Дело №2-171/2017

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

(мотивированное решение)

г. Новая Ляля 10 мая 2017 года

Новолялинский районный суд Свердловской области в составе судьи Макарова И.А., с участием прокурора Борисовой А.Г., при секретаре Зинатовой З.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Новолялинская районная больница» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ГБУЗ СО «Новолялинская районная больница» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, указав, что 11 мая 2016 года он был принят на работу в ГБУЗ СО «Новолялинская районная больница» на должность юрисконсульта (по совместительству). Трудовой договор № 51 от 11 мая 2016 года был заключен между ним и ГБУЗ СО «Новолялинская РБ» на неопределенный срок.

В его должностные обязанности, согласно Инструкции, входило общее юридическое сопровождение деятельности учреждения, ответы на жалобы, запросы, взаимодействие с правоохранительными и надзорными органами, представительство в судах.

Должностной оклад составлял (сумма 1) рублей. Дополнительные выплаты составляли: 15 % - выплата за работу в местностях с особыми климатическими условиями; 4% - выплата за вредные условия труда. Также, трудовым договором № 51 предусматривалась выплата за эффективность деятельности, качество и результативность труда, которая составляла (по состоянию на 1 апреля 2016 года) 150% должностного оклада.

За период работы в ГБУЗ СО «Новолялинская РБ» к дисциплинарной ответственности не привлекался.

10 апреля 2017 года был принужден исполняющим обязанности главного врача учреждения ФИО2 к написанию заявления об увольнении по собственному желанию. 10 апреля 2017 года он был уволен по ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, с Приказом об увольнении ознакомлен в этот же день.

При разговоре о его увольнении ФИО2 использовал нецензурную брань, нелестно высказывался о его работе в частности и о работе Учреждения в целом, высказывал угрозы увольнения по отрицательным мотивам.

Полагает принуждение к увольнению по собственному желанию незаконным.

В связи с принуждением к увольнению испытывает тяжелые нравственные страдания.

Моральный вред, причиненный ему в результате незаконного увольнения оценивает в (сумма 2) рублей.

Просил суд:

Восстановить его на работе в ГБУЗ СО «Новолялинская районная больница» в должности юрисконсульта по совместительству;

Взыскать с ГБУЗ СО «Новолялинская районная больница» в его пользу средний заработок за все время вынужденного прогула с 11 апреля 2017 года по 10 мая 2017 года в сумме (сумма 3) рублей;

Взыскать с ГБУЗ СО «Новолялинская районная больница» в его пользу компенсацию морального вреда в размере (сумма 2) рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 на иске настаивал и пояснил, что 10 апреля 2017 года, при разговоре с и.о. главного врача ФИО2, последний допускал в отношении него грубость, оскорблял его нецензурно. ФИО2 вынудил его написать заявление об увольнении по собственному желанию. ФИО2 говорил, что никто ничего не делает, работает только он один. Говорил много, в том числе: «иди», «иди, пиши». Увольнение по собственному желанию, должно быть добровольным. В его заявлении указано: «В связи с невозможностью продолжения работы с и.о. главного врача…». Данная фраза подтверждает, что увольнение не было добровольным.

Представитель ответчика ФИО3 иск не признала и пояснила, что заявление об увольнении было написано истцом добровольно, собственноручно. Дату увольнения истец поставил сам и работодатель согласился с датой увольнения. У истца была возможность отозвать заявление, т.к. заявление было подано в 13:05-13:10, а приказ был изготовлен в 17-ом часу. 

Заслушав стороны, допросив свидетелей и изучив письменные доказательства, суд находит иск не обоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Как следует из материалов дела, приказом №51 от 11 мая 2016 года ФИО1 был принят на работу в ГБУЗ СО «Новолялинская районная больница» на должность юрисконсульта на не определенный срок по совместительству .

С ФИО1 был заключен трудовой договор от 11 мая 2016 года №51 .

10 апреля 2017 года на основании заявления трудовой договор с ФИО1 был прекращен по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, по собственному желанию .

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, основаниями прекращения трудового договора являются:

- расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Согласно ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Из заявления ФИО1 от 10 апреля 2017 года, следует, что он просит уволить его по собственному желанию с 10 апреля 2017 года . Таким образом, нарушения срока увольнения не допущено.

Из п.п. «а» п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду следующее:

а) расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Допрошенные свидетели ФИО4, ФИО5, ФИО6 не подтвердили доводы истца о том, что и.о. главного врача вынудил его написать заявление об увольнении по собственному желанию. Никто из свидетелей не присутствовал при разговоре ФИО1 и и.о. главного врача. Свидетели подтвердили, что после разговора и в течение оставшегося рабочего дня ФИО1 был спокоен и подтвердил свое решение об уходе по собственному желанию.

Кроме того, свидетель ФИО4 показала, что за период работы, ФИО1 неоднократно подавал заявления об увольнении по собственному желанию, но затем отзывал их и продолжал работать.

Доводы истца о том, что фраза « в связи с невозможностью продолжения работы с и.о. главного врача» подтверждает вынужденность увольнения, несостоятельны.

Никакими объективными данными не подтверждается, что работодатель вынудил истца подать заявление об увольнении по собственному желанию.

При таких обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194, 197, 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Свердловской области «Новолялинская районная больница» о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня составления мотивированного решения в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Новолялинский районный суд.

Мотивированное решение составлено 15 мая 2017 года.

Судья: Макаров И.А.