Дело № 2-1110(1)\19

64RS0034-01-2019-001038-33 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

05.09.2019 года п. Дубки

Саратовский районный суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Передреевой Т.Е.,

при секретаре Ведерине А.А.,

с участием прокурора Авдуева Р.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение, 

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (далее ДТП) в размере 1000000 рублей, понесенных расходов на погребение в размере 70000 рублей.

В обоснование требований указал, что 17.02.2019 года в 19 часов 09 мин. водитель ФИО2, управляя транспортным средством «КАМАЗ 333603», государственный регистрационный знак №, на 2-м км. автоподъезда к мостовому переходу через р.Волгу, от 297 кв. автодороги «Сызрань-Волгоград», двигаясь в сторону п.Дубки Саратовского района Саратовской области совершил наезд на пешехода ФИО3. В результате ДТП пешеход ФИО3 скончался на месте происшествия. Истец является отцом погибшего ФИО3. В результате данного случая истец испытал сильный стресс, так как погибший был единственным сыном, который за ним ухаживал, никаких компенсаций со стороны ответчика не было, в связи с чем он вынужден обратиться в суд. 

Истец в судебном заседании участия не принимал в связи с наличием заболеваний, извещен надлежащим образом.

Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объеме и настаивал на их удовлетворении, дав показания аналогичные исковому заявлению. 

Ответчик и его представитель в судебном заседании исковые требования не признали, указав на отсутствие вины ответчика в совершении ДТП и причинении смерти потерпевшего. Кроме того, полагали, что размер компенсации морального вреда и расходов на погребение чрезмерно завышенным. 

Выслушав участников процесса, заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, проверив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В судебном заседании установлено, что 17.02.2019 года в 19 часов 09 мин. водитель ФИО2, управляя транспортным средством «КАМАЗ 333603», государственный регистрационный знак №, на 2-м км. автоподъезда к мостовому переходу через р.Волгу, от 297 кв. автодороги «Сызрань-Волгоград», двигаясь в сторону п.Дубки Саратовского района Саратовской области совершил наезд на пешехода ФИО3.

ФИО2 является собственником автомобиля «КАМАЗ 333603», государственный регистрационный знак 

<

***>.

В результате ДТП пешеход ФИО3 скончался на месте происшествия.

Согласно заключению специалиста N 517 от 25.03.2019 г., смерть ФИО3 наступила в результате сочетанной тупой травмы тела со множественными переломами скелета, разрывами внутренних органов, с последующим развитием кровопотери и травматического шока. Все телесные повреждения, обнаруженные при судебно-медицинском исследовании трупа ФИО3, находятся в причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, имевшем место 17.02.2019г. 

Постановлением следователя СО МО МВД России «Саратовский» от 07.06.2019 г. отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по части 3 ст. 264 УК РФ по факту смертельного травмирования ФИО3 по основаниям п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ - отсутствие состава преступления.

В ходе проведенной проверки органами следствия было установлено, что ФИО2, руководствуясь п. 10.1 ПДД РФ, двигался со скоростью, не превышающей скоростной режим в условиях автодороги, расположенной вне населенного пункта, однако по независящим от него обстоятельствам, допустил наезд на двигающегося по его стороне движения без светоотражательных элементов, пешехода ФИО3, тем самым нарушающего требования п. 4.1 ПДД РФ. Согласно заключению эксперта №979/6-5 от 05.04.2019г. у водителя автомобиля «КАМАЗ 333603», государственный регистрационный знак 

<

***>, ФИО2 отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд на пешехода путем торможения.

При этом, в ходе медицинского исследования трупа ФИО3 было установлено, что последний находился в тяжелой степени алкогольного опьянения.

Указанное постановление в установленном законом порядке заинтересованными лицами обжаловано не было.

ФИО1 приходится погибшему ФИО3 отцом, что подтверждается свидетельством о рождении.

Установив фактические обстоятельства по делу, руководствуясь приведенными выше нормами законодательства, суд приходит к выводу о том, что в данном случае обязанность по возмещению морального вреда, причиненного истцу в связи со смертью сына, должна быть возложена на ответчика, как собственника источника повышенной опасности.

С учетом изложенного, суд считает ФИО2 надлежащим ответчиком.

Оснований для освобождения ответчика от ответственности полностью или частично по основаниям, предусмотренным п. п. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ суд не находит.

Согласно ст. 1100 ГК РФ в случае причинения вреда жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда. Положениями ст. 151 ГК РФ предусмотрено, что моральный вред заключается не только в физических, но и в нравственных страданиях причиненных гражданину.

В силу разъяснений, содержащихся пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Исходя из приведенных положений закона, суд считает, что переживания истца, связанные с гибелью близкого человека, являются нравственными страданиями, а сам факт родственных отношений и факт преждевременной гибели близкого родственника, лишение возможности общения с погибшим, тяжелые эмоциональные переживания, подтверждает наличие таких страданий. 

В силу требований ст. ст. 151, 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от обстоятельств причинения вреда, степени вины нарушителя, характера физических и нравственных страданий потерпевшего, требований разумности и справедливости.

Согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

При определении суммы компенсации морального вреда суд исходит из конкретных фактических обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, отсутствия вины ответчика в причинении смерти, требований разумности и справедливости и иных заслуживающих внимания обстоятельств.

Судом принимаются во внимание характер физических и нравственных страданий истца, связанных с индивидуальными особенностями последнего (погибший приходился истцу сыном), возраст и состояние ее здоровья.

Не могут не учитываться фактические обстоятельства дела, степень вины как ответчика, так и самого погибшего, пренебрегшего требованиями Правил дорожного движения РФ, материальное положение сторон, иные заслуживающие внимание обстоятельства, а также требования разумности и справедливости.

Так, из объяснений представителя истца установлено, что погибший приходился истцу сыном, поддерживал близкие родственные отношения, оказывал материальную помощь, помогал по дому, ухаживал за истцом, который в силу перенесенный заболеваний нуждался в уходе. Таким образом, истцу причинены невосполнимые нравственные страдания.

Доказательств обратного, стороной ответчика не представлено. 

Суд считает справедливой и разумной в данном случае, с учетом тех обстоятельств, что смерть близкого родственника является для истца невосполнимой потерей близкого человека, с которым истца связывали теплые, хорошие отношения, компенсацию морального вреда в размере 60000 рублей.

Статьей 1094 ГК РФ предусмотрено, что лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле".

В соответствии со статьей 3 Федерального закона от 12.01.1996 г. N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

В отношении расходов на погребение законом установлен принцип возмещения лишь таких расходов, которые признаны необходимыми судом.

В силу статьи 5 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, то есть размер возмещения, вопреки доводам апелляционной жалобы, не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле".

Как указано выше, статья 3 этого же Закона определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Погребение предполагает право родственников умершего на его достойные похороны (ст. 1174 ГК РФ).

Таким образом, подлежат взысканию лишь те расходы на погребение, которые являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела. При этом правом на возмещение данных расходов обладает лицо, осуществившее данные расходы.

Взысканное судом является расходами на погребение, которые были необходимы и входили в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела.

Истец представил квитанцию на сумму 70000 руб., затраченные на погребение, которые являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, в связи с чем суд считает, что подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ суд

решил:

исковые требования ФИО1 к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение удовлетворить. 

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 60000 рублей, расходы на погребение 70000 руб..

Решение в окончательной форме изготовлено 10.09.2019г.

Решение может быть обжаловано в Саратовский областной через Саратовский районный суд в течение 1 месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья: