Дело № 2-179/17 «03» мая 2017 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи О.В. Кудашкиной 

при секретаре В.Н. Смирновой

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о признании утратившими право пользования жилым помещением, по встречному исковому заявлению ФИО2, ФИО3 к ФИО1 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ответчикам о признании утратившими право пользования жилым помещением – квартирой, расположенной по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

адрес> со снятием с регистрационного учета по указанному адресу.

В обоснование заявленных требований истец сослался на следующие обстоятельства. 

18 декабря 2014 года между истцом и ответчиками заключен договор купли-продажи спорного жилого помещения, право собственности истца зарегистрировано в Управлении Росеестра. До настоящего времени ответчики квартиру не освободили, с регистрационного учета не снялись, чем нарушено право истца. Поскольку истец является собственником указанного жилого помещения, ответчики не являются членами его семьи, произвели отчуждение квартиры, имеются основания для признания ответчиков утратившими право пользования квартирой и для снятия ответчиков с регистрационного учета.

В судебном заседании представитель истца ФИО4, действующий на основании доверенности (л.д. 104) и ордера (л.д.86), требования поддержал, просил иск удовлетворить. 

Ответчик ФИО2, ФИО3 в судебном заседании требования не признали, пояснили, что между ФИО2 и А. Г.Т. был заключен договор займа, 18 декабря 2014 года ответчики совместно с А. Г.Т. и ФИО1 оформляли какие-то документы в помещении нотариальной конторы на ул. Восстания, д.6 в Санкт-Петербурге, были введены в заблуждение А. Г.Т., полагая, что подписывают договор займа с иными условиями, нежели был заключен между сторонами ранее, фактически подписали договор купли-продажи квартиры. Ответчики пояснили, что не имели намерений производить отчуждение квартиры, так как это их единственное жилье, после 18 декабря 2014 года продолжали проживать в квартире, оплачивали коммунальные платежи. В конце 2015 года к ним обратился ФИО1 с просьбой освободить квартиру, после чего ФИО2, ФИО3 обратились в правоохранительные органы. 

Представитель ответчиков ФИО5, действующий на основании доверенностей (л.д.64-65) и ордера (л.д.63) предъявил встречное исковое заявление в последней редакции в порядке ст. 39 ГПК РФ, просил признать недействительным договор купли-продажи квартиры от 18 декабря 2014 года, заключенный между ФИО2, ФИО3 и ФИО1, применить последствия недействительности сделки, признать недействительной регистрацию права собственности ФИО1, недействительной регистрацию ФИО1 по месту жительства по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

адрес>, признать ФИО1 не приобретшим право собственности на указанную квартиру (л.д.103), признать недействительными расписки ФИО2 и ФИО3 о получении денежных средств (л.д.122).

Представитель ответчика по встречным требованиям просил в удовлетворении встречного иска отказать. 

Третьи лица Управление ФМС России в Красносельском районе Санкт-Петербурга, УМВД России по Красносельскому району Санкт-Петербурга извещены надлежащим образом (л.д.139-142), суд полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Третье лицо Управление Росеестра по Санкт-Петербургу в судебное заседание не явилось, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие третьего лица по основаниям ст. 113 п. 2.1 ГПК РФ с учетом извещения третьего лица на судебное заседание 28 ноября 2016 года (л.д.77).

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, обозрев материал КУСП-3645/82 от 25 мая 2016 года, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно положениям ст. 179 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки. Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО1 является собственником квартиры, расположенной по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

адрес> (л.д.9).

В квартире зарегистрированы и проживают ФИО2 и ФИО3 с 16 апреля 1991 года, ФИО1 зарегистрирован с 27 апреля 2015 года (л.д.8). 

Право собственности истца по первоначальным требованиям возникло на основании договора купли-продажи квартиры от 18 декабря 2014 года, согласно условиям которого, ФИО2 и ФИО3 продали, а ФИО1 купил в частную собственность принадлежащую продавцам квартиру, находящуюся в Санкт-Петербурге, 

<

адрес> за 3 700 000 рублей, которые покупатель выплатил продавцам до подписания договора (л.д.10-11, л.д.55, л.д.89-101 регистрационное дело).

В феврале 2016 года ФИО1 направил ответчикам телеграммы с просьбой освободить квартиру и сняться с регистрационного учета (л.д.4-7).

В отношении спорного жилого помещения было установлено обременение в виде ипотеки на период с 16 июня 2014 года по 06 июня 2015 года в пользу А. Г.Т. на основании договора займа от 06 июня 2014 года (л.д.51 выписка из ЕГРП). Как следует из представленных в материалы дела расписок, ФИО2 получила от ФИО1 денежные средства по договору купли-продажи 18 декабря 2014 года в сумме 1 850 000 рублей (л.д.61), ФИО3 получил денежные средства по договору купли-продажи 18 декабря 2014 года в сумме 1 850 000 рублей (л.д.62). Обе расписки датированы 18 декабря 2014 года.

В ходе судебного разбирательства ответчики не отрицали факт написания указанных расписок, однако пояснили, что написали их, поскольку А. Г.Т. попросил их написать расписки, и ответчики полагали указанные расписки формальностью.

Из материала КУСП-3645/82 от 25 мая 2016 года усматривается, что ФИО2 24 мая 2016 года обратилась в 82 отдел полиции УМВД России по Красносельскому району Санкт-Петербурга с устным заявлением, в котором просила принять меры к малоизвестному мужчине по имени Г. и к гражданину ФИО1, которые незаконным способом пытаются завладеть квартирой ФИО2 В ходе проверки ФИО2 пояснила, что у нее были долговые обязательства перед Г., она на протяжении длительного периода времени осуществляла возврат денежных средств по договору займа. В декабре 2014 года ФИО2 и Г. заключили иной договор займа, в котором фигурировала сумма 2 700 000 рублей, ФИО2, не читая подписала предложенные ей для подписи документы, при этом, полагаясь на заверения Г., что это все формальность. В феврале 2015 года Г. предъявил ФИО2 договор купли-продажи квартиры и сообщил, что расторгнет договор, когда ФИО2 с ним полностью рассчитается по долговым обязательствам.

В материалах проверки КСП имеется копия договора от 06 июня 2014 года, заключенного между А. Г.Т. и ФИО3, согласно которому, займодавец А. Г.Т. передал заемщику ФИО3 сумму 325 000 рублей со сроком возврата 06 июня 2015 года с уплатой заемщиком ежемесячно процентов в размере 4% от суммы займа. Общая сумма договора составляет 481 000 рублей (л.д.37 материала проверки). 

06 июня 2014 года между ответчиками Комович и А. Г.Т. в обеспечение исполнения обязательств ФИО3 по договору займа от 06 июня 2014 года, заключен договор залога, предметом которого являлась квартира, расположенная по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

адрес> (л.д.39-41).

В соответствии с распиской А. Г.Т. от 06 июня 2014 года, он получил от ФИО3 сумму 65 000 рублей в счет оплаты займа (л.д.48 материала КУСП).

Согласно постановлению от 10 октября 2016 года об отказе в возбуждении уголовного дела, в возбуждении уголовного дела по ч.1 с. 159, ч.1 ст. 330 УК РФ отказано в связи с отсутствием признаков преступления (л.д.1 материала КУСП), указанное постановление отменено 08 ноября 2016 года заместителем прокурора Красносельского района Санкт-Петербурга.

На момент рассмотрения гражданского дела сведений о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1, о признании ФИО2, ФИО3 потерпевшими, не имеется. 

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к положениям ст. 10 Гражданского кодекса РФ и ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ именно истец, обратившийся в суд с иском о признании сделки недействительной, обязан представить суду соответствующие доказательства, в данном случае - доказательства заключения сделки под влиянием обмана или заблуждения.

Между тем доказательств обмана в смысле п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении указанной сделки, в материалах дела не имеется.

То обстоятельство, что ФИО2 и ФИО3 продолжали проживать в квартире и производили оплату коммунальных платежей, а также то, что фактически между сторонами был заключен договор займа, не свидетельствуют о том, что истцы по встречным требованиям действовали под влиянием обмана.

В оспариваемом договоре указано, что стороны признают договор актом приема-передачи квартиры, покупатель уплатил за квартиру определенную денежную сумму в размере 3 700 000 рублей. Денежные средства продавцам были переданы по распискам, факт написания расписок и свою подпись ФИО2 и ФИО3 в ходе слушания дела не оспаривали.

Согласно статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается. Условия договора определяются по усмотрению сторон.

При этом в силу пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 и ФИО3 пояснили, что написание представленных в материалы дела расписок считали формальностью, которую необходимо соблюсти для получения займа, однако истцы не отрицали, что осознают и понимают разницу в юридически значимых действиях между куплей-продажей и займом. В расписке и ФИО2 и ФИО3 указано, что они получили денежные средства именно по договору купли-продажи от 18 декабря 2014 года. Иных договор купли-продажи, кроме оспариваемого, истцами по встречным требованиям в материалы дела не представлено.

Факт проживания истцов в квартире после заключения договора купли-продажи, оплата истцами коммунальных платежей, а также то, что истцы имели намерение подписать договор займа, а не купли-продажи, не являются значимыми фактами при оспаривании сделки, совершенной под влиянием обмана. При этом суд полагает необходимым отметить, что истцы не утратили право оспорить договор купли-продажи по иным основаниям. 

Принимая во внимание изложенное, суд полагает, что доказательств заключения договора купли-продажи ФИО2 и ФИО3 под влиянием обмана, не имеется, в связи с чем в удовлетворении встречных требований надлежит отказать. 

В соответствии с ч. 1 ст. 40 Конституции РФ каждый имеет право на жилище, никто не может быть произвольно лишен жилища. Частью 4 ст. 3 Жилищного кодекса РФ предусмотрено, что никто не может быть выселен из занимаемого жилого помещения или ограничен в праве пользования жилым помещением иначе как по основаниям и в порядке, предусмотренном законом.

В соответствии со ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом.

Согласно ст. 304 Гражданского кодекса РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не сопряжены с лишением владения.

Поскольку ФИО2 и ФИО3 после отчуждения спорной квартиры право на нее утратили, соглашения между ФИО1, как новым собственником, и ФИО2, ФИО3 о дальнейшем пользовании жилым помещением не достигнуто, то с учетом положений статей 209, 304 Гражданского кодекса РФ суд полагает требования истца по первоначальным требованиям подлежащими удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать ФИО2, ФИО3 утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г. Санкт-Петербург. 

<

адрес> со снятием с регистрационного учета по указанному адресу.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2, ФИО3 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца после изготовления решения в окончательной форме через районный суд Санкт-Петербурга.

Судья