Дело № 2-62/2020 КОПИЯ

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город Билибино 17 июля 2020 года

Билибинский районный суд Чукотского автономного округа в составе:

председательствующего судьи Осипова С.Ф.,

при секретаре Герловой Т.Ю.,

с участием представителей истца ФИО1 и Кузнецова Ф.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Первичной профсоюзной организации Билибинской АЭС о взыскании не начисленной и не выплаченной материальной помощи к отпуску, процентов (денежной компенсации) за нарушение установленного срока выплаты материальной помощи и денежной компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

В Билибинский районный суд 27.05.2020 поступило исковое заявление ФИО2 к Первичной профсоюзной организации Билибинской АЭС (далее – ППО Билибинской АЭС) о взыскании не начисленной и не выплаченной материальной помощи в связи с уходом в отпуск в 2017 и 2019 годах, денежной компенсации в соответствии со ст.236 ТК РФ на момент вынесения решения судом; денежной компенсации морального вреда. 

В обоснование своих требований истец указал, что с 08.02.2017 по 06.06.2019 состоял с ответчиком в трудовых отношениях в должности водителя ППО Билибинской АЭС. Находясь в очередном отпуске, истец, проверив порядок начисления и расчет отпускных сумм, установил, что ответчик не начислил и не выплатил ему материальную помощь к очередным отпускам, которые ему были предоставлены с 15.08.2017, и с 04.02.2019. Ответчик на заявление от 03.06.2019 в выплате материальной помощи к указанным отпускам ему отказал, сославшись на решение профкома и отсутствие его заявлений на указанные выплаты при предоставлении этих отпусков. В соответствии с Положением «Об организации оплаты труда, гарантиях и компенсациях штатных работников ППО Билибинской АЭС» ППО БиАЭС 1.3.2.02.015.29.04-2107 и пунктов 5.14.10, 5.14.11 Устава РП РАЭП корректировка и утверждение сметы профсоюзного бюджета входит в компетенцию профсоюзного комитета. Иными полномочиями в части административно-хозяйственной деятельности и оплаты труда штатных работников ППО Билибинской АЭС у профсоюзного комитета нет. В связи чем, истец полагает, что его права нарушены. О нарушении своих прав истец узнал после того, как с ним был расторгнут трудовой договор, т.е. 06.06.2019. Он просил взыскать с ответчика не начисленную и не выплаченную материальную помощь к ежегодным отпускам в 2017, 2019 годах в размере двух должностных окладов, всего в размере 65 136,00 руб. 

Ссылаясь на положения ст.ст.140, 236 ТК РФ, ст. 395 ГК РФ, истец просит взыскать с ответчика проценты (денежную компенсацию) от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки в размере 22 552,97 руб. и по день вынесения решения судом. 

Истиц полагает, что неправомерными действиями работодателя ему причинен моральный вред, который он, учитывая характер и длительность допущенных нарушений трудового законодательства, с учетом требований разумности и справедливости оценивает в 10 000 руб. и просит взыскать с ответчика. 

Согласно представленным письменным возражениям ответчик с исковыми требованиями не согласился и просил в их удовлетворении отказать, полагая, что несоблюдение работником требований, установленных работодателем для целей оказания материальной помощи, влечет отсутствие правовых оснований для её оказания. Выплата материальной помощи к ежегодному отпуску работнику носит заявительный характер, т.к. осуществляется на основании заявления работника с просьбой об оказании такой помощи, является разовой, поскольку предоставляется непосредственно к ежегодному отпуску за конкретный календарный год и не может быть перенесена на иной период. В соответствии с п. 12.4 Положения об организации оплаты труда штатных работников аппарата ППО Билибинской АЭС, утвержденной 12.03.2018, материальная помощь начисляется и выплачивается штатным работникам, уходящим в ежегодный оплачиваемый отпуск, одновременно с выплатой отпускных сумм, заявление о выплате материальной помощи к ежегодному отпуску должно быть передано работником заранее, поскольку оплата отпуска производится не позднее, чем за три дня до его начала. Истец, используя ежегодный отпуск в 2017, 2019 г.г., с соответствующими заявлениями к работодателю не обращался, в связи, с чем у работодателя отсутствовали основания для выплаты материальной помощи. Каких-либо противозаконных действий, влекущих возможное нарушение трудовых прав истца со стороны ППО Билибинской АЭС, не допущено, в связи с чем, требование о взыскании компенсации морального вреда также не имеет правовых оснований. В тоже время истцом не представлено достоверных фактов несения физических или нравственных страданий.

Кроме того, ответчик заявил о пропуске истцом установленного федеральным законом срока обращения в суд. О возможном нарушении своего права истцу стало известно в августе 2017 и феврале 2019 года, поскольку отпуск ему предоставлялся с 15.08.2017 и с 04.02.2019, все расчеты и выплаты к отпуску ему были произведены своевременно. Истец обратился в суд только в мае 2020 года, т.е. за пределами установленного годичного срока. Причин, объективно препятствующих обращению в суд в установленный срок, истцом не приведено, в связи с чем, исковые требования истца не подлежат удовлетворению (л.д.58-61).

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования, просила их удовлетворить в полном объеме. Дополнительно пояснила, что выплата материальной помощи к отпускам не носила заявительный характер, а должна была начисляться и выплачиваться работодателем «автоматически» в размере двух окладов одновременно с оплатой отпусков. 

По поводу заявленного ответчиком ходатайства о пропуске срока обращения в суд представители истца ФИО1 и Кузнецов Ф.А. пояснили, что в период работы расчетные листки истцу работодателем не выдавались. На неоднократные запросы истца после увольнения расчетные листки за спорный период были представлены ответчиком лишь после 14.05.2020, тогда он и узнал о нарушении своего права. Поэтому представители истца полагают, что срок для обращения в суд, предусмотренный ч.2 ст.392 ТК РФ, истцом не пропущен. 

Изучив доводы истца, возражения ответчика, исследовав представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему. 

Так, судом установлено, что с 09.02.2017 по 06.06.2019 ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ответчиком в должности водителя ППО Билибинской АЭС (л.д. 95-104).

Трудовым договором от 09.02.2017 № 01/2017 и двумя дополнительными соглашениями к нему, вступившими в силу с 01.09.2017 и с 10.02.2018, соответственно, порядок, размер и сроки выплаты материальной помощи к ежегодному оплачиваемому отпуску не предусмотрены, в системе оплаты труда истца указанная материальная помощь отсутствует (л.д.96-101).

В спорный период условия и порядок оплаты труда, выплаты материальной помощи штатным работникам ППО Билибинской АЭС регулировались Положением об организации оплаты труда, гарантиях и компенсациях штатных работников первичной профсоюзной организации Билибинской АЭС, утвержденным 10.01.2017 председателем ППО Билибинской АЭС ФИО1 (далее Положение об оплате труда 2017) и Положением об организации оплаты труда штатных работников аппарата Первичной профсоюзной организации Билибинской атомной станции, утвержденным 12.03.2018 председателем ППО Билибинской АЭС ФИО1 (далее Положение об оплате труда 2018), с которыми истец был ознакомлен 09.02.2017 и 14.03.2018 соответственно. В связи с принятием 12.03.2018 Положения об оплате труда 2018 предыдущее Положение об оплате труда 2017 перестало действовать и его нормы не могут применяться к отношениям по выплатам истцу в 2019 году (л.д.25-33, 144-160).

Приказами от 09.08.2017 №014лс и от 01.02.2019 №3лс истцу были предоставлены ежегодные основные оплачиваемые отпуска с 15.08.2017 по 13.10.2017 и с 04.02.2019 по 06.04.2019. 

Как пояснила в судебном заседании главный бухгалтер ППО Билибинской АЭС ФИО4, материальная помощь к этим отпускам ФИО2 не начислялась и не выплачивалась, так как работником заявления об их выплате к отпускам не представлялись, а руководителем ППО приказы о выплате материальной помощи не издавались, поэтому у неё отсутствовали основания для их выплат. 

Согласно Положению об оплате труда 2017 «штатным работникам аппарата профсоюзной организации выплачивается материальная помощь к очередному отпуску. Материальная помощь к ежегодному оплачиваемому отпуску штатным работникам аппарата профсоюзного комитета выплачивается в размере двух должностных окладов (пункт 5.3). Материальная помощь начисляется и выплачивается штатным работникам, уходящим в ежегодный оплачиваемый отпуск, одновременно с выплатой отпускных сумм» (пункт 5.4). 

Согласно Положению об оплате труда 2018 материальна помощь к очередному отпуску не является элементом постоянной части оплаты труда работников ППО (раздел 3). «Штатным работникам аппарата профсоюзного комитета выплачивается материальная помощь к очередному отпуску. Материальная помощь к ежегодному оплачиваемому отпуску штатным работникам аппарата профсоюзного комитета выплачивается в размере двух месячных должностных окладов (пункт 12.3). Материальная помощь начисляется и выплачивается штатным работникам аппарата профсоюзного комитета, уходящим в ежегодный оплачиваемый отпуск, одновременно с выплатой отпускных сумм (пункт 12.4)». 

Из буквального толкования указанных Положений следует, что размер материальной помощи установлен лишь в отношении штатных работников аппарата «профсоюзного комитета», т.е. постоянно действующего коллегиального выборного органа первичной профсоюзной организации (см. пункт 4.9.3 Устава Российского профессионального союза работников атомной энергетики и промышленности). Понятия «штатный работник аппарата профсоюзного комитета» и «штатный работник ППО Билибинской АЭС» не являются тождественными, что прямо следует из содержания Разделов 1 как Положения об оплате труда 2017, так и Положения об оплате труда 2018, согласно которым к «штанным работникам аппарата профсоюзной организации» относятся работники «избранные в состав профсоюзного комитета на выборную освобожденную должность» и работники «принятые на работу по трудовому договору».

Как установлено в судебном заседании и не оспорено представителями истца, ФИО2 – штатный работник ППО Билибинской АЭС, принятый по трудовому договору, не был избран в состав профсоюзного комитета. Следовательно, материальная помощь к отпускам в 2017 г. и в 2019 г. не являлась элементом постоянной части оплаты его труда, а её размер подлежал установлению и выплате работодателем на основании заявления истца одновременно с выплатой отпускных сумм. Данная материальная помощь в соответствии с локальными нормативными актами, действовавшими в 2017 и в 2019 году в ППО Билибинской АЭС, не входила в систему оплаты труда истца, а являлась выплатой социального характера, которая могла быть выплачена только при соблюдении установленных условий и порядка выплаты. При отсутствии заявлений истца и соответствующих приказов о выплате материальной помощи данная выплата не могла быть произведена. Доводы же представителей истца, что материальная помощь к отпускам должна была начисляться и выплачиваться работодателем «автоматически» в размере двух окладов, суд считает несостоятельными и противоречащими локальным нормативным актам, определяющим порядок её выплаты. 

Принимая во внимание, что истец, будучи штатным работником ППО Билибинской АЭС, заявление о выплате материальной помощи при уходе в ежегодные отпуска не писал, приказы председателя ППО о выплате ему материальной помощи при уходе в отпуска в 2017 и 2019 годах не издавались, решение о выплате истцу материальной помощи не принималось, оснований для начисления и выплаты истцу материальной помощи не имелось.

Кроме того, суд пришел к выводу о пропуске истцом срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора по требованиям о взыскании материальной помощи к отпускам в 2017 г и 2019 г.

Как установлено судом и не оспаривается истцом, заработная плата в ППО Билибинской АЭС выплачивалась истцу ежемесячно в установленные дни: 19-го числа текущего месяца – аванс, 5-го числа месяца, следующего за расчётным, – заработная плата. Задержек выплаты заработной платы и оплаты отпуска не допускалось.

В соответствии с ч.2 ст.37 Конституции РФ, признающей право на индивидуальные и коллективные трудовые споры с использованием установленных федеральным законом способов их разрешения, Трудовой кодекс РФ устанавливает в статье 392 сроки для обращения в суд за разрешением индивидуальных трудовых споров и порядок восстановления этих сроков в случае их пропуска.

Частью 2 ст. 392 ТК РФ установлено, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении.

При пропуске по уважительным причинам указанного срока он может быть восстановлен судом (ч.4 ст.392 ТК РФ).

В абзаце 5 п.5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Из данных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений ст.392 ТК РФ в системной взаимосвязи с требованиями ст.ст.2, 67, 71 ГПК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

В судебном заседании главный бухгалтер ППО Билибинской АЭС ФИО4 показала, что расчетные листки о составных частях заработной платы, причитающейся истцу, в спорный период изготавливала она. В период работы истец отказывался получать расчетные листки, пояснив, что они ему не нужны. Поэтому она ежемесячно вручала расчетные листы до дня установленного срока выплаты заработной платы – до 5 числа месяца, следующего за расчетным, председателю ППО Билибинской АЭС ФИО1, приходящейся супругой истцу (представителю истца в настоящему гражданскому делу). Кроме того, ФИО1, являясь руководителем, могла проверить все расчеты, а также обязать выдавать листки непосредственно истцу на руки, но этого сделано не было. Расчетные листки истца за период с февраля по июнь 2019 были вручены истцу лишь после возвращения его из отпуска, при его увольнении. 

С заявлением о выплате материальной помощи к отпускам, предоставленным в 2017 и 2019 годах, истец обратился работодателю 03.06.2019, но в выплате ему было отказано решением собрания профсоюзного комитета от 04.06.2019 (л.д.105, 106).

Показания свидетеля ФИО4 истцом доказательно не оспорены и не опровергнуты. Поэтому доводы представителя истца, что в период работы, вплоть до 14.05.2020 истец не получал расчетные листки и не знал о составных частях заработной платы, из-за чего не мог самостоятельно проверить выплату материальной помощи к отпускам, суд считает недостоверными и расценивает как злоупотребление правом с целью восстановления пропущенного срока для обращения в суд за разрешением настоящего индивидуального трудового спора. 

Кроме того, довод представителей истца об отсутствии до 14.05.2020 у истца расчетных листков за спорный период и о его неосведомленности вплоть до 14.05.2020 о факте невыплаты ему материальной помощи к отпускам, опровергается материалами дела. 

С локальными нормативными актами, определяющими данную выплату, истец был ознакомлен ещё до предоставления ему отпусков в 2017 г. и в 2019 г. В исковом заявлении истец прямо указал, что, находясь в очередном отпуске, сам проверил и обнаружил факт невыплаты ему материальной помощи. С заявлением о выплате материальной помощи обратился к работодателю 03.06.2019. Следовательно, ещё до 03.06.2019 истцу заведомо было известно о факте невыплаты ему материальной помощи к указанным отпускам.

С локальными нормативными актами, определяющими оспариваемую выплату, на которые истец ссылается в обоснование своих требований, он был своевременно ознакомлен, а положения ст.392 ТК РФ о сроках обращения в суд, является общеизвестным и общедоступным. 

Началом течения годичного срока для реализации истцом права обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора о размере заработка за конкретный месяц является день установленного срока выплаты указанной суммы – 5 числа месяца, следующего за расчетным. Процессуальные же сроки обращения в суд за разрешением спора о выплате материальной помощи к ежегодным оплачиваемым отпускам, предоставленным с 15.08.2017 и с 04.02.2019 начинаются за 3 дня до их начала (ч.9 ст.136 ТК РФ) – с 12.08.2017 и с 01.02.2019 соответственно. 

Ответчиком доказано, что в спорный период оплата отпуска производилась в соответствии с установленными сроками выплаты, задержек выплаты не допускалось. Данное обстоятельство признано и самим истцом и его представителями.

Следовательно, при подаче в суд искового заявления 27.05.2020 годичный срок обращения в суд за разрешением настоящего индивидуального трудового спора был пропущен.

Довод представителей истца об исчислении срока обращения в суд за разрешением трудового спора со дня, когда работник узнал о нарушении своего права и отождествленного днем получения истцом расчетных листков, противоречит положениям ч.2 ст.392 ТК РФ, и основан на неверном толковании норм права, подлежащих применению при разрешении настоящего индивидуального трудового спора.

Ходатайство о восстановлении пропущенного срока в связи с наличием уважительных причин истцом и его представителями не заявлено. В тоже время суду не представлены и доказательства о наличии обстоятельств, объективно исключавших возможность подачи иска в установленный срок и в установленном процессуальным законом порядке (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи). А неверное толкование норма права, как истцом, так и его представителями, в том числе и профессиональным юристом (адвокатом Кузнецовым Ф.А.), в части начала исчисления срока обращения в суд не может быть признано уважительной причиной. 

Поэтому суд находит установленным факт пропуска без уважительных причин процессуального срока обращения в суд с требованием о взыскании не начисленной и не выплаченной материальной помощи к ежегодным оплачиваемым отпускам, предоставленным с 15.08.2017 в размере 31 214, 00 руб. и с 04.02.2019 в размере 33 922,00 руб. При таких обстоятельствах не имеются основания для восстановления этого срока судом. 

Установив, что срок обращения в суд пропущен без уважительных причин, суд принимает решение об отказе в удовлетворении требования именно по этому основанию без исследования иных фактических обстоятельств по делу (абз. 2. ч. 6 ст.152 ГПК РФ).

Исковые требования о взыскании: процентов (денежной компенсации) за нарушение установленного срока выплаты материальной помощи с последующим перерасчетом на день вынесения решения судом; денежной компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению, так как согласно обоснованию, содержащемуся в исковом заявлении и пояснениям представителей истца, они являются производными от основного требования о взыскании не начисленной и не выплаченной материальной помощи к ежегодным оплачиваемым отпускам, в удовлетворении которых судом отказано.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Первичной профсоюзной организации Билибинской АЭС о взыскании:

– не начисленной и не выплаченной материальной помощи к ежегодным оплачиваемым отпускам, предоставленным с 15.08.2017 в размере 31 214, 00 руб. и с 04.02.2019 в размере 33 922,00 руб.; 

– процентов (денежной компенсации) за нарушение установленных сроков выплаты оплаты отпуска, предоставленного с 15.08.2017 в размере 15 302,14 руб. за период с 15.08.2017 по 11.05.2020, и отпуска, предоставленного с 04.02.2019 в размере 7 250,83 руб. за период с 04.02.2019 по 11.05.2020, с последующим перерасчетом на день вынесения решения судом; 

– денежной компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей, отказать. 

Решение может быть обжаловано в суд Чукотского автономного округа с подачей апелляционной жалобы в Билибинский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 20 июля 2020 года.

Судья подпись С.Ф. Осипов

Копия верна

Судья С.Ф. Осипов