версия для печати

Дело № 2-130/2019

УИД: 26RS0023-01-2018-005365-15

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 февраля 2019 года г. Минеральные Воды 

Минераловодский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Чебанной О.М.,

при секретаре Чукариной Н.С.,

с участием представителя истца ФИО1 по доверенности ФИО2, ответчика ИП ФИО3, ее представителя по доверенности и ордеру адвоката Корышевой Е.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ИП ФИО3 о защите прав потребителя,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд к ИП ФИО3 с исковым заявлением о защите прав потребителей, которое было уточнено в ходе судебного разбирательства, указывая, что 18.07.2018г. он обратился к ИП ФИО3 с намерением приобрести мебель: кухня и шкаф-купе. Так как данная мебель изготавливается по индивидуальному дизайну, то ему было предложено заключить Договоры-заказы, с чем он согласился. Исполнителем в договоре был указан ИП ФИО3

По результатам договоренности и проведенных замеров, согласований эскиза мебели, между ним и Исполнителем - ИП ФИО3 были заключены договоры - заказы:

-от 18.07.2018г. № 876 на сумму 419 000 руб. (изготовление кухни);

-от 22.07.2018г. № 878 на сумму 175 000 руб. (изготовление шкафа-купе).

18.07.2018г. по Договору-заявке № 876 им была внесена предоплата в размере 200 000 рублей.

22.07.2018г. по Договору-заявке № 878 им была внесена предоплата в размере 112 000 руб., а 24.07.2018г. еще 10 000 руб.

То есть, свои обязательства он выполнил в полном объеме.

По условиям вышеуказанных договоров-заказов Заказчик сделал заявку на изготовление мебели согласно утвержденного им эскиза, а Исполнитель обязался оказать услугу по разработке эскиза, сборке и монтажу мебели (п. 1.1.).

Согласно п. 3.1 Договоров-заявок товар поставляется не позднее 45 календарных дней с момента заключения Договора - то есть:

- по Договору-заявке от 18.07.2018г. № 876 - не позднее 1 сентября 2018 года;

- по Договору-заявке от 22.07.2018г. № 878 - не позднее 6 сентября 2018 года.

Однако, в нарушение условий договоров-заявок, мебель была поставлена в его адрес 4 октября 2018 года, что подтверждается Актом № 1 сдачи-приемки работ, то есть с существенным нарушением согласованных сроков.

В силу ст. 456 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи. В соответствии со ст. 467 ГК РФ, если по договору купли-продажи передаче подлежат товары в определенном соотношении по видам, моделям, размерам, цветам или иным признакам (ассортимент), продавец обязан передать покупателю товары в ассортименте, согласованном сторонами. Обязательства по передаче товара не были выполнены ответчиком в оговоренные в Договоре сроки.

23 октября 2018 года на юридический и фактический адрес Ответчика были направлены Претензии с требованием добровольно выплатить ему неустойку за нарушение сроков поставки мебели. Согласно Отчета об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 35504028035878 и 35504028035885 претензии не получены Ответчиком, а равно остались без ответа.

В связи с этим Истец обратился с настоящим иском в суд.

Предметом заключенных Договоров-заявок являются: изготовление мебели, услуга по разработке эскиза, сборке и монтажу мебели.

Частью 3 статьи 421 ГК РФ установлено, что стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

Таким образом, Договоры-заявки от 18.07.2018г. № 876, от 22.07.2018г. № 878 содержат в себе элементы различных договоров (изготовление мебели, услуги по разработке эскиза, сборке и монтажу мебели), то есть являются смешанными.

Частью 5 ст. 28 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 "О защите прав потребителей" установлено, что в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании п. 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги).

Количество дней просрочки поставки мебели по Договору-заявке № 876 составило 33 дня (с 02.09.2018г. по 04.10.2018г.). Сумма неустойки составляет 414 810,00 рублей, рассчитанной по формуле: 419 000,00 х 33 х 3%.

Количество дней просрочки поставки мебели по Договору-заявке № 878 составило 28 дней (с 07.09.2018г. по 04.10.2018г.). Сумма неустойки составляет 147 000,00 рублей, рассчитанной по формуле: 175 000,00 х 28 х 3%.

Таким образом, за нарушение установленного договором срока передачи товара, услуги по его сборке и монтажу, Исполнителю подлежит выплатить Заказчику неустойку (пени) в размере 561 810,0 рублей.

В соответствии со ст. 15 Закона РФ "О защите прав потребителей" потребитель имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного нарушением его прав. Виновными действиями ответчика ему причинен моральный вред, который выразился в том, что он около месяца находился в стрессовом состоянии, т.к. боялся, что мебель, для приобретения которой была израсходована значительная сумма его семейного бюджета, вообще не будет ему передана.

Кроме того, при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает со страховщика за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере 50 % суммы, присужденной в пользу потребителя (п. 6 ст. 13 Закона РФ № 2300-1).

Для защиты своих интересов в суде Истец обратился за квалифицированной юридической помощью к ФИО2 с которым был заключен Договор об оказании услуг от 20 октября 2018г.

Согласно условиям заключенного договора, ФИО2 принял на себя обязательства оказать юридическую услугу по подготовке, подаче в Минераловодский городской суд (далее - Суд) искового заявления к ИП ФИО3 исковое заявление о защите прав потребителей.

Стоимость услуг Стороны оценили в 20 000 руб. Денежные средства переданы Исполнителю, что подтверждается распиской.

В ходе судебного разбирательства истцом в порядке ст. 39 ГПК РФ были увеличены исковые требования, в связи с чем просит суд взыскать с Ответчика - ФИО3 в его пользу:

-сумму неустойки за несвоевременную поставку мебели, несвоевременную сборку и монтаж по Договору-заявке № 876 от 18.07.2018г. в размере 414 810,0 рублей.

-сумму неустойки за несвоевременную поставку мебели, несвоевременную сборку и монтаж по Договору-заявке № 878 от 22.07.2018г. в размере 147 000,0 рублей;

-моральный вред в размере 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей;

-штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 50% суммы, присужденной в пользу потребителя;

-расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей.

Истец ФИО1, надлежаще извещенный судом о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явился, направил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие, с участием его представителя по доверенности ФИО2 

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании полностью поддержал заявленные исковые требования истца с учетом уточнений в части морального вреда, пояснив, что доводы стороны ответчика о выполнении работы в срок (изготовление и установка мебели) ничем не подтверждены. Фактически мебель была поставлена истцу 04.10.208 г., о чем имеется акт № 1 от 04.10.2018 г., подписанный как истцом так и ответчиком. Этот документ подтверждает факт оказания услуги, иного документа сторонами не составлялось и не подписывалось. 

При этом, мебель и в указанную дату была с недостатками, о чем указано в данном акте с указанием сроков устранения недостатков по шкафу до 18.10.2018 г., по кухне до 29.10.2018 г. Статья 13 Закона о Защите прав потребителей предусматривает возможность освобождения ответчика от ответственности только в случае возникновения обстоятельств непреодолимой силы, чего ответчиком не доказано. Ответчик не оспаривал в судебном заседании, что кухня 05.09.2019 г. еще готова не была, т.к. не было столешницы.

Представленные ответчиком договоры и акты об изготовлении мебели ФИО4 не опровергают доводов иска о несвоевременном исполнении обязательств ИП ФИО3

Полагал, что показания свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7 являются недопустимым доказательством, поскольку истец ФИО1 не заключал никаких договоров с ФИО5, и не предоставлял ему права на получение мебели. Поэтому акты подписанные ФИО5 о получении им мебели во внимание приняты быть не могут. Свидетели ФИО6, ФИО7 являются работниками ответчика ИП ФИО3, а соответственно могут быть заинтересованы. Кроме того, указанные свидетели не смогли точно подтвердить дату доставки и установки мебели. Однако подтвердили, что на момент установки мебели отсутствовали фасады кухни.

Пояснил, что моральный вред истец обосновывает также необходимостью вынужденно снимать жилье, о чем представлен договор. При этом подтвердил, что со слов ФИО1 он 15.09.2018 года уже въехал в квартиру.

Относительно представленных ответчиком фотографий кухни истца, просил учесть, что на фотографиях от 07.09.2018 г. столешницы еще нет, а на фотографиях от 15.09.2018 г. в полном объеме не видно имеются ли фасады которых ранее не было. 

Также указал, что в представленных ответчиком заявках на доставку мебели с ИП ФИО8 имеются расхождения в датах, так заявка от 05.09.2018 г., № 57 содержит дату и время отгрузки 31.08.2018 г., т.е. ранее самой заявки.

Просил иск удовлетворить в полном объеме. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в их удовлетворении, пояснив, что действительно с ФИО1 были заключены договоры на изготовление мебели (кухни и шкафа-купе), в срок 45 дней товар должен был доставлен на объект. Мебель изготавливалась по индивидуальному дизайн – проекту. Все вопросы по дизайну согласовывались с супругой истца Ольгой. Когда установили шкаф, ей не понравилось отсутствие ручек, Ольга сказала, что хочет с ручками. Заказали ручки, они снова не понравились Ольге, снова заказали и привезли другие. Все это делалось за счет изготовителя. Кухня действительно была сначала установлена с недостатками, так как ошибочно в дверях просверлили отверстия не в том месте, пришлось переделывать заново.

Окончательно двери на кухне и ручки на шкаф-купе были поставлены в период с 04.10.2018 по 18.10.2018 г.

Акт от 04.10.2018 г. составляла менеджер – дизайнер, она (ФИО3 ) его подписала и отправила на согласование заказчику. Акт подписывала супруга ФИО1 - Ольга. После этого никаких актов больше не составляли.

Подтвердила, что 05.09.2018 года столешницы на кухне действительно еще не было, поскольку кухня делалась по индивидуальному заказу и со встроенной техникой, размеры которой нужны для изготовления столешницы. Столешница была поставлена на следующий день или 07.09.2018 г.

Также просила учесть, что заказчик также вел себя недобросовестно, поскольку были случаи, когда монтажники приезжали на объект, а ФИО9 не открывала двери, ссылалась, что ребенок спит, не брала трубку, монтажники ждали 40 – 45 минут, уезжали, затем приходилось повторно заказывать машину за свой счет и снова ехать, так было 2 – 3 раза. Однако никаких актов по данному поводу не составлялось.

Также пояснила, что такой случай в ее практике впервые, никто никогда не жаловался на качество работ и все вопросы всегда решались с заказчиками индивидуально, она не понимает почему ФИО1 обратился в суд, так как никаких претензий со стороны заказчика не было, в том числе и по срокам, когда Ольга долго выбирала ручки, или когда возникли вопросы по кухне с дверями. 

Помимо этого заказчик тоже не в полном объеме произвел оплату по договорам, однако она начала работы и считает, что выполнила их в срок.

Просила отказать в удовлетворении требований в полном объёме. 

Представитель ответчика адвокат Корышева Е.П. в судебном заседании исковые требования не признала, просила учесть доводы письменных возражений относительно заявленных требований, а также указала, что истец ошибочно полагает, что заключение между сторонами договора являются смешанными, и регулируется ст. 456 ГК РФ (договор купли-продажи). Заключённые договора фактически являются договорами подряда (ст. 702 ГК РФ).

Договор-заказ № 876 (кухня) был заключен 18.07.2018 года, на срок 45 дней, сумма заказа по данному договору составляет 419 000 рублей. По условию договора п 3.3, заказчик был обязан оплатить 70% от стоимости продукции на момент оформления договора-заказа.

Однако, в день заключения договора истец оплатил лишь 200 000 рублей, что составляет менее 50%, (кроме того, в представленном истцом варианте договора указанный пункт исправлен им самостоятельно на 50 %).

Оставшиеся 30% истец должен был оплатить за 3 дня после получения уведомления о поставке.

Согласно пункту 3.4 данного договора при нарушении заказчиком сроков оплаты, исполнитель за нарушение срока исполнения Договора ответственности не несет. 

Таким образом, истец сам не исполнивший обязательства по оплате в установленный договором срок не может требовать от исполнителя неустойки за просрочку.

При этом, ИП ФИО3 свои обязательства исполнила, у заказчика нет претензий по качеству товара. Товар был доставлен на объект заказчика 05.09.2018 года, что подтверждается фотографиями.

Так как кухня изготавливалась по индивидуальному заказу, стороны договорились, что заказчик будет уведомлять исполнителя о размерах встраиваемой техники. Последние размеры по кухне заказчиком были даны только 25.07.2018 г.

Следующий Договор-заказ № 878 (шкаф-купе) был заключен 22.07.2018 года, сроком на 45 дней, сумма заказа по данному договору составляла 175 000 рублей. По условию договора пункт 3.3, заказчик был обязан оплатить исполнителю 70% от стоимости продукции на момент оформления договора-заказа. 

Однако, в день заключения договора выплатил лишь 112 000 рублей, что составляет менее 70%. Однако, согласно квитанциям, в полном объеме оплата по договору была произведена только 18.10.2018 года, что также является нарушением пункта 3.3 договора-заказа № 878. 

Также просила учесть, что на эскизах шкафа отсутствовали какие-либо ручки и двери, на протяжении сентября и октября 2018 г. заказчиком выбирались ручки, не предусмотренные дизайном.

Супруга ФИО1, пользуясь тем, что в полном объеме не произведена оплата по договору, требовала от исполнителя тех работ, которые не предусмотрены договором.

ИП ФИО3 за свой счет заказывала и доставляла ручки, которые выбирала супруга ФИО1

Также просила учесть, что акт выполненных работ от 04.10.2018 г. № 1, который в подтверждение своих требований представил истец, фактически не является актом выполненных работ, поскольку в нем не имеется данных о том какие виды работ произведены, поставлена мебель или нет.

Этот акт необходимо расценивать как претензию заказчика непосредственно дизайнеру. Более того, составление такого акта не было предусмотрено договором. 

Действительно при установке мебели были недостатки (ручки на кухне установлены не там), однако ИП сама произвела заказ фасадов, так как монтажники допустили данный брак, о чем и сказано в акте от 04.10.2018 г. 

Поэтому полагала, что актом выполненных работ будет являться фактическая оплата ФИО1 поставленного товара. 

По договору № 876 (кухня) истец полностью оплату произвел 30.08.2018 г.

По договору № 878 (шкаф-купе) истец полностью оплатил 18.10.2018 г. 

Кроме того, кухня была доставлена заказчику 31.08.2018 г., что также подтверждено заявкой № 56 ИП ФИО8 и актом Б/Н от 31.08.2018 г., который подписан со стороны Исполнителя монтажниками, а со стороны Заказчика прорабом гражданином ФИО5

Своевременная доставка шкафа-купе также подтверждается заявкой № 57 ИП ФИО8 и актом Б/Н от 05.09.2018 г., который также подписан со стороны Исполнителя монтажниками, а со стороны Заказчика прорабом гражданином ФИО5

Данные обстоятельства были подтверждены показаниями свидетелей ФИО5, ФИО6, ФИО7 

Просила отказать в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, однако если суд усмотрит в действиях ИП ФИО3 нарушения прав потребителя, просила заявленную истцом неустойку снизить на основании ст. 333 ГК РФ, поскольку она несоразмерная и необоснованная. ИП ФИО3 выполнила свои обязательства по договорам качественно, никаких претензий по данному поводу истец не заявляет. Кроме того, ответчик принимала все меры для устранения недостатков и выполнения всех пожеланий заказчика. 

Исследовав материалы дела, выслушав участников судебного заседания, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации гарантирует судебную защиту прав и свобод каждому гражданину (ст. 46), в том числе и юридическим лицам (ст. 47). 

Статьей 12 ГК РФ предусмотрены способы защиты субъективных гражданских прав и охраняемых законом интересов, которые осуществляются в предусмотренном законом порядке, т.е. посредством применения надлежащей формы, средств и способов защиты.

При этом лицо, как физическое, так и юридическое, права и законные интересы которого нарушены, вправе обращаться за защитой к государственным или иным компетентным органам (в частности в суд общей юрисдикции).

В силу пп. 1 п. 1 ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Конституционное признание свободы договора является одной из гарантируемых государством свобод человека и гражданина, которая Гражданским кодексом РФ провозглашается в числе основных начал гражданского законодательства (п. 1 ст. 1). При этом конституционная свобода договора не является абсолютной, не должна приводить к отрицанию или умалению других общепризнанных прав и свобод (ст. 55, ч. 1 Конституции Российской Федерации) и может быть ограничена федеральным законом, однако лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, прав и законных интересов других лиц (ст. 55, ч. 3 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора (пункт 1).

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой (пункт 4).

Отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг) регулируются Законом РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Так, материалами дела установлено, и не оспорено сторонами, что между ФИО1 (заказчик) и ИП ФИО3 (исполнитель) были заключены договоры-заказы 18.07.2018г. № 876 на сумму 419 000 рублей (изготовление кухни) и 22.07.2018г. № 878 на сумму 175 000 рублей (изготовление шкафа-купе).

Условия указанных договоров являются полностью идентичными. 

Согласно п.1 указанных договоров предметом договора является заявка на изготовлением мебели, согласно утвержденного заказчиком эскиза, а исполнитель оказывает услугу по разработке эскиза сборку и монтаж мебели.

Согласно п.3 договоров товар поставляется заказчику не позднее 45 календарных дней с момента заключения договоров.

Таким образом срок исполнения договора от 18.07.2018г. № 876 (изготовление кухни) истекал 01.09.2018.

Срок исполнения договора от 22.07.2018г. № 878 (изготовление шкафа-купе) истекал 06.09.2018 г.

Вместе с тем, ИП ФИО3 в установленный договором срок обязательств не исполнила, допустив просрочку, что послужило основанием для обращения истца ФИО1 в суд с данным иском о взыскании неустойки и компенсации морального вреда. 

Исходя из условий заключенных сторонами договоров, обязанностью ответчика являлось изготовление и передача истцу в собственность результата работы - мебели, изготовленной по согласованному сторонами эскиза, в соответствии с параметрами заказа. 

Таким образом, сторонами заключен не договор купли-продажи мебели (о чем заявлено истцом), а договор изготовления мебели в соответствии с п. 1 ст. 702 ГК РФ, регулирующим правоотношения по договору подряда.

Следовательно, спорные правоотношения регулируются главой 37 ГК РФ. 

В соответствии с ч.1 ст. 702 и ч.1 ст. 703 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику.

Согласно требованиям ст. 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки).

Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

Указанные в договоре подряда начальный, конечный и промежуточные сроки выполнения работы могут быть изменены в случаях и в порядке, предусмотренных договором.

Также, согласно требованиям ст.ст. 709, 711 ГК РФ в договоре должны быть предусмотрены цена работы и порядок ее оплаты (в том числе предварительной). 

Так, судом установлено, что по заключённым с ФИО1 договорам-заказам исполнитель ИП ФИО3 была обязана в сроки установленные договором оказать истцу услуги по разработке эскиза мебели, изготовлению мебели, сборке и ее монтажу, соответственно срок исполнения договора от 18.07.2018г. № 876 (изготовление кухни) истекал 01.09.2018, а срок исполнения договора от 22.07.2018г. № 878 (изготовление шкафа-купе) истекал 06.09.2018 г.

В обоснование просрочки исполнения договора, истцом в суд представлен акт № 1 сдачи-приемки работ от 04.10.2018 г., из которого следует, что во исполнение договора № 878 от 24.07.2018 г. исполнитель сдал, а заказчик принял следующие виды работы: монтаж шкафа (в графе качество выполненных работ – отметка «не соответствует»), монтаж кухни (в графе качество выполненных работ – отметка «не соответствует»).

Также в данном акте отражены выявленные заказчиком недостатки работ: замена 2-х врезных ручек на шкаф-купе, замена 2-х дверей в кухне, установка фальш-панели слева от холодильника. 

А также установлены сроки устранения недостатков: замена ручек и установка фальш-панели на кухне до 18.10.2018, замена фасадов кухни до 29.10.2018 г.

Указанный акт подписан ИП ФИО3 и заказчиком ФИО1 

Таким образом, судом установлено, что в срок, предусмотренный договорами–заказами от 18.07.2018г. № 876 (изготовление кухни - 01.09.2018), от 22.07.2018г. № 878 (изготовление шкафа-купе - 06.09.2018) ответчик свои обязательства должным образом не исполнила.

При этом доводы стороны ответчика (адвоката Корышевой Е.П.) о том, что указанный акт не является непосредственно актом приемки работы, поскольку договором составление такого акта не предусмотрено, а фактически данный акт должен рассматриваться как претензия заказчика, судом не принимаются ввиду следующего. 

В соответствии с положениями ст. 720 ГК РФ заказчик обязан в сроки и в порядке, которые предусмотрены договором подряда, с участием подрядчика осмотреть и принять выполненную работу (ее результат), а при обнаружении отступлений от договора, ухудшающих результат работы, или иных недостатков в работе немедленно заявить об этом подрядчику.

Заказчик, обнаруживший недостатки в работе при ее приемке, вправе ссылаться на них в случаях, если в акте либо в ином документе, удостоверяющем приемку, были оговорены эти недостатки либо возможность последующего предъявления требования об их устранении.

Таким образом, несмотря на то, что договорами-заказами от 18.07.2018г. № 876 (изготовление кухни), от 22.07.2018г. № 878 (изготовление шкафа-купе) действительно не предусмотрено составление акта о сдаче-приемке работ, однако возможность составления такого документа прямо предусмотрена нормами ст. 720 ГК РФ, что не может рассматриваться как нарушение условий договора. 

Более того, другого документа, свидетельствующего об иной дате исполнения договора поставки и качестве мебели, сторонами не составлялось. 

По ходатайству стороны ответчика в судебном заседании 04.02.2019 г. были опрошены свидетели ФИО5, ФИО6, ФИО7

Так свидетель ФИО5 в судебном заседании 04.02.2019 г. подтвердил, что в период с июня(июля) по 12 сентября 2018 года он работал у ФИО1 на квартире, производил ремонтные работы, у него имелись ключи от квартиры, и он неоднократно получал материалы – плитку, ламинат, двери, а также мебель, о чем расписывался в документах. Кухню примерно привезли 31.08.2018 г., а шкаф-купе позже, через несколько дней. Подтвердил, что акты от 31.08.2018 и от 05.09.2018 г. от имени заказчика подписал он, однако никаких доверенностей на подписание указанных документов ФИО1 ему не давал, трудовые отношения с ним никак не оформлялись, так как на эту работу его нанимала ФИО10 – дизайнер квартиры, с которой также трудовые отношения никак не оформлялись, был устный договор. Монтажники собирали мебель в день, когда ее привозили, примерно 1-2 дня. Однако, он не помнит чего не хватало в мебели после установки, так как не обратил на это внимания.

Свидетель ФИО6 в судебном заседании 04.02.2019 г. подтвердил, что работает у ИП ФИО3 монтажником. Он устанавливал в квартире ФИО1 мебель (кухню и шкаф-купе). 31.08.2018 г. они привезли кухонный гарнитур, в квартиру их пустили рабочие ФИО1, которые показали где устанавливать мебель. Полагает, что кухней наверное уже можно было пользоваться 31.08.2018 г. Также сначала указал, что ФИО1 в этот день на объект не приезжал, поэтому акт о доставке мебели подписали его рабочие. Затем пояснил, что ФИО1 все же приезжал 31.08.2018, но когда они уже монтировали кухню. Подтвердил, что не хватало 1 шкафа, фасадов некоторых не было, но столешница была, поэтому кухней пользоваться было можно. После монтажа кухни он с напарником приезжали к ФИО1 и до устанавливали фасады, точную дату не помнит, но точно до 05.10.2018 г., так как окончательную работу приняла супруга ФИО1 – 05.10.2018 г., подписала акт и расписалась. Полагает, что она рассчиталась за шкаф и за кухню, отдала остаток денежных средств, но деталей он не знает. Затем пояснил, что в акте от 04.10.2018 г. который они привозили на подпись заказчику, были указаны работы, которые фактически уже были сделаны ранее – до 04.10.2018 г. Более в квартиру они не возвращались, ничего не делали. Также по просьбе ФИО1 они делали те работы, которые не предусмотрены, помогали холодильник занести и подключить, подключили ему фонарь, он поблагодарил за это, никаких негодований не высказывал. 

Свидетель ФИО7 в судебном заседании 04.02.2019 г. подтвердил, что работает у ИП ФИО3 по договору монтажником. Они с напарником привозили 31.08.2018 г. кухню в квартиру ФИО1, установили ее и все. Позже привозили шкаф-купе, примерно 05.09.2018 г. Кухню установили в тот же день – 31.08.2018 г. Кухней можно было пользоваться, может быть не хватало какой-нибудь планки или деревяшки. Фасады были все. Они приезжали в квартиру ФИО1 04.10.2018 г. подписать акт и забрать деньги. После этого в квартиру больше не возвращались, так как все было сделано до 04.10.2018 г. Также, в октябре 2018 года они приезжали к ФИО1 довезли ручки на шкаф, при этом присутствовала супруга ФИО1, она всегда принимала работу – при установке кухни, шкафа, и в день когда документы привозили. Сам ФИО1 приезжал только в день когда устанавливали шкаф-купе. Они с напарником по просьбе ФИО1 делали и другие работы, отключали световой диод, вытяжку делали, подключали технику, затаскивали холодильник, все делали бесплатно.

Вместе с тем показания указанных свидетелей судом во внимание приняты быть не могут, поскольку ФИО6, ФИО7 являются сотрудниками ИП ФИО3 и могут быть заинтересованы в положительном для ответчика исходе дела.

Кроме того, показания указанных свидетелей противоречат друг-другу относительно указанных ими обстоятельств, а также пояснениям самого ответчика ИП ФИО3

Так свидетель ФИО6 сначала утверждал, что в день установки кухни – 31.08.2018 г. ФИО1 на объект не приезжал, поэтому акт о доставке мебели подписали его рабочие. Затем пояснил, что ФИО1 все же приезжал 31.08.2018., но когда они уже монтировали кухню. Подтвердил, что не хватало 1 шкафа, фасадов, но столешница была, поэтому кухней пользоваться было можно. Все работы были окончены до 04.10.2018 г.

Однако, свидетель ФИО7 пояснил, что 31.08.2018 г. кухня была установлена полностью, фасады были (не хватало деревяшки или планки), при этом присутствовала супруга ФИО1, она всегда принимала работу – при установке кухни, шкафа, и в день когда документы привозили. Сам ФИО1 приезжал только в день когда устанавливали шкаф-купе. Также подтвердил, что столешница 31.08.2018 г. уже была установлена. Все работы были окончены до 04.10.2018 г.

Исходя из пояснений ответчика ИП ФИО3, столешницы в кухне не было не только 31.08.2018 г. (как утверждают свидетели), но и 05.09.2018 г. поскольку кухня делалась по индивидуальному заказу и со встроенной техникой, размеры которой нужны для изготовления столешницы. Столешница была поставлена на следующий день или 07.09.2018 г. Окончательно двери (фасады) на кухне и ручки на шкаф-купе были поставлены в период с 04.10.2018 по 18.10.2018 г. ( а не до 04.10.2018 г. как утверждали свидетели).

Показания свидетеля ФИО5 судом также оцениваются критически, поскольку он подтвердил, что работал у ФИО1 на квартире, выполнял ремонтные работы, однако никак трудовые отношения не оформлялись, доверенностей на получение мебели ФИО1 ему не выдавал. Ремонтные работы производил на основании устного договора с дизайнером.

Также судом не могут быть приняты во внимание представленные ответчиком документы в подтверждение своевременной доставки и установки мебели ФИО1 по следующим основаниям.

Так в обоснование своевременного исполнения обязательств ИП ФИО3 в материалы дела представлены ее самостоятельные договоры № 878 от 23.07.2018 г. и № 876 от 25.07.2018 г. с гр. ФИО4 на сборку кухни и шкафа по индивидуальному заказу, акты приемки ИП ФИО3 указанных работ (кухни – 30.08.2018 г., шкафа – 04.09.2018 г.).

Однако представленные документы правового значения для дела не имеют, поскольку не опровергают доводов истца о несвоевременном исполнении обязательств именно перед ФИО1 

Представленный стороной ответчика договор ИП ФИО3 с монтажником ФИО7 от 29.08.2018 г. на осуществление работ по монтажу кухни, монтажу шкафа, содержит сведения об окончании работ – 20.09.2018 г., т.е. также в нарушение установленных сроков по договорам с ФИО1 

Акт б/н сдачи приемки товара (кухня) подписанный с одной стороны монтажниками ФИО6, ФИО7 с другой стороны ФИО5 31.08.2018; акт № 878 сдачи приемки товара (шкаф) подписанный также с одной стороны монтажниками ФИО6, ФИО7 с другой стороны ФИО5 05.09.2018, приняты во внимание судом быть не могут, поскольку материалы дела не содержат каких-либо доказательств, что ФИО5 имел право от имени заказчика ФИО1 подписывать такие документы.

Более того в судебном заседании ФИО5 подтвердил, что работал у ФИО1 на квартире, выполнял ремонтные работы, однако никак трудовые отношения не оформлялись, доверенностей на получение мебели ФИО1 ему не выдавал. 

Таким образом, указанные акты не могут с бесспорностью свидетельствовать, что именно в указанные в них даты заказчик подтвердил доставку мебели и принял работу исполнителя. 

Доводы стороны ответчика о нарушениях заказчиком сроков оплаты по договорам, что по мнению стороны ответчика может служить основанием для освобождения исполнителя от ответственности, суд находит несостоятельными ввиду следующего.

Так, договор-заказ № 876 (кухня) был заключен 18.07.2018 года, на срок 45 дней, сумма заказа по данному договору составляет 419 000 рублей. По условию договора п 3.3, заказчик был обязан оплатить 70% от стоимости продукции (что отражено в экземпляре договора ответчика) на момент оформления договора-заказа. Оставшиеся 30% истец должен был оплатить в течении 3 дней после получения уведомления о поступлении заказа на склад исполнителя.

Однако, в день заключения договора истец оплатил 200 000 рублей, что составляет менее 50%. Дальнейшая оплата по указанному договору была в полном объеме произведена заказчиком 21.07.2018 г. в сумме 90 000 рублей, 30.08.2018 г. в сумме 129 000 рублей.

Так, договор -заказ № 878 (шкаф-купе) был заключен 22.07.2018 года, сроком на 45 дней, сумма заказа по данному договору составляла 175 000 рублей. По условию договора пункт 3.3, заказчик был обязан оплатить исполнителю 70% от стоимости продукции на момент оформления договора-заказа. Оставшиеся 30% истец должен был оплатить в течении 3 дней после получения уведомления о поступлении заказа на склад исполнителя.

Однако, в день заключения договора выплатил лишь 112 000 рублей, что составляет менее 70%. Дальнейшая оплата по указанному договору была в полном объеме произведена заказчиком 24.07.2018 г. в сумме 10 000 рублей, 04.10.2018 г. в сумме 40 000 рублей, 18.10.2018 года в сумме 13 000 рублей. 

Таким образом оплата по двум договорам со стороны истца ФИО11 произведена в полном объеме.

Вместе с тем, суд не усматривает со стороны истца нарушений п. 3.4. договоров, на основании следующего.

В соответствии со ст. 711 ГК РФ если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно.

Согласно ст. 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства.

В соответствии со ст. 719 ГК РФ подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок (статья 328).

Если иное не предусмотрено договором подряда, подрядчик при наличии обстоятельств, указанных в пункте 1 настоящей статьи, вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков.

Однако, ответчик ИП ФИО3 несмотря на частичную оплату по договорам в день их оформления, договор подписала, к работе приступила, взяв на себя обязательства по их исполнению в установленный срок.

При этом, каких-либо претензий относительно нарушений оплаты по договору исполнитель к заказчику не предъявляла, об изменении сроков исполнения договора по этой причине не уведомляла и не предупреждала.

Более того, как предусмотрено условиями договоров между ФИО1 и ИП ФИО3 стороны предусмотрели возможность изменения сроков исполнения договора:

-при необходимости корректировки эскиза, срок исполнения договора считается с даты подписания окончательного варианта эскиза (п.2.1);

-при внесении изменений в договор заказчиком относительно комплектации продукции, после чего устанавливается новый срок передачи товара (2.4);

-в случае наличия независящих от исполнителя причин, в связи с нестабильной экономической ситуацией – на срок 15 дней с обязательным уведомлением заказчика и его согласованием новых сроков (п. 3.2).

Таким образом, возможности в одностороннем порядке изменить сроки исполнения договора по иным причинам, без предупреждения заказчика не предусмотрено ни условиями договоров ИП ФИО3, и ФИО1, ни действующим законодательством.

Также несостоятельными суд находит доводы ИП ФИО3 о недобросовестных действиях со стороны заказчика, который неоднократно не принимал доставку мебели, длительное время не мог выбрать ручки на шкаф-купе, поскольку объективно указанные факты ничем не подтверждены, соответствующих актов со слов ответчика ИП ФИО3 не составлялось, изменений в эскизы мебели не вносилось, сроки по указанным причинам не продлевались. 

Установив все обстоятельства по делу, изучив письменные доказательства представленные сторонами, суд приходит к выводу, что ответчиком ИП ФИО3 в нарушение условий договоров-заявок, мебель была поставлена ФИО1 - 4 октября 2018 года, что подтверждается актом № 1 сдачи-приемки работ, подписанным сторонами, то есть с существенным нарушением согласованных сроков.

Вместе с тем, суд полагает необходимым учесть, что несмотря на наличие подписанного сторонами акта от 04.10.2018 г., при рассмотрении дела стороной истца не опровергнуты обстоятельства установки кухни на дату 15.09.2018 г., что подтверждается фотографиями кухни на указанную дату, свидетельствующими об использовании кухни по прямому назначению (продукты, посуда).

Также указанное обстоятельство совпадает с датой въезда истца ФИО1 в квартиру, поскольку его представитель ФИО2 подтвердил, что со слов ФИО1 он 15.09.2018 г. уже въехал в квартиру.

Следовательно, фактической датой установки кухни, суд полагает установленным считать дату – 15.09.2018г., а датой установки шкафа-купе – 04.10.2018г. 

23 октября 2018 года на юридический и фактический адрес ответчика истцом были направлены претензии с требованием добровольно выплатить неустойку за нарушение сроков поставки мебели. 

Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовыми идентификаторами № 35504028035878 и № 35504028035885 претензии ответчиком не были получены, что подтверждается отчетом об отслеживании с официального сайта ФГУП «Почта России».

Пунктом 1 ст. 27 Закона РФ «О защите прав потребителей» установлена обязанность исполнителя осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ (оказания отдельных видов услуг) или договором о выполнении работ (оказании услуг).

Частью 5 ст. 28 Закона РФ «О защите прав потребителей» установлено, что в случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. 

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Размер неустойки (пени) определяется, исходя из цены выполнения работы (оказания услуги), а если указанная цена не определена, исходя из общей цены заказа, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено исполнителем в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование потребителя добровольно удовлетворено не было.

При этом, ч. 6 ст. 28 Закона РФ «О защите прав потребителей» установлено, что требования потребителя, установленные пунктом 1 настоящей статьи, не подлежат удовлетворению, если исполнитель докажет, что нарушение сроков выполнения работы (оказания услуги) произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потребителя.

Так в судебном заседании установлено, подтверждается материалами дела, показаниями ответчика, а также фотографиями, что 15.09.2018 года кухня уже была установлена у истца, но не использовалась, в связи с чем, суд приходит к выводу о том, что количество дней просрочки поставки мебели по Договору-заявке № 876 составило 14 дней (с 02.09.2018г. по 14.09.2018г.). Сумма неустойки составляет 175 980 рублей, рассчитанной по формуле: 419 000 х 14 х 3%.

Расчет неустойки просрочки поставки мебели по Договору-заявке № 878 судом проверен и признан правильным. Количество дней просрочки поставки мебели по Договору-заявке № 878 составило 28 дней (с 07.09.2018г. по 04.10.2018г.). Сумма неустойки составляет 147 000 рублей, рассчитанной по формуле: 175 000 х 28 х 3%.

При этом суд принимает во внимание то обстоятельство, что размер неустойки может быть снижен судом на основании ст. 333 ГК РФ только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

Вместе с тем, в соответствии со ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Таким образом, положения ст. 333 ГК РФ, регламентирующей уменьшение неустойки, устанавливают диспозитивное, то есть исключительное право, а не обязанность суда снизить размер предъявленной ко взысканию неустойки, как размера ответственности за ненадлежащее исполнение обязательства. 

Согласно п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», размер подлежащей взысканию неустойки (пени) в случаях, указанных в статье 23, пункте 5 статьи 28, статьях 30 и 31 Закона о защите прав потребителей, а также в случаях, предусмотренных иными законами или договором, определяется судом исходя из цены товара (выполнения работы, оказания услуги), существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено продавцом (изготовителем, исполнителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) на день вынесения решения.

Применение ст. 333 ГК РФ по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

При этом, с учетом позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в п. 2 Определения от 21.12.2000 года № 263-О, положения п. 1 ст. 333 ГК РФ одновременно содержат обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного, а не возможного размера ущерба.

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу, - на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в ч. 1 ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба.

Наличие оснований для снижения размера неустойки и определения критериев его соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

В данном случае, принимая во внимание заявление стороны ответчика о снижении неустойки, компенсационную природу неустойки, которая направлена на восстановление прав, нарушенных вследствие ненадлежащего исполнения обязательства, а не служит средством обогащения, с учетом обстоятельств по делу, соотношения суммы неустойки: к договору № 876 от 18.07.2018г. (175 980 рублей) и суммы договора (419 000 рублей), к договору № 878 от 22.07.2018г. (147 000 рублей) и суммы договора (175 000 рублей), заявленного истцом размера неустойки в размере 414 810 рублей и 147 000 рублей, учитывая отсутствие доказательств негативных последствий для истца в результате просрочки обязательства, а также в целях исключения нарушения баланса интересов сторон и необоснованного обогащения одной стороны за счет другой стороны в споре, учитывая степень добросовестности поведения каждой из сторон, суд полагает необходимым снизить размер подлежащей взысканию с ИП ФИО12 неустойки по договору № 876 от 18.07.2018г. до 30 000 рублей, по договору № 878 от 22.07.2018г. – до 10 000 рублей.

В удовлетворении требований ФИО1 о взыскании с ИП ФИО12 неустойки в большем размере на 384 810 рублей и 137 000 рублей суд, по изложенным выше основаниям, считает необходимым отказать.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При решении судом вопроса о компенсации морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

В соответствии со ст. 15 Закона «О защите прав потребителей» взысканию с ответчика в пользу потребителя подлежит компенсация морального вреда, размер которой согласно положениям ст. 1101 ГК РФ с определяется с учетом фактических обстоятельств дела, характера и степени нравственных страданий потребителя в связи с нарушением его прав ответчиком, принципов разумности и справедливости, и по мнению суда подлежит удовлетворению в размере 1 000 рублей, во взыскании сверх данной суммы, т.е., на 149 000 рублей суд отказывает за необоснованностью.

При удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом «О защите прав потребителей», которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона «О защите прав потребителей»).

Поскольку требование потребителя в добровольном порядке ответчиком не удовлетворено, в соответствии с законом РФ «О защите прав потребителей» размер штрафа, подлежащий взысканию в пользу ФИО1 составит 20 500 рублей (30 000 рублей сумма неустойки по Договору № 876 от 18.07.2018г. + 10 000 рублей сумма неустойки по Договору № 878 от 22.07.2018г. + 1 000 рублей в счет компенсации морального вреда).

Истцом также было заявлено требование о взыскании с ответчика ИП ФИО3 расходов по оплате услуг представителя в размере 20 000 рублей, несение которых подтверждается материалами дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» (далее – Постановление № 1) разъяснено, что при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьями 98, 100 ГПК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 21 Постановления № 1, положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных не подлежат применению при разрешении требования о взыскании неустойки, которая уменьшается судом в связи с несоразмерностью последствиям нарушения обязательства, получением кредитором необоснованной выгоды (ст. 333 ГК РФ).

В силу абз. 2 п. 11 этого же Постановления № 1, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек исходя из имеющихся в деле доказательств носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 Постановления № 1).

Законодательством Российской Федерации установлен принцип свободы в заключении договоров, в том числе и на оказание юридических услуг. 

При этом гонорар представителя зависит от многих факторов, а сумма вознаграждения не может быть ограничена минимально установленными ставками на определенные виды услуг.

Таким образом, лицо, участвующее в деле, вправе заключить договор с представителем на любую сумму. В то же время, при отнесении судебных издержек на другую сторону по делу, суд оценивает их разумность и обоснованность в целях соблюдения баланса интересов лиц, участвующих в деле.

С учетом принципа разумности, исходя из сложности дела, объема оказанных представителем услуг, количества судебных заседаний, в которых представителем истца принято участие, суд признает разумными требования истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя в сумме 10 000 рублей, отказав во взыскании сверх указанной суммы на 10 000 рублей. 

В соответствие со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет Минераловодского городского округа Ставропольского края пропорционально удовлетворенной части исковых требований и на основании ст. 333.19 НК РФ, а поэтому с ответчика надлежит взыскать государственную пошлину в сумме 1 400 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ИП ФИО3 в пользу ФИО1:

-сумму неустойки за несвоевременную поставку мебели, несвоевременную сборку и монтаж по Договору-заявке № 876 от 18.07.2018г. в размере 30 000 рублей.

-сумму неустойки за несвоевременную поставку мебели, несвоевременную сборку и монтаж по Договору-заявке № 878 от 22.07.2018г. в размере 10 000 рублей;

-компенсацию морального вреда в размере 1 000 рублей;

-штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 20 500 рублей;

-расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 рублей.

Во взыскании с ответчика ИП ФИО3 в пользу ФИО1 неустойки по Договору-заявке № 876 от 18.07.2018г. в сумме 384 810 рублей, по Договору-заявке № 878 от 22.07.2018г. в сумме 137 000 рублей, расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000 рублей, компенсации морального вреда в сумме 149 000 рублей - отказать.

Взыскать с ИП ФИО3 в доход бюджета Минераловодского городского округа Ставропольского края государственную пошлину в размере 1400 рублей.

Решение может быть обжаловано в Ставропольский краевой суд путем подачи жалобы через Минераловодский городской суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения суда (23.02.2019).

Председательствующий - подпись

Копия верна : 

Судья -