Дело № 1–65/2018

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Бийск 13 июня 2018 года

Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Боцан И.А.,

при секретаре Жигаловой Е.Г., 

с участием государственного обвинителя помощника прокурора г. Бийска Шатобаловой И.В., 

подсудимых ФИО1, ФИО2, ФИО3, 

защитников Фоминых Г.Г., представившей удостоверение № № и ордер № №, ФИО4, представившего удостоверение № № и ордер № №, ФИО5, представившей удостоверение № № и ордер № №,

потерпевшей Н.Т.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимого:

- 20 января 2014 года Бийским городским судом Алтайского края по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ к 3 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима, освободившегося из мест лишения свободы 08 сентября 2015 года по постановлению Рубцовского городского суда Алтайского края от 27 августа 2015 года условно- досрочно на 1 год 3 месяца 12 дней;

- осужденного 13 октября 2017 года Бийским городским судом Алтайского края по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима,

ФИО2, 

<

данные изъяты> не имеющего судимостей,

ФИО3, 

<

данные изъяты> не имеющего судимостей,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО2 и ФИО3 совершили преступление при следующих обстоятельствах:

В период времени с 31 июля 2017 года по 01 августа 2017 года, ФИО1, будучи в состоянии алкогольного опьянения

<

данные изъяты> у него возник преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества из квартиры его знакомой К.М., 

<

данные изъяты> 

После этого, в период времени с 06 часов 00 минут до 07 часов 45 минут 01 августа 2017 года, ранее знакомые между собой, ФИО1, ФИО2 и ФИО3, будучи в состоянии алкогольного опьянения, 

<

данные изъяты> в ходе разговора ФИО1 предложил ФИО3 и ФИО2 совершить тайное хищение имущества из квартиры своей знакомой К.М., на что ФИО2 и ФИО3 ответили согласием, тем самым вступив в предварительный преступный сговор с ФИО1

После этого, реализуя совместный преступный умысел, направленный на тайное хищение имущества, осознавая общественно опасный и противоправный характер своих действий, предвидя наступление общественно – опасных последствий в виде материального ущерба собственнику и желая наступления данных последствий, из корыстных побуждений, ФИО1, ФИО2 и ФИО3, действуя согласованно и совместно, в период времени с 06 часов 00 минут до 07 часов 45 минут 01 августа 2017 года подошли к квартире 

<

данные изъяты> ФИО1, имеющимся у него ключом, открыл дверной замок входной двери квартиры по указанному адресу, после чего ФИО1 совместно с ФИО2 и ФИО3, через открытую дверь прошли в квартиру 

<

данные изъяты>, тем самым незаконно проникли в жилище, принадлежащее Н.Т.С., где обнаружив последнюю, ФИО2 вышел за пределы состоявшегося сговора и у него возник преступный умысел на совершение разбойного нападения на Н.Т.С., реализуя который ФИО2 напал на последнюю, потребовал у Н.Т.С. передать деньги и золото, после чего с целью подавления воли потерпевшей к сопротивлению, умышленно рукой толкнул ее в область груди, отчего Н.Т.С. упала на пол, при этом испытав физическую боль. После этого, ФИО2, взял подушку и, применяя ее, в качестве предмета, используемого в качестве оружия, применяя насилие, опасное для жизни и здоровья, умышленно руками прижал подушку к лицу, лежащей на полу Н.Т.С., тем самым препятствуя доступу воздуха, одновременно, ФИО2 высказал в адрес Н.Т.С. угрозу применения насилия, опасного для жизни и здоровья, выразившуюся в угрозе убийством, умышленно производил давление своим телом на тело потерпевшей, то есть прижал своей грудной клеткой и ногами тело потерпевшей к полу, чем причинил Н.Т.С. физическую боль. 

С учетом сложившейся обстановки, агрессивного поведения нападавших, их физического превосходства, Н.Т.С. угрозу для своей жизни и здоровья восприняла реально, и у нее имелись реальные основания опасаться ее осуществления. 

Одновременно, ФИО3 и ФИО1, не желая отказываться от своего преступного умысла на хищение чужого имущества, продолжили свое участие в разбойном нападении и воспользовались примененным ФИО2 насилием, опасным для жизни и здоровья потерпевшей и угрозой его применения для завладения имуществом Н.Т.С. и Н.А.А. При этом ФИО3, действуя совместно и согласованно с ФИО1 и ФИО2, наблюдал за окружающей обстановкой, препятствуя доступу посторонних лиц в квартиру в момент завладения имуществом, обеспечивая возможность беспрепятственно скрыться с места преступления, а ФИО1, действуя совместно и согласованно с ФИО2 и ФИО3, осознавая, что его действия носят открытый характер и очевидны для потерпевшей, осмотрев квартиру 

<

данные изъяты> обнаружил и взял ноутбук марки «Acer ES1-531 N15W4» и сотовый телефон марки «Fly IQ4414 Quad», принадлежащие Н.А.А. 

Кроме того, ФИО1, ФИО2 и ФИО3, действуя совместно и согласованно, осмотрев квартиру 

<

данные изъяты>, обнаружили и взяли сотовый телефон марки «Samsung SM-B310E» и три ключа, принадлежащие Н.Т.С., после чего осознавая, что воля потерпевшей к сопротивлению подавлена, и она не окажет сопротивления их преступным действиям, ФИО1, ФИО2 и ФИО3 беспрепятственно скрылись с места совершения преступления, тем самым ФИО1, ФИО2 и ФИО3, совместно и согласованно в результате разбойного нападения завладели имуществом, принадлежащим Н.Т.С., а именно:

- сотовым телефоном марки «Samsung SM-B310E», стоимостью 846 рублей, с сим-картой, не представляющей материальной ценности для потерпевшей;

- ключами в количестве трех штук, которые материальной ценности для потерпевшей не представляют;

а также имуществом принадлежащим Н.А.А., а именно:

- ноутбуком марки «Acer ES1-531 N15W4», стоимостью 10374 рубля;

- сотовым телефоном марки «Fly IQ4414 Quad», стоимостью 1821 рубль, с находящимися в нем двумя сим – картами, не представляющими материальной ценности для потерпевшего и картой памяти микро – CD 16 ГБ, стоимостью 389 рублей, всего имуществом на общую сумму 12584 рубля.

Впоследствии похищенным имуществом ФИО1, ФИО2 и ФИО3 распорядились по собственному усмотрению, причинив потерпевшей Н.Т.С. моральный вред и материальный ущерб на сумму 846 рублей, потерпевшему Н.А.А. материальный ущерб на общую сумму 12584 рубля. 

Кроме того, своими умышленными преступными действиями, в результате разбойного нападения ФИО2 причинил потерпевшей Н.Т.С. физическую боль, и, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 2123 от 02 августа 2017 года телесные повреждения: участок кровоподтеков (4) правого предплечья, участок (1) внутрикожных кровоизлияний (3) области нижней челюсти справа, внутрикожные кровоизлияния правой скуловой области лица (1), правого плеча (1), кровоподтек правого плеча (1), ссадина лба слева (1). Данные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому относятся к не причинившим вреда здоровью телесным повреждениям.

Подсудимый ФИО1 вину в совершенном преступлении признал частично, в совершении кражи имущества Н.Т.С., и в судебном заседании показал, что 31 июля 2017 года он распивал спиртное 

<

данные изъяты> и ФИО6. Около 21 часа к Б.Ю.В. пришел ФИО2 с женой, потом ночью девушки ушли спать, он продолжил распивать спиртное с ФИО6 и ФИО2. При разговоре он понял, что деньги закончились, утром ФИО6 и ФИО2 пошли на улицу покурить, он вышел на балкон, услышал, что они собираются пойти в магазин за пивом. Он предложил сходить к его знакомой К.М. занять или взять деньги, ФИО2 и ФИО6 согласились. Около 6 часов- 6 часов 30 минут он вышел на улицу, у него были ключи от квартиры К., которые он нашел летом 2017 года. С ФИО2 и ФИО6 он пришел к пятиэтажному дому 

<

данные изъяты>, открыл подъездную дверь ключом домофона, они поднялись на третий этаж, он подошел ко второй двери на площадке, открыл дверь ключом и позвал в квартиру ФИО6 и ФИО2, сам первым вошел в квартиру, где в дверном проеме увидел потерпевшую. Он ничего не понял, потерпевшая спросила, что им нужно, он понял, что это не К., спросил, где К. потерпевшая сказала, что никого нет, он прошел мимо нее в дальнюю комнату, потерпевшую не толкал, он сама попятилась назад. В комнате никого не оказалось, он начал понимать, что это не квартира К., увидел ноутбук и сотовый телефон, решил их похитить. В квартире он видел, как ФИО6 стоял недалеко от потерпевшей, ФИО2 проходил в другую комнату. Он не видел, чтобы ФИО2 и ФИО6 совершали какие-то действия в отношении потерпевшей. Также, когда он находился в комнате, слышал, что потерпевшая громко кричала или звала на помощь, точно не помнит. Он взял ноутбук и телефон, ноутбук положил под одежду, вышел в зал, ему под ноги со стороны дивана упала подушка, которую он откинул от себя ногой, в зале увидел на полу только ноги потерпевшей, которая что-то бормотала. ФИО2 прошел по коридору из маленькой комнаты в сторону выхода, ФИО6 следом за ФИО2, затем он вышел в коридор. Ключей, которыми он открывал дверь, не оказалось, он начал открывать дверь, она не открылась. Он передал ФИО2 телефон, попросил подержать. На тумбочке у дверей он увидел связку ключей, открыл ключом из связки дверь, после чего он с ФИО2 и ФИО6 вышли из квартиры, захлопнув дверь, ФИО2 вернул ему телефон и они пошли. Сотовый телефон «Самсунг» он в квартире не видел. В его присутствии никто в отношении потерпевшей не применял насилие, не зажимал ей лицо подушкой. Он не требовал у потерпевшей деньги и золото. В квартире он не пояснял ФИО2 и ФИО6, что потерпевшая не К.. Когда он вошел в квартиру, не видел у потерпевшей видимых телесных повреждений. Он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, в связи с чем перепутал дверь квартиры. В тот вечер у ФИО6 была с собой сумка через плечо, которая лежала в пакете в квартире Б.Ю.В.. 

В связи с наличием существенных противоречий были оглашены и исследованы показания ФИО1 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого т. 1 л.д. 169-172 о том, что 31.07.2017 года, он совместно со своими ранее знакомыми ФИО7, фамилию его не знает, всю ночь распивали спиртное у Б.Ю.В.. Денежные средства у них закончились, хотелось еще выпить спиртного, он вспомнил, что у него имеется знакомая К., 

<

данные изъяты> Он сказал Андрею и Роману, что у К. возможно взять денег и показал им ключ от ее квартиры. Данный ключ летом 2017 года он нашел на улице рядом с К. которая в состоянии алкогольного опьянения лежала на земле, оставил его себе, так как решил, что ключ от ее квартиры. Не позднее 07 часов 01.08.2017 года, он, ФИО6 и Андрей пошли к дому К. поднялись сразу на третий этаж, все находились в алкогольном опьянении, он увидел дверь, думал, что квартиры К., понимал, что она ему ничего не должна, и в квартиру ни он, ни ФИО6 и Андрей не должны самостоятельно заходить, с трудом открыл ключом замок двери, так как тот немного заедал, дверь открылась, он, ФИО6 и Андрей вошли в квартиру, в коридоре увидели незнакомую женщину, он понял сразу, что это не К.. Андрей, либо ФИО6 толкнули женщину в квартиру, а он сразу прошел в комнаты, где стал искать что – либо ценное. В комнате, на компьютерном столе он взял ноутбук, затем он взял сотовый телефон в корпусе черного цвета, сенсорный, слышал, что женщина сильно кричала. Он быстро вышел из комнаты с похищенным ноутбуком и сотовым телефоном, и, проходя через зал, сказал ФИО6 и Андрею идти, но что делали последние, не заметил. Он точно не помнит, кто открывал двери, когда они выходили. Втроем они пошли к Б.Ю.В., он нес ноутбук и сотовый телефон, начали переговариваться о том, куда возможно сбыть ноутбук и сотовый телефон, и решили, что их возьмет себе Андрей, а ему и ФИО6 отдаст деньги в размере 1500 рублей. После этого похищенные вещи Андрей унес себе домой, им отдал 1500 рублей, которые они потратили на спиртное. Он понимал и осознавал, что в квартиру 

<

данные изъяты>, где проживала ранее не знакомая женщина, ему, Андрею и ФИО6 нельзя было заходить, указанная женщина им ничего не должна. Он осознавал, что он, Андрей и ФИО6 действуют совместно и согласованно и совершают преступление, их действия очевидны для женщины. 

Из оглашенных показаний ФИО1 в качестве обвиняемого т. 2 л.д. 1-6, 106-109, т. 3 л.д. 62-65 следует, что вину в предъявленном обвинении по факту разбойного нападения на Н.Т.С. он признает частично. 1 августа 2017 года он совместно со своими знакомыми ФИО10 и ФИО2 договорились на кражу имущества его знакомой К.М., 

<

данные изъяты> ключи от квартиры которой у него имелись. Когда они пришли к квартире К. он подошел к одной из дверей на третьем этаже, он забыл какая дверь в квартире К. открыл ключом дверь, который подошел, и они все вошли в квартиру. В коридор квартиры вышла незнакомая ему женщина, которая стала кричать. ФИО2 ее толкнул, ФИО6 закрыл дверь, проход в комнаты освободился, и он прошел в дальнюю комнату, где стал искать что-нибудь ценное. В комнате он взял ноутбук и сенсорный телефон, с которыми пошел на выход. Когда он искал вещи, слышал крики женщины. Когда он проходил мимо Н., то рядом с ней находились ФИО2 и ФИО6, потерпевшая кричала и звала на помощь. Он сказал им выходить, сам вышел в коридор, где не смог открыть дверь, так как ручка двери была сломана. Он с банкетки взял ключи и открыл ими дверь, при этом ключи забрал себе, а ключи, которыми открывал дверь, при входе утерял. На улице они решили, что похищенные ноутбук и телефон заберет себе ФИО2, а им отдаст деньги в сумме 1500 рублей. Деньги у ФИО2 забрал ФИО6, на часть из них он купил спиртное. Нападать на кого-либо они не договаривались, вместе шли на кражу, которую предложил совершить он (ФИО8). Он осознавал, когда брал вещи в квартире, что его действия очевидны для потерпевшей, поскольку она их всех видела. Когда они вошли в квартиру, он понимал, что они втроем действуют группой, договорившись заранее на кражу. Он Н. не толкал, не душил и не бил, не требовал от нее передачи ее имущества и не угрожал убийством и не собирался этого делать, он хотел лишь что-нибудь похитить из ее квартиры. Когда он звал парней к К., то хотел либо занять денег на спиртное, либо похитить что-нибудь. За несколько дней до преступления он показывал ключи ФИО6, говорил, что в квартире женщины можно будет что-нибудь похитить, если им понадобятся деньги, ФИО6 был не против этого. 

В ходе проверки показаний на месте ФИО1 указал квартиру потерпевшей Н.Т.С., в которую он с ФИО2 и ФИО6 проникли 1 августа 2017 года, после чего похитили имущество ( т. 1 л.д. 223-227). 

После оглашения показаний подсудимый ФИО1 подтвердил их частично, пояснил, что он не договаривался с ФИО6 и ФИО2 на совершение кражи, ключи ФИО2 и ФИО6 у подъезда не показывал, не подтверждает, что ФИО6 или ФИО2 толкнули потерпевшую, показания в качестве подозреваемого давал, находясь спохмелья, протокол допроса не читал, защитника при допросе не было. Он не помнит, что говорил как ФИО6 или ФИО2 толкнули потерпевшую и кто-то сбил последнюю с ног, он это не видел. Остальные показания читал частично, следователь его убедила, что в показаниях все нормально, и он подписал протоколы. Явку с повинной писал в состоянии алкогольного опьянения, обстоятельства, изложенные в ней не сообщал. В остальной части показания подтвердил. 

Подсудимый ФИО2 вину в предъявленном обвинении не признал и в судебном заседании показал, что в ночь с 31 июля 2017 года до утра он распивал спиртное с ФИО6 и ФИО8 в квартире Б.Ю.В. 

<

данные изъяты>. С ФИО6 и ФИО8 он познакомился в этот день. Утром деньги закончились, около 6 часов Чеботарев предложил ему и ФИО6 сходить с ним за компанию к его знакомой женщине по имени М., у которой взять деньги в долг, адрес не называл, пояснял, что она проживает недалеко. До этого в ходе разговора ФИО8 сказал, что состоит с ней в интимной связи. Также у ФИО8 были ключи от квартиры М.. Они втроем вышли из подъезда, направились к дому женщины, ни о чем не договаривались, зашли в подъезд пятиэтажного дома, в районе Вокзала 

<

данные изъяты> поднялись на 3 этаж, ФИО8 открыл дверь ключом, зашел в квартиру и пригласил его и ФИО6, они вошли. В межкомнатном проеме в зал он увидел потерпевшую, которая начала что-то говорить, удивилась их приходу, ФИО8 ее перебил, пошел к ней, после чего он увидел, что потерпевшая сидела на спинке дивана, как там оказалась, не знает, ФИО8 стоял возле нее. Он предположил, что ФИО8 ее толкнул, сам прошел в дальнюю комнату и сразу из нее вышел в зал, где на полу увидел лежащую на спине потерпевшую, около которой стоял ФИО6 и никаких действий в отношении потерпевшей не предпринимал. В квартире ФИО8 не пояснял, что потерпевшая не М.. ФИО8 находился в другой комнате, из которой в зал кинул подушку, которая упала на лицо потерпевшей. Он подошел, приподнял край подушки, потерпевшая увидела его лицо, он осознал все обстоятельства, вышел в коридор квартиры, следом за ним вышел ФИО6 и ФИО8, который отдал ему сотовый телефон «Флай», кому он принадлежал, не знает, и начал открывать дверь квартиры, не мог ее открыть, женщина вышла в коридор, говорила им уходить, он стоял ближе всех к ней, затем ФИО8 удалось открыть дверь и они все вышли из квартиры, где он на лестничной площадке отдал обратно телефон ФИО8. Затем они пошли в парк, на лавочке он увидел у ФИО8 ноутбук, понял, что произошла кража, ФИО8 не знал, как поступить с ноутбуком, он (ФИО2) предложил отдать ему 1500 рублей, телефон и ноутбук оставить себе, тот согласился. Он занес к себе домой вещи, взял деньги, ФИО8 сказал, что на них нужно купить спиртное. Они сходили в магазин, по дороге разговаривали с ФИО6 как вернуть вещи потерпевшей. Вещи он вернуть не успел, поскольку на следующий день утром его задержали сотрудники полиции. Второго телефона он не видел. Впоследствии ФИО8 сказал, что они попали не в ту квартиру, к двери подошли ключи. Он не видел, чтобы кто-либо наносил удары потерпевшей, никто подушкой потерпевшую не душил, он не высказывал потерпевшей требования и угрозы. Потерпевшая его оговаривает, причин для оговора назвать не может. Явку с повинной он писал по диктовку следователя в присутствии оперативного сотрудника, обстоятельства, изложенные в явке, не подтверждает. Кроме того, в кабинете оперативного сотрудника до проведения опознания его фотографировала следователь К. полагает, для того, чтобы предъявить потерпевшей. Во время опознания потерпевшая сразу не могла его узнать, его попросили снять кепку, он снял, потерпевшая опознала его по пигментным пятнам на лбу, хотя в квартире на нем была надета кепка. 

В связи с наличием существенных противоречий были оглашены и исследованы показания ФИО2 в ходе предварительного следствия т. 2 л.д. 16-22, согласно которым последний показал, что с 31 июля 2017 года на 1 августа 2017 года он находился у ФИО1, где распивали спиртное. 1 августа 2017 года около 6 часов Чеботарев предложил сходить к его знакомой, с которой состоит в интимной связи, и взять у нее деньги. Как они будут их брать, никто не договаривался, так как у ФИО8 были ключи от данной квартиры, он хотел зайти сам и взять деньги. Он полагал, что ФИО8 должен был либо занять деньги, либо сам их взять. Когда они подошли к квартире, расположенной на третьем этаже, дверь в квартиру потерпевшей открыл ФИО8. В коридоре он ( ФИО2) увидел женщину в возрасте. Первым в квартиру вошел ФИО8, затем он и ФИО6. ФИО8 толкнул женщину, она упала на пол или диван, после чего высказал требование передачи ему денег и золота. Он полагал, что ФИО8 общается со своей знакомой, при этом что делала и говорила женщина, он не видел и не слышал, так как прошел в дальнюю комнату. Через некоторое время он вышел из комнаты, увидел, что ФИО8 бросил на лицо женщины подушку, которая кричала и звала на помощь. ФИО6 придавил подушкой женщину, которая продолжала кричать и звать на помощь уже приглушенно. Он подошел к ФИО6, сказал ему, чтобы тот не задушил женщину и приподнял край подушки в результате чего женщина его увидела. Затем он пошел в коридор, позвал за собой ФИО6, затем в коридор подошел ФИО8. ФИО8 начал открывать дверь и подал ему сотовый телефон, который мешал. Он полагал, что телефон принадлежит ФИО8. Кроме того, Чеботарев прижимал к себе какой-то предмет, под одеждой или нет, он не рассмотрел. Когда они пытались открыть двери, то в коридор вышла женщина, и ФИО6 закрыл лицо футболкой, задрав ее на себя. После этого они вышли на улицу, где из-под кофты ФИО8 достал ноутбук. Он предложил ФИО8 купить похищенные ноутбук и телефон за 1500 рублей, на что ФИО8 согласился, посоветовавшись с ФИО6. Он занес похищенные ноутбук и телефон домой, и вынес 2000 рублей. Они сходили в магазин, где приобрели спиртного, себе он забрал 500 рублей, а остальные деньги отдал ФИО3 Он взял себе ноутбук и телефон, так как понимал, что их нужно вернуть обратно потерпевшей, что он и намеревался сделать. 

После оглашения показаний ФИО2 показания в части того, что он видел, как ФИО8 толкнул потерпевшую, не подтвердил. Не знает, почему показал, что женщина кричала и звала на помощь. До допроса от следователя он слышал, что кто-то давил подушкой потерпевшую, предположил, что это ФИО6. О том, что ФИО8 требовал деньги и золото, сказал со слов сотрудников полиции. Он знакомился с показаниями, почему не внес замечания, не знает. 

Подсудимый ФИО3 вину в совершении преступления не признал и в судебном заседании показал о том, что 31 июля 2017 года около 19-20 часов он встретился с ФИО8, они купили спиртное и пошли к Б.Ю.В., где стали его распивать. Через некоторое время к ним пришли ФИО2 с женой, они вместе продолжили распивать спиртное. Около 24-1 часа они спустились в квартиру ФИО2, через некоторое время Б.Ю.В. ушла к себе домой, жена ФИО2 легла спать. Под утро ФИО8 ушел к Б.Ю.В.. Он и ФИО2 вышли покурить на улицу к подъезду, он находился в состоянии алкогольного опьянения больше среднего, ФИО8 также вышел к ним. Поскольку у них закончились деньги на спиртное, Чеботарев предложил занять деньги у его знакомой, не говорил, что у него имеются ключи от ее квартиры, они согласились, около 7 часов пошли к дому, ФИО8 открыл ключом от домофона дверь в подъезд, они поднялись на 3 этаж, ФИО8 вставил ключ в дверной замок, открыл дверь, они вошли в квартиру, он вошел последним и прикрыл дверь. В коридоре в дверном проеме в зал стояла потерпевшая, Чеботарев продвинулся к ней, ФИО2 остался стоять перед ним в коридоре. Из-за спины ФИО2 ему не было видно, что происходит в зале с ФИО8. Возможно, между ФИО8 и потерпевшей был какой-то диалог. Затем он услышал, как Чеботарев попросил подержать или помочь, он и ФИО2 вошли в зал, он увидел, что потерпевшая лежит возле дивана, Чеботарев присел около нее и держал подушку на лице потерпевшей, потом отпустил ее, а он скинул подушку с лица. Он и ФИО2 сразу пошли к выходу из квартиры, пытались открыть дверь, но она не открывалась, не видел, чтобы ФИО2 приподнимал край подушки, не видел, что в квартире делал ФИО8. Затем он (ФИО8) подошел к ним в коридор, передал ФИО2 в руки сотовый телефон черного цвета, в это время в коридор вышла потерпевшая, он закрыл лицо рубашкой, после этого ФИО8 открыл ключом дверь и они вышли на улицу, 

<

данные изъяты>. По дороге Чеботарев показал ноутбук, стало понятно, что совершено преступление, ФИО2 забрал у ФИО8 ноутбук и сотовый телефон, занес их себе домой, вынес 2000 рублей, они купили спиртное, после чего он и ФИО2 начали обсуждать, как вернуть вещи потерпевшей. Затем они поднялись к Б.Ю.В., приехал знакомый ФИО2- Г., ФИО8 и Б.Ю.В. ушли в полицию, после этого ФИО2 с женой ушли к себе домой, он и Г. пошли к его (ФИО6) отцу, он вспомнил, что забыл в квартире Б.Ю.В. пакет с контейнерами, пришел за ним и его задержали сотрудники полиции. Он не применял насилие к потерпевшей, не высказывал требования отдать деньги и золото, не видел, чтобы ФИО2 и Чеботарев применяли насилие, за исключением применения Чеботаревым подушки, не слышал, чтобы ФИО8 и ФИО2 высказывали требование передать золото и деньги. Он не слышал, чтобы потерпевшая кричала, находился в шоке. О совершении кражи они не договаривались, он ничего из квартиры не похищал. Барсетку, в которой были обнаружены и изъяты ключи, он на время брал у ФИО8, 20-25 июля 2017 года вернул ее, оставил пустую в квартире Б.Ю.В., больше в нее ничего не складывал. Явку с повинной писал в алкогольном опьянении, под диктовку оперативного сотрудника, намеревался позвонить сестре, чтобы та нашла адвоката, но ему не разрешили. 

В связи с наличием существенных противоречий были оглашены и исследованы показания ФИО3 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого т. 1 л.д. 199-202 согласно которым 31.07.2017 года, он совместно со своими ранее знакомыми 

<

данные изъяты>, фамилии их не знает, знаком с ними около двух месяцев, распивали спиртное у подруги Павла – Ю.

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> Распивали спиртное всю ночь, под утро денежные средства на спиртное у них заканчивались, Павел сказал, что на спиртное нужны еще деньги. Он (ФИО6) сказал, что не знает где взять деньги, на что Павел ответил, что знает где их взять и пояснил, что у него есть ключи от квартиры в которой проживает его знакомая. Павел предложил ему и Андрею пойти в эту квартиру и взять оттуда денежные средства на спиртное. Он думал, что между знакомой и Павлом интимные отношения и договоренность относительно денег. Не позднее 07 часов 00 минут 01.08.2017 года он, Павел и Андрей пошли к дому, расположенному в районе ТЦ «Модный», точный адрес не знает, номер подъезда не помнит. Поднялись на третий этаж, на лестничной площадке горел свет. Павел достал из кармана ключ, вставил его в замок двери, расположенной с правой стороны от лестницы, открыл замок, и они вошли в квартиру. Павел заходил первым, за ним вошел Андрей, он заходил последний. Когда они вошли, в коридоре увидели ранее незнакомую женщину. Кто-то из впереди стоящих парней ее оттолкнул внутрь квартиры, кто именно это сделал, не видел, после чего Павел сказал ей отдавать деньги и золото. Женщина закричала, кто-то из парней сказал ему закрыть входную дверь для того, чтобы в подъезде ничего было не слышно. Он закрыл входную дверь, после чего Павел с Андреем прошли в квартиру, а он остался в коридоре. Он услышал, как женщина начала кричать и тоже вошел в комнату, где увидел, что женщина лежит на полу и Андрей держит на ее лице подушку и душит ее. Павел в это время ходил по всей квартире. Андрей попросил его помочь и отошел от женщины. Он наклонился над женщиной, на лице которой была подушка, ему стало страшно, он осознал, что происходит, взял подушку и отбросил ее с лица женщины, после чего побежал в сторону выхода из квартиры, закричал парням уходить. Следом за ним к входной двери прибежал Андрей, за ним выбежал Павел. У Павла в руках что-то было, что именно он не видел. Они начали пытаться открыть входную дверь, но дверь не открывалась. Павел где-то нашел ключи от двери и открыл им дверь, после чего они выбежали в подъезд и на улицу. После этого они направились к Ю.. По дороге у парней в руках он увидел сотовый телефон и ноутбук. Придя домой к Ю., они опять продолжили распивать спиртное, которое приобретал Андрей. После этого, он ушел к своему отцу, а парни остались у Ю.. Куда делись похищенные из квартиры вещи, не знает, скорее всего, их забрал себе А.. Он осознал, что они совместно совершают преступление в тот момент, когда кто-то из парней толкнул женщину в комнату и она закричала. Также он понимал, что их действия были очевидны для женщины, которая была сильно испугана и кричала. 

После оглашения показаний подсудимый ФИО3 показал, что при допросе он находился в алкогольном опьянении, ничего не сообщал, показания были напечатаны, защитника не было, он подписал протокол. 

Несмотря на позицию подсудимых их вина в совершенном преступлении подтверждается совокупностью представленных суду доказательств: 

Показаниями потерпевшей Н.Т.С., данными в судебном заседании о том, что 1 августа 2017 года в начале 8 часов она услышала громкий разговор соседки К., которая стояла на улице на углу дома. Ее сын Н.А.А. вышел из квартиры. Через пять минут она услышала, что кто-то поворачивает ключ в двери, подумала, что вернулся сын, в это время открылась настежь входная дверь, в квартиру ворвались подсудимые, она в это время шла из зала к входной двери. ФИО2 находился в центре, ФИО8 и ФИО6 по бокам. К ней подбежал ФИО2, толкнул ее руками в грудь, сказал отдавать деньги и золото, она упала в зале на диван, затем ФИО2 столкнул ее руками с дивана на пол, она упала на левый бок, начала кричать, ФИО2 сказал ей молчать, иначе угрожал убить, взял подушку, всем телом навалился на нее, положил подушку на лицо и начал душить. Подушку ФИО2 не убирал около 10 минут, она задыхалась, кричала, затем он немного отпустил подушку, появился доступ воздуха. Она увидела, что ФИО2, ФИО8 и ФИО6 побежали к входной двери, не могли ее открыть, затем она поднялась, подошла поближе к выходу, на банкетке в коридоре лежали ключи от двери, они открыли дверь и выбежали с ключами. После этого она обнаружила отсутствие в квартире своего сотового телефона, телефона и ноутбука, принадлежащих сыну. Она не видела, кто забрал эти вещи, однако осознавала, что ФИО2, ФИО8 и ФИО6 совершают хищение, поскольку у кого-то из подсудимых под одеждой что-то находилось. С оценкой телефона согласна. Впоследствии у нее изъяли замок, забрали три ключа. Ключ, которым изначально открыли дверь, подсудимые бросили в прихожей, она выдала его, а также ключ домофона и основу от ключа домофона, которые находились на одной связке. Телесные повреждения у нее образовались вследствие действий ФИО2. Она ощущала физическую боль, поскольку ФИО2 давил на нее. Угрозу убийством восприняла реально. В момент нападения у подсудимого ФИО2 она заметила татуировки на руках. До опознания фотографию ФИО2 ей никто из сотрудников полиции не предъявлял.

В ходе очной ставки с подозреваемым ФИО2 потерпевшая Н.Т.С. подтвердила свои показания ( т.2 л.д. 82-85). 

Показаниями потерпевшего Н.А.А., данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в связи с тем, что в результате принятых мер установить место нахождения потерпевшего для вызова в судебное заседание не представилось возможным т. 1 л.д. 217-220, т. 3 л.д. 23-24, согласно которым 01 августа 2017 года он вышел из дома около 06 часов 30 минут, взял чай, который выпил на лавке около подъезда и пошел по делам. В этот день он распивал спиртное, был доставлен в отдел полиции ОП «Восточный» МУ МВД России «Бийское», где от сотрудников узнал, что на его мать Н.Т.С. совершено разбойное нападение в утреннее время 01.08.2017 года после 07 часов, и похищено имущество, в том числе и его. Впоследствии со слов матери ему известно, что в квартиру ворвались трое неизвестных, один из которых начал требовать деньги и золото, толкнул ее в зал, она упала, после чего мужчина начал душить ее подушкой. Он видел у матери синяки на руках, лице, у нее болели ребра правого бока, правое ухо и голова. Из квартиры похищены принадлежащие ему ноутбук марки «Аcer», сотовый телефон марки «FLy» с картой памяти и двумя сим – картами. С заключением судебной товароведческой экспертизы он согласен, похищенный сотовый телефон оценивает в 1821 рубль, ноутбук марки «Acer ES1-531 N15W4» в 10374 рубля, карту памяти оценивает в 389 рублей, сим-карты не представляют ценности. Причиненный ущерб в размере 12584 рубля является значительным. 

Показаниями свидетеля Ш.Д.К., данными в судебном заседании о том, что в начале августа 2017 года он оказывал помощь в раскрытии грабежа, совершенного в отношении потерпевшей Н. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>. Была получена информация о причастности к преступлению ФИО6 и ФИО8. После этого ФИО6 был доставлен в служебный кабинет, в ходе беседы ФИО6 сообщил о совершенном преступлении в отношении Н., изъявил желание написать явку с повинной, он разъяснил ФИО6 права, ст. 51 Конституции РФ и составил протокол, который ФИО6 без оказания какого-либо давления, заполнил, при этом не выражал желание иметь защитника. 

Показаниями свидетеля Б.Ю.В., данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в связи с наличием существенных противоречий т. 2 л.д. 127-129 о том, что 31 июля 2017 года вечером в ее квартире, она с ФИО1, ФИО10, ФИО2 и сожительницей последнего К.Л.М. распивали спиртное, после чего она ушла спать. Около 9 часов она проснулась, Андрей, Роман и Павел находились у нее дома, распивали спиртное, где последние были в ночное время, она не знает. После этого она с ФИО8 ушла на допрос к следователю, когда вернулись около 13 часов, дома уже никого не было. Около 15 часов приехали сотрудники полиции и забрали ФИО8. Около 17 часов к ней домой пришел ФИО10, который стал спрашивать о местонахождении Павла. Она ему сказала, что его забрали сотрудники полиции, через некоторое время к ней снова приехали сотрудники полиции и забрали ФИО6. При этом ФИО6 оставил у нее свою барсетку и пакет с вещами. 2 августа 2017 года в ее квартире сотрудники полиции провели обыск, в ходе которого в барсетке ФИО6 были найдены ключи, которые были изъяты. Впоследствии от ФИО10 ей стало известно, что они ограбили бабушку и забрали ноутбук и сотовый телефон. Она отдала Роману барсетку и пакет с вещами. В июне 2017 года они с ФИО1 шли по улице, увидели лежащую у погреба К.М., в состоянии алкогольного опьянения, которую проводили до квартиры 

<

данные изъяты>. В квартире они распивали спиртное, после чего она ушла домой, через некоторое время пришел Павел, который сказал, что захлопнул дверь квартиры К. ключи не показывал. 

После оглашения показаний свидетель Б.Ю.В. пояснила, что давала показания следователю, они соответствуют действительности, в настоящее время она не помнит часть событий, протокол допроса подписывала, однако не читала. 

Показаниями свидетеля К.Л.М., данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в связи с наличием существенных противоречий т. 2 л.д. 124-125 о том, что 31 июля 2017 года около 23 часов она с Андреем пришли в гости к Ю. 

<

данные изъяты>, где находился ФИО1 и ФИО10, которые распивали спиртное. Они стали вместе распивать спиртное, после чего она ушла спать домой. Около 9 часов 01 августа 2017 года она проснулась, увидела, что Андрея нет дома, пошла в квартиру Ю., где находились Андрей, Павел, Роман и Ю. с ребенком. Мужчины распивали спиртное, через некоторое время Павел и Ю. ушли в полицию, она с Андреем пошла домой, где тот показал ей ноутбук и сотовый телефон и рассказал, что в утреннее время 01 августа 2017 года Павел позвал их сходить к его знакомой, где он собирался взять или похитить деньги. Парни согласились сходить с Павлом, пришли в квартиру, где находилась бабушка, Павел пошел по комнатам квартиры, взял ноутбук и телефон, а Роман стал душить бабушку подушкой. Затем, когда Павел забрал ноутбук и телефон, они вышли на улицу. На улице он забрал у Павла телефон и ноутбук, а Роману и Павлу отдал деньги в сумме 1500 рублей, на которые они приобрели спиртное и продолжили распивать. 2 августа 2017 года к ним приехали сотрудники полиции, Андрей выдал похищенные ноутбук и сотовый телефон. 

После оглашения показаний свидетель К.Л.М. пояснила, что показания подписала не читая, происхождение ноутбука ей не известно, телефон она не видела. 

Показаниями свидетеля Ш.Г.П., данными в ходе предварительного следствия оглашенными в связи с отказом от дачи показаний, т. 3 л.д. 1-3 согласно которым ФИО2, ФИО10 и ФИО1 ему знакомы. 1 августа 2017 года в ночное время ему позвонили парни, позвали в гости, утром он приехал на такси к сожительнице ФИО8, где он с парнями и девушками Ю. и К.Л.М. распили спиртное, после чего Андрей и К.Л.М. ушли к себе домой, Павел и Ю. ушли в полицию на допрос, он с Романом ушли к отцу последнего. В вечернее время приехали сотрудники полиции, которые доставили его в отдел, где ему стало известно, что парни похитили у пожилой женщины ноутбук и телефон. Впоследствии в начале сентября 2017 года от Романа ему стало известно, что по указанию Павла они пошли к знакомой пожилой женщине, перепутали квартиру, где повалили женщину на пол и забрали ноутбук и телефон. 

После оглашения показаний свидетель Ш.Г.П. показания не подтвердил, пояснил, что ФИО6 не рассказывал ему о случившемся, он не давал показания, его допрашивали в состоянии алкогольного опьянения, протокол допроса читал, там было написано много лишнего, однако он его подписал, торопился уйти. 

Свидетели В.Н.С., К.Ю.А., С.Ю.С. в судебном заседании показали, что проводили предварительное расследование по делу, допрашивали подсудимых в присутствии защитников, а также ряд свидетелей. Показания допрашиваемых лиц фиксировались со слов последних, участвующие лица знакомились с показаниями и подписывали протоколы. Никто из допрашиваемых лиц не находился в состоянии алкогольного опьянения. Кроме того, свидетель К.Ю.А. показала, что она не присутствовала при принятии явки с повинной у ФИО2 и не фотографировала его. 

Свидетель П.И.С. в судебном заседании показал, что принимал явки с повинной от ФИО2 и ФИО8, которые самостоятельно изложили обстоятельства в протоколах, находились в адекватном состоянии. При этом он разъяснял право не свидетельствовать против себя, право воспользоваться помощью защитника, которым никто не воспользовался. Следователя при принятии явки с повинной у ФИО2 в кабинете не было. 

Кроме изложенных показаний вина подсудимых подтверждается письменными доказательствами:

- заявлением Н.Т.С. в котором она просит привлечь к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые 1 августа 2017 года в 7 часов 20 минут ворвались в ее квартиру, начали душить, требовали деньги и золото, похитили имущество ( т. 1 л.д. 7);

-протоколом осмотра места происшествия 

<

данные изъяты>. (т. 1 л.д. 8-16);

-протоколом осмотра места происшествия 

<

данные изъяты>. (т. 1 л.д. 17-20);

- заключением эксперта, в соответствии с выводами которого часть следов рук, пригодна для идентификации и оставлена не Н.Т.С., а другими лицами ( т. 1 л.д. 43-49); 

- протоколом явки с повинной ФИО3, 

<

данные изъяты> ( т. 1 л.д. 82-83);

- протоколом явки с повинной ФИО1, 

<

данные изъяты> ( т. 1 л.д. 87);

- протоколом явки с повинной ФИО2, 

<

данные изъяты> ( т. 1 л.д. 92);

-заключением судебно-медицинской экспертизы №2123 от 02 августа 2017 года, согласно которой у Н.Т.С. обнаружены телесные повреждения: участок кровоподтеков (4) правого предплечья, участок (1) внутрикожных кровоизлияний (3) области нижней челюсти справа, внутрикожные кровоизлияния правой скуловой области лица (1), правого плеча (1), кровоподтек правого плеча (1), ссадина лба слева (1). Данные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому относятся к не причинившим вреда здоровью телесным повреждениям ( т. 1 л.д. 116-117); 

-протоколом предъявления лица для опознания, в ходе которого потерпевшая Н.Т.С.. опознала ФИО2 как мужчину, который с двумя другими мужчинами около 07 часов 30 минут 01.08.2017 года зашел в ее квартиру, толкнул ее и после того, как она упала, стал душить подушкой. Опознала его по пигментным пятнам на лице, татуировкам на руках, по лицу и голосу ( т. 1 л.д. 128-131);

-протоколом предъявления лица для опознания, в ходе которого потерпевшая Н.Т.С. опознала ФИО1, который в числе трех человек 1 августа 2017 года около 7 часов 15 минут ворвались в ее квартиру, забрали сотовые телефоны и ноутбук. ФИО1 ей ничего не говорил, не требовал, бегал и искал по квартире. (т. 1 л.д. 160-163);

-протоколом предъявления лица для опознания, в ходе которого потерпевшая Н.Т.С. опознала ФИО3, который с двумя другими мужчинами около 07 часов 15 минут 01.08.2017 года ворвался в ее квартиру, после чего они забрали два телефона и ноутбук (т. 1 л.д. 191-194);

-протоколом выемки, в ходе которой у подозреваемого ФИО2 изъяты сотовый телефон марки «Fly IQ4414 Quad» в корпусе черного цвета, ноутбук марки «Acer ES1-531 N15W4» (т. 1 л.д. 140-141);

-протоколом обыска 

<

данные изъяты> (т. 1 л.д. 184-186);

- протоколом выемки, согласно которому у потерпевшей Н.Т.С. изъяты дверной замок, два ключа от замка, связка ключей, состоящая из дверного ключа, ключа домофона, основы ключа домофона ( т. 1 л.д. 212-214);

-протоколом осмотра предметов и постановлением о признании и приобщении в качестве вещественных доказательств, в ходе которых осмотрены и приобщены: сотовый телефон марки «Fly IQ4414 Quad», ноутбук марки «Acer ES1-531 N15W4», упаковочная коробка от сотового телефона марки «Samsung SM-B310E»; гарантийный талон, кассовый чек от 20.10.2016 года, упаковочная коробка от ноутбука марки «Acer ES1-531 N15W4» (т. 2 л.д. 25-29,30);

-заключением эксперта, согласно которого рыночная стоимость с учетом износа на момент хищения сотового телефона марки «Samsung SM-B310E» составляет 846 рублей; сотового телефона «Fly IQ4414 Quad» 1821 рубль, ноутбука марки «Acer ES1-531 N15W4» 10374 рубля, карты памяти «Микро СД» объемом 16 ГБ 389 рублей (т. 2 л.д. 40-43);

- протоколом выемки, в ходе которой ФИО3 выдал рубашку, в которой находился в квартире потерпевшей Н.Т.С. ( т. 2 л.д. 99);

- заключением эксперта, 

<

данные изъяты>. ( т. 2 л.д. 174-175);

-заключением эксперта, согласно которого след ладони руки на дактилоскопической пленке оставлен ладонной поверхностью правой руки гр. ФИО1 

<

данные изъяты>. (т. 2 л.д. 202-204);

-протоколом осмотра предметов и постановлением о признании и приобщении в качестве вещественных доказательств, согласно которым осмотрены и приобщены 30 дактилопленок, дактокарта на имя ФИО1, подушка, восемь ключей и замок. (т. 3 л.д. 14-16,17);

- протоколом освидетельствования ФИО2, в ходе которого зафиксировано наличие у последнего татуировок на внутренней части предплечья левой руки и на кисти правой руки ( т. 3 л.д. 31-36);

- протоколом освидетельствования ФИО1, согласно которому зафиксировано наличие у последнего татуировок на предплечье левой руки ( т. 3 л.д.38-43);

-протоколом очной ставки 

<

данные изъяты> ( т. 2 л.д. 245-249);

-протоколом очной ставки между ФИО2 и ФИО1, в ходе которой ФИО1 подтвердил свои показания, изложенные выше, ФИО2 с показаниями ФИО8 не согласился, настаивал на своих показаниях ( т. 3 л.д. 44-49);

- протоколом очной ставки между свидетелем Ш.Д.К. и обвиняемым ФИО3 в ходе которой Ш.Д.К. показал о том, что он принимал явку с повинной от ФИО3 без оказания давления, которую последний писал собственноручно, он разъяснял права, предусмотренные ст. 51 Конституции РФ и право на помощь защитника. ФИО3 с показаниями свидетеля не согласился ( т. 3 л.д. 83-86). 

Показания в судебном заседании свидетелей Б.Ю.В., К.Л.М., Ш.Г.П. о том, что они не знакомились с показаниями в ходе предварительного следствия, свидетеля К.Л.М. о том, что происхождение ноутбука ей не известно, она не видела телефон у ФИО2, свидетеля Ш.Г.П. о том, что его допрос производился в состоянии алкогольного опьянения и он не пояснял о событиях, ставших известными со слов ФИО6, суд считает недостоверными, поскольку протоколы допроса свидетелями прочитаны лично, замечаний к протоколу не поступило, о чем имеется подпись свидетелей. Кроме того, указанные показания опровергнуты показаниями свидетеля В.Н.С., которая показала, что допрос свидетелей производился с соблюдением требований Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. В связи с чем суд расценивает показания свидетелей Б.Ю.В. и Ш.Г.П. как желание помочь своим знакомым, а К.Л.М., как желание помочь ФИО2, с которым она состоит в фактических брачных отношениях, избежать уголовной ответственности за совершенное преступление и принимает за основу их показания в ходе предварительного следствия. 

Показания потерпевших Н.Т.С., Н.А.А. и свидетелей, приведенные выше, суд признает достоверными, считает необходимым положить их в основу обвинительного приговора, поскольку они последовательны, не содержат существенных противоречий, подтверждаются другими доказательствами по делу.

Показания подсудимых ФИО2 и ФИО3 о непричастности к совершенному преступлению, показания подсудимого ФИО2 о том, что ФИО8, войдя в квартиру толкнул Н.Т.С. и потребовал деньги и золото, после чего ФИО3 душил ее подушкой, показания подсудимого ФИО1 о том, что находясь в квартире, он решил похитить имущество Н.Т.С., которое забрал тайно и не видел, как в отношении потерпевшей применялось насилие, показания подсудимого ФИО3 о том, что Чеботарев потребовал у потерпевшей отдать деньги и золото, затем держал на лице потерпевшей подушку, а также показания подсудимых об отсутствии предварительного сговора на совершение преступления, суд признает недостоверными, поскольку они опровергаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе показаниями потерпевшей Н.Т.А., которая последовательно утверждала о применении к ней насилия ФИО2, который требовал отдать деньги и золото и угрожал убийством, в результате действий подсудимых она осознавала, что последние похищают имущество из ее квартиры, заключением судебно-медицинской экспертизы, установившей характер, степень тяжести и механизм образования телесных повреждений обнаруженных у потерпевшей, показаниями свидетелей и другими письменными доказательствами приведенными выше, а также собственными показаниями ФИО1 в ходе предварительного расследования о том, что он предложил ФИО2 и ФИО6 совершить преступление, на что последние дали свое согласие, находясь в квартире Н.Т.С., он осознавал, что их действия очевидны для потерпевшей и забрал имущество, после чего все втроем вышли из квартиры, часть похищенного забрал ФИО2 

В судебном заседании не установлено оснований для оговора подсудимых потерпевшими и свидетелями, до совершения преступления потерпевшие с подсудимыми знакомы не были, в связи с чем, у суда не имеется оснований не доверять их показаниям. Кроме того, показания допрошенных лиц согласуются с письменными доказательствами по делу. 

Показания подсудимого ФИО2 о том, что явку с повинной он писал под диктовку следователя; подсудимого ФИО1 о том, что показания в качестве подозреваемого он давал после употребления алкоголя, в отсутствие защитника и не читал протокол допроса, остальные показания читал не полностью, поскольку следователь убедила, что в протоколах допроса все соответствует действительности, протокол явки с повинной писал в состоянии алкогольного опьянения; показания подсудимого ФИО3 о том, что при допросе в качестве подозреваемого он находился в алкогольном опьянении, показания не давал, защитник при допросе не присутствовал, явку с повинной писал также в алкогольном опьянении и под диктовку оперативного сотрудника, судом проверены, опровергаются показаниями допрошенных свидетелей, проводивших предварительное расследование и свидетелей, осуществляющих оперативное сопровождение по делу – С.Ю.С., К.Ю.А., В.Н.С., Ш.Д.К. и П.И.С., оснований не доверять которым у суда не имеется. 

Более того, протоколы допросов ФИО2, ФИО1, ФИО3 подписаны последними и их защитниками, каких-либо замечаний по окончании допроса от участвующих лиц не поступило, при этом допрашиваемым лицам было разъяснено, что их показания могут быть использованы в качестве доказательства по делу, даже в случае последующего отказа от этих показаний. 

Протоколы явок с повинной ФИО2, ФИО1 и ФИО3, несмотря на тот факт, что последние отказались от своих показаний, изложенных в протоколах, суд признает допустимыми доказательствами по делу, поскольку в судебном заседании лица, принимавшие явку с повинной у подсудимых – свидетели Ш.Д.К. и П.И.С., показали, что перед составлением протокола ФИО2, ФИО1 и ФИО3 разъяснялось право не свидетельствовать против себя, а также право воспользоваться помощью защитника, указанным правом никто не воспользовался, после чего каждый из подсудимых собственноручно написал явку с повинной. Оснований не доверять в указанной части показаниям названных свидетелей у суда не имеется, доказательств обратного стороной защиты не представлено. 

Показания подсудимого ФИО2 и аналогичные доводы защиты относительно предъявления до опознания потерпевшей Н.Т.С. фотографии ФИО2 являются предположением и опровергаются показаниями потерпевшей Н.Т.С. и свидетеля К.Ю.А., согласно которым ФИО2 никто не фотографировал и не предъявлял до проведения следственного действия потерпевшей. 

Показания подсудимого ФИО2 и аналогичные доводы защиты о том, что потерпевшая изначально не могла его опознать, а впоследствии узнала по пигментным пятнам на лбу, тогда как в квартире Н.Т.С. он находился в кепке, суд признает не соответствующими действительности, поскольку согласно протоколу предъявления лица для опознания потерпевшая Н.Т.С. среди других признаков уверенно опознана ФИО2 по пигментным пятнам не на лбу, а на лице. 

Учитывая изложенное, суд расценивает показания подсудимых в названной части как избранный ими способ защиты и принимает за основу их показания в ходе предварительного следствия и судебном заседании в той части, в которой они подтверждены и не опровергнуты другими доказательствами по делу. 

Разрешая вопрос о стоимости похищенного сотового телефона «Samsung SM-B310E», суд считает необходимым при его оценке принять за основу заключение товароведческой экспертизы, поскольку стоимость телефона определялась экспертом при исследовании рынка продаж новых аналогичных объектов. Экспертиза проведена квалифицированным экспертом, заключение эксперта соответствует требованиям ст. 204 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в нем подробно приведены все расчеты по определению стоимости объекта с учетом его физического и морального износа, комплектности, все выводы экспертом мотивированы, указан список использованной литературы. В связи с чем, суд считает необходимым уменьшить в предъявленном обвинении стоимость телефона в соответствии с заключением эксперта до 846 рублей. 

Доводы защиты о признании протокола очной ставки между свидетелем (оперуполномоченным) Ш.Д.К. и ФИО3 недопустимым доказательством, суд находит частично обоснованными по следующим основаниям. 

В соответствии с ч.2 ст. 192 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации при проведении очной ставки допрашиваемым лицам предлагается поочередно дать показания. 

По смыслу закона (п. 1 ч. 2 ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) и в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 6 февраля 2004 года N 44-О, сотрудники правоохранительных органов, осуществлявших оперативное сопровождение дела могут быть допрошены только по обстоятельствам производства отдельных следственных и иных процессуальных действий. 

Приведенные положения уголовно-процессуального закона не дают оснований рассматривать их как позволяющие суду допрашивать дознавателя, следователя и иных причастных к раскрытию и расследованию дела лиц, о содержании показаний и пояснений, данных в ходе досудебного производства подозреваемым или обвиняемым, и как допускающие возможность восстановления содержания этих показаний вопреки закрепленному в п. 1 ч. 2 ст. 75 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации правилу, согласно которому показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде, относятся к недопустимым.

Таким образом, вышеприведенное толкование положений уголовно-процессуального закона, данное Конституционным Судом РФ, напрямую связано с запретом восполнения ранее данных показаний виновного лица путем допроса о сути этих показаний сотрудников правоохранительных органов.

Следовательно, в случае отсутствия признаков восполнения показаний подозреваемого (обвиняемого) лица, данных им на стадии досудебного производства по делу, безусловный запрет на использование показаний дознавателя, следователя или сотрудника оперативных служб об обстоятельствах, ставших им известными с его слов, означал бы нарушение одного из основных конституционно закрепленных принципов уголовного судопроизводства - состязательности и равноправия сторон, предоставляющего, в том числе, и стороне обвинения, и стороне защиты равные права по предоставлению доказательств.

Согласно протоколу очной ставки свидетель (оперуполномоченный) Ш.Д.К. давал показания, в том числе и об обстоятельствах, ставших ему известными со слов подозреваемого ФИО10 Указанные обстоятельства ФИО3 ни в ходе предварительного следствия, ни в судебном заседании в присутствии защитника не подтвердил, в связи с чем показания свидетеля Ш.Д.К. в названной части являются недопустимым доказательством. 

Вместе с тем, поскольку протокол очной ставки ( т. 3 л.д. 83-86) составлен уполномоченным должностным лицом при проведении предварительного следствия и с соблюдением требований ст. 192 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд признает его допустимым доказательством, за исключением показаний свидетеля Ш.Д.К. в части обстоятельств, ставших ему известными со слов ФИО3 

Кроме того, в судебном заседании стороной обвинения не представлено совокупности доказательств о применении подсудимым ФИО3 к потерпевшей Н.Т.С. предмета (подушки) и насилия, опасного для жизни и здоровья. 

Так, потерпевшая Н.Т.С. на предварительном следствии и в судебном заседании последовательно утверждала о применении к ней насилия подсудимым ФИО2 По версии подсудимого ФИО2 на предварительном следствии, ФИО1 толкнул Н.Т.С., ФИО3 придавил подушкой потерпевшую, он насилия к ней не применял. Подсудимый ФИО1 в судебном заседании пояснял, что не видел, как ФИО2 и ФИО6 совершали какие-либо действия в отношении потерпевшей, на предварительном следствии показал, что ФИО2 толкнул Н.Т.С., больше никаких действий не видел. Подсудимый ФИО3 в судебном заседании показывал, что насилие в отношении потерпевшей применял ФИО1, а в ходе предварительного следствия давал показания о применении насилия и удушения потерпевшей подушкой ФИО2 

Таким образом, с учетом того, что за основу приговора суд принял показания потерпевшей Н.Т.С., учитывая наличие существенных противоречий между показаниями подсудимых в части фактических обстоятельств преступления, отсутствия достаточной совокупности доказательств, подтверждающих применение подсудимым ФИО3 насилия, опасного для жизни и здоровья, суд считает необходимым исключить из объема обвинения применение подсудимым ФИО3 подушки и насилия, опасного для жизни и здоровья в отношении потерпевшей Н.Т.С. 

Давая юридическую квалификацию действий подсудимых, суд отмечает, что согласно п. 14.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации « О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» ( далее по тексту- Постановление) в тех случаях, когда группа лиц предварительно договорилась о совершении кражи чужого имущества, но кто-либо из соисполнителей вышел за пределы состоявшегося сговора, совершив действия, подлежащие правовой оценке как грабеж или разбой, содеянное им следует квалифицировать по соответствующим пунктам и частям статей 161, 162 УК РФ. Если другие члены преступной группы продолжили свое участие в преступлении, воспользовавшись примененным соисполнителем насилием, либо угрозой его применения для завладения имуществом потерпевшего или удержания этого имущества, они также несут уголовную ответственность за грабеж или разбой группой лиц по предварительному сговору с соответствующими квалифицирующими признаками.

В судебном заседании установлено, что подсудимые договорились о совершении кражи чужого имущества, с указанной целью проникли в квартиру потерпевшей Н.Т.С., после чего, обнаружив в ней последнюю, ФИО2 вышел за пределы достигнутой договоренности и напал на потерпевшую Н.Т.С., применив к ней насилие опасное для жизни и здоровья, подушкой осуществлял удушение потерпевшей, удерживал ее на полу и угрожал применением насилия опасного для жизни и здоровья, а ФИО1 и ФИО3, воспользовавшись указанными обстоятельствами, продолжили совершать хищение имущества потерпевших Н.Т.С. и Н.А.А., с которым впоследствии все вместе скрылись с места преступления. 

Учитывая, что во время нападения подсудимый ФИО3 находился рядом с ФИО2 и потерпевшей, с учетом расположения комнат в квартире, поскольку ФИО2 внезапно, сразу после проникновения в квартиру, в зале напал на потерпевшую, а подсудимый ФИО1 прошел через зал в комнату, где обнаружил и забрал имущество, действия ФИО2 не могли быть неочевидны как для ФИО3, так и для ФИО1 Впоследствии имущество потерпевшего Н.А.А., которое забрал ФИО1, оставил себе подсудимый ФИО2, сотовый телефон Н.Т.С. подсудимый ФИО3 намеревался спрятать на балконе квартиры Б.Ю.В. и подарить последней, ключи, похищенные из квартиры потерпевшей Н.Т.С., обнаружены и изъяты в сумке ФИО3 

При этом суд отмечает, что ошибка подсудимых в личности потерпевшей, не влияет на квалификацию их действий. 

Учитывая изложенное, анализируя и оценивая приведенные доказательства, суд считает, что место, время, способ и обстоятельства совершенного подсудимыми преступления достоверно установлены приведенными доказательствами, которые являются относимыми, допустимыми, достоверными, согласующимися между собой, а в своей совокупности достаточными для постановления обвинительного приговора, и квалифицирует действия подсудимых ФИО1, ФИО2 и ФИО3:

- по ч.3 ст.162 Уголовного кодекса Российской Федерации, как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, совершенный с незаконным проникновением в жилище. 

Согласно абз.3 п. 21 Постановления нападение с целью завладения имуществом, совершенное с применением насилия, опасного для жизни или здоровья следует квалифицировать насилие, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни и здоровья.

В судебном заседании установлено, что потерпевшей Н.Т.С. были причинены телесные повреждения, которые не причинили вреда здоровью. Вместе с тем, с учетом характера действий подсудимого ФИО2, который своим телом удерживал потерпевшую Н.Т.С. лежавшую на полу, при этом придавил к лицу подушку, ограничивая доступ воздуха, вследствие чего она стала задыхаться, указанное насилие создавало реальную опасность для жизни и здоровья потерпевшей. 

Суд считает установленным наличие в действиях подсудимых квалифицирующего признака разбойного нападения с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, поскольку в судебном заседании установлено, что подсудимый ФИО2 в момент совершения разбойного нападения угрожал ей убийством. Указанную угрозу потерпевшая в момент нападения, с учетом окружающей обстановки и поведения подсудимых, их численного и физического превосходства восприняла реально. 

Факт предварительного сговора на совершение преступления подтверждается тем, что подсудимые, которые нуждались в денежных средствах для приобретения алкоголя, по предложению ФИО1 договорились совершить хищение имущества из квартиры его знакомой К.М., которая проживает в соседней с потерпевшей Н.Т.С. квартире, после чего, совместно и согласованно, используя имеющийся у ФИО1 ключ, открыли дверь квартиры потерпевшей Н.Т.С. и совершили разбойное нападение. О наличии предварительной договоренности на совершение преступления свидетельствует и характер действий подсудимых в квартире потерпевшей, после проникновения в которую ФИО2 сразу напал на потерпевшую, ФИО1 начал осматривать квартиру и подыскивать имущество, которое возможно похитить, а ФИО3 находился рядом с ФИО2 и наблюдал за окружающей обстановкой, препятствуя доступу посторонних лиц в квартиру, в момент завладения имуществом. 

По смыслу закона под предметами, используемыми в качестве оружия, могут быть различные орудия хозяйственного, производственного и бытового назначения, которыми можно причинить вред здоровью или смерть. 

С учетом обстоятельств, при которых применялась подушка, удушения ею потерпевшей, вследствие чего могла наступить ее смерть, суд считает установленным в действиях подсудимых квалифицирующего признака разбоя, совершенного с применением предметов, используемых в качестве оружия. Подушка в ходе предварительного следствия изъята, осмотрена и приобщена в качестве вещественного доказательства по делу. 

Факт незаконного проникновения подсудимых в жилище Н.Т.С. подтверждается, тем, что они незаконно, против воли потерпевшей, с целью хищения проникли в ее квартиру и завладели имуществом. 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты> 

В силу ст. 6 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. 

В соответствии с ч.2 ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. 

При назначении наказания подсудимым суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимых, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей. 

Кроме того, при определении подсудимым размера наказания, суд учитывает характер и степень фактического участия каждого из них в совершении преступления. 

Суд учитывает, что ФИО1 ранее судим, ФИО2 и ФИО3 судимостей не имеют, трудоустроены, каждый из подсудимых совершил умышленное особо тяжкое преступление, ФИО1 в период погашения судимости, ФИО1 характеризуется по месту содержания под стражей- удовлетворительно, заместителем начальника ОУУП и ПДН ОП «Восточный» как лицо в отношении, которого установлен административный надзор –отрицательно, по месту жительства от соседей и по месту прежней работы ФИО2 характеризуется положительно, участковым уполномоченным полиции –удовлетворительно, ФИО3 по месту жительства от участкового уполномоченного характеризуется отрицательно, по месту жительства соседями и по месту прохождения военной службы- положительно, 

<

данные изъяты>

В качестве смягчающих обстоятельств ФИО2 суд признает и учитывает явку с повинной, возмещение имущественного ущерба, причиненного в результате преступления потерпевшему Н.А.А., выразившееся в выдаче похищенного имущества и его возвращении собственнику, состояние здоровья близких родственников подсудимого. 

В качестве смягчающих обстоятельств ФИО1 суд признает и учитывает явку с повинной, частичное признание вины, состояние здоровья подсудимого и его близких родственников, наличие инвалидности его отца. 

В качестве смягчающих обстоятельств ФИО3 суд признает и учитывает явку с повинной, состояние здоровья его близких родственников и состояние беременности Л.Н.С.

Оснований для признания иных обстоятельств, прямо не предусмотренных ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, в качестве смягчающих наказание каждому из подсудимых, суд не усматривает.

В качестве отягчающего обстоятельства каждому из подсудимых, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности подсудимых- суд признает и учитывает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, которое подтверждается показаниями свидетелей и не оспаривается подсудимыми, поскольку совершение преступления было вызвано необходимостью денежных средств для приобретения алкоголя, в результате алкогольного опьянения подсудимый ФИО1 открыл дверь квартиры не своей знакомой К.М., а потерпевшей Н.Т.С., и считает, что состояние опьянения сняло с подсудимых самоконтроль и способствовало совершению преступления. 

Кроме того, отягчающим обстоятельством ФИО1 суд признает и учитывает рецидив преступлений, который образуется наличием судимости по приговору от 20 января 2014 года, в связи с чем, наказание ему назначается с учетом требований ч.2 ст.68 Уголовного кодекса Российской Федерации о сроке и размере наказания при рецидиве преступлений. 

С учетом обстоятельств совершенного преступления, характера и степени его общественной опасности, данных о личности подсудимых, наличия смягчающих и отягчающих обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей, суд считает необходимым назначить подсудимым наказание, предусматривающее реальное лишение свободы, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания и не находит оснований для применения условного осуждения, предусмотренного ст.73 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, имущественного положения осужденных и их семей, отсутствия исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, оснований для применения к подсудимым положений ст.64 Уголовного кодекса Российской Федерации, как и оснований для назначения дополнительных наказаний в виде штрафа и ограничения свободы, суд не усматривает. 

Оснований для назначения ФИО1 наказания с учетом ч.3 ст.68 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не находит. 

При назначении окончательного наказания ФИО1 суд руководствуется правилами назначения наказания, предусмотренными ч. 5 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку в отношении него имеется неисполненный приговор Бийского городского суда Алтайского края от 13 октября 2017 года, преступления по настоящему делу ФИО1 совершил до вынесения указанного приговора. 

В действиях ФИО1 в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 Уголовного кодекса Российской Федерации усматривается опасный рецидив преступлений, он имеет непогашенную судимость за тяжкое преступление, за которое отбывал реальное наказание.

Отбывать наказание подсудимым следует в исправительной колонии строгого режима ( п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации).

Вещественные доказательства по делу: сотовый телефон «Fly», ноутбук «Acer», упаковочную коробку от ноутбука, переданные потерпевшему Н.А.А., упаковочную коробку от сотового телефона марки «Samsung», гарантийный талон, кассовый чек, переданные потерпевшей Н.Т.С., суд считает необходимым оставить у каждого из потерпевших по принадлежности; 30 дактилопленок, дактокарту на имя ФИО1, подушку, восемь ключей и замок, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств МУ МВД России «Бийское», суд считает необходимым уничтожить.

В соответствии с ч.1 ст.132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации процессуальные издержки, понесенные на выплату вознаграждения адвокату, за оказание юридической помощи в ходе предварительного следствия 12397 рублей подлежат взысканию с ФИО1 в доход государства. 

При решении вопроса о взыскании процессуальных издержек суд учитывает, что защитник на предварительном следствии участвовал в порядке ст.50 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, и от услуг которого ФИО1 не отказывался, находится в трудоспособном возрасте, имущественно несостоятелен лишь в настоящее время, осужден к лишению свободы на определенный срок, уголовное дело рассматривалось в общем порядке, соответственно, оснований для полного, либо частичного освобождения его от уплаты процессуальных издержек в судебном заседании не установлено. Кроме того, взыскание процессуальных издержек может быть отсрочено на будущие доходы, в том числе на заработок во время отбывания наказания либо после его отбытия.

Руководствуясь ст.ст. 307-308 и 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л: 

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком СЕМЬ лет ШЕСТЬ месяцев. 

В соответствии с ч.5 ст.69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказания, назначенного по настоящему приговору суда, с наказанием, назначенным ФИО1 по приговору Бийского городского суда Алтайского края от 13 октября 2017 года, назначить ему окончательное наказание в виде ВОСЬМИ лет ШЕСТИ месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком ВОСЕМЬ лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком СЕМЬ лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

Срок наказания ФИО2 и ФИО1 исчислять с 13 июня 2018 года с зачетом в срок наказания период времени содержания под стражей со 2 августа 2017 года по 12 июня 2018 года. 

Меру пресечения осужденным ФИО2 и ФИО1 до вступления приговора в законную силу оставить без изменения в виде заключения под стражу.

Срок наказания ФИО3 исчислять с 13 июня 2018 года. Зачесть ФИО3 в срок наказания период времени содержания под стражей со 2 августа по 4 августа 2017 года. 

Меру пресечения осужденному ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу изменить на заключение под стражу, взять под стражу в зале суда. 

Вещественные доказательства по делу: сотовый телефон «Fly», ноутбук «Acer», упаковочную коробку от ноутбука, переданные потерпевшему Н.А.А., упаковочную коробку от сотового телефона марки «Samsung», гарантийный талон, кассовый чек, переданные потерпевшей Н.Т.С., оставить у каждого из потерпевших по принадлежности; 30 дактилопленок, дактокарту на имя ФИО1, подушку, восемь ключей и замок, хранящиеся в комнате хранения вещественных доказательств МУ МВД России «Бийское», уничтожить.

Взыскать с осужденного ФИО1 процессуальные издержки, понесенные на выплату вознаграждения адвокату в размере 12397 рублей в доход государства. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок - со дня вручения копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Осужденный вправе знакомиться с протоколом судебного заседания по его письменному ходатайству, которое должно быть подано не позднее трех суток со дня окончания судебного заседания и подавать на него письменные замечания в течение трех суток со дня ознакомления с протоколом судебного заседания.

В случае принесения апелляционной жалобы или апелляционного представления, затрагивающих интересы осужденного, осужденный вправе подать свои возражения в письменном виде и иметь возможность участвовать в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен также указать в своих возражениях в письменном виде.

Судья И.А. Боцан