Дело № 2-1259/2019

(УИД № 27RS0005-01-2019-001550-86)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

«17» сентября 2019 года г. Хабаровск

Краснофлотский районный суд г. Хабаровска в составе:

председательствующего судьи Ивановой Л.В., 

при секретаре Горбик А.С.,

с участием помощников прокурора Краснофлотского района г. Хабаровска Седляр С.Н., ФИО1,

истца ФИО2, его представителя ФИО3, действующей в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, 

представителей ответчика ФГУП «ГВСУ №6» ФИО4, ФИО5, ФИО6, действующих на основании доверенностей от 29.08.2019, 24.07.2019, 29.08.2019, соответственно, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Краснофлотского районного суда г. Хабаровска гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к Федеральному государственному унитарному предприятию «Главное военное строительное управление №6» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с настоящим иском, мотивируя свои требования тем, что он работал 12.02.2002 он принят на работу в ДГУП УПТК- 715 ФГУП «УСС Дальспецстрой» на должность экономиста по ценообразованию. Согласно записей в трудовой книжке работал на том же предприятии (в управлении и его подразделениях) до 07.06.2019. С 01.12.2016 по 07.06.2019 работал в должности заместителя начальника планово-экономического отдела. 24.05.2017 ФГУП «ГУСС «Дальспецстрой» при Спецстрое России» переименовано в ФГУП «ГВСУ № 6». 18.05.2018 ему вручено уведомление №109 от 17.05.2018 о расторжении трудового договора в связи с сокращением численности (штата). Согласно указанного уведомления, трудовой договор будет расторгнут 30.07.2018 (основание п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ). 30.07.2018 ему вручено уведомление № 361 от 27.07.2018 об изменении даты расторжения трудового договора, согласно которому, трудовой договор будет расторгнут не ранее 1 октября 2018 г. Посредством служебных записок он неоднократно обращался в адрес работодателя с предложениями о переносе срока расторжения трудового договора. Однако, указанные служебные записки оставлены без внимания. 07.06.2019 (по истечении 11-ти месяцев со дня последнего уведомления о сокращении) уведомлением №45 от 07.06.2019 работодателем ему предложены вакансии, имеющиеся на предприятии, по всем вакантным должностям предусмотрено заключение срочного трудового договора. 07.06.2019 после ознакомления с уведомлением о наличии вакансий сотрудники управления персоналом сообщили ему о том, что планируется его увольнение. Однако, дату увольнения не назвали. 07.06.2019 до 18:00 час. он находился на рабочем месте, но с приказом об увольнении ознакомлен не был, документы, связанные с работой и трудовая книжка выданы не были. В 19:10 час. 07.06.2019 (пятница) он покинул рабочее место. Согласно листку нетрудоспособности № 330 689 587 844 от 10.06.2019 в период с 10.06.2019 по 14.06.2019 он не мог исполнять трудовую функцию (на работе отсутствовал). 17.06.2019 он явился на работу, где ему было объявлено о его увольнении и вручен приказ № 172-ок от 07.06.2019 о прекращении трудового договора. Свое увольнение находит незаконным, а приказ об увольнении подлежащим отмене, поскольку последнее уведомление о предстоящем сокращении вручено ему 30.07.2018. В нарушение требований трудового законодательства работодателем не запрошено мотивированное мнение выборного органа первичной профсоюзной организации. Таким образом, при его увольнении ответчиком нарушены требования статей 180, 82, 373 Трудового кодекса РФ. 

На основании изложенного истец ФИО2 просит суд: признать его увольнение незаконным; обязать работодателя восстановить его в должности с 10.06.2019.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО2 неоднократно уточнял исковые требования, окончательно просил суд: признать его увольнение незаконным; обязать работодателя восстановить его в должности заместителя начальника планово- экономического отдела ФГУП «ГВСУ № 6» с 10.06.2019; взыскать с работодателя компенсацию за время вынужденного прогула за период с 10.06.2019 по 17.09.2019 в размере 360 650,89 руб.; взыскать с ФГУП «ГВСУ № 6» судебные расходы за юридические услуги в сумме 28 800,00 руб.

Определением суда от *** к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика, привлечен Конкурсный управляющий ФГУП «ГВСУ № 6» ФИО7.

Истец ФИО2 в судебном заседании на уточненных исковых требованиях настаивал в полном объеме, сославшись на доводы, изложенные в исковом заявлении, а также письменные пояснения и уточнения иска от 30.07.2019, 17.09.2019, представленные в материалы дела, и пояснения, данные в ходе судебных заседаний, сведя их к тому, что с резолюциями руководителя на служебные записки о продлении срока сокращения его ни разу не ознакомили. Письменно о решении руководителя об оставлении на работе/увольнении не информировали, коллеги устно сообщали о том, что срок увольнения отложен, но на какой срок не уточняли. Акты № 8 от 07.06.2019 и № 9 от 07.06.2019 составлены в его отсутствие, на ознакомление не предъявлялись, содержащиеся в них сведения не соответствуют действительности. Эти акты не отражают обстоятельств его отказа от ознакомления с приказом oб увольнении или уклонения от такого ознакомления, они не отвечают признакам относимости доказательств и подлежат исключению из числа доказательств по делу. 07.06.2019 (по истечении 11 месяцев со дня последнего уведомления о сокращении) уведомлением №45 от 07.06.2019 работодателем были предложены вакансии, имеющиеся на предприятии. Согласно указанному уведомлению, по всем вакантным должностям предусмотрено заключение срочного трудового договора. Из уведомления следовало также, что предполагаемая дата увольнения 07.06.2019, то есть в нарушение требований ст. 180 ТК РФ о предстоящем увольнении работодатель уведомил его непосредственно в день предполагаемого увольнения. Однако, 07.06.2019 до окончания рабочего дня он уволен не был. С 10.06.2019 по 15.06.2019, включительно, согласно листу нетрудоспособности, он не осуществлял трудовую функцию. 17.06.2019 приступив к работе, он узнал, что 07.06.2019 был уволен. С приказом об увольнении от 07.06.2019 он был ознакомлен 17.06.2019. Согласно позиции Конституционного суда РФ ч. 3 ст. 81, ч. 1,2 ст. 180 Трудового кодекса РФ являются элементами правового механизма увольнения по сокращению численности или штата работников, позволяют работнику, подлежащему увольнению, заблаговременно узнать о предстоящем увольнении, продолжить трудовую деятельность у работодателя, с которым он состоит в трудовых отношениях, либо с момента предупреждения об увольнении начать поиск подходящей работы, что обеспечивает наиболее благоприятные условия для последующего трудоустройства. Часть 2 ст. 180 ТК РФ не предусматривает возможности произвольного продления работодателем срока предупреждения работника о предстоящем увольнении. Исходя из системного толкования норм трудового законодательства, работодатель не вправе по собственному усмотрению переносить дату увольнения работника в связи с ликвидацией или сокращением, зафиксированную в соответствующем уведомлении или определенную на основании указанного в нем срока. Если в такой период работник не был уволен, то действие трудового договора продолжается. Увольнение же работника в дату, отличную от указанной в уведомлении, возможно только при повторном предупреждении работника об увольнении с соблюдением установленных ч. 2 ст. 180 ТК РФ сроков. Положения статьи 180 ТК РФ действительно обязывают работодателя уведомить работника о предстоящем увольнении не менее, чем за два месяца до увольнения, однако, это не означает, что по истечении указанного срока работодатель вправе расторгнуть трудовой договор с работником в любой момент, в том числе, спустя длительное время, без уведомления работника о новой дате прекращения трудовых отношений. В любом случае срок реализации работодателем права на увольнение работника по указанным основаниям должен быть разумным. В противном случае, работник, как более слабая сторона в данных правоотношениях, будет лишен возможности заблаговременно узнать о предстоящем увольнении и начать поиск подходящей работы. Устные доводы работодателя о том, что с момента введения внешнего управления все вновь заключаемые трудовые договоры имеют условие о срочности такого трудоустройства, а также о том, что его трудовые функции и навыки не востребованы работодателем ввиду банкротства предприятия, несостоятельны. Процедура внешнего управления направлена не на реализацию имущества должника с целью удовлетворения требований кредиторов, а на восстановление платежеспособности должника. Ввиду таких обстоятельств, работодатель, напротив, прямо заинтересован в сохранении квалифицированных кадров для продолжения вывода предприятия из банкротства. Кроме того, считает, что как, специалист с высшим экономическим образованием, дополнительным образованием в сфере менеджмента и антикризисного управления, стажем работы по специальности более 15-ти лет, он подходит на должность и в отдел закупок и в отдел материально-технического обеспечения. Согласно п. 2.5 приказа № 271 от 28.04.2018 о сокращении численности (штата) начальник управления персоналом обязан уведомить первичную профсоюзную организацию. Однако работодателем ни на момент уведомления о сокращении его должности, ни на дату непосредственного сокращения мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации не запрошено. Согласно выписке из ЕГРЮЛ Территориальный комитет Профсоюза № 4 (ОГРН 

<

***>) является действующим юридическим лицом. В настоящее время взносы с работников не удерживаются, однако, органами управления профсоюза ведется деятельность по выявлению, обоснованию и взысканию дебиторской задолженности, т.е. взносов, которые были удержаны с работников, но не перечислены работодателем в профсоюз.

Представители ответчика ФГУП «ДВСУ № 6» ФИО4, ФИО5, ФИО6 в судебном заседании исковые требования ФИО2 полагали не подлежащими удовлетворению в полном объеме, сославшись на доводы, изложенные в представленных письменных отзывах от 23.07.2019, 26.07.2019, 29.07.2019, 26.08.2019, 13.09.2019, в частности, что ФИО2 был уволен 07.06.2019, исковое заявление поступило в суд 08.07.2019, считают истцом пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям. Задолженность по выплате заработной платы по состоянию на 17.09.2019 перед истцом отсутствует. Имеется задолженность за задержку выплаты заработной платы в сумме 41 045,29 руб. Просят учесть, что ФИО2 не получил трудовую книжку и не ознакомился с приказом об увольнении в день увольнения – намеренно, несмотря на все предпринятые представителями работодателя действия. 28 апреля 2018 года работодателем издан приказ № 271 от 28.04.2018, согласно которому с целью оптимизации затрат должность заместителя начальника планово-экономического отдела подлежит сокращению. Уведомление о расторжении трудового договора в связи с сокращением численности (штата) было получено истцом 18.05.2018. С приказом № 271 от 28.04.2018 он был ознакомлен 18.05.2018, о чем имеется его подпись. Приказом от 27.07.2018 № 438 «Об изменении даты сокращения в ФГУП «ГВСУ № 6» была изменена дата сокращения указанной должности. Уведомление № 361 от 27.07.2018 об изменении даты расторжения трудового договора было получено истцом 30.07.2018. С приказом №361 от 27.07.2018 он был также ознакомлен, о чем имеется его подпись. Согласно названным приказу и уведомлению, должность заместителя начальника планово-экономического отдела сокращается не ранее 01.10.2018. В связи с этим последним днем работы может быть любой другой день, следующий за 01 октября 2018 года. Об этом прямо говориться в статье 80 ТК РФ. Законом максимальный срок предупреждения не установлен, следовательно, он может быть и более двух месяцев. Закон не запрещает работодателю осуществлять продление уведомления о сокращении или переносить сроки расторжения договора трудоустройства. Трудовое законодательство не обязывает работодателя увольнять сокращаемых сотрудников строго по истечении двухмесячного срока уведомления. То есть работодатель может провести увольнение, даже если после окончания уведомительного периода прошло более длительное время. При этом повторно уведомлять сотрудников законодательство не требует. На основании изложенного, ответчик не выдавал истцу других уведомлений, так как процедура сокращения работника не предусматривает его повторное уведомление, если не изменились условия, предусмотренные в ранее выданном уведомлении. Истцу дважды были предложены все имеющиеся вакансии: 22.05.2018 и в день увольнения – 07.06.2019. Таким образом, при увольнении истца все предусмотренные законодателем требования ответчиком были соблюдены в полном объеме. По вопросу игнорирования служебных записок: за период с сентября 2018 года по март 2019 года ФИО2 в отдел управления персоналом были представлены 4 служебные записки о переносе дат сокращения. Все служебные записки: от 27.09.2018 о переносе сокращения до 31.12.2018; от 21.12.2018 до 31.01.2019; от 14.01.2019 до 15.02.2019; от 14.02.2019 до 30.04.2019, были подписаны ФИО2 и лично им представлены в отдел управления персоналом уже с резолюцией, в том числе, ФИО7, к которому истец лично приходил для решения вопроса о продлении срока сокращения его должности. Служебную записку ФИО2 от 13.05.2019 ФИО7 не получал. Обо всех принимаемых решениях о продлении срока сокращения истец был уведомлен. Закон не предусматривает письменного уведомления работника об изменении даты сокращения. В основном на всех служебных записках было ходатайство врио главного бухгалтера ФИО9, и была виза внешнего управляющего ФИО7, выражающего свое согласие с продлением срока сокращения. Обо всех принимаемых решениях ФИО2 был уведомлен. Служебная записка от 14.02.2019 была устно согласована внешним управляющим о продлении срока сокращения до 15.05.2019 года. О чем ФИО2 было доведено до сведения начальником отдела управления персоналом ФИО4 Если бы ФИО2 не знал о продлении срока сокращения, он бы не приступил к работе и в дальнейшем не писал бы служебных записок о продлении сокращения. 22.05.2019 по приезду внешнего руководства состоялось совещание, на котором было принято решение с 27.05.2019 поручить врио главного бухгалтера ФИО10 выполнение работ, ранее выполняемых планово-экономическим отделом (протокол №15 от 22.05.2019). О принятом решении ФИО4 устно сообщила ФИО2 На что ФИО2 выразил свое желание дождаться, когда выйдет из отпуска врио главного бухгалтера ФИО11 (03.06.2019), в надежде, что она сможет обосновать руководству необходимость продления его даты сокращения. ФИО2 своевременно не передал врио главного бухгалтера всю необходимую документацию (отчеты, переписку и прочее). 28.05.2019 истец оформил отгул за ранее отработанное время. С 28.05.2019 по 03.06.2019 был нетрудоспособен. Врио главного бухгалтера ФИО11 в период нетрудоспособности ФИО2 неоднократно с ним созванивалась и обсуждала вопросы передачи функций планово-экономического отдела в отдел бухгалтерского учета и отчетности, в связи с его предстоящим увольнением. После окончания временной нетрудоспособности ФИО2 передал документы врио главного бухгалтера ФИО9 и 07.06.2019 уволен по сокращению численности (штата) работников организации. Таким образом, доводы ФИО2 о том, что служебные записки были оставлены без внимания, несостоятельны. В день увольнения 07.06.2019 работнику было выдано уведомление № 45 от 07.06.2019 о наличии вакансий и письменно сообщена дата сокращения. В уведомлении было указано, что в случае отказа от перевода на предложенные вакансии, трудовой договор с ним будет расторгнут 07.06.2019, в связи с сокращением численности (штата) организации на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса РФ. Истец был ознакомлен с данным уведомлением, о чем имеется его подпись. Также был выдан обходной лист, который предусмотрен Регламентом кадрового администрирования, для подписания всеми заинтересованными службами и предоставления в отдел управления персоналам. Однако, истец обходной лист в отдел управления персоналам так и не предоставил. Был сформирован табель учета рабочего времени с последним днем работы 07.06.2019. Табель учета рабочего времени за период с 01.06.2019 по был лично подписан ФИО2, которому в течение дня неоднократно напоминалось ФИО4, начальником отдела управления персоналом и ФИО12, ведущим специалистом отдела управления персоналом о необходимости зайти в отдел управления персоналом ознакомиться с приказом об увольнении и сдать подписанный обходной лист. Несмотря на все предпринятые действия по информированию ФИО2, он так и не явился в отдел управления персоналом, с документами об увольнении не ознакомился, трудовую книжку не получил. В связи с чем, 07.06.2019 ФИО2 было направлено письмо от 07.06.2019 № 48/205о необходимости явиться за трудовой книжкой либо направить письменное согласие на отправление трудовой книжки по Почте России. Только, 17.06.2019 ФИО2 пришел в отдел управления персоналом, предоставив листок временной нетрудоспособности по уходу за больным ребенком. В этот же день ФИО2 получил трудовую книжку и был знакомлен с приказом об увольнении по сокращению численности (штата) работников организации. 04.07.2018 было направлено письмо от 04.07.2018 №48/2029 Председателю профессионального союза гражданского персонала Вооруженных сил России о запросе предварительного согласования увольнения ФИО2, который на тот момент являлся неосвобожденным от основной работы Председателем территориального профсоюзного комитета № 4. На указанное письмо был получен ответ от 10.07.2018 № 5/234 о том, что Территориальный профсоюзный комитет №4 не является структурной организацией Профсоюза ВС России, в связи с чем, у Профсоюза ВС России нет полномочий по согласованию документов ФИО2 11.07.2018 было направлено письмо Ликвидатору Общественной организации «Общероссийский профессиональный союз работников специального строительства России» с просьбой согласовать сокращение ФИО2 Однако, до настоящего времени ответ не получен. Общественная организация «Общероссийский профессиональный союз работников специального строительства России» была ликвидирована 07.02.2019. Согласно письму от 22.01.2019 № 333 с 01.01.2019 Территориальный комитет профсоюза № 4 находиться в стадии ликвидации. Данный факт также подтверждается выпиской из протокола Конференции Территориальный комитет профсоюза № 4 от 28.12.2019. Также с 01.01.2019 ФИО2 вышел из профсоюзной организации, о чем письменно было сообщено председателем первичной профсоюзной организации Главного управления Предприятия ФИО13 (исх. от 10.01.2019 № 9). На основании этого письма профсоюзные взносы с работников, бывших членов профсоюза, с 01.01.2019 бухгалтерия Главного управления прекратила удерживать. 23.07.2018 ФИО2 как председателю ТПК № 4 был направлен запрос о даче предварительного согласия вышестоящего выборного профсоюзного органа в соответствии со ст. 374 ТК РФ. В ответ на данный запрос ФИО2 ответил, что дата сокращения его должности изменена, проигнорировав запрос в части дачи предварительного согласия на увольнение. Таким образом, работодатель вправе произвести увольнение без учета соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа в случае, если такое решение не представлено в семидневный срок. Кроме того, мнение выборного органа первичной профсоюзной организации запрашивать было не по кому и не у кого. 20.05.2019 в юридический отдел был принят ведущий юрисконсульт ФИО14 по срочному трудовому договору до 28.08.2019. Данный работник ранее работал на Предприятии в период с 23.09.2016 по 15.08.2019. 01.07.2019 переводом из филиала «Строительное управление № 701» ФГУП «ГВСУ № 6» в юридический отдел была переведена ФИО15 на должность ведущего юрисконсульта юридического отдела. В соответствии с должностной инструкцией от 01.03.2018 ведущий юрисконсульт юридического отдела должен иметь высшее профессиональное образование по специальности юриспруденция и стаж работы по направлению деятельности не менее 2 лет. ФИО2 должности в юридическом отделе не предлагались в связи с отсутствием у него юридического образования и стажа работы по направлению деятельности не менее 2 лет. 27.05.2019 в отдел закупок был принят ведущий специалист ФИО16 по срочному трудовому договору до 28.08.2019, для выполнения. Данный работник ранее работал на Предприятии с 08.09.2016 по 31.12.2018. В соответствии с должностной инструкцией от 27.05.2019 ведущий специалист отдела закупок должен иметь высшее профессиональное образование по специальности юриспруденция, стаж работы по направлению деятельности не менее 2 лет и дополнительное профессиональное образование в сфере закупок (обучение по программе повышения квалификации в сфере закупок или программе профессиональной переподготовки по Федеральному закону 44-ФЗ). ФИО2 указанная должность не предлагались, в связи с отсутствием у него стажа работы не менее 2 лет в сфере закупок и обучения по программе повышения квалификации в сфере закупок или программе профессиональной переподготовки по Федеральному закону № 44-ФЗ. ФИО2 в период с 2018 г. по 2019 г. не входил в состав Единой комиссии по осуществлению закупок ФГУП «ГВСУ № 6», так как у него отсутствовал документ, подтверждающий прохождение профессиональной подготовки или повышение квалификации в сфере закупок. Согласно официальным данным сайта ФГБОУ ВО «ХГУЭП» Учебный и методический центр госзакупок проводит набор на обучение по программе «Управление государственными и муниципальными закупками: закупки в контрактной системе», необходимое количество часов 120. Ближайшее время набора в группу на обучение запланировано на 02.09.2019-20.09.2019. В связи с тем, что вакансия ведущего специалиста отдела закупок вызвана срочной необходимостью реализации внешнего управления, предусмотренного планом внешнего управления в деле о несостоятельности (банкротстве) по делу № А73-8059/2015, учитывая невозможность направить истца на обучение, а также его несоответствие требованиям в должностной инструкции, ему указанная вакансия не была предложена. В отделе материально-технического обеспечения и комплектации вакансий в 2019 году не было. Планировался прием работника в указанный отдел в феврале 2019 г., однако, исходя из функциональных обязанностей, он был принят в юридический отдел. В 2019 г. в штатное расписание также была введена должность ведущего инженера производственного отдела. В соответствии с должностной инструкцией от 18.02.2019 ведущий инженер производственного отдела должен иметь высшее профессиональное образование по специальности промышленное и гражданское строительство, опыт работы в производственно-техническом отделе в строительной сфере не менее 3 лет, умение читать чертежи, составлять строительные сметы. ФИО2 не соответствовал требованиям, предъявляемым к данной должности в связи с отсутствием у него опыта работы в производственно-техническом отделе в строительной сфере не менее 3 лет, отсутствием опыта работы с чертежами. На должность специалиста по закупкам УПТК № 724 была принята ФИО17, которая работала с сентября 2016 года в филиале «УПТК № 724». В марте 2017 года в связи с сокращением занимаемой должности данному работнику были предложены вакансии в филиале «СУ № 713», в том числе носящие временный характер. К моменту выхода основного работника она забеременела. В связи с тем, что установлен запрет на увольнение беременной женщины путем расторжения трудового договора по инициативе работодателя данный работник был переведен в Главное управление. Таким образом, истцу были предложены все вакантные должности, соответствующие его квалификации, что подтверждается штатной расстановкой по состоянию на 07.06.2019. О сокращении занимаемой должности и предстоящем увольнении, истец был уведомлен 21.05.2018 и 07.06.2019, что им не оспаривается. 29.05.2018 ответчик направил в КГКУ «Центр занятости населения города Хабаровска и Хабаровского района» сообщение о предстоящем увольнении работников в связи с сокращением численности штата работников (истец указан в позиции пункта 61 сведений). Факт сокращения численности и штата подтвержден представленными суду штатными расписаниями, из которых усматривается, что должность истца не сохранилась. Таким образом, решение о сокращении и последующее изменение в штатные расписания были внесены в рамках предоставленных работодателю полномочий, должность истца была сокращена, порядок и процедура увольнения по указанному основанию ответчиком не нарушены, в отношении истца со стороны ответчика не допущена дискриминация в области труда. Требования ст., ст. 81, 179, 180 ТК РФ работодателем не нарушены: о сокращении штата работников организации в установленном порядке истец был уведомлен, вакантные должности, соответствующие и не соответствующие квалификации и опыту работы истца, ответчиком были предложены. При рассмотрении вопроса о преимущественном праве оставления истца на работе, ответчик с учетом анализа квалификации и опыта работы истца и другого работника, пришел к выводу, что истец не имеет преимущественного права оставления на работе. Обязанность работодателя по принятию мер к трудоустройству работника, подлежащего увольнению в связи с сокращением штата, с учетом вышеизложенных требований, законодатель относит к числу гарантий трудовых прав, направленных против возможного произвольного увольнения с работы в связи с сокращением штата работников. Как следует из материалов дела, ответчик предоставлял истцу списки всех вакансий, имеющихся у работодателя. ФИО2 отказался от предложенных вакансий. Доводы о том, что то у ответчика имелись свободные вакансии, которые не были предложены истцу, являются несостоятельными, поскольку из представленных ответчиком документов следует, что в период процедуры сокращения истцу были предложены все имеющиеся у работодателя свободные вакансии. Иные свободные вакансии не могли быть предложены и замещены истцом ввиду отсутствия у нее необходимой квалификации и стажа работы. Также считают, что заявленный истцом размер судебных расходов по оплате услуг представителя является чрезмерно завышенным, представитель не является адвокатом. 

Третье лицо Конкурсный управляющий ФГУП «ГВСУ» № 6 ФИО7 в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом, в заявлении от 12.09.2019 просил о рассмотрении дела в свое отсутствие. Представил письменные пояснения, согласно которым ФИО2 лично приходил к нему со служебными записками о продлении срока сокращения; служебная записка от 13.05.2019 о продлении сокращения к нему не поступала. Полагает, что иск ФИО2 не подлежит удовлетворению. 

На основании ст. 167 ГПК РФ суд с согласия участников процесса определил рассмотреть дел в отсутствие неявившегося третьего лица. 

Суд, выслушав пояснения сторон, их представителей, показания свидетеля, исследовав материалы дела, представленные сторонами доказательства, с учетом заключения прокурора, полагавшего увольнение истца законным, а иск не подлежащим удовлетворению, приходит к следующим выводам. 

В соответствии ч. 1 ст. 37 Конституцией Российской Федерации труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду и выбирать род деятельности и профессию. Свобода труда в сфере трудовых отношений проявляется, прежде всего, в договорном характере труда, в свободе трудового договора. Именно в рамках трудового договора на основе соглашения гражданина и работодателя решается вопрос о работе по определенной должности, профессии, специальности.

Свобода труда обеспечивается, в том числе запретом принудительного труда, под которым согласно Конвенции Международной организации труда № 29 от 28.06.1930 относительно принудительного или обязательного труда (ратифицирована Указом Президиума Верховного Совета СССР от 4 июня 1956 г.) понимается всякая работа или служба, требуемая от какого-либо лица под угрозой какого-либо наказания и для которой это лицо не предложило добровольно своих услуг (пункт 1 статьи 2 Конвенции).

По смыслу положений ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры с работниками в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Пунктом 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

В силу ч. 3 ст. 81 ТК РФ увольнение по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 настоящей статьи, допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором.

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 179 Трудового кодекса РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Частями 1 и 2 ст. 180 ТК РФ установлено, что при проведении мероприятий по сокращению численности или штата работников организации работодатель обязан предложить работнику другую имеющуюся работу (вакантную должность) в соответствии с ч. 3 ст. 81 настоящего Кодекса. О предстоящем увольнении в связи с сокращением численности или штата работников организации работники предупреждаются работодателем не менее чем за два месяца до увольнения.

В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» в пункте 29 разъяснено, что в соответствии с ч. 3 ст. 81 Кодекса увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу (с учетом его образования, квалификации, опыта работы).

Принятие решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации, как верно указано представителем ответчика относится к исключительной компетенции работодателя, который вправе расторгнуть трудовой договор с работником в связи с сокращением численности или штата работников организации (п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ). Однако, только при условии соблюдения установленного Трудовым кодексом Российской Федерации порядка увольнения и гарантий, направленных против произвольного увольнения.

Согласно правовой позиции изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2006 № 581-О к числу гарантий трудовых прав, направленных против возможного произвольного увольнения граждан с работы, в частности в связи с сокращением штата работников, относится необходимость соблюдения работодателем приведенного выше порядка увольнения. 

С учетом приведенных норм материального права юридически значимым для правильного разрешения спора, исходя из требований ст. 56 ГПК РФ, является установление судом следующих обстоятельств: действительное сокращение численности или штата работников организации; письменное под роспись предупреждение за два месяца до увольнения работника о предстоящем увольнении; наличие вакантных должностей или работы, соответствующей должности или нижеоплачиваемой работы в период со дня уведомления об увольнении до дня увольнения с работы; исполнение ответчиком требований ст. 179 ТК РФ о рассмотрении вопроса о преимущественном праве истца на оставление на работе с учетом образования, профессиональных качеств и уровня квалификации; учет мнения выборного профсоюзного органа в соответствии со ст. 373 ТК РФ.

Если хотя бы одно из указанных условий не было соблюдено работодателем, то увольнение работника по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ не может быть признано законным и работник подлежит восстановлению на работе.

Обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя (п. 23 названного Постановление Пленума).

Судом установлено, что ответчик Федеральное государственное унитарное предприятие «Главное военно-строительное управление № 6» осуществляло свою деятельность на основании Устава, утвержденного приказом директора Департамента имущественных отношений Минобороны России № 944 от 31.03.2017. 

На основании определения Арбитражного суда Хабаровского края от 02.03.2018 в отношении ФГУП «ДВСУ № 6» введено внешнее управление сроком на 18 месяцев. Внешним управляющим назначен ФИО7 

Решением Арбитражного суда Хабаровского края от 29.08.2019 ФГУП «Главное военно-строительное управление № 6» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введено конкурсное производство на шесть месяцев. ФИО7 назначен конкурсным управляющим. 

В судебном заседании материалами дела установлено, что на основании приказа № 30-к от 12.02.2002 ФИО2 принят с 12.02.2002 на работу в планово-экономический отдел ДГУП УПТК-715 ФГУП «УСС ДСС» на должность экономиста по ценообразованию и договорной работе. С ним был заключен трудовой контракт. Впоследствии в ходе неоднократных переводов, начиная с 24.05.2017, истец занимал должность заместителя начальника планово-экономического отдела ФГУП «Главное военно-строительное управление №6». 

В соответствии с записью в Трудовой книжке АТ-VIII № 0735997 на имя ФИО2, трудовой договор с ним расторгнут в связи с сокращением штата работников организации на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ. 

Увольнение произведено в соответствии с приказом №172-ок от 07.06.2019, с которым ФИО2 ознакомлен 17.06.2019 под роспись.

Как установлено судом ФГУП «ГВСУ № 6» в связи с сокращением должностей в организационно-штатной структуре предприятия проведены организационно-штатные мероприятия, что подтверждается сведениями о высвобождаемых работниках, нуждающихся в помощи по трудоустройству, протоколом совещания по оптимизации численности Главного управления филиалов ФГУП «ГВСУ № 6» № 15 от 22.05.2019, табелями учета рабочего времени за период с 01.01.2018 по 07.06.2019, изменениями к штатному расписанию, вводимыми в действие в разный период времени с 01.03.2018 по 07.06.2019, нижеприведенными приказами и другими материалами дела. 

Так, 28.04.2018 ответчиком издан приказ № 271 от 28.04.2018, в соответствии с которым с целью оптимизации затрат должность заместителя начальника планово-экономического отдела подлежала сокращению. С указанным приказом ФИО2 был ознакомлен под роспись 18.05.2018. В этот же день ему вручено уведомление о расторжении трудового договора в связи с сокращением численности (штата). 

На основании приказа работодателя от 27.07.2018 № 438 была изменена дата сокращения указанной должности; уведомление № 361 от 27.07.2018 об изменении даты расторжения трудового договора было получено истцом 30.07.2018. Согласно названным приказу и уведомлению, должность заместителя начальника планово-экономического отдела ФГУП «ГВСУ № 6 » сокращается не ранее 01.10.2018.

Таким образом, ФИО2 был предупрежден 30.07.2018 о предстоящем увольнении в связи с сокращением его должности не ранее, чем с 01.10.2018. 

Как установлено судом, на основании служебных записок и решения работодателя в виде резолюции на них истцу неоднократно продлевался срок предстоящего сокращения, а именно: от 27.09.2018 о переносе сокращения до 31.12.2018; от 21.12.2018 – до 31.01.2019; от 14.01.2019 – до 15.02.2019; от 14.02.2019 – до 30.04.2019.

Согласно позиции ответчика, подтвержденной третьим лицом, указанные должностные записки лично ФИО2 были представлены в отдел управления персоналом с резолюцией, в том числе, ФИО7, к которому истец лично приходил для решения вопроса о продлении срока сокращения его должности. Служебную записку ФИО2 от 13.05.2019 ФИО7 не получал. 

У суда нет оснований сомневаться в достоверности указанных сведений, поскольку из содержания служебных записок и последующих действий работника, усматривается, что ФИО2 самостоятельно составлял эти записки, указывая новый срок сокращения, и обращался к руководству за согласованием продления такого срока. Им же была составлена служебная записка от 13.05.2019, на которую резолюция о продлении срока сокращения до 28.08.2019 не была получена истцом. 

Таким образом, после согласованного срока продления сокращения до 30.04.2019, истец продолжал осуществлять свою трудовую функцию, получать за это заработную плату, а, следовательно, продолжал работать с согласия и ведома работодателя, вплоть до даты своего увольнения – 07.06.2019.

Суд соглашается с доводами представителей ответчиков, что трудовым законодательством максимальный срок предупреждения об увольнении по сокращению численности (штата) организации не установлен, при этом закон не запрещает работодателю осуществлять продление уведомления о сокращении или переносить сроки расторжения трудового договора и не обязывает работодателя увольнять сокращаемых сотрудников строго по истечении двухмесячного срока уведомления. То есть работодатель может провести увольнение, даже если после окончания уведомительного периода прошло более длительное время. 

Между тем, суд не может согласиться с тем, что установив своей резолюцией срок предстоящего сокращения до 30.04.2019, работодатель не должен был уведомить истца о новой дате сокращения его должности со ссылкой приказ № 271 от 28.04.2018 и уведомление № 361 от 27.07.2018 об изменении даты расторжения трудового договора не ранее 01.10.2018, поскольку такой срок был установлен именно до 30.04.2019, и после указанной даты работник продолжал работать, следовательно, изменились условия, предусмотренные в ранее выданном уведомлении о сокращении. При этом, ФИО2 продолжал осуществлять свои трудовые обязанности, не зная, когда с ним будет расторгнут трудовой договор по вышеуказанному основанию. 

Вместе с тем, что не оспаривается сторонами, в день увольнения 07.06.2019 ФИО2 было выдано уведомление № 45 от 07.06.2019 о наличии вакансий и письменно сообщена дата сокращения – 07.06.2019. Таким образом, работник был уведомлен о новой дате сокращения в день увольнения. Так, в уведомлении указано, что в случае отказа от перевода на предложенные вакансии, трудовой договор с ним будет расторгнут 07.06.2019, в связи с сокращением численности (штата) организации на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового Кодекса РФ. Истец был ознакомлен с данным уведомлением 07.06.2019, о чем имеется его подпись. 

При таких обстоятельствах, доводы истцовой стороны о том, что ФИО2 не было известно о дате увольнения в связи с сокращением численности (штата) организации с 07.06.2019, суд признает несостоятельными. Как и доводы о том, что он был лишен возможности найти новую работу, так как с момента первого уведомления о предстоящем сокращении прошло значительное время, за которое можно было принять меры к трудоустройству в другую организацию. 

Как установлено судом материалами дела, истцу дважды были предложены для замещения вакантные должности: уведомлением № 230 от 21.05.2018 и № 45 от 07.06.2019, от перевода на которые он отказался.

При этом ФИО2 не были предложены вакантные должности в ФГУП «ГВСУ № 6»: ведущего юрисконсульта юридического отдела; ведущего специалиста отдела закупок; ведущего инженера производственного отдела, поскольку у истца отсутствует высшее профессиональное образование по соответствующей специальности (юриспруденция или промышленное и гражданское строительство и стаж работы по направлению деятельности не менее 2 лет, стаж работы не менее 2 лет в сфере закупок и обучения по программе повышения квалификации в сфере закупок или программе профессиональной переподготовки по Федеральному закону № 44-ФЗ, опыт работы в производственно-техническом отделе в строительной сфере не менее 3 лет, умение читать чертежи, составлять строительные сметы, соответственно), о чем указано в представленных в материалы дела должностных инструкциях (ведущего юрисконсульта юридического отдела правового управления, утвержденной 01.03.2018, ведущего специалиста отдела закупок, утвержденной 27.05.2019, заместителя начальника юридического отдела по договорной работе, утвержденной 26.02.2019, ведущего инженера производственного отдела, утвержденной в 18.02.2019), положениях об отделе закупок, о планово-экономическом отделе, юридическом отделе правового управления, утвержденных 01.12.2017, 15.01.2018, 01.03.2018, соответственно. 

ФИО2 в судебном заседании факт отсутствия соответствующего высшего специального профессионального образования и необходимого стажа работы по названным вакантным должностям, не оспаривался.

При таком положении, суд приходит к выводу, что истцу были предложены для перевода все вакантные должности, соответствующие его образованию, квалификации, опыту и состоянию здоровья, что подтверждается штатной расстановкой по состоянию на 07.06.2019. В связи с чем, ссылка истца и его представителя на наличие у ФИО2 высшего экономического образования и дополнительного образования в сфере менеджмента и антикризисного управления, стажа работы по специальности более 15-ти лет, что он подходит на должность и в отдел закупок, и в отдел материально-технического обеспечения, не принимается судом. 

Вместе с тем, ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ допустимых, достоверных и достаточных доказательств соблюдения установленного порядка увольнения истца, с соблюдением требований положений ст. 373 Трудового кодекса РФ, суду не представлено.

Так, в соответствии со ст. 371 ТК РФ работодатель принимает решения с учетом мнения соответствующего профсоюзного органа в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В силу статьи 82 Трудового кодекса Российской Федерации при принятии решения о сокращении численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя и возможном расторжении трудовых договоров с работниками в соответствии с пунктом 2 части первой статьи 81 настоящего Кодекса работодатель обязан в письменной форме сообщить об этом выборному органу первичной профсоюзной организации не позднее, чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий, а в случае, если решение о сокращении численности или штата работников может привести к массовому увольнению работников - не позднее, чем за три месяца до начала проведения соответствующих мероприятий. 

Увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса производится с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 настоящего Кодекса.

Как определено в ст. 373 ТК РФ, при принятии решения о возможном расторжении трудового договора в соответствии с пунктами 2, 3 или 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса с работником, являющимся членом профессионального союза, работодатель направляет в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации проект приказа, а также копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения.

Выборный орган первичной профсоюзной организации в течение семи рабочих дней со дня получения проекта приказа и копий документов рассматривает этот вопрос и направляет работодателю свое мотивированное мнение в письменной форме. Мнение, не представленное в семидневный срок, работодателем не учитывается.

Работодатель имеет право расторгнуть трудовой договор не позднее одного месяца со дня получения мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации. В указанный период не засчитываются периоды временной нетрудоспособности работника, пребывания его в отпуске и другие периоды отсутствия работника, когда за ним сохраняется место работы (должность).

Как установлено в ходе судебного разбирательства, впервые о предстоящем увольнении по основанию п. 2 ч. 1 ст. 81 ТКРФ ФИО2 был уведомлен 18.05.2018. 

Согласно п. 2.5 приказа № 271 от 28.04.2018 о сокращении численности (штата) начальник управления персоналом обязан уведомить первичную профсоюзную организацию о предстоящем увольнении работника по данному основанию.

04.07.2018 работодателем было направлено письмо №48/2029 Председателю профессионального союза гражданского персонала Вооруженных сил России (г. Москва) о запросе предварительного согласования увольнения ФИО2, который на тот момент являлся неосвобожденным от основной работы Председателем территориального профсоюзного комитета № 4. 

На указанное письмо был получен ответ от 10.07.2018 № 5/234 о том, что Территориальный профсоюзный комитет №4 не является структурной организацией Профсоюза ВС России, в связи с чем, у последнего нет полномочий по согласованию документов по сокращению численности или штата работников ФГУП «ГВСУ № 6», в том числе начальника планово-экономического отдела предприятия ФИО2 

Из уведомления № 01 от 22.01.2019 Дальневосточной межрегиональной территориальной организации общероссийского профессионального союза работников специального строительства России следует, что Территориальный комитет профсоюза № 4 начиная с 01.01.2019 находится в стадии ликвидации. Данный факт также подтверждается выпиской из протокола Конференции Территориального комитета профсоюза № 4 от 28.12.2019, выписками из ЕГРЮЛ от 26.07.2019, 16.09.2019 в отношении Дальневосточной межрегиональной территориальной организации общероссийского профессионального союза работников специального строительства России (сокращенное наименование Территориальный комитет профсоюза № 4), в которой также, что указано, что руководителем ликвидационной комиссии назначен ФИО2

В соответствии с Уставом Общественной организации – Общероссийский профессиональный союз работников специального строительства России, принятый Учредительным съездом 18.06.1992 и зарегистрированным Федеральной регистрационной службой Управления по делам некоммерческих организаций с изменениями по состоянию на 07.06.2007, членом профсоюза является физическое лицо, в том числе, работник, состоящее на учете в первичной профсоюзной организации. 

Первичная профсоюзная организация – добровольное объединение членов профсоюза, работающих как правило на одном предприятии. Территориальная организация профсоюза – областные, межрегиональные организации профсоюза, представляющие собой добровольное объединение первичных профсоюзных организаций профсоюза, действующих на территории одного или нескольких субъектов РФ. Для первичной профсоюзной организации вышестоящим профсоюзным органом выступают органы областной, межрегиональной, территориальной организации профсоюза. 

Согласно статье 16 приведенного Устава выход из профсоюза осуществляется добровольно на основе личного заявления и исчисляется со дня подачи такого заявления. При этом вышедший член профсоюза не может быть принят обратно в профсоюз в течение одного года со дня выхода. 

Судом установлено, и не оспаривалось сторонами, что с *** ФИО2 вышел из первичной профсоюзной организации, что усматривается из письма от 10.01.2019 № 9 председателя профсоюзного комитета № 1 ТКП № 4 (Территориального комитета профсоюза № 4).

В статье 20 Устава Общероссийского профессионального союза работников специального строительства России указано, что первичная профсоюзная организация входит в состав территориальной организации профсоюза, какой в данном случае является Территориальный комитет профсоюза № 4.

Приведенные положения Устава полностью согласуются с положениями Федерального закона от 12.01.1996 № 10-ФЗ «О профессиональных союзах, их правах и гарантиях деятельности».

Из показаний ФИО18, допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля, следует, что ФИО2, она и другие работники ФГУП «ДВСУ № 6» были приняты в члены первичной профсоюзной организации, которая входила в состав ТПК № 4, куда работники уплачивали членские взносы до декабря 2018 г. Для ликвидации ТПК № 4 из членов первичной организации были избраны члены ликвидационной комиссии, куда вошла она и еще четверо человек. ФИО2 был назначен председателем ликвидационной комиссии. 

Данные показания свидетеля суд признает относимыми и допустимыми, поскольку они последовательным, согласуются с другими доказательствами по делу, свидетель предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем, берет их за основу. 

Таким образом, судом на основании приведенных правовых норм и установленных по делу обстоятельств, подтвержденных письменными и иными доказательствами, достоверно установлено, что на момент принятии работодателем решения о предстоящем сокращении ФИО2 17.05.2018, и возможном расторжении с ним трудового договора в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, ответчик вообще не исполнил свою обязанность сообщить в письменной форме об этом выборному органу первичной профсоюзной организации и запросить мотивированное мнение выборного органа первичной профсоюзной организации, членом которой вплоть до 09.01.2019 являлся истец. 

Впервые, как установлено выше, с данным вопросом руководство ФГУП «ДВСУ № 6» обратилось 04.07.2018 в Профессиональный союз гражданского персонала Вооруженных сил России, который не имеет отношения ни к Территориальному профсоюзному комитету №4, ни к первичной профсоюзной организации. 

11.07.2018 ответчиком направлено письмо № 48/2093 Ликвидатору Общественной организации «Общероссийский профессиональный союз работников специального строительства России», являющейся вышестоящей по отношению к ТПК № 4, но не к первичной профсоюзной организации, с просьбой согласовать сокращение ФИО2, однако, ответ, что следует из пояснений ответной стороны, не получен. 

Согласно доводам ответной стороны, которые подтверждены материалами дела, 23.07.2018 ФИО2 как председателю ТПК № 4, был направлен запрос № 18/461 о даче предварительного согласия (мотивированного мнения) вышестоящего выборного профсоюзного органа в соответствии со ст. 374 ТК РФ, то есть за пределами установленного статьей 82 Трудового кодекса срока (не позднее, чем за два месяца до начала проведения мероприятий по сокращению).

На данный запрос ФИО2 дан ответ, о том, что согласно приказу № 438 от 27.07.2018 дата сокращения должности заместителя начальника планово-экономического отдела изменена. Копия указанного приказа представлена в материалы дела, в пункте 1.32 указано, что должность заместителя начальника отдела планово-экономического отдела подлежит сокращению не ранее 1 октября 2018 г. 

Между тем, по убеждению суда, данный ответ не мог быть расценен работодателем как мотивированное мнение, согласие либо несогласие с поставленным вопросом о сокращении работника.

Согласно приведенным в статье 374 Трудового кодекса РФ положениям, увольнение по основаниям, предусмотренным пунктом 2 или 3 части первой статьи 81 настоящего Кодекса, руководителей (их заместителей) выборных коллегиальных органов первичных профсоюзных организаций, выборных коллегиальных органов профсоюзных организаций структурных подразделений организаций (не ниже цеховых и приравненных к ним), не освобожденных от основной работы, допускается помимо общего порядка увольнения только с предварительного согласия соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа.

Работодатель вправе произвести увольнение без учета решения соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа в случае, если такое решение не представлено в установленный срок или если решение соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа о несогласии с данным увольнением признано судом необоснованным на основании заявления работодателя. Работодатель вправе произвести увольнение без учета мотивированного мнения соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа в случае, если такое мнение не представлено в установленный срок.

При отсутствии соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа увольнение по основаниям, предусмотренным пунктом 2, 3 или 5 части первой статьи 81 настоящего Кодекса, работников, указанных в части первой настоящей статьи, производится с соблюдением порядка, установленного статьей 373 настоящего Кодекса.

То есть, исходя из буквального содержания приведенной нормы Закона, ФИО2 как руководитель профсоюзного органа, не освобожденный от основной работы, мог быть уволен только с предварительного согласия соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа либо в общем порядке, предусмотренном ст. 373 ТК РФ.

Однако, как установлено судом, вышеприведенные требования трудового законодательства не были соблюдены ответчиком при увольнении истца. В связи с изложенным, доводы ответной стороны о том, что на момент увольнения ФИО2 не являлся членом профсоюзного органа первичной профсоюзной организации, не принимается судом, как и ссылка на то, что истец не сообщил, что является членом территориальной профсоюзной организации. 

В соответствие с п. 26 приведенного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 в случае несоблюдения работодателем требований закона о предварительном (до издания приказа) получении согласия соответствующего вышестоящего выборного профсоюзного органа на расторжение трудового договора либо об обращении в соответствующий выборный профсоюзный орган за получением мотивированного мнения профсоюзного органа о возможном расторжении трудового договора с работником, когда это является обязательным, увольнение работника является незаконным и он подлежит восстановлению на работе.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что работодателем не был соблюден порядок увольнения, предусмотренный ст. 373 и ст. 374 ТК РФ, в связи с чем, имеются безусловные основания для признания увольнения ФИО2 с занимаемой им должности незаконным и восстановления истца на работе в должности заместителя начальника планово-экономического отдела ФГУП «ДВСУ № 6». 

Ссылка представителей ответчика на то, что истцом пропущен срок на обращение в суд с настоящим иском, также не принимается судом, поскольку в силу ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Сторонами не оспаривалось и подтверждено материалами дела, что ФИО2 ознакомлен с приказом о своем увольнении не ранее 17.06.2019. Таким образом, срок на обращение в суд по спору о восстановлении на работе и производных от него требований, истцом не пропущен. 

С учетом установленных по делу обстоятельств, иные доводы сторон правового значения не имеют и на вывод суда о незаконном увольнении истца не влияют. 

В силу положений статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

Принимая во внимание, что приказ об увольнении истца от 07.06.2019 предусматривал увольнение истца с 07.06.2019, этот день является последним рабочим днем.

Работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе (п. 60 постановления Пленума ВС РФ от 17.03.2004 № 2).

Таким образом, суд приходит к выводу, что законных оснований для увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса РФ в связи с сокращением численности или штата работников организации не имелось, в связи с чем, ФИО2 подлежит восстановлению в ранее занимаемой должности с первого рабочего дня, следующего за днем увольнения, то есть с 10.06.2019.

В соответствии со ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Согласно ст. 234 Трудового кодекса РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения.

Поскольку, как установлено судом, истец уволен незаконно и подлежит восстановлению на работе, период с момента увольнения до вынесения решения о восстановлении на работе является вынужденным прогулом.

Согласно п. 62 вышеприведенного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст. 139 Трудового кодекса Российской Федерации.

Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (рабочих календарных) в периоде, подлежащем оплате. 

Разрешая требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, суд исходит из сведений, содержащихся в представленных ответчиком расчетах, с которыми также согласен истец. 

В соответствии с представленными расчетами, среднедневной заработок истца равен 5 079,59 руб. Сумма выплаты за время вынужденного прогула с 10.06.2019 по 17.09.2019 (71 рабочий день) составляет 360 650,89 руб. 

Согласно правовой позиции Верховного Суда РФ, изложенной п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. 

Исходя из расчетного листка за июнь 2019 года, ФИО2 выплачено выходное пособие при увольнении в размере 96 512,21 руб., что подтверждено истцом в судебном заседании. 

Таким образом, средний заработок за время вынужденного прогула за период со дня, следующего за днем увольнения, по день вынесения судом решения о восстановлении на работе, подлежащий взысканию ФГУП «ДВСУ № 6» в пользу ФИО2, составит 264 138,68 руб., из расчета: 360 650,89 руб. – 96 512,21 руб. 

Согласно ст. 88, ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы. 

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

По смыслу ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В судебном заседании установлено, что ФИО2 понес расходы по договору возмездного оказания услуг от 18.06.2019 в общем размере 28 800 руб., что подтверждается самим договором, а также актами приемки оказанных услуг №1, №2, №3, №4.

Согласно ст. 48 Конституции РФ, каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В соответствии со ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что поскольку истец понес расходы, связанные с оплатой услуг своего представителя, то такие расходы подлежат взысканию с ответчика в соответствии с положениями ст., ст. 98, 100 ГПК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на реализацию требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Суд, учитывая категорию настоящего спора, уровень его сложности, а также затраченное время на его рассмотрение, объема работы проделанной представителем истца, с учетом количества состоявшихся по делу судебных заседаний с участием представителя, объема оказанной услуги, принципа разумности и справедливости, считает возможным определить судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000,00 руб. 

Указанную сумму суд считает разумной, так как в судебном заседании установлено, что представитель ФИО3 оказывала юридическую помощь истцу, участвовала во всех судебных заседаниях, а также, что следует из приведенного выше договора, провела досудебную претензионную работу, обратное не доказано.

В силу взаимосвязанных положений статей 98, 88, 103 ГПК РФ, статей 333.16, 333.19, 333.20 НК РФ, с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 5 841 руб. 39 коп. 

В соответствии со ст. 396 Трудового кодекса РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника, о восстановлении на прежней работе работника, незаконно переведенного на другую работу, подлежит немедленному исполнению. При задержке работодателем исполнения такого решения орган, принявший решение, выносит определение о выплате работнику за все время задержки исполнения решения среднего заработка или разницы в заработке.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст., ст. 103, 194-199, 211 ГПК РФ, ст. 396 ТК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 к Федеральному государственному унитарному предприятию «Главное военное строительное управление №6» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, удовлетворить частично. 

Восстановить ФИО2 в должности заместителя начальника планово-экономического отдела Федерального государственного унитарного предприятия «Главное военное строительное управление №6» с 10.06.2019. 

Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия «Главное военное строительное управление №6» в пользу ФИО2, средний заработок за время вынужденного прогула за период с 10.06.2019 по 17.09.2019 в сумме 264 138,68 руб. 00 коп., расходы по оплате услуг представителя в размере 20 000 руб. 

В остальной части требований истцу отказать.

Решение суда в части восстановления на работе подлежит немедленному исполнению. 

Взыскать с Федерального государственного унитарного предприятия «Главное военное строительное управление №6» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме в сумме 5 841 руб. 39 коп. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд через Краснофлотский районный суд г. Хабаровска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья: Л.В. Иванова