Дело № 10-5204/2020 судья Ерофеева И.А.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 19 ноября 2020 года

Челябинский областной суд в составе:

председательствующего – судьи Терещенко О.Н.,

при ведении протокола помощником судьи Боровинской А.И.,

с участием прокурора Тарасовой Н.П.,

осужденного Шулакова П.А.,

защитника адвоката Тютикова И.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению государственного обвинителя Мичурина Е.В., дополнительному апелляционному представлению и.о. прокурора Нязепетровского района Челябинской области Сакенбаева А.Б., апелляционной и дополнительной жалобам адвоката Втулкина Н.В., поданным в интересах осужденного Шулакова П.А., на приговор Нязепетровского районного суда Челябинской области от 24 июля 2020 года, которым

ШУЛАКОВ Павел Анатольевич, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>, гражданин 

<

данные изъяты>, судимый:

10 мая 2012 года Нязепетровским районным судом Челябинской области по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы условно с испытательным сроком три года шесть месяцев; постановлением Нязепетровского районного суда Челябинской области от 13 марта 2013 года условное осуждение отменено, направлен для отбывания наказания в виде двух лет лишения свободы в исправительную колонию общего режима; освобожден 12 марта 2015 года по отбытии наказания;

30 мая 2016 года Каслинским городским судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Челябинского областного суда от 13 января 2017 года) по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ (3 преступления), п.п. «а», «б, «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (3 преступления), с применением положений ч. 2 ст. 69 УК РФ к трем годам одиннадцати месяцам лишения свободы; освобожден 30 июля 2019 года по отбытии наказания,

22 мая 2020 года Нязепетровским районным судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Челябинского областного суда от 07 июля 2020 года) по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 158 УК РФ, с применением положений ч. 2 ст. 69 УК РФ к трем годам лишения свободы;

08 июня 2020 года Нязепетровским районным судом Челябинской области (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Челябинского областного суда от 13 августа 2020 года) по ч. 1 ст. 158 УК РФ, п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением положений ч. 2 ст. 69 УК РФ к трем годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 22 мая 2020 года) к трем годам шести месяцам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

осужден по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок два года, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ, путем частичного сложения вновь назначенного наказания с наказаниями по приговорам от 22 мая 2020 года и от 08 июня 2020 года, окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок четыре года с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения до вступления приговора в законную силу оставлена прежней в виде заключения под стражу.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 21 февраля 2020 года до дня вступления приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Этим же приговором уголовное преследование по ч. 1 ст. 167 УК РФ прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, с признанием за ФИО1 права на реабилитацию.

Заслушав выступления прокурора Тарасовой Н.П., поддержавшей доводы апелляционного представления и дополнения к нему, осужденного ФИО1, принявшего участие в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи, адвоката Тютикова И.Г., поддержавших доводы апелляционной и дополнительной жалоб, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным и осужден за тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в помещение, с причинением потерпевшей Ш.Г.П. материального ущерба на сумму 12 500 рублей.

Преступление совершено в один из дней периода времени с 08 февраля 2020 года до 18 часов 00 минут 20 февраля 2020 года на территории г. Нязепетровска Челябинской области при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Уголовное преследование по ч. 1 ст. 167 УК РФ прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления, с признанием за ФИО1 права на реабилитацию.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Мичурин Е.В., не соглашаясь с приговором по основаниям, предусмотренным п.п. 1-4 ст. 389.15 УПК РФ, просит его отменить с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство.

Считает, что решение о прекращении уголовного преследования по ч. 1 ст. 167 УК РФ принято с существенным нарушением норм уголовного и уголовно-процессуального закона, поскольку положения ст.ст. 239, 254 УПК РФ не предполагают возможности прекращения уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ. Также в резолютивной части приговора суд ошибочно сослался на положения п. 2 ч. 1 ст. 24 УК РФ вместо п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Указывает, что выводы суда об отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК РФ, являются немотивированными, противоречат фактическим обстоятельствам уголовного дела. Так, в судебном заседании объективно установлено, что, намереваясь похитить радиатор морозильной камеры, который сам по себе не представляет для потерпевшей материальной ценности, ФИО1 целенаправленно, то есть умышленно, разломал ее.

По мнению автора представления, суд без каких-либо достаточных оснований поставил под сомнение показания потерпевшей о размере причиненного ущерба и его значительности, взяв за основу предположение стороны защиты о возможном нахождении морозильной камеры в нерабочем состоянии, поскольку потерпевшая длительное время не использовала ее по назначению.

Отмечает, что в судебном заседании установлен единственный источник дохода потерпевшей – пенсия по старости в размере 9 200 рублей, в то время как размер ущерба, причиненного по ст. 167 УК РФ, составляет 18 000 рублей. Каких-либо оснований не доверять показаниям потерпевшей о размере причиненного ущерба не имеется, а в случае возникновения подобных сомнений суд был вправе самостоятельно назначить соответствующую экспертизу.

Полагает, что признак значительности ущерба, причиненного кражей, исключен без достаточных на то оснований, поскольку размер ущерба значительно превышает ежемесячный доход потерпевшей.

Обращает внимание, что потерпевшей заявлены исковые требования о взыскании с ФИО1 18 000 рублей, то есть стоимости поврежденной морозильной камеры. При этом, даже в случае оправдания ФИО1 по ч. 1 ст. 167 УК РФ, исковые требования подлежали рассмотрению с учетом осуждения последнего по ст. 158 УК РФ, поскольку среди прочего имущества потерпевшей был похищен радиатор морозильной камеры, которая была повреждена в процессе хищения.

Информирует, что в нарушение требований ст. 304 УПК РФ, п.п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре» во вводной части обжалуемого приговора не указаны приговоры от 22 мая 2020 года и 08 июня 2020 года.

Сообщает, что, поскольку на дату постановления обжалуемого приговора ФИО1 являлся лицом, отбывающим наказание в виде лишения свободы по приговору от 22 мая 2020 года, зачету в срок отбывания наказания подлежал лишь период с 21 февраля 2020 года по 21 мая 2020 года включительно.

Считает, что назначенное на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ итоговое наказание в виде четырех лет лишения свободы не может быть признано справедливым, так как ФИО1 ранее неоднократно судим, в его действиях имеется рецидив преступлений.

В дополнительном апелляционном представлении и.о. прокурора Нязепетровского района Челябинской области Сакенбаев А.Б. указывает, что приведенные в описательно-мотивировочной части перечень похищенного имущества и его стоимость не соответствуют обвинительному заключению.

В апелляционной и дополнительной жалобах адвокат Втулкин Н.В. считает приговор в части осуждения ФИО1 незаконным в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального законодательства, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора вследствие чрезмерной суровости, просит его изменить, применить правила ст. 64, ч. 3 ст. 68, ст. 73 УК РФ и назначить наказание, не связанное с изоляцией от общества.

Сообщает, что в нарушение требований п.п. 1, 2 ст. 307 УПК РФ при описании инкриминируемого деяния суд неверно указал перечень похищенного у потерпевшей имущества, который не соответствует перечню имущества, указанному в обвинительном заключении, а также неверно определил его стоимость. Отмечает, что приведенные в приговоре показания свидетеля Ш.И.Д., данные в ходе предварительного следствия, не оглашались и не соответствуют показаниям указанного лица в судебном заседании, в том числе в части повреждения морозильной камеры и возможности ее восстановительного ремонта.

Информирует, что судом не принято решение по заявленному потерпевшей гражданскому иску с учетом оправдания ФИО1 по ч. 1 ст. 167 УК РФ.

Полагает, что решение о невозможности применения к ФИО1 ст. 64, ч. 3 ст. 68, ст. 73 УК РФ недостаточно мотивировано. При этом, по мнению адвоката, судом не в полной мере учтено, что ФИО1 характеризуется удовлетворительно, имеет малолетнего ребенка на иждивении, работал неофициально, содержал гражданскую супругу и ее ребенка, признал вину, раскаялся, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, написал явку с повинной, оказал содействие в поиске похищенного имущества, частично возместил вред от преступления, а также отсутствие каких-либо тяжких последствий от преступления.

Считает, что наказание по совокупности с приговором от 22 мая 2020 года, вступившим в законную силу, подлежало назначению путем поглощения менее строгого наказания более строгим. При этом правила ч. 5 ст. 69 УК РФ по отношению к приговору от 08 июня 2020 года применены незаконно, поскольку указанный приговор не вступил в законную силу.

В возражениях на апелляционное представление и дополнение к нему адвокат Втулкин Н.В. находит их доводы несостоятельными, полагает, что решение о прекращении уголовного преследования по ч. 1 ст. 167 УК РФ в отношении ФИО1, а не его оправдание, является формальным основанием и может быть исправлено судом апелляционной инстанции. Отмечает, что вопрос о возмещении вреда от преступления, если такой вред был причинен, возможно решить в гражданском порядке. Считает, что приговор в части перечня и стоимости похищенного у потерпевшей имущества подлежит изменению с уменьшением вмененного размера похищенного со значительным снижением назначенного наказания.

Заслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционного представления с дополнением и апелляционной жалобы с дополнением, проверив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене на основании п.п. 1, 2 ст. 389.15 УПК РФ, в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Согласно положениям ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с п. 2 ст. 389.16 УПК РФ приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

В силу ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ основанием отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются такие существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного решения.

Так, решение суда о прекращении уголовного преследования по ч. 1 ст. 167 УК РФ принято с существенным нарушением норм уголовного и уголовно-процессуального закона, поскольку на стадии судебного рассмотрения требования ст.ст. 239, 254 УПК РФ не предполагают возможности прекращения уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Если в деянии подсудимого отсутствует состав преступления, то постановляется оправдательный приговор. Суд должен был руководствоваться положениями п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

При этом описательно-мотивировочная часть оправдательного приговора должна содержать существо предъявленного обвинения, обстоятельства, установленные судом, основания оправдания и доказательства, их подтверждающие, мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной обвинения.

В соответствии с положениями ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Данные требования закона не были соблюдены судом.

Органами предварительного расследования ФИО1 обвинялся в том, что в период времени с 08 февраля 2020 года до 18 часов 20 февраля 2020 года с целью кражи чужого имущества незаконно проник в помещение веранды 

<

адрес>, предназначенное для временного нахождения людей и размещения материальных ценностей, откуда тайно похитил принадлежащие Ш.Г.П. товароматериальные ценности: дрель, стоимостью 1500 рублей; дрель марки «Sturn», стоимостью 1000 рублей; угловую шлифовальную машинку марки «Энергомаш УШМ – 90180 А», стоимостью 3000 рублей с установленным на нее полировочным кругом, стоимостью 1000 рублей; ручную циркулярную пилу марки «Прогресс» ПД-190\1200К 1», стоимостью 3000 рублей; швейную машинку, стоимостью 500 рублей. Со двора указанного дома ФИО1 тайно похитил отопительный радиатор, стоимостью 1500 рублей, четыре проката длиной 1 метр каждый, стоимостью 200 рублей за один прокат, на общую сумму 800 рублей; из бани похитил алюминевый таз, объемом 20 литров, стоимостью 200 рублей.

Находясь во дворе указанного дома, у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на повреждение морозильной камеры, с целью хищения из нее испарителя (радиатора). Действуя умышленно, из корыстных побуждений, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения значительного ущерба собственнику, с целью хищения испарителя (радиатора) повредил корпус, деформировал боковые панели, повредил внутреннюю панель, витринное стекло, электропроводку и датчик температуры, после чего демонтировал и похитил испаритель (радиатор), отдельно не представляющий для потерпевшей Ш.Г.П. материальной ценности. С похищенным скрылся, распорядился по своему усмотрению, причинил Ш.Г.П. значительный материальный ущерб на общую сумму 12500 рублей, а также совершил умышленное повреждение чужого имущества (морозильной камеры), повлекшее причинение значительного ущерба.

Органами предварительного расследования действия ФИО1 квалифицированы по п.п. «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с незаконным проникновением в помещение, с причинением значительного ущерба гражданину; и по ч. 1 ст. 167 УК РФ как умышленное повреждение чужого имущества, повлекшее причинение значительного ущерба.

Прекращая уголовное преследование в отношении ФИО1 за отсутствием в его деянии состава преступления, суд обосновал свои выводы тем, что исследованный объем доказательств не свидетельствует о наличии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК РФ, что имеются сомнения как по размеру причиненного ущерба, так и в его значительности для потерпевшей.

По мнению суда, объективных доказательств в обоснование того, что действиями ФИО1 потерпевшей был причинен значительный ущерб, материалы дела не содержат, поскольку сведений о материальном положении, наличии в собственности потерпевшей имущества не имеется, сама потерпевшая при рассмотрении дела не подтвердила, что причиненный хищением ущерб для нее является значительным, требований о возмещении ущерба не заявила.

Однако в приговоре не приведено убедительных мотивов, по которым суд пришел к таким выводам.

Данные выводы суда порочны, поскольку не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, сделаны в нарушение требований уголовно-процессуального закона, касающихся правил оценки представленных доказательств с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности.

Утверждения суда о том, что потерпевшая в судебном заседании не подтвердила значительность ущерба, не заявила иск, не исследовалось ее материальное положение, не соответствуют действительности, материалам уголовного дела, протоколу судебного заседания.

В судебном заседании потерпевшая Ш.Г.П. поясняла, что морозильную камеру приобрела за 18000 рублей, она находилась в рабочем состоянии, ущерб как от повреждения морозильной камеры, которая восстановлению не подлежит, так и от кражи имущества в размере 12500 рублей для нее является значительным; размер ее пенсии составляет 9200 рублей, другого дохода она не имеет. Обратилась с исковыми требованиями, которые полностью поддержала в судебном заседании (л.д. 128-129, 222-231 т. 2).

Как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании установлено, что единственным источником дохода для потерпевшей является ее пенсия по старости в размере 9200 рублей, в то время как размер причиненного ущерба от повреждения имущества 18000 рублей, от кражи 12500 рублей.

При оценке стоимости похищенного имущества на общую сумму 12500 рублей суд принял во внимание показания потерпевшей, в то же время, при оценке стоимости морозильной камеры и ее исправности, поставил под сомнение показания Ш.Г.П., взял за основу предположения стороны защиты о возможном нахождении морозильной камеры в нерабочем состоянии, исключил из квалификации признак причинения значительного ущерба потерпевшей, в чем усматриваются противоречия в выводах суда. При этом суд не указал причину, по которой он не доверяет показаниям потерпевшей.

Из материалов уголовного дела видно, что в ходе как предварительного, так и судебного следствия потерпевшая давала последовательные показания, исследовалось ее материальное положение. В материалах дела органами предварительного расследования представлена справка УПФР в Нязепетровском районе Челябинской области о размере ежемесячной пенсии Ш.Г.П. (л.д. 88 т. 1), справка о стоимости имущества (л.д. 89-91 т. 1).

Морозильная камера была осмотрена с участием специалиста А.П.М., который пояснил, что восстановлению она не подлежит (л.д. 137-140 т. 1).

Компетенция специалиста А.П.М. подтверждена соответствующими документами (л.д. 146 т. 1). А.П.М. был допрошен в ходе предварительного расследования о техническом состоянии морозильной камеры.

Морозильная камера была приобщена к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства.

В случае сомнения в представленной оценке стоимости поврежденного имущества в соответствии со ст. 283 УПК РФ суд по собственной инициативе мог назначить судебную экспертизу.

Также, как верно указано в дополнительном апелляционном представлении и апелляционной жалобе адвоката, приведенные в описательно-мотивировочной части объем похищенного имущества и его стоимость не соответствуют обвинительному заключению.

Из описательно-мотивировочной части приговора видно, что суд исключил из объема похищенного имущества машинку марки «Энергомаш УШМ-90180А», стоимостью 3000 рублей, с установленным на нее полировочным кругом стоимостью 1000 рублей, дрель марки «Sturm», стоимостью 1000 рублей, и, выйдя за пределы предъявленного обвинения, в нарушение ст. 252 УПК РФ, указал дрель марки «Sturm» УШМ-90180А», стоимостью 3000 рублей, с установленным на нее полировочным кругом, стоимостью 1000 рублей. Изменив объем похищенного имущества, суд не мотивировал свои выводы. При сложении стоимости похищенного имущества, указанного в приговоре, сумма 12500 рублей не соответствует арифметическому подсчету (1500 + 3000 + 1000 + 3000 + 500 + 1500 + 800 + 200 = 11500 рублей).

При таких обстоятельствах апелляционная инстанция разделяет доводы прокурора о незаконности и необоснованности постановленного приговора, который подлежит отмене.

Уголовное дело должно быть направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение, поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения являются неустранимыми в суде апелляционной инстанции.

При новом судебном разбирательстве суду следует исследовать все представленные сторонами доказательства, дать им надлежащую оценку, принять законное и обоснованное решение, свои выводы убедительно мотивировать.

Доводы апелляционного представления, касающиеся наказания и гражданского иска, и апелляционной жалобы адвоката Втулкина Н.В. подлежат проверке судом при новом рассмотрении уголовного дела по существу.

Необходимости в избрании ФИО1 меры пресечения не имеется, поскольку в настоящее время он отбывает наказание в виде лишения свободы по приговору от 08 июня 2020 года.

Руководствуясь ст. ст. 389.20, ст. 389.28, ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Нязепетровского районного суда Челябинской области от 24 июля 2020 года в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Председательствующий