Дело 2-3420/20 15 октября 2020 года

78RS0017-01-2020-003513-62

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Петроградский районный суд Санкт-Петербурга

в составе: председательствующего судьи Галкиной Е.С.

при секретаре Звычайной И.О.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Сказкин Дом» о признании приказа об увольнении незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда, 

установил:

Истец обратилась в Петроградский районный суд с исковым заявлением к ответчику, в обоснование которого указала, что 03.10.2016 года между ней и ответчиком заключен трудовой договор, в соответствии с которым она принята на работу на должность заместителя генерального директора. В связи со сложившейся эпидемиологической обстановкой в конце марта 2020 года генеральным директором ООО «Сказкин Дом» 

<

ФИО>3 стали проводиться ревизии имеющихся денежных средств в обороте организации, в результате которых была выявлена недостача недополученных денежных средств в размере 1 355 024 рубля 61 копейка. Для истца это было большим потрясением. Однако, инвентаризация на момент выявления недостачи не была проведена. Для проведения инвентаризации истицу пригласили явиться на работу 01.06.2020 года, в этот же день и состоялась инвентаризация, в которой принимали участие и подписали акт 

<

ФИО>3, 

<

ФИО>11, 

<

ФИО>19 также присутствовала операционный директор 

<

ФИО>12. По итогам которой подтвердилась недостача недополученных денежных средств в размере 1 355 024 рубля 61 копейка. Свою позицию об отсутствии причастности и вины в образовании недостачи истец изложила в своем письменном объяснении от 05.06.2020 года. 09.06.2020 года по требованию генерального директора истец предоставила еще одно объяснение. Также ДД.ММ.ГГГГ состоялась работа комиссии в составе генерального директора 

<

ФИО>3, операционного директора 

<

ФИО>12, юрисконсульта 

<

ФИО>5, которые проводили беседу с истцом и менеджерами по работе с клиентами 

<

ФИО>8, 

<

ФИО>7, 

<

ФИО>6, 

<

ФИО>13, после того, как все вышеуказанные сотрудники также представили письменные объяснения. При работе комиссии в ООО «Сказкин Дом» также присутствовала 

<

ФИО>14, которая выполняет обязанности директора по персоналу ООО «Сказкин Дом», ООО «КидБург» и ООО «ЛабиринтУм». В это дже время при участии 

<

ФИО>12, 

<

ФИО>15 был произведен еще раз перерасчет остатка наличных денежных средств, что было зафиксировано в акте, при передаче полномочий от меня к ФИО2 – 

<

ФИО>16. В рамках работы комиссии 

<

ФИО>3 озвучил, что все сотрудники остаются в штате, но не допускаются до работы до момента окончания расследования полиции, а истец отстранена от работы и к своим обязанностям более не вернется. 10.06.2020 года по просьбе истца 

<

ФИО>14 прислала на ознакомление проект приказа от 25.03.2020 года № 25/03-СДГ «Об объявлении простоя» (без подписи генерального директора), который по ее словам она отправляла истцу ранее на рабочую электронную почту, с которым ранее как указывает истец не была знакома. После получения приказа, истец решила написать заявление об увольнении по собственному желанию, так как понимала, что необходимо искать как можно скорее другую работу, а не ждать окончания простоя, получая только 2/3 от должностного оклада, и озвученную позицию, что она больше не вернется к работе в ООО «Сказкин Дом». 10.06.2020 года истец написала заявление об увольнении по собственному желанию – 11.06.2020 года Заявление отправила кадровому работнику 

<

ФИО>4 

<

ФИО>14 по электронной почте и передала в руки исполняющему обязанности, на время ее отстранения 

<

ФИО>20. С приказом об отстранении ее от работы, так же не была ознакомлена. При явки на работу 15.06.2020 года по предварительной договоренности с генеральным директором, для осуществления процедуры увольнения на основании заявления истца об увольнении по собственному желанию, директор по персоналу 

<

ФИО>14 попросила ознакомиться с приказом от 01.06.2020 года № 01/06-СДГ «О прекращении простоя» и подписать задним числом. Данный проект приказа на тот момент не содержал подпись генерального директора, что является препятствием расценивать его допустимым доказательством для законности совершенных действий по увольнению истца. Затем истцу вручили на ознакомление уведомление от 09.06.2020 года об отзыве (отмене) ранее выданной ей доверенности, и настояли на том, чтобы с ним тоже ознакомилась задним числом. Свои действия, как указывает истец 

<

ФИО>14 объяснила тем, что для проведения процедуры увольнения на основании заявления истца, необходимо уладить таким образом некие «Формальности». И сказала, что если приказ о простое не будет подписан задним числом, это может расцениваться как то, что истец прогуляла и не работала удаленно с момента начала простоя. Однако, вместо приказа об увольнении по собственному желанию, генеральный директор дал ей на ознакомление два приказа за одним номером 15-06/01 и от одной даты 15.06.2020 года, из содержания одного следовало, что ее привлекают к дисциплинарной ответственности и в качестве меры дисциплинарного воздействия увольняют в связи с утратой доверия по пункт 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, в связи с выявленной в кассе ООО «Сказкин дом» недостачей денежных средств в крупном размере, которая являлась следствием ее халатности. Из содержания другого следовало, что ее увольняют по основанию, предусмотренному п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, в результате совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные средства или товарные ценности, если эти действия дают основания для утраты доверия к нему со стороны работодателя. После такого обмана со стороны генерального директора, истец почувствовала себя плохо, и по настоянию близких она села в машину и с трудом доехала до поликлиники по месту жительства, откуда ее направили в приемный покой СПб ГБУЗ «Городская больница № 40», о чем она уведомила работодателя. С 17.06.2020 года истцу был выдан неврологом листок нетрудоспособности. Несмотря на это, ответчик воспользовался данной ситуацией, и уволили ее незаконным как указывает истец путем, в том числе в период ее фактической нетрудоспособности. Считает, что работодателем произведено ее увольнение в нарушение норм законодательства. Как указывает истец к уголовной ответственности, предусмотренной ст. 293 УК РФ она не привлекалась, сумма недостачи не является крупным ущербом, вина ее не установлена и не доказана. Кроме того, причину недостачи наличных денежных средств, не передачи их к учету, пояснить не может, так как все денежные средства, поступающие в ее присутствие, всегда передавала инкассатору. Кроме того, содержание договора о полной индивидуальной материальной ответственности от 03.10.2016 года подписанный истцом, не соответствует типовой форме, в разделе 3 трудового договора не содержится ее обязанность нести ответственность за прием на хранение, хранение, отпуск переданных ей материальных ценностей, а тем более денежных средств. Пункт 3.1. договора о полной индивидуальной ответственности от 03.10.2016 года является противоречащим законодательству, так как основание для привлечения работника к материальной ответственности не может служить только установление факта наличия материального ущерба без доказательств вины работника. Также в период трудовой деятельности истца инвентаризация в ее присутствии в ООО «Сказкин Дом» была проведена один раз, в ноябре 2018 года при личном присутствии только бухгалтера 

<

ФИО>17 Имеет все основания полагать, что недостача образовалась в период с ноября 2018 года по март 2020 года.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просила признать ее увольнение незаконным и изменить формулировку увольнения из ООО «Сказкин дом» с увольнения « в связи с утратой доверия, пункт 7 части 1 статьи 81 ТК РФ» на увольнение «по собственному желанию, подпункт 3 пункта 1 ст. 77 ТК РФ», взыскать с ответчика в ее пользу сумму среднего заработка со дня увольнения по день принятия решения о признании увольнения незаконным и изменения формулировки увольнения, взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Истец в настоящее судебное заседание явилась, исковые требования поддержала в полном объеме, просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебное заседание явилась, исковые требования не признала, просила отказать в удовлетворении в полном объеме, в том числе заявила ходатайство о пропуск истцом срока исковой давности. 

Суд, выслушав участников процесса, исследовав материалы дела не находит оснований для удовлетворения иска в связи со следующим:

В соответствии с положениями ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда, соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда, бережно относиться к имуществу работодателя (в том числе к имуществу третьих лиц, находящемуся у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества) и других работников, незамедлительно сообщить работодателю либо непосредственному руководителю о возникновении ситуации, представляющей угрозу жизни и здоровью людей, сохранности имущества работодателя (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества).

Указанной обязанности корреспондирует право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей (пункт 4 части 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно статьи 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.

Как указано в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 Кодекса в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним.

В соответствии со ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие в Российской Федерации по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, при этом в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Согласно разъяснениям, изложенных в п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Также Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 53 указанного Постановления разъяснил, что в силу статьи 46 (часть 1) Конституции РФ, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, статьи 6 (пункт 1) Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также статьи 14 (пункт 1) Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Учитывая это, а также принимая во внимание, что суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение, обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции РФ и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 ТК РФ), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям.

Статья 193 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает порядок применения дисциплинарного взыскания. До применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Как усматривается из материалов дела, 03.10.2016 года между сторонами заключен трудовой договор, согласно которому истец принята на должность заместителя генерального директора в АУП. 

В соответствии с п. 2.1.1 трудового договора работодатель имеет право требовать от работника своевременного и точного выполнения им трудовых обязанностей, утвержденных планов работы, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка; осуществлять контроль за выполнением работником его трудовой функции и соблюдения установленных ему правил работы. Привлекать работника к материальной ответственности в случае причинения материального ущерба имуществу работодателя (п. 2.5.1). 

В свою очередь работник обязан бережно относится к имуществу работодателя; не допускать повреждения (порчи) или утраты материальный ценностей, принадлежащих работодателю (п. 3.2.3).

Согласно трудового договора и подписи истца, с должностной инструкцией, правилами внутреннего трудового распорядка ознакомлена до подписания трудового договора, то есть не позднее 03.10.2016 года.

Кроме того, между сторонами подписан договор о полной индивидуальной материальной ответственности 03.10.2016 года, согласно которой основанием для привлечения работника к материальной ответственности является материальный ущерб, наличие которого установлено по итогам инвентаризации или выборочной проверки (п. 3.1.).

Привлечение работника к материальной ответственности производится руководством работодателя по результатам проведенного служебного расследования причин образования ущерба, с учетом письменных объяснений, представленных работником, а в необходимых случаях также заключением независимых экспертов (п. 3.2).

Согласно утвержденной генеральным директором 05.05.2015 года должностной инструкции заместителя генерального директора в основные должностные обязанности входят в том числе: осуществление операций по приему, учету, выдаче и хранению денежных средств, обеспечивающих их сохранность, осуществление контроля сохранности материальных ценностей, участие в инвентаризации вверенных материальных ценностей, организация регулярной передачи денежных средств инкассаторам (п.п. 2.4-2.6).

Из представленных материалов ответчиком следует, что 26.03.2020 года на основании приказа № 25/03-СДГ от 25.03.2020 года генеральным директором ООО «Сказкин дом» 

<

ФИО>3 был объявлен простой для заместителя генерального директора ООО «Сказкин дом» ФИО1. С указанным приказом истец ознакомлена 25.03.2020 года, что следует из листа об ознакомлении 25.03.2020 года.

01.06.2020 года на основании приказа № 01/06-СДГ от 01.06.2020 года генеральным директором ООО «Сказкин дом» 

<

ФИО>3 было объявлено 01.06.2020 года – датой окончания простоя для заместителя генерального директора ООО «Сказкин дом» ФИО1.С указанным приказом истец ознакомлена согласно подписи 01.06.2020 года, доказательств обратного суду не представлено.

01.06.2020 года на основании приказа № СД00-000001 от 01.06.2020 года генеральным директором ООО «Сказкин дом» 

<

ФИО>3 была назначена инвентаризация денежных средств в кассе предприятия, расположенного по адресу: Санкт-Петербург, 

<

адрес>, в месте работы истца согласно договора. 

В ходе проведения инвентаризации была выявлена недостача денежных средств в размере 1 355 024 рубля 61 копейка. В инвентаризации также принимала участие истец ФИО1. По итогам составлен акт № 1 о 01.06.2020 года и подписан всеми лицами, принимавшими участие в инвентаризации, в котором был зафиксировано фактическое наличие денежных средств в кассе в размере 29 090 рублей и сумма выявленной недостачи, в том числе подписан и истцом.

Уведомлением от 01.06.2020 года генерального директора истцу предложено предоставить объяснения в порядке ст. 247 ТК РФ.

Членам комиссии указано в срок до 15.06.2020 года провести служебное расследование по факту образовавшейся недостачи на основании приказа № 01-06-20202 от 01.06.2020 года.

В ходе расследования от истца запрошены письменные объяснения в порядке ст. ст. 193, 247 ТК РФ. 

Как указывает сама истец 05.06.2020 года и 09.06.2020 года она предоставила объяснения в порядке ст. 193, 247 ТК РФ, согласно которым объяснить причину недостачи она не может.

15.06.2020 года по результатам служебного расследования членами комиссии составлен акт «О результатах служебного расследования» от 15.06.2020 года, в соответствии с которым – действия (бездействия) истца были квалифицированы как грубое нарушение трудовой дисциплины, выраженное в неисполнении своих должностных обязанностей, повлекших утрату доверия со стороны работодателя и как следствие прекращения трудовых отношений на основании изданного генеральным директором ответчика приказа № 15-06/1 от 15.06.2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) на основании п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.

Как установлено в судебном заседании из пояснений истца, и следует из вышеуказанного приказа, истец при его ознакомлении отказалась от подписи об ознакомлении с ним.

Ответчик в своих возражениях указал, что нарушения истцом своих должностных обязанностей, зафиксированы в акте расследования. В частности, истцом были допущены грубые нарушения, а именно: невыполнение обязанности по инкассации денежных средств, предусмотренной в пункте 2.6 инструкции заместителя генерального директора. Обязанность по инкассации денежных средств возлагалась только на истца. 

Как указывает ответчик, истец переложила выполнение своих обязанностей по передаче в инкассацию денежных средств на неуполномоченных лиц, а именно на своих подчиненных – менеджеров по работе с клиентами, в должностной инструкции которых от 19.05.2016 года обязанность инкассации денежных средств не предусмотрена.

В качестве подтверждения своих возражений, ответчиком представлены копии квитанций к сумкам № 5,10,14,16,20,23,26,27,30,33,34 за период с 27.08.2019 года по 17.03.2020 года, согласно которым менеджеры 

<

ФИО>6, 

<

ФИО>7, 

<

ФИО>8, 

<

ФИО>9 вместо истца сдавали денежные средства в инкассацию, в дни когда истец не находилась на больничном или в отпуске, а также в ее рабочие дни, что следует из справки главного бухгалтера от 02.06.2020 года.

Указанные обстоятельства по возложению своих должностных обязанностей истцом не оспариваются. 

Таким образом, из изложенного следует, что недостача денежных средств в размере 1 355 024 рубля 61 копейка, принадлежащих ответчику, произошла в результате нарушения истцом трудовых обязанностей, возложенных на нее трудовым договором и договором о полной индивидуальной материальной ответственности, выразившихся в небрежном отношении к имуществу работодателя и необеспечении сохранности вверенных ей денежных средств. В том числе, истцом, при инкассации менеджерами за период с 27.08.2019 года по 17.03.2020 года денежных средств не проверена правильность оформления квитанций к сумкам № 5,10,14,16,20,23,26,27,30,33,34.

По мотиву утраты доверия могут быть уволены работники, совершившие умышленно или по неосторожности действия, которые имели или могли иметь вредные последствия, то есть причинили или могли причинить имущественный вред, и когда имеются конкретные факты, подтверждающие невозможность доверять работнику ценности.

При этом утрата доверия по смыслу закона предполагает невозможность продолжения трудовых отношений, независимо от предшествующего поведения работника и его отношения к труду.

Суд, разрешая спор, на основании оценки представленных сторонами спора доказательств, положений трудового договора, должностной инструкции истца и договора о материальной ответственности, заключенного в соответствии с требованиями Постановления Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 г. N 85 "Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности", принимая во внимание, что ФИО1 являлась материально ответственным лицом, а также учитывая, что в силу трудового договора и должностной инструкции истец обязана была осуществлять контроль за сохранностью материальных ценностей, их приемку и оприходование, при данных обстоятельствах с учетом выявленных при проведении инвентаризации неоднократных нарушениях должностной инструкции и возложенных на истца обязанностей по инкассации, приходит к выводу о том, что работодатель имел право уволить истца за совершение виновных действий, дающих основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя, по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Довод истца о том, что работодатель должен был рассмотреть ее заявление от 10.06.2020 года об увольнении по собственному желанию, направленное посредством электронной почты и уволить ее по собственному желанию, (подпункт 3 пункта 1 ст. 77 ТК РФ), суд находит несостоятельным, поскольку работодателю законодательством предоставлено право при установлении виновных действий работника, применить к нему дисциплинарное взыскание в виде увольнения, в том числе по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Кроме того, стороной истца не представлено доказательств бесспорно свидетельствующих, о направлении в установленном законом порядке заявления на увольнение по собственному желанию.

Также суд находит несостоятельным и довод истца о том, что ответчик уволил ее в период ее нетрудоспособности.

Как следует из пояснений данных истцом в настоящем судебном заседании, указанных в исковом заявлении, с приказом об увольнении от 15.06.2020 года ответчик ознакомил ее утром 15.06.2020 года, когда она пришла на работу. Это также следует и из приказа от 15.06.2020 года № 15-06/1, и акта об отказе подписания приказа на увольнение № 15-06/1, согласно которых в 10 часов 15 минут генеральный директор путем прочтения вслух ознакомил истца с приказом об увольнении на основании п.7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Истец же в свою очередь от подписи под приказом отказалась.

При этом, согласно выписного эпикриза из медицинской карты стационарного больного № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что первичный осмотр произведен в 15:58, то есть после ознакомления с приказом об увольнении. Госпитализированы истец в стационар не была, получила рекомендации по амбулаторному дообследованию, наблюдению и лечения у терапевта в поликлинике по месту жительства. Листок нетрудоспособности выдан ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты>.

При таких обстоятельствах, ответчик произвел увольнение истца не в период ее нетрудоспособности.

Более того, как пояснила истец в настоящем судебном заседании с 11.08.2020 года она работает, и осуществляет трудовую функцию генерального директора ООО «НКА».

Поскольку в удовлетворении основного требования истцу отказано, то и в удовлетворении производных от него об изменении формулировки увольнения с увольнения « в связи с утратой доверия, пункт 7 части 1 статьи 81 ТК РФ» на увольнение «по собственному желанию, подпункт 3 пункта 1 ст. 77 ТК РФ», взыскании с ответчика в ее пользу суммы среднего заработка со дня увольнения по день принятия решения о признании увольнения незаконным и изменения формулировки увольнения, взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей належит отказать в полном объеме.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ООО «Сказкин Дом» о признании приказа об увольнении незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга.

Решение суда в окончательно форме изготовлено 22.10.2020 года.

Судья Е.С. Галкина