Дело № 2-268/2025 

УИД: 29RS0003-01-2025-000348-61

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 августа 2025 года село Ильинско-Подомское

Вилегодский районный суд Архангельской области в составе

председательствующего Горшковой Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Поморцевой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о защите чести, достоинства, компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском, в обоснование требований которого указала на обращение 24 апреля 2025 года в Вилегодский районный суд ФИО2 и ФИО3 к ФИО1 с заявлением о возмещении судебных расходов и компенсации морального вреда, причиненных уголовным преследованием за совершение преступления по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ и изложила свою позицию по данному заявлению. 

Считает, что факт совершения преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, ФИО14 признали, указали на добросовестное заблуждение при распространении несоответствующих действительности сведений. 

Указывает на совершение ФИО2 преступления, предусмотренного ст. 280.3 УК РФ, однако уголовное дело по данному факту не возбуждено, поскольку последний не привлекался к ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.3.3 КоАП РФ. В этой части дело передано по подведомственности в ОМВД «Котласский» и прекращено производством в связи с истечение срока привлечения к ответственности за правонарушение.

10 сентября 2024 года приговором и.о. мирового судьи судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области ФИО2 и ФИО3 в связи с добросовестным заблуждением оправданы, признаны невиновными в связи с отсутствием в их действиях (распространении клеветы) состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, который судом апелляционной инстанции оставлен без изменения.

Утверждает, что заведомо незаконный оправдательный приговор от 20 августа 2024 года мирового судьи судебного участка № 1 Вилегодского судебного района Архангельской области в отношении ФИО4, принят 10 сентября 2024 года за основу оправдательного приговора исполняющей обязанности мирового судьи судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области в отношении ФИО2 и ФИО3, обвиняемых в совершении преступления по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ в связи с их клеветой 12 октября 2023 года в судебном заседании в Котласском городском суде Архангельской области по гражданскому делу 2-214/2023 по иску ФИО1 к ФИО3 ФИО2, ФИО5, ФИО6 и ООО «Лето» о возмещении стоимости восстановительного ремонта жилого помещения, пострадавшего от заливов, и взыскании компенсации морального вреда.

ФИО2 распространил клевету: «залив квартиры – это дело рук самого истца. Сама история – фарс, а истец не заинтересована в возмещении вреда». Привел пример искусственного создания подтеков – разбрызгивание жидкости пульверизатором и сообщил суду «о заливах квартиры супругом истца ФИО7». 

ФИО1 при попытке предостеречь ФИО2 от уголовной ответственности за клевету в отношении умершего супруга ФИО7, привела факт, что А. Н.И. был ветераном военной службы, офицером-пограничником ФСБ России, заслужил уважение, а не клевету. На это предостережение ФИО2 использованы нынешние взаимоотношения между Россией и Украиной и с целью введения суда в заблуждение и создания негативной характеристики, как личности ФИО1, с заведомой целью занижения оценки в порядке начисления размера компенсации морального вреда за причиненный заливами жилья моральный вред, заведомо оклеветал ФИО7: «будучи пограничником, он охранял границу Украины».

ФИО3 допустила клевету в отношении ФИО7: «были очень сильные заливы квартиры, дважды совершенные мужем В. А., когда он сорвал краны на батареях, тогда был очень сильный залив, это было, когда работала котельная. Снизу прибегали соседи».

Публично распространенная 12 октября 2023 года ФИО2 и ФИО3 клевета в отношении ФИО7 никем не подтверждена.

Признательные объяснения по уголовному делу ФИО4: «я не имел умысла на распространение заведомо ложных сведений, так как добросовестно заблуждался в достоверности сведений, о которых мне стало известно со слов самого ФИО7 о том, что затопление квартиры было недостоверным, мне не было известно» – носят заведомо вымышленный характер, не подтверждают суть распространенной 12 октября 2023 года ФИО2 и ФИО3 клеветы.

Обращает внимание суда на отсутствие доказательств добросовестного заблуждения ФИО2 и ФИО3 при распространении клеветы о совершенных ФИО7 заливах жилого помещения и мест общего пользования в многоквартирном доме 

<

адрес>.

Причиненный вред преступлением и административным правонарушением, выразившийся в душевных, нравственных страданиях, оценивает в 5 000 000 рублей.

Нравственные страдания выразились в упадке сил в связи с очернением клеветой памяти ее умершего супруга и умалении ее достоинства, душевном переживании, что в целом отразилось на работу сердечно-сосудистой системы, вызвало бессонницу, отсутствие аппетита, длительное время не могла принимать пищу.

Просит признать не соответствующими действительности распространенные в отношении ФИО7:

ответчиком ФИО2 сведения следующего содержания: «залив квартиры – это дело рук самого истца. Сама история – фарс, а истец не заинтересована в возмещении вреда»; искусственное создание подтеков – разбрызгивание жидкости пульверизатором и сообщил суду «о заливах квартиры супругом истца ФИО7 и, будучи пограничником, он охранял границу Украины»,

ответчиком ФИО3 сведения следующего содержания: «были очень сильные заливы квартиры, дважды совершенные мужем В. А., когда он сорвал краны на батареях, тогда был очень сильный залив, это было, когда работала котельная... Он дважды еще ее муж, будучи живым, сорвал батарею, и соседи снизу в это время прибегали.. .»;

солидарно взыскать с ответчиков 5 000 000 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, предусмотренным ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, и административным правонарушением, предусмотренным ст. 20.3.3 КоАП РФ, совершенными ФИО2

Истец ФИО1 в ходе разбирательства по делу покинула зал судебного заседания, мотивировав свой уход тем, что в связи с отказом в удовлетворении ее ходатайств об отводе председательствующего по делу и передаче данного дела на рассмотрение в Котласский городской суд Архангельской области не желает принимать участие в настоящем процессе. 

Ответчики ФИО2 и ФИО3, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явились, ходатайствовали о рассмотрении дела без их участия, представили возражения, в которых указали, что вменяемые истцом в вину ответчикам фразы действительно были произнесены последними в судебном заседании 12 октября 2023 года в Котласском городском суде при рассмотрении искового заявления ФИО1 о возмещении ущерба, причиненного заливом квартиры. Вместе с тем, данные выражения не являются сведениями, порочащими честь и достоинство истца, а также ее покойного супруга.

Фразы ФИО3 произнесенные в судебном заседании, относительно ранее происходивших в квартире истца коммунальных аварий произнесены с целью защиты своих прав и интересов, имели прямое отношение к рассматриваемому гражданскому спору, являлись реализацией ФИО3 своего процессуального права на защиту. Сведения, что А. Н.И. когда-то срывал в квартире краны батареи, не носят негативного характера и не имеют никакого отношения к чести и достоинству истца и ее мужа. Никто никогда не обвинял ФИО7 в том, что он сделал это умышленно, так как очевидно, что такие случаи происходят по неосторожности. Сам факт осуществления действий с краном батареи, в результате которых может произойти его срыв, не носит никакой негативной информации о самом лице, осуществляющем эти действия, поскольку закрытие или открытие крана батареи не противоречит никаким нормам морали или права. Это нейтральное действие с точки зрения правовой и нравственной оценки не может быть негативным, тем более, когда речь идет о таком признаке, как сообщение сведений «порочащих честь и достоинство» другого лица. К чести и достоинству человека срыв им кранов батареи не имеет никакого отношения и никак не умаляет указанные понятия.

Кроме того, данные обстоятельства о происходивших коммунальных авариях стали известны ФИО3 от соседа по дому ФИО4 В судебном заседании по уголовному делу ФИО1 не было представлено никаких доказательств, которые подтверждали бы, что вышеупомянутых коммунальных аварий в ее квартире никогда не было. 

Фразы ФИО2 о недобросовестном поведении ФИО1, вменяемые последней ему в вину, переиначены истцом в исковом заявлении. Ни разу в судебном заседании по гражданскому делу от ФИО2 не прозвучало обвинения в адрес ФИО1 о том, что залив квартиры – это ее рук дело. Ответчиком было озвучено, что он допускает возможность появления подтеков на стенах квартиры истца, в том числе в результате ее недобросовестных действий. Реплики ответчика являются его субъективным мнением, оценочным суждение. При этом данные реплики имели непосредственное отношение к предмету спора и были направлены на защиту прав ответчика ФИО2, который также являлся ответчиком по гражданскому делу, в заседании по которому данные реплики и были произнесены. При этом данные оценочные суждения ФИО2 не содержат недопустимых оскорбительных формулировок, соответственно не могут унижать честь и достоинство истца.

Фраза ФИО2 о том, что А. Н.И., будучи пограничником СССР, охранял ее границы, в том числе на территории Украинской ССР, также превратно воспринята и интерпретирована истцом. ФИО2 никогда не утверждал, что А. Н.И. охранял границы суверенного государства Украина после распада СССР, и тем более не утверждал, что А. Н.И. принимал присягу на верность государству Украина. Истец не оспаривает факт, что ее супруг был пограничником СССР, представляла суду соответствующие доказательства при производстве по уголовному делу. Более того, в судебном заседании по гражданскому делу 12 октября 2023 года в Котласском городском суде ФИО1 подтвердила факт того, что они с супругом проживали на территории Украинской ССР, сообщив, что после распада СССР муж не принял присягу новому государству, и они вернулись на территорию РФ. Фраза ФИО2, что А. Н.И. охранял границы советского государства, в том числе на территории Украинской ССР, бывшей неотъемлемой частью СССР, равно как и РСФСР, не является распространением заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство ФИО7 Данная информация не противоречит действительности, не носит порочащего, негативного окраса.

Ответчики считают, что произнесенные ими фразы не являются распространением ложных сведений, порочащих честь, достоинство и репутацию истца и ее покойного супруга, вследствие чего отсутствуют основания для удовлетворения заявленных исковых требований и взыскания компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ), суд счел возможным и определил рассмотреть дело при данной явке.

Судом, в соответствии со статьей 114 ГПК РФ предлагалось лицам, участвующим в деле, представить в суд все имеющиеся у них доказательства по делу, указывалось на последствия непредставления доказательств, а также разъяснялись положения статьи 56 ГПК РФ о том, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исследовав материалы дела, возражения ответчиков, заслушав заключение прокурора, оценив доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к следующему.

Компенсация морального вреда, согласно статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) является одним из способов защиты гражданских прав.

В силу пунктов 1, 2 статьи 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

На основании пункта 1 статьи 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство и деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. 

Согласно пункту 9 статьи 152 ГК РФ гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, вправе наряду с опровержением таких сведений требовать возмещения убытков и морального вреда, причиненных их распространением. 

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» (далее по тексту – постановление Пленума ВС РФ от 24 февраля 2005 года № 3) по делам данной категории необходимо иметь в виду, что обстоятельствами, имеющими в силу статьи 152 ГК РФ значение для дела, которые должны быть определены судьей при принятии искового заявления и подготовке дела к судебному разбирательству, а также в ходе судебного разбирательства, являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом. 

При этом под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. 

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина. 

В соответствии с пунктом 9 названного постановления Пленума ВС РФ от 24 февраля 2005 года № 3, истец обязан доказать факт распространения сведений лицом, к которому предъявлен иск, а также порочащий характер этих сведений. 

В судебном заседании установлено, что в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-214/2023 по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5, ФИО2, ФИО6, ООО «Лето» о возмещении ущерба, причиненного заливами квартиры, взыскании компенсации морального вреда ответчик ФИО3 при обсуждении ходатайства представителя истца ФИО1 – ФИО8 о назначении экспертиз микологической – для установления наличия в квартире истца грибка и медицинской – для установления причины возникновения у истца астмы высказалась: «Ни один доктор не скажет, что заболевание возникло от воды. Истец скрывает, что были заливы мужем ФИО9, когда он сорвал кран отопления и был очень сильный залив квартир. Муж истца, будучи живым, сорвал краны с батареи. Если будет проведена экспертиза, никто не установит от чего и когда это произошло. Дважды у них были заливы». 

Давая пояснения суду относительно исковых требований, ФИО3 сообщила: «… Относительно залива произошедшего 12 ноября 2021 года. В 

<

адрес> был поврежден спусковой кран, вследствие чего произошла разгерметизация системы отопления. Данный факт подтвержден актом осмотра жилого помещения. Ответчик неоднократно обращался к истцу произвести осмотр жилого помещения и в случае обнаружения ущерба урегулировать вопрос о его возмещении. Однако в ответ, истец заявила, что никого в свою квартиру не пустит. В материалы дела представлена аудиозапись разговора. Также истец не пустила в свою квартиру представителя управляющей компании и участкового. Таким образом, истец сознательно уклонилась от фиксации факта залива уполномоченными лицами. Факт залива 12 ноября 2021 года документально не подтвержден. После повреждения спускового крана, были приняты все меры по устранению данной аварии. Фотографии не могут являться допустимым доказательством факта причинения вреда, так как они не отражают ни дату, ни время, ни место съемок. Ответчик допускает, что на фотосъемках пятна – это последствия залива, который является делом рук самого истца».

На вопрос председательствующего по делу считает ли она, что истец сама залила квартиру, ФИО3 пояснила, что допускает, возможно, эти заливы были раньше, они этого не знают.

Из протокола судебного заседания по этому же гражданскому делу следует, что ответчик ФИО2 при даче пояснений по делу указал, в том числе, что создается впечатление, что истец изначально не заинтересован в возмещении вреда. Были намерения возместить ущерб по заливу 12 ноября 2021 года. К истцу ходила жена, просили сходить ФИО10, ходили они вместе с сыном, хотели посмотреть и возместить ущерб, но после того, как прошло уже два года, допускает возможность того, что в результате недобросовестного отношения, можно пульверизатором набрызгать. 

26 февраля 2024 года ФИО1 обратилась к мировому судье судебного участка № 1 Вилегодского судебного района Архангельской области с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 и ФИО3 по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ в порядке частного обвинения. Согласно заявлению ФИО1 в ходе судебного заседания 12 октября 2023 года в Котласском городском суде Архангельской области при рассмотрении гражданского дела № 2-214/2023 по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5, ФИО2, ФИО6, ООО «Лето» о возмещении ущерба, причиненного заливами квартиры, взыскании компенсации морального вреда ФИО3, преследуя цель оклеветать умершего мужа частного обвинителя ФИО7, распространила не соответствующие действительности, заведомо ложные сведения, что в квартире истца ФИО1 дважды совершались заливы, когда ФИО7 срывал краны батареи, снизу прибегали соседи. В этом же судебном заседании ФИО2, преследуя цель оклеветать умершего мужа ФИО1 ФИО7, распространил не соответствующие действительности, заведомо ложные сведения, что залив квартиры – это дело рук самого истца (ФИО1), сама история фарс, а истец не заинтересована в возмещении вреда (привел пример искусственного создания подтеков – разбрызгивание жидкости пульверизатором). Также ФИО2 оклеветал супруга частного обвинителя, что тот, будучи пограничником, охранял границу Украины. 

28 февраля 2024 года указанное выше заявление возвращено ФИО1 с разъяснением права на обращение к мировому судье судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области. Данное постановление мирового судьи судебного участка № 1 Вилегодского судебного района Архангельской области 25 марта 2024 года отменено апелляционной инстанцией Вилегодского районного суда Архангельской области и материалы по заявлению ФИО1 направлены по подсудности мировому судье судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области. 

Приговором мирового судьи, исполняющего обязанности мирового судьи судебного участка № 2 Котласского судебного района Архангельской области, от 10 сентября 2024 года ФИО2 и ФИО3 признаны невиновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, и оправданы на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за отсутствием состава преступления.

Мировой судья, установив, что частным обвинителем вменялось в вину ФИО2, ФИО3 высказывание последними при изложении своей позиции в суде при рассмотрении гражданского дела сведений, которые порочат ее (ФИО1) честь и честь и достоинство умершего супруга ФИО7, после исследования представленных стороной обвинения и принятых судом в качестве допустимых доказательств, пришел к выводу, что 

в данном случае имеет место личное мнение ФИО3, ее оценочное суждение о поступках ФИО7, что не может являться основанием для привлечения подсудимой к уголовной ответственности, поскольку не имеет признака заведомой ложности сообщаемых сведений. Последняя не осознавала ложность сообщаемых ею сведений о фактах и событиях, содержащих негативную информацию об ФИО7, добросовестно заблуждаясь в том, что они соответствуют действительности; 

доводы и предположения, изложенные ФИО2 в объяснении по гражданскому делу, не являются распространением сведений, порочащих честь и достоинство ФИО1, ФИО7, а связаны с осуществлением ФИО2 своего права на защиту, являются его субъективным суждением, что исключает признак заведомой ложности, являющийся обязательным квалифицирующим признаком состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. 

18 декабря 2024 года апелляционной инстанцией Котласского городского суда Архангельской области приговор мирового судьи от 10 сентября 2024 года оставлен без изменения, апелляционные жалобы частного обвинителя и оправданных – без удовлетворения. 

Кассационным постановлением Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 25 марта 2025 года перечисленные выше приговор от 10 сентября 2024 года и апелляционное постановление от 18 декабря 2024 года оставлены без изменения, кассационная жалоба частного обвинителя ФИО1 – без удовлетворения. 

По материалам дела также установлено, что 11 октября 2024 года постановлением следователя по особо важным делам Котласского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета РФ по Архангельской области и НАО по итогу рассмотрения материалов проверки по рапорту старшего помощника прокурора и заявлению ФИО1 о том, что 12 октября 2023 года в судебном заседании Котласского городского суда по гражданскому делу № 2-214/2023 ФИО2 сообщил, что ФИО7, будучи пограничником, «охранял границу Украины», тем самым распространил сведения, направленные на дискредитацию пограничника ФСБ России (КРСП № 1/346 пр-24 от 11 сентября 2024 года), отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 280.3 УК РФ, в отношении ФИО2 по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях последнего состава преступления. 

В рамках указанной выше проверки ФИО2 пояснил, что действительно 12 октября 2023 года в судебном заседании Котласского городского суда Архангельской области по гражданскому делу № 2-214/2023 сообщил, что ФИО7, будучи пограничником, «охранял границу Украины». Этим высказыванием он (ФИО2) не хотел каким-либо образом дискредитировать Вооруженные Силы Российской Федерации, а просто указал на место прохождения ФИО7 военной службы, тем более последний служил в пограничных войсках до 1991 года, когда Украина еще не являлась отдельным государством, и имел в виду Украину как Советскую Социалистическую Республику.

17 октября 2024 года УУП МО МВД «Котласский», рассмотрев КУСП № 16420 от 15 октября 2024 года, отказал в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 20.3.3 КоАП РФ, на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в виду истечения сроков давности привлечения к административной ответственности, о чем в соответствии с ч. 5 ст. 28.1 КоАП РФ вынесено определение. 

Обращаясь в суд с рассматриваемыми требованиями, истец просит взыскать компенсацию морального вреда, причиненного ей ответчиками, указав, что ответчики оклеветали ее и ее умершего супруга, чем причинили моральный вред, который выразился в душевных и нравственных страданиях. 

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 в случае, когда сведения, по поводу которых возник спор, сообщены в ходе рассмотрения другого дела участвовавшими в нем лицами, а также свидетелями в отношении участвовавших в деле лиц, являлись доказательствами по этому делу и были оценены судом при вынесении решения, они не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном статьей 152 ГК РФ, так как нормами ГПК РФ и УПК РФ установлен специальный порядок исследования и оценки таких доказательств. Такое требование, по существу, является требованием о повторной судебной оценке этих сведений, включая переоценку доказательств по ранее рассмотренным делам. 

Участие в судебном заседании, дача объяснений в качестве стороны по делу, по смыслу закона не является распространением сведений, что могло бы повлечь обращение с иском о защите чести, достоинства в порядке статьи 152 ГК РФ.

Как усматривается из настоящего заявления ФИО1, порочащими ее честь, достоинство и деловую репутацию истец считает объяснения ответчиков, данные в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-214/2023 по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5, ФИО2, ФИО6, ООО «Лето» о возмещении ущерба, причиненного заливами квартиры, взыскании компенсации морального вреда.

В силу статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Предоставление доказательств является процессуальной обязанностью сторон (статья 56 ГПК РФ).

Участие в судебном заседании, дача объяснений, является формой предоставления стороной доказательств, подлежащих оценке и проверке судом, рассматривающим данное дело.

Указанные доказательства при этом не могут быть предметом повторного исследования и опровержения в другом судебном процессе по иску о защите чести и достоинства.

Объяснения ФИО2 и ФИО3, данные последними в ходе рассмотрения гражданского дела № 2-214/2023, по смыслу статьи 68 ГПК РФ являются источником получения доказательств, которые проверялись и оценивались судом, в том числе апелляционной и кассационной инстанций, при рассмотрении указанного дела. 

Таким образом, в соответствии с действующим процессуальным законодательством, сведения, по поводу которых возник спор, не могут быть оспорены в порядке, предусмотренном статьи 152 ГК РФ, поскольку были предметом рассмотрения по другому гражданскому делу.

Кроме того, в судебном заседании сторонам предоставляются равные процессуальные возможности по отстаиванию своих прав и законных интересов, включая реальную возможность довести свою позицию до сведения суда, поскольку только при этом условии реализуется право на судебную защиту, которая должна быть справедливой, полной и эффективной, и сообщение стороной суду каких-либо сведений в судебном заседании является реализацией конституционного права гражданина на участие в судебном заседании.

Не является основанием для компенсации морального вреда и наличие в отношении ФИО2 определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст. 20.3.3 КоАП РФ, в виду истечения сроков давности привлечения к административной ответственности, поскольку как указано Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 16 июня 2009 года № 9-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан М.Ю. ФИО11, ФИО12 и ФИО13», в силу презумпции невиновности лицо, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено ввиду истечения сроков давности, считается невиновным, то есть государство, отказываясь от преследования лица за административное правонарушение, не ставит более под сомнение его статус в качестве невиновного и, более того, признает, что не имеет оснований для опровержения его невиновности.

При этом само по себе высказывание ФИО2 «будучи пограничником, он охранял границу Украины» в утвердительной форме в данном деле не может рассматриваться как сведения, порочащие честь достоинство истца в силу того, что содержат субъективный вывод о причинах и обстоятельствах указанных ответчиком реальных событий.

Доказательств того, что ФИО2 сообщил ложные сведения истцом не представлено и судом не добыто. Не имеется доказательств, что указанные сведения ФИО2 сообщал с целью опорочить либо оклеветать истца или ее умершего супруга. 

В пункте 1 постановления Пленума ВС РФ от 24 февраля 2005 года № 3 разъяснено, что суды при разрешении споров о защите чести, достоинства и деловой репутации должны обеспечивать равновесие между правом граждан на защиту чести, достоинства, а также деловой репутации, с одной стороны, и иными гарантированными Конституцией Российской Федерации правами и свободами – свободой мысли, слова, массовой информации, правом свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом, правом на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, правом на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления (статьи 23, 29, 33 Конституции Российской Федерации), с другой. 

Именно сведения в форме утверждений о фактах, касающихся супруга истца ФИО1, поддаются проверке на соответствие или несоответствие их действительности и, вследствие этого, именно они могут быть предметом опровержения в порядке статьи 152 ГК РФ. 

При этом применительно к высказываниям ответчика ФИО2 утверждение, как лингвистическая категория не тождественна утверждению о факте как юридической (правовой) категории, поскольку последняя четко идентифицируется с точки зрения возможности доказывания, в то время как утвердительная форма высказывания возможна как в отношении сведений о факте, так и в отношении мнения, суждения, оценки, изложенных их носителем. 

Этим и различаются имеющие место утверждения о фактах, соответствие действительности которых можно проверить, и оценочные суждения, мнения, убеждения, которые не являются предметом судебной защиты в порядке статьи 152 ГК РФ, поскольку, являясь выражением субъективного мнения и взглядов ответчика, не могут быть проверены на предмет соответствия их действительности, независимо от того, в какой форме сообщены и те, и другие. 

Суд, оценив в совокупности доказательства, не находит основания для удовлетворения исковых требований, поскольку распространенная информация, высказывания ответчиков являются оценочными суждениями, мнениями ответчиков, кроме того, истцом не доказано их оскорбительного, порочащего характера, не указано, в чем именно заключается умаление чести и достоинства или деловой репутации истца.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения иска не имеется. 

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 (ИНН №__) к ФИО2 (ИНН №__), ФИО3 (ИНН №__) о защите чести, достоинства, компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня его составления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы, представления через Вилегодский районный суд Архангельской области. 

Председательствующий Ю.В. Горшкова

Мотивированное решение изготовлено 18 августа 2025 года.