РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 декабря 2017 года г.Астрахань

Кировский районный суд г.Астрахани в составе:

Председательствующего судьи Бутыриной О.П.

С участием помощника прокурора Лиджи-Горяевой Е.Б.

При секретаре Мухамеджанове Н.Р.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГАОУ АО ДПО «Институт развития образования» о признании несчастного случая, связанного с производством, возмещении вреда, причиненного здоровью, компенсации морального вреда 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском о признании несчастного случая, связанным с производством, возмещении вреда, причиненного здоровью, компенсации морального вреда, указав в обоснование своих требований, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ответчиком заключен трудовой договор №, в соответствии с которым она принята на работу на должность доцента и подлежала обязательному социальному страхованию. Приказом от ДД.ММ.ГГГГ «О закреплении служебных помещений ГАОУ АО ДПО «Институт развития образования» на период проведения ремонтных работ была переведена на новое рабочее место по 

<

адрес>. ДД.ММ.ГГГГ она пришла на работу согласно расписания присутственного времени в 14.00, здание по 

<

адрес> оказалось закрытым. Созвонившись с помощником директора З.А.А. по поводу закрытого здания, ей было предложено пройти в основное здание института по 

<

адрес> для ознакомления с документами. Ознакомившись с документами и получив ключи от здания, вернулась на рабочее место по 

<

адрес> а. Однако вахтер из колледжа при ее появлении вызвала наряд полиции, ссылаясь на устное распоряжение директора института. После чего, истец позвонив в институт, попросила вызвать на место происшествия директора института, однако вместо него приехал специалист по охране труда С.О.И. и сотрудник другого отдела М.Б.В.., которые стали говорить о том, что она находится в здании в нерабочее время. Истец считает, что данные обвинения по поводу рабочего времени и необоснованные поступки, связанные с вызовом полиции, привели к гипертоническому кризу и госпитализации в больницу и в последующем нахождении на больничном 2 недели. 

Поэтому истец считает, что ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей произошел несчастный случай, повлекший артериальную гипертензию; в подтверждение представляет сигнальный лист скорой медицинской помощи и выписку из медкарты. Полагает, что данными документами подтверждается причинение вреда здоровью, которые привели к утрате общей трудоспособности сроком на 15 дней, что, в свою очередь привело к утрате профессиональной трудоспособности. Вместе с тем, ответчик отказывается признавать указанный несчастный случай связанным с производством. Поэтому считает, что незаконными действиями ответчика ей причинен моральный вред, который выразился в нервном стрессе, гипертонической болезни, со 02 марта 2017 года она вынуждена принимать медицинские препараты, понижающее артериальное давление. Причиненный моральный вред оценивает в 500 000 руб. В связи с этим ФИО1 просила суд обязать ответчика признать несчастный случай, произошедший 02 марта 2017 года, связанным с производством, взыскать в ее пользу компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 исковые требования поддержали, просили суд иск удовлетворить. Однако в последствии покинули зал судебного заседания до окончания судебного разбирательства. 

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, просила суд в иске отказать, полагая, что оснований для признания событий, имевших место 02 марта 2017 года несчастным случаем не имеется; отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда. 

Представитель Государственной инспекции труда в Астраханской области в судебное заседание не явился. Извещены надлежащим образом.

Выслушав доводы сторон, свидетелей, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, участвующего в деле - помощника прокурора Лиджи-Горяеву Е.Б., полагавшей заявленные истцом требования не подлежащими удовлетворению, суд приходит к выводу об отказе в иске в полном объеме по следующим основаниям. 

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью застрахованного при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных законом случаях, предоставляется в порядке обязательного социального страхования. 

Отношения по данному виду обязательного социального страхования регулируются Федеральным законом от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 24.07.1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» страховой случай- подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного лица происшедший вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания.

В силу положений статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ и статьи 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя (часть вторая статьи 227 ТК РФ);

указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев (часть третья статьи 227 ТК РФ);

соответствуют ли обстоятельства (время, место и другие), сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в части третьей статьи 227 ТК РФ;

произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (статья 5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ);

имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством (исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части шестой статьи 229.2 ТК РФ), и иные обстоятельства.

Поскольку компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена, возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда (ст.8 ФЗ от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ).

Согласно ст.231 Трудового кодекса РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. 

Как установлено в судебном заседании, истец ФИО1, обратилась в суд с иском об обязании ответчика признать несчастный случай связанным с производством и о взыскании компенсации причиненного ей морального вреда.

Исходя из требований ст.227 ТК РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе нанесенные другим лицом; тепловой удар; ожог; обморожение; утопление; поражение электрическим током, молнией, излучением; укусы и другие телесные повреждения, нанесенные животными и насекомыми; повреждения вследствие взрывов, аварий, разрушения зданий, сооружений и конструкций, стихийных бедствий и других чрезвычайных обстоятельств, иные повреждения здоровья, обусловленные воздействием внешних факторов, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Как установлено в судебном заседании, на ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 являлась работником ГАОУ АО ДПО «Институт развития образования», занимала должность доцента кафедра методики предметных технологий. ФИО1 была ознакомлена с Правилами внутреннего трудового распорядка и коллективного договора, в том числе с режимом рабочего дня, который устанавливается в соответствии с расписанием учебных занятий и графиком консультативного и присутственного времени. При отсутствии расписания учебных занятий и графика консультативного и присутственного времени у профессорско- преподавательского состава режим рабочего времени устанавливается с 8.30 до 14.30 с понедельника по субботу. 

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ был издан приказ №, который устанавливает консультационное и присутственное время в 2017 году. В соответствии с п.4 данного приказа – если отсутствует учебная нагрузка в плане образовательной деятельности и методической работы график консультативного и присутственного времени не устанавливается, в связи с чем профессорско-преподавательский состав руководствуется правилами внутреннего трудового распорядка.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 ознакомлена с приказом от ДД.ММ.ГГГГ, которым был отменен график консультативного и присутственного времени и установлен в связи с отсутствием и до момента утверждения учебного плана на 2017 год, режима рабочего времени для профессорско- преподавательского состава с 8.30 до 14.30 часов, который определен Правилами внутреннего трудового распорядка.

С указанными Правилами внутреннего трудового распорядка ФИО1, была ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, поскольку у ФИО1 отсутствовала учебная нагрузка, ее рабочее время было с 8.30 до 14.30 час. с понедельника по субботу. 

При этом, как установлено в судебном заседании на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с ремонтными работами, ФИО1 переведена на рабочее место, расположенное по адресу 

<

адрес> литер А.

Как установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находилась в здании по адресу 

<

адрес>, но не в рабочее время.

Как следует из материалов дела, объяснений сторон, свидетелей, опрошенных в судебном заседании, ФИО1 вместе со своим супругом находились на территории колледжа АИСИ( 

<

адрес>).

Между ними и вахтером колледжа произошел конфликт, который закончился вызовом вневедомственной охраны.

ФИО1 находилась по указанному адресу в 17 часов, то есть в нерабочее время.

Для выяснения обстоятельств произошедшего конфликта ФИО1 были вызваны представителя работодателя. 

При этом, давая объяснения в судебном заседании, истец указывала, что настаивала на приезде на место самого руководителя в лице директора института, но вместо него приехали работники института Серин и ФИО4.

Данные лица подтвердили сотрудникам полиции, что ФИО1 является сотрудником института, но находится в здании в нерабочее для нее время.

Указанные обстоятельства были подтверждены С.О.И.. и М.Б.В.. как в судебном заседании, так и в пояснениях, данных в ходе проведения служебной проверки по заявлению ФИО1, так и в объяснениях в Инспекции по труду. Подтверждаются и показаниям свидетеля З.А.А.., опрошенной в судебном заседании, а также ее объяснениями, отобранными в рамках проведенной служебной проверки о режиме рабочего дня ФИО1 с 8.30 до 14.30 с понедельника по субботу. Каких-либо дополнительных заданий, выполнение которых установлено за пределами часов работы ФИО1, не давались, в связи с чем работник не должен был находиться на рабочем месте после окончания рабочего дня, то есть после 14.30 часов. 

Данные показания свидетелей не противоречат установленным по делу обстоятельствам, согласуются между собой, являются последовательными и принимаются судом в качестве доказательств по делу. 

Вышеназванные обстоятельства нашли свое подтверждение и в материалах, представленных суду с УМВД России по городу Астрахань, где содержались сведения из книги дежурной части о поступившем сообщении в 17 часов ДД.ММ.ГГГГ, рапорт сотрудника полиции У.И.З. о поступившем сообщении от вахтера колледжа, объяснения самого вахтера колледжа М.М.В.. о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов двое неизвестных ей людей зашли на территорию колледжа и интересовались наличием видеокамер; затем мужчина поднялся в приемную колледжа и спрашивал о наличии в здании камер видеонаблюдения, при этом, не предъявляя каких-либо документов, в связи с чем она и вызвала сотрудников полиции; объяснения М.Б.В.. о том, что ФИО1 является сотрудником института, однако в здании на 

<

адрес>.1 Мая, 

<

адрес> она находилась в нерабочее время.

При этом судом из материалов дела установлено, что во время конфликта рядом с ФИО1 присутствовал ее муж- ФИО2, который вел себя агрессивно по отношению к вахтеру колледжа, сотрудникам института, сотрудникам полиции и тем самым создал конфликтную ситуацию. Именно он вызвал скорую помощь для ФИО1, полагая, что его супруга плохо себя чувствует и у нее гипертонический криз. Указанные обстоятельства были подтверждены в суде показаниями свидетеля ФИО4, ФИО5, а также объяснениями вахтера колледжа ФИО4, имеющихся в материалах, представленных сотрудниками полиции и трудовой инспекцией. 

В материалы дела истцом представлен сигнальный лист, выданный сотрудниками скорой медицинской помощи о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 18 часов 25 мин. ФИО1 во дворе 

<

адрес> была оказана медицинская помощь в связи с артериальной гипертензией. Рекомендовано провести плановое лечение и плановую госпитализацию.

Впоследствии при проведении расследования Трудовой инспекцией запрашивались сведения в ГБУЗ АО «Центр медицины катастроф и скорой медицинской помощи», откуда получен был ответ, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с адреса 

<

адрес>.1 Мая 117 ( с территории двора) доставлялась в ГБУЗ АО «ГКБ №», в связи с чем Инспекцией по труду направлялся запрос и в это медицинское учреждение. На что получен ответ, что ФИО1 обратилась в приемное отделение с диагнозом гипертоническая болезнь 2 стадии, гипертонический криз от 02 марта 2017 года; показаний для экстренной госпитализации не имелось. Лечение амбулаторное.

Также в судебном заседании установлено, что согласно первичного листка нетрудоспособности с 03 по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находилась на амбулаторном лечении. Причина нетрудоспособности- код 01- заболевание, к работе приступить с ДД.ММ.ГГГГ. Эти же обстоятельства были подтверждены представленной выпиской из амбулаторной карты с поликлиники по месту жительства.

Давая оценку всем указанным обстоятельствам, Инспекцией по труду был сделан вывод, что конфликт, возникший при выяснении обстоятельств пребывания ФИО1 и ее супруга по ул.Наб.1 Мая, 117 имел место, но в нерабочее время и не при исполнении ФИО1 должностных обязанностей и что он не подлежит квалификации как несчастный случай. 

Данные выводы были изложены государственным инспектором труда Государственной инспекции труда в Астраханской области ФИО6 в акте о расследовании несчастного случая от 14 июня 2017 года в связи с проводимым расследованием несчастного случая по заявлению ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

При этом, как следует из представленных материалов трудовой инспекции, ФИО1 приглашалась для дачи пояснений в инспекцию, однако явившись по вызову от дачи объяснений отказалась.

15 июня 2017 года Государственной инспекцией труда в адрес ФИО1 был направлен соответствующий ответ и разъяснено право в соответствии со ст.231 Трудового кодекса РФ на обжалование в случае наличия разногласий по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта.

Однако со стороны ФИО1 данные выводы государственной инспекции оспорены в установленном порядке не были, как и действия работодателя. Своим правом на обжалование по вопросу расследования несчастного случая ФИО1 не воспользовалась. 

При этом, ФИО1 не обращалась с заявлением к работодателю об установлении факта несчастного случая на производстве либо о проведении расследования несчастного случая.

Как установлено из объяснений представителя ответчика, материалов дела, ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, т.е. на следующий день после произошедшего конфликта, обратилась к работодателю посредством электронной почты с заявлением о проведении служебного расследования. В связи с чем работодателем с работников С.О.И.., М.Б.В.., З.А.А.. отбирались объяснения, которые также были исследованы в судебном заседании. 

Вывод, сделанный работодателем по результатам служебной проверки- конфликт, произошедший при выяснении обстоятельств пребывания ФИО1 в здании по ул.Набережная 1 Мая, имел место в нерабочее время и не при исполнении ФИО1 должностных обязанностей. Данный вывод полностью соответствует установленным обстоятельства и представленным суду доказательствам. 

Каких-либо заявлений от ФИО1 о расследовании несчастного случая в адрес работодателя не поступало. 

Вместе с тем, в соответствии с требованиями Трудового кодекса РФ Государственной инспекцией труда было проведено расследование несчастного случая по заявлению ФИО1, по итогам которого, как уже ранее было указано судом, сделан вывод, что случай не подлежит признанию (квалификации) в соответствии с требованиями ст.227 Трудового кодекса РФ как несчастный случай.

Таким образом, в судебном заседании не было представлено доказательств и не установлено обстоятельств о наличии несчастного случая на производстве. 

Однако истцом в исковом заявлении ставятся требования об обязании ответчика признать несчастный случай связанным с производством, в то время как работодателем вообще не признавался и не устанавливался факт несчастного случая и не делался вывод ( в случае установления несчастного случая), что он не связан с производством.

Требований к ответчику об установлении факта несчастного случая, не заявлялось, как и не предъявлялись требования об оспаривании действий по непризнанию работодателем самого факта несчастного случая либо по отказу в проведении расследования несчастного случая, так как ФИО1 с таким заявлением к работодателю не обращалась и соответственно в таких требованиях со стороны работодателя ей не было отказа.

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для признания несчастного случая связанного с производством ввиду отсутствия самого факта несчастного случая.

Не подлежат удовлетворению и требования истца о взыскании компенсации морального вреда, так как судом не установлено виновных действий со стороны работодателя как причинителя вреда (ст.8 Закона ФЗ от 24.07.1998 № 125-ФЗ). 

Согласно ст.237 Трудового кодекса РФ предусмотрено возмещение морального вреда работнику в случае неправомерных действий работодателя или бездействия, то есть в случае нарушения трудовых прав работника.

Таких обстоятельств в судебном заседании судом установлено также не было. Нахождение истца на больничном в связи с гипертонией, такими доказательствами не являются. Доводы истца о том, что имел место несчастный случай на производстве и он произошел по вине работодателя, не нашли своего подтверждения в ходе судебного заседания. 

Анализ всей исследованной по делу совокупности доказательств дает суду основание сделать вывод, что иск заявлен не обоснованно и удовлетворению не подлежит в полном объеме. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Астраханский областной суд в течение месяца с момента вынесения решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 19 декабря 2017 года

Судья: Бутырина О.П.