Судья Сушина Ю.Б. № 22-284/2020

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 10 февраля 2020 года

Калининградский областной суд в составе председательствующего 

судьи Остапенко Л.Г.

при секретарях Сурниной А.С., Ульяновой В.В. 

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы по апелляционной жалобе адвоката Клым Л.Л. на постановление Центрального районного суда г. Калининграда от 24 января 2020 года, которым 

ФИО1,

ДД.ММ.ГГГГ рождения, уроженцу 

<

данные изъяты>, гражданину 

<

данные изъяты>, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных п.«а,б» ч.6 ст.171.1, ч.4 ст.180, ч.2 ст.210 УК РФ, содержащемуся под стражей с 05 октября 2019 года, 

продлен срок содержания под стражей на 02 месяца 00 суток, а всего до 5 месяцев 25 суток, т.е. до 30 марта 2020 года.

Заслушав выступление обвиняемого ФИО2 с использованием системы видеоконференцсвязи и адвоката Клым Л.Л., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокуроров Тимошинина П.С. и ФИО3 об оставлении постановления без изменения, 

УСТАНОВИЛ:

В апелляционной жалобе адвокат Клым Л.Л. считает постановление суда незаконным, необоснованным и подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона. Указывает, что постановление о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания её подзащитного под стражей внесено старшим следователем 2 отдела СЧ СУ УМВД России по Калининградской области А. с согласия врио заместителя начальника СЧ СУ УМВД России по Калининградской области Б., в должностные полномочия которого не входит дача согласия на продление срока содержания под стражей в соответствии с ч.5 ст.39 УПК РФ и Приказа МВД России №58 от 08.11.2011 «О процессуальных полномочиях руководителей следственных органов», приводя положения указанных норм. Полагает, что при таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения ходатайства следователя не было, и суд должен был либо вернуть его следователю для устранения допущенных нарушений, либо отказать в его удовлетворении и освободить ФИО2 в зале суда. Обращает внимание на то, что суд проигнорировал данные обстоятельства, несмотря на заявление об этом стороной защиты в судебном заседании. Также приводит положения постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», ч.4 ст.7 УПК РФ. Просит отменить постановление суда и освободить обвиняемого ФИО2 в зале суда. 

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Московского района г. Калининграда Левенков И.В.считает её доводы несостоятельными. Указывает, что суд обоснованно пришёл к выводу о том, что постановление о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей подано с согласия уполномоченного должностного лица, поскольку в соответствии с п.4 ч.1 ст.39 УПК РФ такое согласие вправе давать руководитель следственного органа, а согласно п.38.1 ст.5 УПК РФ руководитель следственного органа – это должностное лицо, возглавляющее соответствующее следственное подразделение, а также его заместитель. В связи с этим полагает, что вопреки доводам апелляционной жалобы, врио заместителя начальника СЧ СУ УМВД России по Калининградской области Б. является должностным лицом, в компетенцию которого входит полномочие давать согласие следователю на возбуждение перед судом ходатайства о продлении срока содержания под стражей, в связи с чем оснований для отмены обжалуемого постановления и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется. 

Выслушав участников судебного заседания, проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

В соответствии с ч.2 ст.109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения срок содержания обвиняемого под стражей может быть продлен судом с согласия руководителя следственного органа.

При этом, исходя из разъяснений постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», судья вправе рассматривать только такие ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, которые возбуждены, внесены с согласия должностных лиц, указанных в ч.3 ст.108, ч.2,3,7 ст.109 УПК РФ. Если же согласие на заявление ходатайства дано иным лицом, судья возвращает ходатайство без рассмотрения, о чем выносит постановление. Возвращение по этой причине материалов не препятствует последующему внесению ходатайства в суд после устранения допущенного нарушения. 

Обжалуемое постановление не соответствует вышеуказанным требованиям закона, а также разъяснениям вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, поскольку вывод суда первой инстанции о том, что вопреки доводам защитника, постановление о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания под стражей подано в суд с согласия уполномоченного должностного лица – руководителя следственного органа - врио заместителя начальника СЧ СУ УМВД России по Калининградской области в соответствии с положениями ч.5 ст.39 УПК РФ, является необоснованным.

Как следует из представленных материалов, 22 января 2020 года в Центральный районный суд г. Калининграда поступило ходатайство старшего следователя 2 отдела СЧ СУ УМВД России по Калининградской области А. о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО2 на 2 месяца, а всего до 5 месяцев 25 суток, т.е. до 30 марта 2020 года включительно.

Данное ходатайство внесено с согласия руководителя следственного органа – врио заместителя начальника СЧ СУ УМВД России по Калининградской области Б., что не отрицалось в суде первой инстанции следователем В., которая обосновывала заявленное ходатайство при его рассмотрении судом 24 января 2020 года, а также прокурором Левенковым И.В. 

Вместе с тем, в соответствии с ч.5 ст.39 УПК РФ полномочия руководителя следственного органа, предусмотренные ст.39 УПК РФ, осуществляют руководители следственных органов соответствующих федеральных органов исполнительной власти (при соответствующих федеральных органах исполнительной власти), их территориальных органов по субъектам Российской Федерации, по районам, городам, их заместители, иные руководители следственных органов и их заместители, объем процессуальных полномочий которых устанавливается руководителями следственных органов соответствующих федеральных органов исполнительной власти (при соответствующих федеральных органах исполнительной власти).

Согласно п.3.1 Приказа МВД России от 08.11.2011 №58 (в редакции от 29.07.2016) «О процессуальных полномочиях руководителей следственных органов» заместителям начальника следственной части по расследованию организованной преступной деятельности (по уголовным делам, расследуемым следователями следственной части) предоставлены полномочия руководителя следственного органа, предусмотренные в ст.39 УПК, за исключением права: давать согласие следователю на возбуждение перед судом ходатайства о продлении меры пресечения; продлевать срок предварительного расследования; давать согласие следователю, производившему предварительное следствие по уголовному делу, на обжалование в порядке, установленном ч.4 ст.221 УПК РФ, решения прокурора, вынесенного в соответствии с п.2 ч.1 ст.221 УПК РФ; определения места предварительного расследования на основании ч.3 ст.152 УПК РФ.

Таким образом, у врио заместителя начальника СЧ СУ УМВД России по Калининградской области Б. отсутствовали процессуальные полномочия на дачу согласия на внесение ходатайства о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО2 

Представленное в суд апелляционной инстанции распоряжение начальника СУ УМВД России по Калининградской области Г. №6 от 21 января 2020 года о возложении на начальника отдела по расследованию организованной преступной деятельности в сфере жилищно-коммунального хозяйства и долевого строительства СЧ СУ УМВД России по Калининградской области Б. исполнения обязанностей по должности заместителя начальника СУ – начальника СЧ СУ УМВД России по Калининградской области Д. на время его отгула 21.01.2020 не свидетельствует об обратном по следующим основаниям. 

В соответствии с Порядком организации прохождения службы в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Приказом МВД России от 01.02.2018 №50, возложение на сотрудника временного исполнения обязанностей по вышестоящей должности в органах внутренних дел и освобождение его в связи с этим от выполнения обязанностей по замещаемой должности рядового состава, младшего, среднего или старшего начальствующего состава либо без такового осуществляется руководителем (начальником), имеющим право назначения на должность, по которой временно возлагаются обязанности (п.117). 

Согласно п.81 Порядка организации прохождения службы в органах внутренних дел Российской Федерации назначение на должность рядового состава, младшего, среднего и старшего начальствующего состава осуществляется приказом руководителя (начальника) в соответствии с полномочиями, определенными в приложениях №14-32 к настоящему Порядку.

Из приложений №21 и №29 следует, что право назначения на должность заместителя начальника следственного управления не входит в полномочия начальника следственного управления, поскольку назначение на указанную должность производится начальником УМВД РФ по субъекту РФ. 

Согласно представленному в суд апелляционной инстанции Положению о Следственном управлении Управления Министерства внутренних дел РФ по Калининградской области право назначения на должность заместителя начальника следственного управления у начальника СУ УМВД России по Калининградской области также отсутствует. 

При таких обстоятельствах, т.е. при отсутствии изданного в соответствии с требованиями закона приказа о временном возложении исполнения обязанностей заместителя начальника следственного управления, оснований считать, что ходатайство старшего следователя А. о продлении срока содержания обвиняемого ФИО2 под стражей возбуждено и внесено с согласия уполномоченного должностного лица, не имеется.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что при решении вопроса о продлении в отношении ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу судом не были учтены и соблюдены необходимые для разрешения данного вопроса требования уголовно-процессуального закона, в связи с чем постановление суда не может быть признано законным, обоснованным и мотивированным, т.е. соответствующим требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ, и подлежит отмене, а доводы апелляционной жалобы – удовлетворению. 

Согласно п.56 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» суд апелляционной инстанции по результатам рассмотрения жалобы, представления на постановления судьи об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста, о продлении срока действия этих мер пресечения либо об отказе в этом при наличии к тому оснований вправе изменить или отменить постановление и принять новое решение без передачи материалов на рассмотрение суда первой инстанции, если допущенные нарушения уголовно-процессуального закона могут быть устранены в суде апелляционной инстанции.

По настоящему делу допущенное судом первой инстанции нарушение уголовно-процессуального закона с учётом исследованных в суде апелляционной инстанции доказательств может быть устранено при рассмотрении материала в апелляционном порядке, в связи с чем суд апелляционной инстанции находит возможным при отмене обжалуемого постановления вынести новое решение – о возвращении ходатайства следователя без его рассмотрения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389-20, 389-28, 389-33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Центрального районного суда г. Калининграда от 24 января 2020 года о продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей отменить.

Возвратить ходатайство старшего следователя 2 отдела СЧ СУ УМВД России по Калининградской области А. о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО2 без рассмотрения. 

Судья