Дело № 2-30/2025 (2-712/2024)

44RS0028-01-2024-000275-19

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27 ноября 2025 года г. Кострома

Костромской районный суд Костромской области в составе председательствующего судьи Никитиной М.Г.,

С участием представителя истца ФИО1 - ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 - ФИО4,

представителя ответчика Рейха В.В. - адвоката Козыревой Э.Е.,

при секретаре Сорокиной К.о., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о признании договоров дарения земельного участка недействительными и применении последствий их недействительности, о погашении регистрационной записи о регистрации перехода права собственности одаряемого, о регистрации права собственности покупателя, о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 в лице своего представителя ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, Рейху В.В. о признании договоров дарения земельных участков недействительными и применении последствий их недействительности, о погашении регистрационной записи о регистрации перехода права собственности одаряемого, о регистрации права собственности покупателя.

В обоснование требований указала, что ДДММГГГГ открылось наследство Ф.А.М. В наследственную массу вошли права и обязанности по предварительным договорам купли-продажи земельных участков от 18.11.2013 и 29.11.2013 года, расположенных в (адрес) заключенные между продавцом Рейхом ВВ. и покупателем ФИО6.

Согласно п. 1.1. предварительных договоров от 18 и от 29.11.2013 стороны Рейх В.В. и ФИО6 договорились о заключении в будущем основных договоров купли-продажи, по которым в соответствии со статьей 382 ГК РФ Рейх В.В. продает ФИО6 земельные участки, принадлежащие продавцу на праве собственности. Один участок, расположенный по адресу: (адрес). Второй участок расположен по адресу: (адрес) Согласно п. 1.2 вышеуказанных договоров ФИО6 передает Рейху В.В. денежные средства в размере 100 000 руб. по одному договору и 100 000 руб. по второму договору.

По договорам от 18.11.2013, от 29.11.2013 Покупатель передал, а продавец Получил денежные средства согласно распискам в размере 300 000 рублей, то есть полностью исполнил свои обязательства по договорам.

Продавец Рейх В. В. подготовил пакет документов на шесть земельных участков, которые были им сформированы, в том числе участки № №, №, №, и оплату за которые он получил полностью, лишь 25.02.2015 согласно записи в ЕГРН. Период для заключения основного договора наступил со дня, следующего за днем регистрации прав на земельные участки за продавцом, то есть с 26.02.2015, предусмотренный законодательством срок для заключения основного договора, истекал 26.02.2016. Однако покупатель Ф.А.М. умер ДДММГГГГ. Кроме того, до смерти Ф.А.М. продавцом Рейхом В.В, произведено отчуждение участков, подлежащих продаже Ф.А.М. в пользу ФИО3 путем дарения. Со ссылками на ст.ст. 421, 432, 433, 445, 166, 168 ГК РФ полагает состоявшиеся сделки дарения между ФИО5 и ФИО3 ничтожными в силу притворности, поскольку фактически воля сторон была направлена на возмездное приобретение спорных участков, а необходимость оформления сделки в виде дарения обусловлена желанием обойти преимущественное право покупки участка администрацией. При этом считает также, что, обязавшись продать участки Ф.А.М. Рейх В.В. не имел права заключать спорные договоры дарения, в связи с тем, это также является самостоятельным основанием для признания их недействительными. Применение последствий недействительности притворной сделки восстановит права наследника ФИО1, поскольку ее отец - наследодатель Ф.А.М.. в полном объеме внес плату за земельные участки. Право наследников оспаривать сделки, заключенных наследодателем указано в п.73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», согласно которому наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления. При таких обстоятельствах со ссылками на ст.ст. 1152, 1153 ГК РФ считает, что имеет законный интерес в разрешении предъявленных исковых требований.

На основании изложенного просила признать ничтожными сделками ввиду притворности договоры дарения земельных участков, заключенных между ФИО5 и ФИО3 от 20.03.2015 и от 09.04.2015 в отношении земельных участков сельскохозяйственного производства с кадастровыми номерами №; применить к договорам дарения указанных участков правила договоров купли-продажи, заключенных между продавцом ФИО5 и покупателем ФИО21 в лице наследника ФИО1,. определив цену договора от 09.04.2015 в отношении участка с кадастровым номером № в размере 100 000 руб., цену договора от 20.03.2015 в отношении участков с кадастровыми номерами № в размере 200 000 руб.; погасить регистрационную запись о переходе права собственности к ФИО3 на земельные участки с кадастровыми номерами №; внести регистрационную запись о переходе права собственности на указанные земельные участки к ФИО1 с выполнением условия в форме отказа от преимущественного права субъекта РФ на приобретение данных земельных участков сельскохозяйственного производства либо в форме согласия на продажу третьему лицу.

В последующем предъявленные истцом требования были уточнены. Так истец, полагая свои права нарушенными длительным использованием ФИО3 земельных участков, которые должны были перейти в ее собственность, считала необходимым взыскать с ответчика неосновательное обогащение, которое определила исходя из стоимости аренды спорных участков за период 10 лет 6 месяцев 20 дней, в размере 506 600 руб., кроме того, просила взыскать с ФИО3 проценты за пользование чужими денежными средствами, исходя из указанной невозвращенной суммы неосновательного обогащения в размере 529 690 руб. 29 коп. за период с 10.05.2015 по 30.10.2025.

В окончательной редакции иска ФИО1 просила признать ничтожными сделками ввиду притворности договоры дарения земельных участков, заключенных между ФИО5 и ФИО3 от 20.03.2015 и от 09.04.2015 в отношении земельных участков сельскохозяйственного производства с кадастровыми номерами № применить к договорам дарения указанных участков правила договоров купли-продажи, заключенных между продавцом ФИО5 и покупателем ФИО6 в лице наследника ФИО1,. определив цену договора от 09.04.2015 в отношении участка с кадастровым номером № в размере 100 000 руб., цену договора от 20.03.2015 в отношении участков с кадастровыми номерами № в размере 200 000 руб.; погасить регистрационную запись о переходе права собственности к ФИО3 на земельные участки с кадастровыми номерами № № внести регистрационную запись о переходе права собственности на указанные земельные участки к ФИО1 с выполнением условия в форме отказа от преимущественного права субъекта РФ на приобретение данных земельных участков сельскохозяйственного производства либо в форме согласия на продажу третьему лицу; взыскать с ФИО3 неосновательное обогащение в виде сбереженных денежных средств, которые она должна была выплачивать за пользование без законных оснований участками с кадастровыми номерами № за период с 10.05.2015 по 30.10.2025 в размере 506 600 руб., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 10.05.2015 по 30.10.2025 в размере 529 690 руб. 29 коп.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены: ФИО8, администрация Костромского муниципального района Костромской области, администрация Шунгенского сельского поселения Костромского муниципального района, Управление Росреестра по Костромской области, Филиал ППК Роскадастр, ОСП по Заволжскому округу г. Костромы и Костромскому району.

Представитель истца ФИО1 - ФИО2 уточненные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить, по основаниям, изложенным в иске. Просила при разрешении требований не принимать во внимание вступившее в законную силу решение Костромского районного суда города Костромы по иску ФИО1 к Рейху В.В. о взыскании неосновательного обогащения по делу № 2-574/2019, поскольку должником ФИО5 данное судебное решение не исполнено, денежные средства взыскателем ФИО1 не получены. Основания для инициирования обращения с исковым заявлением в суд о признании притворными договоров дарения, установления надлежащего ответчика по настоящему иску возникли после состоявшегося решения, когда истец узнал об отсутствии у ответчика Рейха В.В. истинной воли на дарение земельных участков ФИО3, вследствие чего появился альтернативный способ защиты нарушенного права истца ФИО1, как наследника ФИО6. Считает, что исковое заявление не может быть отклонено только по причине того, что в пользу истца уже вынесен судебный акт по иску о виндикации, реституции, взыскании убытков с непосредственных причинителей вреда, неосновательного обогащения и т.п., Необходимо именно фактическое получение заявителем присужденного по этим судебным актам, поскольку только реальное возмещение имущественных потерь может служить основанием для отказа в ином иске. О волеизъявлении покупателя (наследодателя) истец узнала из информации от внешнего источника при определенном стечении обстоятельств. Поскольку покупатель умер, он не может выступать ответчиком по данному иску, но это не исключает наличия нарушений права истца совершенными сделками.

В деле № 2-574/2019 предметом рассмотрения действительность договоров купли-продажи, дарения не была, и соответственно таких выводов судом в решении отражено. Предметом рассмотрения суда в 2019 г было установление факта отсутствия зарегистрированного правасобственности за наследодателем на спорные земельные участки, сформированные из земельного участка с кадастров номером №, оплата за которые получена продавцом в полном объеме, и как следствие факта неосновательности обогащения на стороне ответчика продавца Рейха В.В. Решение по делу № 2-574/2019 о взыскании неосновательной обогащения и процентов за пользование денежными средствами ответчиком не исполнено, исполнительный лист возвращен взыскателю. Данный факт послужил основанием для обращения истцом за восстановлением нарушенного права в суд по иному основанию, а именно, о признании притворными договоров дарения между ФИО5 и ФИО3, и применения последствий их недействительности. Основания для альтернативного способа защиты возникли при доказанности фактов волеизъявлени покупателя на фиктивное оформление права собственности на ответчика при наличи установленного судом факта оплаты за земельные участки. Началом течения срока исковой давности по требованию о применении последствий притворности дарения является дата осведомленности истца oб истинной воле покупателя на притворность дарения и о том, кто является ответчиком по данному требованию. Считает, что ответчик ФИО3, заявляя ходатайство о пропуске срока исковой давности, возражая против иска, ведет себя недобросовестно, зная, что присваивает себе чужое имущество. Собственником имущества является покупатель ФИО6, права на которое должно было перейти к наследнице ФИО1 

Возражая против применения последствий пропуска срока исковой давности, просила учесть, что об отсутствии действительной воли Рейха В.В. подарить спорные участки ФИО3 и о намерении ФИО6 приобрести спорные участки не на себя, а на близкого родственника она узнала из разговоров родственников в январе 2024 года, а именно от Е.А.П. в январе 2024 года. Именно с этого момента полагает потек срок исковой давности по заявленным требованиям, поскольку ФИО1 не являлась стороной оспариваемых сделок. Кроме того, просит учесть что, после смерти ФИО6, будучи на тот момент несовершеннолетней ФИО1 в целом не могла в силу отсутствия полной гражданской процессуальной дееспособности инициировать данный иск до ДДММГГГГ, то есть до достижения 18 лет. В случае, если суд придет к выводу о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям по вышеперечисленным основаниям просила его восстановить. Считает, что истцом представлены доказательства притворности спорных сделок дарения со ссылками на показания свидетеля Е.А.П., письменные доказательства, в том числе распечатки переписок из электронного почтового ящика умершего ФИО6. Кроме того, просит учесть, что никаких объективных причин безвозмездно дарить спорные участки постороннему лицу у Рейха В.В. быть не могло. ФИО3 бывшая жена и сотрудница ООО «МСС» генеральным директором, которой был ФИО6. Она была зависима от него в финансовом плане. ФИО6 приобретал (оплачивал) и оформлял на доверенных лиц и иное имущество при осуществлении им фактической оплаты. ФИО3 и ФИО7 (Забара) Т.А являлись родственниками ФИО6 и не могли не знать о цели совершаемой сделки и о притворном характере дарения. При этом дарение участков на третье лицо позволило не соблюдать преимущественное право покупки при продаже земель сельхозназначения, обязанность по декларированию суммы дохода с продажи земельных участков с последующей оплатой налога на доходы физических лиц, находившихся в собственности у продавца менее пяти лет.

Кроме того, это позволило избежать обращения взыскания по исполнительному производству на объекты недвижимого имущества, при наличие возбужденного в 2011 году сводного исполнительного производства в отношении покупателя ФИО6 и его супруги ФИО2. ФИО6 имел намерение использовать приобретенные земельные участки в своих коммерческих планах. Для их реализации ФИО6 предпринимал попытки привлечь соинвесторов, в том числе Е.А.П.

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО4 уточненные исковые требования не признала, пояснила, что дарение земельных участков ФИО5 ее доверителю было реальной сделкой, воля сторон договора была направлена именно на дарение земельных участков, чем продиктована воля Рейха В.В. на это, неизвестно, в том числе достоверно неизвестно, какие отношения существовали между ФИО5 и ФИО3. Право собственности ФИО3 зарегистрировано в ЕГРН, данным земельным участком она и ее семья пользуются по назначению, подтверждающие данные обстоятельства доказательства представлены в деле. Оснований для признания данной сделки притворной не имеется. Кроме того, считает, что истцом избран ненадлежащий способ защиты права с учетом ранее постановленного по иску ФИО1 решения по гражданскому делу № 2-574/2019, которым внесенная наследодателем ФИО6 оплата за спорные участки, была взыскана в пользу его наследницы ФИО1 в качестве неосновательного обогащения. Предъявляя настоящие требования, истец фактически хочет кроме полученных ранее денежных средств, получить еще и земельные участки без каких-либо на то законных оснований. Учитывая, что в гражданском деле № 2-574/2019 фигурировали спорные участки, а также спорные предварительные договоры купли-продажи, полагает, что истцу и ее представителю было достоверно известно об отчуждении участков ФИО5 в пользу ФИО3, в связи с чем, обратившись с рассматриваемым иском в суд только в феврале 2024 года истец пропустил трехгодичный срок исковой давности.

Представитель ответчика Рейха В.В. - адвокат Козырева Э.Е. против заявленных исковых требований возражала, поскольку позиция ее доверителя, местонахождение которого не установлено, ей неизвестна. 

Истец ФИО1, ответчик ФИО3 в судебное заседание не явились, извещены надлежаще, воспользовались правом на ведение дела в суде через своих представителей. Ответчик Рейх В.В. в судебное заседание не явился, в связи с тем, что местонахождение его неизвестно, для защиты его интересов судом назначен адвокат Козырева Э.Е.. Рейх В.В. извещен судом по последнему известному месту жительства, конверт возвращен в суд за истечением срока хранения.

Третьи лица ФИО8, администрация Костромского муниципального района Костромской области, Управление Росреестра по Костромской области, Филиал ППК Роскадастр, администрация Шунгенского сельского поселения Костромского муниципального района, ОСП по Заволжскому округу г. Костромы и Костромскому району извещены надлежаще, об отложении дела слушанием не ходатайствовали. 

В соответствии со ст. 167 ч. 3 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о дне слушания дела надлежащим образом. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, материалы гражданского дела № 2-574/2019, суд приходит к следующему.

В силу ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты права является восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, присуждение к исполнению обязанности в натуре.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу ст. 170 ГК РФ, п.87, 88 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Например, при установлении того факта, что стороны с целью прикрыть сделку на крупную сумму совершили сделку на меньшую сумму, суд признает заключенную между сторонами сделку как совершенную на крупную сумму, то есть применяет относящиеся к прикрываемой сделке правила.

Прикрываемая сделка может быть также признана недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Судом установлено, что между продавцом ФИО5 и покупателем ФИО6 были заключены два договора, поименованных, как предварительные договоры купли-продажи от 18.11.2013 и от 29.11.2013. 

Предметом договора от 18.11.2013 являлся земельный участок, расположенный по адресу: (адрес), принадлежащий продавцу на праве собственности ***** Согласно п. 1.1 договора стороны договорились о подготовке и заключении в последующем основного договора купли-продажи, по которому в соответствии со ст. 382 ГК РФ Рейх В.В. продает Ф.А.М. указанный земельный участок.

Предметом договора от 29.11.2013 являлся земельный участок, расположенный по адресу: (адрес) принадлежащий продавцу на праве собственности ***** Согласно п. 1.1 договора стороны договорились о подготовке и заключении в последующем основного договора купли-продажи, по которому в соответствии со ст. 382 ГК РФ Рейх В.В. продает ФИО23 указанный земельный участок.

Согласно условиям, содержащимся в обоих договорах, покупатель ФИО24 вправе требовать от продавца Рейха В.В. подготовку полного пакета документов, выделения конкретного участка с присвоением кадастрового номера. Из содержания п. 1.2, включенного в каждый договор, Сторона 2 - ФИО25 передает Стороне 1 - Рейху В.В. денежные средства в размере 100 000 рублей. Указанная сумма оплачивается за счет собственных средств, в день подписания данного договора. Все расходы, связанные с оформлением документов в собственность до подписания основного договора несет Сторона 1 - Рейх В.В. (п. 1.4 договоров).

На обороте предварительного договора от 18.11.2013 имеется расписка, из содержания которой следует, что Рейх В.В. 19.11.2013 получил сумму 80 000 рублей за земельный участок по договору купли-продажи. Далее имеется указание о получении ФИО5 20 000 рублей, получении суммы полностью.

На обороте предварительного договора от 29.11.2013 имеется расписка, из содержания которой следует, что Рейх В.В. 29.11.2013 получил в качестве задатка 25 000 рублей; 06 декабря 2013 года - «+ 50 000 рублей»; 13 декабря 2013 года - «сумму получил полностью»; 15 декабря 2013 года - «Получил 100 000 рублей».

В последующем ФИО5 приняты меры к формированию земельных участков, подлежащих продаже ФИО6 в соответствии с указанными договорами, в результате чего из земельного участка с кадастровым номером №, местоположение которого было установлено, как (адрес)), было образовано, в том числе 4 земельных участка с кадастровыми номерами 44№

Из истребованных судом выписок ЕГРН следует, что земельные участки с кадастровыми номерами №397 поставлены на кадастровый учет 24.06.2014, все они образованы из земельного участка с кадастровым номером №, относятся к категории земель сельскохозяйственного назначения, имею вид разрешенного использования - для сельскохозяйственного производства. Право собственности на спорные участки зарегистрировано за ФИО5 25.02.2015. 

Из материалов дела следует, что в последующем ответчиком ФИО5 заключены договоры дарения от 20.03.2015 и от 09.04.2015 с ФИО3 в отношении земельных участков с кадастровыми номерами №, соответственно.

В производстве Костромского районного суда Костромской области находилось гражданское дело № 2-574/2019 по иску ФИО1 к Рейху В.В. о взыскании неосновательного обогащения и процентов за пользование чужими денежными средствами. В рамках данного гражданского дела истец предъявляла требования о взыскании с ответчика Рейха В.В. неосновательного обогащения в размере 100 000 рублей, полученного по вышеуказанному предварительному договору купли-продажи земельного участка от 18.11.2013 (заключенному между ФИО5 и ФИО26.), сумму неосновательного обогащения в размере 200 000 рублей, полученного по предварительному договору купли-продажи земельного участка от 29.11.2013 (заключенному между ФИО5 и ФИО27 проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 03.04.2015 по 18.10.2019 в сумме 116 485,72 руб. Судом в ходе рассмотрения дела установлено, что предварительными договорами, заключенными между ФИО5 и ФИО28. 18 и 29.11.2023, заключение основного договора обусловлено формированием и оформлением прав продавца на земельные участки, то есть, оба предварительных договора заключены под отлагательным условием.

Проанализировав расписки к договорам о получении ФИО5 денежных средств, суд пришел к выводу о том, что обязательства по предварительным договорам покупателем ФИО29 были исполнены, но основной договор между сторонами заключен не был, поскольку ФИО5 осуществлено распоряжение земельными участками, образованными из земельного участка с кадастровым номером №, путем отчуждения в пользу иных лиц (не ФИО6), а именно путем дарения ФИО3 по договорам от 20.03.2015 и от 09.04.2015 в отношении земельных участков с кадастровыми номерами 44№ и 44:07:142202:393.

При таких обстоятельствах суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований ФИО1 и взыскал в ее пользу с Рейха В.В. неосновательное обогащение в сумме 300 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с апреля 2015 года по 18.10.2019 в сумме 116 485 рублей 72 копеек, а всего взыскать 416 485 руб. 72 коп.

Решение вступило в законную силу, обжаловано сторонами не было ни по каким основаниям. Согласно ответу на запрос из ОСП по Заволжскому округу г. Костромы и Костромскому району в отделении судебных приставов находилось исполнительное производство, возбужденное на основании исполнительного листа, выданного Костромским районным судом по гражданскому делу № 2-574/2019 в отношении должника Рейха В.В. на сумму 416 485 руб. 72 коп. в пользу взыскателя ФИО1 16.10.2023 в соответствии с ч. 2 ст. 46 ФЗ «Об исполнительном производстве» исполнительное производство окончено в связи с тем, что невозможно установить метсонахождение должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в кредитных организациях, за исключением случаев, когда предусмотрен розыск. Удержание денежных средств не произведены. Исполнительный документ возвращен взыскателю. Со слов представителя истца ФИО2 - находится на руках у взыскателя, до настоящего времени повторно не предъявлялся.

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Вышеуказанным решением суда установлена взаимосвязь спорных земельных участков с кадастровыми номерами № с участком, являвшимся предметом предварительных договоров купли-продажи, заключенных между ФИО5 и ФИО30. 18 и 29.11.2013, а именно судом установлено, и не оспаривалось истцом ФИО1, что данные участки образованы из данного земельного участка, и в последующем должны были стать предметом основного договора купли-продажи между ФИО31 и ФИО5, а также тот факт, что именно эти участки в последующем были отчуждены ФИО5 путем дарения ФИО3

При таких обстоятельствах суд находит подлежащими отклонению доводы представителя истца о том, что в гражданском деле № 2-574/2019 не был конкретизирован предмет спора, земельные участки не индивидуализированы и не имеют отношения к рассматриваемому гражданскому делу.

ФИО2 также приводятся ссылки на п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», согласно которым, если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются, например, заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже имущества, которое будет создано или приобретено в дальнейшем, но при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя имущества до заключения основного договора уплатить цену имущества или существенную ее часть, такой договор следует квалифицировать как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате. Правила статьи 429 ГК РФ к такому договору не применяются.

При таких обстоятельствах согласно п.1 ст. 463 ГК РФ, если продавец отказывается передать покупателю проданный товар, покупатель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи. В случае, когда продавец, получивший сумму предварительной оплаты, не исполняет обязанность по передаче товара в установленный срок, покупатель вправе потребовать передачи оплаченного товара или возврата суммы предварительной оплаты за товар, не переданный продавцом (п. 3 ст.487 ГК РФ). По смыслу указанных норм потребитель сам вправе выбирать способ защиты нарушенного права. После реализации покупателем способа защиты нарушенного права - предъявления требования о возврате суммы предварительной оплаты, он считается утратившим интерес к дальнейшему исполнению условий договора, а договор - прекратившим свое действие. 

При это вопреки своим же доводам истец настаивает на том, что избранный ранее способ защиты права в виде обращения в суд за взысканием денежных средств, оплаченных ФИО32 в пользу Рейха В.В. по договорам от 18 и 29.11.2013, не исключает ее права также в дальнейшем требовать передачи в ее пользу и самих земельных участков. Мотивируя данное требование, истец ссылается на то, что предметом рассмотрения гражданского дела № 2-574/2019 действительность сделок дарения между ФИО5 и ФИО3 не была, в связи с чем при условии, что судебный акт по делу № 2-574/2019 должником ФИО5 не исполнен, считает, что ей принадлежит право выбора альтернативного способа защиты права, поскольку фактически присужденное взыскателем не получено. При этом альтернативный способ защиты права появился только после того, как истец узнала об отсутствии действительного намерения ФИО6 заключить договор купли-продажи спорных участков в январе 2024. А именно из разговора ФИО1 на семейном празднике в новогодние каникулы с бывшим партнером по бизнесу отца - Е.А.П., который является супругом ее сводной сестры, ей стало известно, что ФИО6 принял решение о приобретении спорных земельных участков, но не на себя, а на третье лицо - близкого родственника.

Решение о необходимости оформления перехода права на участки путем их дарения ФИО5 ФИО3, по мнению истца, обусловлено наличием сводного исполнительного производства у ФИО34 в связи с чем никаких недвижимых объектов регистрировать на себя он не хотел во избежание обращения взыскания, кроме того, это бы повлекло наложение дополнительного налогового бремени, а также соблюдения преимущественного права покупки участков администрацией. Также обращает внимание суда на то, что никаких объективных причин для того, чтобы Рейху В.В. безвозмездно дарить земельные участки постороннему лицу - ФИО3 не имелось, в связи с чем дарение третьему лицу было призвано прикрыть действительную сделку купли-продажи спорных земельных участков, между ФИО5 и ФИО33

Между тем, оценивая представленные в дело доказательства, суд приходит к выводу, что с достоверностью доводы истца ими не подтверждаются. 

Так в предмет доказывания по делам о признании притворных сделок недействительными входят факт заключения сделки, действительное волеизъявление сторон на совершение прикрываемой сделки, обстоятельства заключения договора и несоответствие волеизъявления сторон их действиям. Одним из признаков притворной сделки является несовершение сторонами действий, предусмотренных сделкой.

Притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида (прикрывающая сделка) и сделку, в действительности совершаемую сторонами (прикрываемая сделка). Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. При этом прикрываемая сделка, как правило, не совершается в явном виде. 

Между тем, в рассматриваемом случае сторонами ФИО5 и ФИО35 в явном виде заключены два письменных договора, поименованные как предварительные договоры купли-продажи, в которых отражен предмет сделки - будущая купля-продажа выделенных земельных участков из участка, принадлежащего Рейху В.В., при этом покупателем ФИО36. исполнена его обязанность, предусмотренная указанным договор по внесению платы за спорные участки. Заключение договоров дарения между ФИО3 и ФИО5 имело место спустя полтора года после заключения договоров между ФИО5 и ФИО37 при этом с момента перехода права собственности к ФИО3 и до момента смерти ФИО38 (то есть более полугода) каких-либо обстоятельств, дающих основания предполагать, что фактическим владельцем участков был ФИО40., что он ими владел, пользовался, в том числе в профессиональной деятельности, не имеется. Доказательств обратного стороной истца не представлено. При этом довод о том, что на свадьбе общей дочери ФИО39 и ФИО3 - ФИО8, ФИО41 подарил один из спорных участков последней об обратном не свидетельствует. Во-первых, по сведениям представителя ответчика ФИО3 - ФИО4, данная фраза была сказана при общем поздравлении ФИО8 ее родителями ФИО42 и ФИО3 При таких обстоятельствах отсутствие конкретного указания о том, кто именно из родителей намерен подарить дочери участок, суд находит уместным и не ставящим под сомнение право собственности на один из спорных участков, зарегистрированное за ФИО3 Кроме того, фактически дарение не было произведено, сделка не оформлялась, в силу родственных отношений между ФИО3 и ФИО8 последней предоставлен свободный доступ к использованию участка, что она и делает вместе со своим супругом согласно представленным в дело стороной ответчика доказательствам.

Довод об отсутствии объективных причин для оформления сделки дарения участков между ФИО5 и ФИО3 является лишь предположением истца, которая в каких-либо родственных, дружеских, иных близких отношениях ни с ФИО5, ни с ФИО3 не состоит, и не может достоверно утверждать об отсутствии действительной воли Рейха В.В. на осуществление дарения.

Наличие у ФИО6 большого количества исполнительных производств также достоверно не подтверждает притворность оспариваемой сделки. 

Показания свидетеля Е.А.П., допрошенного по ходатайству стороны истца, данные выводы не опровергают. Так из его пояснений следует, что его супруга является сводной сестрой ФИО1 В новогодние праздники 2024 года в его присутствии ФИО1 пожаловалась его жене, что не может взыскать деньги с Рейха В.В. за участки по исполнительному производству, при этом сами участки зарегистрированы на другое лицо. Услышав это, он поделился с ними информацией о том, что в 2015 году ФИО43 предлагал ему вложиться в сельскохозяйственные участки, расположенные за д. Некрасово, поскольку они имели перспективу быть включенными в границы населенного пункта. Указывал, что он их приобрел, но не на себя, а на близкого родственника. Однако он ими не заинтересовался, полагал их не рентабельными. Между тем, из показаний данного свидетеля не усматривается, о каких конкретно участках шла речь в предложении вложиться в их приобретение. Пространное указание о том, что они расположены за д. Некрасово, достоверно не указывает на то, что это именно спорные участки, в том числе с учетом пояснений представителя истца о том, что ФИО44 имел бизнес в сфере строительства и у него во владении были и иные земельные участки.

Кроме того, также истцом не подтвержден тот факт, что и ФИО3 знала о действительной воле Рейха В.В. путем дарения ей земельных участков фактически передать их во владение ФИО45 по ранее заключенным предварительным договорам в целях исполнения своих обязательств по ним. Право собственности ФИО3 на спорные участки остается зарегистрированным в ЕГРН на протяжении более десяти лет. С учетом того, что участки относятся к категории земель сельскохозяйственного назначения, за надлежащим использованием которых осуществляется государственный контроль, суд также принимает во внимание отсутствие в ЕГРН информации о каких-либо санкциях, примененных органами земельного надзора в связи с неиспользованием спорных участков или их использованием не по назначению. 

При изложенных обстоятельствах у суда отсутствуют основания для признания спорных договоров дарения притворными сделками, призванными прикрыть действительную сделку по заключению договора купли-продажи между ФИО5 и ФИО46 а соответственно и для удовлетворения производных требований о применении к заключенным договорам дарения правил договора купли-продажи с условиями, обозначенными в просительной части иска, а также взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, и неосновательного обогащения.

Довод истца об иных основаниях для признания спорных сделок недействительными со ссылкой на судебную практику, отражающую выводы суда о недействительности сделки ввиду нарушения стороной обязательств по заключению договора по ранее акцептованной оферте другим лицом, не применимы к настоящему спору, поскольку в приведенной судебной практике отражены правоотношения, возникающие в случае, когда в силу закона для стороны, которой направлена оферта (проект договора), заключение договора обязательно.

Кроме того, суд полагает, что воля ФИО1, направленная на защиту нарушенного права наследника ФИО47. в виде умаления имущественной массы наследодателя в рамках правоотношений с ФИО5, была реализовано путем взыскания с него неосновательного обогащения в рамках гражданского дела № 2-574/2019. Настоящим же иском ФИО1 фактически хочет изменить способ и порядок исполнения уже состоявшегося решения по гражданскому делу № 2-574/2019 ввиду его неисполнения должником ФИО5 Между тем, суд также обращает внимание на то, что возможность исполнения данного решения не утрачена, окончание исполнительного производства по основаниям, указанным судебным приставом-исполнителем, не исключает возможности повторного предъявления исполнительного документа к исполнению.

Сам Рейх В.В. свою позицию по заявленным требованиям не выразил, при этом у суда имеются основания сомневаться в том, что она выражена непосредственно ответчиком в письменном заявлении о признании исковых требований, направленном в адрес суда почтовой корреспонденцией. Так при указании идентификаторов ответчиком допущены ошибки в указании ИНН, а также приведены данные уже недействительного паспорта. Кроме того, в письменном заявлении Рейх В.В. просит отнестись критически к возражениям ФИО3, утверждающей о действительном дарении ей земельных участков, когда как Рейх В.В. ни в одно из судебных заседаний не явился, с материалами дела не знакомился, ни разу не получил судебную корреспонденцию, конверты возвращены за истечением срока хранения. 

В соответствии со ст. 39 ГПК РФ ответчик вправе признать иск. Суд не принимает признание иска ответчиком, если это противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

При установленных обстоятельствах суд не принимает признание иска ответчиком, в том числе поскольку полагает, что оно нарушит как его интересы, так и интересы ответчика ФИО3 Кроме того, ответчику Рейху В.В. последствия признания иска судом не разъяснялись ввиду его неявки, ссылки на ознакомление с последствиями признания иска в его заявлении также отсутствуют.

В ходе рассмотрения дела представителями ответчиков Рейха В.В., ФИО3 заявлено о применении срока исковой давности по делу.

Разрешая заявленное ходатайство, суд приходит к следующему. 

Согласно статье 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Из материалов дела следует, что оспариваемые договоры дарения были заключены сторонами 20.03.2015 и 09.04.2015. Переход права собственности к ФИО3 зарегистрирован 22.04.2015. Исходя из материалов гражданского дела № 2-574/2019 истцу ФИО1 и ее законному представителю - матери ФИО2 было достоверно известно об исполнении сторонами оспариваемой сделки, как минимум с момента подачи иска 15.01.2019.

Приводя доводы об отсутствии пропуска срока исковой давности, истец ссылается на несовершеннолетие истца, имевшее место до ДДММГГГГ, а также на тот факт, что о нарушении своего права фактически ФИО1 узнала только в январе 2024 из разговора с мужем сводной сестры Е.А.П.. До этого ей было неизвестно о том, что сделка дарения фактически является притворной. 

В рассматриваемом случае стороной ответчика достоверно не опровергнут тот факт, что основания полагать притворность оспариваемых сделок дарения, а соответственно и нарушение вследствие их заключения прав истца, как наследника умершего ФИО48 возникло ранее января 2024 года. Из пояснений представителя истца следует, что основания подозревать притворность спорных сделок до этого момента у истца отсутствовали. Допрошенный в качестве свидетеля по делу Е.А.П. обстоятельства данного разговора подтвердил.

При изложенных обстоятельствах суд не находит оснований считать пропущенным срок исковой давности по заявленным требованиям. 

При этом при рассмотрении заявленных исковых требований по существу, суд не находит оснований для их удовлетворения, в связи с чем считает необходимым в иске отказать в полном объеме.

Согласно ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. В соответствии с положениями ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. 

С учетом того, что в иске ФИО1 отказано в полном объеме, при этом при увеличении исковых требований доплата государственной пошлины истцом не производилась, суд считает необходимым взыскать с истца ФИО1 государственную пошлину в доход бюджета Костромского муниципального района. По требованию о взыскании неосновательного обогащения государственная пошлина составит 15 132 руб., по требованиям о взыскании процентов в порядке ст. 395 ГК РФ - 15 594 руб., а всего 30 726 руб.

Руководствуясь ст.ст.194 -198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО5, ФИО3 о признании договоров дарения земельных участков с кадастровыми номерами №, №, № 20.03.2015, с кадастровым номером № от 09.04.2015 недействительными и применении последствий их недействительности, о погашении регистрационной записи о регистрации перехода права собственности одаряемого ФИО3, о регистрации права собственности покупателя ФИО1, о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход бюджета Костромского муниципального района государственную пошлину в размере 30 726 (тридцать тысяч семьсот двадцать шесть) руб. 

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд через Костромской районный суд в течение месяца. 

Судья М.Г. Никитина

Мотивированное решение изготовлено 11.12.2025