Дело № 21202/19 18 февраля 2019 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Вишневецкой О.М.,

при секретаре Ковалевой Д.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО ”Научно-исследовательский институт физической реабилитации и новых реабилитационных технологий“ о возмещении убытков, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ООО "Научно-исследовательский институт физической реабилитации и новых реабилитационных технологий" о взыскании убытков и компенсации морального вреда по Закону о защите прав потребителей, ссылаясь на то, что она 15.02.2014 года получила тяжелую травму позвоночника во время подготовки к зимним Олимпийским играм. Сразу после травмы была доставлена в Городскую больницу №8 г. Сочи, где ей была проведена операция на позвоночнике. После проведенной операции врачи диагностировали у неё нижнюю параплегию (паралич нижних конечностей), параанестизию (отсутствие чувствительности) с уровня ThIX слева, ThXI справа. Для продолжения лечения 17.02.2014 ФИО2 перевезли в Германию, в клинику экстренной хирургии "На правом берегу Изара", откуда 24.02.2014 она была переведена в Центр травматологии Мурнау, где находилась на лечении до 26.04.2014. Диагноз немецких медиков подтверждал диагноз российских врачей: современный уровень медицины не позволяет больным с травмой, как у истца, снова встать на ноги. 22.04.2014 по совету знакомых истица прошла первичный прием у доктора медицинских наук Блюма Е.Э. в клинике ООО "Научно-исследовательский институт физической реабилитации и новых реабилитационных технологий" (далее по тексту также - "ответчик", "Общество") в Марбелье (Испания). По результатам осмотра Блюм разработал программу восстановительного лечения истца сроком на один год, указав, что спинальные функции истца можно восстановить, что истец снова сможет ходить. В адрес Президента Федерации Фристайла ответчиком было направлено предложение по реабилитации истца, в котором было указано, что "клиника может предложить спортсменке более высокий уровень восстановительных мероприятий и более оптимистичный прогноз". 03.05.2014 ФИО2 заключила договор № 9 на оказание услуг с ответчиком сроком на 365 дней. Генеральным директором ответчика был ФИО3. В мае 2015 года срок действия договора был продлен еще на год. При этом дополнительного соглашения о пролонгации договора истец на руки не получил, истца устно заверили о том, что договор продолжает действовать, динамика лечения положительная. За два года занятий ответчик ни разу не проводил её медицинское освидетельствование, отправлял истца для контроля состояния здоровья в другие клиники. Все выводы об улучшении состояния истца и положительной динамике после проведения занятий делались Блюмом Е.Э. только на основании личного осмотра, без привлечения других врачей, без использования какой-либо медицинской аппаратуры. Согласно договору, стоимость комплекса оказываемых услуг составляет 27 856 800 рублей, из расчета 2 321 400 рублей в месяц. После обращения истца через средства массовой информации с просьбой помочь в сборе денег, денежные средства стали поступать со всей страны. Благотворительный фонд "Острова" (далее по тексту также - "фонд") взял на себя функции оператора по приему пожертвований. Согласно отчета фонда от 19.03.2015 о предоставлении благотворительной помощи, на имя истца поступили пожертвования на сумму 29 132 177,1 руб. За период с 01.06.2014 по 23.04.2015 ответчику на лечение и реабилитацию истца было перечислено 23 038 794 руб. Часть денежных средств фонд передал истцу наличными, которыми она оплатила лечение и реабилитацию непосредственно в клинике в Марбелье. Деньги в клинику передавали истица и её родственники. Платежные документы на руки не выдавались. После двух лет лечения в клинике, почти каждодневных изнурительных занятий по 5-7 часов в день, уверений со стороны ответчика о том, что истец делает большие успехи вот-вот встанет на ноги, прогресса в состоянии так и не наступило, подвижность нижних конечностей не восстановилась. 29.01.2016 истец прошел обследование в неврологической клинике в Испании, и 15.02.2016 истец получил заключение о состоянии своего здоровья, в котором было сказано, что у истца нижняя параплегия и параанестизия, то есть никаких улучшений по сравнению с 2014 годом не произошло. В связи с получением данной информации истцом было принято решение о прекращении реабилитации в клинике ответчика начиная с 01.03.2016. Истица занималась в клинике ответчика в период с 03.05.2014 по 26.02.2016, то есть 22 календарных месяца. Исходя из стоимости услуг в месяц (2 321 400 рублей), общая сумма за 22 календарных месяца занятий составила 51 070 800 рублей. Указанную сумму истица просит взыскать с ответчика в качестве убытков, т.к. по мнению истца два года занятий в клинике абсолютно не улучшили состояние его здоровья, не привели к восстановлению двигательных функций бедер и ног. Согласно программе реабилитации, выданной истцу ФКУ "ГБ МСЭ по г. Санкт-Петербургу" 16.05.2018, реабилитационный потенциал истца низкий, а реабилитационный прогноз - сомнительный. У истца значительно-выраженные нарушения функций опорно-двигательного аппарата, вызывающие необходимость использования кресла-качалки, истец нуждается в постоянной медицинской, социально-средовой, социально-психологической и социально-культурной реабилитации. Денежные средства, которые она потратила по договору услуг, заключенному с ответчиком, необходимы ей на постоянную поддерживающую терапию в течение всей жизни. По словам истца, заключая договор с ответчиком, она четко обозначила свою цель: начать ходить самостоятельно, не быть прикованной к инвалидной коляске. Истец выбрал клинику ответчика и согласился платить по 27 миллионов в год лишь потому, что другие клиники не обещали восстановить подвижность ног. Напротив, врачи утверждали, что нет никаких методов лечения, которые могли бы помочь истцу. Доктор Блюм дал истцу надежду, заявив, что другие врачи вводят истца в заблуждение, возможности для излечения есть, именно он владеет уникальной авторской методикой, которая поможет истцу снова встать на ноги и ходить. Ссылаясь на ст. 10 Закона "О защите прав потребителей", утверждает, что никакой информации об услуге в договоре не содержится. По договору ответчик обязуется осуществить "методологическое сопровождение, техническое исполнение и тренажерное обеспечение оздоровительной программы в полном соответствии с авторскими разработками". Однако, ни программа, ни график занятий, ни перечень используемых тренажеров, ни авторские разработки, приложениями к договору не являются, истца никто с ними не ознакомил ни устно, ни письменно. На вопрос истца, по какой программе он будет заниматься и где с ней ознакомиться, генеральный директор ответчика пояснил, что программа является конфиденциальной, все разработки у доктора в голове. При анализе общедоступной информации о клинике, о докторе Блюме, можно сделать вывод о том, что у ответчика действительно имеется уникальная методика, которая помогает в излечении больным с тяжелыми травмами позвоночника. На сайте клинике указано: "по результатам первичного приема определяется, если возможность помочь Вам в клинике "Доктор Блюм", либо Вам показано лечение иными способами и методами" Если лечение в клинике профессора Вам показано, для Вас будет разработана персональная программа реабилитационных мероприятий. Все программы разрабатываются лично профессором Е.Э. Блюмом... В процессе прохождения программы реабилитации в клинике пациент находится под постоянным врачебным надзором автора методики... При очередном визите доктора в клинику пациент обязательно проходит повторный осмотр с целью корректировки реабилитационной программы". Ответчик имеет лицензию на осуществление медицинской деятельности № ЛО-77-01-006109 от 07.05.2013, в том числе на осуществление специализированной медицинской помощи по: лечебной физкультуре и спортивной медицине, мануальной терапии, неврологии, травматологии и ортопедии. Изучив в интернете информацию о докторе Блюме, о клинике ответчика, где ставят на ноги безнадежных больных, о наличии медицинской лицензии на осуществление помощи по неврологии и травматологии, а также исходя из информации, направленной ответчиком Федерации Фристайла России, истец полагал, что все обещания доктора осуществимы, и что оказанные ответчиком услуги приведут к излечению истца. Если бы истица при заключении договора понимала, что оплачивает более двух миллионов рублей в месяц фактически за занятия в тренажерном зале, которые не сделают её здоровой и не позволят ходить, то она бы ни при каких обстоятельствах не заключила бы договор с ответчиком.

По мнению истца, исходя из буквального толкования слов и выражений, содержащихся в договоре от 03.05.2014, не следует, что до неё доводилась информация об услуге, обеспечивающая возможность её правильного выбора. По мнению истца, непредставление ответчиком истцу достоверной информации об услуге, введение истца, как потребителя, в заблуждение относительно качества оказываемых услуг и их соответствии цели заключенного истцом договора, привели к тому, что истцом были понесены убытки в виде денежных средств, выплаченных ответчику. В обоснование своей позиции истец ссылается на п.1. ст. 29 Закона о защите прав потребителей согласно которому потребитель вправе потребовать полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). 12.10.2018 истец обратился к ответчику с претензией о возмещении убытков, причиненных ему вследствие недостатков услуги, оказанной по договору. Истец заявил, что размер убытков, вызванных недостатком услуги, а именно несоответствием услуги целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении договора, составляет 51 070 800 рублей, которые истец просит взыскать в полном объеме. Услуги, оказанные ответчиком, причинили ей глубокие нравственные страдания, в связи с этим истица считает, что она имеет право на компенсацию морального вреда. Её угнетает мысль о том, что она могла более эффективно использовать для поддержания своего здоровья те два года, которые она потратила на ежедневные, тяжелые и бесполезные занятия в клинике ответчика. Считает, что её имя и её беда были использованы ответчиком для рекламы собственной клиники, её боль выставлялась напоказ для привлечения новых клиентов. Истец полагает, что поверив ответчику, она непроизвольно ввела в заблуждение людей, которые пожертвовали деньги на её лечение в клинике. Считает, что её обманули, воспользовавшись надеждой на чудесное выздоровление. Истица оценила размер компенсации морального вреда в 5 000 000 рублей. 

Истица в суд не явилась, о дате судебного заседания извещена, в интересах истицы в судебном заседании участвовала адвокат Фаст И.А. /л.д. 49/.

Представитель ответчика в суд явился, представил возражения на иск ФИО1, в которых указал, что ДД.ММ.ГГГГ истец прошел первичный прием в оздоровительном центре ответчика в Марбелье (Испания). По результатам первичного приема доктором медицинских наук Блюмом Е.Э для ФИО1 была разработана оздоровительная программа сроком на один год. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ответчиком был заключен договор №, который, исходя из состава и характера возникающих из договора правоотношений, по своей природе является договором возмездного оказания услуг. По мнению ответчика, сославшегося на ст. 128, 779-783 ГК РФ, Постановление Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № " О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", Постановление Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-П, и правоприменительную практику, в договоре возмездного оказания услуг на исполнителе не лежит риск недостижения результата, результат услуги не является объектом гражданских прав и не может выступать предметом договора и, как следствие, не может являться критерием ненадлежащего исполнения медицинской организацией или оздоровительным центром своих обязательств по договору. По мнению ответчика, недостижение при лечении положительного эффекта не может само по себе рассматриваться, как признак некачественной медицинской услуги. Утверждает, что предоставил истцу исчерпывающую и достоверную информацию относительно потребительских свойств услуг, являющихся предметом договора. Истец, ссылаясь на устные обещания Блюма Е.Э., не приводит ссылки на иные источники информации, содержащие какую-либо информацию, размещенную самим ответчиком или иными лицами, из которых бы следовало, что ответчик принимал или принимает на себя и гарантирует излечение неизлечимых травм, способен вернуть разрушенные и утраченные физиологические функции парализованным людям, гарантирует излечение в тех случаях, когда медицина оказалась бессильна. Истица подтвердила, что до заключения договора, в адрес Президента Федерации Фристайла России ответчиком были направлены предложения по реабилитации истца, раскрывающие состав и принципы применяемых методик реабилитации. Указанное предложение подробно раскрывает содержание и цель каждого этапа, методы достижения целей и способы решения стоящих в рамках каждого этапа задач, раскрывает происходящие на каждом этапе физиологические процессы, стоящие перед пациентом и исполнителем услуг задачи. Каких-либо гарантий, вводящих истца в заблуждение относительно перспектив реабилитации, в указанном предложении не содержалось. ООО "НИИ физической реабилитации и новых реабилитационных технологий" сообщал о том, что может предложить истцу более высокий уровень восстановительных мероприятий и более оптимистический прогноз. Ни о чем ином ответчик речи не ведет и никогда не вел. Утверждение истца об обратном противоречит доказательствам, представленным самим истцом. Позицию ответчика, по его мнению, подтверждает представленное истцом уведомление от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что ответчик известил истца о том, что в рамках оказания услуг по договору ответчик планирует осуществлять работу в соответствии с индивидуальной оздоровительной программой, разработанной на основе авторской системы и техник профессора Блюма, проводя все действия на специальном оборудовании, защищенном патентами на изобретение. Ответчик довел до сведения истца, что в результате прохождения программы оздоровления речь может идти лишь о повышении качества жизни по сравнению с тем качеством, которое могла предложить истцу действующая система реабилитации инвалидов. По мнению ответчика, более положительный прогноз (по сравнению с ранее выданным Р. и немецкими врачами отрицательным прогнозом) не следует расценивать в качестве безусловных гарантий полного излечения и восстановления всех физиологических функций поврежденного травмой организма. Истец должен был обратиться за соответствующими разъяснениями к ответчику в разумный срок после заключения договора, как того требует Закон о защите прав потребителей, а не ссылаться на отсутствие информации по истечении четырех с половиной лет после заключения договора. Доводы истца об оказании ей услуги, имеющей недостаток, а также о том, что истец заключил договор исходя из недостоверных обещаний ответчика, ответчик считает необоснованными, считает, что истец утратил право предъявлять требования основанные на п.1 ст. 12 Закона о защите прав потребителей, так как истец мог реализовать свое право на отказ исполнения договора от 03.05.2014 в течение срока его действия (365 дней), но этого не сделал, более того, занятия были продолжены, истец признавал наличие положительной динамики, существенно улучшив качество жизни. Полагает, что ответчик выполнил все обязательства, взятые на себя по договору, при заключении договора заказчику была предоставлена полная информация об оказываемой услуге. Данный факт по мнению ответчика, подтверждается высказываниями самого истца и его родственников, в частности в видеоматериалами в сети интернет, на телевидении. В своем блоге в «Инстаграм» истец неоднократно размещал видеозаписи, указывающие на наличие прогресса при прохождении оздоровительной программы. Ссылки истца на заключение от 15.02.2016 неврологической клинике в Испании, в которой, по утверждению истца, он прошел обследование 29.01.2016, ответчик оценивает критически, так как не представляется возможным установить, по каким критериям и на основании какой исходной информации происходило сравнению физиологического состояния истца, заключение противоречит данным еженедельных динамических осмотров истца в период 03.05.2014 - 12.12.2015. Кроме того, утверждение истца об отсутствии положительных изменений после прохождения оздоровительной программы опровергает заключение нейрохирурга Бенджамина Изкуэрдо, который 29.01.2016 посетил реабилитационный центр и произвел независимую оценку промежуточного результата осуществления реабилитационной программы. По мнению ответчика истец злоупотребляет гражданскими правами при обращении с иском в суд. Также ответчик считает, что истец не представил суду доказательств исполнения договора со стороны истца в размере заявленных требований. Истец требует возместить убытки исходя не из действительной суммы, уплаченной по договору, а из произведенного истцом расчета, согласно которому полученную расчетным способом стоимость услуги за один месяц истец умножил на количество месяцев в которые он проходил курс оздоровления в центре ответчика. Подобный подход влечет необоснованность заявленного требования, недоказанность подлежащих установлению и имеющих непосредственное значение для дела обстоятельств. Кроме того, ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности, ссылаясь на то, что обнаружить недостаток товара в виде несоответствия цели заключения договора или несоответствия качества оказанных услуг истец должен был 02.05.2015, когда окончился срок действия договора. Течение срока исковой давности, по мнению ответчика, следует начинать с 03.05.2015, а заканчивать, со ссылкой на абз.2 ст. 19 Закона о защите прав потребителей (срок исковой давности - 2 года), 03.05.2017 года. Как считает ответчик, истец имел возможность обратиться в суд в течение установленного срока и уважительные причины пропуска срока отсутствуют /л.д. 188/. 

Представитель третьего лица Благотворительный фонд «Острова» в суд явилась, поддержала исковые требования.

Выслушав стороны, третье лицо, изучив материалы дела, суд находит иск подлежащим удовлетворению в части.

Из материалов дела следует, что 03.05.14г. между ФИО4 и Обществом был заключён договор № на оказание услуг, предметом которого являлось обязательство ответчика (исполнитель) осуществить методологическое сопровождение, техническое исполнение и тренажерное обеспечение оздоровительной программы в полном соответствии с авторскими разработками, а истица (заказчик) обязалась оплатить стоимость услуг (п.1.1) /л.д. 9/.

ФИО5 после брака – ФИО2 /л.д. 12/.

Комплекс услуг осуществляется с 3 мая 2014 по 02 мая 2015г. (п.1.2).

Стоимость всего комплекса услуг по договору составляет 27 856 800 руб., из расчёта 2 321 400 руб. (п.2.1). 

В п.п. 2.2. договора указано, что услуги оплачиваются ежемесячно, в виде 100% аванса месячной стоимости. 

18.02.14г. Благотворительным фондом «Острова» с ФИО6, отцом ФИО5 заключён договор пожертвования /л.д. 54/.

Благотворительным фондом «Острова» осуществлены платежи для курса терапии для ФИО5 на счёт Блюм центра в Испании: 02.06.14г. в размере 10 890 евро, 23.07.14 – 6 171 евро, 04.08.14 – 11 253 евро, 08.09.14 – 9 075 евро, 09.10.14 – 10 164 евро, 07.11.14 – 10 890 евро, 04.12.14 – 11 253 евро, 29.12.14 – 21 417 евро –/л.д. 79-86/.

Обществу за услуги для ФИО5 осуществлены переводы: ДД.ММ.ГГГГ – 850 000 руб.; ДД.ММ.ГГГГ – 1 724 493 руб.; 04.03.15г. -1 368 513 руб.; 23.04.15г. -2 269 432 руб. /л.д. 75-78/. Платёж в размере 10 000 долларов США осуществлён в интересах ФИО5 /л.д. 187/.

ФИО5 была обследована 29.01.16г. в клинике «Блюм» по направлению доктора Блюма нейрохирургом ФИО7 Лопез /л.д. 152, 175/.

Как следует из иска, после указанного обследования истица поняла, что желаемого результата занятиями у ответчика она не достигла, а доктором была введена в заблуждение относительно цели договора. 

В силу пункта 1 статьи 10 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" (далее –Закон) изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.

В соответствии с п. 1 ст. 12 Закона если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков. Продавец (исполнитель), не предоставивший покупателю полной и достоверной информации о товаре (работе, услуге), несет ответственность, предусмотренную пунктами 1 - 4 статьи 18 или пунктом 1 ст. 29 Закона, за недостатки товара (работы, услуги), возникшие после его передачи потребителю вследствие отсутствия у него такой информации (пункт 2).

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Избрание судебного способа защиты и средства защиты является правом заинтересованного лица (ст. 12 ГК РФ).

Истица заявила требование о взыскании убытков со ссылкой на статьи 12 и 29 Закона, при этом не ссылалась на недостатки услуги, возникшие после её оказания вследствие отсутствия у потребителя полной информации, расчёт убытков произведён, исходя из сумм, которые истица (третье лицо в её интересах) оплатила во исполнение обязательств по договору с ответчиком /л.д. 177/, т.е. по существу заявлены исковые требования об отказе от договора и взыскании уплаченной суммы по причине непредоставления информации при его заключении.

Как следует из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пп. "г" п. 3 Постановления от 28.06.2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" под услугой следует понимать действие (комплекс действий), совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя в целях, для которых услуга такого рода обычно используется, либо отвечающее целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении возмездного договора.

Как следует из пункта 3.1 Постановления Конституционного Суда РФ от 23 января 2007 г. N 1-П "определяя исчерпывающим образом такое существенное условие договора, как его предмет, федеральный законодатель не включил в понятие предмета договора возмездного оказания услуг достижение результата, ради которого он заключается. Выделение в качестве предмета данного договора совершения определенных действий или осуществления определенной деятельности обусловлено тем, что даже в рамках одного вида услуг результат, ради которого заключается договор, в каждом конкретном случае не всегда достижим, в том числе в силу объективных причин".

Суд допускает, что истица сообщила ответчику о преследуемой ею цели, однако сторонами договора не был согласован этот результат деятельности исполнителя. 

Истица показала в судебном заседании, что заключила договор с ответчиком с целью восстановления способности ходить. 22.04.2014 доктор Блюм, осмотрев её, сказал, что восстановление возможно, что она сможет ходить: «через год ты сможешь ходить». 03.05.2014 она сразу начала заниматься, договор подписала, не читая внимательно, так как была в состоянии депрессии. Доктор объяснял ей, что у него уникальный метод на стыке нескольких наук, для неё соберут тренажёр. В результате занятий на протяжении почти двух лет у неё окрепли мышцы, но двигательных улучшений нет. Чувствительные функции не восстановлены. Доктор обещал, что через полгода она будет идти на тренировку без коляски, «шаркая ногами по полу» /л.д. 167/.

Судом был допрошен в качестве свидетеля ФИО8, муж истицы, который показал, что он сопровождал истицу все время, в том числе присутствовал при обсуждении условий договора. Доктор сказал, что она (истица) «не тяжелая», «моих знаний достаточно, чтобы поставить её на ноги». Доктор рассказывал, что у него своя методика воздействия на мышцы на тренажерах, создавая импульс от мышц в мозг. Доктор говорил, что истица будет приходить на тренировки без коляски. Также доктор говорил, что они не врачи, что они занимаются реабилитацией. После подписания договора с ответчиком истица обратилась за помощью в оплате лечения в Администрацию Санкт-Петербурга. В администрации попросили гарантии достижения результата, но доктор отказал выдать письменные гарантии, сославшись на невозможность определить, сколько времени необходимо на лечение /л.д. 168/.

Суд доверяет показаниям свидетеля, однако доказательством доводов истца они не являются. Оздоровительная программа, представленная ответчиком, также содержит третий этап, целью которого является набор мышечной массы и силы, которые позволяют стоять на двух ногах со страховкой и поддержкой руками. Однако, как пояснил свидетель, в самом начале действия договора ФИО3 отказался выдать письменные гарантии достижения результата. То есть тогда истец и узнала, что преследуемая ею цель может быть не достигнута и должна была потребовать более подробную информацию для принятия решения об отказе от договора. 

Свидетель ФИО9 показала, что познакомилась с истицей 03.05.2014 в центре её отца – доктора Блюма Е.Э. и при ней он комментировал истице каждое свое действие. Целью работы доктора было: улучшение качества жизни, профилактика осложнений /л.д. 169/. 

К показаниям свидетеля ФИО9 суд относится критически, поскольку из её же слов следует, что с 2014 года «перед её глазами прошли сотни людей». 

27.05.14г. К. М. ответчик сообщил, что планирует по договору осуществлять работу в соответствии с индивидуальной реабилитационной программой по восстановлению двигательных функций; все действия будут проводиться на специальном оборудовании; его задача владеть ноу-хау, предоставить помещение, полностью оснащенное запатентованным авторским оборудованием; обученный персонал для выполнения программы; осуществлять постоянное методологическое сопровождение; эффективность восстановления будет документироваться фото и видеоматериалами, динамическими обследованиями поэтапно, при участии заинтересованных экспертов-специалистов /л.д. 11/.

Таким образом, услуга состояла в осуществлении работы в соответствии с индивидуальной реабилитационной программой по восстановлению двигательных функций.

Истица подтвердила, что работа с ней проводилась, для неё были изготовлены тренажёры, на которых она занималась в клинике ответчика, в том числе, под наблюдением Блюма, фотоматериалы имеются. Заинтересованных экспертов, как поясняет ответчик, должна была, при желании, пригласить истица. То есть ответчик услугу по восстановлению двигательных функций в период действия договора оказывал. 

В предложении по реабилитации К. М., направленному ответчиком президенту Федерации Фристайла России, ФИО3 сообщает, что он разработал первичную программу реабилитации ФИО4, включающую в себя несколько этапов восстановительного лечения. Высокие результаты реабилитации базируются на четырехуровневой системе, последним этапом которой является двигательная реабилитация – улучшение активных двигательных функций и произвольной моторики. Ознакомившись с ситуацией К. М. ООО «НИИ физической реабилитации и новых реабилитационных технологий» может предложить спортсменке более высокий уровень восстановительных мероприятий и более оптимистический прогноз /л.д. 23/.

Ни из одного документа, имеющихся в материалах дела, не следует, что ответчик при заключении договора с истицей ставил целью полное восстановление способности ходить. Реабилитация была направлена на улучшение активных двигательных функций, как поясняет истица, её состояние улучшилось (осанка, чувствительность), но она это не связывает с услугами, оказанными ответчиком, а полагает, что такого результата возможно было добиться в немецкой клинике с меньшими затратами. 

По смыслу закона отказ от исполнения договора, по тому основанию, что он был заключен без предоставления необходимой информации, позволявшей истцу оценить все условия и принять правильное решение о том, готов ли он заключить договор, возможен в разумный срок.

В данном случае договор заключен 03.05.14, с требованием о взыскании убытков по тем основаниям, что истцу не была предоставлена полная информация об услуге, истец обратился 31.10.18г., с учетом положений ст. 12 Закона РФ "О защите прав потребителей" о разумном сроке отказа от исполнения договора суд полагает, что поскольку из материалов дела следует, что договор исполнялся длительное время (с 03.05.2014 до 02.05.15) договор исполнен ответчиком, договор исполнялся и самим истцом, который перечислял денежные средства ответчику во исполнение обязательств по договору и истец в разумный срок не отказался от его исполнения, то оснований для удовлетворения требований не имеется.

Исходя из требований статьи 10 ГК РФ, запрещающей злоупотребление правом, и статьи 12 Закона РФ "О защите прав потребителей", предусматривающей возможность отказа потребителя от исполнения договора в разумный срок, факт исполнения договора двумя сторонами на протяжении длительного времени позволяет сделать вывод о неправомерности заявленного иска и о наличии оснований для его отклонения.

В силу статьи 196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Каких-либо изъятий по течению срока исковой давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством услуги или предоставлении информации, законодательством не установлено, началом его течения является момент обнаружения недостатков в товаре.

Истцу стало известно об обстоятельствах, явившихся основанием для обращения в суд, не позднее 04.02.2015, когда закончилось действие договора. Следовательно, срок исковой давности по заявленным требованиям истек 04.02.2018. С настоящим иском ФИО1 обратилась в суд 31.10.2018г.

Вместе с тем, судом установлено нарушение прав истицы, предусмотренных законодательством о защите прав потребителей, поэтому имеются основания для удовлетворения требования о взыскании компенсации морального вреда в соответствии со ст. 15 Закона РФ "О защите прав потребителей".

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 44 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2012 года № 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей", при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона РФ "О защите прав потребителей" изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (ст. 12). 

Информация о товарах (работах, услугах) в соответствии с п. 2 ст. 8 Закона РФ от 07 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" должна доводиться до сведения потребителя в наглядной и доступной форме в объеме, указанном в п. 2 ст. 10 Закона.

Суд полагает, что поскольку в предмете договора имеется ссылка на оздоровительную программу в полном соответствии с авторскими разработками ответчика, данная оздоровительная программа должна была быть предоставлена истице для ознакомления до заключения договора.

Ответчиком в суд представлена оздоровительная программа К. М., датированная 03.05.14г. /л.д. 140/, но истица с названным документом ознакомлена не была. Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истице не была предоставлена полная информация об оказываемой услуге, что является основанием для взыскания в её пользу компенсации морального вреда. 

Другие основания, указанные в иске, как страдания от оказанных услуг и использование имени истицы в целях рекламы, судом отклонены, поскольку доказательств тому не представлено.

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 17 "О практике рассмотрения судами дел о защите прав потребителей", размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара или суммы подлежащей взысканию неустойки, а должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий, исходя из принципа разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.

При таких обстоятельствах, исходя из требований разумности и справедливости, и с учетом конкретных обстоятельств дела, а именно, состояние истицы, в котором она подписывала договор №, когда врачи сообщили ей о невозможности восстановления и необходимости учиться жить в инвалидной коляске, суд определил размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика в пользу истца в размере 40 000 рублей.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона "О защите прав потребителей" при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

С ответчика подлежит взысканию штраф в размере 20 000 руб. (40 000/2).

Поскольку истица была освобождена от уплаты госпошлины, подлежащая к уплате истцом госпошлина взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты госпошлины в том же размере. Размер, государственной пошлины за требования неимущественного характера составляет 300 рублей, в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 333.19 НК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с ООО ”Научно-исследовательский институт физической реабилитации и новых реабилитационных технологий“ в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда – в размере 40 000 руб., штраф в размере 20 000 руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО ”Научно-исследовательский институт физической реабилитации и новых реабилитационных технологий“ в доход бюджета Санкт-Петербурга госпошлину – 300 руб.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с момента изготовления решения.

Судья:

Мотивированное решение изготовлено 25.02.19