Дело № 2-1422/2020

Р Е Ш Е Н И Е

И м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и 

03 июля 2020 года г.Хабаровск

Железнодорожный районный суд г.Хабаровска в составе:

председательствующего – судьи Черниковой Е.В.,

при секретаре Атановой К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 ФИО16 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница №» имени профессора ФИО3 о признании приказа о дисциплинарном взыскании незаконным,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к КГБУЗ «Краевая клиническая больница №» имени профессора ФИО3 (далее – ККБ-1) о признании приказа о дисциплинарном взыскании незаконным, мотивируя тем, что он долгое время является работником ККБ-1, 20.06.2016г. на основании приказа №-л был переведен в отделение хирургического лечение сложных нарушений ритма сердца и электрокардиостимуляции врачом – сердечно-сосудистым хирургом. 02.04.2020г. работодателем был издан приказ №-п «О дисциплинарном взыскании в виде выговора, в котором указано, что в соответствии со ст.ст.192, 193 ТК РФ за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей (подлог медицинской документации в разделе «Переливания компонентов крови») к нему применено дисциплинарное взыскание в виде выговора. В обоснование данного приказа указаны: рапорт заведующей кабинетом трансфузионной терапии ФИО8, врача анестезиолога-реаниматолога ФИО10, ФИО4, его (ФИО1) объяснительная. В своей объяснительной он указал, что при переливании крови пациенту ФИО5 на дежурстве с 06 на ДД.ММ.ГГГГг. по телефону сообщили из приемного отделения, что в экстренном порядке СМП в приемное отделение был доставлен пациент, которому требуется осмотр. Кроме того, с ним связалась дежурная медицинская сестра ОНРС, сообщив, что состояние одного из пациентов резко ухудшилось. В связи с этими обстоятельствами он довел до сведения дежурного анестезиолога, что находиться в операционной больше не может, а переливанием компонентов крови далее должен заниматься другой. При этом, им 06.03.2020г. был написан и передан под роспись заведующей отделением переливания крови рапорт по факту ошибочного списания контейнеров с компонентами крови для пациента ФИО5 Никаких действий по подлогу медицинских документов он не совершал. При ознакомлении с обжалуемым приказом 02.04.2020г. он устно просил объяснить ему фактические причины применения дисциплинарного взыскания. Просьба была проигнорирована. 06.04.2020г. он обратился к работодателю письменно с просьбой указать, какие некорректные изменения и в какие документы им были, якобы, внесены, а также просил ознакомить со всеми материалами, на которых основано заключение о наличии фактов, за которые было применено дисциплинарное взыскание. Однако, и это заявление было проигнорировано, тем самым нарушены требования ст.62 ТК РФ и положения п.4.1.5 его должностной инструкции. Также он полагает, что работодателем нарушено требование ст.192 ТК РФ, в связи с чем обжалуемый приказ не является законным и обоснованным и нарушает его законные права и интересы как добросовестного работника. На основании изложенного, ФИО1 просит суд признать приказ от 02.04.2020г. №-п «О дисциплинарном взыскании в виде выговора» незаконным. 

В судебном заседании истец ФИО1 иск поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнил, что после того, как он определил, какие компоненты крови нужны пациенту, о чем составил протокол определения группы крови, он в кабинете хранения компонентов крови взял контейнер с компонентом эритроцитарным для переливания универсальный и контейнер с плазмой, о чем сделал отметку в журнале. Ранее полученный контейнер с компонентом крови 4+, который не подошел, он вернул и положил в холодильник, поскольку контейнер не был поврежден. Контейнер с компонентом крови он передал анестезистке, которая подключила контейнер для переливания пациенту, а он в это время наблюдал за процессом и вел протокол переливания эритроцитарной массы. Кровь пациенту была перелита. Однако, на этапе, когда иммунологические реакции показали свою совместимость, и когда была разморожена плазма крови, его вызвали к экстренному больному, в связи с чем он передал анестезистке контейнер с плазмой и ушел, т.к. больше не мог находиться в операционной. Поскольку при переливании плазмы он не присутствовал, то протокол не составлял. О переливании плазмы пациенту он узнал со слов анестезиолога ФИО10, которая сказала, что другой врач трансфузиолог в операционную не приглашался, и предложила ему составить протокол переливания плазмы «задним числом», на что он ответил, что свои документы он изменять не будет. Анастезиологическая карта находится в истории болезни, он решил проверить, имеется ли в ней протокол переливания крови. В анастезиологическую карту он никакие исправления не вносил, а написал слово «нет» и поставил фигурную скобку напротив переливания крови и плазмы, имея в виду, что нет протокола переливания плазмы, хотел, чтобы проверяющие обратили на это внимание. Считает, что он не совершал какого-либо недобросовестного деяния, т.к. все компоненты крови им были подобраны правильно. Просит удовлетворить исковые требования. 

В судебном заседании представитель истца ФИО6, действующий на основании ч.6 ст.53 ГПК РФ, иск поддержал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнил, что ФИО1 протокол переливания плазмы не составлял, что свидетельствует о том, что он плазму не переливал. Указав в своем рапорте о том, что компоненты плазмы не переливались, истец имел в виду, что им они не переливались. Никакого подлога истец не совершал. Кроме того, считает, что работодателем не все обстоятельства были выяснены, а именно какая медсестра вызвала истца из операционной. Просит удовлетворить исковые требования как законные и обоснованные. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО7, действующий на основании доверенности, иск не признал по основаниям, изложенным в письменных возражениях, дополнил, что работодатель при применении к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора учел тяжесть совершенного проступка. Просит в удовлетворении иска отказать как необоснованному. 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО8, действующая на основании доверенности, иск не признала, суду пояснила, что она работает заведующей кабинетом трансфузионной терапии. 06.03.2020г. ей сообщил ФИО9 – ответственный по реанимации о том, что ФИО1был вызван в операционную и устроил там шоу с определением группы крови, при этом принял волевое решение провести трансфузию группы крови (1-) и плазмы (4+). Однако, 09.03.2020г., придя на дежурство, ФИО1 решил при свидетелях все переделать и исправить, зачеркнул в журнале пометку о получении плазмы (4+), кроме того, внес исправления в анастезиологической карте, что было им совершенно не понятно, поскольку его действия по определению группы крови для переливания были правильными. Также ФИО1 написал рапорт о том, что 06.03.2020г. им ошибочно были списаны контейнеры с компонентом крови – плазмой, поскольку они не переливались. Однако, списание компонентов крови производится строго по журналу, и она всегда увидит движение. Кроме того, она видела пустые контейнеры от эритроцитарной массы и плазмы, что свидетельствовало о том, что плазма была перелита пациенту. Протокол переливания плазмы ФИО1 не составил, т.к. сам ее не переливал, поскольку покинул операционную до манипуляций с ней, на что не имел права. ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности за сокрытие факта переливания компонента крови, не указал документально, что он делал с компонентами крови, в том числе с плазмой, что является грубым нарушением ведения медицинской документации. На данный момент имеет место факт утерянных компонентов крови, т.к. они «ушли» из кабинета хранения компонентов крови, и их маршрутизация истцом не отражена, а это очень важно, поскольку в больнице строжайшая отчетность по ним. Просит в удовлетворении иска ФИО1 отказать. 

Свидетель ФИО10 суду показала, что она работает в ККБ-1 врачом анестезиологом-реаниматологом отделения реанимации с 2017г. ФИО1 работает врачом в отделении нарушения ритма сердца. 06.03.2020г. ФИО1 как назначенный на экстренную операцию трансфузиологом был вызван в операционную для проведения пациенту с некомпенсированным геморрагическим шоком гемотрансфузии. ФИО1 столкнулся с трудностями в определении группы крови пациента, и им было принято верное решение перелить группу крови (1-) и плазму (4+). ФИО1 получил в кабинете переливания крови пакет с кровью и два пакета со свежезамороженной плазмой, записал их в журнал, подписал пакет с кровью, подтвердив, что ее совместил, и передал сестре-анестезистке, которая все данные с пакета вписала в анестезиологическую карту, после чего кровь была перелита пациенту. Затем ФИО1 передал два контейнера с плазмой уже в размороженном виде, их врач не подписывает, на которых имеются наклейки, и сестра-анестезистка списывает с наклеек данные в анестезиологическую карту. Но до начала переливанию пациенту плазмы ФИО1 покинул операционную, сказав, что протоколы переливания компонентов крови напишет позже. И кровь, и плазма были перелиты пациенту. Однако, истец потом принес только протокол переливания крови. Через 2 суток она пришла на дежурство, и ФИО1 было ей предложено сделать вид, что они не капали свежезамороженную плазму, т.к. истец почему-то решил, что допустил ошибку, он запутался, можно ли лить положительную плазму отрицательным пациентам, что допускается. И истец внес изменения в журнал, где учитываются сильнодействующие психотропные вещества, и которым пользуется вся больница, а также внес исправления в анестезиологическую карту, в которую она вносила сведения о применении психотропных препаратов, в связи с чем ей пришлось писать дополнительный документ о том, что данные психотропные препараты действительно были применены и списаны именно на этого пациента. Такое поведение ФИО1 изменило к нему отношение в негативную сторону. Истец часто помогал им в переливании крови, даже вызывался добровольцем. Но после этого случая к нему возникло недоверие, т.к. врачи, стоящие на операции, должны быть уверены в трансфузиологе. 

Свидетель ФИО9 суду показал, что он работает в ККБ-1 врачом анестезиологом-реаниматологом. В дежурство в выходной день 07.03.2020г. он был ответственным реаниматологом. Придя на смену, ФИО10 доложила ему ситуацию о том, что накануне вечером было проведено оперативное вмешательство, на которое был приглашен дежурный трансфузиолог ФИО1, который не смог определить группу крови пациента, но в дальнейшем принял правильное решение переливать первую отрицательную группу крови, о чем свидетельствует протокол, и четвертую положительную плазму, была произведена гемотрансфузия. Впоследствии со слов ФИО10 ему стало известно, что к ней подошел ФИО1, который засомневался в том, что он правильно перелил плазму, и предложил ФИО10 исправить, что плазмотрансфузия не переливалась, и что она даже не бралась, и что какие-то документы в истории болезни он исправил о том, что, якобы, плазма пациенту не капалась. В связи с чем он сказал ФИО10 написать на его имя по данному факту рапорт, а он, в свою очередь, составил рапорт на имя главного врача о произошедшей ситуации. В данной конкретной ситуации внесение истцом изменений в документацию не повлекли никакие последствия, но сомнение в решении ФИО1 могло привести к тому, что в следующей ситуации он может принять неправильное решение и тем самым причинить вред пациенту. ФИО1 не имел права покидать операционную, не обеспечив себе замену другим дежурным трансфузиологом. Анастезиологическую карту ведет медсестра-анестезистка, истец не имел права вносить в нее никакие исправления, поскольку данная карта – это юридическая ответственность анестезиологов и их юридическая защита в проведении пациента в наркозе и проведении анестезионной терапии. У трансфузиолога есть свой протокол проведения гемотрансфузии, на оформление которого у него есть 24 часа, где он может оставить любые свои комментарии. 

Заслушав стороны, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу ст.15 Трудового кодекса РФ, трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинения работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В соответствии со ст.16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого в соответствии с Трудовым кодексом РФ. 

Согласно ст.56 Трудового кодекса РФ, трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Приказом от 17.12.2014г. №-л истец ФИО1 был принята на работу в КГБУЗ «Краевая клиническая больница №» имени профессора ФИО3 в кардиохирургическое отделение на должность врача сердечно-сосудистого хирурга, о чем с ним был заключен трудовой договор от 17.12.2014г. №.

На основании приказа главного врача ККБ-1 от 20.06.2016г. №-л истец ФИО1 переведен на должность врача сердечно-сосудистого хирурга в отделение хирургического лечения сложных нарушений ритма сердца и электрокардиостимуляции, о чем 20.06.2016г. с ним было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору. 

20.06.2016г. истец ФИО1 был ознакомлен с должностной инструкцией по новой должности, в соответствии с п.2.15 которой врач сердечно-сосудистый хирург обязан, в том числе, обеспечивать правильное и своевременное оформление медицинской и иной документации в соответствии с установленными правилами.

Кроме того, истец в 2016г. и в 2020г. проходил курсы повышения квалификации по дополнительным профессиональным программам «Избранные вопросы клинической трансфузиологии» и «Вопросы безопасности трансфузионной терапии с основами иммуногематологии». 

В силу положений ст.21 Трудового кодекса РФ, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.

На основании ч.1 ст.192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, т.е. неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям. 

Приказом и.о. главного врача КГБУЗ «Краевая клиническая больница № имени профессора ФИО3» ФИО11 от 02.04.2020г. №-п «О дисциплинарном взыскании в виде выговора» за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей (подлог медицинской документации в разделе «Переливания компонентов крови») к ФИО1 – врачу сердечно-сосудистому хирургу отделения хирургического лечения сложных нарушений ритма сердца и электрокардиостимуляции применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.

Основанием для привлечения истца ФИО1 к дисциплинарной ответственности послужили рапорт заведующей кабинетом трансфузионной терапии ФИО8, врача анестезиолога-реаниматолога ФИО10, ФИО9, объяснительная ФИО1 

Как следует из рапорта врача ОАР ФИО10 от 09.03.2020г., она довела до сведения ответственного по реанимации ФИО9 факт служебного подлога, предложенного ей врачом ОНРС ФИО1 Так, 06.03.2020г. он был вызван в операционную как экстренный трансфузиолог для проведения гемотрансфузии пациенту ФИО5, поступившему с диагнозом: кататравма, гемморагический шок 2-3 

<

адрес> крови определена дежурным реаниматологом ФИО12 как В (III) – (отр). При первичном определении ФИО1 столкнулся с трудностями, многократные попытки давали разный результат, было высказано предположение о химеризме. Им было принято волевое решение о трансфузии О(I) - (отр) эритровзвеси с УЛТС, предоставлена плазма АВ(IV) + (полож), о чем в анестезиологической карте, протоколе наркоза сделаны соответствующие записи. 09.03.2020г., придя на очередное дежурство, врачом ФИО1 при свидетелях ей было предложено произвести служебный подлог, а именно утаить факт трансфузии плазмы с внесением соответствующих корректировок в протоколы трансфузии и анастезиологические документы. При осмотре истории болезни была выявлена выявлена попытка исправления в анастезиологической карте, отсутствуют протоколы переливания СЗП, а также имеется новый трансфузионный лист, в котором отсутствует сам факт переливания СЗП. О данном факте незамедлительно были также проинформированы ответственная за проведение гемотрансфузий в ОАО ФИО13, заведующая кабинетом переливания крови ФИО8

По данному факту попытки фальсификации истории болезни и факту подлога медицинской документации в разделе «Клиническая трансфузиология: переливание компонентов крови» врачом ОНРСиХЛ ФИО1 ответственным по реанимации ФИО9 и заведующей КТТ ФИО8 также поданы рапорты. При этом, в рапорте заведующая КТТ ФИО8 указывает, что ею проведена экспертиза истории болезни № больного ФИО5 На момент проверки в истории отсутствовал протокол переливания плазмы и записи о переливании плазмы в листе регистрации гемотрансфузий. В кабинете хранения экстренного запаса компонентов крови, откуда забиралась плазма врачом ФИО1, в журнале регистрации движения компонентов крови было указано, что им 06.03.2020г. были ошибочно списаны контейнеры с плазмой для пациента ФИО5, указанные компоненты крови не переливались. При подсчете количества контейнеров крови этих контейнеров с плазмой в наличии не оказалось. 

В судебном заседании истец ФИО1 не оспаривал, что получал 06.03.2020г. в кабинете хранения экстренного запаса компонентов крови контейнер с компонентом крови и два контейнера с плазмой, о чем им была сделана запись в журнале движения компонентов крови, тем самым истец принял на себя ответственность за их расходование. При этом, истцу достоверно известно о строгом учете выдачи и использования компонентов крови. 

Судом установлено, что истец ФИО1 после переливания пациенту ФИО5 контейнера с компонентом крови передал два контейнера с плазмой медсестре-анестезистке, после чего покинул операционную, тем самым при переливании пациенту ФИО5 плазмы он в операционной не присутствовал.

Судом установлено, что истец ФИО1 в течение 24 часов протокол переливания плазмы не составил, решил скрыть факт получения им 06.03.2020г. двух контейнеров с плазмой, поскольку понимал, что несет ответственность за ее расходование, в связи с чем 09.03.2020г. предложил анестезиологу-реаниматологу ФИО10 утаить факт трансфузии плазмы, внеся соответствующие корректировки в протоколы трансфузии и анестезиологические документы. Получив отказ, истец ФИО1 внес исправления в анестезиологическую карту путем обведения в фигурную скобку данные двух контейнеров с плазмой, перелитых пациенту ФИО5, указав напротив этих записей слово «НЕТ», что объективно подтверждается представленной суду анестезиологической картой, а также сделал запись в журнале регистрации движения компонентов крови о том, что 06.03.2020г. им были ошибочно списаны контейнеры с плазмой для пациента ФИО5, указанные компоненты крови не переливались. 

Внесение вышеуказанных исправлений и записей в медицинскую документацию истцом ФИО1 в судебном заседании не оспаривалось. 

Доводы представителя истца ФИО6 о том, поскольку ФИО1 протокол переливания плазмы не составлял, следовательно, он плазму не переливал, суд во внимание не принимает как необоснованные. 

Факт переливания компонентов крови и плазмы пациенту ФИО5 подтверждается соответствующими записями в анестезиологической карте, протоколе наркоза, показаниями свидетеля ФИО10, оснований не доверять которой у суда не имеется, в связи с чем пояснения истца ФИО1 о том, что именно свидетель ФИО10 предложила ему 09.03.2020г. составить протокол переливания плазмы «задним числом», суд признает недостоверными. 

Суд признает надуманными доводы истца ФИО1 о том, что, поставив в анестезиологической карте фигурную скобку и написав слово «НЕТ», он просто имел в виду, что нет протокола переливания плазмы, на что хотел обратить внимание проверяющих, поскольку такое смысловое содержание данной записи опровергается записью истца, сделанной в этот же день в журнале регистрации движения компонентов крови, а также поданным им 10.03.2020г. на имя зав.отделением переливания крови ФИО14 рапортом от 06.03.2020г. аналогичного содержания его записи в журнале. 

Доводы представителя истца ФИО6 о том, что, указывая в рапорте, что компоненты крови не переливались, истец имел в виду, что им не переливались компоненты крови (плазмы), суд во внимание не принимает как необоснованные, поскольку из содержания данного рапорта следует об ошибочности именно списания им двух контейнеров с компонентами крови (свежезамороженной плазмой) из кабинета хранения компонентов крови для пациента ФИО5, поскольку они не переливались, тем самым истец утверждал, что данные контейнера должны находиться в камере хранения. Тогда как ему было достоверно известно, что оба контейнера были израсходованы 06.03.2020г. по назначению. 

На основании изложенного, судом установлен факт подлога истцом ФИО1 медицинской документации в разделе «Переливания компонентов крови» истории болезни пациента ФИО5, тем самым ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей. 

На основании ч.1 ст.193 Трудового кодекса РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен истребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. 

14.03.2020г. истец ФИО1 предоставил на имя и.о. главного врача ККБ № ФИО11 письменное объяснение, в котором указал, что в связи поступлением сообщений о доставлении в экстренном порядке СМП в приемное отделение пациента, а также об ухудшении состояния одного из его пациентов, находящихся на госпитализации в ОНРС, он довел до сведения дежурного анестезиолога, что находиться в операционной больше не может, должен заниматься экстренными пациентами, а переливанием компонентов крови далее должен заниматься другой. 

Судом установлено, что порядок применения к истцу ФИО1 дисциплинарного взыскания ответчиком соблюден, срок наложения дисциплинарного взыскания ответчиком не нарушен, нарушений трудового законодательства при наложении дисциплинарного взыскания не допущено. 

Доводы представителя истца ФИО6 о том, что служебная проверка была проведена неполно, не все обстоятельства были выяснены, а именно не установлена медсестра, которая вызвала истца из операционной, суд признает несостоятельными, поскольку истцу не вменяется нарушение им порядка ухода из операционной. 

В соответствии с ч.4 ст.192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Суд считает, что применение к истцу ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора соответствует тяжести совершенного проступка и обстоятельствам, при которых он был совершен. При этом, право выбора дисциплинарного взыскания, предусмотренного ст.192 ТК РФ, принадлежит исключительно работодателю. 

На основании вышеизложенного, исковые требования ФИО1 о признании незаконным приказа от 02.04.2020г. №-п о «О дисциплинарном взыскании в виде выговора» удовлетворению не подлежат как незаконные и необоснованные. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении иска ФИО2 ФИО17 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница №» имени профессора ФИО3 о признании приказа о дисциплинарном взыскании незаконным – отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Железнодорожный районный суд г.Хабаровска.

В окончательной форме решение принято 10.07.2020г.

Судья Е.В.Черникова