Дело № 2-1853/2024 

УИД № 42RS0013-01-2024-002572-84

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Междуреченск 14 октября 2024 года

Междуреченский городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Искаковой Р.А.,

при секретаре судебного заседания Третьяковой В.А.,

с участием помощника прокурора г. Междуреченска Сотниковой Н.Ю.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Распадская» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу «Распадская» (далее – ПАО «Распадская») о компенсации морального вреда, в котором просит: 

1. Взыскать компенсацию морального вреда, в связи с установленным профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> денежные средства в размере 458 648, 68 руб.

2. Взыскать компенсацию морального вреда, в связи с последствиями производственной травмы ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в размере 300 000 руб.

3. Взыскать компенсацию морального вреда, в связи с последствиями производственной травмы ДД.ММ.ГГГГ денежные средства в размере 300 000 руб.

4.Взыскать расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб.

Требования мотивированы тем, что в период работы на предприятии ответчика у него развилось профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты> Акт о случае профессионального заболевания № № от ДД.ММ.ГГГГ).

Заключением МСЭ впервые с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ему была установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>. 

С ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> была установлена бессрочно. 

Согласно санитарно-гигиенической характеристике условий труда № от ДД.ММ.ГГГГ стаж работы в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов, которые могли назвать профзаболевание, составил 22 года. 

ДД.ММ.ГГГГ он был уволен с предприятия ответчика с должности подземного машиниста горных выемочных машин 5 разряда по соглашению сторон (п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ). 

В связи с тем, что на иждивении у него находилась и находится по настоящий момент несовершеннолетняя дочь 

<

данные изъяты> года рождения, он был вынужден продолжать трудовую деятельность. 

ДД.ММ.ГГГГ он трудоустроился на более легкий труд в ПАО «Южно-Кузбасская ГРЭС» в котельную группу шахты «им. В.И. Ленина» котельного участка № дежурным электрослесарем по ремонту оборудования, занятого на ремонте и обслуживании котельного оборудования 5 разряда. 

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор был расторгнут по инициативе работника (п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ).

В соответствии с п. 17 акта о случае профессионального заболевания, профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: отсутствия безопасных режимов труда и отдыха до 2005, несовершенства технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария.

В соответствии с п.18 акта о случае профессионального заболевания, причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса в профессии подземного машиниста горных выемочных машин.

В соответствии с п. 19 акта о случае профессионального заболевания, его вины в развитии профессионального заболевания не установлено.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В соответствии с соглашением о компенсации морального вреда № от ДД.ММ.ГГГГ работодатель (за 100% вины предприятия) добровольно в счет компенсации морального вреда выплатил 341 351, 32 руб. 

Покупательная способность выплаченной в компенсации в настоящее время уменьшилась соответственно, добровольная выплата в размере 341 351, 32 руб. обесценилась, так как утрата профтрудоспособности установлена бессрочно, то есть без прогноза на реабилитацию, способную снизить утрату трудоспособности в процентах. 

Полагает, указанная сумма не соответствует требованиям разумности и справедливости, установленным ст. 1101 ГК РФ и явно занижена.

Полагает, что сумма компенсации морального вреда, учитывая утрату профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> должна составить 800 000 рублей, а учитывая добровольно выплаченную работодателем сумму: 800 000 - 341 351, 32 = 458 648, 68 руб. 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Полагает, что расходы должны быть возмещены в полном объеме.

В судебном заседании истец ФИО1, на удовлетворении исковых требованиях настаивал, поддержав доводы искового заявления в полном объёме. Дополнительно суду пояснил, 

<

данные изъяты>

Представитель истца – ФИО2 действующий в порядке части 6 статьи 53 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, на удовлетворении исковых требований настаивал, поддержав доводы истца. 

Представитель ответчика ПАО «Распадская» ФИО3, действующая на основании доверенности в порядке передоверия, против удовлетворения требований возражала, поддержала доводы возражения, пояснила, что требования о компенсации морального вреда, причиненного не подлежат удовлетворению, несчастный случай на производстве происходил ДД.ММ.ГГГГ относятся к категории легких. С момента несчастных случаев прошел значительный промежуток времени, в течении которого истец не обращался к работодателю за компенсацией морального вреда, не проходил лечения и обследований в медицинских учреждениях. Кроме того, в актах расследования несчастных случаев установлена вина истца в виде личной неосторожности. ДД.ММ.ГГГГ, произошел несчастный случай в лаве. В результате указанного происшествия был составлен акт, характер полученных повреждений - 

<

данные изъяты> Согласно приказу от ДД.ММ.ГГГГ ОАО «Распадская» произвело выплату в возмещение вреда истцу в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие нечастного случая: в возмещение вреда единовременное пособие в размере 62 590,17 руб.; моральный вред в размере 1 000 руб. Ответчик считает, что единовременное пособие направлено на возмещение части утраченного здоровья и связанных с этим физических и нравственных страданий, и по сути является также компенсацией морального вреда. ПАО «Распадская» полагает, что размер компенсации морального вреда, выплаченный ответчиком в добровольном порядке, соответствовал требованиям справедливости и разумности, являлся значительным на момент выплаты. ПАО «Распадская» полагает, что работодатель исполнил обязанность по компенсации морального вреда в полном объеме. С ДД.ММ.ГГГГ до настоящего времени размер компенсации истцом не был оспорен. Из этих обстоятельств можно сделать вывод, что в течение длительного времени размер компенсации соответствовал интересам истца. Истец обратился в ПАО «Распадская» с заявлениями о выплате компенсации морального вреда. Руководствуясь ст. 1099, ст. 1101 Гражданского Кодекса РФ, Трудовым Кодексом РФ, Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности РФ, Коллективным договором по трудовым и социальным гарантиям трудящихся ПАО «Распадская», Положением работодатель подготовил соглашение о компенсации морального вреда №. Соглашение подписаны истцом лично, несогласия с какими-либо его условиями не заявлено. По условиям соглашений истцу компенсирован моральный вред в связи с установленными профессиональным заболеванием в размере 341 351, 32 руб. П. 6 предусмотрено, что с момента перечисления денежной суммы обязательство общества по компенсации морального вреда ФИО1 считается прекращенным в полном объеме в связи с его надлежащим исполнение. ПАО «Распадская» полагает, что сумма, выплаченная работодателем в счет компенсации морального вреда, полностью компенсирует вред, причиненный истцу. Размер компенсации, выплаченный Обществом, является значительным, соответствует требованиям справедливости и разумности, полностью покрывает физические и нравственные страдания, претерпеваемые истцом, соответствует сложившейся практике возмещения морального вреда в регионе.

Представитель третьего лица ГБУЗ «Междуреченская городска больница», в судебное заседание не явился, о дне и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причины неявки суду неизвестны.

Допрошенная в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО7, суду пояснила, что является супругой истца. В связи с установленным профессиональным заболеванием 

<

данные изъяты>

Допрошенный в ходе рассмотрения дела свидетель ФИО8, суду пояснил, что ранее вместе осуществлял трудовую деятельность с истцом. В связи с установленным профессиональным заболеванием истец 

<

данные изъяты>

Суд, заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, с учётом заключения помощника прокурора г.Междуреченска Сотниковой Н.Ю., полагавшей, что исковые требования подлежат удовлетворению с учётом принципа разумности и справедливости, приходит к следующему.

Согласно части 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии со статьей 18 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Из приведенных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно абзацу 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда.

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (здесь и далее положения Трудового кодекса Российской Федерации в редакции, действующей на момент возникновения спорного правоотношения).

Согласно абзацам 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац 2 пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (в том числе необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

Часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, ФИО1 осуществлял трудовую деятельность в ПАО «Распадская» 

<

данные изъяты> что подтверждается трудовой книжкой (л.д.17-18).

В период работы на предприятии ответчика у истца развилось профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты>, акт о случае профессионального заболевания № № от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением ФКУ ГБ МСЭ по Кемеровской области Минтруда России, ФИО1 по профессиональному заболеванию впервые с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>

С ДД.ММ.ГГГГ утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты> установлена бессрочно (л.д.13). 

Согласно акту о случае профессионального заболевания № № от ДД.ММ.ГГГГ, п.17, профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: отсутствия безопасных режимов работы труда и отдыха до 2005; несовершенства технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария.

Причиной профессионального заболевания в силу п.18, послужило: длительное, кратковременное (в течение рабочей смены), однократное воздействие на организм человека вредных производственных факторов: тяжесть трудового процесса. Условия труда согласно Р ДД.ММ.ГГГГ-05 в зависимости от тяжести трудового процесса в профессии машиниста горных выемочных машин относится к вредному 3 классу 2-3 степени.

Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 

<

данные изъяты>

Вина работника п.19, в развитии профессионального заболевания не установлена (л.д.5).

Согласно санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, общий стаж работы истца составляет 29 лет, подземный МГВМ, стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных факторов, 22 года. 

Согласно п.4.1 Детальное описание выполняемых технологических операций: согласно предварительному диагнозу: 

<

данные изъяты> Воздействию данных факторов ФИО1 подвергается в течение 22 лет, работая профессии подземный МГВМ. Подземный МГВМ - управление горными выемочными машинами: добычными и проходческими комбайнами, выемочными агрегатами и др. Смазка узлов и деталей и проверка уровня и доливка масла в турбомуфты и маслостанции. Выявление и устранение неисправностей машин, механизмов и др.оборудования в процессе работы.

П.24. 3аключение о состоянии условий труда: согласно предварительному диагноз «

<

данные изъяты>», ведущим вредным производственным фактором в развитии данного заболевания, является тяжесть трудового процесса усугубляющее действие неблагоприятного микроклимата, вибрации. Воздействию данных факторов ФИО1 подвергается в течение 22 лет, работая профессии подземный МГВМ, данные условия труда относятся к вредным, показателям тяжести трудового процесса (л.д.11-12)

Согласно программам реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания (л.д.14-16), ФИО1 нуждается в приобретение лекарственных препаратов, санаторно-курортном лечении. 

ДД.ММ.ГГГГ он был уволен с предприятия ответчика с должности подземного машиниста горных выемочных машин 5 разряда по соглашению сторон (п.1 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ). 

В связи с тем, что на иждивении у него находилась и находится по настоящий момент несовершеннолетняя дочь ДД.ММ.ГГГГ года рождения, он был вынужден продолжать трудовую деятельность. 

ДД.ММ.ГГГГ он трудоустроился на более легкий труд в ПАО «Южно-Кузбасская ГРЭС» в котельную группу шахты «им. В.И. Ленина» котельного участка № дежурным электрослесарем по ремонту оборудования, занятого на ремонте и обслуживании котельного оборудования 5 разряда. 

ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор был расторгнут по инициативе работника (п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса РФ).

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-В филиала № Государственного учреждения – Кузбасского регионального отделения Фонда социального страхования РФ, ФИО1 назначена ежемесячная страховая выплата в размере 21 218,69 руб. (л.д.19).

ДД.ММ.ГГГГ между ПАО «Распадская» и ФИО1 заключено соглашение о компенсации морального вреда №, согласно которого, стороны констатировали, что в связи с исполнением ФИО1 своих рудовых обязанностей, ему установлено профессиональное заболевание, что подтверждается актом о случае профессионального заболевания № (№*) (л.д.20).

Стороны, с учетом степени вины общества, а также степени физических и нравственных страданий ФИО1, определили размер компенсации морального вреда 341 351,32руб. 

Истец ФИО1 и его представитель, указывают на несогласие с выплаченной суммой компенсации морального вреда, которая, по их мнению, не компенсирует в полной мере нравственные и физические страдания, на которые истец ссылается, указывая, что в связи с повреждением здоровья до настоящего времени он переносит физические и нравственные страдания.

Кроме того, в период работы у ответчика, с ФИО1 произошёл несчастный случай на производстве, что подтверждается актом № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, при следующих обстоятельствах: ДД.ММ.ГГГГ во 2 смену пом. начальника участка выдал наряд по выемке угля в лаве 3-6-12 звену ФИО4 в составе 9 человек. В 16.30 МГВМ ФИО1 работал на КШУ по зачистке комбайновой дорожки на нижнем сопряжении. В процессе работы ему нужно было перейти с нижней части КШУ на середину. Во время его движения произошло обрушение груди забоя, куском угля, что отскочил от защитных щитков его ударило по левой руке, в которой он держал пульт управления от КШУ. В результате –

<

данные изъяты>

Лица, допустившие нарушение государственных нормативных требований по охране труда-ФИО1 Личная неосторожность, выразившаяся в том, что он нарушил инструкцию по охране труда для МГВМ п.4.1.и п.5.5 (л.д.6-7)

Кроме того, в период работы у ответчика, с ФИО1 произошёл несчастный случай на производстве, что подтверждается актом № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, при следующих обстоятельствах: ДД.ММ.ГГГГ и.о.начальника участка № ФИО9 во 2-ю смену был выдан наряд МГВМ ФИО1 на выемку угля в лаве комбайном. При движении комбайна вниз, в районе 170 секции с кровли выпал кусок породы, отскочил от нижнего шнека и упал в желоб кабелеукладчика на траковую цепь. Так как упавший кусок породы мешал проходу траковой цепи, МГВМ ФИО5 вместе с ГРОЗ ФИО11 и ГРОЗ ФИО12 решили разбить кусок породы кувалдой. Разбить кусок породы кувалдой не удалось, тогда ФИО1 вместе с ФИО12 решили убрать его вручную. При извлечении куска породы из жёлоба кабелеукладчика, он выскользнул из рук и упал на ноги ФИО1 

8.1 Вид происшествия: падение, обрушение, обвалы предметов, материалов, земли и т.д. 

8.2. Характер полученных повреждений: 

<

данные изъяты>

Факта грубых нарушений пострадавшим не установлено. Вина пострадавшего - 0 % (ноль).

Вина предприятия -100%, что также подтверждается заключением и актом № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 8-9).

Заключением БМСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ истцу впервые установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 

<

данные изъяты>

Согласно приказу № от ДД.ММ.ГГГГ ОАО «Распадская» произвело выплату в возмещение вреда истцу в связи с утратой профессиональной трудоспособности вследствие нечастного случая: в возмещение вреда единовременное пособие в размере 62 590,17 руб.; моральный вред в размере 1 000 руб.

На основании представленных медицинских документов, в том числе выписки из амбулаторной карты, программы реабилитации пострадавшего, установлено, что истец проходит амбулаторное, санаторно-курортное лечение, обследования.

Однако, ПРП истца истец ДД.ММ.ГГГГ, новая ПРП не выдавалась.

Согласно программе реабилитации пострадавшего, ФИО1 показаны: лекарственные препараты в количестве 6 наименований 2 раза в год, и санаторно-курортное лечение 1 раз в 6 месяцев невралгического профиля.

Согласно медицинским картам ФИО1, ввиду производственных травм и профессионального заболевания, имеет постоянно 

<

данные изъяты> что также подтверждается медицинскими картами из ГБУЗ «Междуреченская городска больница». 

В судебном заседании допрошены свидетели, суд полагает, что их показания, являются одним из средств доказывания, предусмотренных главой 6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. 

При этом, на основании ч.3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд, наряду с относимостью и допустимостью каждого доказательства в отдельности, а также достаточностью и взаимной связью доказательств, оценивает достоверность каждого из них, в том числе, показаний свидетелей, полученных в порядке ст. 177 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, о чем отобраны подписки. Показания свидетелей последовательны, не противоречивы, согласуются с пояснениями истца, другими письменными материалами дела, в связи с чем, оснований не доверять показаниям у суда не имеется.

По смыслу действующего законодательства для наступления гражданско-правовой ответственности в виде компенсации морального вреда истцу необходимо доказать наличие следующих (обязательных) условий: совершение противоправных действий конкретным лицом, то есть установить лицо, совершившее действие (бездействие), факт нарушения личных неимущественных прав (нематериальных благ) истца, наличие причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившим моральным вредом.

В пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом.

Как разъяснено в абзацах 2 и 4 пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Судом установлено, что ФИО1 установлено профессиональное заболевание: 

<

данные изъяты> возникшие в результате отсутствия безопасных режимов работы труда и отдыха до 2005; несовершенства технологии, механизмов, оборудования, рабочего инструментария, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии оснований применения к ответчику мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причиненного морального вреда, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, а виновным лицом в причинение вреда здоровью ФИО1 является ПАО «Распадская».

Кроме того, ФИО1 в результате несчастных случаев на производстве получил повреждение здоровья в виде травмы (

<

данные изъяты> вследствие ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, что установлено актами о несчастном случае на производстве; истцом частично утрачена профессиональная трудоспособность, в связи с чем, суд приходит к выводу о наличии оснований применения к ответчику мер гражданско-правовой ответственности в виде возложения обязанности по компенсации причиненного морального вреда.

Судом учитывается, что порядок и условия выплаты единовременной компенсации в счет морального вреда на момент возникновения правоотношений регулировались Федеральным Отраслевым Соглашением по угольной промышленности РФ на 2013-2016 г.г., пролонгированным до ДД.ММ.ГГГГ, Коллективным договором по трудовым и социальным гарантиям трудящихся ПАО «Распадская» на ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ.г.

Согласно п.5.4. Федерального Отраслевого Соглашения по угольной промышленности РФ, установлено: что в случае установления впервые работнику, уполномочившему профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания работодатель в счет компенсации морального вреда работнику, осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом, суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом профсоюза.

Таким образом, выплата единовременной компенсации не является равной выплате компенсации морального вреда.

Вместе с тем, выплаченный ответчиком добровольно размер компенсации морального вреда ФИО1 в результате профессионального заболевания и несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, в сумме 1 000 руб. и 341 351,32 руб., нельзя признать достаточными для возмещения причиненного вреда здоровью истца, поскольку такой размер возмещения вреда не обеспечивает полноценной защиты нарушенного права истца и не может восполнить в полной мере истцу моральный вред, причиненный в результате повреждения здоровья, даже с учётом её осовременивания тем или иным способом (с учётом роста потребительских цен, показателей инфляции, минимального размера оплаты труда и т.п.), исходя из установленных обстоятельств по делу и с учётом полученных повреждений здоровья истца в виде: 

<

данные изъяты>

Согласно части 1 статьи 21 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 81-ФЗ «О государственном регулировании в области добычи и использования угля, об особенностях социальной защиты работников организаций угольной промышленности» социальная поддержка для работников и пенсионеров организаций по добыче (переработке) угля (горючих сланцев) устанавливается в соответствии с законодательством Российской Федерации, соглашениями, коллективными договорами за счет средств этих организаций.

В соответствии с частью 1 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации соглашение - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства (часть 8 статьи 45 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 46 Трудового кодекса Российской Федерации в соглашение могут включаться взаимные обязательства сторон, в том числе по вопросам гарантий, компенсаций и льгот работникам.

В абзаце 3 пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причиненного ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учетом положений статей 151 и 1101 ГК РФ придет к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объеме компенсировать причиненные ему физические или нравственные страдания.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Таким образом, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Обращаясь с настоящим исковым заявлением, истец сослался на положения статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на наличие спора о размере компенсации морального вреда, выплаченного работодателями, поскольку указанные суммы 1 000 руб. и 341 351,32 руб., не компенсируют ему в полной мере нравственные и физические страдания, причиненные в результате несчастных случаев на производстве и профессионального заболевания.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

При этом законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. Компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания. 

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, с учетом установленного факта причинения вреда здоровью истца, принимает во внимание обстоятельства причинённого ответчиком вреда: ненадлежащего обеспечения работодателем безопасных условий труда, степень тяжести диагноза, установленного истцу и процент утраты профессиональной трудоспособности – 

<

данные изъяты> бессрочно, принимая во внимание, что в результате несчастных случаев на производстве, истец получил повреждения здоровья в виде: 

<

данные изъяты> испытывает постоянные боли, снижен уровень концентрации, в связи с чем вынужден принимать лекарственные препараты, обращаться за медицинской помощью к врачам; учитывая также, что последствиями указанных несчастных случаев, профессионального заболевания явились повреждение ноги, руки, внешних изменений, которые носят неизгладимый характер.

Также судом учитываются нравственные страдания истца, выразившихся в переживаниях относительного своего состояния здоровья, чувстве неполноценности в связи ограничением здоровья и невозможностью вести прежний образ жизни, в том числе посвящать время своим увлечениям (заниматься спортом), продолжительность физических и нравственных страданий, принимая во внимание индивидуальные особенности потерпевшего: его возраст, состояние здоровья (до несчастного случая, и профессионального заболевания на производстве был здоров).

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, учитывая требования разумности и справедливости, а также значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, с учетом добровольно выплаченной компенсации морального вред в размере 341 351,32 руб., 1 000 руб., суд считает необходимым определить компенсацию морального вреда: 

- в связи с профессиональным заболеванием 

<

данные изъяты> в размере 100 000 руб., 

- причиненного в результате травмы на производстве полученной в связи с несчастным случаем, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ в размере 50 000 руб., 

- причиненного в результате травмы на производстве полученной в связи с несчастным случаем, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ в размере 50 000 руб., которые подлежит взысканию с ответчика.

Суд отмечает, что по прошествии значительного времени после установления профессионального заболевания истцу по профзаболеванию прошло 8 лет, по производственным травмам 25 лет и 18 лет, после производства истцу соответствующих выплат работодателем в счет единовременных компенсаций в размере 341 351,32 руб., в размере 1 000 руб. предусмотренных Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности, Коллективным договором, отсутствуют доказательства значительного ухудшения здоровья истца, сведения об установлении инвалидности.

Наличие в материалах дела сведений о посещении медицинских учреждений, врачей свидетельствуют об активной позиции истца, направленной на поддержание своего здоровья, выполнение программы реабилитации по использованию санаторно-курортного лечения, и не свидетельствуют о значительном ухудшении здоровья, поскольку в медицинских документах имеется указание на рекомендации: санаторно-курортное лечение 1 раз в 6 месяцев (л.д. 22) без сопровождения, что соответствует ПРП.

Факты обращения истца за медицинской помощью не свидетельствуют об ухудшении состояния его здоровья, вызванного профессиональным заболеванием, поскольку имеются обращения в медучреждения, где также установлены иные диагнозы.

Суд полагает, что указанный размер компенсации морального вреда соразмерен последствиям нарушенного права в результате причинения вреда здоровью профессиональным заболеванием и утратой профессиональной трудоспособности в размерах 

<

данные изъяты> производственными травмами и позволяет сгладить остроту перенесенных потерпевшем в связи с этим физических и нравственных страданий.

Разрешая требование истца о взыскании судебных расходов, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся расходы по оплате услуг представителей и другие признанные судом необходимые расходы. 

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено:

п.1 судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), главой 10 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее - КАС РФ), главой 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (например, решение суда первой инстанции, определение о прекращении производства по делу или об оставлении заявления без рассмотрения, судебный акт суда апелляционной, кассационной, надзорной инстанции, которым завершено производство по делу на соответствующей стадии процесса);

п. 2 к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле (статья 94 ГПК РФ, статья 106 АПК РФ, статья 106 КАС РФ);

п. 10. лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек;

п. 11. разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности, взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).

Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер;

п. 12 расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 ГПК РФ, статья 112 КАС РФ, часть 2 статьи 110 АПК РФ).

При неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов (статьи 98, 100 ГПК РФ, статьи 111, 112 КАС РФ, статья 110 АПК РФ);

п. 13 Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Разумность судебных издержек на оплату услуг представителя не может быть обоснована известностью представителя лица, участвующего в деле.

Таким образом, из содержания указанных правовых норм следует, что возмещение судебных издержек осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда.

Из норм процессуального закона, регламентирующих взыскание судебных расходов на представителя стороне по делу, следует, что взыскание судебных расходов законно при наличии доказательств соблюдения указанных в законе условий:

- принятия судебного акта в пользу этой стороны;

- несения расходов тем лицом, в пользу которого вынесен судебный акт (стороной);

- причинной связи между произведенным расходом и предметом конкретного судебного спора.

В связи с рассмотрением данного гражданского дела истец ФИО1 для защиты интересов был вынужден обратиться за юридической помощью к ИП ФИО2

ДД.ММ.ГГГГ между сторонами заключен договор на оказание юридических услуг, из предмета договора следует, что заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство оказать юридические услуги: за вознаграждение совершать от имени исполнителя юридические и фактические действия в представлении интересов исполнителя; заявлять и поддерживать исковые требования в судах общей юрисдикции (первая инстанция) к ПАО «Распадская» по делу о компенсации морального вреда.

Сторонами в п. 1.2 оговорено, что исполнитель обязуется: подготовить и подать необходимые документы для обращения в суд общей юрисдикции с целью защиты интересов заказчика, осуществлять представительство.

Стоимость услуги порядок расчетов оговорены в п.3 договора в размере 15 000 рублей.

Согласно квитанции от ДД.ММ.ГГГГ №, ФИО1 уплатил ИП ФИО2 15 000 рублей

Установление размера и порядка оплаты услуг представителя относится к сфере усмотрения доверителя и поверенного и определяется договором.

Согласно ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, лица свободны в заключении договора, в том числе, при выборе контрагента и согласовании условий о цене, а потому само по себе заключение договора с представителем, и оплата услуг не может с бесспорностью свидетельствовать о том, что оговоренная в договоре сумма была объективно необходима для оказания квалифицированной юридической помощи истцу, и что услуги не могли быть оказаны ему за меньшую плату. 

Суд не вправе вмешиваться в эту сферу, однако может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, используя в качестве критерия разумность понесенных расходов, на что обращено внимание в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016г. № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела».

В целях обеспечения указанного баланса интересов сторон реализуется обязанность суда по пресечению неразумных, а значит противоречащих публичному порядку Российской Федерации условных вознаграждений представителя в судебном процессе, обусловленных исключительно исходом судебного разбирательства в пользу доверителя без подтверждения разумности таких расходов на основе критериев фактического оказания поверенным предусмотренных договором судебных юридических услуг, степени участия представителя в формировании правовой позиции стороны, в пользу которой состоялись судебные акты по делу, соответствия общей суммы вознаграждения рыночным ставкам оплаты услуг субъектов аналогичного рейтингового уровня и т.д.

Удовлетворение требований о компенсации судебных расходов, основанных на положениях договоров возмездного оказания правовых услуг о выплате вознаграждения исключительно в зависимости от факта принятия положительного для истца решения суда без совершения определенных действий или осуществления определенной деятельности со стороны исполнителя, противоречит публичному порядку, поскольку расходится с основными началами гражданского законодательства, допускающего свободу договора в определении любых условий договора, если они не противоречат законодательству (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П "По делу о проверке конституционности положений п. 1 ст. 779 и п. 1 ст. 781 ГК РФ в связи с жалобами ООО "Агентство корпоративной безопасности" и гражданина М.").

Учитывая изложенное, разрешая вопрос по существу, с учетом представленных в материалы дела доказательств и конкретных обстоятельств дела, характера и сложности рассматриваемого искового заявления, соотнося заявленную ко взысканию сумму расходов за представительство в суде с объемом защищенного права, принимая во внимание объем выполненных представителем и документально подтвержденных услуг (составление искового заявления; представление интересов в суде), время нахождения дела в производстве суда, с учетом процессуального результата и спора, требований разумности и справедливости, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 8 000 рублей.

Данная сумма, по мнению суда, отвечает установленному ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принципу возмещения расходов в разумных пределах, и объему оказанных представителем услуг, позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей сторон.

Иного судом не установлено и доказательств обратного суду не представлено.

Поскольку при подаче искового заявления истец в силу статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины был освобождён, в связи с чем, в соответствии со статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в сумме 300 рублей в доход местного бюджета.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу "Распадская" о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с публичного акционерного общества «Распадская», №, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

данные изъяты> (паспорт № №) компенсацию морального вреда:

- в связи с профессиональным заболеванием 

<

данные изъяты> в размере 100 000 (сто тысяч) рублей, 

- причиненного в результате травмы на производстве полученной в связи с несчастным случаем, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, 

- причиненного в результате травмы на производстве полученной в связи с несчастным случаем, произошедшим ДД.ММ.ГГГГ в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей, а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 8 000 (восемь тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Взыскать с публичного акционерного общества «Распадская», № государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Междуреченский городской суд Кемеровской области.

Мотивированное решение в полном объеме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Р.А. Искакова