Дело № 1-497/2019

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Калининград 18 декабря 2019 года

Ленинградский районный суд в составе:

председательствующего судьи Муценберг Н.А.,

при секретаре Стрелец О.А.,

с участием государственных обвинителей Терещенко И.Ю., Бедризова А.Г., Пономарёвой К.А., 

подсудимого С.

его защитника – адвоката Лобаса М.М.,

потерпевшей Р. 

рассмотрел в открытом судебном заседании в общем порядке уголовное дело по обвинению

С., родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, зарегистрированного и проживающего по адресу: 

<

адрес>, имеющего среднее образование, женатого, на иждивении имеющего несовершеннолетнего ребёнка, не работающего, не военнообязанного, не судимого, содержащегося под домашним арестом с 18.04.2019,

в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 УК Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

С. совершил преступления против жизни и здоровья при следующих обстоятельствах.

В период времени с 21.30 часов до 22.10 часов ДД.ММ.ГГГГ С. с ранее знакомым У.., вблизи 

<

адрес>, совместно распивали спиртные напитки. В процессе распития спиртных напитков между последними произошла ссора, в ходе которой у С.., находившегося в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений, возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью У. опасного для жизни последнего.

Во исполнение преступного намерения, С. в указанный выше промежуток времени, находясь в указанном выше месте, действуя умышленно, с целью причинения У. тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, приискал на месте происшествия, металлическую трубу и, используя её в качестве оружия совершения преступления, нанес ею ФИО6 не менее одного удара в область передней поверхности левой половины груди, причинив последнему закрытую тупую травму груди, сопровождавшуюся ушибом жизненно важной рефлексогенной зоны тела и повлекшей за собой рефлекторную остановку сердечной деятельности, что по признаку опасности для жизни квалифицируется как тяжкий вред здоровью. 

В результате указанных действий С. направленных на умышленное причинение У.. тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни, на месте происшествия наступила смерть последнего, наступление которой С.., при необходимой внимательности и предусмотрительности, должен был и мог предвидеть. 

Подсудимый С. судебном заседании по существу предъявленного обвинения пояснил, что не отрицает своей вины в причинении У. удара металлической трубой в область передней части грудной клетки, но он не желал наступление смерти У. В содеянном, он искренне раскаивается, очень сожалеет о гибели своего лучшего друга, просит назначить ему наказание не связанное с лишением свободы. 

Аналогичную позицию С. изложил 17.04.2019 на досудебной стадии производства при проведении проверки показаний на месте, что зафиксировано в соответствующем протоколе (т.1 л.д. 165-179).

Вина подсудимого установлена доказательствами, предоставленными сторонами обвинения и защиты, которые судом исследованы и оценены. 

Из показаний потерпевшей Р.. – сестры У. усматривается, что об обстоятельствах смерти брата узнала от И., с которой брат состоял в фактических брачных отношениях. Со слов последней знает, что ДД.ММ.ГГГГ брат отмечал свой день рождение у С. В ходе празднования, между братом и С. произошел конфликт из-за И.. В результате конфликта С. нанес брату один удар трубой в область туловища. Гибель брата для неё является невосполнимой утратой, просит взыскать с С. компенсацию морального вреда в сумме 600 000 рублей. Вместе с тем, она просит С. строго не наказывать, так как С. погибший были как братья, случившееся - нелепая случайность. С. и его близкие оказали ей материальную помощь при погребении брата и организации поминок. 

Из показаний свидетеля И. усматривается, что вечером ДД.ММ.ГГГГ она и У.. пришли домой к С. чтобы, в кругу семьи последнего, отметить день рождение У. Она, родители С. и его супруга с дочерью находились в квартире родителей С. а У. и С. - в гараже, расположенном вблизи дома родителей С. (

<

адрес> Собираясь домой, она пошла за У. в этот гараж. В гараже У. и С. были одни, общались между собой. Она села на стул и стала ждать У. Неожиданно, С. стал требовать, чтобы она покинула помещение гаража, а У. против этого возражал. На этой почве, между ними завязалась потасовка, в ходе которой они стали бороться, но удары друг другу они не наносили. Затем они прекратили борьбу и ей показалось, что конфликтная ситуация разрешилась, но С. взял со стола стеклянную бутылку из-под водки, разбил ее и горлышко кинул в её сторону, попал ей в плечо, от боли она заплакала. У. стал выяснять, почему она плачет. С. стал просить у неё прощение и выбежал из гаража. У. направляясь за С. вышел на улицу и пошел в сторону припаркованного автомобиля. Она вышла за У. В этот момент С. выбежав из-за машины с металлической трубой в руках, подбежал к У. и нанес тому один удар этой трубой в район туловища слева. От удара У.. упал на землю, схватил себя за живот и стал «мычать». Она подбежала к У. пыталась оказать ему помощь. Затем она побежала в дом за матерью С. Е. Когда она и мать С. подошли к У. последний лежал на спине и «хрипел». Е. вызвала скорую помощь, которая по приезду констатировала смерть У. 

Из показаний в судебном заседании свидетелей К., К.., С.. - сотрудников полиции ОР ППСП ОМВД России по Ленинградскому району г. Калининграда усматривается, что по прибытии на место происшествия обнаружили сотрудников скорой помощи, которые оказывали медицинскую помощь пострадавшему. При выяснении обстоятельств произошедшего, со слов Е. стало известно, что ее сын - С.. подрался с пострадавшим. С. был доставлен в ОМВД России по Ленинградскому району для дальнейшего разбирательства, а приехавшие сотрудники СОГа стали осматривать место происшествия.

Кроме того, свидетель С. пояснил, что С., который находился в состоянии алкогольного опьянения и плакал, пояснил ему С. что конфликт между ним и пострадавшим произошел из-за девушки. В ходе драки он (С. нашел на месте трубу и нанес ею удар потерпевшему, после которого тот упал на землю и не вставал.

Кроме того вина установлена совокупностью письменных и вещественных доказательств:

- протоколом осмотра ДД.ММ.ГГГГ места происшествия - участка местности вблизи 

<

адрес>, где был обнаружен труп У. в ходе которого была изъята металлическая труба, серого цвета, длинной 97,5 см, в диаметре 77 мм (т.1 л.д. 50-61);

- протоколом осмотра ДД.ММ.ГГГГ изъятого ДД.ММ.ГГГГ с места происшествия, орудия преступления - металлической трубы (т.2 л.д. 42-46); 

- заключением судебно-медицинской экспертизы 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно выводам которой, на трупе У. обнаружены следующие телесные повреждения: закрытая тупая травма груди с косогоризонтальным кровоподтеком продолговатой формы (размеры кровоподтека 14x4 см. на передней поверхности левой половины груди в области сердца с кровоизлиянием в подлежащую подкожную жировую клетчатку, очаговым кровоизлиянием в мягкие ткани переднего средостения в проекции сердца, очагом ушиба верхней доли левого легкого в виде кровоизлияний под легочную плевру и в ткань легкого, ушибом сердца в виде точечных и мелкоочаговых кровоизлияний под эпикард в области передней и задней поверхностей сердца.

Непосредственной причиной смерти гр-на У. явилась рефлекторная остановка сердечной деятельности, обусловленная механической (тупой) травмой груди (области сердца), которая относится к жизненно важной рефлексогенной зоне тела. Основанием для такого вывода служат следующие данные: обнаружение при исследовании трупа закрытой тупой травмы груди с кровоподтеком на передней поверхности левой половины груди в области сердца с кровоизлиянием в подлежащую подкожную жировую клетчатку, очаговым кровоизлиянием в мягкие ткани переднего средостения в проекции сердца, очагом ушиба верхней доли левого легкого в виде кровоизлияний под легочную плевру и в ткань легкого, ушибом сердца в виде точечных и мелкоочаговых кровоизлияний под эпикард в области передней и задней поверхностей сердца; клиническая картина умирания (по данным материалов дела) - после нанесения удара пострадавший упал на землю, схватил себя за живот, кричал «живот, живот», потом стал «мычать» и «хрипел», а затем перестал говорить и умер в ближайшие минуты после удара; патоморфологические признаки, обнаруженные при макро- и микроскопическом исследовании внутренних органов трупа, - неравномерность кровенаполнения миокарда с паретическим расширением вен и спазмом многих интрамуральных артерий, очаговой фрагментацией мышечных волокон сердца идиапедезными кровоизлияниями в отечную строму миокарда с расстройством микрогемоциркуляции мышцы сердца, полнокровие внутренних органов, жидкое состояние крови.

Учитывая характер, морфометрические особенности и локализацию вышеуказанных повреждений, обнаруженных при исследовании трупа гр-на У.., они могли образоваться в результате одного сильного удара в область передней поверхности левой половины груди пострадавшего каким-либо твердым тупым предметом продолговатой формы, возможно, металлической трубой.

Морфологические особенности повреждений (их внешний вид, а так же данные микроскопического исследования поврежденных тканей, при котором выявлен спазм кровеносных сосудов и отек поврежденных тканей при отсутствии клеточной реакции) свидетельствуют о том, что они были причинены незадолго до наступления смерти, а после их причинения пострадавший жил непродолжительное время, исчислявшееся минутами.

Обнаруженная при исследовании трупа закрытая тупая травма груди, сопровождавшаяся ушибом жизненно важной рефлексогенной зоны тела и повлекшая за собой рефлекторную остановку сердечной деятельности, по признаку опасности для жизни квалифицируется как ТЯЖКИЙ ВРЕД здоровью и состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти (т. 2 л.д. 5-23).

Из показаний потерпевшей Р., свидетелей И.., К.., К. С., Е.., Е., Г.., Е. между С.. и У. были отношения как у братьев, конфликтов между ними не было и то, что произошло ДД.ММ.ГГГГ - нелепая случайность.

При решении вопроса о направленности умысла С. суд исходит из совокупности всех обстоятельств содеянного последним, учитывает, в том числе: способ и орудие преступления; характер и локализацию телесного повреждения; предшествующее преступлению поведение подсудимого и потерпевшего, характер их взаимоотношений. 

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что в действиях подсудимого состояния необходимой обороны или же превышения пределов таковой не имеется, поскольку со стороны У. по отношению к С. посягательств, направленных на применение насилия, опасного для его жизни или непосредственной угрозы применения такого насилия, не имелось. В момент нанесения С. удара, У. реальной угрозы для последнего не представлял, что подтвердила в судебном заседании очевидец - свидетель И. 

Довод подсудимого, что он взял трубу и нанес ею удар У.., так как испугался возможного насилия со стороны У., не нашел своего подтверждения.

Совокупность вышеизложенных доказательств позволяет суду прийти к выводу о достоверности показаний свидетеля И. об обстоятельствах, при которых С. с применением предмета, используемого в качестве оружия - металлической трубы умышленно причинил У. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни, повлекший по неосторожности его смерть.

Каких-либо причин для оговора со стороны свидетеля И. 

либо её заинтересованности в исходе дела, судом не установлено. 

Показания свидетеля И.. полностью согласуются с иными собранными по делу доказательствами. 

Так, исходя из фактических обстоятельств совершения преступления, суд приходит к выводу, что на почве возникшего конфликта, С. приискав на месте происшествия металлическую трубу, умышленно причинил ею У. закрытую тупую травму груди, сопровождавшуюся ушибом жизненно важной рефлексогенной зоны тела и повлекшей за собой рефлекторную остановку сердечной деятельности, приведшую к его смерти.

Согласно статье 27 УК Российской Федерации, если в результате совершения умышленного преступления причиняются тяжкие последствия, которые по закону влекут более строгое наказание и которые не охватывались умыслом лица, уголовная ответственность за такие последствия наступает в случае, если лицо не предвидело, но должно было и могло предвидеть возможность наступления этих последствий.

На основании оценки совокупности исследованных доказательств, изложенных выше в приговоре, суд приходит к выводу, что последние свидетельствуют о прямом умысле С. на причинение У.. тяжкого вреда здоровью при одновременном наличии у С.. вины в форме неосторожности по отношению к смерти У. возможность наступления которой от своих действий С. должен был и мог предвидеть.

При изложенном, судом действия подсудимого С. квалифицируются по части 4 статьи 111 УК Российской Федерации, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

По заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов стационарной комплексной психолого-психиатрические экспертизы № 32 от 23.09.2019 - С, в период инкриминируемого деяния не страдал и не страдает в настоящее время хроническими психическими расстройствами или иным болезненным состоянием психики, а обнаруживает клинические признаки органического расстройства личности и поведения в связи с дисфункцией головного мозга (органическая псевдопсихопатическая личность). Указанные изменения психики не лишают способности С. осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в настоящее время. В период времени относящийся к инкриминируемому ему деянию С. признаков какого-либо временного психического расстройства не обнаруживал, а находился в выше описанном состоянии со стороны психической деятельности, отягощенном простым (обычным) алкогольным опьянением (т. 2 л.д. 36-40).

При определении вида и размера наказания суд исходит из положений статей 43, 60, правил части 1 статьи 62 УК Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, в том числе обстоятельства, смягчающие его наказание, возраст, состояние его здоровья, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. 

Подсудимый свидетелями к. к.., с.., е. е. г., е. г. б.. по месту жительства, в быту характеризуется положительно. 

Подсудимый ранее ни в чём предосудительном замечен не был.

Суд, при назначении наказания учитывает и иные данные, характеризующие личность с..

Так, в период обучения в МАОУ СОШ 

<

данные изъяты> с. с 2006 по 2012 годы неоднократно награждался дипломами, грамотами, благодарственными письмами, сертификатами за участие и занятие призовых мест в проводимых внутри школьных и областных соревнованиях, международных игровых конкурсов.

В газете «Стана Калининград» 

<

данные изъяты> в статье «В котловане едва не утонул ребенок» отмечается, что «11 летний Саша (с. первым забил тревогу, вызвал скорую и взрослых». 

Свидетель Г. подтвердила в судебном заседании, что благодаря оперативности подсудимого был спасен её 7 летний сын.

Подсудимый С. молод, ранее не судим, в содеянном раскаялся, активно способствовал расследованию преступления, о чём свидетельствует протокол проверки показаний на месте (т.1л.д.165-179), добровольно возместил имущественный ущерб и частично компенсировал моральный вред, причиненный в результате преступления, принял иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшей (принес извинение сестре погибшего и его девушке), имеет на иждивении несовершеннолетнего ребёнка.

Указанные обстоятельства судом признаются смягчающими наказание.

Обстоятельств отягчающих наказание, предусмотренных статьей 63 УК Российской Федерации судом не установлено. 

Исходя из фактических обстоятельств совершения преступления, судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью и поведением подсудимого во время и после совершения преступления, существенно уменьшающих степень общественной опасности, то есть оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую, в соответствии с частью 6 статьи 15 УК Российской Федерации не имется. Оснований применения положений статей 64, 73 УК Российской Федерации суд также не усматривает.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности преступления, суд пришел к выводу о невозможности исправления С. без изоляции от общества, в связи с чем назначает ему наказание в виде реального лишения свободы.

В соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 58 УК Российской Федерации отбывание лишения свободы назначить С. в исправительной колонии строгого режима.

Для обеспечения исполнения приговора, меру пресечения в виде домашнего ареста С.., изменить на содержание под стражей. 

При разрешении заявленного потерпевшей Р. иска о компенсации морального вреда, суд исходит из положений пункта 1 статьи 1064, части 2 статьи 151 и статьи 1101 ГК Российской Федерации, пункта 32 (абзац 4) Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина».

С учетом критериев оценки размера компенсации морального вреда, руководствуясь принципами разумности, справедливости и соразмерности, суд определяет размер компенсации морального вреда в сумме 600 000 рублей.

При определении указанного размера компенсации морального вреда суд исходил из характера нравственных страданий, связанных с гибелью брата и невосполнимостью этой утраты для потерпевшей.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешается судом исходя из положений статей 81,82 УПК Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 296-310 УПК Российской Федерации, суд

ПРИГОВОРИЛ:

С. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 4 статьи 111 УК Российской Федерации и назначить наказание в виде 4 (четырех) лет лишения свободы с отбыванием в ИК строгого режима.

Меру пресечения в виде домашнего ареста изменить на заключение под стражу.

Под стражу взять в зале суда. 

Срок наказания исчислить со дня вступления приговора в законную силу.

Время содержания под домашним арестом с 18 апреля 2019 года до 18.12.2019, исходя из положений пункта 3.4. статьи 72 УК Российской Федерации засчитать в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Время содержания под стражей с 18.12.2019 до дня вступления приговора в законную силу, зачесть, с учетом положений пункта «а» части 3.1 статьи 72 УК Российской Федерации, из расчета один день за один день, в срок отбытия наказания в ИК строгого режима.

Взыскать с С. в пользу Р. в счет компенсации морального вреда, с учетом добровольно выплаченной суммы, 570 000 рублей.

Вещественные доказательства: металлическую трубу уничтожить.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Калининградского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения через Ленинградский районный суд г. Калининграда, осужденным в этот же срок с момента получения копии приговора с соблюдением требований статьи 312 УПК Российской Федерации.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции.

Судья Н.А. Муценберг