника отдела СЧ СУ УМВД России по Псковской области ФИО3 прекращено уголовное преследование в отношении обвиняемого ФИО2 по факту легализации (отмывания) денежных средств в крупном размере, то есть по признакам состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 174.1 УК РФ на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. 

За ФИО2 признано право на реабилитацию.

Уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.260 УК РФ, а также в отношении иных обвиняемых находится в производстве Великолукского районного суда Псковской области.

ФИО2 обратился с заявлением в Великолукский районный суд о взыскании с Министерства финансов РФ имущественного вреда в сумме 305000 рублей, с учетом уровня инфляции, из которых:

- расходы на выплату вознаграждения адвокату Тарасову М.В. за оказание юридической помощи и представительство в ходе уголовного преследования по заключенному соглашению 263000 рублей; 

- расходы на оплату услуг специалиста ЗАО НЭК «Мосэкспертиза - Псков»

17000 рублей;

- расходы на выплату вознаграждения адвокату Тарасову М.В. за оказание юридической помощи и представительство в ходе рассмотрения судом вопроса о возмещении имущественного вреда, причиненного уголовным преследованием 25000 рублей. 

Судом постановлено вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе заявитель ставит вопрос об отмене постановления суда, как незаконного и необоснованного. Полагает, что суд первой инстанции не в полном объеме исследовал обстоятельства дела, в связи с чем выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Ссылаясь на положения 18 главы УПК РФ, Пленума ВС РФ от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», п.п. 4,5 ч.1 ст.135 УПК РФ, указывает, что данные положения в своем буквальном толковании, по мнению заявителя, обязывают суд включать в объем возмещения имущественного вреда, причиненного реабилитированному в результате его незаконного уголовного преследования, все суммы, фактически выплаченные им за оказание юридической помощи, а также фактически понесенные им затраты на возмещение расходов, связанных с рассмотрением вопросов реабилитации. 

В обоснование указывает на то, что судом не приведены мотивы и доказательства, подтверждающие вывод о том, что реабилитированному лицу подлежит возмещению частично его затраты на оплату услуг адвоката за оказание юридической помощи в ходе осуществления уголовного преследования в общей сумме 36000 рублей, как и отказа во взыскании 95500 рублей (263000 / 2 - 36000) за те же услуги. ФИО2 считает, что судом не проведена проверка и не дана оценка представленным реабилитированным лицом доказательствам, подтверждающим понесенные им расходы в сумме 305000 рублей. Полагает, что суд незаконно исключил единовременный платеж в сумме 50000 рублей за принятие дела к адвокатскому производству. При этом не учтено, что дело было принято адвокатом к производству спустя более года (дело было возбуждено 06.10.2015 года, а принято к адвокатскому производству 25.01.2017 года), что было обусловлено неотложным оказанием юридической помощи ФИО2 в частности, ознакомлением с материалами дела по проведенным следственным и процессуальным действиям в период с 06.10.2015 по 25.01.2017 с участием заявителя, подготовкой документов, незамедлительным сбором доказательств со стороны защиты и поэтому, по мнению ФИО2, подлежит взысканию в его пользу с Российской Федерации. Суд необоснованно уменьшил размер оказанных защитником услуг ниже 1/2 при факте частичной реабилитации. Полагает, что при рассмотрении подобных требований о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, необходимо учитывать, что размер возмещения не может быть поставлен в зависимость от характера оказанных защитником услуг по предоставлению квалифицированной юридической помощи. При этом соответствующие мотивы о размере возмещения имущественного вреда должны быть приведены в судебном постановлении, чего в данном случае сделано не было, т.к. суд первой инстанции ограничился лишь ссылкой на общие принципы определения размера. Также указывает на то, что в силу ч.4 ст.135 УПК РФ возмещение имущественного вреда осуществляется с учетом уровня инфляции. В связи с изложенным, просит отменить судебное решение, с направлением на новое судебное разбирательство. 

В возражениях на апелляционную жалобу заместитель прокурора Куньинского района Кондратьева Е.А. полагает необходимым оставить решение суда без изменения, апелляционную жалобу заявителя - без удовлетворения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам. 

В силу ст. 53 Конституции РФ к числу гарантированных прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение, в том числе сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи.

Согласно правовой позиции, высказанной в Постановлениях Конституционного Суда при признании права на возмещение имущественного вреда в связи с реабилитацией, в соответствии с требованиями статей 45, 49, 52 и 53 Конституции РФ создается для реабилитированных лиц упрощенный по сравнению с исковым порядком гражданского судопроизводства режим правовой защиты, освобождающий их от бремени доказывания оснований и размера возмещения вреда и одновременно предоставляющий им возможность участвовать в доказывании объема компенсации.

По смыслу закона при определении размера сумм, подлежащих взысканию в пользу реабилитированного за оказание юридической помощи, судам следует учитывать, что размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется подтвержденными материалами дела, фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением.

Положения п. 4 ч. 1 ст. 135 УПК РФ обязывают суд включить в объем возмещения имущественного вреда, причиненного реабилитированному лицу в результате его незаконного уголовного преследования, все суммы, фактически выплаченные им за оказание юридической помощи.

Таким образом, размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется судом исходя из фактически понесенных расходов, непосредственно связанных с ее осуществлением, и конкретных обстоятельств, которыми были обусловлены такие расходы.

В силу ч. 4 ст. 135 УПК РФ выплаты имущественного вреда производятся с учетом уровня инфляции.

В соответствии со ст. 135 УПК РФ и положений п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 г. N 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», суд, рассматривающий требования реабилитированного о возмещении вреда или восстановлении его в правах в порядке главы 18 УПК РФ, вправе удовлетворить их или отказать в их удовлетворении полностью или частично в зависимости от доказанности указанных требований представленными сторонами и собранными судом доказательствами.

В силу требований ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Обжалуемое постановление не отвечает вышеуказанным требованиям закона.

Как усматривается из материалов дела, на основании постановления заместителя начальника отдела СЧ СУ УМВД России по Псковской области ФИО3 от 22.01.2019 прекращено уголовное преследование ФИО2 по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.174.1 УК РФ на основании п.2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления. За ФИО2 признано право на реабилитацию в данной части.

По смыслу главы 18 УПК РФ возмещению подлежат лишь фактические расходы реабилитированного лица, которые непосредственно находятся в причинно-следственной связи с оказанием ему юридической помощи.

Размер возмещения вреда за оказание юридической помощи определяется судом исходя из фактически понесенных расходов, непосредственно связанных с ее осуществлением, и конкретных обстоятельств, которыми были обусловлены такие расходы, в том числе с учетом позиции по этому вопросу реабилитированного.

Суд по настоящему делу пришел к выводу, что реабилитированному лицу подлежит возмещению частично его затраты на оплату услуг адвоката за оказание юридической помощи в ходе осуществления уголовного преследования в общей сумме 36000 рублей, как и отказа во взыскании 95500 рублей (263000 / 2 - 36000) за те же услуги, не приведя в обжалуемом постановлении мотивов и доказательств принятого решения.

В данном случае при рассмотрении в судебном заседании заявления ФИО2 о возмещении вреда, понесенного в связи с выплатой сумм адвокату за оказание юридической помощи, суд не мотивировал по каким критериям ряд услуг, указанных в отчете адвоката, не имеют связи с уголовным преследованием по факту отмывания денежных средств (ч. 2 ст. 174.1 УК РФ), которое было прекращено, и почему оплата за те услуги, которые относятся к уголовному преследованию по обоим составам обвинения (ч. 2 ст. 174.1 УК РФ и ч. 3 ст. 260 УК РФ), подлежат возмещению «из-за непропорциональности объема обвинения» в меньшем размере, чем половина в сравнении с общим объемом обвинения, в отсутствии в судебном решении конкретики мотивации принятого решения.

Более того, суд преждевременно исключил единовременный платеж в сумме 50000 рублей за принятие адвокатом дела к производству. 

Из дела следует, что защиту ФИО2 на стадии предварительного расследования по уголовному делу осуществлял адвокат Тарасов М.В., с которым было заключено соответствующее Соглашение от (дд.мм.гг.) (****).

По условиям указанного Соглашения в состав вознаграждения адвоката входит единовременный платеж за принятие дела к адвокатскому производству -50000 руб., плата за составление документов правового характера 3000 руб. за каждый, плата за участие в уголовном судопроизводстве на стадии предварительного расследования 3000 руб. в сутки, плата за участие в судебных заседаниях суда первой и апелляционной инстанций - 3000 руб. за каждое заседание (пункт 4.1 Соглашения).

Согласно представленным квитанциям серии АЦ (****) от (дд.мм.гг.), серии АЦ (****) от (дд.мм.гг.), серии АЦ (****) от (дд.мм.гг.), серии АЦ (****) от (дд.мм.гг.) от ФИО2 адвокатом Тарасовым М.В. в счет оплаты услуг по вышеуказанному Соглашению была получена сумма денежных средств в общем размере 263000 рублей. В материалах дела имеется отчет об оказанной квалифицированной юридической помощи адвокатом Тарасовым М.В. от 01.02.2019 по Соглашению.

Таким образом, из изложенного следует, что суммы вознаграждения адвокату Тарасову М.В. за его участие на стадии предварительного следствия и в рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, фактически были понесены ФИО2, имеющим право на реабилитацию с возвратом ему понесенных расходов по оплате труда его адвоката. 

Как следует из протокола судебного заседания ФИО2 и Тарасов М.В. настаивали в суде на оправданности и необходимости расходов, в том числе и единовременного платежа в размере 50000 рублей.

Однако, суд первой инстанции при принятии решения в данной части не учел, что дело было принято к адвокатскому производству спустя более года (дело было возбуждено 06.10.2015 года, а принято к адвокатскому производству 25.01.2017 года), что было обусловлено неотложным оказанием юридической помощи заявителю, в частности, ознакомлением с материалами дела по проведенным следственным и процессуальным действиям в период с 06.10.2015 по 25.01.2017 с участием ФИО2, подготовкой документов, незамедлительным сбором доказательств со стороны защиты, о чем заявляли в суде первой инстанции ФИО2 и Тарасов М.В.

Суд эти пояснения заявителя и его адвоката должным образом не проверил и неоправданно возложил на них обязанность представить в подтверждение заявленной позиции по делу документы из различных судебных производств, достоверной информацией о которых ФИО2 и Тарасов М.В. по объективным причинам не могли располагать, в чем сам суд ограничен не был.

Уголовно-процессуальным законом для реабилитированных установлен упрощенный по сравнению с исковым порядком гражданского судопроизводства режим правовой защиты, освобождающий их от бремени доказывания оснований и размера возмещения имущественного вреда, при рассмотрении требований реабилитированных о возмещении такого вреда, суд в случае недостаточности данных, представленных реабилитированным в обоснование своих требований, оказывает ему содействие в собирании дополнительных материалов, необходимых для разрешения заявленных им требований, а при необходимости и принимает меры к их собиранию (п. 17 постановления Пленума ВС РФ от 29.11.2011 г. № 17 «О судебной практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» и Определение Конституционного Суда РФ № 708-О «по запросу Сюмсинского районного суда Удмуртской Республики»).

Несмотря на это, суд первой инстанции возложил на заявителя обязанность предоставить дополнительные доказательства из судебных производств, номера которых стороне заявителя не были известны, имея самостоятельно реальную возможность получить эту информацию и необходимые документы для объективного разрешения вопроса реабилитации, но этого не сделал, разрешив возникшие сомнение не в пользу заявителя (реабилитированного ФИО2) с немотивированным уменьшением размера подлежащих возмещению понесенных оправданным расходов на оплату юридической помощи адвоката Тарасова М.В.

Наряду с этим, суд апелляционной инстанции также полагает, что исключение затрат на оплату услуг адвоката в связи с «недоказанностью факта оказания юридической помощи»: заявленное как оплаченное ходатайство о назначении повторной экспертизы по вопросам суммарного дохода ФИО2 за период с 2011 по 2016 годы, указанное в пункте 1 отчета адвоката, отсутствует в материалах уголовного дела; жалоба в суд о признании незаконными действий следователя при продлении срока предварительного расследования; жалоба на решение о продлении срока предварительного расследования до 21.06.2017; участие адвоката Тарасова М.В. в двух судебных заседаниях в Великолукском городском суде до 29.05.2017 (из заявленных в отчете адвоката четырех); две апелляционные жалобы на постановления Великолукского городского суда от 05.05.2017 и от 03.04.2017; жалоба в суд о признании незаконными действий следователя от 29.05.2017; ходатайство о назначении повторной судебной экспертизы по вопросу о суммарном доходе ФИО2 за 2011 - 2016 годы по декларациям по УСН; допрос свидетеля по уголовному делу СК РФ по ст.293 УК РФ, также является необоснованным и преждевременными.

Суд фактически признал общий объем затраченных ФИО2 средств на оплату вышеуказанных услуг защитника в уголовном судопроизводстве при выполнении данной работы, лишь на сумму 132000 рублей. 

Этим суд признал оставшуюся часть денежных средств в размере 131000 рублей (263000 -132000), оплаченных ФИО2 в адвокатское образование в качестве вознаграждения адвокату Тарасову М.В. за оказание ему квалифицированной юридической помощи в качестве защитника на предварительном следствии по уголовному делу (****), как необоснованными, т.е. фактически поставил под сомнение саму добросовестность адвоката Тарасова М.В.

Согласно ст. 6 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (с изменениями и дополнениями) полномочия адвоката, участвующего в качестве представителя защитника доверителя в уголовном судопроизводстве, регламентируются соответствующим процессуальным законодательством Российской Федерации. 

В случаях, предусмотренных федеральным законом, адвокат должен иметь ордер на исполнение поручения, выдаваемый соответствующим адвокатским образованием. Для соглашения адвоката и представителя существенным условием является условие о предмете, который с учетом специфики деятельности адвоката может быть различно сформулирован, но всегда касается оказания юридической помощи и представительства. Наличие такого соглашения всегда подтверждается оформленным ордером адвоката или доверенностью.

Из пояснений адвоката Тарасова М.В. следует, что им принято поручение от ФИО2 по защите его интересов в процессе расследования уголовного дела в отношении последнего. Принятое поручение подтверждается оформленным в установленном законом порядке в подтверждение заключенного соглашения ордером (****) от 25.01.2017, выданным Псковской областной коллегией адвокатов Великолукский филиал «Адвокатский центр», предъявленным в материалы уголовного дела (т. 19 л.д.176).

Как следует из пояснений адвоката Тарасова М.В. и подтверждается в судебном заседании подзащитным ФИО2, для реализации принятого поручения адвокат Тарасов М.В. осуществил разработку правовой позиции, участвовал в процессуальных действиях, осуществляя сопровождение и защиту интересов ФИО2 на стадии предварительного расследования уголовного дела вплоть до выполнения требований ст. 217 УПК РФ.

При этом ФИО2 от услуг адвоката Тарасова М.В. не отказывался, находясь на подписке о невыезде, имел возможность беспрепятственно встречаться с адвокатом Тарасовым М.В. наедине и в условиях, обеспечивающих конфиденциальность, без ограничения числа свиданий и их продолжительности. Указанные факты также подтверждались в суде ФИО2, но не проверялись и не оценивались судом. При этом суд не ставил под сомнение полный объем оказания адвокатом Тарасовым М.В. квалифицированной юридической помощи ФИО2 на предварительном следствии по уголовному делу (****), расследуемого по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 174.1, ч. 3 ст. 260 УК РФ.

Суд первой инстанции принял решение об объеме прав и обязанностей между адвокатом и доверителем, т.е. вышел за пределы предмета заявления ФИО2 о реабилитации. При этом соглашение между ФИО2 и Тарасовым ни кем не оспаривалось и предметом спора не являлось. 

Из материалов дела и пояснений заявителя, а также адвоката Тарасова М.В. в судебном заседании следует, что в настоящем случае обязательства по соглашению на оказание квалифицированной юридической помощи (****) от (дд.мм.гг.) были в полном объеме исполнены сторонами.

Таким образом, суд не выяснил, имелись ли между сторонами какие-либо конкретные обязательства, цели перевода денежных средств, предпринятые адвокатом действия по защите прав ФИО2 до обращения к следователю с ордером и вплоть до выполнения им требований, предусмотренных ст. 217 УПК РФ. 

Также суд необоснованно уменьшил размер оказанных защитником услуг ниже 1/2 при факте частичной реабилитации. Суд мотивировал «справедливость взыскания» в пользу ФИО2 на сумму 30000 рублей «соразмерностью» характера оказанных защитником услуг размер его оплаты ниже 1/2, не конкретизируя эти выводы доказательствами по делу из числа исследованных в судебном заседании по настоящему делу.

Однако, в силу ч.2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 ч.1 ст. 24 и пунктами 1 и 4-6 ч.1 ст.27 УПК РФ.

Согласно п.п.4 и 5 ч.1 ст. 135 УПК РФ возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи, иных расходов.

При рассмотрении требований о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, необходимо было учитывать, что размер возмещения не может быть поставлен в зависимость от характера оказанных защитником услуг по предоставлению квалифицированной юридической помощи. При этом соответствующие мотивы о размере возмещение имущественного вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В рассматриваем случае, существенно снижая сумму возмещения имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, суд первой инстанции ограничился лишь ссылкой на общие принципы определения размера, а не на конкретные, проверенные материалы дела, необходимость в истребовании которых и исследования была очевидной для суда, но проигнорирована им с постановлением судебного решения, не отвечающего требованиям ст. 7 УПК РФ.

Помимо этого, исходя из положений ч.4 ст.135 УПК РФ возмещение имущественного вреда осуществляется с учетом уровня инфляции.

Официальной статистической информацией, характеризующей инфляционные процессы в стране, является индекс потребительских цен, утверждаемый Федеральной службой государственной статистики (Росстатом), публикуемый на официальном сайте Росстата в сети Интернет.

Исходя из указанных показателей индекса потребительских цен (ИПЦ) денежные суммы возмещения вреда, причиненного уголовным преследованием ФИО2, подлежат индексации за период с даты производства расходов. 

Однако, суд проиндексировал эти показатели с даты принятия дела к адвокатскому производству, т.е. с 25.01.2017. 

В то время как расходы были произведены: 25 января 2017 года на сумму 50 000 руб., 29 мая 2017 года на сумму 81 000 руб., 21 июня 2017 года на сумму 17 000 руб., 21 ноября 2017 года на сумму 75 000 руб., 20 ноября 2018 года на сумму 57 000 руб.

Кроме того, содержащиеся в постановлении суда ссылки на доказательства с указанием нумерации их листов дела (в частности на том № 4), не соответствуют заявленным в тексте судебного решения материалам дела, указанных исследованными в протоколе судебного разбирательства. 

На основании вышеизложенного, апелляционный суд полагает, что судебное решение от 27 мая 2021 года подлежит отмене, в соответствии с положениями п.1 ст.389.15 и ст.389.16 УПК РФ, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам дела, с направлением материалов дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении материалов дела суду необходимо выполнить требования уголовно-процессуального законодательства, рассмотреть заявление ФИО2 по существу с оценкой изложенных в ней доводов.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.16, п.1 ч.1 ст.389.20, 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

Апелляционную жалобу заявителя ФИО2 - удовлетворить.

Постановление Великолукского районного суда Псковской области от 27 мая 2021 года в отношении ФИО2 – отменить, с направлением материалов дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе суда.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции г.Санкт-Петербург в течение 6 месяцев со дня вступления в законную силу итогового судебного решения.

Председательствующий