Дело № 2-10\2019 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

с.Покровка 29 марта 2019 года 

Октябрьского района 

Приморского края

Октябрьский районный суд Приморского края в составе:

председательствующего судьи Севостьяновой Е.Н., 

при секретаре Петлеван О.Ю., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Приморскуголь» и Шахтопроходческому Управлению «Восточное» - филиал ООО «Приморскуголь» о выплате компенсации за неиспользованный отпуск, об оплате времени прохождения медицинского осмотра, перерасчете заработной платы и иных выплат с учетом индексации, компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л :

ФИО1 обратился в суд с иском о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск за 11,25 календарных дня, об оплате дней прохождения медицинского осмотра (ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ), перерасчете заработной платы, отпускных и расчетных сумм с учетом индексации за 2017-2018 год в соответствии с Дополнительным соглашением к коллективному договору, а также о компенсации морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО1 заявленные требования поддержал в объеме доводов, изложенных в исковом заявлении, указав, что ДД.ММ.ГГГГ был принят на работу в ШПУ «Восточное». В ДД.ММ.ГГГГ. находился в отпуске в периоды: с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. (15 календарных дней); с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. (13 календарных дней), с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. (6 календарных дней); с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. ( 10 календарных дней); с 20 ноября по ДД.ММ.ГГГГг. ( 4,23 календарных дня); с 24 ноября по ДД.ММ.ГГГГг. ( 4,77 календарных дня). Всего в 2017г. находился в отпуске 53 дня. Размер полученных отпускных указать не может. ДД.ММ.ГГГГг. был уволен. Выплаты за неиспользованный отпуск получил за 8,25 дня отпуска. По решению суда был восстановлен на работе в конце января 2018г., но к работе не приступил, так как в феврале 2018г. написал заявление о предоставлении отпуска без сохранения заработной платы с ДД.ММ.ГГГГг. по ДД.ММ.ГГГГг. С ДД.ММ.ГГГГг. был отстранен от работы в связи с не прохождением очередного медицинского осмотра. ДД.ММ.ГГГГг. и ДД.ММ.ГГГГг. проходил медицинский осмотр по направлению работодателя. После прохождения медосмотра к работе не приступил в связи с выявленными противопоказаниями к работе и, по-прежнему, был отстранен от работы на основании заключения о профнепригодности. ДД.ММ.ГГГГг. был уволен. При увольнении выплачено только выходное пособие. Дополнительным соглашением № к коллективному договору ШУ «Восточное» от ДД.ММ.ГГГГ предусмотрена выплата индексации в 2018 г. Просит суд выплатить компенсацию за неиспользованный отпуск за 11,25 дня в размере около 

<

данные изъяты> рублей; среднедневную заработную плату за два дня прохождения медицинского осмотра - 

<

данные изъяты> рублей; произвести перерасчет всех выплат (заработной платы за 2017-2018г.г., отпускных, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации за время вынужденного прогула, выходного пособия) в соответствии с Дополнительным соглашением №. Кроме того, просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей за неудобства, причиненные работодателем, а также недоплату денежных средств. 

Представитель ООО «Приморскуголь» ФИО2 иск не признала и пояснила, что истец был принят на работу ДД.ММ.ГГГГ и уволен ДД.ММ.ГГГГ. В указанный период ФИО1 предоставлялся отпуск. В соответствии со ст. 116 ТК РФ дополнительный отпуск, предоставляемый работнику, может быть предусмотрен либо коллективным договором либо локальным нормативным актом. Пунктом ДД.ММ.ГГГГ Коллективного договора предусмотрено, что работникам, занятым на работах в подземных условиях труда, дополнительно предоставляется 24 календарных дня отпуска, из расчета полностью отработанного периода 1 года, и за фактическую работу в подземных условиях. Согласно информации от ДД.ММ.ГГГГ о периодах работы истца, в подземных условиях в 2017 г. ФИО1 работал 161 день. Данная информация составлена в соответствии с табелями учета отработанного времени. Исходя из этого в течение 2017г. – 2018г. работнику было предоставлено 70 календарных дней отпуска, в том числе дополнительный отпуск за работу в подземных условиях труда. В период с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ истец находился в вынужденном прогуле (был уволен). На основании судебного решения 30.01.2018г. истец допущен к работе, однако, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГг. по заявлению работника ФИО1 предоставлен отпуск без сохранения заработной платы. С ДД.ММ.ГГГГ истец отстранен от работы по причине не прохождения ежегодного медицинского осмотра, а ДД.ММ.ГГГГг. отстранен от работы на основании медицинского заключения. Таким образом, особые условия труда (работа в шахте) у работника были только в течение 2017г. в количестве 161 дня, исходя из которых рассчитывались дни отпуска. Считает требование истца о компенсации за неиспользованный отпуск неправомерно. Поскольку работодатель добросовестно выполнил требование закона об организации прохождения медицинского осмотра в медицинском учреждении, а ФИО1 уклонился от данной обязанности, то полагает, что оснований для оплаты двух дней прохождения ФИО1 медицинского осмотра в июле 2018 года, не имеется, так как данный медосмотр он проходил в период отстранения от работы, а в силу ст. 76 ТК РФ в период отстранения от работы заработная плата работнику не начисляется и правила ст. 185 ТК РФ на указанный период отстранения ФИО1 от работы не распространяются. В силу п. 3.2.4. Коллективного договора работодатель производит ежеквартальную индексацию тарифной ставки, исходя из индекса роста потребительских цен, на основании данных Федеральной службы государственной статистики. Индекс потребительских цен в 2017г. составил 2,5 %. Начиная с января 2017 года, по инициативе работодателя, индексация тарифной ставки ФИО1 производилась ежеквартально, несмотря на то, что Дополнительное соглашение о такой индексации было подписано только в сентябре 2017 года. После восстановления на работе, по решению суда, в январе 2018 года истцу была выплачена проиндексированная заработная плата в размере 

<

данные изъяты> рублей. В 2018 году ФИО1 фактически не работал, поэтому индексация произведена быть не может. Поскольку работодателем трудовые права ФИО1, как работника, не нарушались, считает, что оснований для взыскания морального вреда с работодателя нет. 

Представитель ответчика ШПУ «Восточное» филиал ООО «Приморскуголь» в судебное заседание не явился, будучи извещенным о времени и месте судебного разбирательства. 

Оценив заявленные требования, выслушав доводы и возражения сторон, исследовав письменные доказательства, суд приходит к следующему.

ДД.ММ.ГГГГ АО «Приморскуголь» в лице директора филиала Шахтоуправление «Восточное» с ФИО1 был заключен трудовой договор №, согласно которому ФИО1 принят на работу в «ШУ Восточное» филиал АО «Приморскуголь» на должность машиниста горных выемочных машин 6 разряда на участок подземных горных работ № (л.д.4-8). 

Решением единственного учредителя № от 21.03.2017 года АО «Приморскуголь» реорганизовано в форме преобразования в ООО «Приморскуголь». Решением от 16.10.2017 года № «Шахтоуправление Восточное» переименовано в «Шахтопроходческое Управление Восточное».

Приказом директора ШПУ «Восточное» №к от ДД.ММ.ГГГГ машинист горных выемочных машин ФИО1 уволен по п.5 ч.1 ст. 81 Трудового кодекса РФ ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Октябрьского районного суда Приморского края от 29.01.2018 г. приказ №к от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1 признан незаконным. ФИО1 восстановлен на работе в «Шахтопроходческое Управление «Восточное» ООО «Приморскуголь» в должности машиниста горных выемочных машин со дня увольнения с ДД.ММ.ГГГГ. 

Приказом директора ШПУ «Восточное» №к от ДД.ММ.ГГГГ отменен приказ №к от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ допущен к исполнению своих трудовых обязанностей по должности машиниста горных выемочных машин 6 разряда.

Приказом №к от ДД.ММ.ГГГГ в связи с не прохождением медицинского осмотра, организованного работодателем в КГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн», на основании ст.76 ТК РФ ФИО1 был отстранен от работы с ДД.ММ.ГГГГ на весь период до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения.

Решением суда от 30 марта 2018 года отказано в удовлетворении иска ФИО1 о допуске к работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. Решение было обжаловано и судом апелляционной инстанции оставлено без изменения. Указанным решением подтверждена законность отстранения ФИО1 от работы в связи с не прохождением периодического медицинского осмотра (обследования) в КГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн».

15.08.2018г. ФИО1 уволен по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. Решением Октябрьского районного суда Приморского края от 5 октября 2018 года отказано в удовлетворении иска ФИО1 о признании медицинского заключения недействительным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. 

Разрешая иск ФИО1 в части требований о выплате компенсации за неиспользованный отпуск, суд исходит из следующего. 

Согласно пункту 3.1.13 Коллективного договора (л.д.126), работникам, занятым на работах в подземных условиях труда, дополнительно предоставляется 24 календарных дня отпуска, из расчета полностью отработанного периода 1 года, и за фактическую работу в подземных условиях. 

Как следует из п.4.1 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО1 (л.д.4-8) работник имеет право на ежегодный оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней (за каждый рабочий год); ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 16 календарных дней за работу в районах Крайнего севера или приравненных к ним местностям; ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 7 календарных дней за работу во вредных условиях труда; ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск за работу в шахте 24 календарных дня (л.д.5).

Приказом директора ШУ «Восточное» №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что работающему с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, в 2017 году был предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск 15 календарных дней (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) (л.д.9). 

Приказом №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ истцу предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск в количестве 13 календарных дней, дополнительный отпуск за работу в РКС, МКС, южных районах – 6 календарных дней, а всего 19 календарных дней с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д.10).

Приказом №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предоставлен дополнительный отпуск за работы в РКС, МКС, южных районах – 10 календарных дней, дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда – 4,23 календарных дня, дополнительный отпуск за работу в подземных условиях – 4, 77 календарных дня, а всего 19 календарных дней (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) (л.д.11-12). 

Первоначально ФИО1 был уволен приказом от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ платежным поручением № истцу перечислены компенсационные выплаты по увольнению (л.д.49). При увольнении ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ года, в числе других выплат ему была произведена выплата компенсации отпуска за 8,25 дней в сумме 

<

данные изъяты>, что следует из расчетного листка (л.д.45).

После принятия судом 29 января 2018 года решения о восстановлении ФИО1 на работу, приказом №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ за период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истцу выплачена денежная компенсация за 11 календарных дней отпуска (л.д.13). Выплата компенсации подтверждается расчетным листком за февраль 2018 года (л.д.52). Приказом №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предоставлен дополнительный отпуск за работу в подземных условиях за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 1,32 календарных дня и основной оплачиваемый отпуск 4,66 календарных дней, а всего 6 дней (л.д.14).

Решением от 16 марта 2018 года отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации за неиспользованный отпуск, которая, по мнению истца не была ему выплачена при увольнении в ноябре 2017 года. Данное решение вступило в законную силу 24 апреля 2018 года. Как следует из решения от 16 марта 2018 года, в ходе судебного разбирательства ФИО1 не настаивал на рассмотрении требований о перерасчете выплат за 2017 год с учетом индексации. Учитывая продолжаемый характер трудовых отношений, суд не усмотрел оснований для рассмотрения данной части исковых требований. С учетом изложенного, суд считает, что требования ФИО1 о перерасчете выплат за 2017-2018 г.г. с учетом индексации могут являться предметом настоящего судебного рассмотрения. Основания для прекращения производства по делу в данной части отсутствуют.

Из решения суда от 16 марта 2019 года также следует, что ранее ФИО1 обращался с требованиями о взыскании компенсации за неиспользованный 11-дневный отпуск. В удовлетворении иска в данной части было отказано. Обращаясь в последующем (ДД.ММ.ГГГГ) с требованиями о взыскании компенсации за 11,25 дней неиспользованного отпуска, истец указывал новые основания своих требований – невыплату данной компенсации при увольнении ДД.ММ.ГГГГ. Исходя из этого, суд считает, что основания для прекращения дела в данной части, также отсутствуют, поскольку рассматриваемые основания иска ранее не были предметом судебного рассмотрения.

Из материалов дела следует, что с ДД.ММ.ГГГГ и до увольнения ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 фактически к работе (в том числе к работе в подземных условиях труда) не приступал, несмотря на то, что решением суда от 29 января 2018 года был восстановлен на работе. 

В соответствии с п.3.1.13 Коллективного договора дополнительный отпуск предоставляется работникам, в том числе, занятым на работах в подземных условиях труда, при этом в стаж работы в подземных условиях, дающий право на ежегодный дополнительный оплачиваемый отпуск, включаются только фактически отработанное в соответствующих условиях время (л.д.120-135, л.д.126). 

Информацией о периодах работы ФИО1 (л.д.136), подтверждается, что со ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отработал во вредных или опасных условиях труда 161 день. Учитывая, что с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отработал неполный календарный год, истец имел право на 68,75 календарных дней отпуска. 15 дней? 19 дней, 19 дней и 6 дней отпуска истцу были предоставлены вышеуказанными приказами, а за 11 дней ему выплачена компенсация. Выплаченная истцу при увольнении в ноябре 2017 года компенсация за 8,25 календарных дней отпуска (л.д.45) была удержана с ФИО1 после принятия судом решения о его восстановлении на работе, что следует из расчетного листка за январь 2018 года. Исходя из изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации за 11,25 дней отпуска при увольнении.

Оценивая требования истца об оплате дней прохождения им медицинского осмотра 20 и ДД.ММ.ГГГГ, суд исходит из следующего.

В соответствии с требованиями части 1 статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации работники, занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (в том числе на подземных работах), а также на работах, связанных с движением транспорта, проходят обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (для лиц в возрасте до 21 года - ежегодные) медицинские осмотры для определения пригодности этих работников для выполнения поручаемой работы и предупреждения профессиональных заболеваний.

Статья 212 ТК РФ обязывает работодателя организовать за счет собственных средств проведение предварительных или периодических медицинских осмотров работников. В силу абз. 6 ст. 214 ТК РФ обязанность проходить обязательные медицинские осмотры возлагается на работника. ФИО1 был включен в список лиц, подлежащих периодическому медицинскому осмотру в 2018 году. ДД.ММ.ГГГГ работодателем истцу было вручено направление в КГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн» для прохождения периодического медицинского осмотра в Приморском краевом центре профессиональной патологии.

Медицинским заключением № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан постоянно непригодным по состоянию здоровья к отдельным видам работ. Исходя из данного медзаключения, приказом от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО1 был отстранен от работы на основании абз. 5 ч. 1 ст. 76 ТК РФ, ч. 3 ст. 76 ТК РФ, абз. 13 ч. 2 ст. 212 ТК РФ и в адрес ФИО1 было направлено уведомление о переводе на другую работу по медицинским показаниям. ДД.ММ.ГГГГ. приказом №/к в связи с отказом от перевода на другую работу, необходимую ему в соответствии с медицинским заключением, ФИО1 был уволен по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ. ДД.ММ.ГГГГ истцу выплачены расчетные суммы.

Решением Октябрьского районного суда Приморского края от 5 октября 2018 года отказано в удовлетворении иска ФИО1 к ШПУ «Восточное» ООО «Приморскуголь», КГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн» о признании медицинского заключения недействительным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. Апелляционным определением от 22 января 2019 года данное решение оставлено без изменений и вступило в законную силу.

В соответствии со ст.185 ТК РФ на время прохождения медицинского осмотра за работниками, обязанными в соответствии с настоящим Кодексом проходить такой осмотр, сохраняется средний заработок по месту работы.

Приказом №к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был отстранен от работы на весь период до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от такой работы. В период отстранения истца от работы заработную плату работнику приказано не начислять. 

Как установлено судом и подтверждается судебным решением от 30 марта 2018 года, ФИО1 было отказано в удовлетворении иска о допуске к работе, как лицу, на законных основаниях отстраненному от такой работы в связи с не прохождением обязательного медицинского осмотра.

ДД.ММ.ГГГГ Приморский государственный центр патологии «Госпиталь для ветеранов войн», проведя медицинский осмотр ФИО1, оформил медицинское заключение о признании работника постоянно непригодным по состоянию здоровья к отдельным видам работ. 

Согласно вступившему в законную силу судебному решению от 30 марта 2018 года? ФИО1 работодателем неоднократно выдавались направления на периодический медицинский осмотр (обследование), в том числе до издания приказа о его отстранении от работы (ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ). Из судебного решения от 5 октября 2018 года следует, что аналогичное направление выдавалось ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ. 

Как следует из ст.76 ТК РФ в период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется. 

Учитывая, что в ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 являлся работником, обоснованно и в соответствии с законом отстраненным от работы, то отсутствуют основания для оплаты ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ как дней прохождения истцом очередного медицинского осмотра. 

Давая оценку требованиям истца в части перерасчета (с учетом индексации) заработной платы, отпускных, расчетных и иных сумм за 2017-2018 года, суд учитывает следующее. 

Как следует из п. 3.2.4. Коллективного договора (л.д.127), работодатель производит ежеквартальную индексацию действующих тарифных ставок (для рабочих), исходя из индекса роста потребительских цен, на основании данных Федеральной службы государственной статистики. В подтверждение доводов о проведенной в 2017 году индексации тарифной ставки ответчик представил таблицу, согласно которой Индекс потребительских цен в 2017г. составил 2,51 % (.д.137).

Согласно п.8.1 трудового договора, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 (л.д.6), за выполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается тарифная ставка в размере 

<

данные изъяты> в час. 

Из таблицы по выплате заработной платы (л.д.140) усматривается, что в ДД.ММ.ГГГГ года индексация тарифной ставки ФИО1 на 1,013 % фактически повысила её размер до 

<

данные изъяты> за час; ДД.ММ.ГГГГ года индексация тарифной ставки на 1,013% увеличила её размер до 

<

данные изъяты> за час; в ДД.ММ.ГГГГ года тарифная ставка увеличилась на 1,014% и составила 

<

данные изъяты>. за час; в ДД.ММ.ГГГГ года она увеличилась на 1,014% и составляла 

<

данные изъяты>. за час. В январе тарифная ставка проиндексирована на 1,009% и составила 

<

данные изъяты> коп за час., в ДД.ММ.ГГГГ года – на 1,013%, (

<

данные изъяты>в ДД.ММ.ГГГГ года – на 1,005% (

<

данные изъяты> за час) (л.д.141). Таким образом, за ДД.ММ.ГГГГ год тарифная ставка ФИО1 была проиндексирована на 4,054%. Увеличение тарифной ставки в указанном размере подтверждается соответствующим расчетными листами, в которых в строке «Тариф/Оклад» указан соответствующий размер тарифной ставки за 1 час работы (л.д.45 и др.). 

Дополнительным соглашением № к Коллективному трудовому договору ШУ «Восточное»- филиал ООО «Приморскуголь», действующим в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и зарегистрированным Департаментом труда и социального развития Приморского края 11 июня 2017 года за №, предусмотрена индексация тарифных ставок и окладов по индексам 2017 года. Согласно п.1 Дополнительного соглашения № такая индексация за 2017 год производится в 2018 году на основании фактических данных Федеральной службы государственной статистики и должна составить 4,0% (л.д.102).

Изложенное свидетельствует о том, что, несмотря на отсутствие Дополнительного соглашения (зарегистрированного только в июне 2017 года) и на установленные им сроки индексации тарифных ставок за ДД.ММ.ГГГГ год поэтапно только с ДД.ММ.ГГГГ, фактически работодатель произвел индексацию тарифной ставки ФИО1 уже в период ДД.ММ.ГГГГ года, и произведенная индексация (4,054%) превысила размер индексации за ДД.ММ.ГГГГ года, установленный Дополнительным соглашением № (4,0%).

Исходя из этого, суд не усматривает оснований для индексации выплат, произведенных ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ году.

Как следует из п.3 Дополнительного соглашения № к коллективному трудовому договору ШУ «Восточное»- филиал ООО «Приморскуголь» (л.д.102), индексация тарифных ставок в 2018 году по фактическим индексам роста потребительских цен приостановлена в 2018 году. 

Однако, несмотря на приостановление данным пунктом Дополнительного соглашения № индексации тарифных ставок в ДД.ММ.ГГГГ году, фактически такая индексация работодателем осуществлялась, и за период с ДД.ММ.ГГГГ года до ДД.ММ.ГГГГ года она составила 3,027%, что также нашло подтверждение в судебном заседании, исходя из расчетных листков и таблицы (л.д.141). В ДД.ММ.ГГГГ года выплаты по решению суда ФИО1 были произведены, исходя из проиндексированной на 1,009% тарифной ставки, которая составила 

<

данные изъяты> за час (л.д.50, 141). В ДД.ММ.ГГГГ года выплата компенсации за неиспользованный отпуск (11 дней) произведена, исходя из аналогичной тарифной ставки (л.д.141). В ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 выплачено 

<

данные изъяты> рублей, исходя из проиндексированной на 1,013% тарифной ставки, которая составила 

<

данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1, отстраненному от работы, выплачивалась только компенсация за отопление в размере 

<

данные изъяты>. При увольнении в августе 2018 года истцу выплачено выходное пособие в размере 

<

данные изъяты> рубля, исходя из проиндексированной в ДД.ММ.ГГГГ года на 1,005 % тарифной ставки, которая составила 

<

данные изъяты> 

Исходя из изложенного, требования истца об индексации выплат за 2018 года суд также считает необоснованными. 

Истец просил взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 

<

данные изъяты> рублей. Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Исходя из установленных в судебном заседании обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что ответчиком (работодателем) не было допущено нарушений трудовых прав ФИО1, следовательно, отсутствуют основания для удовлетворения иска в части взыскания компенсации морального вреда.

Таким образом, суд приходит к выводу о полном отказе в удовлетворении иска.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 197-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л :

Отказать в удовлетворении иска ФИО1 к ООО «Приморскуголь» и Шахтопроходческому Управлению «Восточное» - филиал ООО «Приморскуголь» о выплате компенсации за неиспользованный отпуск, об оплате времени прохождения медицинского осмотра, перерасчете заработной платы и иных выплат с учетом индексации, компенсации морального вреда 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Октябрьский районный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме принято 3 апреля 2019 года. 

Судья Севостьянова Е.Н.