УИД 86RS0002-01-2024-004706-52

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27 июня 2024 года г. Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Латынцева А.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Чистых Е.С.,

с участием:

представителя истца Буксиной Т.Н.,

представителя ответчика ФИО1,

помощника прокурора Кирилловой К.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-4604/2024 по исковому заявлению ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» о компенсации морального вреда, в связи с получением профессионального заболевания, 

У С Т А Н О В И Л

ФИО2 обратился в суд с указанным исковым заявлением, мотивируя требования тем, что в период с 01.04.2006 по 29.12.2023, то есть течение 17 лет 9 месяцев, осуществлял трудовую деятельность у ответчика в условиях воздействия опасных вредных веществ и неблагоприятных факторов. Впоследствии ему установлено профессиональное заболевание, повлекшее утрату профессиональной трудоспособности в размере 30 процентов. До работы у ответчика истец проходил медицинскую комиссию и признавался годным к работе. Ответчик допускал истца к работе. До трудоустройства к ответчику у истца не было подозрений на профессиональное заболевание. В связи с тем, что ответчиком не обеспечены безопасность и надлежащие условия труда, у истца возникло профессиональное заболевание, что причинило ему моральный вред. В связи с чем, просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в связи с получением профессионального заболевания в размере 3 000 000 рублей, а также взыскать расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления в размере 20 000 рублей, а также за представительство в суде в размере 35 000 рублей. 

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Представители истца Буксина Т.Н. в судебном заседании на исковых требованиях настаивала в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «РН-Сервис» по доверенности ФИО1 в судебном заседании с размером исковых требований не согласился по доводам, изложенным в возражениях на исковое заявление. Указал, что в период работы в ООО «РН-Сервис» истец проходил периодические медицинские осмотры, по итогам которых признавался годным к работе. Заявленные к взысканию суммы компенсации морального вреда и расходов по оплате услуг представителя чрезмерно завышены. 

В силу ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации неявка лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте рассмотрения дела, не является препятствием к разбирательству дела, в связи с чем, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле

Суд, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковое заявление подлежит удовлетворению с учетом принципов разумности и справедливости, приходит к следующему.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 2 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании установлено, подтверждено материалами дела и не оспаривается сторонами, что стаж работы ФИО2 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание (машинист подъёмника) составляет 26 лет. При этом истец работал в должности машиниста подъемника 6 разряда в период с 28.08.1997 по 30.06.1998, с 01.07.1998 по 27.03.2006, с 01.04.2006 по 29.12.2023.

Рассматривая требования о взыскании компенсации морального вреда, в связи с профессиональным заболеванием, суд приходит к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Из разъяснений данных в абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Пунктом 47 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» установлено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Из изложенного следует, что работник может обратиться с требованием о компенсации морального вреда, причиненного вследствие утраты им профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, непосредственно к работодателю, который обязан возместить вред работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. Если соглашение сторон трудового договора о компенсации морального вреда, причиненного работнику утратой профессиональной трудоспособности в связи с профессиональным заболеванием, отсутствует или стороны не достигли соглашения по размеру компенсации морального вреда, то работник имеет право обратиться в суд для разрешения такого спора.

В случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. 

Согласно справке Бюро № филиала ФКУ «ГБ МСЭ по ХМАО - Югре» серия МСЭ-2022 №, истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 процентов, в связи с профессиональным заболеванием, установленным 

<

дата>. Акт о случае профессионального заболевания №б/н от 

<

дата>. 

Из акта о случае профессионального заболевания от 

<

дата> следует, что 

<

дата> истцу впервые установлено заболевание 

<

данные изъяты>. Указанное заболевание является профессиональным и возникло в результате несоответствия условий работы санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия вибрации общей и локальной, в течении профессионального маршрута (п.20).

Стаж работы в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов ФИО2 составляет 26 лет, из них у ответчика в должности машиниста подъемника 6 разряда истец проработал с 01.04.2006 по 29.12.2023 (в ООО «Черногорнефтесервис», которое 22.12.2016 было реорганизовано в форме присоединения к ООО «РН-Сервис»). Профессиональное заболевание ФИО2 установлено 12.09.2023. Указанное свидетельствует о том, что профессиональное заболевание возникло вследствие длительного воздействия на организм производственных факторов – вибрации общей и локальной, не соответствующей гигиеническим нормативам в течении профессионального маршрута.

Как следует из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника от 21.04.2023 №, условия труда истца согласно профессиональному маршруту не соответствовали санитарно-эпидемиологическим требованиям по величине воздействия производственных факторов: шума, вибрации, тяжести трудового процесса (отмечается превышение гигиенических нормативов). 

В соответствии с заключением Департамента труда и занятости населения ХМАО-Югры № от 

<

дата>, фактические условия труда на рабочем месте № машиниста подъемника 6 разряда филиала ООО «РН-Сервис» в г.Нижневартовске не соответствуют государственным нормативным требованиям охраны труда, в связи с превышением действующих нормативов от воздействия шума и тяжести трудового процесса.

Таким образом, исходя из конкретных обстоятельств дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных и физических страданий, учитывая возраст и состояние здоровья истца, его материальное и семейное положение, степень вины работодателя, периодов работы истца на предприятии ответчика, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, с ответчика в пользу истца подлежат частичному удовлетворению в размере 500 000 рублей.

Ссылки ответчика относительно прохождения истцом периодических медицинских осмотров, по итогам которых он признавался годным к работе, являются несостоятельными, поскольку законом предусмотрен специальный порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, который как установлено в данном случае, соблюден.

Указание ответчиком на предпринимаемые меры к охране труда, отсутствие вредных условий труда, суд считает необоснованными, так как согласно материалам дела заболевание возникло вследствие длительного воздействия неблагоприятных факторов на протяжении всего профессионального маршрута.

Положения статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривают, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Ссылки ответчика на грубую неосторожность истца противоречат установленным судом обстоятельствам и опровергаются материалами дела, в частности актом о случае профессионального заболевания от 02.11.2023.

В данном случае, материалами дела подтверждается причинно-следственная связь между возникшим у истца профессиональным заболеванием и условиями труда у ответчика. 

В соответствии с актом о случае профессионального заболевания от 02.11.2023, заключительный диагноз и профессиональное заболевание истцу установлен 14.09.2023.

Согласно п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» право застрахованных на обеспечение по обязательному социальному страхованию возникает со дня наступления страхового случая, каковым в силу статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ признается подтвержденный в установленном порядке факт повреждения здоровья застрахованного вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, влекущий возникновение обязательства страховщика осуществлять обеспечение по страхованию. При этом суду следует учитывать, что квалифицирующими признаками страхового случая являются: факт повреждения здоровья, подтвержденный в установленном порядке; принадлежность пострадавшего в кругу застрахованных; наличие причинной связи между фактом повреждения здоровья и несчастным случаем на производстве или воздействием вредного производственного фактора. Днем наступления страхового случая при повреждении здоровья вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания (хронического или острого) является день, с которого установлен факт временной или стойкой утраты застрахованным профессиональной трудоспособности.

Кроме того, в соответствии с п. 22 санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника ранее у ФИО2 профессиональное заболевание не устанавливалось, к профпатологу не направлялся.

Доводы представителя ответчика о недоказанности причинения нравственных и физических страданий также подлежат отклонению, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда (абз. 2 п. 32абз. 2 п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1).

Иные доводы ответчика суд также отклоняет как необоснованные и несостоятельные.

В части требований о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу статьи 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

Общий принцип распределения судебных расходов установлен частью 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 данного Кодекса.

Судебные расходы присуждаются, если они понесены фактически, являлись необходимыми и разумными в количественном отношении. Суд может ограничить взыскиваемую в возмещение соответствующих расходов сумму, если сочтет ее чрезмерной с учетом конкретных обстоятельств, при этом разумность пределов при взыскании судебных расходов суд определяет в каждом конкретном случае, исходя из фактических обстоятельств дела.

Согласно части 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации разумные пределы расходов являются оценочным понятием, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел законом не допускаются. Размер подлежащих взысканию судебных расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, рыночной стоимости оказанных услуг, затраченного представителем на ведение дела времени, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных факторов и обстоятельств дела.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

В силу пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В соответствии с квитанциями к приходному кассовому ордеру № от 

<

дата> на сумму 20 000 рублей и № от 

<

дата> на сумму 35 000 рублей ФИО2 оплатил, а адвокат Буксина Т.Н., действующая по ордеру, получила за оказание юридической помощи денежные средства в размере 55 000 рублей, из которых 20 000 рублей за составление искового заявления и 35 000 рублей за представление интересов в суде.

Согласно рекомендованным базовым минимальным ставкам стоимости некоторых видов юридической помощи, оказываемой по соглашениям адвокатами Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа, утвержденным решением Совета Адвокатской палаты Ханты-Мансийского автономного округа от 25.01.2024 № 1, минимальные ставки составляют: составление искового заявления, связанное с изучением и анализом документов - 27 500 рублей; представление интересов доверителя непосредственно в судебном заседании суда первой инстанции по гражданскому делу (за 1 судодень) - 33 000 рублей. 

Исходя из требований разумности и справедливости, учитывая категорию и уровень сложности дела, временные затраты по участию в нем представителя, объем защищаемого блага, руководствуясь принципом соблюдения баланса прав и интересов сторон, суд признает разумными расходы истца по оплате юридических услуг и услуг представителя в размере 55 000 рублей.

Доказательств чрезмерности и необоснованности понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя, в соответствии с требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суду не предоставлено.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в доход бюджета города окружного значения Нижневартовска подлежит взысканию государственная пошлина с ООО «РН-Сервис» в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО2 (паспорт серии 

<

данные изъяты> №, выданный 

<

дата>) компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 500 000 рублей, а также расходы по оплате юридических услуг и услуг представителя в размере 55 000 рублей, а всего взыскать 555 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «РН-Сервис» в доход бюджета города окружного значения Нижневартовска государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Мотивированное решение составлено 02.07.2024. 

Судья А.В. Латынцев