Дело № 2-634/2025

УИД 42RS0023-01-2025-000380-35

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 16 июня 2025 года 

Новокузнецкий районный суд Кемеровской области 

в составе председательствующего судьи Жегловой Н.А.,

при секретаре судебного заседания Васильевой А.В.,

с участием прокурора Шкатула И.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к АО «Шахта «Большевик», АО «Шахта «Полосухинская» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО4 обратился в суд с иском к АО «Шахта «Большевик», АО «Шахта «Полосухинская» о взыскании компенсации морального вреда, вследствие причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием.

Требования мотивированны тем, что ДД.ММ.ГГГГ медицинским заключением о наличии профессионального заболевания Центром профессиональной патологии МЛПУ «Городская клиническая больница №» истцу установлен диагноз: «№ Заболевание профессиональное, установлено впервые. 

Работодателем - ОАО «Разрез «Новоказанский» составлен Акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ.

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов.

- среднесменные концентрации угольно-породней пыли в профессиях горнорабочий подземный, проходчик подземный, горнорабочий очистного забоя - класс 3 степень - 2 класс 3 степень 4;

- высоких физических нагрузок - класс условий труда - 3.3;

- охлаждающий микроклимат в подземных условиях: температура воздуха +7С° +17С0, скорость движения воздуха 0,5— 1,5 м/сек, влажность 70 - 90%. Класс условий труда 3 степень 1. Согласно Руководства по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса Р ДД.ММ.ГГГГ - 05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса» класс условий труда при общей оценке вредных производственных факторов в профессии горнорабочий подземный - класс 3 степень 4, проходчик подземный - класс 3 степень 4, горнорабочий очистного забоя - класс 3 степень 4.

Наличие вины истца в возникновении профессионального заболевания - 0%.

Непосредственной причиной заболевания послужила углепородная пыль.

На основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия вредных производственных факторов, указанных в пункте 18 акта, при работе в подземных условиях.

С ДД.ММ.ГГГГ Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медикосоциальной экспертизы по Кемеровской области», в связи с профессиональным заболеванием, истцу впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 30 % до ДД.ММ.ГГГГ.

С 2011 

<

адрес> казенным учреждением «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области», в связи с профессиональным заболеванием, истцу устанавливалась степень утраты профессиональной трудоспособности - 30 % до 2013 г.

С ДД.ММ.ГГГГ Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медикосоциальной экспертизы по Кемеровской области», в связи профессиональным заболеванием, истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 30 % бессрочно.

С ДД.ММ.ГГГГ Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медикосоциальной экспертизы по Кемеровской области», в связи с профессиональным заболеванием, истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 40 % до ДД.ММ.ГГГГ.

С ДД.ММ.ГГГГ Федеральным казенным учреждением «Главное бюро медикосоциальной экспертизы по Кемеровской области», в 

<

данные изъяты>

Согласно медицинской экспертизе связи заболевания с профессией и установлению тяжести вины предприятий, проведенной Клиникой «НИИ комплексных проблем гигиены и профессиональных заболеваний» ФГБНУ, степень вины ответчиков в развитии у истца профзаболевания составляет: - Шахта «Капитальная» - 46,1 %; - Шахта «Северный Кандыш» - 10,9 %; - ОАО «Шахта «Большевик» - 10,6 %. - ОАО «Шахта «Полосухинская» - 21,5 %;- ООО «Шахта «Кыргайская» - 6,8 %; - ОАО «Разрез «Новоказанский» - 4,1 %.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, истец находился на стационарном лечении в Центре профессиональной патологии МЛПУ «Городская клиническая больница №» в связи с диагнозом: «Хронический профессиональный пылевой необструктивный бронхит, в стадии ремиссии. Диффузный пневмосклероз. ДН 1 (первой) степени». Рекомендовано наблюдение, лечение.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении в Центре профессиональной патологии ГАУЗ «Новокузнецкая городская клиническая больница № имени ФИО6» в связи с диагнозом: «

<

данные изъяты>». Рекомендовано наблюдение, лечение.

Помимо стационарного лечения в Центре профессиональной патологии истец также вынужден проходить стационарное лечение в Пульмонологическом отделении ГАУЗ «Новокузнецкая городская клиническая больница №», где находился на стационарном лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с диагнозом: 

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в связи с диагнозом: «

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с диагнозом: 

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с диагнозом: «

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ истец был уволен в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой в соответствии с медицинским заключением по профессиональному заболеванию по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

В связи с профессиональным заболеванием «

<

данные изъяты> истец испытывает трудности с дыханием, одышку, вследствие чего он вынужден постоянно принимать лекарственные средства, рекомендованные врачом, проходить стационарное и амбулаторное лечение. В настоящее время испытывает дискомфорт от того, что задыхается при любой физической нагрузке. 

Вследствие данных обстоятельств истец стал более замкнутым и ощущает себя неполноценным человеком. В связи с ухудшением здоровья вследствие профессионального заболевания он больше не может выполнять обычную мужскую работу по хозяйству. Для того, чтобы передвинуть мебель в доме, перенести что-то тяжелое, он вынужден обращаться за помощью к знакомым. Подобные изменения привели к тому, что у истца возникла склонность к эмоциональным вспышкам, раздражительность, возбудимость, беспокойство, нарушение сна. Все это сказывается на общении с семьей и близкими.

Полагает, расчет единовременной компенсации должен быть произведен исходя из заработка до прекращения трудовых отношений с АО «Шахта «Большевик» - период с ноября 2000 по октябрь 2001 (т.к. утрата профессиональной трудоспособности установлена после прекращения трудовых отношений - ДД.ММ.ГГГГ).

Согласно справке АО «Шахта «Большевик» среднемесячный заработок составил 6 773 рубля, исходя из расчета:

77 302 рубля - сумма заработка;

23 922 рубля - премия, вознаграждение за выслугу лет;

101 224 рубля / 208 факт ? 167 план / 12 месяцев = 6 773 рубля - среднемесячная заработная плата за период с ноября 2000 по октябрь 2001.

Следовательно, расчет компенсации будет следующим:

6 773 рубля (среднемесячный заработок) ? 20% (среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности) ? 30 (процент утраты трудоспособности) - 25 116 рублей (выплата ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу) ? 10,6 % (степень вины АО «Шахта «Большевик») = 1 647 рублей.

В соответствии с Расчетным листком от августа 2011 АО «Шахта «Большевик» произвело выплату компенсации в размере 15 058,20 рублей.

Таким образом, за 40 % утраты профессиональной трудоспособности, наличие третьей группы инвалидности, 10,6 % вины предприятия в связи с профессиональным заболеванием я получил компенсацию морального вреда в размере 15 058,20 рублей. Полагает, что данная сумма не может компенсировать физические и нравственные страдания в связи с профессиональным заболеванием. Считает, что расчет компенсации морального вреда, привязанный к его заработной плате, не может в полном объеме учесть его индивидуальные особенности, степень физических и нравственных страданий в связи с профессиональным заболеванием. Полагает, что сумма в размере 3 500 000 рублей может компенсировать его физические и нравственные страдания.

С учетом вины предприятия в развитии у него профессионального заболевания, установления процента утраты профессиональной трудоспособности, компенсация морального вреда составит:

3 500 000 рублей ? 10,6 % (степень вины АО «Шахта «Большевик») - 15 058,20 (выплачено по Приказу) = 355 942 рубля.

Полагает, расчет единовременной компенсации должен быть произведен исходя из заработка до прекращения трудовых отношений с АО «Шахта «Полосухинская» - период с апреля 2006 по март 2007 (т.к. утрата профессиональной трудоспособности установлена после прекращения трудовых отношений - ДД.ММ.ГГГГ). Согласно справке АО «Шахта «Полосухинская» среднемесячный заработок составил 35 489 рублей, исходя из расчета:

244 173,21 рубля - сумма заработка;

29 962,86 рубля - премия;

274 136,07 рублей /159 факт ? 247 план / 12 месяцев = 35 489 рублей - среднемесячная заработная плата за период с апреля 2006 по март 2007.

Следовательно, расчет компенсации будет следующим:

35 489 рублей (среднемесячный заработок) ? 20% (среднемесячного заработка за каждый процент утраты трудоспособности) ? 30 (процент утраты трудоспособности) - 25 116 рублей (выплата ОСФР по Кемеровской области-Кузбассу) ? 21,5 % (степень вины АО «Шахта «Полосухинская») = 40 383 рубля.

В соответствии с Приказом № от ДД.ММ.ГГГГ АО «Шахта «Полосухинская» произвело выплату компенсации в размере 25 684,75 рублей.

Таким образом, за 40 % утраты профессиональной трудоспособности, наличие третьей группы инвалидности, 21,5 % вины предприятия в связи с профессиональным заболеванием истец получил компенсацию морального вреда в размере 25 684,75 рублей. Полагает, что данная сумма не может компенсировать физические и нравственные страдания в связи с профессиональным заболеванием. Считает, что расчет компенсации морального вреда, привязанный к его заработной плате, не может в полном объеме учесть его индивидуальные особенности, степень физических и нравственных страданий в связи с профессиональным заболеванием. Полагает, что сумма в размере 3 500 000 рублей может компенсировать его физические и нравственные страдания.

С учетом вины предприятия в развитии у истца профессионального заболевания, установления процента утраты профессиональной трудоспособности, компенсация морального вреда составит:

3 500 000 рублей ? 21,5 % (степень вины АО «Шахта «Полосухинская») - 25 684,75 рубля (выплачено по Приказу) = 726 816 рулей.

С учетом исковых требований, а также дополнительного заявления о взыскании судебных расходов просит суд взыскать в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием «

<

данные изъяты> с АО «Шахта «Большевик» в размере 355 942 рубля, с АО «Шахта «Полосухинская» в размере 726 816 рублей. Взыскать с ответчиков АО «Шахта «Большевик» и АО «Шахта «Полосухинская» судебные расходы на оплату юридической помощи в размере 35 000 рублей. 

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал в полном объеме. Дополнительно пояснил, что в 2009 при прохождении ежегодного медицинского осмотра его отправили для прохождения медицинской комиссии, вывели его из шахты. Работать мог только на поверхности, так как у него сильная отдышка и кашель, мокрота очень плохо отходит. По ночам спит плохо, просыпается из-за кашля. Слышит, как хрипят легкие, ему приходится садиться. На спине спать не может, т.к. задыхается. При очень холодной или очень жаркой погоде также задыхается. По лестнице без остановок ходить не может. Постоянно принимает лекарства, ингаляции (всегда с собой ингалятор). Каждый год он ездит в санаторий, но облегчений не наступает. С 2010 по 2021 все было стабильно, а потом начались обострения. Пришлось покупать кислородные болоны. У них есть дача, но работать он не может, им помогают зять и внук. Одна из дочерей живет в Санкт Петербурге, из-за приступов ездить он к ней не может. Истцу обидно, что он не может ничего делать, переживает. Он КМС по боксу, а сейчас не может даже играть с внуками в активные игры. Не может ходить быстрым шагом, сразу отдышка. Также он любит посещать баню, но ходить в нее сейчас не может. Каждое утро и вечер он делает ингаляции, пьет таблетки 2 раза в день и еще жена ставит уколы. Без этого лечения он не может. За 2 года он 6 раз лежал в больнице. Из-за обострений заболевания у него идет потеря веса 5-7 кг.

Представить истца ФИО11, действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования истца, а также заявление о взыскании с ответчиков судебных расходов на оплату юридической помощи в размере 35 000 рублей поддержала, просила удовлетворить их в полном объеме.

Представитель ответчика Акционерное общество «Шахта «Полосухинская» ФИО7, действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что истец действительно повредил здоровье вследствие профессионального заболевания, полученного в период работы на предприятиях угольной промышленности, в том числе в АО «Шахта «Полосухинская». В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей. ОАО «Шахта «Полосухинская» выплатило истцу компенсацию морального вреда в сумме 25 684,75 рубля. Считает, что требования истца о взыскании компенсации морального вреда в размере 726 816 рублей чрезмерно завышены. Просит суд в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика АО «Шахта «Большевик» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте уведомлен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель третьего лица Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Кемеровской области-Кузбассу в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте уведомлен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие.

Выслушав участников процесса, свидетеля, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что заявленные требования подлежат удовлетворению с учетом степени вины ответчиков, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.3 ст.37 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности.

Обязанность обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, в силу положений ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации, возлагается на работодателя.

На основании ст.21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон.

В силу абз.2 п.3 ст.8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

На основании абз.11 ст.3 вышеназванного Федерального закона профессиональное заболевание – хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) смерть.

По смыслу статей 212, 219, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» работодатель, должным образом не обеспечивший безопасность и условия труда на производстве, является субъектом ответственности за вред, причиненный работнику, когда такой вред причинен в связи с несчастным случаем на производстве либо профессиональным заболеванием.

Моральный вред, причиненный работнику вследствие профессионального заболевания, подлежит компенсации работодателем при наличии его вины по правилам ст.ст. 151, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и степени вины причинителя вреда. Основанием для компенсации морального вреда в данном случае является установление судом наличия у работника профессионального заболевания и вины работодателя в его возникновении.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно статье 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

В силу п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

В силу п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

В силу п.20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Судом установлено и усматривается из материалов дела, что истец ФИО4 в период с октября 1980 по май 1981 и с июля 1983 по август 1983 работал в Шахта «Капитальная» в профессии подземного горнорабочего; в период с ноября 1983 по сентябрь 1992 работал в Шахта «Капитальная» в профессии подземного проходчика; в период с сентября 1992 по августа 1994 и с декабря 1994 по сентябрь 1995 работал в Шахта «Северный Кандыш» в профессии подземного проходчика; в период с сентября 1995 по март 1997 работал в Шахта «Капитальная» в профессии подземного проходчика; в период с мая 1999 по апрель 2001 работал в ОАО Шахта «Большевик» в профессии подземного горнорабочего; в период с апреля 2001 по ноябрь 2001 работал в ОАО Шахта «Большевик» в профессии подземного горнорабочего очистного забоя; в период с декабря 2001 по март 2007 работал в ОАО Шахта «Полосухинская» в профессии подземного проходчика; в период с октября 2007 по июль 2009 работал в Шахта «Кыргайская» в профессии подземного проходчика; в период с июля 2009 по май 2010 работал в ОАО «Разрез «Новоказанский», СПП «Шахта «Талдинская- Южная» в профессии подземного проходчика. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был уволен в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой в соответствии с медицинским заключением по профессиональному заболеванию по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Указанные обстоятельства подтверждаются трудовой книжкой ФИО4 (т.1 л.д.16-19).

ДД.ММ.ГГГГ Управлением Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Кемеровской области составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника ФИО1 по профессии (должности) подземный проходчик при установлении предварительного диагноза профессионального заболевания – «

<

данные изъяты>», из которой следует, что общий стаж работы ФИО1 составил 25 лет 5 месяцев, стаж работы в данной профессии (должности) 19 лет 11 месяцев, стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание (отравление) – 22 года 6 месяцев из них; 2 года 7 месяцев- горнорабочий подземный, 19 лет 11 месяцев-проходчик подземный, 7 месяцев-горнорабочий очистного забоя (ГРОЗ) (т.1л.д.82).

Медицинским заключением МЛПУ «Городская клиническая больница №» Центр профессиональной патологии от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 было установлено наличие профессионального заболевания: «

<

данные изъяты> Заболевание профессиональное, установлено впервые 14.05.2010». Противопоказана работа в пылевых условиях, выдано направление в БМСЭ, СКЛ, медикаменты, контроль в ЦПП через год (т.1 л.д.20).

ДД.ММ.ГГГГ был составлен Акт о случае профессионального заболевания. В соответствии с пунктом 17 Акта, профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: 

в профессиях отмечается воздействие высоких концентраций углепородней пыли; рабочее место проходчика подземного на шахтах 

<

адрес> и Новокузнецкого района: среднесменная концентрация пыли - 101,7мг/м3, при ПДК - 4 мг/м3, превышение в 25,35 раз (класс 3 степень 4);

рабочее место проходчика подземного на шахтах городов Осинники, Калтан: среднесменная концентрация пыли - 90 - 110,7мг/м3, при ПДК - 2 мг/м3, превышение в 45 - 55 раз (класс 3 степень 4);

рабочее место проходчика подземного на шахтах Прокопьевского района:

среднесменная концентрация пыли - 23,7мг/м3, при ПДК - 4 мг/м3, превышение в 5,87 раз (класс 3 степень 2);

рабочее место горнорабочего подземного на шахтах 

<

адрес> и Новокузнецкого района: среднесменная концентрация пыли - 23,6 мг/м3, при ПДК - 4 мг/м3, превышение в 5,9 раз (класс 3 степень 4);

рабочее место горнорабочего подземного на шахтах городов Осинники, Калтан: среднесменная концентрация пыли - 46-60мг/м3, при ПДК - 2 мг/м3, превышение в 23-30 раз (класс 3 степень 4);

рабочее место горнорабочего очистного забоя подземного на шахтах 

<

адрес> и Новокузнецкого района: среднесменная концентрация пыли - 101,1 мг/м3, при ПДК - 10 мг/м3, превышение в 10,11 раз (класс 3 степень 4);

В профессиях отмечается воздействие физических перегрузок (физические динамические нагрузки, подъем и перемещение грузов вручную, статические нагрузки с участие мышц корпуса и ног, статические нагрузки на руки, вынужденная поза, наклоны), охлаждающего микроклимата; несовершенство технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария. 

Согласно п.18 Акта, причиной профессионального заболевания или отравления послужило: длительное, в течение рабочей смены, многократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ:

- среднесменные концентрации угольно-породней пыли в профессиях горнорабочий подземный, проходчик подземный, горнорабочий очистного забоя - класс 3 степень - 2 класс 3 степень 4.

- высоких физических нагрузок - класс условий труда - 3.3.

- охлаждающий микроклимат в подземных условиях: температура воздуха +7С° + 17С0,-скорость движения воздуха 0,5— 1,5 м/сек, влажность 70 - 90%. Класс условий труда 3 степень 1.

Согласно Руководства по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса Р ДД.ММ.ГГГГ - 05 «Руководство по гигиенической оценке факторов рабочей среды и трудового процесса» класс условий труда при общей оценке вредных производственных факторов в профессии горнорабочий подземный - класс 3 степень 4, проходчик подземный - класс 3 степень 4, горнорабочий очистного забоя - класс 3 степень 4.

Согласно п.20 Акта, настоящее заболевание (отравление) является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия вредных производственных факторов, указанных в пункте 18 акта, при работе в подземных условиях. Непосредственной причиной заболевания послужило: углепородняя пыль. 

Согласно п.19 Акта, наличие вины работника в профессиональном заболевании – нет. Однако согласно п.21 Акта, лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов: администрация предприятия (т.1 л.д.21-22).

Заключением врачебной экспертной комиссии ФГБНУ «Научно-исследовательский институт комплексных проблем гигиены профессиональных заболеваний» Клиника от ДД.ММ.ГГГГ №, вина ответчиков в заболевании истца «

<

данные изъяты> составила: - Шахта «Капитальная» - 46,1 %; - Шахта «Северный Кандыш» - 10,9 %; - ОАО «Шахта «Большевик» - 10,6 %. - ОАО «Шахта «Полосухинская» - 21,5 %; - ООО «Шахта «Кыргайская» - 6,8 %; - ОАО «Разрез «Новоказанский» - 4,1 % (т.1 л.д.25).

Из выписных эпикризов МЛПУ «Городская клиническая больница №» Центр профессиональной патологии следует, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находился на стационарном лечении в связи с диагнозом: «

<

данные изъяты>: работа в условиях запыленности и охлаждающего микроклимата противопоказана. Санаторно-курортное лечение, медикаментозная реабилитация.

Из выписного эпикриза ГАУЗ «Новокузнецкая городская клиническая больница № имени ФИО6» Центр профессиональной патологии следует, что ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в связи с диагнозом: 

<

данные изъяты> Рекомендовано наблюдение, лечение.

Также согласно выписным эпикризам ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница № имени ФИО8», ФИО4 находился на стационарном лечении в периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с диагнозом: «

<

данные изъяты>; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в связи с диагнозом: «

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с диагнозом: «

<

данные изъяты> с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в связи с диагнозом: «

<

данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области–Кузбассу» Минтруда России в связи с профессиональным заболеванием, ФИО4 впервые установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 30 % до ДД.ММ.ГГГГ; с 2011 до 2013 ФИО1 устанавливалась степень утраты профессиональной трудоспособности - 30 %, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 30 % бессрочно; с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 40 % до ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена третья группа инвалидности, что подтверждается справками ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области–Кузбассу» Минтруда России (т.1 л.д.23-24).

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности - 40 % бессрочно.

С ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлена третья группа инвалидности бессрочно, что подтверждается справками ФКУ «ГБ МСЭ по Кемеровской области–Кузбассу» Минтруда России.

Кроме того, наличие профессионального заболевания подтверждается программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ПРП №.29.42/2024 от ДД.ММ.ГГГГ из которой следует, что ФИО1 установлен диагноз – 

<

данные изъяты>. Заболевание профессиональное от ДД.ММ.ГГГГ. Стойкие умеренные нарушения функций дыхательной системы» (т. 1 л.д. 79-81).

Также программой реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания ПРРП-225-000004777 от ДД.ММ.ГГГГ (выданной взамен ПРП №.29.42/2024 от ДД.ММ.ГГГГ) из которой следует, что ФИО1 установлен диагноз – 

<

данные изъяты> 

<

адрес> профессиональное от ДД.ММ.ГГГГ. Стойкие умеренные нарушения функций дыхательной системы». 

При этом суд отмечает, что при определении компенсации морального вреда необходимо также учесть прогнозируемый результат проведения реабилитационных мероприятий, а именно, что достижение компенсации утраченных функций организма, обусловленных несчастным случаем на производстве и профессиональным заболеванием возможно частично, равно как и восстановление возможности, способности пострадавшего продолжать выполнять профессиональную деятельность также лишь частично.

В соответствии с приказом ГУ Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования от ДД.ММ.ГГГГ №-В ФИО4 произведена единовременная страховая выплата с учет утраты трудоспособности 30%, установленной МСЭ, в размере 25 116 рублей (т.1 л.д. 26).

В соответствии с приказом ГУ Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования от ДД.ММ.ГГГГ №-В ФИО4 назначена ежемесячная страховая выплата, с учет утраты трудоспособности 30%, установленной МСЭ, в размере 8 421,83 рубль с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 59). 

Кроме того, факт причинения истцу морального вреда в судебном заседании также был подтвержден свидетельскими показаниями.

В судебном заседании свидетель ФИО9 пояснила, что ФИО4 является ее супругом, в браке 42 года. У него заболевание легких, с каждым годом ухудшения. Бывают такие обострения, что он не может дышать, пока укол не поставить. Муж часто лежит в больнице, постоянно кашляет, ночью из-за этого плохо спит. Физически ничего делать не может, стал замкнутым, менее общительным т.к. долго говорить не может, начинается сильный кашель и отдышка. Раньше муж занимался спортом, за шахту выступал. У них есть дача, (что подтверждается выпиской из ЕГРН), работать на которой он не может, им помогает зять с внуком. Вторая дочь живет в Санкт Петербурге, к ней приехать из-за приступов он не может. Без лечения, ингаляций муж не может, постоянно на таблетках и с собой носит ингалятор. Сейчас с каждым годом все хуже и хуже, постоянно лежит в больнице, теряет вес, когда происходят приступы. Муж переживает, что не может помочь ей, так как она тоже является 

<

данные изъяты> (что подтверждается справкой МСЭ).

Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда нет, ее показания последовательны, согласуются с показаниями истца, письменными материалами дела, свидетель предупреждена об уголовной ответственности за отказ от дачи и дачу заведомо ложных показаний.

Анализируя представленные доказательства, суд приходит к выводу о наличии у ФИО4 профессионального заболевания «

<

данные изъяты> которое возникло в результате длительного стажа работы под воздействием вредных производственных факторов. Непосредственной причиной заболевания послужила длительность воздействия на организм вредных производственных факторов, а именно: среднесменные концентрации угольно-породней пыли в профессиях горнорабочий подземный, проходчик подземный, горнорабочий очистного забоя; высокие физические нагрузки - класс условий труда - 3.3; охлаждающий микроклимат в подземных условиях. 

Отмеченные факторы имели место в период работы истца, в том числе и на предприятиях ответчика, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания, который ответчиками не оспорен и не признан недействительным. 

Не доверять исследованным выше доказательствам, у суда оснований не имеется, поскольку они взаимно дополняют и подтверждают друг друга, не содержат противоречий, согласуются с доводами истца. 

Согласно Заключению врачебной экспертной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ., степень вины, для следующих предприятий ответчика, составила: 

- Шахта «Капитальная» - 46,1 %;

- Шахта «Северный Кандыш» - 10,9 %;

- ОАО «Шахта «Большевик» - 10,6 %.

- ОАО «Шахта «Полосухинская» - 21,5 %;

- ООО «Шахта «Кыргайская» - 6,8 %;

- ОАО «Разрез «Новоказанский» - 4,1 %. 

Согласно справке № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения действительно работал в АО «Шахта «Большевик» в качестве горнорабочего подземного с ДД.ММ.ГГГГ (Приказ от ДД.ММ.ГГГГ №к) по ДД.ММ.ГГГГ в качестве горнорабочего очистного забоя; в качестве горнорабочего очистного забоя с ДД.ММ.ГГГГ (Приказ от ДД.ММ.ГГГГ №к) по ДД.ММ.ГГГГ (Приказ от ДД.ММ.ГГГГ № к), что дает право на досрочное назначение пенсии на льготных условиях, предусмотренное Списком №, разделом 1, подразделом 1 «а», код профессии 1010100а, утвержденным Постановлением ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № и в соответствии с подпунктом 11 пункта 1 статьи 27 Закона РФ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ № 173-ФЗ

Шахта «Большевик» производственного объединения «Облкемеровоуголь» преобразовано в Арендное производственно-коммерческое объединение «Облкемеровоуголь» шахта «Большевик» на основании решения № от ДД.ММ.ГГГГ Заводской администрации 

<

адрес>.

На основании распоряжения администрации 

<

адрес> №-р от ДД.ММ.ГГГГ считать Арендное производственно-коммерческое объединение «Облкемеровоуголь» Шахта «Большевик» Акционерным обществом открытого типа «Шахта» Большевик».

АООТ «Шахта «Большевик» преобразовано в ОАО «Шахта «Большевик» на основании свидетельства о государственной регистрации № НКГ от ДД.ММ.ГГГГ выданного Новокузнецкой регистрационно-лицензионной палатой

Открытое акционерное общество «Шахта «Большевик» переименовано в Акционерное общество «Шахта «Большевик» на основании решения внеочередного общего собрания акционеров открытого акционерного общество «Шахта «Большевик» от ДД.ММ.ГГГГг., что подтверждается листом записи Единого государственного реестра юридических лиц от 01.12.2015гза№. (т.1 л.д.28).

Согласно исторической справки представлены данные о следующем. 

С ДД.ММ.ГГГГ на основании решения № от 02.11,1992 Заводской администрации 

<

адрес> Кемеровской области шахта «Большевик» производственного объединения «Облкемеровоуголь» преобразовано в Арендное производственно-коммерческое объединение «Облкемеровоуголь» шахта «Большевик».

С ДД.ММ.ГГГГ на основании распоряжения администрации 

<

адрес> №-р от ДД.ММ.ГГГГ считать Арендное производственно-коммерческое объединение «Облкемеровоуголь» шахта «Большевик» - Акционерным обществом открытого типа «Шахта «Большевик».

С ДД.ММ.ГГГГ - на основании свидетельства о государственной регистрации № НКГ от ДД.ММ.ГГГГ, выданного Новокузнецкой регистрационной палатой Акционерное общество открытого типа «Шахта «Большевик» преобразовано в Открытое акционерное общество «Шахта «Большевик».

С ДД.ММ.ГГГГ Открытое акционерное общество «Шахта «Большевик» переименовано в Акционерное общество «Шахта «Большевик» на основании решения внеочередного общего собрания акционеров открытого акционерного общество «Шахта «Большевик» от ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается листом записи Единого государственного реестра юридических лиц от 01.12.2015г за № (т.1л.д.29).

Таким образом, ОАО «Шахта Большевик» последствии переименовано АО «Шахта «Большевик», указанные записи о переименовании внесены в Единый государственный реестр юридических лиц, следовательно, ответчик ОАО «Шахта «Большевик» является правопреемником АО «Шахта Большевик». 

Согласно исторической справки, на основании приказа МУП ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ пр. №п шахта «Полосухинская» производственного объединения «Гидроуголь» входит в состав «Научно-Производственного объединения «Прокопьевскгидроуголь» с ДД.ММ.ГГГГ по 06,12.1989. На основании приказа МУП ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № шахта «Полосухинская» «Научно-производственного объединения «Прокопьевскгидроуголь» входит в состав концерна «Кузнецкуголь» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. На основании распоряжения Администрации 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № шахта «Полосухинская» концерна «Кузнецкуголь» преобразована в акционерное общество открытого типа «Шахта «Полосухинская» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. На основании распоряжения Администрации 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № акционерное общество открытого типа «Шахта «Полосухинская» преобразовано в открытое акционерное общество «Шахта «Полосухинская» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. В связи с внесением изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации Открытое акционерное общество «Шахта Полосухинская» с ДД.ММ.ГГГГ переименовано в Акционерное общество «Шахта «Полосухинская» приказ от 04.04.2018г. № по настоящее время 

ОАО «Шахта Полосухинская» впоследствии переименовано АО «Шахта «Полосухинская», указанные записи о переименовании внесены в Единый государственный реестр юридических лиц, следовательно, ответчик АО «Шахта «Полосухинская» является правопреемником ОАО «Шахта Полосухинская». 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что работодатели ФИО4 – ОАО Шахта «Большевик», является правопредшественниками АО Шахта «Большевик», а также ОАО «Шахта «Полсухинская», является правопредшественником АО «Шахта «Полосухинская».

В силу п. 1 ст. 1093 ГК РФ в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда. 

Таким образом, данные доказательства позволяют суду прийти к выводу о том, что профессиональное заболевание у истца возникло, в том числе в период его работы в АО Шахта Большевик» и АО Шахта «Полсухинская» в связи с чем на ответчиков следует возложить обязанность по компенсации истцу морального вреда, причиненного в связи с установлением профессионального заболевания - 

<

данные изъяты>.» и утратой трудоспособности в размере 40%, поскольку именно работодатель обязан обеспечить безопасные условия труда. При этом вины истца в возникновении у него профессиональных заболеваний не установлено.

Общая степень вины АО Шахта Большевик» в причинении истцу вреда здоровью профессиональным заболеванием, составляет 10,6 %, вина АО Шахта «Полосухинская», составляет 21,5 %. 

В силу ч. 1 ст. 1099 ГК РФ, основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст. 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Как разъяснено в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Согласно п.п.24-28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 ГК РФ).

Причинитель вреда вправе добровольно предоставить потерпевшему компенсацию морального вреда как в денежной, так и в иной форме (например, в виде ухода за потерпевшим, в передаче какого-либо имущества (транспортного средства, бытовой техники и т.д.), в оказании какой-либо услуги, в выполнении самим причинителем вреда или за его счет работы, направленной на сглаживание (смягчение) физических и нравственных страданий потерпевшего).

Факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Предоставление иной (неденежной) формы компенсации морального вреда может быть осуществлено также на стадии исполнения судебного акта о взыскании компенсации в денежной форме (статья 39, пункт 1 части 1 статьи 153.7 и статьи 153.8 - 153.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, далее - ГПК РФ, пункт 3 части 2 статьи 43 и часть 1 статьи 50 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Вышеперечисленными медицинскими документами установлено наличие у истца заболевания

<

данные изъяты>

Таким образом, разрешая заявленные ФИО4 требования, суд исходит из того, что между имеющимся у истца профессиональными заболеваниями и негативным воздействием на его организм вредных производственных факторов во время работы у ответчиков (длительный стаж работы в условиях воздействия на организм тяжести трудового процесса), имеется причинно-следственная связь, поскольку ответчики не создали истцу безопасных условий труда, тем самым причинив ему моральный вред в результате профессиональных заболеваний, в связи с чем, у ответчиков возникло обязательство возместить моральный вред, причиненный истцу заболеваниями.

Кроме того, степень физических и нравственных страданий истца подтверждается его показаниями, из которых следует, что в результате профессионального заболевания истец испытывает трудности с дыханием, одышку, вследствие чего вынужден постоянно принимать лекарственные средства, рекомендованные врачом, проходить стационарное и амбулаторное лечение. Он практически перестал общаться с близкими. Из-за постоянного кашля у него нарушен сон. 

Поскольку причиненные истцу повреждения здоровья и связанные с этим физические и нравственные страдания обусловлены виновным ненадлежащим исполнением работодателями возложенных Трудовым кодексом Российской Федерации обязанностей, суд признает материальную обязанность ответчиков АО «Шахта Большевик», АО «Шахта «Полосухинская» по заявленному предмету и основанию иска установленной.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает степень вины ответчиков, долю воздействия вредных производственных факторов на предприятии ответчиков в общем стаже работы истца в неблагоприятных условиях, степень физических и нравственных страданий истца, доводы представителя ответчиков, а также учитывает принцип разумности и справедливости, и определяет размер компенсации морального вреда вследствие причиненного истцу профессионального заболевания «

<

данные изъяты> и 40% утраты трудоспособности в размере 800 000 рублей. Указанную сумму суд считает соразмерной причиненному вреду, согласующейся с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Суд считает размер морального вреда заявленный истцом в 3 500 000 рублей завышенным.

Таким образом, учитывая степень вины ответчика АО «Шахта Большевик» - 10,6%, частичную компенсацию ответчиком морального вреда в размере 15 058,20 рублей, суд взыскивает с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием: 

<

данные изъяты>.» в размере 69 741,80 рублей.

Учитывая степень вины ответчика ООО «Шахта «Полосухинская» - 21,5%, частичную компенсацию ответчиком морального вреда в размере 25 684,75 рублей суд взыскивает в ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием: «

<

данные изъяты>.» в размере 146 315,24 рублей.

Указанную сумму суд считает соразмерной причиненному вреду, согласующейся с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Удовлетворяя частично исковые требования ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, суд установил факт получения истцом профессионального заболевания, в том числе вследствие вредных для здоровья условий труда во время его работы на предприятии ответчиков.

Доказательств, подтверждающих необоснованность заявленных исковых требований, представителями ответчиков не представлено.

По смыслу норм Трудового кодекса Российской Федерации, коллективные договоры, регулируют трудовые отношения наравне с Трудовым кодексом РФ.

Согласно ст. 40 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ), коллективный договор - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения в организации или у индивидуального предпринимателя и заключаемый работниками и работодателем в лице их представителей.

Определяя содержание коллективного договора, ст. 41 ТК РФ, устанавливает, что в коллективный договор могут включаться обязательства работодателя по выплате пособий, компенсаций, а также другие вопросы, определенные сторонами.

В соответствии со ст. 43 ТК РФ, действие коллективного договора распространяется на всех работников организации, индивидуального предпринимателя, а действие коллективного договора, заключенного в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, - на всех работников соответствующего подразделения.

Таким образом, различные компенсации и пособия, выплата которых предусмотрена Коллективными договорами по своей правовой природе относятся к социальным гарантиям, обязанность по предоставлению которых возложена на работодателя. Работодатель обязан соблюдать и исполнять условия коллективного договора как правового акта, регулирующего трудовые отношения.

Из возражений ответчиков следует, что п. 1.1 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ним экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях, присоединившихся к соглашению, независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, заключенным в соответствии с Конституцией РФ, федеральным законодательством, а также конвенциями МОТ, действующими в порядке, установленном законодательством РФ.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (п. 1.4 вышеуказанного Федерального отраслевого соглашения). Пунктом 5.4. вышеуказанного Федерального отраслевого соглашения определено, что в случае установления впервые работнику, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля (сланца), утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания в счет возмещения морального вреда работодатель обеспечивает выплату единовременной компенсации из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей

Судом установлено, что ответчиком не были обеспечены безопасные условия труда ФИО4 в результате чего его здоровью был причинен вред, поскольку при исполнении истцом своих трудовых обязанностей он в течение длительного промежутка рабочего времени находился по вине ответчика под воздействием вредных производственных факторов, которые вызвали профессиональное заболевание и, как следствие, причинили ему моральный вред.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд руководствуется положениями ст.ст. 151, 1099, 1101 Гражданского кодекса РФ и разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» содержание которых приведено выше.

В силу указанных правовых норм и разъяснений по их применению, размер компенсации морального вреда относится к сфере оценочных категорий и определяется на основании судейского усмотрения с учетом ряда обстоятельств: степени физических и нравственных страданий потерпевшего, обстоятельств причинения вреда, требований разумности и справедливости и пр.

Суд принимает во внимание, что в связи с профессиональными заболеваниями истец обращается за медицинской помощью, ему необходимо получение медикаментозной реабилитации и санитарно-курортное лечение, что следует из представленных в материалы дела выписок из медицинской карты, программы реабилитации.

Из пояснений истца, которые в силу ст. 55 и ст. 68 ГПК РФ являются одним из видов доказательств, следует, что в его жизни произошли негативные изменения – он стал чувствовать постоянные чувства беспокойства и страха за свое здоровье, так как испытывает трудности с дыханием, одышку, вследствие чего вынужден постоянно принимать лекарственные средства, рекомендованные врачом, проходить стационарное и амбулаторное лечение. В настоящее время испытывает дискомфорт от того, что задыхается при любой физической нагрузке, что, безусловно, доставляет истцу дискомфорт.

При таких обстоятельствах суд считает исковые требования истца являются законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению.

Разрешая требование истца о взыскании с ответчиков судебных расходов, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы по оплате услуг представителей и другие признанные судом необходимые расходы.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено:

п.1 судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), главой 10 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ), главой 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса);

п. 2 к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ);

п. 10. лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек;

п. 11. разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер;

п. 12 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ);

п. 13 Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Таким образом, из содержания указанных правовых норм следует, что возмещение судебных издержек осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда.

Из норм процессуального закона, регламентирующих взыскание судебных расходов на представителя стороне по делу, следует, что взыскание судебных расходов законно при наличии доказательств соблюдения указанных в законе условий:

- принятия судебного акта в пользу этой стороны;

- несения расходов тем лицом, в пользу которого вынесен судебный акт (стороной);

- причинной связи между произведенным расходом и предметом конкретного судебного спора.

В связи с рассмотрением данного дела истец ФИО4 для защиты интересов был вынужден обратиться за юридической помощью в коллегию адвокатов №, между адвокатом ФИО11 и истцом было заключено соглашение (ордер № от ДД.ММ.ГГГГ). 

Оплата по настоящему соглашению составляет 35 000 рублей, из которых: 15 000 рублей - составление расчета, искового заявления о взыскании компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием с АО «Шахта «Большевик», АО «Шахта «Полосухинская»; представительство в судебном заседании в Новокузнецком районном суде Кемеровской области по делу № - ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Данная оплата подтверждается квитанциями от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 15 000 рублей, от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 20 000 рублей.

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором.

Согласно ст. 421 ГК РФ, лица свободны в заключении договора, в том числе, при выборе контрагента и согласовании условий о цене, а потому само по себе заключение договора с представителем и оплата услуг не может с бесспорностью свидетельствовать о том, что оговоренная в договоре сумма была объективно необходима для оказания квалифицированной юридической помощи истцу, и что услуги не могли быть оказаны ему за меньшую плату.

Суд не вправе вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов, на что обращено внимание в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

В целях обеспечения указанного баланса интересов сторон реализуется обязанность суда по пресечению неразумных, а значит противоречащих публичному порядку Российской Федерации условных вознаграждений представителя в судебном процессе, обусловленных исключительно исходом судебного разбирательства в пользу доверителя без подтверждения разумности таких расходов на основе критериев фактического оказания поверенным предусмотренных договором судебных юридических услуг, степени участия представителя в формировании правовой позиции стороны, в пользу которой состоялись судебные акты по делу, соответствия общей суммы вознаграждения рыночным ставкам оплаты услуг субъектов аналогичного рейтингового уровня и т.д.

Удовлетворение требований о компенсации судебных расходов, основанных на положениях договоров возмездного оказания правовых услуг о выплате вознаграждения исключительно в зависимости от факта принятия положительного для истца решения суда без совершения определенных действий или осуществления определенной деятельности со стороны исполнителя, противоречит публичному порядку, поскольку расходится с основными началами гражданского законодательства, допускающего свободу договора в определении любых условий договора, если они не противоречат законодательству (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от дата года № "По делу о проверке конституционности положений п. 1 ст. 779 и п. 1 ст. 781 ГК РФ в связи с жалобами ООО "Агентство корпоративной безопасности" и гражданина М.").

Учитывая изложенное, разрешая вопрос по существу, с учетом представленных в материалы дела доказательств и конкретных обстоятельств дела, характера и сложности рассматриваемого заявления, соотнося заявленную ко взысканию сумму расходов за составление расчета, искового заявления и участие представителя в суде первой инстанции 35 000 рублей с объемом защищенного права, принимая во внимание объем выполненных представителем и документально подтвержденных услуг (консультация, составление расчета, искового заявления, представительство в суде в четырех судебных заседаниях), с учетом процессуального результата спора, требований разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в общей сумме 15 000 рублей, по 7 500 рублей с каждого из ответчиков.

Данная сумма, по мнению суда, отвечает установленному ст. 100 ГПК РФ, принципу возмещения расходов в разумных пределах, и объему оказанных представителем услуг, позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Иного судом не установлено и доказательств обратного суду не представлено.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

На основании изложенного суд считает, что с ответчиков подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 3 000 рублей с каждого. При этом судом учитываются требования п.п.3 ч.1 ст. 333.19 НК РФ, согласно которой истец по настоящему иску был освобожден от оплаты госпошлины.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с АО «Шахта «Большевик», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***> в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС № компенсацию морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием 

<

данные изъяты> в размере 69 741,80 рубль, судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 7 500 рублей.

Взыскать с АО «Шахта «Полосухинская», ИНН 

<

***>, КПП 421801001 в пользу ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, СНИЛС № компенсацию морального вреда, причиненного в связи с профессиональным заболеванием «

<

данные изъяты> в размере 146 315,24 рублей, судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 7 500 рублей.

Взыскать с АО «Шахта «Большевик», АО «Шахта «Полосухинская» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через суд, принявший решение. 

В окончательной форме решение изготовлено 30 июня 2025 года.

Судья: подпись Н.А. Жеглова

Верно. Судья: Н.А. Жеглова.

Подлинный документ находится в материалах гражданского дела № (УИД 42RS0№-35) в Новокузнецком районном суде Кемеровской области.