Дело № 2-572/2019

УИД: 66RS0011-01-2019-000469-96

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Каменск-Уральский 16 июля 2019 года

Красногорский районный суд г. Каменска-Уральского Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Ежовой Г.Е.,

при секретаре Максимовой Т.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца и третьего лица А. – адвоката Ефимовских Н.И., действующей на основании доверенностей от 16.11.2018 и от 05.12.2018, представителя ответчиков – ФИО2, действующей на основании доверенности №** от 04.05.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании денежных средств и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам о взыскании денежных средств в размере 62 536,48 рублей.

Впоследствии истец уточняла исковые требования и просила взыскать с ответчиков в равных долях в счет возмещения причиненного ущерба денежную сумму в размере 96 862,58 рублей. После этого истец снова уточнила исковые требования и просила обязать ответчиков возвратить незаконно вывезенные из квартиры и присвоенные вещи. В случае невозможности их возврата взыскать с ответчиков в равных долях в счет возмещения стоимости похищенного имущества 73 341,98 рублей, а также денежную сумму в размере 23 520,60 рублей, из которых: 1354,50 рублей – стоимость нового замка, 10 000 рублей – в счет компенсации морального вреда, 2 166,10 рублей – расходы по уплате государственной пошлины, 10 000 рублей – расходы на оплату услуг адвоката.

В обоснование исковых требований указано, что 06.05.2013 истец с супругом приобрели квартиру, расположенную по 

<

адрес>, право собственности на которую зарегистрировано на имя супруга А. После получения свидетельства о регистрации права собственности, в квартире сделали косметический ремонт, застеклили балкон, повесили шторы, плафоны и завезли мебель. В квартиру вселили мать супруга истца – В. и зарегистрировали её по месту проживания. После смерти свекрови В., последовавшей 12.07.2016, истец с супругом смогли зайти в квартиру только срезав замки в присутствии участкового уполномоченного отдела полиции № 23 МО МВД России «Каменск-Уральский», и обнаружили, что из квартиры пропали вещи: мебель из ротанга, сетки с пластиковых окон, жалюзи, светильники, радиаторы, телевизоры, инструмент. По данному факту обратились в полицию. Со слов соседей, а также сотрудников отдела полиции стало известно, что вещи были вывезены ответчиками после смерти свекрови. В связи с этим в возбуждении уголовного дела было отказано. Несмотря на неоднократные жалобы, постановление не отменено, дело не возбуждено. При этом, что из имущества присвоено каждым из ответчиков, неизвестно. Однако вещи, похищенные из квартиры, в которой до дня своей смерти проживала свекровь истца, были приобретены на совместные средства истца и её супруга. Соответственно, мать супруга истца могла ими в полной мере пользоваться, но не вправе была распоряжаться. Следовательно, присвоение ответчиками имущества, находящегося в квартире, принадлежащей на праве собственности истцу и её супругу, без их ведома и согласия, является незаконным, фактически неосновательным обогащением. В связи с этим, истец вправе требовать возврата имущества из чужого незаконного владения. Но учитывая, что место нахождения вещей и их состояние неизвестно, в случае отсутствия возможности их возврата, истец вправе взыскать их стоимость либо стоимость аналогичного товара в ценах на сегодняшний день. Так, из квартиры похищены вещи, стоимость которых в ценах на сегодняшний день составляет 61 181,98 рублей:

- телевизор 

<

данные изъяты>, стоимостью 17 000 рублей;

- телевизор 

<

данные изъяты>, стоимостью 3 450 рублей;

- DVD проигрыватель 

<

данные изъяты>, стоимостью 1 450 рублей;

- кольцо золотое обручальное по цене 12 576 рублей;

- обогреватель масляный 

<

данные изъяты> стоимостью 7 656,66 рублей;

- радиатор 

<

данные изъяты>, 9 секций, стоимостью 5 040 рублей;

- светильник накладной, стоимостью 1 449,32 рублей;

- светильник переносной, стоимостью 424 рубля;

- жалюзи рулонные, стоимостью 5 332 рубля;

- жалюзи горизонтальные 4 шт., стоимостью 3 280 рублей;

- жалюзи вертикальные, стоимостью 3 524 рубля;

- кресло из ротанга, стоимостью 7 000 рублей;

- вешалка напольная из ротанга, стоимостью 5 160 рублей.

Кроме того, истец с супругом вынуждены были поменять замок на входной двери в квартиру, стоимость которого составляет 1 354,50 рублей. Таким образом, общий размер причиненного истцу ущерба составляет 74 696,48 рублей. 

Истец ФИО1 и представитель истца и третьего лица А. в судебном заседании требования поддержали, просили удовлетворить.

Представитель ответчиков с исковыми требованиями не согласилась, просила в их удовлетворении отказать, так как истцом не представлено достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих право собственности истца на имущество, наличие данного имущества в квартире и его нахождение у ответчиков.

Свидетель К., допрошенный в судебном заседании, пояснил, что является участковым. В период с 2015 по 2017 год исполнял обязанности участкового уполномоченного на территории, к которой относилась квартира по 

<

адрес>. В указанной квартире проживала В. С 2015 года семья истца и В. подавали друг на друга заявления в полицию. В. считала, что сын обманул её и оформил квартиру на себя. Истец с супругом не могли попасть в квартиру, ключи от квартиры В. забрала. После её смерти, по заявлению А., сотрудники оперативной группы вместе с экспертом вскрывали квартиру. Протокол осмотра места происшествия он не составлял, брал только объяснения с истца, её супруга и соседей, которые проживали этажом выше. В квартире в момент осмотра был сильный беспорядок. Стояла стенка во всю длину комнаты, ещё стояло кресло или диванчик, также был стол, кровать и табуретка. В квартире находились телевизоры, один из них был старый, а второй похож на марку 

<

данные изъяты>.

Свидетель К. в судебном заседании показала, что истец является матерью её подруги Н. Знакомы давно, с 2004 года. Со своей подругой вместе ходили к её бабушке. Квартира, в которой жила бабушка, являлась квартирой родителей подруги. В коридоре стояла деревянная вешалка, сбоку – настенная вешалка. При входе было зеркало, и стоял комод. В комнате стояли диван и стенка. У окна стояли телевизоры, один был большой, а другой – маленький. Телевизоры стояли рядом. Также еще стоял музыкальный центр, а в стенке находилась посуда. На балконе стояло кресло, и был ковер. На кухне стоял шкаф для посуды. В шкафу был сервиз. В туалетной комнате стояла стиральная машина. На окнах висели жалюзи. Последний раз она была в квартире летом 2013 года. С 2014 года она с подругой перестала посещать ее бабушку, потому что у родителей подруги произошел конфликт с бабушкой. 

Свидетель Я., допрошенный в судебном заседании, пояснил, что с сентября 2012 года являлся соседом и проживал в квартире этажом выше. В спорной квартире сама истец не проживала, а проживала бабушка. С кем вместе проживала бабушка, не мог сказать. После смерти бабушки он видел, как двое мужчин и женщина вывозили вещи из квартиры. Видел, как выносили вещи: сумки клетчатые, жалюзи и телевизор. Жалюзи лежали все вместе горизонтально. Также видел, когда вскрывали квартиру в присутствии участкового и истца. После дал объяснения участковому.

Свидетель П. в судебном заседании показал, что являлся участковым уполномоченным. 22.07.2016 им был составлен протокол осмотра места происшествия – квартиры 

<

адрес>. Протокол составлялся в присутствии двух понятых и эксперта. В соответствии с протоколом вход в квартиру осуществлен через сейф-дверь. При входе в ванную комнату находился пакет с вещами. От входа на кухню справа в двух метрах стоял холодильник, газовая плита, обеденный стол. Справа от входа в комнату расположен диван, стол, окно. На диване был телевизор 

<

данные изъяты>, в стенке – телевизор 

<

данные изъяты>, стоял вентилятор 

<

данные изъяты>. Были сняты следы папиллярных узоров с холодильника и откосов. О наличии жалюзи на окнах не помнит.

Суд, выслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему выводу.

В силу части 2 статьи 35 Конституции Российской Федерации каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами; никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

В соответствии со статьями 209, 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, при этом он может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не соединены с лишением владения.

На основании статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

При этом собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при применении статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации следует иметь в виду, что собственник вправе истребовать свое имущество от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Как установлено судом, с 11.06.2013 собственником квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, является А., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права собственности (л.д. 11).

Истец ФИО1 является супругой А. (л.д. 76).

Указанное жилое помещение было приобретено супругами в период брака.

Сторонами не оспаривалось, что после приобретения квартиры в ней проживала мать супруга истца – В.

В судебном заседании истец поясняла, что все перечисленные в исковом заявлении вещи находились в квартире.

Вещи были приобретены совместно с супругом А., что подтверждается материалами дела (л.д. 12-19).

12.07.2016 В. умерла (л.д. 102). 

Представителем ответчиков были представлены суду документы, подтверждающие расходы, понесенные ответчиками, на организацию и проведение похорон (л.д. 103-104, 108-110).

Данное обстоятельство стороной истца не оспаривалось.

Судом также было установлено, что с 2014 года истец и её супруг не поддерживали отношения с В., не общались. Замок на входной двери был заменен при жизни В.

Суд не принимает в качестве доказательства наличия вещей в квартире показания свидетелей К. и Я., поскольку их показания не подтверждают данный факт на день смерти В.

Показания участковых уполномоченных К. и П. не свидетельствуют о том, что перечисленные истцом вещи находились в квартире. Об их отсутствии сотрудники полиции указали со слов третьего лица А. и истца. Каким-либо иным образом факт наличия вещей в квартире и в последующем их отсутствие сотрудниками полиции не зафиксирован.

Представленные истцом видеосъемка и фотографии также с достоверностью не подтверждают факт наличия вещей в квартире, собственником которой являлся А. (третье лицо по делу) и где проживала В.

При этом, являясь собственниками квартиры, истец и её супруг А. в течение длительного времени (около 2-х лет) не приходили в квартиру, не общались с В. Данные обстоятельства истцом не отрицались.

Никаких письменных документов о передаче имущества в пользование В. истцом не представлено.

Из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.09.2017 (л.д. 8-10) следует, что факт хищения имущества отсутствует, так как установить, были ли указанные вещи в квартире, где проживала В., не представляется возможным.

При таких обстоятельствах, оценив в совокупности все представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцом в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не доказаны юридически значимые обстоятельства, а именно: факт того, что имущество, указанное ею в перечне, находилось в пользовании у В. на день ее смерти, что это имущество фактически находилось в квартире, где В. проживала на день смерти, а также факт того, что это имущество было присвоено ответчиками и фактически удерживается ими.

Учитывая разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 21 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности», для удовлетворения заявленных истцом исковых требований необходимо наличие указанных судом фактов, образующих совокупность юридически значимых обстоятельств, отсутствие или недоказанность одного из них влечет отказ в удовлетворении иска.

В связи с этим исковые требования об истребовании имущества из чужого незаконного владения удовлетворению не подлежат.

Истец просит взыскать с ответчиков стоимость нового замка в размере 1 354,50 рублей. Факт приобретения истцом замка подтверждается квитанцией и чеком.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В судебном заседании истцом не отрицалось, что замок на входной двери был заменен при жизни В.

Учитывая данное обстоятельство, доказательств того, что именно в результате противоправных действий ответчиков истец не могла войти в квартиру, суду не представлено.

Таким образом, требования истца о взыскании с ответчиков стоимости нового замка удовлетворению не подлежит.

Поскольку требование истца об истребовании имущества из чужого незаконного владения не подлежит удовлетворению, а остальные требования (о взыскании компенсации морального вреда и судебных расходов) являются производными от первоначального, то они также подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3, ФИО3 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании денежных средств и компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента вынесения мотивированного решения путем подачи апелляционной жалобы через Красногорский районный суд города Каменска – Уральского Свердловской области.

Мотивированное решение вынесено 22 июля 2019 года.

Судья: Г.Е. Ежова