Дело № 2-217/2017

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 сентября 2017 г. г. Кострома

Димитровский районный суд г. Костромы в составе председательствующего судьи Гаевого Д.Д., при секретаре Варёшиной О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о возложении обязанности привести домовладение в первоначальный вид, 

установил:

ФИО1, действуя через представителя по доверенности ФИО3, обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 о возложении обязанности привести домовладение своими силами за свой счет в первоначальный вид, существовавший до проведения самовольной реконструкции, в соответствие с данными технической инвентаризации. Требование мотивировано тем, что истец на основании свидетельства о праве на наследство по закону, является собственником 69/148 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом 

<

адрес> с семью пристройками общей площадью 148,1 кв.м. Другими собственниками являются ФИО2, ФИО4 Ответчик ФИО2 без согласования с другими собственниками в нарушение действующего законодательства в 2015 году произвела самовольную реконструкцию жилого дома, в результате которой взамен помещений литера А1 (№№ 1,2 с площадями13,1 кв.м., 17.2 кв.м), помещений литера а (№№ 8,9 с площадями 3,3 кв.м., 5,7 кв.м.) были возведены помещения литер А6,А7,а2, в следствие чего был нарушен сложившийся, а также установленный завещанием порядок пользования жилыми помещениями в доме, создана угроза жизни и здоровью из-за некачественных строительных работ (угроза обрушения старой части домовладения). Реконструкция ответчиком произведена на неотведенном для этих целей земельном участке, без получения разрешения на реконструкцию, без согласия других собственников жилого дома, без подготовки проектной документации, с нарушением строительных норм и правил. Характеристики домовладения до реконструкции отражены в справке БТИ по состоянию на 27 января 2014 г., а в реконструированном виде- от 19 октября 2015 г. По факту обращения истца в администрацию города Костромы установлено, что ответчику предложено привести домовладение в первоначальный вид до реконструкции, разрешение ей на реконструкцию не выдавалось, а в случае её уклонения от устранения нарушений истцу предложено обратиться в суд за защитой нарушенного права. 

В ходе судебного разбирательства истец уточнил исковые требования, просил обязать ФИО2 привести домовладение 

<

адрес> своими силами и за свой счет в первоначальный вид до проведения самовольной реконструкции в соответствии с данными технической инвентаризации, отраженными в справке ГП КО «Костромаоблтехинвентаризация» от 28 января 2014 г. № 647, а именно привести в первоначальный вид помещения (реконструированные) А6,А7,а2, помещение 6 литер А3, путем восстановления характеристик помещений 1,2 литера А1, помещений 8,9 литера а, помещения 6 литера А3.

Истец ФИО1, надлежаще извещенный о судебном заседании в суд не явился, действует через представителя.

В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО3 уточненные исковые требования поддержал в полном объеме по доводам искового заявления.

Ответчик ФИО2, надлежаще извещенная о рассмотрении дела, в суд не явилась, действует через представителя.

Представитель ответчика по доверенности ФИО5 в суде исковые требования не признал, пояснил, что ФИО2 стала собственником части дома в 2010 г. по договору дарения. В 2011 г. та часть спорного дома, которая находилась в пользовании ответчика, в результате износа конструкций, разрушилась. Внешняя стена дома сначала отошла, затем упала, в результате чего, обрушалась часть крыши, находящейся над её помещением. Истец ФИО1 стал собственником доли в спорном домовладении в конце 2014 г. в результате наследования. С 2010 г., когда умер его наследодатель и до конца 2014 г. ФИО2 из-за того, что вопрос с наследником не был решен, не знала с кем согласовать реконструкцию разрушенной части дома. И позднее, когда ФИО1 уже стал собственником, он в спорном доме не проживал и длительное время не появлялся. До разрушения дома у Погорельской в личном пользовании было одно помещение, площадью 17,2 кв.м. и в совместном пользовании с предшественником истца помещение площадью 13,1 кв.м.- прихожая. Из-за разрушения внешней стены и крыши пользоваться этими помещениями было невозможно. Согласовав реконструкцию с собственником домовладения ФИО4, не имея возможности согласовать её с последним собственником (с 2014 г. им стал истец), с целью сохранения своего имущества ФИО2 в августе 2012 г. залила фундамент, в сентябре 2012 г. возвела коробку на месте обрушенной части дома. В спорном доме она проживала до его разрушения, проживает в настоящее время, тогда как ответчик в нем никогда не проживал. В 2016 г. она обращалась в Управление архитектуры и градостроительства администрации города Костромы за получением разрешения на реконструкцию, в его выдаче было отказано в связи с тем, что реконструкция уже произведена. В настоящее время та часть дома, что отведена в пользование истцу, находится в аварийном состоянии, не пригодном для проживания, которое является следствием естественного старения, и отсутствия надлежащего содержания и ремонта со стороны истца. Соглашения о порядке пользования земельным участком между собственниками домовладения не существует. Полагает, что выполненная ею самовольно реконструкция прав истца не нарушает, тогда как истец злоупотребляет правами, всячески воздействует на неё с целью получения денег. Он предлагал для избежания судебного разбирательства выкупить его долю за 3 миллиона рублей. 

Третье лицо ФИО4 в суде полагала исковые требования ФИО1 не обоснованными. Пояснила, что является на основании договора купли- продажи собственником доли в спорном домовладении с 2005 г. С этого времени она знает ответчика, как свою соседку. Уже в момент покупки дом был в плохом состоянии, крыша протекала, в стенах были дыры, поэтому ту часть дома, в которой она проживала, она реконструировала, возведя новый сруб. ФИО2 проживает в своей реконструированной части дома по настоящее время. В 2011 г. часть дома, впоследствии реконструированная ответчиком, обрушилась, у него сгнила и разрушилась внешняя стена и провалилась крыша. В центральной части дома с 2010 г. никто не проживает, в ней после разрушения дома с 2012 г. некоторое время проживал отец ответчика. Она (ФИО4) неоднократно обращалась ко всем собственникам домовладения с предложением отремонтировать дом, но прежний собственник центральной части дома отказывался. В 2012 г. ФИО2 начала ремонт дома, сделав фундамент, а затем- сруб. В октябре 2014 г. по просьбе ФИО2 она оформила ей согласие на реконструкцию. По её мнению, центральная часть дома не пригодна для проживания, деревянная конструкция полуразрушилась и покрылась плесенью. Истец действий по поддержанию дома не производит, не смотря на выданное ему администрацией города Костромы предписание на ремонт или снос дома. 

Третьи лица администрация города Костромы в лице Управления архитектуры и градостроительства и Управление имущественных и земельных отношений администрации города Костромы, надлежаще извещенные о судебном заседании, в суд своих представителей не направили, просили о рассмотрении дела в отсутствие представителей. 

Выслушав участников процесса, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему. 

В соответствии со ст. 209, 210 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц. Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Имущество, находящееся в собственности двух или нескольких лиц, принадлежит им на праве общей собственности. Имущество может находиться в общей собственности с определением доли каждого из собственников в праве собственности (долевая собственность) или без определения таких долей (совместная собственность) (ст. 244 ГК).

В соответствии с положениями ст. 246, 247 ГК РФ, распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников. Владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

При этом, в соответствии со ст. 249 ГК Российской Федерации, каждый участник долевой собственности обязан соразмерно со своей долей участвовать в уплате налогов, сборов и иных платежей по общему имуществу, а также в издержках по его содержанию и сохранению.

Как предусмотрено ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации, собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования. Собственник жилого помещения несет бремя содержания данного помещения.

В соответствии с п. 1 ст. 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260).

На основании п. 1 ст. 222 ГК РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные, созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные, созданные без получения на это необходимых разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Право собственности на самовольную постройку может быть признано судом, а в предусмотренных законом случаях в ином установленном законом порядке за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий:

если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта;

если на день обращения в суд постройка соответствует параметрам, установленным документацией по планировке территории, правилами землепользования и застройки или обязательными требованиями к параметрам постройки, содержащимися в иных документах;

если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан /п. 3 ст. 222 ГК РФ/.

Согласно п. 14 ст. 1 ГрК РФ реконструкция объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) - изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.

В соответствии с п. 6 ч. 7 ст. 51 ГрК РФ проведение реконструкции предусматривает получение согласия всех правообладателей объекта капитального строительства в случае реконструкции такого объекта.

Как разъяснено в п. п. 28, 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" положения статьи 222 ГК РФ распространяются на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект.

Суд обязывает лицо к сносу самовольно реконструированного недвижимого имущества лишь в том случае, если будет установлено, что объект не может быть приведен в состояние, существовавшее до проведения таких работ.

Положения статьи 222 ГК РФ не распространяются на отношения, связанные с созданием самовольно возведенных объектов, не являющихся недвижимым имуществом, а также на перепланировку, переустройство (переоборудование) недвижимого имущества, в результате которых не создан новый объект недвижимости.

Лица, право собственности или законное владение которых нарушается сохранением таких объектов, могут обратиться в суд с иском об устранении нарушения права, не соединенного с лишением владения (статья 304 ГК РФ).

Как следует из ст. 56 ГПК Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Признание стороной обстоятельств, на которых другая сторона основывает свои требования, освобождает последнюю от необходимости дальнейшего доказывания данных обстоятельств (ст. 68 ГПК).

В силу положений ст. 67 ГПК Российской Федерации, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Из материалов дела правоустанавливающих документов следует, что предметом спора является бревенчатый одноэтажный жилой дом, на кирпичном фундаменте, под шиферной кровлей, с общей площадью 148,1 кв.м, в том числе жилой площадью 87,7 кв.м., находящийся в 

<

адрес>, расположенный на земельном участке площадью 971 кв.м. Год постройки дома не установлен, вместе с тем согласно выписке № 94 из домовой книги в 1953 г. указанный дом по упомянутому адресу существовал, в нем была зарегистрирована с 15.05.1953 П.

В настоящее время указанный дом находится в долевой собственности истца ФИО1 (доля в праве общей собственности 69/148- т.1., л.д. 10), ответчика ФИО2 (доля в праве 17/148- т.1, л.д. 23) и третьего лица по делу ФИО4 (доля в праве 62/148- т.1, л.д. 22). Земельный участок также находится в долевой собственности указанных лиц: ФИО1 и ФИО2 принадлежат по 5/16 доли в праве; ФИО4- 6/16 доли (т.1, л.д. 48). 

При сравнении данных технического учета по домовладению по состоянию на 27.01.2014 и 25.09.2015 (т.1 л.д. 12, 16) установлено, что фактически в доме имеется три изолированных жилых помещений. Оспариваемая реконструкция была начата согласно пояснениям лиц, участвующих в деле, в сентябре-октябре 2012 г., когда был выполнен фундамент и возведена коробка, завершена в 2016 г. До проведения реконструкции в пользовании истца находились помещения центральной части дома- литер А; в пользовании ответчика- помещения литер А1, а помещения литер А3 и а находились в общем пользовании ФИО1 и ФИО2 В пользовании третьего лица ФИО4 находились помещения литер А4, А5, а1. После реконструкции в пользовании истца находится центральная часть дома литер А, литер А3, в пользовании ответчика ФИО1- помещения литер А6, А7,а2. В пользовании у третьего лица ФИО4 находятся помещения литер А8, а3 (л.д.16).

Согласно пояснениям эксперта ФИО6 в суде в ходе реконструкции, выполненной ответчиком, была демонстрирована пристройка литер А1, частично демонтирована пристройка литер А3 и полностью – пристройка литер а. На месте пристройки литер А1 установлен сруб. На том месте, которое ранее занимала пристройка литер А3, выполнена пристройка из газосиликатных блоков. На месте пристройки литер а выполнена незаконченная пристройка из кирпича которая занимает тамбур для внутренних помещений основного строения. При демонтаже пристроек, демонтировалась и часть крыши, а в связи с возведением нового здания была возведена и новая крыша. Часть демонтированного участка основного строения перекрыта ломаным скатом. 

Указанная реконструкция произведена ответчиком ФИО2 без надлежащего согласования и получения разрешения на строительство. 

21.06.2016 Управлением архитектуры и градостроительства администрации города Костромы было отказано ФИО2 в выдаче разрешения на строительство, реконструкцию объекта капитального строительства по причине не представления согласия на реконструкцию жилого дома ФИО1, несоответствия требованиям согласия ФИО4, установления факта, что на момент обращения ФИО2 реконструкция уже начата. 

Стороной истца в обоснование иска приведены доводы о том, что реконструкция дома, находящегося в долевой собственности, была произведена ответчиком без согласования с истцом данных действий, а увеличение площади дома в пользовании ответчика привело к изменению размера долей, уменьшению земельного участка в пользовании у истца. Данные доводы судом принимаются во внимание. Вместе с тем суд полагает необходимым учесть обстоятельства, при которых одним из долевых собственников был произведен ремонт и реконструкция общего имущества. 

Суд полагает доказанным материалами дела довод ответчика о том, что реконструкция была произведена в связи с назревшей необходимостью ремонта той части дома, которой пользовалась ФИО2, фактически она была вызвана объективной необходимостью, а именно разрушением внешней стены и обрушением крыши, произошедшими в 2011 г. Это следует из пояснений представителей ответчика, третьего лица ФИО4, из представленных ответчиком фотоснимков, других материалов дела. Со слов ФИО4, еще на момент покупки ею доли домовладения в 2005 г. дом имел существенные повреждения в силу износа, имелись дыры в крыше и стенах, чем было обусловлено возведение ею нового сруба на месте прежних внешних несущих стен, ограждающих занимаемые ею помещения. Суду представлен ответ администрации города Костромы от 26.10.2015 на обращение ФИО4, согласно которому в ходе проведенного комиссионного обследования квартиры 

<

адрес> были установлены признаки бесхозяйственного содержания вышеуказанной квартиры, выразившиеся в обрушении перекрытий потолка. По факту бесхозяйственного содержания жилого помещения собственнику с уведомлением направлено предупреждение о необходимости принятия решения о судьбе данного объекта недвижимого имущества: путем проведения ремонтных работ, либо другого решения. Реконструкция ФИО2 произведена за несколько лет до того, как в рамках настоящего дела была проведена судебная экспертиза, выявившая, что центральная часть дома, единственная, что не подвергалась ремонтным воздействиям, находится в аварийном состоянии, не пригодна для проживания. 

Согласно пояснениям ФИО4 в суде, после того как она стала собственником дома, несмотря на очевидность его разрушения, наследодатель ФИО7, а за тем и новый собственник ФИО1 на её неоднократные предложения поучаствовать в ремонте дома отвечали отказом, в доме не проживали. И напротив ответчик ФИО2, став собственником дома в декабре 2010 г., в 2012 г. приступила к ремонтным работам. Тогда как разрушение находящейся в её пользовании части дома произошло в 2011 г. Устно она (ФИО4) сразу согласовала ФИО2 реконструкцию разрушенной части дома. В октябре 2014г. она предоставила ФИО2 письменное согласие на реконструкцию. И хотя форма этого согласия не соответствовала требованиям (согласие дано на строительство), по мнению суда, существенным по настоящему делу является факт обращения ФИО2 к долевому сособственнику дома за получением согласия и подтверждение ФИО4 в суде своего добровольного согласования на работы по реконструкции.

Поскольку наследодатель И умер в 2010 г., ФИО1 получил свидетельство о праве на наследство в феврале 2014 г. (т.1 л.д. 175), тогда как фактически работы по реконструкции начались в 2012 г. в связи с необходимостью, вызванной обрушением стены и крыши в 2011 г., суд считает, что у ФИО2 имелись объективные препятствия для получения согласия на реконструкцию от третьего долевого собственника. Кроме того, утверждение стороны ответчика о том, что и после получения ФИО1 свидетельства о наследстве ФИО2 длительное время не было известно об этом, а также адрес места жительства наследника, при том, что ФИО1 в спорном доме не проживал, не опровергнуто. 

Согласно заключению Общественной организации «Костромское областное общество защиты прав строителей» от 13.06.2017, пояснениям эксперта ФИО6 в суде, центральная часть дома в силу естественного старения и отсутствия ухода пришла в состояние, создающее угрозу жизни и здоровью людей, тогда как реконструированная часть дома такой угрозы не представляет. При этом эксперт исключает проведенную реконструкцию из факторов, приведших центральную часть дома к аварийному состоянию, угрожающему жизни и здоровью граждан. Ущерб жилому дому в результате реконструкции причинен не был Таким образом причинно- следственная связь между вредом, причиненным центральной части основного строения и реконструкцией, выполненной ФИО2, не установлена. По выводам заключения эксперта, пристроенные части жилого дома литера А6 и литера А7, несмотря на имеющиеся несоответствия требованиям норм, возведены и оборудованы таким образом и имеют такое объемно- планировочное решение, которое исключает возможность получения травм внутри пристроек и около них, при входе и выходе. Установлено, что конструкции этих пристроек не имеют дефектов и повреждений, ухудшающих их эксплуатационные свойства и снижающих их механическую безопасность.

Истец и ответчик, являясь собственниками жилого дома, в силу закона должны нести расходы по его содержанию и ремонту, соразмерно принадлежащей им доле в праве. Произведенные истцом работы по реконструкции жилого дома являлись одновременно ремонтными работами, направленными на восстановление и поддержание дома в исправном состоянии, обусловленными необходимостью сохранения имущества и недопущению его дальнейшего разрушения.

Утверждение стороны истца о том, что реконструкция повлекла нарушение прав истца, лишив его возможности пользоваться помещениями литера А3 и литера а, необоснованно, поскольку согласно пояснениям представителя ответчика и третьего собственника ФИО4 истец ФИО1, став собственником спорного дома, никогда в него не вселялся, обязанностей собственника по сохранению имущества не выполнял, препятствий в реализации этих прав и обязанностей собственника ему не чинилось, требований об устранении препятствий в пользовании имуществом ФИО1 не заявлялось. 

Порядок пользования земельным участком между собственниками не определен. Проведенная Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Костромской области на основании обращения ФИО1 от 21.09.2015 проверка на земельном участке, расположенном по адресу: 

<

адрес>, не выявила нарушений земельного законодательства и требований охраны и использования земель, установлено, что указанный земельный участок используется собственниками в соответствии с назначением и правоустанавливающими документами. 

Сам по себе факт неполучения ФИО2 согласия ФИО1 на проведение реконструкции в занимаемой ею части жилого дома, так же как и незначительное превышение фактического процента застройки в границах земельного участка с учетом сноса части строений, не свидетельствуют о нарушении прав и законных интересов ФИО1 и не являются основанием для удовлетворения иска. 

Доказательствами по делу не опровергается возможность применения соразмерного способа защиты права путем реконструкции занимаемой ФИО1 части дома, а не приведения дома в первоначальный вид путем сноса выстроенной пристройки в целях соблюдения прежнего соотношения долей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 без удовлетворения в полном объеме. 

Решение суда может быть обжаловано в Костромской областной суд через Димитровский районный суд г. Костромы в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Д.Д. Гаевый

Мотивированное решение в окончательной форме изготовлено 11 сентября 2017 г.

Судья Д.Д. Гаевый