Р Е Ш Е Н И Е

 

Именем Российской Федерации

р.п. Большое Мурашкино 03 июня 2019 года

Большемурашкинский районный суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Гусева И.Г.,

при секретаре Потемкиной Т.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчиков ФИО3, ФИО4, представителя ответчика ФИО5, представителя третьего лица ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО4 и ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком и о сносе забора, по встречному иску ФИО4 и ФИО3 к ФИО1 и ООО «Гео-Сервис Нижегородский» об исправлении кадастровой ошибки и об установлении границы земельных участков, 

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО4 и ФИО3, в котором просил обязать ответчиков устранить препятствия в пользовании истцом своим земельным участком 1 а именно: перенести в соответствие с данными ЕГРН железный забор длиной 19 погонных метров, размещенный на земельном участке истца, согласно приложенной схеме. 

К иску приложен технический отчет, выполненный кадастровым инженером ФИО7, в котором содержится схема и описание координат границы земельных участков сторон по установленному забору и по сведениям ЕГРН.

В обоснование иска ФИО1 указал, что с 2016 года является собственником земельного участка1 

Ответчикам принадлежит смежный земельный участок 2 

20.05.2017г. ответчиками произведена установка железного забора примерной высотой 3 метра. Во время установки забора истец попытался воспрепятствовать, указав, что забор установлен на части земельного участка истца. Ответчик ФИО3 оставил обращение истца без внимания. 

До 2017 года между земельными участками сторон существовал проход. В настоящее время у истца нет возможности прохода к расположенным на территории его участка гаражу и погребу. 

Земельный участок ответчиков поставлен на кадастровый учет в 2006 году. В соответствие с актом согласования границ данного земельного участка он граничит с земельным участком истца. 

Имеет место уменьшение площади земельного участка, которым фактически пользуется истец по сравнению с юридической площадью земельного участка, за счет увеличения фактической площади земельного участка, которым пользуются ответчики. Кроме того, истец лишен возможности осуществлять техническое обслуживание (ремонт) стен сарая и гаража.

Имеет место нарушение минимального расстояния его построек до границы земельных участков (Т.1 л.д.3-5).

В ходе рассмотрения дела истец ФИО1 в порядке ст.39 ГПК РФ неоднократно изменял исковые требования. Окончательно на день рассмотрения дела судом истец просит обязать ответчиков демонтировать (снести) железный забор длиной 35,17 погонных метров, размещенный на земельном участке истца от юго-западного угла забора, расположенного в районе северо-западного угла гаража (соответствует точке 17 экспертизы) до точки, отстоящей на 17,39 метров параллельно северной стороне сарая истца от северо-восточного угла сарая истца (соответствует точке 14 экспертизы) согласно ранее приложенной схемы (Т.2 л.д.135,163). 

Ответчики ФИО4 и ФИО3 в ходе рассмотрения дела обратились со встречными исковыми требованиями к ФИО1 и ООО «Гео-Сервис Нижегородский» об исправлении кадастровой ошибки и об установлении границы земельных участков. Просили признать кадастровой ошибкой сведения, внесенные в ГКН относительно границы земельного участка 2 смежной с земельным участком 1 определить правильное местоположение границы земельного участка 2 на местности по фактическому землепользованию по точкам 17-16-15, указанным в схеме, изображение которой находится в заключении судебной землеустроительной экспертизы от 15.01.2019г.; внести новые данные о границе в кадастровую документацию.

В обоснование встречного иска ответчики ФИО4 и ФИО8 указали, что их земельный участок состоит на кадастровом учете, межевание земельного участка проводилось в 2006 году кадастровым инженером ООО «Гео-Сервис Нижегородский» ФИО5 При проведении межевания граница земельного участка была согласована с прежним смежным землепользователем ФИО9 По договору дарения собственником смежного земельного участка в настоящее время является ФИО1

В ходе рассмотрения настоящего дела было выяснено, что имеются расхождения между границей, существующей на местности, и границей, указанной в ЕГРН. В результате забор оказался не на их земельном участке.

В техническом паспорте на дом при зем участке 2 ширина земельного участка составляет 18.21 м, из документов, представленных истцом следует, что в настоящее время участок имеет ширину 18,15 м, согласно сведениям, отраженным в межевом деле, ширина указана – 17,4 м. (Т.2 л.д.1-3).

В ходе рассмотрения дела ответчики ФИО4 и ФИО3 в порядке ст.39 ГПК РФ изменили заявленные встречные исковые требования во второй части заявленных требований. Просят установить границу их земельного участка 2 по фактическому землепользованию, по точкам Н1-Н6-Н5-Н4-Н-3, определенным межевым планом от 20.03.2019г., подготовленным кадастровым инженером ФИО5 (Т.2 л.д.88).

В судебном заседании истец ФИО1, настаивая на заявленных требованиях с учетом их изменения, уточнил, что просит обязать ответчиков снести забор общей длиной 35,17 метра до точки, в которой этот забор соединяется с границей, учтенной по сведениям ЕГРН. Этот забор состоит из всего установленного ответчиками забора из профильного листового металла и части забора, изготовленного из металлической сетки рабицы. Встречные исковые требования не признает. Пояснил, что при покупке его отцом дома и земельного участка забор стоял. Между забором и их строениями был проход, где мог пройти человек. На новом месте забор установили ответчики: это весь забор из листового металла и часть забора из сетки рабицы. Он забор не переносил. В 2017 году ответчик ФИО3 «на его глазах» демонтировал забор в его прежнем месте и поставил на новое место. Фотографии, представленные в дело сделаны в 2017 году. Забора между его гаражем и участком Ш-вых не было около 10 лет, примерно с 2007 года по 2017 год. Забор снесли соседи. Сам он забор не переносил и не мог этого сделать, т.к. соседи живут там «до зимы». 

Представитель истца ФИО2, действующий по доверенности, в судебном заседании поддержал требования истца. Пояснил, что именно ответчики самовольно перенесли забор, который стоял по границе земельных участков, внесенной в сведения ЕГРН. 

Ответчик ФИО3 в судебном заседании иск ФИО1 не признал. Свой встречный иск поддерживает. Пояснил, что в настоящее время забор выставлен по той границе, которая была указана в «старых» технических паспортах. В 2006 году при проведении межевания их земельного участка кадастровый инженер допустил кадастровую ошибку. Был составлен акт согласования, который прежний собственник участка истца подписал. Они (ответчики) заменили часть ветхого забора на металлический по «старым меткам». Прохода между забором и строениями истца раньше не было, этот проход самовольно сделал ФИО1 после 2006 года. Они (ответчики) ставили только новый забор из металлического профиля. Действительно сдвинули забор в сторону участка ФИО1, т.к. тот ранее передвинул этот забор в промежутке времени от 2007 по 2017 годы. Доказательств перенесения ФИО1 забора у него (ответчика) не имеется. Он (ФИО3) видел, где раньше был установлен забор. Заявление о переносе ФИО1 забора они писали в поселковую администрацию. Забор из сетки рабицы они (ответчики) не передвигали. Новый забор из профиля был развернут. От последнего столба забора с сеткой рабицей он «выправил» угол, который ФИО1 ранее «выгнул». Забор из сетки рабицы вероятно устанавливал его дед, который раньше был собственником дома и земельного участка. 

Ответчик ФИО4 в судебном заседании иск ФИО1 не признала, на своих встречных исковых требованиях настаивает. Пояснила, что принадлежащий им дом ранее принадлежал ее родителям и был построен в 1956 году. Дом был последним в улице. Родители поставили забор, в котором была калитка, через нее ходили по воду. Затем был установлен забор из сетки рабицы, а в 2017 году они установили забор из металлического профиля. Когда проводили межевание в 2006 году, забор был изготовлен из сетки рабицы. Забор из профиля они поставили на том же месте, что и старый забор из сетки рабицы. Только на уровне земли столбы забора были передвинуты на то место, где «они должны стоять». К данным ЕГРН при установке нового забора они не обращались. 

Представитель ответчика ООО «Гео-Сервис Нижегородский» ФИО5, действующий по доверенности, в судебном заседании встречный иск ФИО4 и ФИО3 признал полностью. Процессуальные полномочия ФИО5 на признание иска выданной ему доверенностью не оговорены (Т.2 л.д.33). Пояснил, что при проведении им межевания в 2006 году действительно была допущена кадастровая ошибка в определении координат. В феврале 2019 года участок Ш-вых обмеряли заново и эту ошибку обнаружили. Отец Ш-вых ранее обращался в полицию с заявлениями о том, что Ф-вы передвинули забор. Забор в 2006 году и новый забор в 2019 году стоят на одном месте. Как тогда, так и сейчас пройти между забором и строениями Ф-вых невозможно. Ошибка связана с тем, что в 2006 году было мало картографического материала. Однако протяженность фасадной линии не может изменяться по сравнению с материалами 80-х годов 20 века. Технически возможна ошибка в определении координат как одной так и нескольких точек. В 2019 году делал межевание по просьбе ответчиков Ш-вых для предоставления межевого плана в суд. Договор не заключался. 

Представитель третьего лица глава администрации р.п.Большое Мурашкино ФИО6 в судебном заседании против встречных исковых требований не возражает. Пояснил, что неоднократно выезжали на участки сторон с комиссией. Посчитали, что границей участка истца является угол его гаража. Где раньше находился забор из сетки рабицы, он не помнит, кажется, что его не было вообще. По красной линии у истца стоит каменное строение - гараж. Металлический забор по фасаду проходит до угла гаража.

Третьи лица ФГБУ «Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии по Нижегородской области» и Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Нижегородской области о времени и месте слушания дела извещались надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, причины неявки не сообщили (Т.2 л.д.179-180). 

Свидетель К. З.И. показала, что в принадлежащем истцу доме раньше до конца 70-х годов 20 века проживали родители ее мужа. Она бывала в этом доме и на земельном участке. Земельный участок был огорожен забором из штакетника на деревянных столбах. Помнит, что между кирпичным гаражом родителей и забором имелось расстояние около 0,7-1,0 метра, точнее не помнит. Этого расстояния для прохода человека было вполне достаточно. Участок с фасада до гаража был загорожен. После гаража примерно 4-5 метров было пространство без строений. Затем вдоль забора был расположен сарай, за которым также был проход между сараем и забором. Проходами между забором, гаражом и сараем не пользовались, там были заросли. После продажи дома родителями, она там не была. 

Свидетель Ф. В.Ф. показал, что является отцом истца ФИО1 Дом истца покупал он в 1979-1980 годах. При покупке дома бывший его хозяин позвал бывшего хозяина соседнего дома ответчиков. Все согласились, что между покупаемыми им (ФИО9) вместе с домом строениями и границей участков имеется проход шириной примерно 1,0-1,5 метра. Также стоял и старый забор, разделяющий земельные участки. 

Суд, выслушав объяснения сторон, показания свидетелей, изучив письменные доказательства по делу, приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению, а встречные исковые требования ФИО4 и ФИО3 удовлетворению не подлежат.

На основе представленных сторонами доказательств судом установлены следующие фактические обстоятельства дела.

Ответчикам ФИО10 на праве общей долевой собственности принадлежит земельный участок 2 (Т.1 л.д.129-136). Названный земельный участок состоит на кадастровом учете с определением границ на местности. Сведения о координатах границ участка внесены в ЕГРН на основании межевого дела № 1, утвержденного 07.06.2007г. Межевание производилось по заданию бывших собственников земельного участка ФИО4 и М. Ф.Ю. подрядной организацией ООО «Гео-Сервис Нижегородский», непосредственным исполнителем кадастровых работ выступал специалист-геодезист ФИО5 При межевании земельного участка его спорная (по настоящему делу) граница была согласована с прежним собственником земельного участка истца ФИО9 (Т.1 л.д.202-238).

Истцу ФИО1 на праве собственности принадлежит земельный участок 1. Земельный участок относится к категории «ранее учтенных», координаты его границ на местности не определены (Т.1 л.д.125-128). 

Несоответствие содержащихся в ЕГРН сведений о координатах границ земельного участка ФИО10 фактическим границам этого участка, обозначенным на местности спорным забором, подтверждено заключением проведенной по настоящему делу судебной землеустроительной экспертизы № от 15.01.2019г. (Т.1 л.д.159-181) и не оспаривается кем-либо из участвующих в деле лиц.

Из характера предъявленных первоначальных исковых требований истца ФИО1 и встречных исковых требований ФИО4 и ФИО3 следует, что между сторонами имеется спор относительно местоположения границы их земельных участков. Разрешение этого спора имеет определяющее правовое значение не только для разрешения встречного иска ответчиков, но и для разрешения первоначального иска ФИО1 

В соответствие с ч.3 ст.61 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" (далее – Закон о регистрации) воспроизведенная в Едином государственном реестре недвижимости ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы, или ошибка, содержащаяся в документах, направленных или представленных в орган регистрации прав иными лицами и (или) органами в порядке информационного взаимодействия, а также в ином порядке, установленном настоящим Федеральным законом (далее - реестровая ошибка), подлежит исправлению по решению государственного регистратора прав в течение пяти рабочих дней со дня получения документов, в том числе в порядке информационного взаимодействия, свидетельствующих о наличии реестровых ошибок и содержащих необходимые для их исправления сведения, либо на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении реестровой ошибки. Исправление реестровой ошибки осуществляется в случае, если такое исправление не влечет за собой прекращение, возникновение, переход зарегистрированного права на объект недвижимости.

Встречные исковые требования ответчиков ФИО10 основываются на том, что при проведении межевания их земельного участка в 2006 году кадастровым инженером была допущена кадастровая ошибка в определении координат поворотных точек спорной границы земельного участка. При этом, ответчики не отрицают факта переноса фактической границы на местности (нового забора), мотивируя это землеустроительной документацией 80-х годов 20 века. В подтверждение этой позиции в материалы дела представлен технический паспорт на домовладение ответчиков, имеющий план земельного участка, из которого определяется протяженность фасадной границы этого участка. Технический паспорт изготовлен по состоянию на 23.10.1983 года, собственником домовладения значится К. Ю.И. (Т.1 л.д.142-150). Также в материалах дела содержится технический паспорт на домовладение истца, имеющий план земельного участка, из которого определяется, что спорная граница проходит по стенам нежилых строений истца, определяемых по экспликации как надпогребник и гараж. Технический паспорт изготовлен по состоянию на 21.10.1983 года, собственником домовладения указан ФИО9 (Т.2 л.д.6-12). 

Иных доказательств тому, что при межевании участка в 2006 году кадастровым инженером была допущена кадастровая ошибка ответчики в подтверждение своего встречного иска по правилам ст.56 ГПК РФ не предоставили. Также ответчиками не предоставлено доказательств тому, что после проведения межевания в 2006 году забор смещался истцом ФИО1 либо предыдущим собственником ФИО9 

Аналогичной ответчикам позиции относительно местоположения границы в судебном заседании придерживаются представитель ответчика ООО «Гео-Сервис Нижегородский» ФИО5 и представитель третьего лица администрации р.п.Б.Мурашкино ФИО6 При этом, свою позицию указанные лица также обосновывают названными землеустроительными документами 80-х годов 20 века. В частности представитель ответчика ФИО5 ссылается на неизменность протяженности фасадной границы земельного участка, делая на этом основании вывод об имевшей место кадастровой ошибке.

Суд не соглашается с такой правовой позицией по следующим основаниям.

Сложившийся порядок пользования земельными участками, подтвержденный землеустроительной документацией 80-х годов 20 века мог бы иметь правовое значение для разрешения спора только при условии, что стороны являлись владельцами земельных участков в указанное время, либо являются правопреемниками прежних владельцев этих участков. 

Между тем, из материалов дела следует, что в 80-е годы 20 века земельного участка ответчиков как индивидуально определенного объекта недвижимости не существовало. Как следует из копии постановления администрации р.п.Б.Мурашкино № от 30 октября 2006 года земельный участок ответчиков был сформирован из состава находящихся в муниципальной собственности земель поселений и предоставлен ФИО4 и М. Ф.Ю. (бывший собственник доли ответчика ФИО3) за плату (Т.1 л.д.208). Правовыми основаниями предоставления земельного участка указаны ст.ст.11,28,29 Земельного кодекса РФ, которыми в их редакции, действовавшей во время вынесения постановления администрации от 30.10.2006г., регламентировался порядок предоставления гражданам земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности. 

Выписка из ЕГРН свидетельствует о том, что земельный участок ответчиков был поставлен на кадастровый учет и ему присвоен кадастровый номер только 20.06.2007г., т.е. после принятия распорядительного акта администрации поселка о его формировании и предоставлении в собственность ответчикам и после поведения кадастровых работ по определению границ этого участка (Т.1 л.д.129-136). Соответственно участок ответчиков не имеет и никогда не имел статуса «ранее учтенного» земельного участка. Поэтому не имеет правового значения каковым до 2006 года был порядок пользования земельными участками сложившийся между правопредшественником истца ФИО9 и пользователем той части земли, которая в настоящее время вошла в состав вновь образованного участка ответчиков. Тот факт, что на земельном участке ответчиков расположен жилой дом, перешедший к ответчикам по наследству от прежнего землепользователя, также не имеет правового значения, поскольку спор возник не по поводу части участка, расположенного под домом или иными перешедшими по наследству строениями. В отношении прав на спорный земельный участок ответчики не являются правопреемниками прежнего землепользователя. Оформив в собственность земельный участок в качестве вновь образованного из состава муниципальных земель, а не в порядке наследования после прежнего землепользователя, ответчики по собственному усмотрению реализовали свои гражданские права. Процедура оформления участка в собственность кем-либо в рамках настоящего дела не оспаривается. Соответственно суд руководствуется положениями ч.3 ст.196 ГПК РФ и, не вторгаясь в разрешение вопросов законности и обоснованности получения ответчиками участка по имевшей место процедуре, исходит из того, что этот участок является вновь образованным в 2006-2007 годах. По этой причине протяженность фасадной границы вновь образованного земельного участка вполне может отличаться от протяженности той же границы ранее существовавшего участка. Различия в протяженности названных границ не являются свидетельством наличия кадастровой ошибки. Соответствующие доводы ответчиков и представителя ООО «Гео-Сервис Нижегородский» основаны на неправильном толковании закона и представлены без учета правового статуса земельного участка ответчиков. 

При этом суд отмечает, что формирование вновь образуемого земельного участка из состава муниципальных земель должно было производиться с соблюдением прав и законных интересов иных лиц, а также не создавать ситуаций и предпосылок для нарушения закона. 

Согласно пункту 5.3.4 Свода правил по проектированию и строительству СП 30-102-99 «Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства» до границы соседнего приквартирного участка расстояния по санитарно-бытовым условиям должны быть не менее: от усадебного, одно-двухквартирного и блокированного дома — 3 м с учетом требований п. 4.1.5 настоящего Свода правил; от постройки для содержания скота и птицы — 4 м; от других построек (бани, гаража и др.) — 1 м; от стволов высокорослых деревьев —4 м; среднерослых — 2 м; от кустарника — 1 м.

Таким образом, при формировании вновь образуемого земельного участка из состава муниципальных земель в числе прочего должно учитываться наличие строений на уже существующих смежных земельных участках, в том числе на «ранее учтенных» участках не прошедших процедуру межевания. Устанавливаемая граница вновь формируемого земельного участка должна обеспечивать владельцам смежных ранее учтенных земельных участков возможность обслуживания своих строений и не приводить к заведомому нарушению строительных норм и правил. 

При этом, суд отмечает, что в данном случае установление границы вновь образуемого земельного участка по стене строения (в непосредственной близости от стены), расположенного на смежном земельном участке, не вызвано обстоятельствами сложившегося порядка пользования в ситуациях, когда объективно невозможно в полном объеме соблюсти права одной стороны без несоразмерного ущерба для другой стороны (например, при фактическом расположении давно возведенных сторонами строений, разрыв между которыми не позволяет без сноса одного из строений исполнить требования строительных норм и правил, либо выделить каждой из сторон индивидуальный участок для обслуживания строений). В настоящем случае спорный земельный участок формировался вновь, права собственности на него у ответчиков никогда ранее не имелось. Соответственно их право на получение в собственность земельного участка «желаемых» размера и конфигурации не является абсолютным и подлежало реализации только в тех пределах, в которых это не нарушает прав и законных интересов истца (его правопредшественника), как собственника своего земельного участка. 

Сторона ответчиков вопреки положениям ст.56 ГПК РФ не предоставила суду каких-либо достоверных доказательств тому, что прежний собственник участка истца в 2006 году, реализуя свои права по своему усмотрению, согласовал границу вновь формируемого участка ответчиков в том месте, где в настоящее время ответчиками установлен спорный забор, а впоследствии перенес прежний забор вглубь участка ответчиков. Напротив, стороной ответчиков не отрицается, что при установке спорного забора его местоположение было смещено в сторону участка истца по мотиву того, что якобы там раньше проходила граница при использовании участка их наследодателем. 

Доводы стороны ответчиков о несовпадении учтенных в ЕГРН координат фасадной границы (по красной линии) их земельного участка фактической границе также не являются основаниями для удовлетворения встречного иска.

При наличии волеизъявления ответчиков и согласия уполномоченного муниципального органа (администрация р.п.Б.Мурашкино) ошибка в определении координат данной части границы (не затрагивая границу с участком истца) может быть исправлена во внесудебном порядке путем составления актуального межевого плана и внесения исправлений в сведения ЕГРН. При отсутствии соответствующих согласований эта ошибка (при ее наличии) может быть установлена судом по иску заинтересованного лица к лицу не согласному с фактом такой ошибки (по иску ответчиков к администрации или наоборот). Из представленного ответчиками акта согласования (Т.2 л.д.89-90) следует, что администрация р.п.Б.Мурашкино не выдвигает возражений по исправлению кадастровой ошибки и согласовала участки границы, подлежащие согласованию с органом местного самоуправления. В любом случае исправление кадастровой ошибки в описании местоположения фасадной части границы участка ответчиков не затрагивает каких-либо интересов истца и не является предметом спора по настоящему делу. Соответственно суд в рамках разрешения встречного иска не вторгается в разрешение вопроса о наличии или отсутствии кадастровой ошибки в определении координат тех частей границы участка ответчиков, которые не являются одновременно границей участка истца. 

Встречные исковые требования об установлении границы земельных участков являются производными от требований об установлении кадастровой ошибки.

Таким образом, фактические обстоятельства дела, установленные судом на основе представленных сторонами доказательств, позволяют прийти к выводу, что наличие кадастровой ошибки ответчиками не доказано, соответственно встречный иск не подлежит удовлетворению в полном объеме. 

Разрешая исковые требования ФИО1, суд исходит из того, что спорный забор выходит за пределы земельного участка ответчиков, границы которого определены на местности и учтены в сведениях ЕГРН. Это достоверно подтверждено заключением проведенной по делу судебной землеустроительной экспертизы и не оспаривается сторонами.

Из материалов межевого дела на земельный участок ответчиков следует, что участки сторон являются смежными, спорная граница участка ответчиков одновременно является границей участка истца, т.е. сразу за окончанием участка ответчиков следует участок истца (Т.1 л.д.202-238). Это обстоятельство участвующими в деле лицами не оспаривается. В частности третье лицо администрация р.п.Б.Мурашкино не заявляет своих притязаний на эту часть земли, в частности не ссылается на то, что участок ответчиков в спорной его части граничит с находящимися в ведении администрации землями общего пользования. Более того, спорный участок земли между границей по сведениям ЕГРН и установленным забором имеет клиновидную форму, что исключает его использование в качестве общественного сквозного прохода между земельными участками, принадлежащими гражданам. Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что спорный забор установлен на земельном участке, принадлежащем истцу. 

Согласно п.1 ст.130 ГК РФ к недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства.

Спорный забор, установленный на вкопанных в землю металлических столбах, представляет из себя сооружение, являющееся объектом недвижимости, прочно связанным с землей. 

Статьей 222 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 13.07.2015 N 258-ФЗ, действовавшей на момент возведения спорного забора в 2017 году) предусмотрено:

Самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные, созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные, созданные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил (пункт 1).

Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности. Оно не вправе распоряжаться постройкой - продавать, дарить, сдавать в аренду, совершать другие сделки. 

Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных пунктами 3 и 4 настоящей статьи (пункт 2).

Согласно ст.304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Применительно к земельному участку несанкционированное собственником расположение сооружений на этом участке само по себе предполагает нарушение прав собственника, независимо от свойств и качеств этих сооружений (вредные или полезные и т.п.).

В пункте 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки, вправе обратиться в суд по общим правилам подведомственности дел с иском о сносе самовольной постройки.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства установлено, что спорный забор является самовольной постройкой и его сохранение нарушает права и законные интересы истца.

Вместе с тем, при разрешении иска ФИО1 суд признает доказанным только факт возведения ответчиками после 2006 года (в 2017 году) самовольной постройки в виде забора из листового профильного металла. Это подтверждается предоставленными истцом фотоматериалами (Т.1 л.д.34-39). Как относимость фотографий к спорному участку местности, так и сам факт установки забора из металлического профиля ответчиками не оспариваются. В то же время истцом вопреки положениям ст.56 ГПК РФ не представлено каких-либо достоверных доказательств тому, что остальная часть спорного забора, выполненная из сетки рабицы (расположен после строений истца) была возведена непосредственно ответчиками или иными лицами по заданию ответчиков после приобретения ими статуса собственников своего земельного участка; доказательств позволяющих установить период возведения этой части спорного забора и конкретное лицо осуществившее самовольное строительство, а также, что ответчики являются правопреемниками этого лица и отвечают по его обязательствам. Ответчики отрицают факт возведения этой части забора либо переноса его на другое место, истцом эта позиция ответчиков не опровергнута. 

Как разъяснено в п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" по смыслу абзаца второго пункта 2 статьи 222 ГК РФ ответчиком по иску о сносе самовольной постройки является лицо, осуществившее самовольное строительство. При создании самовольной постройки с привлечением подрядчиков ответчиком является заказчик как лицо, по заданию которого была осуществлена самовольная постройка.

В случае нахождения самовольной постройки во владении лица, не осуществлявшего самовольного строительства, ответчиком по иску о сносе самовольной постройки является лицо, которое стало бы собственником, если бы постройка не являлась самовольной. Например, в случае отчуждения самовольной постройки - ее приобретатель; при внесении самовольной постройки в качестве вклада в уставный капитал - юридическое лицо, получившее такое имущество; в случае смерти физического лица либо реорганизации юридического лица - лицо, получившее имущество во владение.

С учетом изложенного, рассматривая иск ФИО1 и квалифицируя его как иск о сносе самовольной постройки, суд не находит правовых основания для возложения на ответчиков обязанности по сносу части забора, выполненной из сетки рабицы, поскольку не установлен статус ответчиков как лиц, обязанных в силу закона произвести снос самовольной постройки. 

При этом, суд руководствуется положениями ч.3 ст.196 ГПК РФ и рассматривает дело только в пределах заявленных требований, как относительно оснований иска, так и относительно предмета иска. Предметом иска в данном случае является требование истца именно о возложении обязанности по сносу забора на ответчиков. Требований об устранении препятствий в сносе (переносе) забора самим истцом, на земельном участке которого находится этот забор, истцом не заявлено и суд такие требования не разрешает. 

Таким образом, исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению в части сноса самовольной постройки в виде забора, выполненного из листового профильного металла. В части исковых требований о сносе самовольной постройки в виде забора, выполненного из сетки рабицы, ФИО1 следует отказать. 

В соответствие со ст.206 ГПК РФ суд устанавливает ответчикам срок на исполнение возложенной обязанности в течение месяца с момента вступления решения суда в законную силу. Этот срок суд считает справедливым и достаточным для исполнения ответчиками возложенной на них обязанности. Одновременно суд определяет, что если ответчики не исполнят решение в течение установленного срока, истец вправе совершить эти действия за счет ответчиков с взысканием с них необходимых расходов.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Как разъяснено в п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения). 

Соответственно в настоящем случае, в связи с частичным удовлетворением иска о сносе самовольной постройки и полным отказом во встречном иске, пропорциональный порядок распределения судебных расходов не применяется, понесенные истцом судебные расходы подлежат полному взысканию с ответчиков, а понесенные ответчиками судебные расходы взысканию с истца не подлежат.

В пункте 5 названного Постановления Пленума ВС РФ разъяснено, что при предъявлении иска совместно несколькими истцами или к нескольким ответчикам (процессуальное соучастие) распределение судебных издержек производится с учетом особенностей материального правоотношения, из которого возник спор, и фактического процессуального поведения каждого из них (статья 40 ГПК РФ, статья 41 КАС РФ, статья 46 АПК РФ).

Суд учитывает особенности материального правоотношения, из которого возник спор, в частности нарушение прав истица возведением самовольной постройки в виде забора, предназначенного для огораживания земельного участка ответчиков в неправомерно определенном ими месте. Земельный участок находится в общей долевой собственности ответчиков, в натуре не разделен. Соответственно понесенные истцом судебные расходы подлежат взысканию с ответчиков в долевом порядке в равных долях. Неравенство долей ответчиков в праве общей долевой собственности на земельный участок не влияет на гражданско-процессуальные правоотношения по распределению судебных расходов. 

Истец просит возместить ему расходы на проведение судебной землеустроительной экспертизы в размере 41200 рублей. Факт несения расходов подтвержден счетом экспертного учреждения и соответствующей квитанцией по его оплате (Т.2 л.д.193). 

Названные расходы подлежат взысканию с ответчиков ФИО4 и ФИО3 в равных долях по 20600 рублей с каждого ответчика, поскольку проведенная по делу экспертиза явилась средством доказывания несоответствия местоположения спорного забора учтенным в ЕГРН границам земельного участка ответчиков, т.е. расходы на ее проведение относятся к категории судебных расходов. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4 и ФИО3 удовлетворить частично. 

Обязать ФИО4 и ФИО3 в месячный срок со дня вступления решения суда в законную силу устранить препятствия в пользовании ФИО1, принадлежащим ему на праве собственности земельным участком 1 

Устранение препятствий в пользовании земельным участком ФИО4 и ФИО3 осуществить путем сноса (демонтажа) за свой счет забора, выполненного из листового профильного металла (включая столбы-основания, металлические конструкции для крепления листового профильного металла и непосредственно листы профильного металла), расположенного на земельном участке ФИО1 по адресу: 

<

данные изъяты> в северо-восточную сторону до окончания забора, выполненного из листового профильного металла. 

Установить, что если ФИО4 и ФИО3 не исполнят решение в течение установленного срока, ФИО1 вправе совершить эти действия за счет ФИО4 и ФИО3 с взысканием с них необходимых расходов.

В иске ФИО1 к ФИО4 и ФИО3 о сносе (демонтаже) забора, выполненного из металлической сетки-рабицы, отказать.

Отказать полностью в удовлетворении встречного иска ФИО4 и ФИО3 к ФИО1 и ООО «Гео-Сервис Нижегородский» об исправлении кадастровой ошибки и об установлении границы земельных участков. 

Требования ФИО1 к ФИО4 и ФИО3 о взыскании судебных расходов на проведение судебной экспертизы удовлетворить полностью.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 расходы по оплате судебной экспертизы в размере 20600 (Двадцать тысяч шестьсот) рублей. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 расходы по оплате судебной экспертизы в размере 20600 (Двадцать тысяч шестьсот) рублей. 

В удовлетворении требований ФИО3 о взыскании судебных расходов по оплате госпошлины в размере 300 рублей и судебных расходов на представителя в размере 20000 рублей отказать. 

Решение может быть обжаловано в Нижегородский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме через районный суд. 

Мотивированное решение (решение в окончательной форме) изготовлено 08 июня 2019 года. 

Председательствующий И.Г.Гусев