Дело № 2-4/2021

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г.Калининград 26 января 2021 года

Калининградский областной суд в составе

председательствующего Чернобыльца А.И. 

при секретаре Райковой В.В., 

с участием государственного обвинителя Бочковой А.А., 

потерпевших и гражданских истцов ФИО80 и ее представителя ФИО1, 

подсудимых и их защитников Зейналова О.М. и Лебедевой Г.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению 

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> и там же зарегистрированного по адресу: 

<

адрес>, проживавшего в 

<

адрес> того же района по 

<

адрес>, имеющего 

<

данные изъяты> гражданство и неполное среднее образование, военнообязанного, женатого, имеющего малолетних сына и дочь, не состоявшего в официальных трудовых отношениях, несудимого, и 

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> и там же проживавшего в квартире 

<

адрес> с регистрацией в квартире 

<

адрес> того же района, имеющего 

<

данные изъяты> гражданство и неполное среднее образование, военнообязанного, не состоявшего в официальных трудовых отношениях, несудимого,

в совершении преступлений, предусмотренных пунктом «г» части 2 статьи 112 и пунктами «ж», «к» части 2 статьи 105 УК РФ, 

у с т а н о в и л:

ФИО2 и ФИО3 вместе убили другого человека при следующих обстоятельствах. 

Около 01 часа 27 декабря 2019 г. в г.Калининграде после совместного употребления спиртного приятели ФИО2 и ФИО3 на улице познакомились с ФИО31 и, выпив с ним пива, решили продолжить свое времяпровождение у ФИО2 дома в поселке 

<

адрес>, куда все трое поехали на автомобиле «Рено 19», за руль которого сел ФИО2 В пути, за чертой г.Калининграда в названном автомобиле возник конфликт из-за вмешательства ФИО31 в управление двигавшимся транспортным средством, вследствие чего ФИО3 из неприязни дважды кулаками ударил ФИО31 по голове, а когда тот спустя время вновь стал мешать водителю ФИО2, последний съехал в поле вблизи поселка 

<

адрес>, где не позднее 04 часов 45 минут той же ночи ФИО2 и ФИО3, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ссоре умышленно, из неприязни вместе нанесли вышедшему из автомобиля ФИО31 удары руками и ногами, причинив ему закрытую внутричерепную травму с кровоизлияниями под мягкую мозговую оболочку левой лобной и правой височной долей головного мозга, полным оскольчатым переломом левой носовой кости с кровоизлиянием в подлежащих мягких тканях и кровоподтеком на спинке носа с распространением на его крылья, ушибленной косо-вертикальной раной на слизистой оболочке нижней губы слева, на коже левых верхнего и нижнего век у внутреннего угла глаза с выраженным отеком мягких тканей и обширным кровоизлиянием в мягких тканях лица слева, в подбородочной области справа с кровоизлиянием в подлежащих мягких тканях, расцениваемую у живых лиц как средней тяжести вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья свыше 21-го дня, и затем его задушили - ФИО2, желая лишить жизни упавшего в результате избиения ФИО31, надавил ему на шею своей обутой ногой, перекрыв дыхательные пути, а присоединившийся к ФИО2 ФИО3 с той же целью своими руками давил на его ногу, поставленную на шею лежавшего на земле ФИО31, до наступления смерти последнего от механической асфиксии. Труп ФИО31 ФИО3 и ФИО2 закопали там же при помощи лопаты, привезенной ФИО2 из дома. 

ФИО3 в суде частично признал вину в содеянном и показал, что он и Дорик в ночь на 27.12.2019 в г.Калининграде познакомились с возвращавшимся из ресторана ФИО11, позже ставшим им известным как ФИО65, и, распивая вместе пиво, решили поехать в 

<

адрес>, где в доме Дорика хранилась марихуана, чтобы покурить ее. Дорик повез их за город на своем автомобиле «Рено 19», и в нем пьяный ФИО65 во время движения ударил Дорика; тот вынужден был остановить автомобиль и, когда все вышли, успокоил ФИО65, объяснив ему цель поездки, после чего они ее продолжили. В пути ФИО65 вновь стал мешать управлению автомобилем, тогда он (ФИО3) по просьбе Дорика перелез на заднее сиденье к ФИО65 и, чтобы успокоить, несколько раз ударил его кулаками по голове. Позже Дорик свернул с дороги к торфянику, где они (Дорик и ФИО3), выйдя из машины, попытались поговорить с ФИО65, но тот не хотел общаться, поэтому он (ФИО3) повалил его, нанес ему удары ногами. Когда он (ФИО3) отошел в сторону после просьбы Дорика успокоиться, Дорик поставил ногу на шею лежащего ФИО65 и, прижимая к земле, чтобы тот не встал, разговаривал с ним. Вернувшись, он (ФИО3) поставил свою ногу на ногу Дорика, находившуюся на шее ФИО65, после чего Дорик свою ногу убрал, и он (ФИО3), надавливая ногой на шею ФИО65, который был жив и хотел подняться, стал выяснять причины его поведения. Отойдя к машине, Дорик сказал больше не трогать ФИО65, и он (ФИО3) убрал ногу с шеи последнего. Через некоторое время Дорик, подойдя к ФИО65, сообщил, что тот не дышит, и они решили его закопать, для чего использовали лопату, за которой Дорик съездил домой. Из одежды ФИО65 он (ФИО3) забрал 1300 рублей, а Дорик – смартфон, который разломал и выбросил там же; куртку погибшего сожгли. 

Подсудимый ФИО2 не признал свою вину в убийстве и описал так же, как ФИО3 в суде, обстоятельства их ночной поездки за город с ФИО65; показал, что последнего не избивал и не душил, и считает, что ответственен лишь за укрывательство преступления, поскольку после того, как он (Дорик) несколько минут удерживал ФИО65 на земле, поставив ему ногу на шею и не надавливая на нее, его (Дорика) сменил ФИО3, при этом ФИО65 продолжал разговаривать с последним и затем, когда ФИО3 убрал ногу с его шеи, еще некоторое время хрипел. 

Несмотря на приведенные заявления подсудимых, виновность их обоих в умышленном причинении смерти ФИО31 подтверждают исследованные судом доказательства.

Потерпевшая Потерпевший №2 и свидетель Свидетель №28 показали, что их единственный сын ФИО11 пропал в ночь на 27.12.2019 после новогоднего корпоратива, и 05.01.2020 отец опознал его труп; охарактеризовали ФИО31 как неконфликтного, доброго и общительного человека, который работал, содержал семью и помогал родителям, употреблял спиртное в меру. 

Аналогичные сведения о безвестном исчезновении ФИО31 содержатся в протоколе принятия соответствующего заявления его матери. (том 1, л.д. 88-94). 

Потерпевшая Потерпевший №1 рассказала, что 26.12.2019 примерно до 23 часов переписывалась по мессенджеру с мужем, ушедшим с коллегами в ресторан; домой он не вернулся. 

Видеозапись, изъятая из кафе по адресу: г.Калининград, 

<

адрес>, отображает нахождение в нем около 01:30 27.12.2019 трех мужчин, на одного из которых потерпевшая Потерпевший №2 показала как на своего погибшего сына, а двумя другими являлись не отрицавшие это подсудимые. (протоколы выемки и осмотра - том 4, л.д.269-278, 279-287)

Согласно данным оператора связи, сигналы изъятого у ФИО2 телефона с номером 

<

данные изъяты> принимались 27.12.2019 базовыми станциями в г.Калининграде до 00:56, а затем возобновились уже в 

<

адрес> в 04:45 при вызовах номера 

<

данные изъяты>. (том 4, л.д.102-108, 152-160 162-178)

Свидетель Свидетель №14 объяснила упомянутые звонки своего мужа на ее телефон с номером 

<

данные изъяты> рано утром 27.12.2019 обычной его просьбой перед приездом открыть ворота на придомовую территорию и показала, что тогда на их автомобиле «Рено 19» выпивший ФИО2 возвратился в 

<

адрес> из г.Калининграда вместе с ФИО3, и они продолжили распивать пиво. 

Протоколы осмотра места происшествия и автомобиля «Рено 19» с гос.рег.знаком 

<

данные изъяты> (том 1, л.д.103-120), документы и договор купли-продажи транспортного средства (том 4, л.д.83-90) также подтверждают, что на нем передвигался ФИО2, в том числе вечером 26.12.2019 в г.Калининграде, о чем рассказал его отец - свидетель Свидетель №12

Тайм-код на записи из кафе, а также приведенные сведения о соединениях и локации мобильного телефона ФИО2 и времени его приезда домой 27.12.2019 указывают, когда убит ФИО31 

Согласно протоколам осмотра места происшествия, закопанный труп ФИО31 обнаружен 05.01.2020 в показанных ФИО2 окрестностях 

<

адрес> - у торфяника на расстоянии почти двух километров от автодороги, соединяющей 

<

адрес> и г.Калининград, расположенный примерно в 40 километрах оттуда. Рядом с местом сокрытия трупа найдены две сим-карты, карта памяти и части сломанного смартфона «Ксиоми», исследованием которых подтверждена их принадлежность погибшему. (том 1, л.д.127-138; том 4, л.д.184-200) 

По заключению эксперта, тридцатишестилетний ФИО31 умер в результате механической асфиксии от сдавления органов шеи твердым тупым предметом, воздействовавшим в область передне-боковых поверхностей шеи, что подтверждается патоморфологическими признаками, в том числе кровоизлиянием в указанной области, разрывами хрящевых прослоек, переломами частей щитовидного хряща и рядом расположенных окостеневших хрящевых тканей. Обнаруженная закрытая тупая внутричерепная травма с повреждениями на лице явилась следствием не менее чем четырех травматических воздействий, имевших местом приложения голову пострадавшего. Давность смерти ФИО31 определена в 10-11 суток к моменту исследования трупа, что соответствует 27.12.2019. (том 5, л.д.6-16). 

По свидетельствам Свидетель №31 и Свидетель №32, они за чаем у последнего в новогодние праздники услышали от своего приятеля ФИО3, что он и ФИО2 в совместной загородной поездке поссорились с мужчиной и подрались с ним, а затем его задушили и закопали. 

Ту же информацию, как следует из согласующихся и дополняющих друг друга показаний свидетелей Свидетель №9, Свидетель №7, Свидетель №4, Свидетель №26, Свидетель №8, Свидетель №27, вечером 4 января 2020 года ФИО3 сообщил, когда они вместе гостили у Свидетель №4 

Свидетель Свидетель №1 показал, что о совершенном ФИО2 и ФИО3 убийстве узнал от последнего, когда отвозил его к сестре в ночь на 5 января 2020 года. 

Вышеописанные свободные признания ФИО3 в совершенном совместно с приятелем преступлении, сделанные вне рамок уголовного судопроизводства в отсутствие воздействия со стороны его участников, имеющих свой интерес в исходе дела, свидетельствуют о доброкачественности последующего процессуально закрепленного утверждения ФИО3 о ФИО2 как соисполнителе убийства. 

ФИО3 как подозреваемый показал, что он и Дорик перед знакомством с ФИО65 выпили по несколько литров пива, и после кафе Дорик повез их к себе в поселок; за городом мешавший управлять автомобилем ФИО65 спрашивал, куда его везут, и успокоился, когда ему объяснили, что он сам дал согласие на поездку; позже в пути Дорик пригрозил убить и закопать ФИО65, если тот не успокоится, и съехал на проселок. Отъехав от дороги километра на полтора, он (ФИО3) и Дорик руками и ногами избили вышедшего из автомобиля ФИО65, который им ударов не наносил, ничего не говорил и лишь защищался. Когда ФИО65 упал, Дорик надавил ему ногой на шею, и, чтобы задушить ФИО65, он (ФИО3), своими руками давил на ногу Дорика; так они вместе сдавливали шею ФИО65 минут пять, пока тот не затих. (том 2, л.д.79-85) 

Аналогичные сведения содержатся в показаниях, данных ФИО3 в качестве обвиняемого, в том числе при проверках их на месте происшествия, протоколы и видеозаписи которых исследованы в судебном заседании. (том 2, л.д.86-94, 141-145, 165-175, 176-191, 210-225) 

Эксперты - судебные медики пришли к заключению о возможности образования приведших к смерти ФИО31 повреждений в области его шеи от описанного ФИО3 воздействия обутой ноги ФИО2 спереди на шею лежавшего на спине пострадавшего с дополнительным давлением на ногу сверху вниз рукой ФИО3 (том 5, л.д.112-157, л.д.168-237) 

Участие ФИО2 в преступлении косвенно подтверждают показания свидетеля Свидетель №15 о том, что названный подсудимый, являющийся отцом ее ребенка, попрощался с ней в начале января 2020 года со словами, что они долго не увидятся. 

Изобличающие подсудимых показания получены от ФИО3 в присутствии защитника с соблюдением законной процедуры следственных действий, а ссылка названного подсудимого на то, что он признавался в совместном с ФИО2 убийстве, чтобы улучшить свое положение и получить поблажки со стороны следственных органов, не свидетельствует о применении недозволенных методов ведения расследования и не ставит под сомнение допустимость сообщенных ФИО3 сведений.

Не выявлено обстоятельств, указывающих на оговор ФИО2 ФИО3 Знающие их свидетели, а также сами подсудимые описали свои отношения только как приязненные. 

ФИО3 не перекладывал на приятеля свою вину в убийстве, поэтому подтвержденные иными доказательствами его показания о совместном причинении им и ФИО2 смерти ФИО31 суд признает достоверными и считает, что их уличающее значение не может быть опорочено безосновательным заявлением ФИО3 о том, что он не мог никому доверять и сообщить правду до судебного разбирательства. 

После полугода признания вины в совершенном группой лиц убийстве ФИО3 заявил, что в одиночку задушил ФИО31 руками (том 2, л.д.146-157), но через несколько дней от таких показаний отказался и в суде их также не подтвердил. В судебном заседании ФИО3 не назвал причину выдвижения им описанной версии убийства, но на следствии объяснил, что она появилась под воздействием сообвиняемого и его жены, уверявших, что такая позиция повлечет для него (ФИО3) меньшее наказание и помощь, в том числе материальную, от ФИО2, если того освободят. (том 2, л.д.179-181) 

Названная причина изменения ФИО3 показаний подтверждается содержанием выданных им писем, авторство в которых признала свидетель Свидетель №14, писавшая ФИО3 о неразумности его признания в совершении преступления вместе с ФИО2 Письма - вещественные доказательства исследованы в суде, результаты их осмотра на следствии изложены в протоколе. (том 2, л.д.194-196; том 4, л.д. 248-258). 

Судебно-медицинские эксперты, проверив заявление ФИО3 об удушении им ФИО31 кистями рук, посчитали такой способ лишения жизни последнего маловероятным. (заключение - том 5, л.д. 168-237) 

В силу изложенного показания ФИО3 в защиту своего приятеля, озвученные 18.06.2020 и не подтвержденные другими доказательствами, суд признает недостоверными и не принимает в качестве доказательства невиновности ФИО2

Подобное изменение показаний ФИО3 не ставит под сомнение сообщенные им в иное время данные, что он вместе с ФИО2 избил и задушил ФИО31, и подтверждает, что ФИО3 на предварительном следствии избирал линию поведения исключительно по своей воле и имел возможность сообщить любые сведения о преступлении, поэтому очевидны надуманность заявления ФИО3 об обратном и несостоятельность очередной, уже совместной версии подсудимых о том, что на шею ФИО31 ФИО2 наступил, но лишь для того, чтобы удерживать его на земле для беседы, и затем уступил место убийцы ФИО3 

Такие утверждения подсудимых не соответствуют исследованным в суде показаниям, полученным от них ранее, когда ФИО2 отрицал какое-либо насилие со своей стороны в отношении ФИО31 (том 1, л.д.192-196; том 2, л.д.23-20, 31-44), а ФИО3 описывал происшедшее по иному, следовательно, как противоречащие другим доказательствам, не могут быть признаны источником достоверных сведений о степени и характере участия подсудимых в убийстве, за исключением лишь того, что ФИО2, как изначально правдиво указывал ФИО3, воздействовал обутой ногой на шею лежавшего ФИО31 Из приведенных выше объективных сведений явствует, что именно эти действия ФИО2 при усилиях присоединившегося к нему ФИО3 и повлекли смерть их нового знакомого от удушения. 

При изложенных данных показания ФИО3 и ФИО2 о том, что последний не являлся соисполнителем убийства ФИО31, суд отвергает как несоответствующие фактическим обстоятельствам дела. 

Описание свидетелями Свидетель №33, Свидетель №30 и Свидетель №17 сбитых рук ФИО3, не отрицавшего их повреждение при избиении ФИО31, выдает в нем участника преступления. 

Замеченные свидетелями, в частности Свидетель №5, Свидетель №29, ссадины и ожог на руках ФИО2 не могут уличить последнего, поскольку он выполнял слесарные и сварочные работы, и не опровергнуто заявление подсудимых о повреждении ФИО2 кисти до преступления, что, однако, не ставит под сомнение вывод о его виновности в убийстве ФИО31 

Показания, данные на следствии ФИО3, о литрах пива, выпитого им и ФИО2 перед убийством, и соответствующем их опьянении подтверждаются свидетельством Свидетель №14 о нетрезвом состоянии возвратившегося домой мужа и допустимым в доказывании признанием того самим ФИО2 как подозреваемым. (том 1, л.д. 194) 

Из описания конфликта, закончившегося убийством, видно, что подсудимые совместно лишили жизни ФИО31 в ссоре из-за внезапно возникшей к нему неприязни, при этом характер и интенсивность примененного к жертве насилия указывают на убийство с прямым умыслом и вместе с иными данными свидетельствуют, что действия не находившихся в какой-либо опасности ФИО2 и ФИО3 в условиях их обеспеченности транспортом и численного превосходства, допускавших любой иной, благоприятный для погибшего исход их поездки за город, явились следствием утраты пьяными подсудимыми контроля над своим поведением. 

Специфика места преступления и его значительная удаленность от маршрута, изначально намеченного подсудимыми, также доказывают, что ФИО2, который, как утверждал на следствии ФИО3, еще в дороге пригрозил убить их нового знакомого, при последующем съезде в поле к торфянику не намеревался увезти оттуда ФИО31 живым.

Эксперты не выявили у ФИО2 психических заболеваний и дали заключение, что в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, он не обнаруживал признаков временного психического расстройства, а находился в состоянии простого алкогольного опьянения, и у него не была нарушена способность осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. (том 5, л.д.66-69, 99-102)

По заключению экспертов, ФИО3 хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает; выявленные у него клинические признаки легкой умственной отсталости с другими нарушениями поведения не столь значительны, не достигают степени психоза или слабоумия, не лишают ФИО3 способности осознавать фактический характер своих действий и руководить ими в настоящее время и не лишали во время инкриминируемого ему деяния, когда он не обнаруживал признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности, а находился в вышеописанном состоянии со стороны психики, отягощенном простым алкогольным опьянением. (том 5, л.д.78-81, 89-92) 

Приведенные экспертные заключения в совокупности с иными сведениями о подсудимых и их поведении в ходе разбирательства суд кладет в основу вывода о вменяемости ФИО2 и ФИО3 относительно содеянного в отношении ФИО31 (том 6, л.д.219, 222, 223, 225, 253-260; том 7, л.д.75, 76, 80, 82) 

При изложенных обстоятельствах и заявлении государственного обвинителя о том, что избиение и удушение ФИО31 явились единым деянием, и подсудимым излишне вменены преступление, предусмотренное пунктом «г» части 2 статьи 112 УК РФ, и цель его сокрытия как признак убийства, суд исключает их из обвинения и квалифицирует действия ФИО3 и ФИО2 по пункту «ж» части 2 статьи 105 УК РФ - убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, совершенное группой лиц. 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совместно совершенного подсудимыми преступления против жизни человека, а также степень и характер их фактического участия в нем, данные о личности виновных, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и условия жизни их семей. 

ФИО2 и ФИО3 молоды, не судимы, последнее время трудились частным образом, по местам работы в прошлом (Дорик - в 

<

данные изъяты> и как водитель 

<

данные изъяты>; ФИО3 - в 

<

данные изъяты>) охарактеризованы положительно, по местам проживания соседи на них не жаловались. (том 6, л.д. 216, 217, 239, 245; том 7, л.д.79, 92)

Свидетели Свидетель №1, Свидетель №33, ФИО32, Свидетель №17, Свидетель №9, Свидетель №4, Свидетель №30, Свидетель №25, Свидетель №24, Свидетель №15, Свидетель №14, ФИО33 и Свидетель №12, указавшие на свое родство или знакомство с подсудимыми, отозвались о них, в целом, удовлетворительно, отметив отзывчивость и трудолюбие ФИО3, заботу ФИО2 о семье. По показаниям Свидетель №23, на производственной базе которого в 2019 году работал ФИО2, последний проявлял вспыльчивость и, когда привел помощником ФИО3, стал опаздывать с признаками употребления алкоголя накануне, качество его работы ухудшилось. (том 3, л.д.232-235) 

ФИО2 потреблял каннабис, что видно из его показаний, а также медицинских документов о наркотическом опьянении названного лица как водителя, направленного на освидетельствование 19.12.2019, и представленная защитой справка от названной даты того не опровергает. (том 6, л.д.228,230,231) 

Сообщение доставленного в полицию ФИО2 о месте сокрытия трупа и причастности ФИО3 к убийству ФИО31 следует признать активным способствованием раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию соучастника, что смягчает ФИО2 наказание наряду с наличием у него малолетних детей, состоянием его здоровья. 

Оформленное согласно статье 142 УПК РФ заявление ФИО2 не содержит сведений о применении им насилия к ФИО31, поэтому не является явкой с повинной в убийстве. 

При назначении наказания ФИО3 суд учитывает в качестве смягчающих обстоятельств приведенные выше экспертные данные об уровне его умственного развития, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию соучастника, признание своей вины в убийстве. 

Показания ФИО2 и ФИО3 о породившем конфликт вмешательстве ФИО31 в управление двигавшимся автомобилем влекут признание обстоятельством, смягчающим наказание подсудимым, противоправность поведения погибшего, явившегося поводом к преступлению (п.5.2 Правил дорожного движения Российской Федерации запрещает пассажиру отвлекать водителя от управления транспортным средством во время его движения).

Вместе с тем, учитывая иные данные об убийстве, совершенном подсудимыми, описанное поведение принятого ими в свою компанию и приглашенного в поездку нетрезвого человека либо другие приведенные выше смягчающие обстоятельства, как и их совокупность, не содержат признаков исключительности, существенно снижающей степень общественной опасности содеянного, поэтому оснований для применения положений статьи 64 УК РФ не имеется. 

Отягчающим наказание обстоятельством согласно части 1.1 статьи 63 УК РФ суд с учетом данных о ФИО2 и ФИО3, а также описанных выше обстоятельств убийства признает совершение подсудимыми преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в значительной мере обусловившем их действия по отношению к погибшему. 

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО2 и ФИО3 должны отбывать наказание в виде лишения свободы, назначается согласно пункту «в» части 1 статьи 58 УК РФ. 

Поскольку ФИО2 в связи с данным делом доставили в полицию 04.01.2020, и он не был оттуда отпущен до заключения под стражу, срок последнего необходимо исчислять с названного дня фактического задержания. 

ФИО2 и ФИО3 подлежат оставлению под стражей для обеспечения исполнения приговора. 

Расходы государства на оплату труда адвокатов Андреева С.А. и Лебедевой Г.Г., по назначению защищавших ФИО2 и ФИО3, составили 5700 и 48480 руб., соответственно. 

Подсудимые молоды, трудоспособны, и не исключена возможность получения ими доходов впредь, поэтому процессуальные издержки они должны возместить в полном объеме, согласно статье 132 УПК РФ. 

Исковые требования потерпевших ФИО65 о возмещении причиненного преступлением материального и морального вреда, которые ФИО2 не признал, а ФИО3 посчитал справедливыми, суд удовлетворяет частично по следующим основаниям. 

В соответствии со статьей 1094 ГК РФ подлежат возмещению в солидарном порядке подсудимыми, которые ответственны за смерть ФИО31, расходы на его погребение, понесенные Потерпевший №1 и составившие 90256 руб. Названные затраты складываются из платежей в 82940 рублей и 248 белорусских рублей (7316 руб. по курсу ЦБ РФ на 29.01.2020), согласно документам об оплате кремации в Республике Беларусь и ритуальных мероприятий в г.Калининграде. 

Требования потерпевших о компенсации им морального вреда суд удовлетворяет в соответствии со статьями 151, 1064, 1099-1101 ГК РФ, при этом исходит из принципов разумности и справедливости, принимает во внимание фактические обстоятельства причинения вреда, степень вины подсудимых, их материальное положение, характер нравственных страданий, которые Потерпевший №2 и Потерпевший №1 перенесли в связи с убийством их близкого родственника, а также последствия данной утраты, в том числе для здоровья истца - матери погибшего. Согласно закону, требуемые истцами суммы подлежат снижению ввиду противоправного поведения погибшего, явившегося поводом для преступления.

При решении вопроса о вещественных доказательствах суд исходит из положений статей 81, 82 УПК РФ, учитывает мнения сторон. 

Основываясь на изложенном и руководствуясь статьями 307, 308, 309 

УПК РФ, суд 

п р и г о в о р и л: 

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «ж» части 2 статьи 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок пятнадцать лет с ограничением свободы на один год, установив ему согласно статье 53 УК РФ ограничения - не изменять место жительства и не выезжать за пределы муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и обязанность являться в этот орган для регистрации два раза в месяц. 

Признать ФИО3 виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «ж» части 2 статьи 105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок четырнадцать лет с ограничением свободы на срок один год, установив ему согласно статье 53 УК РФ ограничения - не изменять место жительства и не выезжать за пределы муниципального образования, где он будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, и обязанность являться в этот орган для регистрации два раза в месяц. 

Местом отбывания лишения свободы определить ФИО2 и ФИО3 колонию строгого режима, срок названного наказания исчислять им со дня вступления приговора в законную силу и засчитать в него время предварительного содержания под стражей - с 4 января 2020 года ФИО2 и с 5 января 2020 года ФИО3 - до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии. 

Меру пресечения ФИО2 и ФИО3 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю - заключение под стражу. 

В возмещение процессуальных издержек взыскать в доход государства: с ФИО2 - 5700 (пять тысяч семьсот) руб.; с ФИО3 - 48480 (сорок восемь тысяч четыреста восемьдесят) руб. 

Гражданские иски Потерпевший №2 и Потерпевший №1 удовлетворить и взыскать: 

- в пользу Потерпевший №2 450 000 (четыреста пятьдесят тысяч) руб. с ФИО2 и 450 000 (четыреста пятьдесят тысяч) руб. с ФИО3 в качестве денежной компенсации морального вреда; 

- в пользу ФИО81 1 300 000 (один миллион триста тысяч) руб. с ФИО2 и 1 300 000 (один миллион триста тысяч) руб. с ФИО3 в качестве денежной компенсации морального вреда, а также 90256 (девяносто тысяч двести пятьдесят шесть) руб. солидарно с ФИО2 и ФИО3 в возмещение причиненного преступлением материального ущерба. 

Вещественные доказательства: 

- сим-карты и карту памяти от смартфона «Ксиоми» передать Потерпевший №1; мобильный телефон «Филипс» вернуть ФИО2; одежду и обувь с трупа, обломки смартфона – уничтожить.

Отменить режим ответственного хранения в отношении переданного ФИО4 автомобиля «Рено 19». 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Первый апелляционный суд общей юрисдикции через Калининградский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения им копии приговора. Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, о чем следует указать в их апелляционных жалобах или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса. 

Председательствующий (подпись)

<

данные изъяты> Судья А.И.Чернобылец