УИД 39RS0020-01-2020-000972-62

Дело № 2-34/21

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

город Светлогорск 26 марта 2021 года

Светлогорский городской суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Аниськова М.В.

при секретаре Никоненко И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО5 об обязании произвести демонтаж хозпостроек и забора, 

У С Т А Н О В И Л:

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с названным иском, в котором указывают, что они являются собственниками квартир в доме 

<

№> по 

<

Адрес>, а ответчик ФИО5 на праве собственности принадлежит квартира 

<

№> в доме. Прежний собственник данной квартиры без согласия других собственников и администрации возвел около дома две капитальные хозяйственные постройки и глухой забор в нарушение норм пожарной безопасности. В добровольном порядке ответчик демонтировать их отказывается, решением внеочередного общего собрания от 28.06.2020 г. на ФИО5 возложена обязанность демонтировать опасные сооружения. Придомовой земельный участок является общим имуществом собственников многоквартирного дома. Просят обязать ФИО5 произвести за свой счет демонтаж двух хозпостроек и забора, расположенных рядом с квартирой 

<

№> на придомовом земельном участке в течение 1 месяца со дня вступления решения суда в законную силу.

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 ФИО1, ФИО4 просили рассматривать дело в их отсутствие (л.д. 28, 185). Представитель ФИО2, ФИО4- ФИО6, действующая на основании доверенностей (л.д. 27, 51-54), в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме. Считает, что оба строение расположены с нарушением требований пожарной безопасности и подлежа сносу. Все постройки были возведены после 2016 года без согласия других сособственников. Также собственники других помещений не давали согласия на установку забора, он препятствует проходу по территории. 

Ответчик ФИО5 в судебное заседание не явилась, направив для участия в деле своего представителя. Представитель ответчика- ФИО7, действующий на основании доверенности (л.д. 57), в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился по основаниям, изложенным в письменном отзыве на исковое заявление и возражениях (л.д. 105-110, 166, 167, 186). 

Представитель третьего лица- администрации муниципального образования «Светлогорский городской округ» в судебное заседание не явился, просил рассматривать дело в отсутствие представителя третьего лица (л.д. 29, 30). 

Третье лицо ФИО8 (фамилия уточнена в ходе рассмотрения дела) в судебное заседание не явилась, об отложении судебного заседания не просила. 

Выслушав объяснения представителей сторон, пояснения эксперта, исследовав письменные доказательства и дав им оценку, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 подлежат частичному удовлетворению. 

Судом установлено, что дом 

<

№> по 

<

Адрес> является 5-ти квартирным, то есть многоквартирным жилым домом.

Земельный участок с кадастровым номером 

<

Данные изъяты>, площадью 1377 кв.м., под многоквартирный жилой дом 

<

№> сформирован и поставлен на государственный кадастровый учет 30.01.2017 года, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д. 89-104).

Собственником квартиры 

<

№> в доме по адресу: 

<

Адрес>, до 29.04.2020 года являлся 

<

ФИО>11, что подтверждается записью в ЕГРН 

<

№> от 08.02.2016 года.

Ответчик ФИО5 с 29.04.2020 года на основании договора дарения является новым собственником указанной квартиры. 

В указанном доме квартира 

<

№>, общей площадью 28,9 кв.м. с 13.02.2019 года принадлежит на праве собственности ФИО4 

Квартира 

<

№> общей площадью 75,7 кв.м., с 16.10.2013 г. принадлежит на праве общей собственности по 1/2 доли в праве ФИО2 и ФИО3 (ранее- ФИО9) Е.И. 

Собственником квартира 

<

№> общей площадью 14 кв.м. с 20.12.2011 г. являлась ФИО10, которая умерла 

<

Дата>, её наследник ФИО8 права на жилое помещение в порядке наследования не зарегистрировала.

Квартира 

<

№> общей площадью 38,2 кв.м. с 30.03.2011 г. принадлежит на праве собственности ФИО1 

Данные обстоятельства ни кем из лиц участвующих в деле не оспариваются и были установлены судом при вынесении решений по другим гражданским делам с участием тех же лиц. 

Кроме того, судом установлено, что на земельном участке с кадастровым номером 

<

Данные изъяты>, на котором расположен жилой дом, собственниками помещений дома были возведены различные хозяйственные строения и ограждения. 

В том числе, предыдущими (до ФИО5) собственниками квартиры 

<

№> недалеко от дома со стороны расположения квартиры 

<

№> были возведены две постройки- сарай и гараж, а также часть общей придомовой территории были отгорожены забором и воротами от угла дома до сарая, возведенного другим собственником. Суд полагает установленным, что сарай и гараж после возведения подвергались перестройке собственниками квартиры 

<

№>.

С целью определения порядка пользования придомовой территорией и порядка размещения строений на придомовой территории ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 было организовано и проведено общее собрание собственников помещений многоквартирного дома, в котором также приняла участие ФИО8 

Согласно протокола внеочередного общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, расположенном по адресу: 

<

Адрес>, от 28 июня 2020 года, собрание решило: утвердить Схему пользования придомовой территорией собственниками квартир в многоквартирном доме, Приложение № 1 к Протоколу; установка глухих заборов на придомовой территории не разрешается. Собственники квартир имеют право установить ограждения сетчатого типа высотой не более 1,6 м. согласно Схеме пользования придомовой территорией собственниками квартир в многоквартирном доме, Приложение № 1 к Протоколу; расположенные на придомовой территории хозяйственные постройки и ограждения, указанные на Схеме существующих строений и ограждений на придомовой территории, Приложение № 2 к Протоколу, под номерами 1,2,3,4 и ограждения под номерами 5 и 6 должны быть демонтированы в 2-х месячный срок с даты подписания настоящего Протокола собственниками квартир, а именно собственники кв. 

<

№>, 

<

№> и 

<

№> совместно демонтируют постройку 2, собственник кв. 

<

№>- постройку 1, собственник кв. 

<

№>- ограждение 5, собственник кв. 

<

№>- постройки 3 и 4, ограждение 6. Собственники квартир имеют право возводить новые хозяйственные постройки, в том числе гаражи, согласно Схеме пользования придомовой территорией собственниками квартир в многоквартирном доме, Приложение 1 к Протоколу, с соблюдением действующих норм и правил. 

Указанными приложениями № 1 и № 2 к протоколу общего собрания утверждены схема пользования придомовой территорией собственниками квартир в многоквартирном доме и схема существующих строений и ограждений на придомовой территории дома 

<

№> по 

<

Адрес> (л.д. 6-20).

Согласно Приложению № 2 «Схема существующих строений и ограждений на придомовой территории» сарай, гараж и ограждение, которые возведены собственниками квартиры 

<

№> и которыми в настоящее время пользуется ФИО5, обозначены под номерами 3, 4 и 6 (л.д. 10).

Внешний вид данных строений и ограждения изображен на фотографиях, имеющихся в материалах дела (л.д. 66, 119, 120, 149, 188-190).

ФИО5 не согласилась с решением общего собрания и оспорила его в суде.

Решением Светлогорского городского суда Калининградской области от 19.02.2021 г. по гражданскому делу 

<

№> решения внеочередного общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, расположенном по адресу 

<

Адрес>, оформленные протоколом от 28 июня 2020 года, признаны недействительными. Решение суда в настоящее время в законную силу не вступило.

При этом, оценив доводы сторон и исследованные доказательства, суд приходит к выводу о том, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению. 

ФИО5 не оспаривает, что сарай, гараж и ограждение фактически используются ею для собственных нужд, указывая лишь на то, что ворота ограждения всегда открыты и она не препятствует проходу других собственников.

Ссылаясь на нарушение своих прав, истцы указали, что возведением на земельном участке гаража и сарая, ответчик нарушил требования пожарной безопасности, а путем возведения ограждения самовольно занял часть общего земельного участка.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ, судебной защите подлежит только нарушенное право.

Согласно положений части 1 и части 2 статьи 36 Жилищного кодекса РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, в том числе: крыши, ограждающие несущие и ненесущие конструкции данного дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и другое оборудование (в том числе конструкции и (или) иное оборудование, предназначенные для обеспечения беспрепятственного доступа инвалидов к помещениям в многоквартирном доме), находящееся в данном доме за пределами или внутри помещений и обслуживающее более одного помещения; земельный участок, на котором расположен данный дом, с элементами озеленения и благоустройства и расположенные на указанном земельном участке объекты. Собственники помещений в многоквартирном доме владеют, пользуются и в установленных настоящим Кодексом и гражданским законодательством пределах распоряжаются общим имуществом в многоквартирном доме.

В силу ч. 3 ст. 36 ЖК РФ уменьшение размера общего имущества в многоквартирном доме возможно только с согласия всех собственников помещений в данном доме путем его реконструкции.

В соответствии со ст. 30 ЖК РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования. Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

Согласно ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии со ст. 11 ЖК РФ, защита жилищных прав может осуществляться, в том числе, путем признания жилищного права, восстановления положения, существовавшего до нарушения жилищного права, и пресечения действий, нарушающих это право или создающих угрозу его нарушения, и данный способ защиты подлежит применению только в случае, когда имеет место реальное нарушение законных прав и интересов лица, требующего их защиты.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В обоснование своих доводов о нарушении ответчиком требований пожарной безопасности истцы представили дополнение к техническому заключению 

<

№>, подготовленному ООО «

<

Данные изъяты> (л.д. 64-72). 

Само техническое заключение 

<

№> было подготовлено в рамках другого гражданского дела, рассмотренного Светлогорским городским судом. 

Суд полагает, что данное дополнение к техническому заключению не может быть принято в качестве доказательства по делу. Согласно дополнения к техническому заключению инженер 

<

ФИО>12 указывает, что расстояние от строений (гаража и сарая) до жилого дома менее 6 метров, что нарушает требования пожарной безопасности. При этом, из содержания документа следует, что инженер измерения расстояний на месте не производил, а характеристики строений определил только со слов заказчика, расстояния определялись по представленному топографическому плану. 

В самом дополнении (страница 3) указано, что для определения класса конструктивной пожарной опасности объектов необходим осмотр построек для уточнения конструктивных решений и материалов строительных конструкций. Это указание косвенно свидетельствует о том, что инженер 

<

ФИО>12 допускает, что изменение данных о конструктивных решениях и материалов строительных конструкций может повлиять на вывод о нарушении требований пожарной безопасности. 

Кроме того, истцами представлен ответ ГУ МЧС России по Калининградской области от 29.04.2020 года на обращение представителя ФИО5 о нарушениях требований пожарной безопасности на придомовом земельном участке (л.д. 58, 59). 

В данном ответе указывается, что расстояние от жилого дома до хозпостройки со стороны квартиры 

<

№> 2 метра, а установленный забор не противоречит требованиям пожарной безопасности. Однако, о какой именно хозпостройки идет речь в ответе, не ясно, при том, что даже в дополнении к техническому заключению 

<

№> ООО 

<

Данные изъяты> расстояние между домом и хозпостройкой в 2 метра не указано, а сами истцы на столь малое расстояние не ссылаются. 

Возражая против удовлетворения исковых требований ФИО5 представила суду заключение эксперта 

<

№> АНО 

<

Данные изъяты> от 25.12.2020 г., согласно которого размещение хозяйственных построек на земельном участке возможно без нормирования расстояния до жилого дома 

<

№> по 

<

Адрес> и это будет соответствовать требованиям пожарной безопасности СП 4.13130.2013 (л.д. 115-126).

Однако, суд отвергает данное заключение эксперта как доказательство по делу, поскольку эксперт не назначался судом, не был предупрежден о даче заведомо ложного заключения, а кроме того, при ответе на второй вопрос эксперт определяет многоквартирный жилой дом как жилой блок (квартира 

<

№>) блокированной застройки и ссылается на возможность не предусматривать противопожарные разрывы между общественными зданиями, сооружениями (но не многоквартирными жилыми домами), используя при этом для определения площади застройки земельного участка лишь предполагаемую схему пользования придомовой территорией, которая не соответствует фактическому положению.

При таких обстоятельствах судом, с учетом мнения сторон, по делу была назначена и проведена судебная строительно-техническая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ООО «Центр судебных экспертиз».

Согласно заключения эксперта 

<

№> от 29 января 2021 года ООО «Центр судебных экспертиз» размещение двух нежилых строений на придомовой территории жилого дома 

<

№> по 

<

Адрес> (сарая 

<

№> и гаража 

<

№>) до стен жилого дома и до границы соседнего приквартирного участка соответствует санитарно-бытовым условиям, изложенным в СП 30-102-99. По пожарной безопасности строения (сарая 

<

№> и гаража 

<

№>) по отношению к жилому дому не соответствуют нормам СП 4.13130.2013. Нежилое строение (сарай 3) расположен от стен жилого дома с минимальным отступлением от противопожарных требований (на 0,2 м- 5,8 метром между сараем и стеной дома), построено со стенами и перекрытием из несгораемых материалов. Угрозу жизни и здоровью граждан, пожарную и иную опасность для существующего жилого дома 

<

№> по 

<

Адрес> строение не создает. Строение (гараж 

<

№>) расположено с нарушением пожаротехнических норм и правил. Сохранение данной постройки не исключает угрозу жизни и здоровью граждан (л.д. 146-155). 

Суд принимает указанное заключение эксперта в качестве доказательства по делу. Суд считает, что заключение 

<

№> от 29 января 2021 судебной строительно-технической экспертизы является полным и мотивированным, основанным на всех имеющихся материалах дела, оснований, сомневаться в сделанных экспертами выводах у суда не имеется, эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При вынесении заключения эксперты руководствовались материалами дела и произвели в натуре осмотр земельного участка и расположенных на нем жилого дома и спорных строений. Приведенные в заключении эксперта фактические данные об объектах исследования не противоречат другим материалам дела.

Доводы представителя истцов об отсутствии у эксперта 

<

ФИО>14 необходимой квалификации, так как эксперт не имеет высшего образования, суд отвергает. Экспертом подтверждено наличие экспертной специальности и стажа экспертной работы. Кроме того, заключение подписано двумя экспертами и в квалификации эксперта 

<

ФИО>13 у сторон не имелось сомнений. 

Эксперт 

<

ФИО>14 была допрошена в судебном заседании и дала пояснения относительно выводы экспертов о том, что строение 

<

№> (сарай) не создает угрозу жизни и здоровью граждан, пожарную и иную опасность для существующего жилого дома 

<

№> по 

<

Адрес>, а строение 

<

№> (гараж) напротив, такую угрозу создает. 

Ответчиком после проведения судебной экспертизы представлено дополнение к заключению эксперта 

<

№> АНО 

<

Данные изъяты> от 25.12.2020 г., в котором содержится совершенно иная мотивировка ранее изложенного данным экспертом вывода о том, что расстояние между жилым домом и строениями на придомовой территории в данном случае не нормируется (л.д. 168, 169). 

Эксперт 

<

ФИО>14 в судебном заседании дала показания о неправильности выводов, изложенных в вышеуказанном дополнении, поскольку расположенная со стороны спорных строений стена многоквартирного жилого дома не может быть отнесена к противопожарной стене 1-го типа, так как имеет мансардный этаж. 

Кроме того, у суда в данном случае вызывает сомнение объективность выводов АНО 

<

Данные изъяты> поскольку одни и те же выводы мотивированны по-разному.

Представленный ФИО5 ответ Главного управления МЧС России по Калининградской области от 16.03.2021 г. (л.д. 187) не ставит под сомнение заключение судебной экспертизы, поскольку в этом ответе не содержится ни каких конкретных выводов о том, допустимо ли в данном случае расположение одного из спорных строений (гаража) вблизи многоквартирного жилого дома на существующем расстоянии. 

Доводы ответчика о том, что поскольку спорный гараж 

<

№> был построен до 2005 года, то при рассмотрении дела не подлежат применению положения СП 4.13130.2013, суд также считает необоснованными.

Утверждение ответчика о том, что гараж, в том виде, в котором он существует до настоящего времени был возведен до 2005 года ни чем не подтверждено и оспаривается истцами.

При этом, на вышеуказанном топографическом плане земельного участка от 30.07.2005 г. (л.д. 73) указанный гараж не изображен, что противоречит ситуационному плану технического паспорта от 20.10.2004 г. (л.д. 113), но лишь на основе данного ситуационного плана нельзя сделать вывод о времени возведения спорного гаража, поскольку других доказательств этого нет. 

Из представленных суду фотографий видно, что гараж находится в процессе строительства, но дата фотосъемки не определена (л.д. 127). 

В то же время, из сделанных судебными экспертами фотографий видно, что на втором этаже спорного строения гаража до сих пор ведутся какие-то отделочные работы (л.д. 152).

Суд не может также согласиться и с возражениями представителя истцов относительно не обоснованности вывода экспертов ООО «Центр судебных экспертиз» об отсутствии угрозы жизни, здоровью и имуществу граждан при уменьшении противопожарного разрыва между жилым домом и сараем на 20 сантиметров. Как следует из заключения экспертов и показаний эксперта в суде, сарай является монолитным, возведен полностью из несгораемых материалов, в нем ничего не хранится и наличие деревянной двери в данном случае не имеет значения. Уменьшение противопожарных расстояний от стен жилого дома до нежилых строений возможно в соответствии с п. 4.3. СП 4.13130. 

Исходя из изложенного, суд приходит к выводу о том, что возведение и эксплуатация ответчиком хозяйственной постройки (гаража 

<

№>- согласно приложения 

<

№> на л.д. 10) нарушает права и законные интересы других собственников помещений многоквартирного жилого дома поскольку противоречит требованиям пожарной безопасности, создает угрозу жизни, здоровью и имуществу граждан. Следовательно, эта постройка подлежит сносу лицом, в чьем пользовании она находится, то есть, ответчиком ФИО5

В то же время, другая спорная постройка (сарай 

<

№>- согласно приложения 

<

№> на л.д. 10) не нарушает права и законные интересы истцов- собственников помещений многоквартирного жилого дома и оснований для сноса этой постройки суд не усматривает.

В обоснование своих доводов в данной части истцы также указывают на то, что сарай 

<

№> был возведен на земельном участке без их согласия. 

Между тем, хозяйственная постройка на данном месте вблизи квартиры 

<

№> была возведена предыдущими собственниками еще до образования земельного участка с кадастровым номером 

<

Данные изъяты>, площадью 1377 кв.м., под многоквартирный жилой дом 

<

№>, поставленного на государственный кадастровый учет 30.01.2017 года, против чего, собственники других помещений дома- истцы, никогда не возражали. 

Конфигурация данного сарая с течением времени действительно менялась.

Так, на ситуационном плане из технического паспорта по состоянию на 20.10.2004 г. и на топографическом плане земельного участка от 30.07.2005 года данный сарай изображен в виде длинного каменного прямоугольного строения с примыкающим к нему навесом (л.д. 73, 113). 

На схеме расположения земельного участка на кадастровом плане территории от 16.09.2016 г. при утверждении её органом местного самоуправления сарай изображен в виде неровной трапеции, отступающей от рядом расположенного каменного строения (гаража) (л.д. 90). Именно такое расположение учитывалось истцами при проведении общего собрания и составлении схемы Приложения № 2 к протоколу. 

На копии топографического плана по архивным данным от 16.06.2020 года сарай вновь изображен в виде почти ровного прямоугольного строения, примыкающего к рядом расположенному гаражу (л.д. 111). Как пояснила в суде эксперт 

<

ФИО>14, именно так сарай расположен в настоящее время.

Таким образом, несмотря на изменение конфигурации сарая на планах земельного участка, именно в этом месте каменное нежилое строение существовало длительное время, как минимум с 2005 года (вид материала на ситуационном плане в техническом паспорте 2004 года не обозначен). Другие собственники и наниматели жилых помещений дома против такого размещения сарая никогда не возражали.

Кроме того, как видно из принятого решения внеочередного общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, расположенном по адресу 

<

Адрес>, оформленного протоколом от 28 июня 2020 года, истцы допускают возведение собственниками квартир новых хозяйственных построек с соблюдением действующих норм и правил.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что требования истцов в части сноса хозяйственной постройки- сарая 

<

№>, не подлежат удовлетворению.

Также суд не находит оснований для удовлетворения требований истцов об обязании ответчика произвести демонтаж забора. 

Истцы полагают, что забор препятствует другим собственникам помещений свободно пользоваться земельным участком- общим имуществом собственников помещений дома. 

Доводы истцов основаны на том, что забор ограждает часть общего земельного участка от угла дома до сарая 

<

№> согласно схеме существующих строений (л.д. 10).

Согласно вышеуказанного протокола внеочередного общего собрания собственников помещений многоквартирного дома от 28 июня 2020 года истцы сами приняли решение о демонтаже постройки 

<

№> совместно собственниками квартир 

<

№>, 

<

№> и 

<

№>.

То есть, все истцы полагают, что сарай 

<

№> должен быть снесен, в результате чего, освободится часть общего земельного участка и образуется свободный проход по всему земельному участку, независимо от возведенного ответчиком ограждения.

Каких-либо доводов о том, чем именно в настоящее время нарушаются их права при сохранении ограждения, истцы не приводят. В то же время между всеми собственниками помещений многоквартирного дома длительное время сложился фактический порядок пользования земельным участком и определенные части земельного участка находятся в пользовании не только ответчика, но и собственников других квартир. 

Также суд не может согласиться с доводами истцов о том, что конструкция ограждения нарушает действующие на территории Светлогорского городского округа правила благоустройства. 

Согласно пункта 5.4.4.8 Правил благоустройства территории муниципального образования «Городское поселение «Город Светлогорск», утвержденных решением городского Совета депутатов муниципального образования «Город Светлогорск» от 23 апреля 2018 года 

<

№> на придомовой территории многоквартирного дома запрещается: устанавливать ограждения территории за пределами границ поставленного на кадастровый учет земельного участка; устанавливать глухие заборы по границам поставленного на кадастровый учет земельного участка.

Таким образом, нормативных требований к заборам внутри границ поставленного на кадастровый учет земельного участка на территории Светлогорского городского округа не предусмотрено. 

При обращении истцов в суд ФИО4 была уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, которая на основании ст. 98 ГПК РФ подлежит взысканию с пользу истца с ответчика ФИО5 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 удовлетворить частично.

Обязать ФИО5 в течение четырех месяцев со дня вступления решения суда в законную силу осуществить за свой счет снос гаража, возведенного на земельном участке с кадастровым номером 

<

Данные изъяты>, по адресу: 

<

Адрес>, расположенного рядом с квартирой 

<

№> данного дома. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Светлогорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 02 апреля 2021 года.

Судья М.В. Аниськов