2а- 219 /2021

27RS0013-01-2021-000152-08 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 марта 2021 года г. Амурск

Амурский городской суд Хабаровского края в составе председательствующего судьи Лошмановой С.Н., 

при секретаре Сизых Е.Н.,

с участием административного истца ФИО3,

представителя административных ответчиков, заинтересованного лица ФИО4,

рассмотрев в судебном заседании в г. Амурске Хабаровского края административное дело по иску ФИО3 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 6 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Хабаровскому краю», Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в постоянном видеонаблюдении за ФИО3 лицами женского пола, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 (далее ФИО3, административный истец) обратился в суд с иском к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 6 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Хабаровскому краю» (далее ФКУ ИК-6), о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в постоянном видеонаблюдении за ним лицами женского пола, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении. В обоснование заявленного иска ФИО3 указал, что он отбывает наказание в виде пожизненного лишения свободы в ФКУ ИК -6 УФСИН России по Хабаровскому краю. За все годы отбывания наказания в указанной колонии он содержался в абсолютно неадекватных и неприемлемых условиях, несовместимых с правом, гарантированным статьями 21, 23 Конституции РФ и статьями 3,8 Европейской Конвенции. С момента прибытия в колонию истец содержался в разных камерах для лиц, осужденных на пожизненное лишение свободы, условия содержания во всех камерах являются однотипными. В каждой камере по диагонали на потолке закреплены две видеокамеры, работающие круглосуточно. То есть он- истец находится под постоянным видеонаблюдением -24 часа в сути, за исключением посещения туалета и душевой комнаты. Операторами центрального пункта видеонаблюдения за осужденными в колонии являются не только лица мужского пола, но и женского пола, работающие посменно -12 часов в сутки. Нахождение под постоянным видеонаблюдением вызывает у него непрерывающееся психологическое напряжение от ощущения, что за каждым его действием идет наблюдение, все действия в течение суток записываются видеокамерами, а затем просматриваются, обсуждаются лица мужского и женского полов. Вследствие указанного он испытывает постоянное нервное напряжение. Ощущение того, что за ним 24 часа в сутки ведется незримое наблюдение лицами не только мужского, но и женского пола, вызывает у него чувство стыдливости, униженности, беспомощности, страдания от невозможности иметь частную жизнь, личную приватность, психологически расслабиться, вследствие чего у него возникают неврозы. Лишь при посещении туалета и душевой комнаты у него -истца появляется личная приватность. Видеонаблюдение нарушает его права, что является бесчеловечным обращением и унижающим человеческое достоинство; вызывает чувство неполноценности, постоянные психологические проблемы. Все вышеуказанное явно несопоставимо с правом его- истца на уважение его частной и личной жизни и является вмешательством, выходящим за рамки требований, обусловленных правовой целью существенной дискриминации. Таким образом, он является жертвой нарушения своих прав. Он содержится в колонии в неприемлемых условиях на протяжении двух лет и десяти месяцев, в связи с чем просит назначить справедливую и соразмерную компенсацию в размере 100000 рублей. Он испытывает интенсивные нравственные страдания и крайне тяжелые условия отбывания наказания в колонии на протяжении длительного времени. Просит: признать незаконными действия (бездействие) ответчика, выразившиеся в неприемлемых условиях содержания его –истца в ФКУ ИК-6, а именно: видеонаблюдение за ним лицами женского пола в течение 24 часов в сутки, за исключением посещения им туалета и душевой комнаты; взыскать с ФКУ ИК-6 в пользу истца компенсацию за неприемлемые условия содержания в размере 100000 рублей. 

Определением Амурского городского суда от 03.02.2021 к участию в деле в качестве ответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН России), в качестве заинтересованных лиц - УФСИН России по Хабаровскому краю, Министерство финансов Российской Федерации) ( л.д.1-3).

Административный истец ФИО3, участие которого в судебном заседании обеспечено посредством видео-конференц-связи, исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Представитель административных ответчиков - ФКУ ИК-6 УФСИН России по Хабаровскому краю, ФСИН России, заинтересованного лица - УФСИН России по Хабаровскому краю ФИО4, участвующая в судебном заседании посредством видео-конференц-связи, исковые требования не признала в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных отзывах (л.д.58-59,81-82), дополнительно пояснила, что - круглосуточное наблюдение осуществляется операторами-мужчинами на постах, находящихся на каждом этаже. Также имеется один центральный пост, который осуществляет общий контроль за деятельностью учреждения, где находятся более 300 мониторов. Основной задачей оператора именно центрального поста является контроль за деятельностью персонала исправительной колонии на внутренних постах, а также в целом за обстановкой в исправительной колонии, поведением осужденных при их нахождении вне камер, режимных корпусов, в том числе при выводе в различные кабинеты, на свидания, на прогулку, на санобработку и так далее. Кроме того, оператор центрального поста осуществляет контроль за поведением осужденных, зачисленных в отряд хозобслуги, которые убирают, готовят пищу, приносят еду. Согласно должностной инструкции, сотрудники центрального поста наблюдают через видеомониторы за обстановкой в колонии, осуществляют контроль за качеством несения службы сотрудниками исправительной колонии, принимают необходимые меры для пресечения правонарушений осужденными, побега осужденных и так далее. У операторов центрального поста нет даже связи с осужденными, они поддерживают связь только с сотрудниками посредством радиосвязи или телефона. Их основная обязанность- координировать сотрудников, если вдруг происходит чрезвычайная ситуация, также операторы осуществляют наблюдение за обстановкой на внутренних постах; при обнаружении нарушения порядка несения службы оператор центрального поста посредством связи принимает меры к пресечению данных правонарушений, и также, если обнаруживается попытка к побегу и признаки причинения вреда здоровью, членовредительство, покушение на самоубийство, попытки совершения осужденными других нарушений установленного порядка, центральный пост координирует действия сотрудников исправительной колонии и других служб. В законе не указано, что есть какие-то требования к оператору центрального поста, чтобы там были женщины или мужчины, они не следят именно за осужденными, это делают инспекторы, которые находятся на этажах. Не оспаривает, что на центральном посту дежурят, в том числе, и женщины. На постах, которые находятся на каждом этаже, видеонаблюдение осуществляют мужчины, которые ведут контроль за соблюдением порядка осужденными, чтобы осужденные не устанавливали связь между собой и соблюдали правила внутреннего распорядка, именно сотрудники на этажах отвечают за то, что происходит у них на этаже, а не дежурный центрального поста. 

Свидетель ФИО1 – оператор центрального поста системы охранного телевидения ФКУ ИК-6 УФСИН России по Хабаровскому краю в судебном заседании, посредством видео-конференц-связи пояснила, что она имеет возможность просмотра внутреннего помещения камер, но это не входит в ее должностные обязанности. Она смотрит, как работает оборудование всего учреждения, следит за осужденными, которые находятся вне камер, следит, чтобы не было межкамерного общения в прогулочных дворах. 

Свидетель ФИО2 -младший инспектор отдела безопасности ФКУ ИК-6, в суде пояснил, что сотрудники, занимающие должности младшего инспектора заступают на пост системы охранного телевидения. При выводе осужденных в санчасть, в баню, на прогулку, беседы с начальством, адвокатом, он обязан открывать и закрывать дверь камеры осужденных, сопровождает раздачу пищи во время завтрака, обеда и ужина, подходит к камере для решения каких-то возникших вопросов. То есть, если нет подмены на посту, он не осуществляет в это время видеонаблюдение за осужденными, находящимися в камерах, но инспектор может просмотреть записи. Центральный пост ведет наблюдение на прогулочных дворах и во время, когда сотрудники выводят осужденного из камер. На каждом этаже 4 блока по 10 камер, всего 40 камер на этаже. На монитор выведено 40 камер. Он не только следит за камерами на мониторе, но может проходить по коридорам, подходить к дверям камер и смотреть в глазки, если будет необходимость. Он может отлучиться от видеонаблюдения, так как совмещает две должности- младший инспектор на посту у камер, младший инспектор на посту видеоконтроля. Он ни разу во время своих дежурств на этаже не получал какую-либо информацию от инспектора центрального поста о том, что имеет место какое-то нарушение, произошедшее внутри камеры. В колонии более двухсот камер, колония рассчитана на 800 мест. С осужденными он может общаться посредством связи, которая расположена в камере осужденных, имеется в камере кнопка вызова напрямую с постом, где находится он-свидетель, у него телефонная трубка, он отвечает, если какие-то проблемы, просьбы, подходит к камере и начинает решать проблему. Доступа к этой связи у оператора центрального поста нет.

Заслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему:

В соответствии со статьей 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее КАС РФ) суды в порядке, предусмотренном данным Кодексом, рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, иных государственных органов, органов военного управления, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих.

Статьей 3 КАС РФ установлено, что одной из задач административного судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, прав и законных интересов организаций в сфере административных и иных публичных правоотношений. 

Согласно части 1 статьи 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

По смыслу части 11 статьи 226 КАС РФ обязанность доказывания нарушения прав, свобод и законных интересов административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление, и соблюдение сроков обращения в суд возлагается на лицо, обратившееся в суд; обязанность доказывания соблюдения требований нормативных правовых актов- на орган, организацию, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспариваемые решения либо совершившие оспариваемые действия (бездействие).

В соответствии со статьей 62 КАС РФ обязанность доказывания законности оспариваемых нормативных правовых актов, решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо.

В соответствии с Уголовно-исполнительным кодексом Российской Федерации (далее УИК РФ) при исполнении наказаний, включая лишение свободы, осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (часть вторая статьи 10). В частности, согласно данному Кодексу администрация исправительных учреждений вправе использовать аудиовизуальные, электронные и иные технические средства надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных (часть первая статьи 83), что обусловлено режимом содержания таких лиц в исправительных учреждениях, его основными целями, включая охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними (часть первая статьи 82), и что преследует конституционно значимые цели (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 октября 2010 года № 1393-О-О и от 23 апреля 2013 года №688-О).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, т.е. такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну.

Право администрации исправительных учреждений использовать технические средства контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей (часть первая статьи 82 УИК РФ), а потому само по себе осуществление видеонаблюдения не может рассматриваться как несоразмерно ограничивающее права.

Согласно пункту 42.6 Инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 3 ноября 2005 г. № 204-дсп, в целях наблюдения за поведением подозреваемых, обвиняемых или осужденных на территории режимной и хозяйственной зоны могут применяться видеокамеры, а также системы доступа, контролирующие порядок и выход из зданий и помещений. Оператор камеры видеонаблюдения принадлежит к штату дежурной смены, подчиняется начальнику дежурной смены. На должность оператора камеры видеонаблюдения назначаются квалифицированные сотрудники из числа младших руководителей, способные, при необходимости, принимать самостоятельные первоначальные решения в случае ухудшения оперативной обстановки. (пункт 21).

Имея гриф «для служебного пользования», указанные положения Инструкции повторяют положения статьи 34 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Кроме того, приказом от 4 сентября 2006 г. № 279 (в редакции от 17 июня 2013 г.) Министерство юстиции Российской Федерации утвердило «Наставление по оборудованию инженерно-техническими средствами охраны и надзора объектов уголовно-исполнительной системы». В нем подробно изложены технические стандарты оснащения различных типов пенитенциарных учреждений средствами охраны, наблюдения и контроля, например, системами видеонаблюдения. Данный документ предусматривает, что камеры видеонаблюдения должны были быть установлены во всех камерах соответствующих учреждений таким образом, чтобы обеспечить полный обзор камер без слепых зон, описаны технические требования к системам видеонаблюдения, в том числе касающиеся их функционирования в различных условиях, разрешения, чувствительности, качества изображения и т.п., предусмотрено, что камеры должны были быть способны функционировать и обеспечивать высокое разрешение изображений хорошего качества как в дневное, так и в ночное время, и что системы видеонаблюдения должны сохранять записи, сделанные камерами в течение 30 суток. Данный документ находится в свободном доступе, в частности, сети Интернет.

Право администрации исправительных учреждений использовать технические средства контроля и надзора является частью механизма, обеспечивающего личную безопасность осужденных и персонала соответствующего учреждения, режим содержания осужденных, соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей, а потому закрепление указанного права оспариваемыми нормами преследует конституционно значимые цели и не может рассматриваться как несоразмерно ограничивающее права истца. 

По прибытии ФКУ ИК-6 ФИО3 12.02.2018 был предупрежден о применении в учреждении аудиовизуальных, электронных и иных технических средств надзора и контроля для предупреждения побегов и других преступлений, нарушения установленного порядка отбывания и в целях получения необходимой информации о поведении осужденных (л.д.60).

Как установлено судом, в камере имеется зона приватности (туалет); где видеонаблюдение не проводится; также видеонаблюдение не проводится в душевой, где предусмотрено помещение для переодевания. О том, что видеонаблюдение проводится везде, кроме туалета и душевой комнаты, указывает и сам истец в своем административном исковом заявлении.

Действующее законодательство не предъявляет требование к операторам центрального поста по гендерному типу.

Согласно должностной инструкции оператора группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК-6 основной задачей оператора является контроль за действиями персонала ИК при несении службы на внутренних постах, контроль внешней и внутренней запретных зон, а также в целом за обстановкой в ИК и поведением осужденных при их нахождении вне камер режимных корпусов, в том числе при выводе в кабинеты следователей, медицинских работников, при выводе на свидания, при проведении прогулки, санобработки и др. Кроме того, оператор ЦПСОТ ИУ осуществляет контроль за поведением осужденных, зачисленных в отряд по хозяйственному обслуживанию ИК, при их нахождении в жилых помещениях и на объектах работ. 

Согласно должностной инструкции младшего инспектора 1 категории группы надзора отдела безопасности ФКУ ИК-6 младший инспектор наблюдает за осужденными, предупреждает и пресекает с их стороны преступления и нарушения установленного порядка отбывания наказания; требует от осужденных четкого выполнения распорядка дня, установленных для них правил поведения и выполняет иные обязанности, связанные с несением службы на посту.

Таким образом, судом установлено, что сотрудники центрального поста, куда поступает информация с 1400 видеокамер, наблюдают за обстановкой в ФКУ ИК-6 в целом, за поведением осужденных при их нахождении вне камер режимных корпусов. Наблюдение за осужденными, находящимися в камерах, в их обязанности не входит, это входит в обязанности сотрудников, осуществляющих дежурство на этажах, эти должности занимают только мужчины, что не оспаривается самим истцом.

Доводы истца о том, что за ним непременно наблюдают женщины на центральном посту основаны на его личном субъективном мнении, эти доводы не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Кроме того, при наличии зон приватности в камерах и в душевых, наблюдение за осужденными, содержащимися в камерах женщинами, если бы это имело место быть, также не нарушало бы права истца. 

Как установлено судом, за осужденными, содержащимися в камере, наблюдает сотрудник ФКУ ИК-6, находящийся на посту на этаже. 

Оценив имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу, что ведение видеонаблюдения не может расцениваться как действие, нарушающее права лиц, содержащихся под стражей, ведется не в целях сбора и использования информации о частной жизни лица, а напротив, такие меры направлены на предотвращение возникновения либо своевременное выявление каких-либо ситуаций, составляющих угрозу как собственно для истца, так и для иных лиц (других осужденных, сотрудников учреждения), своевременное предупреждение возможных преступлений, в том числе, направленных против истца. 

По смыслу положений статьи 227 КАС РФ для признания решений, действий (бездействия) организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, незаконными необходимо наличие совокупности двух условий - несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца.

Согласно пункту 1 части 9 статьи 226 КАС РФ при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, должностного лица, суд выясняет, нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление.

Таким образом, юридически значимым обстоятельством является не только установление нарушения закона, допущенное государственным органом, организацией, но и наличие последствий, которые свидетельствовали бы о нарушении прав истца. Требования истца могут быть удовлетворены лишь при условии доказанности нарушения оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) его прав и законных интересов.

Обязанность доказывания обстоятельств нарушения прав, свобод и законных интересов оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) должностных лиц возлагается на лицо, обратившееся в суд (часть 11 статьи 226 КАС РФ).

Административным истцом не представлено каких-либо относимых и допустимых доказательств совершения сотрудниками ФКУ ИК -6 действий, направленных на нарушение прав, свобод и законных интересов ФИО3, в том числе, в связи с ведением в камере видеонаблюдения, использования кем-либо записей видеонаблюдения во вред истцу. Осуществление видеонаблюдения не нарушает прав административного истца, не запрещено на законодательном уровне, является допустимым и оправданным в целях осуществления контроля и безопасности как осужденных, так и сотрудников ФКУ ИК -6, поэтому не может рассматриваться как нарушающее права ФИО3; доказательств, свидетельствующих о нарушении сотрудниками учреждения должностных обязанностей или превышение ими полномочий при осуществлении видеонаблюдения, истцом не представлено и судом в ходе судебного разбирательства не установлено. Только лишь голословные утверждения о нарушенных правах, не могут являться основанием для удовлетворения требований.

Кроме того, как следует из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе и т.д.

Те ограничения прав, на к которые ссылается административный истец по настоящему делу, не относятся к понятию «условия содержания». 

В связи со вступлением в Совет Европы и ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод Российская Федерация приняла на себя обязательства по созданию гуманных условий для отбывания наказания осужденным лицам.

В соответствии со статьей 3, 8 «Конвенции о защите прав человека и основных свобод» (заключена в г. Риме 04.11.1950) (с изменениями от 13.05.2004), на которую ссылается истец в обоснование иска, никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию, каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц. Между тем, как упоминалось выше, видеонаблюдение установлено в целях, в том числе, безопасности самого истца, других осужденных, сотрудников ФКУ ИК-6. Видеонаблюдение не является пытками, его нельзя расценивать как бесчеловечное или унижающее достоинство обращение. 

Таким образом нарушений статей 3, 8 вышеназванной Конвенции, а также нарушений статей 21,23 Конституции Российской Федерации со стороны ответчиков не установлено. 

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что административным ответчиком не совершено действий (бездействий), не вынесено решений, нарушающих требования закона по настоящему спору; совокупности, определенной статьей 227 КАС РФ, не имеется; правовых оснований для признания решений, действий (бездействий) административного ответчика незаконными не имеется, в связи с чем, соответствующие требования административного истца не подлежат удовлетворению в полном объеме. 

Поскольку административным истцомне представлено доказательств, подтверждающих нарушение его прав, свобод и законных интересов, либо обращения, унижающего человеческое достоинство или обращения, причиняющего ему страдания и трудности, превышающие неизбежный уровень страданий, присущий заключению, а судом не установлено нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий его содержания в исправительном учреждении ФКУ ИК-6 УФСИН России по Хабаровскому краю, то законных оснований для удовлетворения заявленного им административного иска не имеется.

На основании изложенного, учитывая, что требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении является производным от требования, связанного с признанием действий должностных лиц исправительного учреждения незаконными, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО3 о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания в исправительном учреждении.

Руководствуясь ст.ст. 175-180, 182, 227 КАС РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного иска ФИО3 к федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 6 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Хабаровскому краю», Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о признании незаконными действий (бездействия), выразившихся в постоянном видеонаблюдении за ФИО3 лицами женского пола, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении, отказать в полном объеме. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд в течение месяца со дня вынесения мотивированного решения, через Амурский городской суд Хабаровского края.

Судья С.Н.Лошманова

Мотивированный текст решения изготовлен 08.04.2021 ( с учетом выходных дней 27.03.2021, 28.03.2021,03.04.2021, 04.04.2021)

Судья