Дело № 2 – 772/2017

РЕШЕНИЕ

 

именем Российской Федерации

г.Топки 30 ноября 2017 года 

Топкинский городской суд Кемеровской области 

в составе председательствующего судьи Раужина Е.Н., 

при секретаре Амеличкиной Т.Л.,

с участием помощника прокурора г.Топки Дивак З.Н.,

истицы ФИО1, 

представителя ответчика Р.Е., действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГ.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Экстра Деньги» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истица ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику - обществу с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Экстра Деньги» (далее – ООО МК «Экстра Деньги») о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда. 

Свои требования с учетом уточнения (л.д. 68 – 70) мотивировала тем, что на основании срочного трудового договора № ** от ДД.ММ.ГГ. она была принята на работу на должность /должность/ на период отсутствия основного работника в связи с нахождением в отпуске по уходу за ребенком. В период с …2017 года по … 2017 года она была нетрудоспособна, находится в состоянии беременности. В период её нахождения на больничном работодатель уведомлением от 26 сентября 2017 года известил её об окончании действия трудового договора в связи с выходом основного работника.

С увольнением истица не согласна, указывая на то, что работодателем были нарушены положения ст.ст. 81, 261 Трудового кодекса Российской Федерации. 

Истица указывает на то обстоятельство, что она является матерью … несовершеннолетних детей, находится в состоянии беременности, в результате незаконного увольнения ответчиком ей причинены нравственные страдания, связанные с утратой источника дохода и вследствие этого, ухудшением материального положения её семьи, что отразилось и на её физическом здоровье. 

Также истица ссылается на то обстоятельство, что до настоящего времени ответчик не возвратил ей трудовую книжку, не уведомил о том, где и в какое время она может её получить. Задержка в выдаче истице трудовой книжки не только нарушила её права на трудоустройство (явилось препятствием для постановки на учет в службе занятости), но и явилось основанием для отказа в получении ею льготы в соответствии с Постановлением Коллегии администрации Кемеровской области от 22 февраля 2006 года № 53 на питание детей в школе и на проезд детей в общественном транспорте. В соответствии с Постановлениями Коллегии администрации Кемеровской области от 22 февраля 2006 года № 53 и от 25 октября 2013 года № 468 дети имеют право на получение льготы на проезд (в виде бесплатных проездных на общественный транспорт) и льготное питание один раз в день в учебном заведении. Питание финансируется в размере 50 рублей в день, что на … детей составляет … рублей (расчёт удален). Проезд на общественном транспорте в школу составляет 15 рублей, на проезд до школы и обратно детям необходимо … рублей (расчёт удален).

Также, по мнению истицы, за период нахождения её на больничном работодатель обязан был начислить ей пособие по нетрудоспособности в размере … рубля … копеек, из которых … рубля … копеек подлежало оплате за счет средств работодателя, в остальной части – за счет средств ФСС. Между тем по больничному листу ей перечислено … рубль … копейка, что свидетельствует о необоснованном удержании ответчиком … рублей … копеек.

Кроме того, истица полагает, что ответчиком неверно исчислен размер её заработной платы за сентябрь 2017 года, необоснованно удержана заработная плата в сумме …рубля … копеек.

Истица просит суд восстановить её на работе в ООО МК «Экстра Деньги» в должности /должность/; взыскать с ответчика в её пользу: средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе; средний заработок в связи с задержкой выдачи трудовой книжки в сумме … рублей … копейки по состоянию на 09 ноября 2017 года с дальнейшим начислением по день выдачи трудовой книжки; убытки в виде расходов на питание … несовершеннолетних детей в школе в размере … рублей, расходы на проезд … детей до школы и обратно – … рублей, возникшие в связи с задержкой выдачи трудовой книжки; необоснованно удержанные выплаты по больничному листу – … рубля …копеек; выплаты по больничному листу, которые ответчик обязан был получить из Фонда социального страхования и перечислить истице – … рублей … копеек; необоснованно удержанную заработную плату – … рубля … копеек; денежную компенсацию морального вреда в размере … рублей в связи с незаконным увольнением и задержкой выдачи трудовой книжки.

В судебном заседании истицей не поддержаны заявленные исковые требования в части взыскания с ответчика убытков в виде расходов на питание … несовершеннолетних детей в школе в размере …рублей, расходы на проезд … детей до школы и обратно – … рублей (л.д. 170), в остальной части исковые требования поддержаны истицей. Истица суду пояснила, что фактически она работала в Топкинском подразделении Общества, расположенном по адресу: /адрес/. При этом работала в режиме полного рабочего времени, при поступлении на работу ей обещали заработную плату в размере … рублей в месяц. Фактически основной работник, на период нахождения в отпуске по уходу за ребенком которого она была принята на работу – Б. к работе 27 сентября 2017 года не приступила и не приступала до настоящего времени. С момента её увольнения на рабочем месте истицы по вышеуказанному адресу работала … З., что свидетельствует о предоставлении ответчиком недостоверной информации о выходе Б. на работу. 

Представитель ответчика - Р.Е., действующая на основании доверенности от ДД.ММ.ГГ. (л.д. 95), возражала относительно удовлетворения заявленных исковых требований о восстановлении истицы на работе, указывая на то, что срочный трудовой договор был расторгнут с истицей в связи с выходом на работу основного работника – Б. Кроме того, на момент увольнения истицы с занимаемой должности и до настоящего времени вакантные должности в ООО МК «Экстра Деньги» отсутствуют, в связи с этим при увольнении ФИО1 какие – либо вакантные должности ей не предлагались. В день увольнения истицы выдать ей трудовую книжку не представилось возможным, в связи с отдаленностью её проживания. Однако, на следующий день – 27 сентября 2017 года в адрес истицы было направлено уведомление о необходимости получить трудовую книжку, в связи с этим именно с 27 сентября 2017 года работодатель подлежит освобождению от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки. Впоследствии – 25 октября 2017 года от Б. вновь поступило заявление о предоставлении отпуска по уходу за ребенком до 1,5 лет, с 26 октября 2017 года работнику был предоставлен указанный отпуск, на период нахождения Б. в отпуске по уходу за ребенком на её место была принята З., с которой заключен срочный трудовой договор. Представителем ответчика представлены письменные возражения по иску (л.д. 96 – 97).

Суд, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора Дивак З.Н., приходит к следующему.

Согласно статье 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться на неопределенный срок; на определенный срок - не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами. 

Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 настоящего Кодекса (в том числе, на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, за которым в соответствии с трудовым законодательством или трудовым договором сохраняется место работы).

Если в трудовом договоре не оговорен срок его действия, то договор считается заключенным на неопределенный срок.

В соответствии с пунктом 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации общим основанием прекращения трудового договора является истечение срока действия срочного трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения.

В соответствии со статьей 79 Кодекса по общему правилу срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия.

При этом о прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника.

Трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу.

Судом при исследовании обстоятельств дела установлено и не оспаривается сторонами по делу, что истица на основании приказа № ** от ДД.ММ.ГГ. была принята на работу в Топкинское подразделении (/адрес/) ООО МК «Экстра Деньги» на должность /должность/ на период отсутствия основного работника Б., отсутствующей на период отпуска по беременности и родам, в отпуске по уходу за ребенком до 1,5 лет (л.д. 33). С истицей был заключен срочный трудовой договор № ** от ДД.ММ.ГГ., согласно которому ФИО1 принята на работу на период отсутствия основного работника Б. Согласно п. 1.4.2 договора датой прекращения срочного трудового договора, заключенного с истицей является последний рабочий день, предшествующий дню выхода отсутствующей сотрудницы. В соответствии с п. 4 договора работнику установлен режим неполного рабочего времени с продолжительностью ежедневной работы – 4 часа, с пятидневной рабочей неделей, с двумя выходными днями с оплатой труда пропорционально отработанному времени (л.д. 34 – 38).

Согласно статье 67 Трудового кодекса Российской Федерации, регламентирующей требования к форме трудового договора, он заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

Как следует из пояснений ФИО1, данных в судебном заседании, а также доводов ее искового заявления, она не оспаривает собственноручное и добровольное подписание срочного трудового договора.

Таким образом, факт надлежащего оформления сторонами срочного трудового договора подтвержден сторонами и письменными доказательствами и не вызывает у суда сомнений.

Определяя условия работы ФИО1 и правомерность ее увольнения по пункту 2 части первой статьи 77 ТК РФ в связи с выходом на работу основного работника, суд исходит из имеющихся в деле письменных доказательств, подтверждающих факт работы Б. (до заключения брака - …) в ООО МК «Экстра Деньги» в должности /должность/ Топкинского подразделения в режиме неполного рабочего времени с продолжительностью ежедневной работы – 4 часа, с пятидневной рабочей неделей, с двумя выходными днями по основному месту работы с ДД.ММ.ГГ. на основании трудового договора, заключенного на неопределенный срок (л.д. 18 – 26), временное отсутствие ее на рабочем месте в связи с отпуском по беременности и родами с … 2017 года по … 2017 года (л.д. 113), нахождением в отпуске по уходу за ребенком с …2017 года (л.д. 27 - 28). 

26 сентября 2017 года Б. уведомила работодателя о предстоящем выходе из отпуска по уходу за ребенком (л.д. 30)

В этот же день - 26 сентября 2017 года в адрес истца почтовой связью было направлено уведомление работодателя о предстоящем прекращении срочного трудового договора с 26 сентября 2017 года в связи с выходом на работу основного работника Б. (л.д. 40-41).

Приказом № ** от 26 сентября 2017 года ФИО1 уволена в связи с истечением срока трудового договора (пункт 2 части 1 статьи 77 ТК РФ) с 26 сентября 2017 года, основанием увольнения в приказе указаны: заявление Б. о выходе ее из отпуска по уходу за ребенком (л.д. 39).

Как следует из заявления Б. от 26 сентября 2017 года о выходе на работу на неполное рабочее время из отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста 1,5 лет (л.д. 30), приказа работодателя от № ** от 27 сентября 2017 года (л.д. 31), табеля учета рабочего времени за сентябрь 2017 года (л.д. 147) основной работник приступила к работе в должности /должность/ на неполное рабочее время с 27 сентября 2017 года. 

Из материалов дела также следует, и не оспаривается сторонами по делу, что в период с … 2017 года по …2017 года истица была нетрудоспособна (л.д. 119). На момент увольнения с занимаемой должности истица находилась в состоянии беременности (л.д. 8).

Истица в обоснование заявленных требований о восстановлении на работе ссылается на нарушение ответчиком положений ст. 261 Трудового кодекса Российской Федерации, гарантирующей, по мнению истицы, сохранение места работы за беременной женщиной, а также на факт незаконного увольнения её с занимаемой должности. Кроме того, указывает на то, что фактически основной работник Б. к исполнению своих трудовых обязанностей с 27 сентября 2017 года не приступала, на её место была принята З.

Суд, проверяя указанные доводы истицы, приходит к следующему.

В статье 261 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрены гарантии прав лиц с семейными обязанностями при расторжении трудового договора, в частности, в абзаце первом настоящей статьи содержится запрет на расторжение трудового договора по инициативе работодателя с беременной женщиной до окончания беременности, за исключением случаев ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем.

В случае истечения срочного трудового договора в период беременности женщины работодатель обязан по ее письменному заявлению и при предоставлении медицинской справки, подтверждающей состояние беременности, продлить срок действия трудового договора до окончания беременности.

Между тем абзац третий статьи 261 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 января 2014 года № 1 «О применении законодательства, регулирующего труд женщин, лиц с семейными обязанностями и несовершеннолетних», предусматривает исключение из общего правила, допуская увольнение женщины в связи с истечением срока трудового договора в период ее беременности в том случае, если трудовой договор был заключен на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, и невозможно с письменного согласия женщины перевести ее до окончания беременности на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации женщины, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую женщина может выполнять с учетом ее состояния здоровья.

Указанные выше положения законодательства не могут рассматриваться как уменьшающие гарантии женщин, работающих по срочным трудовым договорам, по сравнению с другими категориями граждан, так как при заключении такого договора женщина (в том числе истица) знала о характере заключаемого с нею договора и была согласна на предложенные условия.

Проверяя соблюдение ответчиком при увольнении ФИО1 гарантий, установленных статьей 261 Трудового кодекса Российской Федерации, судом из пояснений представителя ответчика установлено, что у работодателя не имелось вакантных должностей, на которые истица могла быть переведена по состоянию её здоровья, что нашло свое подтверждение в представленных в дело письменных доказательствах, в частности, штатном расписании Общества (л.д.99-103), истцом отсутствие у работодателя иных вакантных должностей на момент её увольнения не оспаривалось.

Учитывая, что поводом к увольнению истицы ФИО1 послужил выход на работу основного работника, факт беременности истицы не мог препятствовать её увольнению в силу прямого указания закона по основанию, не связанному с инициативой работодателя.

Суд критически оценивает доводы истицы о том, что основной работник Б. к исполнению своих трудовых обязанностей с 27 сентября 2017 года не приступила, на её место сразу была принята З., поскольку судом из письменных материалов дела (заявления Б. от 26 сентября 2017 года, приказом работодателя от № ** от 27 сентября 2017 года), табеля учета рабочего времени за сентябрь 2017 года (л.д. 30 – 31, 147), пояснений представителя ответчика установлено, что основной работник Б. 27 сентября 2017 года приступила к исполнению трудовых обязанностей по должности /должность/ Топкинского подразделения ООО МК «Экстра Деньги».

При этом из письменных материалов дела также следует, что З. принята на работу на должность /должность/ Топкинского подразделения ООО МК «Экстра Деньги» на условиях неполного рабочего времени на период исполнения обязанностей временно отсутствующей сотрудницы Б. в связи с предоставлением последней отпуска по уходу за ребенком до 1,5 лет – с 26 октября 2017 года. Указанное обстоятельство подтверждается заявлением Б. от 24 октября 2017 года о предоставлении ей с 25 октября 2017 года отпуска по уходу за ребенком (л.д. 154), приказом работодателя № ** от 25 октября 2017 года о предоставлении Б. отпуска (л.д. 155), заявлением З. о приеме её на работу на период исполнения обязанностей временно отсутствующей сотрудницы с 26 октября 2017 года (л.д. 156), приказом работодателя от 26 октября 2017 года о приеме З. на работу (л.д. 160), срочным трудовым договором от 26 октября 2017 года № ** (л.д. 157 – 159), табелями учета рабочего времени за октябрь и ноябрь 2017 года (л.д. 148 -149).

Ссылку истицы на показания свидетелей Е.Н., С.В. суд находит несостоятельной, поскольку свидетель Е.Н. не пояснила, с какой именно даты в офисе по /адрес/ ООО МК «Экстра Деньги» стала работать З., свидетель С.В. пояснила, что З. стала работать с 21 сентября 2017 года, однако указала на то, что в подразделении ООО «МК «Экстра Деньги» по адресу: /адрес/, - она не бывает. Указанные показания свидетелей опровергаются представленными письменными материалами дела.

Стороной истца не представлено суду иных допустимых доказательств того, что Б. фактически к работе с 27 сентября 2017 года не приступала, после увольнения истицы 26 сентября 2017 года на её место была сразу принята З.

Позиция истицы о том, что её увольнение является незаконным в связи с тем, что она уволена в период нетрудоспособности, основана на неверном толковании норм права. 

Запрет на увольнение работников в период временной нетрудоспособности предусмотрен ч. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, содержащей основания увольнения по инициативе работодателя. Вместе с тем, увольнение по истечении срока трудового договора является самостоятельным основанием для прекращения трудового договора и не относится к расторжению договора по инициативе работодателя. Кроме того, требований об изменении даты увольнения истицей не заявлены. В этой связи доводы ФИО1 о незаконности её увольнения в период временной нетрудоспособности являются несостоятельными.

Из буквального толкования статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что в случае, если трудовой договор заключен на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, на работодателя не возлагается обязанность предупреждать работника в письменной форме о предстоящем прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия. Такая обязанность наступает в случае расторжения срочного трудового договора по иным основаниям. 

Следовательно, факт уведомления истицы о предстоящем увольнении в указанной ситуации правового значения не имеет.

Из положений статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, а также пункта 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 2 от 17 марта 2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что работник может быть восстановлен на работе только в случае, если увольнение его было произведено без законного основания и (или) с нарушением установленного порядка.

В ходе рассмотрения дела доказательств, свидетельствующих об отсутствии законного основания увольнения истца, равно как и о нарушении ответчиком порядка увольнения, суду не представлено, истцом, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований о восстановлении на работе в должности /должность/ ООО МК «Экстра Деньги».

Поскольку увольнение истицы признано судом законным, в иске о восстановлении на работе ФИО1 отказано, то оснований, предусмотренных статьями 234 Трудового Кодекса Российской Федерации, для удовлетворения производных требований об оплате времени вынужденного прогула в связи с незаконным увольнением у суда не имеется, в связи с чем в удовлетворении исковых требований ФИО1 в данной части также должно быть отказано.

Разрешая требования истицы о взыскании средней заработной платы в связи с задержкой выдачи трудовой книжки в сумме … рублей … копейки по состоянию на 09 ноября 2017 года с дальнейшим начислением по день выдачи трудовой книжки, суд приходит к следующему.

Статьей 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации установлена обязанность работодателя выдать работнику трудовую книжку в день прекращения трудового договора.

В случае, когда в день прекращения трудового договора выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи с его отсутствием либо отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте. Со дня направления указанного уведомления работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки (ч. 6 ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 165 Трудового кодекса Российской Федерации помимо общих гарантий и компенсаций, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации (гарантии при приеме на работу, переводе на другую работу, по оплате труда и другие), работникам предоставляются гарантии и компенсации в том числе в связи с задержкой по вине работодателя выдачи трудовой книжки при увольнении работника.

Согласно ст. 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате задержки работодателем выдачи работнику трудовой книжки.

Судом установлено, что после увольнения истицы 26 сентября 2017 года работодателем 27 сентября 2017 года направлено ФИО1 уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой (л.д. 122 – 126).

Доводы истицы о направлении в её адрес почтовым отправлением трудовой книжки опровергаются данными описи вложения в ценное письмо (л.д.123), в котором отсутствует указание на направление в адрес истицы трудовой книжки.

Таким образом, взысканию с ответчика в пользу истицы подлежит средний заработок за 1 день задержки выдачи трудовой книжки – 27 сентября 2017 года. Исходя из приведенных выше норм трудового права, с 28 сентября 2017 года работодатель освобождается от ответственности за задержку выдачи трудовой книжки.

При расчете размера заработной платы за задержку выдачи трудовой книжки суд исходит из положений срочного трудового договора от ДД.ММ.ГГ., заключенного между сторонами по делу, согласно условиям которого ФИО1 установлен режим неполного рабочего времени с продолжительностью ежедневной работы 4 часа. Разделом 5 договора определены условия оплаты труда пропорционально отработанному времени, исходя из оклада … рублей в месяц без учета районного коэффициента. Трудовой договор подписан ФИО1 на указанных условиях, экземпляр договора выдан истице под роспись.

В связи с этим за один день задержки выдачи трудовой книжки с ответчика в пользу истицы подлежат взысканию средний заработок в размере 325 рублей, исходя из следующего расчета: (расчёт удален). В оставшейся части требования истицы о взыскании среднего заработка за задержку выдачи трудовой книжки удовлетворению не подлежат.

Доводы истицы о том, что фактически она работала в режиме полного рабочего времени, и при собеседовании ей сообщили об ином размере заработной платы – а именно … рублей в месяц, опровергаются письменными материалами дела: положениями срочного трудового договора (л.д.34 -38), приказом о приеме ФИО1 на работу (л.д. 33), которые были подписаны истицей.

Таким образом, представленный истицей расчет среднего заработка за задержку выдачи трудовой книжки, исходя из режима полного рабочего времени, суд находит не соответствующим условиям заключенного между сторонами трудового договора.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004года за № 2, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Размер компенсации морального вреда определяется судом, исходя из конкретных обстоятельств каждого дела, с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. 

Поскольку в результате действий ООО МК «Экстра Деньги» по задержке выдачи истице трудовой книжки после увольнения (один день - 27 сентября 2017 года) были нарушены трудовые права истицы, она была лишена возможности трудиться, что не оспаривалось и ответчиком, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ответчика в пользу ФИО1 денежной компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда судом принимается во внимание степень нравственных страданий истицы, связанных с индивидуальными особенностями истицы, вина ответчика в несвоевременной выдаче трудовой книжки, обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, продолжительность задержки выдачи трудовой книжки (1 день), состояние здоровья истицы, а также требования разумности и справедливости. Суд определяет размер денежной компенсации морального вреда, причиненного истице в связи с задержкой выдачи трудовой книжки в размере 500 рублей.

Поскольку увольнение истицы с занимаемой должности признано судом законным, в удовлетворении требований о восстановлении на работе отказано, соответственно оснований для взыскания с ответчика денежной компенсации морального вреда в связи увольнением не имеется. В связи с чем требования истицы о взыскании денежной компенсации морального вреда в оставшейся части удовлетворению не подлежат.

Требования истицы о взыскании с ответчика убытков в виде расходов на питание … несовершеннолетних детей в школе в размере … рублей, расходов на проезд … детей до школы и обратно – … рублей, возникших в связи с задержкой выдачи трудовой книжки суд находит не подлежащими удовлетворению, поскольку стороной истца не представлено суду письменных доказательств, подтверждающих несение данных расходов. Кроме того, ФИО1 в ходе судебного разбирательства данные исковые требования не поддержала, заявив об отказе от данных требований (л.д. 170).

В соответствии с положениями ст. 183 Трудового кодекса Российской Федерации при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает работнику пособие по временной нетрудоспособности в соответствии с федеральными законами. 

Согласно положениям ст. 7 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» пособие по временной нетрудоспособности при утрате трудоспособности вследствие заболевания или травмы … выплачивается в следующем размере: застрахованному лицу, имеющему страховой стаж 8 и более лет, - 100 процентов среднего заработка; застрахованному лицу, имеющему страховой стаж от 5 до 8 лет, - 80 процентов среднего заработка; застрахованному лицу, имеющему страховой стаж до 5 лет, - 60 процентов среднего заработка. 

Пособия по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячное пособие по уходу за ребенком исчисляются исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, отпуска по беременности и родам, отпуска по уходу за ребенком, в том числе за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей) (статья 14 данного Закона).

В обоснование заявленных требований о взыскании с ответчика необоснованно удержанных выплат по больничному листу – … рубля … копеек, выплат по больничному листу, которые ответчик обязан был получить из Фонда социального страхования и перечислить истице – … рублей … копеек истицей представлен расчет пособия по нетрудоспособности, исходя из среднедневного заработка в размере …рублей …копеек и страхового стажа – более 5 лет (л.д. 72). При этом суду не представлено доказательств, подтверждающих размер среднедневного заработка истицы в указанной сумме.

Согласно представленному стороной ответчика расчету пособия по временной нетрудоспособности ФИО1 ответчиком учтены вышеуказанные положения Федерального закона, размер пособия по нетрудоспособности за период с …2017 года по …2017 года составил … рублей … копейка (л.д. 98), которые выплачены истице в полном объеме, что не оспаривалось истицей в ходе рассмотрения дела.

В обоснование требований о взыскании необоснованно удержанной работодателем заработной платы за сентябрь 2017 года – … рубля … копеек, истица указывает на то, что размер её должностного оклада составлял … рублей, с учетом районного коэффициента - … рублей. С учетом необлагаемой суммы дохода …рублей, за … рабочих дней к выплате, по мнению истицы, полагалось … рублей … копеек. Однако, заработная плата была ей выплачена в размере … рубль … копейка (л.д. 69 -70).

Суд критически оценивает данные доводы истицы, поскольку расчет заработка произведен ФИО1, исходя из режима полного рабочего времени. При этом судом установлено, что истица работала на условиях неполного рабочего времени.

Правильность исчисления работодателем заработной платы истицы, исходя из режима неполного рабочего времени, подтверждается также и актом проверки Государственной инспекции труда в Кемеровской области от … 2017 года соблюдения ООО МК «Экстра Деньги» трудового законодательства по обращению ФИО1 (л.д. 144 – 146).

В связи с этим суд находит не подлежащими удовлетворению требования истицы в указанной части.

Согласно ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу части 1 ст. 103 Кодекса государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Истица в соответствии с положениями п. 1 ч. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобождена от уплаты государственной пошлины при подаче иска, вытекающего из трудовых правоотношений.

Таким образом, согласно положениям ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика.

Согласно требованиям п.п. 1 и 3 ч.1 ст. 333.19 и ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит уплате госпошлина по требованиям о взыскании денежной компенсации морального вреда (требование неимущественного характера) в размере 6000 рублей, по требованиям о взыскании среднего заработка за задержку выдачи трудовой книжки (требование имущественного характера) в сумме 400 рублей. Итого с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 6 400 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Экстра Деньги» в пользу ФИО1 материальный ущерб за задержку выдачи трудовой книжки в размере 325 (триста двадцать пять) рублей, денежную компенсацию морального вреда за задержку выдачи трудовой книжки в размере 500 (пятьсот) рублей.

ФИО1 в удовлетворении исковых требований к обществу с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Экстра Деньги» о восстановлении на работе в должности /должность/, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании расходов на питание и проезд детей, взыскании выплат по листку нетрудоспособности, взыскании необоснованно удержанных выплат по листку нетрудоспособности, взыскании необоснованных удержаний из заработной платы, отказать.

ФИО1 в удовлетворении оставшейся части исковых требований к обществу с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Экстра Деньги» о взыскании денежной компенсации морального вреда отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Микрокредитная компания «Экстра Деньги» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6400 (шесть тысяч четыреста) рублей

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий Е.Н.Раужин

Мотивированное решение суда составлено 05 декабря 2017 года

На момент публикации решение в законную силу не вступило

Согласовано 

Судья Е.Н.Раужин