А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г.Уфа 30 января 2025 года.

Верховный Суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующего Хабибуллина А.Ф.,

при ведении протокола секретарем Ибраевой Ф.Ф.,

с участием прокурора Ахметова А.Р., 

осужденного ФИО1, адвоката Фахртдиновой Е.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Исламова Д.Н., апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Галина В.В. на приговор Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 18 ноября 2024 года.

Изложив обстоятельства уголовного дела, содержание приговора, существо апелляционных представления и жалоб, выслушав выступления прокурора Ахметова А.Р. об изменении приговора по доводам представления, осужденного ФИО1 и адвоката Фахртдиновой Е.В. об отмене обвинительного приговора и вынесении оправдательного приговора, суд апелляционной инстанции 

у с т а н о в и л :

по приговору Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 18 ноября 2024 года, 

ФИО1, дата года рождения, уроженец адрес, житель адрес, несудимый,

осужден по п.«в» ч.2 ст.127 УК РФ к лишению свободы на срок 3 года 6 месяцев, 

по ч.1 ст.119 УК РФ к обязательным работам на срок 300 часов,

на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений, путем поглощения менее строгого наказания более строгим, окончательно ФИО1 назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 6 месяцев.

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным, с испытательным сроком 2 года 6 месяцев.

В соответствии с ч.5 ст.73 УК РФ на ФИО1 возложены обязанности: ежемесячно являться на регистрацию в уголовно-исполнительную инспекцию в установленные дни, не менять место жительства без уведомления данного органа. 

ФИО1 осужден за незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, а также угрозу убийством, при которой имелись основания осуществления этой угрозы.

Преступления совершены дата в адрес Республики Башкортостан, при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Исламов Д.Н. считает приговор незаконным и необоснованным. Вопреки положениям ст.307 УПК РФ, суд в достаточной мере не мотивировал квалифицирующий признак преступления в виде применения насилия, опасного для жизни. Кроме того, действия ФИО1 свидетельствуют о повышенной общественной опасности преступления, что не было надлежащим образом оценено судом, и опровергает выводы суда о возможности исправления осужденного без изоляции от общества. Также, в приговоре не содержится убедительных мотивов о необходимости назначения условного осуждения. В связи с чем, государственный обвинитель предлагает приговор изменить, исключить указание о применении положений ст.73 УК РФ, направить ФИО2 для отбывания наказания в колонию-поселение, соразмерно увеличить срок наказания, а также исключить квалифицирующий признак «с применением насилия, опасного для жизни».

В апелляционной жалобе и в дополнениях к ней осужденный ФИО1 выражает несогласие с приговором, считая его постановленным с неправильным применением уголовного закона. Квалификация его действий по п.«в» ч.2 ст.127, ст.119 УК РФ является неверной, судом не установлены события преступлений и не представлены доказательства, подтверждающие его виновность. В момент его общения с потерпевшей Б., иных лиц в квартире не было, тем не менее, в основу обвинительного приговора судом положены показания Б., и необоснованно отвергнуты его показания. При этом выводы суда о насильственном удержании потерпевшей, полностью опровергаются его показаниями о том, что ключи от квартиры он не отбирал, угрозы убийством не высказывал, телесных повреждений не наносил. Допрошенные свидетели очевидцами данных событий не являлись, более того, большая часть свидетелей находятся в родственных и дружеских отношениях с потерпевшей. Показания свидетеля К., являющейся незаинтересованным лицом, опровергают его причастность к инкриминируемому преступлению. В свою очередь, у потерпевшей не было препятствий открыть щеколду двери и выйти из квартиры, а также при необходимости дать отпор, поскольку она обладает навыками борьбы. В судебном заседании была предоставлена справка подтверждающая, что в указанный период он находился на работе, что судом оставлено без надлежащей оценки. Как следует из протокола судебного заседания, государственный обвинитель представлял письменные доказательства, путем их перечисления и не раскрывая их содержания, что свидетельствует о нарушении гласности, состязательности и непосредственности судебного разбирательства. Допущенные судом существенные нарушения уголовно-процессуального закона повлияли на исход дела, исказили суть правосудия и смысл приговора. Документы, представленные стороной обвинения, фактически не исследованы и не могли быть положены судом в основу принятого решения. В связи с чем, ФИО1 просит отменить приговор и оправдать его по предъявленному обвинению.

В апелляционной жалобе адвокат Галин В.В., действуя в защиту интересов осужденного ФИО1, считает приговор незаконным, вынесенным с существенным нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона. В основу приговора положены показания потерпевшей Б., которые не последовательны и противоречивы, а к показаниям допрошенных свидетелей следовало отнестись критически, ввиду их нахождения в родственных и дружеских отношениях с потерпевшей. Местом происшествия являлась квартира, расположенная на первом этаже многоквартирного дома в густозаселенном микрорайоне, при этом органы следствия не установили ни одного свидетеля, возможного совершения ФИО1 преступления. В свою очередь, из показаний свидетеля К. следует, что она наблюдала в окне квартиры мужчину и женщину, которые спокойно разговаривали. Показания данного свидетеля объективны, опровергают голословные и несостоятельные показания потерпевшей. Кроме того, в момент нахождения Б. в квартире, дверь была заперта на щеколду изнутри, квартира расположена первом этаже, окна не оборудованы решетками, что позволяло потерпевшей при совершении в отношении неё преступления, покинуть место происшествия. Доводы о физическом превосходстве ФИО1 голословны, поскольку потерпевшая ранее занималась борьбой и могла оказать ему сопротивление. Доводы Б. о том, что она была лишена возможности позвонить, поскольку ФИО1 отобрал у неё телефон, опровергается детализацией звонков по её абонентскому номеру. Также, судом не принято во внимание то, что в инкриминируемый период ФИО1 находился на работе, что подтверждается соответствующей справкой и не мог находиться в состоянии опьянения. Таким образом, утверждения Б. о незаконном лишении свободы, невозможности покинуть квартиру, являются лишь её предположением. В связи с чем, адвокат Галин В.В. просит отменить приговор и оправдать ФИО1 за отсутствием в его действиях составов преступлений, предусмотренных п.«в» ч.2 ст.127, ч.1 ст.119 УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных представления и жалоб, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Анализ показаний осужденного, не признавшего себя виновным в инкриминируемых преступлениях, в совокупности с показаниями потерпевшей, свидетелей, а также данными, содержащимися в протоколах следственных действий и заключении эксперта, позволил суду правильно установить фактические обстоятельства дела и прийти к обоснованному выводу о виновности ФИО1 

Так, из показаний потерпевшей Б. следует, что дата в ходе конфликта с ФИО1, последний нанёс множественные удары руками по голове и её телу, замахнулся стулом в её сторону, душил и угрожал ей убийством, запирал в квартире и препятствовал выйти из неё. 

В ходе проведения очной ставки с подозреваемым ФИО1, потерпевшая Б. в полном объеме подтвердила свои показания.

Суд обоснованно признал данные показания потерпевшей Б. достоверными, как содержащие подробные описания деталей преступных событий, которые могли быть известны только лицу, непосредственно пострадавшему от совершенных в её отношении противоправных действий. 

Судом выяснялись причины наличия незначительных разногласий в показаниях потерпевшей Б., чему дана правильная оценка в приговоре. Из протокола судебного заседания усматривается, что после оглашения показаний данных ею на предварительном следствии, потерпевшая по всем существенным моментам подтвердила их.

Свидетель Ш. показал, что в дата ему позвонил Ч., который сообщил, что ему позвонила его сестра Б. со словами, что её избивают. Содержание данного разговора он передал сыну Б., который вместе с Ч. приехали к Б. Со слов Б., к ней пришёл ФИО1, стучался и выломал входную ручку двери, избил её. 

Свидетель Б. показал, что со слов соседки ему стало известно, что весь день из квартиры, где находилась его мать Б., исходят крики. Зайдя в квартиру, он обнаружил беспорядок, раскиданное постельное белье, разбитую люстру, следы крови. В квартире находились ФИО1 и его мать, которая была напугана и молчала. ФИО1, находившийся в состоянии опьянения, начал утверждать, что это он с друзьями избил Б., а он её защищал. 

Свидетель Ш. показал, что дата ему позвонил Б. и попросил о помощи. Приехав по месту нахождения матери Б., они прошли в квартиру. В квартире был беспорядок, в одной из комнат находились ФИО1 и Б. Находясь на улице, ФИО1 начал оправдываться за случившееся. 

Свидетель Ч. показала, что вечером дата ей позвонила Б., которая была в возбужденном состоянии, попросила вызвать такси и полицию. По мужскому голосу в телефоне, она поняла, что рядом с Б. находится мужчина.

Свидетель Ч. показал, что вечером дата ему позвонила Б., которая кричала: «Не убивай меня, хочешь, я на колени встану. Соседи помогите, меня убивают», после чего звонок прервался. После этого он позвонил сыну Б. – Б., но он трубку не взял. Через некоторое время Б. ему перезвонил и сообщил, что до него дозвонилась его мать и сообщила, что её избивают и она находится в квартире. Подъехав к дому, где находилась Б., они прошли в квартиру, увидев в комнатах беспорядок. В комнате находился ФИО1 в состоянии опьянения и Б., которая была напугана, на её лице имелись телесные повреждения. Со слов Б., ФИО1 избивал её в данной квартире на протяжении 8 часов. После этого, находясь на улице, ФИО1 подошел к нему и нанес удар палкой, отчего он потерял сознание. 

Свидетель К. показала, что к ней обратился сын Б. с просьбой передать ему ключи от квартиры, где находилась его мать. В тот день, когда она выходила на улицу, увидела у окна данной квартиры мужчину, который разговаривал с женщиной. 

Вышеприведенные показания свидетелей, которые положены в основу обвинительного приговора, являются последовательными и логичными, не содержат существенных противоречий, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, в том числе с показаниями потерпевшей. Оснований не доверять этим показаниям у суда не имелось. Чьей-либо заинтересованности в искусственном создании доказательств обвинения, как и причин для оговора осужденного, не выявлено. Несогласие осужденного и его защитника с показаниями потерпевшей и свидетелей обвинения не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденного, мотива содеянного им и неправильном применении уголовного закона.

Принимая во внимание последовательность показаний потерпевшей и указанных свидетелей, соответствие их другим доказательствам, отсутствие причин к оговору осужденного, суд обоснованно признал данные показания достоверными и допустимыми, положив в основу обвинительного приговора.

В свою очередь, показания участников не являлись единственными доказательствами обвинения, виновность осужденного подтверждается исследованной в судебном заседании совокупностью других сведений по делу, в частности:

- заявлением Б. от дата о привлечении к ответственности ФИО1, который дата нанёс ей телесные повреждения;

- справкой ГБУЗ РБ ... ЦРКБ от дата, согласно которой Б. поставлен диагноз: ЗЧМТ, СГМ, множественные ушибы и кровоподтеки головы и шеи, обеих верхних конечностей, левого плечевого сустава;

- заключением эксперта №... от дата, согласно которой у Б. имелись телесные повреждения в виде: А) закрытой черепно-мозговая травмы с кровоподтеками головы, сотрясением головного мозга, которые повлекли кратковременное расстройство здоровья и расцениваются как легкий вред здоровью человека; Б) кровоподтеков шеи, кистей, верхних конечностей, левого коленного сустава, левой голени, правой голени, которые не повлекли кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью человека. Все вышеуказанные телесные повреждения могли быть причинены дата при обстоятельствах, изложенных в постановлении;

- детализацией телефонных соединений по номеру телефона принадлежащего Б. за период с дата;

и другими доказательствами, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Заключение судебно-медицинской экспертизы выполнено экспертом, обладающим специальными познаниями и достаточным опытом работы, предупрежденным об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Заключение соответствует положениям ст.204 УПК РФ, содержит ссылки на материалы, представленные для производства судебной экспертизы, содержание и результаты исследований, обоснованные ответы на все поставленные вопросы. Нарушений требований УПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» при производстве экспертиз, влекущих признание заключений недопустимыми доказательствами, не допущено.

Все собранные по делу доказательства, положенные в основу приговора, получены в установленном законом порядке, всесторонне, полно и объективно исследованы в судебном заседании, в том числе с участием подсудимого, нашли должную оценку в соответствии с требованиями ст.ст.87-88 УПК РФ, что свидетельствует о том, что суд правильно установил фактические обстоятельства дела и сделал обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден.

Несогласие осужденного с оценкой доказательств не ставит под сомнение правильность вывода суда о его виновности, и не свидетельствует об односторонности судебной оценки доказательств.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, в ходе расследования уголовного дела не допущено. Уголовное дело расследовано полно, всесторонне, объективно. Ввиду отсутствия препятствий для рассмотрения судом уголовного дела, соответствия обвинительного заключения требованиям ст.220 УПК РФ, оснований для возвращения дела прокурору не имелось. 

Судебное разбирательство по делу проведено с достаточной полнотой и соблюдением основополагающих принципов уголовного судопроизводства, сторонам были предоставлены равные возможности для реализации своих прав и созданы необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей. Ограничений прав участников уголовного судопроизводства во время рассмотрения дела судом первой инстанции не допущено. Каких-либо сведений о предвзятом отношении председательствующего к той или иной стороне процесса протокол судебного заседания не содержит.

Вопреки доводам жалобы, порядок исследования письменных материалов уголовного дела, установленный ст.285 УПК РФ, не нарушен. Согласно протоколу судебного заседания в судебном заседании в необходимом объеме оглашались протоколы следственных действий и иные документы, являющиеся доказательствами обвинения, а также указывались тома и листы дела, на которых они находятся. С учетом ознакомления с материалами уголовного дела в ходе предварительного расследования, сторона защиты была достоверно осведомлена о наименованиях и содержании представляемых доказательств. 

Приговор соответствует требованиям ст.307 УПК РФ, в нём содержится описание преступных деяний, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения, проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений.

На основе совокупности исследованных доказательств суд первой инстанции правильно пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершенном преступлении и его действиям дана правильная квалификация по п.«в» ч.2 ст.127 УК РФ, как совершение незаконного лишения человека свободы, не связанного с его похищением, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья.

По смыслу закона, под лишением свободы, ответственность за которое предусмотрена ст.127 УК РФ, понимается незаконное лишение человека свободы передвижения в пространстве, выбора им места нахождения, общения с другими людьми, в том месте, где ранее он находился по собственному желанию. Данное преступление совершается только с прямым умыслом и признается оконченным с момента фактического лишения свободы независимо от продолжительности удержания потерпевшего.

Как правильно установлено судом, в сложившейся ситуации потерпевшая Б. была лишена реальной возможности свободно перемещаться по своему усмотрению, то есть выйти за пределы жилого помещения, где она насильно находилась в результате действий ФИО1

Утверждения ФИО1 о том, что он не ограничивал свободу передвижения, не бил и не применял физического насилия к Б., опровергаются не только показаниями потерпевшей, но и показаниями свидетелей, которые являлись очевидцами данных событий, а также заключением судебно-медицинской экспертизы.

Вопреки утверждениям осужденного, в приговоре дана оценка доводам стороны защиты о наличии у ФИО1 алиби и нахождении в указанный день на своём рабочем месте, которые судом обоснованно признаны недостоверными, поскольку опровергаются как показаниями самого осужденного о том, что в течение всего дня дата, он неоднократно посещал квартиру Б., так и показаниями свидетелей, оснований не доверять которым судом не установлено.

По смыслу п.«в» ч.2 ст.127 УК РФ насилие должно применяться как средство для подавления сопротивления потерпевшего при незаконном лишении свободы, либо должно быть применено в процессе незаконного лишения свободы.

Судом установлено, и это отражено в описательно-мотивировочной части приговора, что ФИО1 применяя насилие, опасное для жизни и здоровья Б., нанес ей множественные удары руками по голове, туловищу, верхним и нижним конечностям, преследуя цель незаконного удержания потерпевшей. В результате примененного насилия, Б. причинены телесные повреждения, в том числе в виде закрытой черепно-мозговой травмы, сотрясением головного мозга, повлекшие легкий вред здоровью человека. Таким образом, применение насилия, опасного как для жизни, так и здоровья потерпевшей, при лишении её свободы подтверждается материалами уголовного дела и оснований для исключения из осуждения квалифицирующего признака - «с применения насилия, опасного для жизни», предложение о чём ставится в апелляционном представлении, не имеется.

Мотивируя квалификацию действий осужденного по ч.1 ст.119 УК РФ, суд верно установил, что ФИО1, сдавливая рукой шею Б., ограничил доступ воздуха к её дыхательным путям, высказывая при этом слова угрозы - «Удушу тебя». С учетом характера действий виновного, его агрессивного поведения, нанесения до этого телесных повреждений, потерпевшая Б. восприняла как реальную угрозу своей жизни и здоровью и у неё имелись все основания опасаться её осуществления.

В момент совершения преступлений, потерпевшая Б. не представляла для ФИО1 какую-либо опасность, не посягала на его жизнь и здоровье, в связи с чем, оснований для применения положений ст.37 УК РФ, не имеется. 

Таким образом, исследовав и оценив доказательства, суд обоснованно постановил в отношении ФИО1 обвинительный приговор и верно квалифицировал его действия по п.«в» ч.2 ст.127, ч.1 ст.119 УК РФ, что соответствует установленным судом фактическим обстоятельствам дела.

При определении вида и размера наказания, суд первой инстанции в соответствии со ст.ст.6, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, данные о личности осужденного, наличие смягчающего и отсутствие отягчающих обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление и на условия жизни его семьи.

Обстоятельством, смягчающим наказание, судом признано состояние здоровья осужденного. 

С учетом правовой позиции ФИО1, не признавшегося себя виновным, у суда не имелось фактических оснований для признания обстоятельством, смягчающим осужденному наказание, активное способствование раскрытию и расследованию преступления. Каких-либо сведений об обстоятельствах совершения преступления, которые не были бы известны правоохранительным органам, ФИО1 не сообщил, дача показаний по обстоятельствам дела, которые стали известны сотрудникам правоохранительным органам не только из показаний осужденного, не свидетельствует об его активном способствовании раскрытию и расследованию преступления.

Заявлений ФИО1, иных процессуальных документов, соответствующих установленному в ст.142 УПК РФ критерию добровольности сообщения о совершенном преступлении, материалы уголовного дела не содержат.

Согласно разъяснениям, содержащихся в абз.2 п.29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22.12.2015 года №58, не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления. 

В связи с чем, оснований для признания в действиях осужденного смягчающего наказание обстоятельства, как явка с повинной, не имеется.

Все смягчающие обстоятельства, имеющие значение для дела, судом учтены в полной мере, оснований для признания иных обстоятельств в качестве смягчающих, суд апелляционной инстанции не усматривает. 

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Исключительных обстоятельств, связанных с целью и мотивами преступлений, либо с поведением осужденного во время или после совершения преступлений, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного им, по делу не усматривается, поэтому оснований для применения ст.64 УК РФ не имеется. 

Принимая во внимание фактические обстоятельства преступления, предусмотренного ч.2 ст.127 УК РФ и степень общественной опасности содеянного ФИО1, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда об отсутствии условий для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории совершенного преступления на менее тяжкое. 

С учетом характера и степени общественной опасности преступления, наступивших последствий, данных о личности виновного, наличия смягчающего обстоятельства и отсутствия отягчающих, возможности исправления осужденного без изоляции от общества, суд обоснованно назначил ФИО1 наказание не связанное с реальным лишением свободы. К категории лиц, указанных в ч.1 ст.73 УК РФ, которым не может быть назначено условное осуждение, ФИО1 не относится. 

Доводы государственного обвинителя о необоснованном назначении осужденному условного осуждения и чрезмерно мягком размере наказания не основаны на положениях уголовного закона и материалах уголовного дела. 

Согласно ст.6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

Судом не допущено нарушение установленного ч.1 ст.3 УК РФ принципа законности, согласно которому преступность деяния, а также его наказуемость определяются только настоящим Кодексом. Вид и размер наказания в виде лишения свободы определен судом в пределах, предусмотренных уголовным законом, в частности исходя из санкции ч.2 ст.127 УК РФ.

Какие-либо дополнительные основания, отягчающие наказание осужденному, и не учтенные судом первой инстанции при вынесении приговора, судом апелляционной инстанции не установлены и в апелляционном представлении не приведены. 

С учетом того, что ни одно из совершенных осужденным преступлений не являлось тяжким, вместе с данными о его личности, позволяло суду применить принцип поглощения менее строгого наказания более строгим, который предусмотрен ч.2 ст.69 УК РФ. Указанный принцип назначения наказания по совокупности преступлений, избран судом обоснованно, как средство позволяющее назначить справедливое наказание. 

По своему виду и размеру назначенное ФИО1 наказание является справедливым и соразмерным содеянному, оно назначено с учетом сведений о личности осужденного, отвечает целям, установленным ч.2 ст.43 УК РФ, при этом все заслуживающие внимания обстоятельства при назначении наказания, учтены. При указанных обстоятельствах, суд пришел к обоснованному выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания, что является основанием для применения правил ст.73 УК РФ. 

В этой связи доводы государственного обвинителя о несправедливости назначенного наказания ввиду его чрезмерной мягкости и необходимости усиления наказания, являются несостоятельными, подлежат отклонению.

Поскольку нарушений закона, повлиявших на исход дела, по уголовному делу не допущено, оснований для отмены или изменения приговора, в том числе по доводам, изложенным в апелляционных представлении и жалобах, не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь п.2 ч.3 ст.30, ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

приговор Белорецкого межрайонного суда Республики Башкортостан от 18 ноября 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя и апелляционные жалобы осужденного и его защитника – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения, путем обращения через суд первой инстанции.

Председательствующий ...

...

...