судья Суворова Е.Н. дело №22-142/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск 17 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Мурманского областного суда

в составе:

председательствующего судьи Шайдуллина Н.Ш.

судей Желтобрюхова С.П. и Гориной Л.Н.

при ведении протокола секретарем Олейник И.В.

с участием прокурора Сапко М.С.

осужденного ФИО1, адвоката Кравцовой Н.А.

рассмотрела в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1

на приговор Ленинского районного суда г. Мурманска

от 14 ноября 2025 года, которым

ФИО1, ***, судимый:

- 15 февраля 2022 года Ленинским районным судом г. Мурманска по ч.1 ст.158 (пять преступлений), п. «г» ч.2 ст.158, п. «б» ч.2 ст.158 УК РФ к 02 годам лишения свободы;

- 22 апреля 2022 года по ч.1 ст. 161 УК РФ к 06 месяцам лишения свободы, на основании ч.5 ст. 69 УК РФ (с учетом приговора от 15 февраля 2022 года) к 02 годам 01 месяцу лишения свободы, освобожденный 11 августа 2023 года по отбытии срока наказания,-

осужден за совершение преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, к 06 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад председательствующего, изложившего содержание приговора и существо апелляционной жалобы и возражений на неё, выступления осужденного ФИО1 в режиме видео-конференц-связи и его защитника адвоката Кравцовой Н.А., поддержавших доводы жалобы, прокурора Сапко М.С., полагавшего приговор подлежащим оставлению без изменения, судебная коллегия,-

установила:

ФИО1 признан виновным в умышленном причинении Х. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего за собой психическое расстройство, значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление, как установил суд, совершено в период с 22 часов 00 минут 02 ноября 2024 года до 01 часов 05 минут 03 ноября 2024 года в г.Мурманске при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе и в дополнениях к ней осужденный ФИО1, не оспаривая правильность квалификации содеянного им по п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ, считает приговор несправедливым в связи с чрезмерной суровостью назначенного ему наказания.

Полагает, что суд не в полной мере учел обстоятельства, предшествовавшие совершению преступления, которые могли существенно повлиять на его выводы. При этом ссылается на показания свидетеля С1 о том, что в момент конфликта на столе рядом с потерпевшим, который вёл себя агрессивно и аморально, находился кухонный нож и другие столовые приборы. Не отрицая факта причинения Х. телесных повреждений, утверждает, что тем самым он пытался пресечь противоправные действия потерпевшего, который находясь в чужой квартире, оскорблял знакомых ему женщин, угрожал ножом и порезал руку одной из них.

Указывает, что имеющееся у него хроническое заболевание печени, которое суд при назначении наказания учел как неудовлетворительное состояние его здоровья, прогрессирует и требует лечения полагая, что с учетом совокупности обстоятельств, смягчающих наказание, а также совершения тяжкого преступления впервые, ему могло быть назначено наказание в размере одной третьей части максимального срока лишения свободы, предусмотренного санкцией ч.2 ст.111 УК РФ.

Кроме того, полагает, что суд нарушил требования УПК РФ, поскольку описательно-мотивировочная часть приговора не содержит указания, в чем именно заключалось противоправное поведение потерпевшего, которое послужило поводом к совершению преступления; потерпевший в судебном заседании допрошен не был, при этом судом приняты во внимание и учтены его первоначальные показания на предварительном следствии.

Помимо этого, ссылаясь на правовую позицию, содержащуюся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 11 января 2024 года № 1-П, указывает, что не любое психическое расстройство, находящееся в причинной связи с насильственными действиями, подлежит квалификации как тяжкий вред здоровью, необходимо учитывать критерии длительности расстройства здоровья или степени утраты общей трудоспособности.

По изложенным основаниям просит приговор отменить, проявить к нему снисхождение и назначить наказание, не превышающее 4 лет лишения свободы.

В возражениях на жалобу осужденного прокурор Ленинского административного округа г. Мурманска Лоскутов В.П. оснований для ее удовлетворения не находит, полагая, что постановленный по делу приговор является законным, обоснованным и справедливым.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений прокурора, судебная коллегия приходит к следующему.

Вывод суда о виновности ФИО1 в умышленном причинении Х. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего за собой психическое расстройство, а также значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, с применением предмета, используемого в качестве оружия, то есть в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ, соответствует фактическим обстоятельствам дела, подтверждён совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подробно и полно изложенных в приговоре.

Так ФИО1, утверждая в судебном заседании, что действовал с целью защитить себя и находившихся в квартире С2 и С1 от противоправных действий Х., подтвердил свои показания при проведении следственного эксперимента о том, что в ходе конфликта он нанёс сидящему на стуле в помещении кухни потерпевшему, отказавшемуся на его требования покинуть жилище, пять ударов по голове киянкой, которую принес из коридора.

Свидетель С1 подтвердила факт нанесения ФИО1 со значительной силой нескольких ударов киянкой по голове потерпевшего, отчего тот упал на пол. После этого осужденный вынес Х. из квартиры в подъезд; киянку, которой были нанесены удары, она выбросила в мусорный бак на улице. Перед нанесением ударов потерпевший ей и С2, а также ФИО1 не угрожал, никого не оскорблял, просто грубо разговаривал, в момент конфликта ножа у потерпевшего не было.

Из показаний свидетеля С2 в судебном заседании, а также исследованных судом ее же показаний на предварительном следствии в связи с наличием противоречий следует, что 01.11.2024 она отсутствовала по месту своего жительства, где оставалась ее знакомая С1; по возвращении домой обнаружила квартире ранее не знакомого Х., а также С3, которые распивали спиртное; ночью она вновь уехала, при этом Х. остался в квартире вместе с С1; когда она вернулась утром 02.11.2024, дома находились Х., С3, С1, которые распивали спиртное, при этом у последней была забинтована рука; спустя некоторое время в квартиру пришёл ФИО1, который в связи с агрессивным поведением Х. потребовал того покинуть квартиру, однако последний отказался, в связи с чем между ними произошел конфликт, за развитием которого она не следила поскольку занималась приготовлением еды, однако услышав звук падающего тела, обернулась, увидев лежащего на полу Х., который по словам ФИО1 сам упал из-за состояния опьянения; поскольку Х., несмотря на то, что был в сознании, самостоятельно передвигаться не мог, ФИО1 вытащил потерпевшего из квартиры в подъезд, хотя она предлагала вызвать скорую помощь; спустя какое-то время соседи стали интересоваться, в связи с чем Х. находится на лестничной площадке, на что ФИО1 ответил, что ему неизвестно; в момент конфликта с ФИО1 у Х. ножа ни в руках, ни рядом с собой не было.

Свидетель С3 показал, что Х. в квартиру к С2 привёл он, однако той дома не оказалось; открывшая им дверь ранее не знакомая ему С1, сообщила, что временно проживает у С2; втроем они стали распивать спиртное, позднее пришла С2, каких-либо скандалов, ссор не был; вечером он ушел домой, а Х. остался; на следующий день он вновь пришел к С2, где находились Х. и С1, при этом потерпевший ругался на С1, думая, что та взяла его документы и телефон.

Из показаний свидетеля С5-соседки С2 следует, что около полуночи 02.11.2024 она, возвращаясь из магазина, обнаружила на лестничной площадке возле двери своей квартиры Х., который вечером этого же дня заходил к С2; Х. был без сознания, но стонал, на голове у него была кровь; вместе с соседом С4, который пришел на шум с нижнего этажа постучали в квартиру С2, дверь которой открыл ФИО1, который как и С2 сказал, что они не имеют какого-либо отношения к Х.

Свидетель С4 подтвердив, что ФИО1 отрицал свою причастность к нахождению Х. в бессознательном состоянии на лестничной площадке, где расположены квартиры С2 и С5, дополнительно показал, что осужденный вел себя агрессивно, прогонял его, держал в руках предмет, похожий на молоток, утверждая, что он нужен ему для самообороны.

Из показаний потерпевшего Х., данных в ходе предварительного расследования и оглашенных в порядке п. 2 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, следует, что в августе 2024 года он приехал в г. Мурманск на заработки. 02 ноября 2024 года пришел вместе с С3 в гости в квартиру, расположенную в Ленинском округе, где находились две девушки, с которыми совместно выпивали и общались. Помнит, что в квартиру приходил мужчина, однако при каких обстоятельствах он получил травму головы, не помнит. Пришел в сознание 06 ноября 2024 года в больнице, от врачей узнал, что был доставлен скорой помощью с разбитой головой.

Из показаний законного представителя потерпевшего – Х2, данных в ходе предварительного следствия и оглашенных в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что в результате полученной травмы её сын – Х. нуждается в постоянном лечении, по состоянию здоровья не может работать.

Характер телесных повреждений у Х. установлен экспертными заключениями №1250-МД от 20 декабря 2024 года, №296-МД от 08 апреля 2025 года, согласно которым у потерпевшего зафиксированы: открытая тяжелая черепно-мозговая травма: ушиб головного мозга тяжелой степени (с соответствующей неврологической симптоматикой на фоне признаков алкогольного опьянения), крупная острая эпидуральная гематома теменно-височно-затылочной области слева, единичные мелкие геморрагические очаги контузии (ушиба) левой теменной доли, малая острая эпидуральная гематома лобно-теменной области справа, отек с дислокацией срединных структур головного мозга вправо; оскольчатый перелом свода и основания черепа: перелом височной, теменной, затылочной костей свода черепа слева (с переходом на основание черепа в области пирамиды височной кости слева) с распространением кпереди на чешую лобной кости справа; переломы лицевых костей слева: наружной стенки орбиты, скуловой дуги, не исключается перелом крыши левой орбиты; со стороны кожных покровов: крупные подкожно-подапоневротические гематомы с обеих сторон больше слева, ссадина левой теменной области, ушибленная рана лобной области волосистой части головы справа, ушибленная рана левого надбровья, ссадина правой щеки. Данные телесные повреждения образовались за короткое время непосредственно перед экстренным обращением за медицинской помощью 03 ноября 2024 года вследствие травматизации по механизму тупой травмы от как минимум трех ударно-травматических воздействий тупого твердого предмета с ограниченной контактной поверхностью, со значительной силой, и в соответствии с п.п. 6.1.2, 6.1.3 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утв. приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года №194н, соответствовали медицинским критериям тяжкого вреда здоровью по признаку опасности для жизни.

Допрошенная в судебном заседании эксперт Э2 выводы экспертного заключения подтвердила и показала, что выявленная у потерпевшего открытая черепно-мозговая травма, включающая в себя в том числе ушиб головного мозга тяжелой степени, перелом свода и основания черепа в настоящее время, в соответствии с п.п. 5.1.1.2, 5.1.1.3 Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного приказом Минздрава России от 08 апреля 2025 года № 172н, по-прежнему квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека.

Заключением эксперта №42А от 20 февраля 2025 года установлено, что до совершения преступления Х. признаков какого-либо психического расстройства не обнаруживал. В настоящее время Х. обнаруживает признаки психического расстройства в форме ***, которое является последствием совершенного в отношении него противоправного деяния.

Заключением эксперта №31ос/25 от 10 марта 2025 года подтверждено, что имеющееся у Х. психическое расстройство развилось после совершения в отношении него противоправных действий и находится в прямой причинно-следственной связи с ними, имеет стойкий характер и в соответствии с п.6.8 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, оценивается как тяжкий вред здоровью.

Допрошенный в судебном заседании эксперт Э1 подтвердил, что наступившее у Х. обусловленное травмой головы психическое расстройство имеет стойкий и выраженный характер, относится к медицинскому критерию тяжкого вреда здоровью, в том числе в соответствии с действующим в настоящее время Порядком определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом Минздрава России от 08 апреля 2025 года № 172н (п. 5.1.8).

При проведении медико-социальной экспертизы от 01 апреля 2025 года у Х. также выявлены стойкие выраженные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций, стойкие умеренные нарушения психических функций, обусловленных травмой головы, соответствующие установленному проценту максимально выраженного нарушения функций организма 70%, что послужило основанием для установления ему II группы инвалидности.

Заключением судебно-медицинской экспертизы №55ос/25 от 22 апреля 2025 года, а также показаниями эксперта Э1 в судебном заседании установлено, что вышеперечисленные стойкие выраженные нарушения функций организма образуют утрату Х. общей трудоспособности на 70%, то есть представляют собой значительную стойкую утрату им общей трудоспособности, которая была установлена экспертным путем в размере 70%, то есть не менее чем на одну треть, и в соответствии с Порядком определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом Минздрава России от 08 апреля 2025 года №172н соответствует тяжкому вреду здоровью.

Помимо этого, виновность осужденного в совершении преступления подтверждается другими доказательствами, подробно изложенными в приговоре.

В приговоре раскрыто содержание всех доказательств, изложено содержание показаний осужденного, свидетелей, письменных материалов дела.

Вопреки доводам жалобы, все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, в том числе, время, место, способ совершения преступления, судом установлены и верно отражены в приговоре.

Собранные по делу доказательства проверены и оценены судом первой инстанции в соответствии с требованиями ст.ст.87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности обоснованно признаны достаточными для разрешения уголовного дела по существу, для установления виновности осужденного.

Оснований ставить под сомнение заключения экспертов, на которые суд сослался в обоснование вывода о виновности осужденного, у суда не имелось, так как они соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, содержат полные ответы на все поставленные вопросы, ссылки на примененные методики и другие необходимые данные, в том числе заверенные подписями экспертов записи, удостоверяющие то, что им разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 57 УПК РФ, и они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Суд оценил заключения экспертов во взаимосвязи с другими фактическими данными, исследованными доказательствами, что дало возможность положить их в основу приговора как доказательства, подтверждающие виновность осужденного.

Какие-либо противоречия в доказательствах, требующие толкования их в пользу осужденного, отсутствуют.

В частности, судом дана надлежащая оценка показаниям осужденного о неумышленном характере его действий в целях защиты от противоправных действий потерпевшего, приведены мотивы недоверия его показаниям в той части, в которой они противоречат установленным в ходе судебного разбирательства обстоятельствам и исследованным судом доказательствам. Оснований для иной оценки показаний ФИО1 судебная коллегия не усматривает.

Решая вопрос о наличии умысла осужденного, суд обоснованно исходил из совокупности всех обстоятельств совершенного преступления, учел характер и локализацию причиненных телесных повреждений, целенаправленные, активные действия ФИО1 по нанесению неоднократных со значительной силой ударов твердым тупым предметом в жизненно важный орган – голову потерпевшего, характеристику орудия преступления – неустановленный тупой предмет с ограниченной контактной поверхностью, внешне схожий с киянкой, предшествующее преступлению поведение потерпевшего.

Квалификация действий ФИО1 по п.«з» ч.2 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего за собой психическое расстройство, вызвавшее значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия, является правильной.

Мотивы, приведенные в приговоре в обоснование такой юридической оценки содеянного ФИО1, полностью согласуются с совокупностью доказательств, исследованных судом первой инстанции, признанных достоверными, не ставят под сомнение правильность квалификации действий осужденного. Оснований для иной квалификации действий ФИО1, судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам жалобы, характер, степень тяжести причиненного потерпевшему вреда и механизм его образования объективно подтверждается выводами судебных медицинских и психиатрических экспертиз, а также показаниями экспертов Э2, Э1 При этом собственное толкование осужденным положений Постановления Конституционного Суда РФ от 11 января 2024 года №1-П основано на неверном понимании им норм права.

Доводы жалобы ФИО1 о том, что суд в нарушение уголовно-процессуального закона не обеспечил возможность допроса в судебном заседании Х., несостоятельны.

Данные потерпевшим в ходе предварительного следствия показания оглашены в судебном заседании 31 октября 2025 года по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с требованиями п.2 ч.2 ст.281 УПК РФ, в связи с тяжелой болезнью Х., что подтверждается соответствующими медицинскими документами, имеющимися в материалах дела. Кроме того, как видно из протокола судебного заседания, участники процесса, в том числе и сам ФИО1 не возражали против оглашения показаний потерпевшего по указанным основаниям.

Психическое состояние осужденного проверено, он обоснованно признан вменяемым, подлежащим уголовной ответственности.

При назначении наказания суд в соответствии со ст.ст. 6, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, сведения о личности виновного, наличие смягчающих и отягчающего наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.

Личность осужденного исследована судом с достаточной полнотой по имеющимся в деле данным, его характеризующим, которые получили объективную оценку.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд учел частичное признание ФИО1 обстоятельств совершения преступления и раскаяние, выразившиеся в том числе в его письменном чистосердечном признании, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, неудовлетворительное состояние здоровья в связи с наличием ряда хронических заболеваний, волеизъявление об участии в добровольческой деятельности по восстановлению освобожденных в результате СВО территорий, а также противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом к совершению преступления.

Отягчающим наказание обстоятельством суд обоснованно признал совершение преступления в условиях рецидива, в связи с чем при назначении наказания правильно применил правила ч.2 ст.68 УК РФ.

Выводы суда о необходимости исправления ФИО1 в условиях изоляции от общества, об отсутствии оснований для применения положений, предусмотренных ч.6 ст.15, ст.ст.64, 73, ч.3 ст.68 УК РФ, в приговоре должным образом мотивированы, являются правильными.

Требования ч.2 ст.68 УК РФ при определении срока наказания соблюдены.

Вопреки доводам жалобы оснований для смягчения наказания не имеется, поскольку оно по своему виду и размеру является справедливым, соразмерным содеянному, отвечает целям восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и чрезмерно суровым не является.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 надлежит отбывать наказание, судом определен верно в соответствии с положениями п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ.

Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих отмену или изменение приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия,-

определила:

приговор Ленинского районного суда г. Мурманска от 14 ноября 2025 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 - без удовлетворения.

Приговор и апелляционное определение вступают в законную силу с момента оглашения настоящего определения и могут быть обжалованы сторонами в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Кассационная жалоба, представление могут быть поданы через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

В случае обжалования осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: