Дело № 2-93/2026

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

23 января 2026 года г. Лаишево РТ

Лаишевский районный суд Республики Татарстан

под председательством судьи Бахтиевой А.И.

при секретаре судебного заседания Барышевой Н.Ю.

с участием истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании договоров купли-продажи объектов недвижимости недействительными,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО4, ФИО5, ФИО6 и после уточнения исковых требований просит:

признать договор купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО4,

признать договор купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО4 и ФИО5,

признать договор купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО6 и ФИО5

Исковые требования мотивированы тем, что между ФИО1 и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома.

Совершенная сделка, по мнению истца, является мнимой, поскольку между сторонами имелись правоотношения по долговым обязательствам на основании расписки. Истец имел задолженность перед ФИО4 и для гарантии ответчика в возврате денежных средств переоформил спорное недвижимое имущество на него, при этом, продолжил жить в указанном доме.

Между тем, ответчик продал земельный участок и расположенные на нем объекты недвижимости ФИО5, который впоследствии реализовал их по договору купли-продажи ФИО6

О совершенных сделках истец узнал в ДД.ММ.ГГГГ года, когда начали совершаться принудительные меры по его выселению.

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель ФИО2 исковые требования поддержали с учетом их уточнения, суду показали, что сделка изначально была мнимой, денежные средства в счет покупки объектов недвижимости истцом получены не были. ФИО1 получил в долг от ФИО4 денежные средства в размере 1000 000 рублей, договор купли-продажи был заключен в качестве обеспечения исполнения обязательств.

Представитель ответчика ФИО4 – ФИО2 иск не признал, пояснил, что у ответчика намерений заключать мнимую сделку не было, денежные средства по договору были переданы истцу в момент заключения сделки, претензий не поступало, просит применить пропуск срока исковой давности.

Ответчики ФИО5, ФИО6, третьи лица, не заявляющие самостоятельные требования относительно предмета спора, извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ввиду следующего.

В силу положений статьи 46 Конституции Российской Федерации, статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации заинтересованным лицам гарантировано право судебной защиты нарушенных или оспариваемых прав и (или) законных интересов их прав и свобод.

Согласно части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Обязанность представления доказательств в обоснование своих требований либо возражений лежит на стороне (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности из договоров и иных сделок.

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно статье 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Недвижимое имущество признается принадлежащим добросовестному приобретателю (пункт 1 статьи 302) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 Кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

Лицо может быть признано добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неправомочным отчуждателем.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно абзацу 1 пункта 2 названной нормы требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (статья 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Из содержания положений указанной статьи следует, что стороны мнимого договора создают только видимость совершения ими сделки, не имея намерения породить гражданско-правовые последствия, соответствующие этой или какой-либо иной сделке.

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что намерения одного участника заключить мнимый договор недостаточно для вывода о ничтожности сделки на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Данная норма подлежит применению при установлении порока воли всех сторон договора (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-

<

данные изъяты>

Разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам, связанным с оценкой мнимости (притворности) сделок, содержатся в пунктах 86 - 88 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в которых внимание судов обращено на то, что мнимой может быть признана в том числе сделка, исполнение которой стороны осуществили формально лишь для вида, например, посредством составления актов приема-передачи в отсутствие действительной передачи имущества или осуществления государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество без реальной передачи владения (пункт 86), а притворной - сделка или несколько сделок, совершенных на иных условиях, например, на иную сумму, в сравнении с действительной суммой исполнения (пункты 87 и 88).

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

Судом установлено и следует из показаний истца и постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, что ФИО4 в ДД.ММ.ГГГГ года передал в долг ФИО1 1 000 000 рублей с ежемесячной выплатой процентов в размере 70 000 рублей (л.д.182-183).

В связи с длительным неисполнением обязательств по возврату денежных средств, между ФИО1 и ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома (л.д.11-13).

Согласно условиям договора покупатель ФИО4 приобрел земельный участок с кадастровым номером № общей площадью 

<

данные изъяты>. и расположенный на нем объект незавершенного строительства с кадастровым номером № площадью 

<

данные изъяты> и индивидуальный жилой дом с кадастровыми номером № площадью 

<

данные изъяты> расположенные по адресу: 

<

адрес>.

Покупатель купил у продавца указанные земельный участок за 830 000 рублей, жилой дом за 5800 000 рублей, объект незавершенного строительства за 1 050 000 рублей, общая сумма 7 680 000 рублей.

Расчет между сторонами производится в следующем порядке:

сумма 1 596 819 рублей выплачивается покупателем продавцу за счет собственных денежных средств путем внесения на расчетный счет продавца по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ для снятия обременения.

Денежные средства в размере 6083,181 рублей будут переданы покупателем продавцу в день сдачи документов в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним. При этом продавец пишет расписку о получении денежных средств за продаваемые объекты.

Согласно пункту 5 заключенного договора расчет между сторонами произведен полностью до подписания настоящего договора.

Сделка совершена с согласия супруги истца ФИО7 (л.д.166).

На момент заключения сделки указанные объекты недвижимого имущества являлись предметом договора ипотеки, заключенного между ФИО1 и ОАО «Сбербанк России» (л.д.113-116).

Материалами дела подтверждается, что ФИО4 внес денежные средства в счет погашения кредита за счет средств во вкладе по кредитному договору № от ДД.ММ.ГГГГ заемщик ФИО1, по кредитному договору 

<

***> заемщик ФИО1 (л.д.191,192, 195-197).

Указанные обстоятельства подтверждены истцом в судебном заседании, который так же пояснил, что оставшаяся сумма денежных средств по договору купли-продажи ФИО4 истцу передана не была.

Между ФИО4 и ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ заключен договор купли-продажи спорного недвижимого имущества (л.д.169-170).

Впоследствии земельный участок и расположенные на нем жилой дом и объект незавершенного строительства проданы на основании договора от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 (л.д.185-186).

В настоящее время согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости собственником спорных объектов недвижимого имущества является ФИО6 (л.д.84-89).

Оспаривая заключенные сделки, истец ссылается на мнимость первоначального договора от ДД.ММ.ГГГГ, указывая, что данный договор был заключен в качестве обеспечения исполнения обязательств по возврату денежных средств ФИО4, цели на реализацию объектов недвижимого имущества у истца не было.

Вместе с тем, суд оснований для признания спорного договора купли-продажи и совершенных последующих сделок недействительными не находит.

Так, согласно положениям статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Оспариваемый договор купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО1 и ФИО4, (в том числе, последующие договоры купли-продажи) содержит в себе все существенные условия, которые обговорены сторонами, по форме и содержанию соответствует требованиям действующего законодательства, факт заключения договора и подписания его лично сторонами не ставится под сомнение.

Данный договор послужил основанием для регистрации права собственности на объекты недвижимости за ФИО4, что следует из реестрового дела (л.д. 133-178).

Исполнение договора в части внесения денежных средств покупателем на банковский счет продавца в целях погашение кредитной задолженности истца нашли свое подтверждение в судебном заседании.

При этом, доводы истца о том, что оставшаяся часть денежных средств по договору покупателем не передана, не являются основанием для признания договора недействительным. Неисполнимость сделки не свидетельствует о ее мнимости, поскольку возможность исполнения не связана с волеизъявлением сторон.

В договоре купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ условий о том, что сделка является обеспечительной мерой, направленной на обеспечение исполнения обязательств по возврату денежных средств ФИО1 ответчику, не содержатся.

Кроме того, согласно пояснениям истца, долг ФИО4 до сих пор не возвращен.

Условия заключенного договора, анализ поведения сторон, свидетельствуют о том, что сторонами сделки достигнуты соответствующие ей правовые последствия, недвижимое имущество передано покупателю, который вступил в права собственника.

Суд не усматривает в поведении сторон по заключению спорного договора от ДД.ММ.ГГГГ порока воли и отсутствия намерения породить гражданско-правовые последствия.

Представителем ответчика ФИО4 – ФИО3 заявлено о применении пропуска срока исковой давности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 данного кодекса.

В силу пункта 1 статьи 200 названного кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в пункте 15, истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Истцу о совершенной сделке, которую ФИО1 просит признать мнимой, было известно в момент ее заключения. Суждения истца о том, что о своих нарушенных правах он узнал, когда в отношении него был предъявлен иск о выселении, суд находит несостоятельными, и полагает, что истцом пропущен срок исковой давности по требованиям о применении о признании договора купли-продажи недействительной (мнимой).

Данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

При установленных по делу обстоятельствах, оснований для признания последующих договоров купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и ФИО5, договора купли-продажи земельного участка и индивидуального жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО6 и ФИО5, недействительными, суд так же не усматривает.

Принимая во внимание изложенное, исковые требования подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании договоров купли-продажи объектов недвижимости недействительными отказать.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Татарстан через Лаишевский районный суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Татарстан через Лаишевский районный суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья А.И. Бахтиева