.

. 

. 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

суда кассационной инстанции

17 июля 2019 года г. Волгоград

Президиум Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего – Клочкова А.В., 

членов президиума – Сундукова С.О., Юткиной С.М., Соловьевой Н.А., Андреева А.А.,

с участием заместителя прокурора Волгоградской области Русяева А.М.,

осужденного ФИО12, участвующего посредством видеоконференц-связи,

защитников осужденного – адвокатов Василенко Д.С., представившего удостоверение № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, Атанесяна Д.В., представившего удостоверение № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, Стариковой И.П., представившей удостоверение № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № 

<

...> от ДД.ММ.ГГГГ, 

представителя потерпевшей ФИО1 – ФИО13,

при секретаре Соголаевой Т.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе адвокатов Стариковой И.П., Атанесяна Д.В., Василенко Д.С. в интересах осужденного ФИО12 о пересмотре приговора Центрального районного суда г.Волгограда от 21 июня 2018 года и апелляционного определения Волгоградского областного суда от 19 октября 2018 года.

По приговору Центрального районного суда г.Волгограда от 21 июня 2018 года

ФИО12, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

.......>, несудимый,

осужден по п. «в» ч.2 ст.238 УК РФ к лишению свободы сроком 3 года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу, по вступлению приговора в законную силу постановлено осужденного ФИО12 взять под стражу.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять с момента фактического заключения ФИО12 под стражу.

В срок отбытия наказания зачтено время задержания ФИО12 с 28 ноября 2016 года по 30 ноября 2016 года.

Гражданский иск потерпевшей ФИО1 удовлетворен частично. 

С ФИО12 в пользу ФИО1 в счет погашения материального ущерба, причиненного преступлением, взыскано 350 123 рубля 60 копеек, в счет компенсации морального вреда – 1000 000 рублей.

Разрешен вопрос по вещественным доказательствам.

Определением Волгоградского областного суда от 28 сентября 2018 года в отношении ФИО12 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на три месяца с момента фактического задержания.

Апелляционным определением Волгоградского областного суда от 19 октября 2018 года приговор Центрального районного суда г.Волгограда от 21 июня 2018 года в отношении ФИО12 изменен: в соответствии с ч.3 ст.47 УК РФ назначено ФИО12 дополнительное наказание в виде лишения права заниматься медицинской деятельностью сроком на 3 года. 

Срок отбытия ФИО12 наказания в виде лишения свободы определено исчислять с 19 октября 2018 года, в соответствии с ч.31 ст. 72 УК РФ в срок отбытия наказания зачтены периоды с 28 ноября 2016 года по 30 ноября 2016 года, с 28 сентября 2018 года по 18 октября 2018 года из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима, с учетом положений, предусмотренных ч.33 ст.72 УК РФ.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи Волгоградского областного суда Никитиной В.Н., изложившей обстоятельства дела, содержание судебных решений, мотивы кассационной жалобы, послужившие основанием для передачи уголовного дела на рассмотрение суда кассационной инстанции, содержание поступивших на кассационную жалобу возражений, выступление осужденного ФИО12, его защитников - адвокатов Стариковой И.П., Атанесяна Д.В., Василенко Д.С., поддержавших доводы кассационной жалобы, заместителя прокурора Волгоградской области Русяева А.М., представителя ФИО1 – ФИО13, возражавших против удовлетворения кассационной жалобы адвокатов, президиум Волгоградского областного суда

установил:

приговором суда ФИО12 признан виновным в оказании услуг, не отвечающим требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекшие по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено 16 ноября 2016 года в г. Волгограде при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационной жалобе адвокаты Старикова И.П., Атанесян Д.В. и Василенко Д.С. выражают несогласие с судебными решениями в отношении осужденного ФИО12 в связи с существенными нарушениями уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявших на исход дела. Считают, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что смерть потерпевшей наступила из-за неправильно примененного анестезирующего препарата, из-за отсутствия в штате клиники врача анестезиолога-реаниматолога, несвоевременного проведения противошоковых и реанимационных мероприятий. Полагают, что допрошенные по делу свидетели и выводы, изложенные в заключениях экспертов, свидетельствуют о том, что все действия ФИО12 соответствовали стандартам оказания первичной специализированной медико - санитарной помощи. Утверждают, что вывод суда о том, что присутствие врача анестезиолога-реаниматолога при оказании первичной специализированной медико-санитарной помощи по профилю «пластическая хирургия» в амбулаторных условиях является обязательным, не соответствует действительности, поскольку такое присутствие предусмотрено Приложением 1 к Приказу Минздрава РФ № 555н и относится к отделениям пластической хирургии, оказывающим медицинскую помощь именно в стационарных, а не амбулаторных условиях, в связи с чем действие данного Приложения не распространяется на ООО «

<

.......>», которое оказывало первичную специализированную медико-санитарную помощь по пластической хирургии в амбулаторных условиях. Заявляют, что имея лицензию при отсутствии в штате врача анестезиолога-реаниматолога никаких оснований полагать, что присутствие данного врача необходимо при проведении операций под местной анестезией, у ФИО12 не имелось. Содержащийся в материалах дела ответ Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения от 23 января 2017 года, на который имеется ссылка в приговоре, является недопустимым доказательством, поскольку данный ответ выходит за рамки полномочий этого учреждения. Обращают внимание, что судом не дано оценки ответу Территориального органа Росздравнадзора по Волгоградской области от 22 декабря 2016 года № 4003, в котором указано, что участие в операции с применением инфильтрационной анестезии врача анестезиолога - реаниматолога не требуется. Также судом первой инстанции оставлен без внимания ответ из Министерства Здравоохранения РФ от 11 мая 2018 года № 17-2/3378, а суд апелляционной инстанции дал неверное его толкование, противоречащее содержанию самого текста документа. Полагают, что вывод суда о наличии у потерпевшей ФИО2 хронического заболевания противоречит заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 106-17 о том, что никаких объективных данных, свидетельствующих о наличии у ФИО2 хронического 

<

.......>, в материалах дела не имеется. Заявляют об отсутствии должной оценки показаний свидетелей ФИО3., ФИО4 о том, что данные анализа мочи потерпевшей не являлись противопоказанием к проведению операции под местной анестезией. Отмечают, что суд апелляционной инстанции не изложил в определении все доводы, приведенные стороной защиты, и не дал на них ответов. Считают, что при назначении ФИО12 наказания судом не в полной мере учтены обстоятельства, смягчающие его наказание, в судебном заседании суда апелляционной инстанции по ходатайству стороны защиты к материалам дела приобщено заключение комиссии врачей 

<

.......>», согласно которому ФИО12 страдает рядом серьезных заболеваний, но данное обстоятельство не было учтено при назначении наказания. Также указывают, что при разрешении гражданского иска не принято во внимание, что в период предварительного следствия ФИО2 получила от ФИО12 денежные средства в размере 

<

.......> рублей в счет возмещения материального ущерба, получение указанных денежных средств потерпевшая и ее представитель не отрицали, что отражено в протоколе судебного заседания от 12 октября 2018 года. Судом апелляционной инстанции было отказано стороне защиты в отложении судебного разбирательства для предоставления дополнительного доказательства – расписки, при вынесении судебного акта судом апелляционной инстанции не дано оценки факту передачи потерпевшей 

<

.......> рублей и взысканная приговором суда сумма материального ущерба не была уменьшена. Просят об отмене судебных решений и направлении уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

В письменных возражениях на кассационную жалобу осужденный ФИО12 просит об отмене судебных решений и прекращении уголовного дела на основании пп.1,2 ч.1 ст.24 УПК РФ, поскольку он не является субъектом преступления по ст.238 УК РФ. Полагает, что квалифицировать деятельность врача как услугу, оказываемую потребителю, некорректно, судом искажено само понятие предоставления медицинской услуги и смысл оцененных доказательств. Считает, что описанная в приговоре профессиональная деятельность врача не подпадает под общие правила стандартизации, поэтому не является уголовно наказуемой. Отмечает, что выводы суда о его виновности в совершении инкриминированного преступления основаны на оценке положений нормативного акта, регламентирующего организацию оказания медицинской услуги, сведений полученной его клиникой лицензии, договорных обязательств с пациентом, показаний свидетелей, специалистов, заключений экспертов, при этом некоторые из этих доказательств являются недопустимыми. Ссылаясь на приказ Министерства здравоохранения РФ №555н от 30 октября 2012 года, а также пункты 1-2 Порядка, утвержденного данным приказом, п. 1 Приложения №1 к этому приказу, указывает, что эти правила разработаны для медицинских организаций с целью установления общих правил их деятельности, и данный приказ не является конкретным стандартом медицинской услуги, которую он нарушил для наступления ответственности по ст.238 УК РФ. Утверждает, что дать оценку качеству оказания медицинских услуг могут только специалисты профессионального сообщества врачей. Считает, что судом не дано оценки тому обстоятельству, что смерть пациентки наступила от внезапно развившегося анафилактического шока, что в силу медицинского определения врач предвидеть не мог при всей своей осмотрительности. Обращает внимание, что согласно выводам комиссионной экспертизы от 30 августа 2017 года №106-17, его вина в смерти пациентки полностью исключается, однако это не нашло своего отражения в приговоре. Также выводы об отсутствии его вины в смерти ФИО2. подтвердили специалисты и эксперты, допрошенные в судебном заседании. Полагает, что возбуждение в отношении него уголовного дела имело целью скрыть преступление, совершенное должностным лицом комитета здравоохранения администрации Волгоградской области, который согласовал выдачу ООО «

<

.......>» лицензии без обязательного, как посчитал суд, требования содержания в штате клиники врача анестезиолога-реаниматолога. 

В письменных возражениях на кассационную жалобу адвокатов Стариковой И.П., Атанесяна Д.В. и Василенко Д.С. представитель потерпевшей ФИО2 – ФИО13 указывает на несостоятельность приведенных в ней доводов. Ссылаясь на условия подписанного 16 ноября 2016 года договора об оказании услуг, заключенного между ФИО2 и ООО «

<

.......>», отмечает, что препарат 

<

.......>, как способ обезболивания, Клиникой не предусматривался. Заявляет, что в нарушение положений ФЗ №323-ФЗ от 21 ноября 2011 года «Об основах охраны здоровья граждан в РФ» и приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации № 555н от 30 октября 2012 года ФИО12 на стадии предоперационного обследования и подготовки к операции в отношении ФИО2 был недостаточно собран анамнез, в том числе о перенесенных ею в детстве заболеваниях, о существующих хронических заболеваниях, о наличии которых свидетельствовал плохой анализ мочи. Заявляет, что в связи с наличием у ФИО2 отягощенного анамнеза необходимо было получить письменное заключение врача – специалиста об отсутствии противопоказаний к проведению операции, чего ФИО12 выполнено не было. Перед выполнением пластической операции не был произведен осмотр ФИО2. анестезиологом-реаниматологом, который также в обязательном порядке должен был присутствовать при проведении операции. Обращает внимание, что в журнале регистрации и учета консультаций КМК «

<

.......>» и в амбулаторной карте ФИО2 отсутствуют сведения о ее росте, весе, толщине ее подкожно-жировой клетчатки, электрокардиограмма не была расшифрована специалистом, что свидетельствует о неверном выборе способа проведения операции ФИО2 В нарушение приложения к договору № 2215 от 16 ноября 2016 года операция ФИО2 проведена в менструальный период. Установленные в ходе проверки клиники нарушения, перечисленные в письме Министерства здравоохранения Волгоградской области от 07 февраля 2014 года, ФИО12 проигнорированы, в том числе об обеспечении постоянного присутствия врача-анестезиолога. Утверждает, что ссылки стороны защиты на то, что положения приказа Минздрава РФ № 555н от 30 октября 2012 года не распространяются на деятельность ООО «

<

.......>», противоречат вышеуказанному нормативному акту, заключению эксперта Росздравнадзора в области дерматовенерологии и косметологии ФИО5 и заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы №106-17. Считает несостоятельным довод стороны защиты о том, что судебными актами оставлено без внимания письмо Росздравнадзора по Волгоградской области от 22 декабря 2016 года №4003, в котором указано, что участие в операции с применением инфильтрационной анестезии врача анестезиолога-реаниматолога не требуется, поскольку вышеуказанное письмо является мнением отдельного специалиста местного уровня, объективность которого находится под сомнением, тогда как приказ Министерства здравоохранения РФ от 30 октября 2012 года №555н является императивным нормативным актом. Считает необоснованным довод стороны защиты об оставлении судом первой инстанции без внимания ответа Министерства здравоохранения РФ от 11 мая 2018 года №17-2/3378, поскольку данный ответ получен из Департамента организации медицинской помощи и санаторно-курортного дела и подписан директором данного департамента ФИО6., который не имеет отношения к пластической хирургии и анестезиологии. При этом стороной защиты суду не представлен запрос, на который был получен данный ответ. Ссылки стороны защиты на показания свидетелей также находит несостоятельными, считает, что к показаниям свидетелей ФИО7., ФИО8 следует отнестись критически, поскольку их связывают дружеские отношения, как и к показаниям работников клиники «

<

.......>» ФИО9., ФИО10., ФИО11 и другим, поскольку он находятся в зависимом положении от ФИО12 Считает, что действия ФИО12 по п. «в» ч.2 ст.238 УК РФ квалифицированы правильно, в связи с чем просит судебные решения оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы адвокатов Стариковой И.П., Атанесяна Д.В., Василенко Д.С., президиум приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.40115 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

На основании ст.297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. По смыслу закона, приговор признается таковым, если суд при его постановлении исходил из материалов дела, рассмотренных в судебном заседании, сделал выводы на основании установленных им фактов, правильно применил уголовный закон, надлежащим образом мотивировав свои решения, в том числе по всем вопросам, относящимся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или от его отбывания, как того требует п.4 ст.307 УПК РФ.

В соответствии с ч.1 ст.88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

По данному уголовному делу указанные требования закона должным образом не выполнены.

Как установлено судом, ФИО12, являясь генеральным директором ООО «

<

.......>» и одновременно врачом - ведущим пластическим хирургом данной клиники, 16 ноября 2016 года, после подписания договора между Клиникой в лице генерального директора ФИО12 и ФИО2 по адресу: 

<

.......>, принял решение о проведении ФИО2 в тот же день пластической операции – липофилинг подбородка. Имея высшее медицинское образование, обладая достаточными профессиональными навыками врача пластического хирурга, реализуя преступный умысел, направленный на предоставление ФИО2 услуги, не отвечающей требованиям безопасности ее жизни и здоровья, ФИО12 умышленно, в нарушение п.3.3 своей должностной инструкции, ст.7 Закона РФ № 2300-1 от 07 февраля 1992 года «О защите прав потребителей», пп.8,11,12 приложения к порядку оказания медицинской помощи по профилю «Пластическая хирургия», утвержденному Приказом Министерства здравоохранения РФ № 555н от 30 октября 2012 года, зная, что у ФИО2 имеются противопоказания к проведению указанной операции в связи с дефицитом веса, не установив наличие у ФИО2 отягощенного анамнеза, ненадлежащим образом интерпретировал анализ мочи, сданный ФИО2 перед операцией, в котором имелись отклонения от нормы, при которых ФИО2 должна была пройти полное обследование в соответствии с имеющимся заболеванием и консультацию соответствующего врача-специалиста, не выяснив данные о характере менструального цикла последней, начале и окончании у нее менструации, что привело к проведению операции в период месячных ФИО2 а также проигнорировав ранее данные ФИО12 предписания Министерством здравоохранения Волгоградской области от 07 февраля 2014 года №4М, не ввел в штат врача анестезиолога-реаниматолога, тем самым не обеспечил во время выполнения операции ФИО2. постоянное присутствие в операционной врача анестезиолога-реаниматолога, ввел в организм последней с целью местной анестезии медицинские препараты «

<

.......>» и «

<

.......>», от чего у ФИО2 развился анафилактический шок, от которого наступила смерть последней на операционном столе в клинике.

Действия осужденного ФИО12 квалифицированы судом по п. «в» ч.2 ст.238 УК РФ.

Согласно ст.27 УК РФ, если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает только в случае, если лицо предвидело возможность их наступления, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на их предотвращение, или в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий. В целом такое преступление признается совершенным умышленно.

Деяния, перечисленные в ст.238 УК РФ, характеризуются умышленной формой вины, в связи с этим при решении вопроса о наличии в действиях (бездействии) лица состава такого преступления суду необходимо устанавливать, что несоответствие оказания услуг требованиям безопасности охватывалось его умыслом.

Вместе с тем, сделав вывод о виновности ФИО12 в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, суд доказательств наличия у осужденного прямого умысла на оказание услуг, не отвечающих таким требованиям, в приговоре не привел.

Также суд не исследовал надлежащим образом имеющие существенное значение для правильного разрешения уголовного дела обстоятельства.

Как следует из материалов дела, суд первой и апелляционной инстанции не исследовал и не дал надлежащей оценки письму Территориального органа Росздравнадзора по Волгоградской области от 22 декабря 2016 года № 4003, адресованному и.о. руководителя следственного отдела по Центральному району г. Волгограда СУ СК России по Волгоградской области, в котором указано, что участие в операции с применением инфильтрационной анестезии врача анестезиолога-реаниматолога не требуется.

Так судом первой и апелляционной инстанции не дано какой-либо оценки выводам, изложенным в заключении комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 106-07 от 30 августа 2017 года, согласно которым смерть ФИО2 наступила от анафилактического шока, осложнившегося вероятной внезапной остановкой сердца и развитием острой полиорганной (дыхательной, сердечно-сосудистой и мозговой) недостаточностью, что и явилось непосредственной причиной смерти. Несмотря на значимость допущенных дефектов при оказании медицинской помощи в ООО 

<

.......>, указанные дефекты не состоят в причинно-следственной связи со смертью ФИО2., наступившей от анафилактического шока на введение «

<

.......>» и/или «

<

.......>».

Кроме того, в материалах уголовного дела имеется ответ Министерства здравоохранения РФ от 11 мая 2018 года № 17-2/3378, согласно которому Приложение №1 «Правила организации деятельности отделения пластической хирургии» к Приказу Министерства здравоохранения РФ от 30 октября 2012 года № 555н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «пластическая хирургия» не устанавливает прядок организации деятельности структурного подразделения медицинской организации, оказывающей первичную специализированную медико-санитарную помощь по профилю «пластическая хирургия». Указанный документ был исследован в судебном заседании суда первой инстанции, однако какой-либо оценки в приговоре суда не получил. При этом суд апелляционной инстанции дал неполную оценку сведениям, содержащимся в вышеуказанном ответе Министерства здравоохранения РФ.

В силу ст.6 УК РФ наказание, применяемое к лицу, совершившему преступление, должно быть справедливым, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

В соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, личность виновного, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Как усматривается из приговора, при назначении наказания ФИО12 суд учел характер и степень общественной опасности преступления, данные о личности виновного, который характеризуется посредственно, на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит, состояние его здоровья.

В качестве смягчающего наказание ФИО12 обстоятельства суд признал иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

При решении вопроса о назначении наказания суд указал на применение положений ч.1 ст.62 УК РФ.

При этом суд апелляционной инстанции оставил без внимания и не учел при назначении наказания ФИО12 заключение комиссии врачей 

<

.......>, согласно которому осужденный страдает рядом тяжких заболеваний, несмотря на то, что в судебном заседании суда апелляционной инстанции по ходатайству стороны защиты к материалам дела данное заключение было приобщено.

В соответствии с требованиями ст.3899 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность, обоснованность и справедливость приговора по апелляционным жалобам и представлениям.

Признавая приговор законным и обоснованным, суд апелляционной инстанции должен проверить и убедиться, что судом первой инстанции в соответствии с положениями ст.299 УПК РФ принято обоснованное решение и выводы суда подтверждены доказательствами, приведенными в приговоре и оцененными в соответствии с положениями ст.87,88 УПК РФ.

Однако указанные выше требования закона судом апелляционной инстанции выполнены надлежащим образом.

При таких обстоятельствах президиум приходит к выводу, что в связи с допущенными судом апелляционной инстанции нарушениями уголовно-процессуального закона при проверке приговора в отношении ФИО12 апелляционное определение подлежит отмене, а уголовное дело - направлению на новое апелляционное рассмотрение.

При новом рассмотрении суду следует устранить допущенные нарушения уголовно-процессуального закона, принять законное и обоснованное решение по уголовному делу, в том числе с учетом доводов кассационной жалобы адвокатов Стариковой И.П., Атанесяна Д.В. и Василенко Д.С., которые президиумом не рассматриваются в силу п.2 ч.7 ст.40116 УПК РФ.

Учитывая положения п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 января 2014 года №2 «О применении норм главы 471 Уголовно-процессуального кодекса РФ, регулирующих производство в суде кассационной инстанции», предписывающего суду кассационной инстанции решить вопрос о мере пресечения в отношении лица, содержащегося под стражей, а также ст.61 УПК РФ, в целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и проведения судебного разбирательства в разумные сроки, с учетом конкретных фактических обстоятельств уголовного дела, а также данных о личности ФИО12, президиум считает возможным избрать в отношении осужденного меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, освободив его из-под стражи.

Руководствуясь ст.40114, 40115 УПК РФ, президиум Волгоградского областного суда 

постановил:

кассационную жалобу адвокатов Стариковой И.П., Атанесяна Д.В., Василенко Д.С. удовлетворить частично.

Апелляционное определение Волгоградского областного суда от 19 октября 2018 года в отношении ФИО12 и определение Волгоградского областного суда от 28 сентября 2018 года об избрании ФИО12 меры пресечения в виде заключения под стражу - отменить и передать уголовное дело на новое апелляционное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

Избрать ФИО12 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ФИО12 из-под стражи освободить.

Председательствующий А.В. Клочков