Дело №

УИД №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с.Ивановка 23 октября 2020 года 

Ивановский районный суд Амурской области в составе:

Председательствующего судьи Скобликовой Н.Г.

при секретаре Блинове Е.С.

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску Комитета по управлению имуществом Ивановского района к ФИО1 о признании договора аренды земельного участка прекратившим свое действие и встречному иску ФИО1 о признании договора аренды земельного участка недействительным, 

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ Комитет по управлению имуществом Ивановского района (Ивановский КУИ) в лице представителя ВИА, действующего на основании доверенности, обратился в суд с иском к ФИО1 о досрочном расторжении договора аренды земельного участка.

Исковые требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком был заключен договор аренды земельного участка №-ЗУ, в соответствии с которым последнему сроком на три года (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) был предоставлен земельный участок с кадастровым номером № из категории земель: земли с/х назначения, разрешенное использование: сельскохозяйственное использование; местонахождение: 

<

адрес>; общей площадью 9 301 099 кв.м. Арендодатель свои обязательства по договору исполнил, предоставив арендатору земельный участок. Ответчик обязательства по внесению арендной платы не исполнял, в связи с чем, арендодатель был вынужден обратиться к мировому судье Амурской области по Ивановскому районному судебному участку № с заявлениями о вынесении судебного приказа по взысканию задолженности по арендной плате. Судебными приказами от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ с ответчика в пользу Комитета по управлением имущества Ивановского района взысканы суммы арендной платы: 83 683,1 рублей и 475 427,18 рублей, а также неустойка за ненадлежащее исполнение обязательств. Поскольку ответчиком не внесена арендная плата за три расчетных периода подряд (ДД.ММ.ГГГГ года, за ДД.ММ.ГГГГ года) арендодатель, в соответствии с п.3 ст. 619 ГК РФ имеет право на досрочное расторжение договора… 

ДД.ММ.ГГГГ от представителя истца поступило заявление об уточнении исковых требований, в соответствии с которым исковые требования были изложены в следующей редакции: признать договор аренды земельного участка №-ЗУ от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Комитетом по управлению имуществом Ивановского района и ФИО1 прекратившим свое действие с ДД.ММ.ГГГГ.

Уточнение исковых требований, как указывает представители истца, было произведено в виду того, что п.2.1. договора аренды установлен срок его действия до ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, исковое требование о досрочном расторжении договора по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ утратило свою актуальность. Вместе с тем, практика административной деятельности Управления Росреестра по Амурской области в части регистрации договоров аренды недвижимого имущества, находящегося в муниципальной, государственной собственности, показывает, что для снятия обременения с арендуемого ранее земельного участка в Управление Росреестра необходимо предоставить документы, подтверждающие прекращение договора аренды, вне зависимости от того, что срок аренды истек: соглашение сторон о расторжении договора либо соответствующее судебное решение… 

Не согласившись с исковым заявлением, ФИО1 в лице своего представителя АВН, действующего на основании доверенности, предъявил иск к Комитету по управлению имуществом Ивановского района о признании договора аренды земельного участка недействительным. Встречные исковые требования мотивированы ссылкой на положения ст. 178 ГК РФ, поскольку ФИО1, как арендатор, был введен Комитетом по управлению имуществом Ивановского района в заблуждение относительно качеств земельного участка. При заключении договора аренды земельного участка ФИО1 исходил из сведений о земельном участке, указанных в договоре аренды и представленных Ивановским КУИ. В первую очередь, ФИО1 руководствовался тем, что земельный участок будет возможно использовать в сельскохозяйственных целях (по сельскохозяйственному назначению). При заключении договора аренды ФИО1, с учетом предусмотренной п. 5 ст. 10 ГК РФ презумпции добросовестности участников гражданского оборота, исходил из того, что вышеуказанные сведения о земельном участке являются достоверными. Каких-либо оснований не доверять указанным сведениям при заключении договора аренды у ФИО1 не имелось. 

Однако, впоследствии в ходе предпринятых ФИО1 попыток освоения земельного участка в целях сельскохозяйственного использования, выяснилась невозможность использования земельного участка в соответствии с его разрешенным использованием, а именно для сельскохозяйственного использования по причинам, не зависящим от арендатора. Невозможность использования земельного участка в с/х целях связана с тем, что большая часть земельного участка представляет собой болото, а оставшаяся часть земельного участка покрыта кочкой и/или лесными насаждениями (деревьями, кустами), участок пересечен оврагами и т.п. Участок непригоден ни для сенокошения, ни для выпаса скота (организация пастбища), ни, тем более для целей растениеводства. 

Заблуждение ФИО1 при заключении договора сформировалось под влиянием документов и информации, представленных арендодателем, и является существенным. ФИО1 не имел возможность использовать земельный участок по целевому назначению. Очевидно, обладай ФИО1 информацией о невозможности использования земельного участка в сельскохозяйственных целях, он бы не заключил спорный договор аренды. При этом Комитет, как лицо, осуществляющее полномочия собственника в отношении земельного участка, должен был знать о невозможности использования земельного участка в сельскохозяйственных целях, и, действуя добросовестно, должен был предупредить об этом ФИО1 до заключения договора аренды. 

На основании обстоятельств, указанных в исковом заявлении, положений ст. ст. 10, 11, 12, 166, 167, 178 ГК РФ представитель ФИО1 – АВН просил суд: признать договор аренды земельного участка №-ЗУ от ДД.ММ.ГГГГ – недействительным; принять предъявленный иск в качестве встречного. 

Определением Ивановского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО1 принят в качестве встречного для совместного рассмотрения с первоначальным иском.

На встречный иск представителем Комитета по управлению имуществом Ивановского района - ВИА представлены возражения, в которых указывается на несостоятельность требований, в виду отсутствия совокупности условий, в силу которых суд может признать сделку недействительной по основанию, предусмотренному ст. 178 ГК РФ. 

Передаваемый в аренду земельный участок доступен для осмотра, не огорожен каким - либо образом, доступ к нему не ограничен, имеется подъездная дорога. Оспариваемый договор аренды земельного участка заключен ДД.ММ.ГГГГ, то есть в сезон сельскохозяйственных работ. Таким образом, истец (по встречному иску) имел реальную возможность лично убедиться в пригодности (или непригодности) испрашиваемого в аренду земельного участка для использования по назначению до подписания договора сторонами. Истец этой возможностью не воспользовался, не проявил требовавшуюся в таких обстоятельствах осмотрительность, обычную для деловой практики совершения подобных сделок.

Кроме того, после заключения договора аренды и его государственной регистрации прошло почти 3 года. За указанный период истец по первоначальному иску имел реальную возможность, убедившись в непригодности для использования по назначению земельного участка, обратиться к арендодателю с заявлением о досрочном расторжении договора аренды по согласию сторон договора, чего истец не сделал.

Пунктом вторым ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Истец (по встречному иску) должен был знать о свойствах арендуемого земельного участка еще до подписания договора аренды земельного участка (в силу части 5 ст. 178 ГК РФ). Даже, допуская, что истец (по встречному иску) не узнал о свойствах и качествах арендуемого земельного участка до или в момент заключения оспариваемого договора аренды, он не мог не узнать о таких обстоятельствах по истечению одного года аренды, по окончанию сельскохозяйственного сезона. 

Таким образом, встречный иск подан за пределами срока исковой давности, который необходимо исчислять с даты, спустя один год после заключения оспариваемого договора, то есть с ДД.ММ.ГГГГ.

После получения отзыва, представителем истца по встречному иску АВН основания исковых требований дополнены, с указанием на следующие обстоятельства. 

Заблуждение у истца сформировалось под влиянием информации о земельном участке, содержащейся в официальных документах и публичных реестрах, которым в силу положений ч.1 ст. 2, ч. 1 ст. 7 Федерального закона от 13.07.2015 № 218 – ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», оснований не доверять у ФИО1 не было. Из материалов дела следует, что сведения о земельном участке были внесены в ЕГРН именно Ивановским КУИ, на основании заявления от ДД.ММ.ГГГГ, подписывая которое ССВ (председатель Комитета) подтверждала, что указанные в заявлении сведения, а также представленные документы и содержащиеся в них сведения, являются достоверными. Таким образом, именно Ивановский КУИ, как лицо, сформировавшее этот земельный участок, в том числе подавшее заявление о постановке участка на государственный кадастровый учет, должен был обладать и обладал достоверной информацией о негодности этого участка для сельскохозяйственных целей. 

Со стороны Комитета по управлению имуществом Ивановского района имело место злоупотребление правом (ст. 10 ГК РФ). 

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна (п.2 ст. 168 ГК РФ). 

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и ст. 168 ГК РФ.

Предоставление в аренду заведомо негодного предмета является злоупотреблением правом по смыслу ст. 10 ГК РФ, поскольку представляет собой заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Нарушение установленного ст. 10 ГК РФ запрета на злоупотребление правом, тем более допущенное органом власти и управления, посягает на публичные интересы, поскольку добросовестность осуществления гражданских прав является основой публичного порядка в Российской Федерации.

Соответственно, спорный договор аренды является ничтожным по основаниям, предусмотренным ст. 10, п.2 ст. 168 ГК РФ.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года (п. 1 ст. 181 ГК РФ), следовательно, ФИО1 срок исковой давности не пропущен. 

Спорный договор является недействительным, как по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ, так и по основаниям, предусмотренным ст. 10, п.2 ст. 168 ГК РФ. 

С утверждением представителя Комитета по управлению имуществом, истец (по встречному иску) не согласен, в виду следующего. 

Доводы Ивановского КУИ о том, что истец имел возможность убедиться в пригодности (или непригодности) земельного участка до заключения договора аренды, а также о том, что к участку имеется подъездная дорога, не подтверждены доказательствами.

Решить вопрос о пригодности или непригодности земельного участка для сельскохозяйственных нужд невозможно путем простого осмотра земельного участка. Решение указанного вопроса требует специальных познаний. Основная причина, в силу которой использование земельного участка для сельскохозяйственных нужд не представляется возможным, является его переувлажнённость (заболоченность).

При этом, вопреки доводам Комитета, спорный договор был заключен только ДД.ММ.ГГГГ (дата государственной регистрации). Следовательно, первую попытку использования земельного участка ФИО1 предпринял только летом ДД.ММ.ГГГГ года. Однако, указанное лето характеризовалось аномальным переувлажнением почвы на территории всего 

<

адрес> и 

<

адрес>, в связи с чем, на территории области даже был введен режим Чрезвычайной ситуации.

В связи с этим, обоснованные выводы о непригодности земельного участка для сельскохозяйственных нужд могли быть сделаны ФИО1 (и были им сделаны), только по окончанию сезона полевых работ ДД.ММ.ГГГГ года.

Представитель третьего лица – начальник Финансового управления Администрации Ивановского района ШИА направил отзыв, в котором выражено мнение о том, что первоначальный иск подлежит удовлетворению, в силу положений п. 3 ст. 619 ГК РФ, а встречный иск является безосновательным, поскольку у истца была возможность в полной мере удостовериться в качестве передаваемого в аренду земельного участка, как самостоятельно, так и с привлечением соответствующих специалистов…

Согласно позиции, изложенной в отзыве, представитель третьего лица просил гражданское дело № рассмотреть в его отсутствие. 

В отзыве представителя третьего лица Управления Росреестра по Амурской области ШОВ, действующей на основании доверенности, указано, что согласно сведениям ЕГРН в отношении земельного участка с кадастровым номером № имеется запись об ограничении (обременении) права (аренда) в пользу ФИО1 на основании договора аренды земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ №-ЗУ.

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 14 Федерального закона от 13.07.2015 № 218 – ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», одним из оснований для осуществления государственного кадастрового учета и государственной регистрации прав (внесение либо исключение каких-либо сведений в ЕГРН) является вступивший в законную силу судебный акт. 

Таким образом, если в резолютивной части судебного акта будет решен вопрос об исключении из ЕГРН сведений об ограничении (обременении) права на земельный участок, такое решение будет являться основанием для внесения в ЕГРН соответствующих записей. 

Также внесение записи о прекращении аренды возможно при обращении в орган регистрации одной из сторон договора с заявлением и соглашением о расторжении такого договора аренды. 

Участвуя в судебных заседаниях: ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ представитель Комитета по управлению имуществом Ивановского района – ВИА просил первоначальный иск удовлетворить, в удовлетворении встречного иска – отказать по доводам, изложенным в отзыве на иск. 

Дополнительно пояснил, что земельный участок был предоставлен ФИО1 по упрощенной процедуре, что предусмотрено ч. 2 ст. 39.6 ЗК РФ, без проведения конкурса, так как данный участок предоставляется для сенокошения или выпаса сельскохозяйственных животных, на ограниченный срок – 3 года. Доводы ФИО1 о том, что Ивановский КУИ обманул его, обещав, что участок возможно использовать под «пахоту» абсурдны. Предоставление земельного участка с/х назначения (пашни) в аренду имеет совсем иной порядок. 

То, что ФИО1, обращаясь с заявлением о предоставлении земельного участка в аренду, указал кадастровый номер земельного участка, свидетельствует о том, что он претендовал именно на данный земельный участок. 

Договор аренды заключен не в зимнее время, и ФИО1 имел реальную возможность проехать и посмотреть земельный участок, удостовериться, что из себя он представляет. 

Ивановский КУИ арендаторов не ищет. Какие – либо предложения/претензии от ФИО1 за все время действие договора аренды не поступали. 

На схеме расположения земельного участка, которая является неотъемлемой частью межевого плана, имеется топографическое обозначение – «проходимое болото», ФИО1 при заключении договора аренды мог с ним ознакомиться. Кроме того, на стене кабинета Отдела земельных отношений Ивановского КУИ расположена красочная схема, на которой также указан этот участок местности с аналогичными топографическими обозначениями. 

На права и интересы третьих лиц оспариваемая сделка не посягает, так как на земельный участок, который был передан в аренду, право государственной собственности не разграничено, то есть район в полной мере мог распоряжаться этим участком в соответствии с требованиями законодательства, поэтому ничьи права и законные интересы по данной сделке нарушены не были. Никто заключение данной сделки ФИО1 не навязывал, он человек дееспособный, принял решение о заключении договора аренды, с учетом своего личного мнения, в заблуждение его никто не вводил. Земельный участок не огорожен, к нему имеется возможность пройти незначительное расстояние пешком и сделать необходимые выводы. Одномоментное применение ст. 168 и ст. 178 ГК РФ невозможно, так как они противоречат друг другу. И поскольку договор аренды ничьи права не затрагивает (третьих лиц), кроме сторон сделки, то и оснований для применения п. 2 ст. 168 ГК РФ, по которой срок исковой давности 3 года, нет, а по п.1 ст. 168 ГК РФ срок исковой давности 1 год, и он ФИО1 пропущен. Срок исковой давности необходимо исчислять по истечении 1 года с момента заключения договора аренды. Именно за этот период времени ФИО1 имел возможность и должен был убедиться в свойствах земельного участка. 

Использование земельного участка, предоставленного в аренду, который занят пастбищем под сенокос, не будет являться нецелевым использованием земельного участка, поскольку это не приводит к деградации земельного участка, а вот наоборот нельзя. 

Представитель ФИО1 – АВН, участвуя в судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, на удовлетворении встречного иска настаивал, иск Ивановского КУИ полагал несостоятельным. 

Пояснил, что предоставленный земельный участок невозможно использовать не только для растениеводства, но и для сенокошения, выпаса скота. Заблуждение относительно свойств земельного участка у ФИО1 основано на сведениях о данном участке, которые содержатся в документах: это кадастровый паспорт и проект договора аренды. ФИО1 не является специалистом в области сенокошения, выпаса скота и познаниями в данной области не обладает (пояснения, данные в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ). 

Срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной (ст. 178 ГК РФ) ФИО1 не пропущен, поскольку не установлен момент, с которого необходимо этот срок исчислять. Каких - либо доказательств, что ФИО1 должен был узнать о свойствах земельного участка ДД.ММ.ГГГГ, не предоставлено, объективные доказательства отсутствуют. В качестве таковых доказательств может являться только заключение эксперта. 

На вопрос суда о том, когда все - таки ФИО1 узнал о том, что земельный участок не обладает качественными характеристиками, указанными в договоре, ответил, что непосредственно перед подачей иска, но в любом случае это необходимо ему уточнить у ФИО1 …

ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ года является генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», до этого времени был генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», осуществляющим свою деятельность, в том числе и в 

<

адрес>, такую как растениеводство, переработка с/х сырья. Но ФИО1 специальными познаниями в области агрономии и животноводства не обладает, имеет познания как управленец (финансовое право, налоговое право). В ООО «

<

данные изъяты>» был приглашенный специалист в области сельского хозяйства, но ФИО1 его не привлекал, так как сомнений никаких в момент заключения договора у него не было. 

Он утверждает, что в ДД.ММ.ГГГГ и в ДД.ММ.ГГГГ годах ФИО1 спорный участок по целевому назначению не использовал. Почему ранее ФИО1 не обращался в суд с иском о признании данного договора недействительным, если он не использовал его, не знает, может, принимал досудебные меры, в частности по снижению арендной платы. 

На данном участке ФИО1 планировал заниматься сенокошением. Куда планировал использовать сено ФИО1, он не знает. На момент заключения договора, ФИО1 говорили, что участок подходит для с/х целей, в частности для сенокошения, показали соответствующие документы. ФИО1 проверил их в ЕГРН. ФИО1 не обладает специальными познаниями, поэтому, если он смотрит кадастровый план территории, то видит просто какие - то обозначения, он руководствуется текстовыми обозначениями. Приглашать агронома не было необходимости, поскольку ФИО1 доверял сведениям, изложенных в Росреестре, они и сейчас не изменились. Он соглашается с тем, что в данных документах не указано, что участок предназначен для сенокошения. 

Подписывая акт передачи, ФИО1 осматривал участок, но что он увидел: часть земной поверхности, на которой была трава, растительность?! С учетом того, что проезд к участку отсутствует, то болото он не видел. По полевой дороге можно доехать только до определенного предела, а пешком участок можно обойти только за неделю. 

Какие подсчеты делал ФИО1 ему неизвестно, но земельный участок он брал для сенокошения. 

Отмечает, что заблуждение у ФИО1 сложилось не относительно категории земель, а относительно вида разрешенного использования: относительно сведений, которые содержатся в п.2 акта приема – передачи, исходя из которых площадь с/х угодий составляет 4 697 785 кв.м. На самом деле, там вообще нет с/х угодий. Там и пастбища отсутствуют, но в каком размере, сказать не может, так как не эксперт. 

Он не видит, каким образом, гражданин (ФИО1) в сжатые сроки мог убедиться относительно того, сколько на земельном участке болот. ФИО1 никто не торопил при заключении договора аренды, но с учетом того, что земельный участок был поставлен на кадастровый учет незадолго до заключения договора аренды, то он полагает, что ФИО1 был ограничен во времени. У ФИО1, который действовал разумно и добросовестно, с учетом того, что сведения, которые его интересовали, содержатся в официальных документах, представленных Ивановским КУИ, и оснований которым доверять не было, необходимости в затратах на привлечение специальных средств, специалистов не было, он данные затраты посчитал излишними. Кроме того, полагал, что земельный участок мог быть передан иному лицу. Много ли было претендентов на земельный участок, ему не известно. 

Сделку сторона истца (по встречному иску) оспаривает по двум самостоятельным основаниям: ст. 178 ГК РФ и п.2 ст. 168 ГК РФ (пояснения, данные в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ).

Судебное заседание, отложенное на ДД.ММ.ГГГГ ВИА, ФИО1, АВН (заявление, телефонограммы от ДД.ММ.ГГГГ) просили провести в их отсутствие. 

Суд, руководствуясь ч. 3 и ч. 5 ст. 167 ГПК РФ, рассмотрел дело по существу в отсутствие сторон (их представителей) и представителей третьих лиц. 

Изучив материалы дел №, № по заявлению Ивановского КУИ о вынесении судебного приказа по взысканию задолженности по арендным платежам с ФИО1, материалы настоящего дела, суд установил следующие обстоятельства. 

В соответствии с п. 2.1. Положения о Комитете по управлению имуществом Ивановского района, утв. решением главы Администрации Ивановского района от ДД.ММ.ГГГГ №, одной из основных задач Ивановского КУИ является в установленном порядке владение, пользование и распоряжение имуществом, находящимся в муниципальной собственности района, в том числе земельными участками.

ДД.ММ.ГГГГ Комитет по управлению имуществом Ивановского района и ФИО1 заключили договор аренды земельного участка №-ЗУ, в соответствии с которым последнему за плату во временное владение и пользование (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) предоставляется земельный участок с кадастровым номером №, из категории земель: земли с/х назначения, разрешенное использование: сельскохозяйственное использование; местонахождение: 

<

адрес>. 

В п. 1.2. договора аренды приведены следующие характеристики земельного участка, предоставляемого в аренду: площадь земельного участка – 9301099 кв.м., из них пастбищ - 4697785 кв.м., итого с/х угодий – 4697785 кв.м.; прочие земли -, лес -, болото – 4600160 кв.м., кустарники -, дороги -, прочие-. 

Как следует из материалов дела, арендодатель – Комитет по управлению имуществом Ивановского района обязанности, предусмотренные п. 4.2.2. договора аренды, исполнил, передав земельный участок ФИО1 по акту – передачи от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ договор аренды зарегистрирован в Управлении Росреестра по Амурской области. 

ФИО1, как арендатор земельного участка, напротив, обязательства, предусмотренные 5.2.2. договором аренды – своевременное и полное внесение арендной платы, не исполнял. 

В виду не внесения ФИО1 платежей за пользование земельным участком, в размере и сроки, предусмотренных п.п. 3.2. – 3.9. договора аренды, с него на основании судебных приказов № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ была взыскана задолженность по договору аренды за ДД.ММ.ГГГГ года в размере 79 245,36 рублей, пени за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 4 437,74 рублей и задолженность по арендной плате за ДД.ММ.ГГГГ год в сумме 475 427,18 рублей и неустойка за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в сумме 9 390,58 рублей.

Не внесение ФИО1 арендной платы послужило основанием для обращения Комитета по управлению имуществом Ивановского района в суд с иском о досрочном расторжении договора аренды, в соответствии с п. 8.4. договора (исковые требования в первоначальной редакции), не согласившись с которыми ФИО1 предъявил встречный иск о признании недействительным договора аренды, со ссылкой на положения ст. ст. 178 и п. 2 ст. 168 ГК РФ во взаимосвязи с положениями ст. 10 ГК РФ. 

Рассматривая доводы стороны истца (по встречному иску) о незаконности сделки и, соответственно, возражения представителя ответчика относительно исковых требований, которые сводятся, в том числе и к тому, что истцом пропущен срок исковой давности, судом установлено следующее. 

Согласно п.1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

В соответствии с п.1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ). 

В соответствии с п. 1 ст. 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2 ст. 178 ГК РФ). 

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п. 5 ст. 178 ГК РФ). 

В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения (п.2 ст. 199 ГК РФ). 

Со стороны представителя ответчика (по встречному иску) данное заявление имело место быть. 

В соответствии с п. 1 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной п.2 ст. 181 ГК РФ).

Таким образом, в виду заявления истцом (по встречному иску) о признании договора аренды земельного участка недействительным со ссылкой на ст. 178 ГК РФ, и одновременно о признании ничтожной сделки недействительной в силу положений п. 2 ст. 168 ГК РФ срок исковой давности по данному спору будет различным. 

По требованию о признании оспоримой сделки недействительной (ст. 178 ГК РФ), срок исковой давности составляет 1 год, который необходимо исчислять со дня, когда истец узнал или должен был узнать о невозможности использования земельного участка по целевому назначению. 

Позиция стороны истца (по встречному иску) по данному вопросу была не однозначной. Так, согласно пояснениям АВН, срок исковой давности по требованию о признании сделки недействительной (по ст. 178 ГК РФ) не пропущен, так как не установлен момент, с которого необходимо его исчислять; о том, что земельный участок не обладает заявленными качественными характеристиками, ФИО1 узнал непосредственно перед подачей иска….

Как судом выше было отмечено, в п. 1.2. договора аренды земельного участка приведена характеристика земельного участка, с указанием площади каждого из угодий его составляющих, в частности прописано, что площадь земельного участка составляет 9301099 кв.м., из них пастбищ - 4697785 кв.м., итого с/х угодий – 4697785 кв.м.; прочие земли: болото – 4600160 кв.м. 

Иного вида угодий экспликация земельного участка не содержит. 

Из чего следует вывод, что на момент заключения договора аренды и передачи земельного участка в день заключения договора, ФИО1 был осведомлен о качественных характеристиках земельного участка, а именно о том, что половину земельного участка занимают такие угодья как – пастбище, а вторую половину участка – болота.

Вместе с тем, учитывая категорию земельного участка, вид разрешенного использования данного земельного участка, пояснения стороны истца по встречному иску относительно намерений использовать земельный участок под сенокос, что не является нецелевым использованием земельного участка (согласно пояснений представителя Ивановского КУИ), суд полагает необходимым исчислять срок исковой давности с ДД.ММ.ГГГГ, в виду следующего. 

Согласно информации, представленной главой администрации Ивановского района КВВ на запрос суда, пригодными травами для сенокошения в Амурской области и, соответственно, в Ивановском районе являются злаковые травы - это кострец, тимофеевка, а также естественные сенокосы; массовое начало сенокошения проходит в лучшие агротехнические сроки с первого июля по первое сентября. 

Соответственно, по окончанию сезона сенокошения ФИО1 должен был иметь реальное представление о свойствах предоставленного ему в аренду земельного участка.

Введение с ДД.ММ.ГГГГ режима чрезвычайной ситуации на территории 

<

адрес>, согласно постановления главы 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ №, а до этого времени определение прилагаемых границ зон подтопления, возникшего в результате чрезвычайной ситуации на территории 

<

адрес> в населенных пунктах: 

<

адрес> (согласно приложения, с указанием конкретных жилых домов) на основании распоряжения главы 

<

адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, на выше озвученный вывод суда не влияет, по следующим основаниям.

Из Материалов гибели объектов растениеводства, представленных регионами, пострадавшими в результате ЧС «Паводок» в летний период ДД.ММ.ГГГГ года следует, что в результате данной ЧС пострадали предприятия, выращивающие с/х культуры: ячмень, яровую пшеницу, рапс, сою, овес, картофель. Указание на потери от неполучения сена в заявлениях с/х предприятий района - отсутствуют. 

Более того, стороной истца (по встречному иску) не предоставлено доказательств тому, как переувлажнение почвы повлияло или могло повлиять на объем укоса. 

С учетом предъявления встречного иска – ДД.ММ.ГГГГ, срок исковой давности для оспаривания истцом сделки по ст. 178 ГПК РФ – пропущен. 

Оснований, влекущих приостановление или перерыв срока исковой давности (ст. 202 – 203 ГК РФ), судом не установлено. 

В силу положений п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Вместе с тем, суд полагает, что указанная норма не лишает его возможности рассмотреть исковые требования по существу, кроме того, заявление о ничтожности сделки со ссылкой на пункт второй статьи 168 ГК РФ в контексте положений статьи 10 ГК РФ и её недействительности на основании статьи 178 ГК РФ, с учетом обстоятельств, которыми истец (по встречному иску) обосновал свои требования, взаимосвязаны. 

Исходя из положений ст. 178 ГК РФ и требований ст. 56 ГПК РФ сторона, которая обращается за признанием сделки недействительной по указанным основаниям, должна доказать, что выраженная ею при заключении договора воля сформировалась под влиянием заблуждения, которое является существенным применительно к пункту 1 статьи 178 ГПК РФ, либо под влиянием обмана.

Таких доказательств истцом не представлено.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, являющийся на тот момент генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», основными видами деятельности которого является: растениеводство, переработка с/х сырья, как физическое лицо, обратился к главе Администрации Ивановского района с заявлением о предоставлении ему в аренду, сроком на 3 года, с ДД.ММ.ГГГГ г. по ДД.ММ.ГГГГ г., земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, общей площадью 9 301 099 кв.м. для использования в целях сенокошения. 

Вывод суда о том, что на ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», основан не только на пояснениях АВН, но и на материалах дела: на копии договора аренды, акте приема – передачи, представленных Управлением Росреестра по Амурской области, несмотря на то, что договор аренды Ивановским КУИ был заключен с ФИО1 как с физическим лицом, в п. 9 договора («юридические адреса и подписи сторон»), п. 5 акта («подписи сторон») проставлена печать ООО «

<

данные изъяты>». 

В день подачи заявления ФИО1 и руководителем Комитета по управлению имуществом Ивановского района подписан договор аренды земельного участка, который содержит четкую, понятную и не допускающую двоякого толкования информацию о предмете сделки, а именно экспликацию земельного участка, с указанием его качественных характеристик (приведены выше). 

При заключении сделки ФИО1 был ознакомлен с договором, о чем свидетельствуют его подпись на нём, каких-либо претензий относительно договора и его условий не высказывал, получил свой экземпляр документов.

Каким образом арендодатель ввел ФИО1 в заблуждение, и в чем оно заключалось (если в договоре прописаны характеристики предмета сделки) ни истец, ни его представитель суду пояснить (устно либо письменно) не смогли, как и то, на чем было основано убеждение ФИО1 о возможности использования данного участка под сенокос (на что указано его представителем в ходе судебных заседаний и приведено в заявлении о дополнении оснований исковых требований) или даже для целей растениеводства (на данный вид с/х деятельности имеется ссылка в заявлении о дополнении оснований исковых требований), если в качестве угодья в договоре указано «пастбище», с обозначением его площади. 

Доказательств тому, что при заключении договора ФИО1 действовал разумно и объективно (проявил должную осмотрительность), однако, со стороны Комитета по управлению имуществом имели место действия, направленные на формирование у него существенного заблуждения относительно предмета сделки, в нарушение ст. 56 ГПК РФ стороной истца (по встречному иску) не представлено.

Напротив, во встречном исковом заявлении представителем истца указывается на то, что при заключении договора аренды земельного участка ФИО1 исходил из сведений о земельном участке, указанных в договоре аренды и представленных Ивановским КУИ. 

Судом выше было отмечено, что в оспариваемом договоре приведена экспликация земельного участка, содержащая его характеристики, не предполагающие двоякого трактования.

Схема расположения земельного участка межевого плана содержит топографические обозначения в соответствии с экспликацией земельного участка, приведенной в п. 1.2. договора аренды и п. 2 акта приема – передачи земельного участка. 

При этом суд отмечает, что проверить значение топографических условных знаков возможно посредством обращения к поисковым системам информационной – телекоммуникационной сети «Интернет».

Кроме того, суд полагает, что ФИО1, являющийся на ДД.ММ.ГГГГ генеральным директором ООО «

<

данные изъяты>», предприятия, осуществляющего сельскохозяйственную деятельность, и, соответственно, использующего земельные участки, был ознакомлен с топографическими условными знаками. 

Заключение договора аренды без проведения торгов, в соответствии с п. 19 ч. 2 ст. 39.6 ЗК РФ, то есть в случае предоставления земельного участка гражданину для сенокошения, выпаса с/х животных, ведения огородничества, автоматически не делает пригодным данный участок для всех целей одномоментно. 

Со стороны Комитета по управлению имуществом действий, направленных на формирование интереса у ФИО1 в заключении сделки не установлено, как и препятствий в осмотре, изучении данного земельного участка до заключения оспариваемого договора, напротив, как следует из материалов дела, инициатива по его заключению принадлежала ФИО1, который обратился с соответствующим заявлением. 

Суд также отмечает и то обстоятельство, что предъявив встречный иск, ФИО1 не предоставил достоверных и допустимых доказательств тому, что он не использовал или не смог использовать земельный участок по целевому назначению ни в ДД.ММ.ГГГГ г., ни в ДД.ММ.ГГГГ г., ни в ДД.ММ.ГГГГ г., а также тому обстоятельству, что площадь болот на данном участке больше, указанной в п. 1.2. договора аренды и п. 2 акта приема – передачи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ. 

На основании выше установленных обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что основания для признания сделки – договора аренды земельного участка недействительным в соответствии с положениями ст. 178 ГК РФ – отсутствуют. 

Изложенные выше выводы суда относятся и к доводам истца о признании договора аренды земельного участка недействительным, по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 168 ГК РФ, в контексте положений ст. 10 ГК РФ, в виду следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 5 ст. 10 ГК РФ установлено, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

По смыслу указанной нормы действия участников гражданского оборота предполагаются разумными и добросовестными, пока не доказано обратное.

По мнению стороны истца по встречному иску, предоставление в аренду заведомо негодного предмета является злоупотреблением правом по смыслу ст. 10 ГК РФ, поскольку представляет собой заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав. И, так как данное нарушение допущено органом власти и управления, то оно посягает на публичные интересы, поскольку добросовестность осуществления гражданских прав является основой публичного порядка в Российской Федерации. 

Суд, руководствуясь положениями ч.1 и ч.2 ст. 56 ГПК РФ, неоднократно предлагал стороне истца (по встречному иску) предоставить доказательства тому, что договор аренды нарушает требования закона или иного правового акта и при этом посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Доказательств указанным выше обстоятельствам истцом (по встречному иску) и его представителем представлено не было.

В п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» содержится разъяснение о том, что применительно к статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы… Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Суд, проанализировав состав лиц, заключивших договор аренды, их статус, содержание договора аренды и правоотношения, которые он регулирует, учитывая выше указанные разъяснения Верховного Суда РФ, приходит к выводу, что договор аренды земельного участка № – ЗУ от ДД.ММ.ГГГГ никоим образом не посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Учитывая, что судом была дана оценка действиям сторон при заключении договора аренды, и сделан вывод о том, что со стороны Комитета по управлению имуществом Ивановского района, с учетом открытости сведений о качественных характеристиках земельного участка, являющегося предметом сделки, установлено не было, а ФИО1 не представлено доказательств тому, что представленный в аренду земельный участок он не использовал или не смог использовать в соответствии с видом разрешенного использования, указанного в договоре аренды: сельскохозяйственное использование, исходя из вида угодья – «пастбище», недобросовестность (злоупотребление правом) со стороны Комитета по управлению имуществом Ивановского района при заключении оспариваемого договора отсутствовала. 

Нарушений норм материального права, регламентирующих общие положения об аренде, в том числе и в отношении объектов недвижимости, ФИО1 и его представителем не указано, судом не установлено. 

С учетом выше изложенного, договор аренды земельного участка не является ничтожной сделкой. 

Вместе с тем, срок исковой давности ФИО1 для предъявления данного требования не был пропущен, поскольку трехгодичный срок, установленный п. 1 ст. 181 ГК РФ истек только ДД.ММ.ГГГГ, с учетом начала его исчисления с ДД.ММ.ГГГГ (на следующий день, когда началось исполнение сделки (земельный участок был передан арендатору), согласно ст. 191 ГК РФ, разъяснений, изложенных в п. 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). 

На основании выше установленных обстоятельств, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания сделки – договора аренды земельного участка № – ЗУ от ДД.ММ.ГГГГ – недействительным, и, следовательно, в удовлетворении встречного иска надлежит отказать. 

Рассматривая требование истца о признании договора аренды земельного участка прекратившим своё действие с ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 2.1. договора, срок аренды земельного участка установлен с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

В соответствии с п.2.2. договора аренды, о намерении заключить договор аренды на земельный участок на новый срок арендатор должен известить арендодателя за 1 месяц до истечения срока действия договора. 

При отсутствии намерения заключить новый договор аренды по истечении срока, указанного в п. 2.1. договора, каждая из сторон обязана известить об этом другую сторону не позднее че за три месяца до окончания срока действия договора в письменной форме (п.2.3. договора аренды). 

Из материалов дела следует, что ФИО1 извещение о намерении заключить договора аренды на новый срок в адрес Комитета по управлению имуществом Ивановского района направлено не было, напротив данный договор посредством подачи встречного иска признавался недействительным. 

Соответственно, в виду подачи первоначального, встречного исков и рассмотрения их судом, ни одна из сторон договора аренды не направляла извещение другой стороне об отсутствии у неё намерений в пролонгации договора аренды. 

С учетом выше установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что договор аренды земельного участка, заключенный истцом и ответчиком ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ прекратил своё действие. 

Проанализировав положения договора аренды (приведенные выше) и позицию третьего лица (Управления Росреестра по Амурской области), суд соглашается с доводами истца – Ивановского КУИ о том, что отсутствие решения суда относительно данного вопроса является препятствием для истца в производстве государственной регистрации прекращения аренды на объект недвижимости – предмет договора аренды №-ЗУ от ДД.ММ.ГГГГ. 

Таким образом, исковые требования Комитета по управлению имуществом Ивановского района подлежат удовлетворению. 

Поскольку удовлетворение требований Ивановского КУИ (с учетом их уточнения от ДД.ММ.ГГГГ) не обусловлено установлением фактов нарушения прав истца ответчиком, положения ч.1 ст. 98, ч.1 ст. 103 ГПК РФ, в рассматриваемом случае неприменимы (п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»). 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Комитета по управлению имуществом Ивановского района к ФИО1 - удовлетворить полностью. 

Признать договор аренды земельного участка №-ЗУ от ДД.ММ.ГГГГ в отношении земельного участка с кадастровым номером №, из категории земель «Земли сельскохозяйственного назначения», разрешенное использование: сельскохозяйственное использование; местоположение: 

<

адрес>, общей площадью 9301099 кв.м., заключенный между Комитетом по управлению имуществом Ивановского района и ФИО1, прекратившим свое действие с ДД.ММ.ГГГГ. 

В удовлетворении встречного иска ФИО1 к Комитету по управлению имуществом Ивановского района о признании договора аренды земельного участка недействительным – отказать полностью. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Амурский областной суд через Ивановский районный суд Амурской области в течение одного месяца с момента изготовления мотивированного решения. 

Мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ (с учетом того, что ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ являлись выходными днями). 

Судья: Скобликова Н.Г.