Дело № 2-8/2025 УИД: 69RS0006-01-2024-000685-09

Решение

Именем Российской Федерации

30 октября 2025 г. г. Вышний Волочёк

Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в составе 

председательствующего судьи Кяппиева Д.Л., 

при секретаре Семеновой М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 (представитель по доверенности Харченко Максим Викторович) к ФИО4, индивидуальному предпринимателю ФИО5 о компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия,

с участием помощника Вышневолоцкого межрайонного прокурора Караваева Г.А.,

истца ФИО3,

ответчика ИП ФИО5,

представителя ответчика ФИО4 и третьего лица ФИО6 адвоката Короткой Е.В.,

установил:

ФИО3 (по доверенности действует адвокат Харченко Максим Викторович) обратилась в суд с иском к ФИО4, в котором просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей.

В обосновании иска указано, что приговором Каширского городского суда Московской области от 10 октября 2023 г. по уголовному делу № 1-171/2023, оставленного без изменения апелляционным постановлением Московского областного суда от 10 октября 2023 г., ФИО4 осуждён за совершение преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации; в результате действий ФИО4 наступила смерть ФИО; истец приходится матерью погибшего ФИО и признана потерпевшей по уголовному делу; у истца, как потерпевшей по уголовному делу, возникло право требования компенсации морального вреда, поскольку смертью единственного ребёнка причинены нравственные страдания.

В дальнейшем истец ФИО3 в лице своего представителя Харченко М.В. в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации увеличила заявленные исковые требования и просила также взыскать с ответчика материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия (далее также – ДТП), в размере 510800 рублей.

В обоснование дополнительного требования указано, что в результате произошедшего по вине ФИО4 ДТП автомобилю Ситроен Джампер, государственный регистрационный знак №, принадлежавшего ФИО1, были причинены механические повреждения; ущерб составил 910800 руб.; 18 мая 2024 г. ФИО3 вступила в наследство после смерти ФИО1, в связи с чем право требования материального ущерба перешло к истцу.

Определением судьи от 12 марта 2024 г. о подготовке гражданского дела к судебному разбирательству к участию в деле для дачи заключения в порядке статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации привлечен Вышневолоцкий межрайонный прокурор.

Определением суда от 14 мая 2024 г., занесённым в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве ответчика привлечена индивидуальный предприниматель (далее также – ИП) ФИО5.

В ходе рассмотрения дела протокольными определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, публичное акционерное общество «Страховая компания «Росгосстрах», общество с ограниченной ответственностью «Стоков финансовые услуги», страховое акционерное общество «ВСК».

Определением суда от 30 октября 2025 г. исковое заявление ФИО3 (представитель по доверенности Харченко Максим Викторович) к ФИО4, индивидуальному предпринимателю ФИО5 в части требования о возмещении имущественного вреда, причинённого в результате ДТП, в размере 510800 рублей оставлено без рассмотрения.

Истец ФИО3 в судебном заседании иск поддержала по основаниям, изложенным в исковом заявлении с учётом уточнения, пояснив, что она является потерпевшей по уголовному делу; погибший ФИО приходился ей сыном; в рамках уголовного дела гражданский иск не заявляла; ФИО4 пытался выйти на контакт, перечислял денежные средства, однако она их не приняла; сын был в браке, но детей у него не было; моральный вред связывает с нравственными страданиями, вызванными смертью единственного ребёнка.

Представитель истца адвокат Харченко М.В. (доверенность от 20 января 2024 г., ордер от 4 апреля 2024 г. № (адвокатский кабинет № 298)) в судебное заседание не явился, ходатайств не представил; о времени и месте судебного заседания надлежащим образом извещён.

Ранее представитель истца адвокат Харченко М.В. участвовал в судебных заседаниях 4 апреля 2024 г., 14 мая 2024 г., 9 июля 2024 г., 11 августа 2025 г.

Суд учитывает, что в судебном заседании истец ФИО3 не возражала против рассмотрения дела в отсутствии своего представителя. 

В ходе ранее состоявшихся судебных заседаниях представитель истца адвокат Харченко М.В. поддерживал исковое заявление, и в судебном заседании, состоявшемся 14 мая 2024 г., пояснил, что считает договор субаренды транспортного средства фиктивным, необходимый для того, чтобы оградить от гражданско-правовой ответственности ИП ФИО5; согласно справке 2-НДФЛ заработная плата начислялась одинаково.

Ответчик ФИО4 отбывает наказание в ФКУ ЛИУ-3 УФСИН России по Тверской области; о времени и месте судебного заседания надлежащим образом извещён, ходатайств, в том числе об участии в судебном заседании посредствам видео-конференцсвязи, не заявил.

Ранее в судебном заседании, состоявшемся 14 мая 2024 г., ответчик ФИО4 иск в части взыскания компенсации морального вреда признал в сумме 1 млн. руб., пояснив, что не оспаривает причинения морального вреда истцу, оспаривает только сумму; перечислял потерпевшей сначала 100 тыс. руб., а затем 500 тыс. руб. положил на депозитный счет, однако данные денежные средства были возвращены; работал в должности водителя у ИП ФИО5 на основании договор, но на момент ДТП трудовые обязанности не исполнял; автомашина находилась в субаренде, самостоятельно осуществлял перевозку груза;.

Представитель ответчика ФИО4 адвокат Короткая Е.В. (ордер серии № от 4 апреля 2024 г.), являющаяся также представителем третьего лица ФИО6 (ордер серии № от 14 мая 2024 г.) в судебном заседании иск в части компенсации морального вреда признала частично, пояснив, что заявленная сумма завышена; автомобиль, которым управлял ФИО4, принадлежит ФИО6, который передал его в аренду ИП ФИО5; на момент ДТП ФИО4 не являлся работником ИП ФИО5, поскольку находился в отпуске и не исполнял трудовые обязанности; ответчик пытался связаться с потерпевшей ФИО3, перечислил ей 100 тыс. руб., однако она на контакт не шла, денежные средства возвратила; он открыл депозит у нотариуса НОТАРИУС и положил на него сумму 500 тыс. руб., однако данные денежные средства истец также не приняла, в связи с чем депозит он закрыл; преступление было совершено по неосторожности, свою вину в ДТП и в причинении морального вреда ФИО4 не оспаривает.

Ответчик ИП ФИО5 в судебном заседании иск не признала, пояснив, что на дату ФИО4 находился с ней в трудовых отношениях, однако на дату ДТП находился в ежегодном отпуске, использовал находящийся у него в субаренде автомобиль в личных целях; не оспаривала факт причинения морального вреда истцу, однако полагала заявленную сумму завышенной.

Третьи лица ПАО СК «Росгосстрах», ООО «Стоков финансовые услуги» и САО «ВСК», извещённые о времени и месте судебного заседания в суд своих представителей не направили; ходатайств не представлено.

Ранее от третьего лица ПАО СК «Росгосстрах» в суд поступили письменные пояснения, из которых следует, что в результате произошедшего 31 июля 2022 г. по вине ФИО4 ДТП скончался ФИО; 13 декабря 2022 г. ФИО3 обратилась в ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о страховом возмещении по договору ОСАГО; 8 декабря 2023 г. страховщик произвел выплату страхового возмещения в связи с причинением вреда здоровью по договору ОСАГО в размере 475 000 руб., в связи с чем обязательства перед истцом страховой компанией исполнены в полном объеме.

Третьи лица ФИО6, ФИО7, Ч.Д.АБ., ФИО9 в судебное заседание не явились, ходатайств не представили; о времени и месте судебного заседания надлежащим образом извещались. 

Участвующий в деле прокурор Караваев Г.А. в заключении по делу в порядке части 3 статьи 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании полагал иск подлежащим удовлетворению в части требований к ФИО4

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что 31 июля 2022 г., не позднее 22 часов 34 минут, ФИО4, будучи здоров, в трезвом состоянии, управляя технически исправным механическим транспортным средством – автопоездом в составе грузового седельного тягача «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, с полуприцепом «НАРКО S3MP23A11», государственный регистрационный знак №, перевозя груз общей массой 20 тонн, в условиях ясной погоды, в тёмное время суток, на неосвещённом участке дороги, двигался вне населенного пункта в направлении г. Москвы по 140 км автомобильной дороги Р-22 «Каширский» - автомобильной дороги М-4 «Дон» - Тамбов – Волгоград – Астрахань в Каширском городском округе Московской области. При этом указанная автомобильная дорога имеет двустороннее движение: по одной полосе движения в каждом направлении, проезжая часть горизонтальная прямая, без дефектов асфальтового дорожного покрытия; при наличии горизонтальной дорожной разметки: 1.1 Приложения 2 к Правилам дорожного движения Российской Федерации (далее – Правил), разделяющей транспортные потоки противоположных направлений и обозначающей границы полос движения в опасных местах на дорогах; 1.2 Правил, обозначающей край проезжей части.

В пути следования ФИО4 проявил преступную небрежность, а именно: не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий, своими действиями, выразившимися в управлении механическим транспортным средством, со скоростью, не обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, и бездействием, выразившимся в непринятии своевременных мер, соответствующих дорожно-транспортной ситуации, не применив мер к снижению скорости, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, создал опасную ситуацию. Далее, неправильно оценив дорожную обстановку и её изменения, ФИО4, двигаясь по вышеуказанной автомобильной дороге, своевременно не предпринял мер к снижению скорости, вплоть до остановки своего транспортного средства, несмотря на то, что имел возможность заблаговременно обнаружить образующийся впереди него затор из транспортных средств, тем самым, перевёл опасную ситуацию в аварийную.

Далее, продолжая движение в указанном направлении, ФИО4 неправильно избрал при движении дистанцию до движущегося впереди транспортного средства – автомобиля «HYUNDAY CRETA», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО7, в результате чего на 139 км + 550 м автомобильной дороги Р-22 «Каширский» - автомобильной дороги М-4 «Дон» - Тамбов – Волгоград – Астрахань в Каширском городском округе Московской области, на полосе движения в сторону г. Москвы, совершил столкновение с движущимся впереди него в попутном направлении автомобилем «HYUNDAY CRETA», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО7, в результате чего водитель автомобиля «HYUNDAY CRETA», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО7, утратил контроль над управлением своим транспортным средством и выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем «CITROEN JUMPER», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО, который не располагал технической возможностью предотвратить столкновение.

В результате столкновения автомобиля «HYUNDAY CRETA», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО7, с автомобилем «CITROEN JUMPER», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО, произошло возгорание последнего автомобиля и последующее его смещение на полосу встречного для него движения, где произошло столкновение с автомобилем «VOLKSWAGEN CRAFTER», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО8, и автопоездом в составе грузового седельного тягача «RENAULT T 4X2», государственный регистрационный знак №, и полуприцепа «KRONE», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО9

В результате ДТП водитель автомобиля «CITROEN JUMPER», государственный регистрационный знак №, получил телесные повреждения, от которых 9 августа 2022 г. скончался, а пассажир данного автомобиля ФИО2 получила телесные повреждения, которые квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью.

Таким образом, ФИО4 нарушил требования пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно:

- пункта 1.3., обязывающего участников дорожного движения знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, знаков и разметки;

- пункта 1.5., устанавливающего, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда; 

- пункта 9.10., устанавливающего, что водитель должен соблюдать дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения; 

- пункта 10.1., обязывающего водителя вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Приговором Каширского городского суда Московской области от 15 января 2025 г., оставленным без изменения апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Московского областного суда от 6 мая 2025 г., ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 (два) года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 (три) года, с отбыванием основного наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении, куда следовать самостоятельно.

Приговор вступил в законную силу 6 мая 2025 г.

С 27 июня 2025 г. ФИО4 отбывает наказание в ФКУ ЛИУ-3 УФСИН России по Тверской области, что подтверждается сведениями ГУФСИН России по Московской области.

Согласно свидетельству о смерти серии № от 

<

дата>, ФИО, 

<

дата> года рождения, умер 

<

дата> (запись акта о смерти № составлена 

<

дата> 

<

данные изъяты>).

Приговором Каширского городского суда Московской области установлено, что в результате ДТП ФИО причинены телесные повреждения: 

<

данные изъяты>.

Смерть ФИО, наступила от 

<

данные изъяты>.

Таким образом, между тяжким вредом здоровью и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

Между ДТП, произошедшим 31 июля 2022 г. в результате нарушения ФИО4 Правил дорожного движения Российской Федерации, и наступлением смерти ФИО имеется прямая причинно-следственная связь.

Согласно части 3 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Таким образом, обстоятельства, связанные с совершением ФИО4 действий, повлекших смерть ФИО, установлены вступившим в законную силу приговором суда. 

Требования истца связаны с компенсацией морального вреда, которую она просит взыскать с ФИО4 и ИП ФИО5

Суд учитывает, что ФИО4 и ИП ФИО5 имеют различный правовой статус относительно деликтного обязательства (обязательства из причинения вреда).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

Судом установлены владельцы транспортных средств – участников ДТП (по состоянию на 31 июля 2022 г.):

- собственником грузового тягача седельного «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, и полуприцепа «НАРКО S3MP23A11», государственный регистрационный знак №, являлся ФИО6;

- собственником автомобиля «HYUNDAY CRETA», государственный регистрационный знак №, являлся ФИО7;

- собственником автомобиля «CITROEN JUMPER», государственный регистрационный знак №, являлся ФИО1; 

- собственником автомобиля «VOLKSWAGEN CRAFTER», государственный регистрационный знак №, являлся ФИО8;

- собственником грузового тягача седельного «RENAULT T 4X2», государственный регистрационный знак №, и полуприцепа «KRONE», государственный регистрационный знак №, являлось ООО «Стоков финансовые услуги».

Факт принадлежности автомобиля «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, ФИО6 подтверждается карточкой учета транспортного средства (регистрация с 30 ноября 2021 г.).

Между тем, в материалах дела имеется договор № аренды транспортного средства без экипажа от 1 февраля 2022 г. и акт приема передачи транспортного средства, согласно которым автомобиль «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, и полуприцеп «НАРКО S3MP23A11», государственный регистрационный знак №, были переданы во временное владение и пользование индивидуальному предпринимателю ФИО5 на срок с 1 февраля 2022 г. по 1 февраля 2023 г. (пункты 1.1, 5.1).

При этом суд учитывает, что согласно договору субаренды № транспортного средства без экипажа от 21 июля 2022 г. и акту приема-передачи транспортного средства от 21 июля 2022 г., автомобиль «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, и полуприцеп «НАРКО S3MP23A11», государственный регистрационный знак №, были переданы во временное владение и пользование ФИО4 на срок с 21 июля 2022 г. по 1 сентября 2023 г. (пункты 1.1, 5.1).

Также установлено, что гражданская ответственность ФИО6, как собственника автомобиля «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, на момент ДТП застрахована в ПАО СК «Росгосстрах» по договору ОСАГО (полис №; период действия с 00.00 час. 26 ноября 2021 г. по 23.59 час. 25 ноября 2022 г.); в качестве лиц, допущенных к управлению транспортным средством, указан ФИО4

Таким образом, в понимании статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации на момент ДТП, имевшего место 31 июля 2022 г., третье лицо ФИО6 не являлся владельцем источника повышенной опасности.

Суд не может согласиться с правовой позицией представителя истца адвоката Харченко М.В., выраженной им в судебном заседании, состоявшемся 14 мая 2024 г., о фиктивности договора субаренды транспортного средства.

Суд учитывает, что в нормах гражданского права отсутствует понятие фиктивной следки, но содержится понятие о недействительной сделке (ничтожной или оспоримой), в том числе о мнимой сделке, то есть сделке, совершенной лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, являющейся ничтожной (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суду не представлены документы (судебное постановление), подтверждающие признание договора субаренды № транспортного средства без экипажа от 21 июля 2022 г. недействительной сделкой.

Таким образом, по состоянию на 31 июля 2022 г. ФИО4 являлся владельцем автомобиля «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, и полуприцепа «НАРКО S3MP23A11», государственный регистрационный знак №.

ФИО5 с 16 марта 2021 г. зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя за основным государственным регистрационным номером (ОГРНИП) 321695200012130.

Трудовым договором с водителем грузового автомобиля № от 14 января 2022 г., приказом (распоряжением) о приёме работника на работу № от 14 января 2022 г., должностной инструкцией водителя грузового автомобиля (лица, управляющего грузовым автомобилем) подтверждается, что ФИО4 работает у ИП ФИО5 в должности водителя с 14 января 2022 г.

Факт трудоустройства ФИО4 у ИП ФИО5 не оспаривался ответчиками и подтверждён сведениями Управления Федеральной налоговой службы по Тверской области (справка по форме – НДФЛ) и данными Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Тверской области (страховые взносы).

Согласно пункту 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. 

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В абзацах первом – третьем пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны следующие разъяснения.

Под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признаётся владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что на день ДТП (31 июля 2022 г.) ИП ФИО5 не являлась владельцем автомобиля «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, которым управлял ФИО4

Следовательно, управляя 31 июля 2022 г. данным автомобилем с прицепом, как его владелец.

Суд учитывает, что статья 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации возлагает на работодателя обязанность по возмещению вреда только в случае его причинения работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В этой связи сам факт нахождения в трудовых отношениях на день причинения вреда не является самостоятельным основанием для его возмещения.

Из договора-заявки от 28 июля 2022 г., накладной № 5083 на отпуск материалов на сторону от 28 июля 2022 г., счёта № 46 от 29 июля 2022 г., акта № 46 от 29 июля 2022 г. усматривается, что ФИО4, исполняя трудовые обязанности, доставлял груз на автомобиле «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, по маршруту г. Ульяновск – г. Волжский Волгоградской области с 28 июля 2022 г. по 29 июля 2022 г.

Ответчики ФИО4, ИП ФИО5 поясняли, что на момент ДТП ФИО4 находился в отпуске и эксплуатировал автомобиль в личных целях.

В силу положений статей 106, 107 Трудового кодекса Российской Федерации отпуск относится к видам отдыха, то есть времени, в течение которого работник свободен от исполнения трудовых обязанностей и которое он может использовать по своему усмотрению.

Согласно статье 114 Трудового кодекса Российской Федерации, работникам предоставляются ежегодные отпуска с сохранением места работы (должности) и среднего заработка.

В материалы дела представлена копия заявления ФИО4 о предоставлении отпуска, датированного 15 июля 2022 г., и приказа (распоряжения) о предоставлении отпуска работнику от 27 июля 2022 г. №, из которых следует, что ФИО4 в период с 30 июля 2022 г. по 26 августа 2022 г. находился в ежегодном основном оплачиваемом отпуске.

Таким образом, на момент ДТП (31 июля 2022 г.) ФИО4 не являлся лицом, выполняющим трудовые обязанности водителя у ИП ФИО5 в связи с нахождением в ежегодном отпуске.

Суд приходит к убеждению, что 31 июля 2022 г. ФИО4 управлял источником повышенной опасности – автомобилем «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, c полуприцепом «НАРКО S3MP23A11», государственный регистрационный знак №, являясь его владельцем на основании договора субаренды № транспортного средства без экипажа от 21 июля 2022 г., не исполнения трудовых обязанностей.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что ответчик ФИО4 является стороной деликтного обязательства, возникшего вследствие причинения вреда.

Напротив, ответчик ИП ФИО5 субъектом спорных деликтных правоотношений не является. 

В этой связи суд считает необходимым отказать ФИО3 в удовлетворении иска о компенсации морального вреда в части требования к ИП ФИО10 И.АВ. 

Согласно свидетельству о рождении (повторное) серии № от 

<

дата>, ФИО, 

<

дата> года рождения, приходится сыном ФИО1 и ФИО3 (актовая запись о рождении № составлена 

<

дата> 

<

данные изъяты>).

Постановлением временно исполняющего обязанности начальника специализированного следственного отдела по расследованию ДТП ГСУ ГУ МВД России по Московской области от 1 сентября 2022 г., ФИО3 признана потерпевшей по уголовному делу, как близкий родственник погибшего ФИО

Требование о компенсации морального вреда истец обосновывает нравственными и физическими страданиями, перенесенными в связи со смертью сына.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя в случаях, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из требования части 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» даны следующие разъяснения.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзацы первый и четвёртый пункта 12).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14).

Факт причинения морального вреда потерпевшему от преступления, в том числе преступления против собственности, не нуждается в доказывании, если судом на основе исследования фактических обстоятельств дела установлено, что это преступление нарушает личные неимущественные права потерпевшего либо посягает на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 17).

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 22).

В абзаце третьем и четвёртом пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны следующие разъяснения.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Таким образом, лицо, которому причинены нравственные страдания в связи со смертью родственника, приобретает самостоятельное право требования денежной компенсации морального вреда.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (статья 3 Всеобщей декларации прав человека и статьи 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в статье 41 Конституции Российской Федерации, согласно которой право на охрану здоровья отнесено к числу основных прав человека. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

Суд учитывает, что сам по себе факт смерти сына истца является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой.

Таким образом, установив, что смерть ФИО произошла вследствие виновных действий водителя автомобиля «ВОЛЬВО VNL», государственный регистрационный знак №, с полуприцепом «НАРКО S3MP23A11», государственный регистрационный знак №, ФИО4, суд приходит к выводу о том, что он в соответствии со статьей 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в бесспорном порядке должен нести ответственность за причиненный вред, как лицо, которое на момент происшествия управляло источником повышенной опасности на законных основаниях.

Вина ФИО4 в совершении ДТП установлена вступившим в законную силу приговором суда, который в настоящее время обращен к исполнению. 

Суд учитывает, что ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое относится к категории преступлений средней тяжести. Однако суд принимает во внимание тот факт, что, управляя источником повышенной опасности, ответчик ФИО4 допустил преступную неосторожность и халатность, выразившуюся в нарушении Правил дорожного движения Российской Федерации.

При определении размера компенсации причиненного морального вреда суд исходит из принципа разумности и справедливости, учитывая отсутствие каких-либо норм, определяющих критерии, эквивалентные физическим и нравственным страданиям.

Решая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень нравственных страданий истца в результате потери сына, являющейся невосполнимой утратой близкого родственника, психотравмирующие переживания истца, связанные с нарушением целостности семейных связей, нарушением привычного уклада жизни, который не может быть восстановлен в будущем, утратой теплых и нежных отношений между матерью и сыном, возможности рассчитывать на его помощь, приходит к выводу, что соответствующей степени перенесенных нравственных страданий истца будет являться сумма компенсации в размере 1 000 000 руб.

В этой связи с учётом всех обстоятельств дела суд полагает необходимым взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 1000000 руб. в счёт компенсации морального вреда.

В остальной части иска к ФИО4 о компенсации морального вреда суд считает необходимым отказать.

В силу части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истцы освобождены от уплаты государственной пошлины по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.

Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Суд учитывает, что иск в суд направлен 5 марта 2024 г. (дата передачи искового заявления в отделение АО «Почта России»), то есть до вступления в силу пункта 45 статьи 2 Федерального закона от 8 августа 2024 г. № 259-ФЗ «О внесении изменений в части первую и вторую Налогового кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации о налогах и сборах» (далее – Федеральный закон от 8 августа 2024 г. № 259-ФЗ), изложившего в новой редакции пункт 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (вступил в силу 8 сентября 2024 г.).

В силу пункта 28 статьи 19 Федерального закона от 8 августа 2024 г. № 259-ФЗ положения статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к делам, возбуждённым в суде соответствующей инстанции на основании заявлений и жалоб, направленных в суд после дня вступления в силу указанных положений.

В этой связи при разрешении вопроса о взыскании государственной пошлины, от уплаты которой истец ФИО3 была освобождена при обращении, суд принимает её размер, установленный пунктом 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации в редакции статьи, действовавшей до 7 сентября 2024 г. включительно (то есть в редакции, установленной статьёй 11 Федерального закона от 8 марта 2015 г. № 23-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с ведением в действие Кодекса административного правонарушения Российской Федерации»), а именно в размере 300 руб. (при подаче искового заявления неимущественного характера). 

В силу пункта 2 статьи 61.1 и пункта 2 статьи 61.6 Бюджетного кодекса Российской Федерации государственная пошлина по делам, рассматриваемыми судами общей юрисдикции, зачисляется в бюджеты муниципальных округов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Закона Тверской области от 18 января 2005 года N 4-ЗО «Об установлении границ муниципальных образований Тверской области и наделении их статусом городских округов, муниципальных районов» муниципальное образование «Вышневолоцкий муниципальный округ с административным центром город Вышний Волочёк» наделен статусом муниципального округа.

В этой связи суд считает необходимым взыскать с ФИО4 в доход бюджета муниципального образования «Вышневолоцкий муниципальный округ» государственную пошлину, от уплаты которой при подаче искового заявления истец освобожден в силу указания закона, в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

удовлетворить частично иск ФИО3 (представитель по доверенности Харченко Максим Викторович) к ФИО4 о компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия.

Взыскать с ФИО4, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

данные изъяты> (паспорт гражданина Российской Федерации: 

<

данные изъяты>), в пользу ФИО3, 

<

дата> года рождения, уроженки 

<

данные изъяты> (паспорт гражданина Российской Федерации: 

<

данные изъяты>), 1000000 (один миллион) рублей в счёт компенсации морального вреда.

Отказать ФИО3 в удовлетворении иска к ФИО4 в остальной части требования о компенсации морального вреда.

Отказать ФИО3 в удовлетворении иска о компенсации морального вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, в части требования к индивидуальному предпринимателю ФИО5.

Взыскать с ФИО4, 

<

дата> года рождения, уроженца 

<

данные изъяты> (паспорт гражданина Российской Федерации: 

<

данные изъяты>), в доход бюджета муниципального образования «Вышневолоцкий муниципальный округ) государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

На решение суда могут быть поданы апелляционные жалобы, представление в Тверской областной суд через Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Д.Л. Кяппиев