Судья Шардакова Н.Г.

Дело № 33-8056/2025 (гр.д.№2-903/2025)

УИД 59RS0006-02-2024-001838-48

Мотивированное 

апелляционное определение

 составлено 03.12.2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Пермь 03 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего Баранова Г.А.,

судей Кияшко В.А., Лепихиной Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Нечаевой Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Новая Линия» к ФИО1, индивидуальному предпринимателю ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционной жалобе директора общества с ограниченной ответственностью «Новая Линия» ФИО3 на решение Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 25.06.2025.

Заслушав доклад судьи Кияшко В.А., изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ООО «Новая Линия» обратилось в суд с иском (с учетом уточнения т. 2, л.д. 35-36) к ФИО1, индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 279200 рублей, расходов по уплате государственной пошлины в сумме 5922 рубля и расходов на проведение оценки в сумме 10000 рублей.

Требования мотивированы тем, что 31.01.2024 произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП) с участием автомобиля марки «Мерседес» под управлением ФИО1, принадлежащего на праве собственности ФИО2, и «Рено», принадлежащего на праве собственности М. и под его управлением, в результате которого автомобилю «Рено» причинены механические повреждения. ДТП произошло по вине ФИО1 На момент ДТП автогражданская ответственность М. и ФИО1 была застрахована в СПАО «Ингосстрах». Согласно экспертному заключению стоимость восстановительного ремонта составила 233616 рублей. 04.02.2024 между М. и ООО «Новая Линия» заключен договор уступки права требования № **, согласно которого цедент уступает право требования материального ущерба, причиненного его автомобилю.

Решением Орджоникидзевского районного суда г.Перми от 25.06.2025 в удовлетворении исковых требований ООО «Новая Линия» к ФИО1 и ИП ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе директор ООО «Новая Линия» ФИО3 просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение, которым удовлетворить исковые требования. Считает, что вывод суда о произошедшем ДТП в зоне действия знака 5.8 Правил дорожного движения Российской Федерации, предусматривающий реверсивное движение при отсутствии реверсивного светофора, не верный. Считает, что оснований для движения по второй полосе у водителя большегруза «Мерседес» ФИО1 не было, изначально ФИО1 должен был двигаться лишь по крайней правой полосе и не имел никакого преимущества по отношению к другим участникам движения. Считает, что судом не дана оценка схеме ДТП, определению об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, а также наличию свидетеля в ДТП.

В своих возражениях представитель ФИО2 ФИО4 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу директора ООО «Новая Линия» ФИО3 - без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ООО «Новая линия» ФИО5 доводы апелляционной жалобы поддержал по указанным в ней основаниям.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте Пермского краевого суда www.oblsud.perm.sudrf.ru, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений об уважительности причин неявки не представили. Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным подпунктом 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно абзаца 2 пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно положениям статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не установлено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются, в том числе расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права (реальный ущерб).

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Федеральный закон от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, условия и порядок осуществления данного вида страхования.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела 31.01.2024 в 16:50 часов по адресу: 

<

...>, произошло ДТП с участием автомобилей «Мерседес» под управлением ФИО1, принадлежащего на праве собственности ФИО2 и «Рено» под управлением собственника М. (том 1 л.д. 9, 75 оборот).

На момент ДТП при управлении автомобилем «Мерседес» ФИО1 состоял в трудовых отношениях в должности водителя-экспедитора с ФИО2 (том 1 л.д. 94).

ДТП произошло на выезде с территории предприятия в зоне действия знака 5.8. Правил дорожного движения Российской Федерации, предусматривающего реверсивное движение.

Как следует из объяснений водителя ФИО1, он, убедившись в отсутствии транспортных средств слева и справа, начал движение для выезда с территории предприятия; проехав примерно около десяти метров, услышал скрежет с правой стороны кабины; после этого остановился, вышел из машины и увидел, как легковая машина Рено прижалась у переднего правого колеса автомобиля «Мерседес». Справа у кабины «Мерседес» находится слепая зона. После столкновения водитель «Рено» отъехал с места столкновения, чтобы сделать фотоснимки (том 1 л.д. 78-79).

Водитель Рено М. в своих объяснениях указал на то, что, двигаясь с работы через транспортную проходную, после осмотра машины поехал на выезд из ворот с правой полосы выезда, при пропускании впереди машины на выезд на ул. Машиностроителей почувствовал скользящие удары по своей машине, сделанные длинномером, двигающимся по левой полосе выезда с территории Уралмаша. Предполагает, что водитель ФИО1 его не увидел, так как автомобиль Рено находился в слепой зоне, и получилась аварийная ситуация. (том 1 л.д. 79-80).

На момент ДТП автогражданская ответственность М. была застрахована в СПАО «Ингосстрах».

Письмом СПАО «Ингосстрах» от 24.02.2024 ООО «Новая линия» было отказано в выплате страхового возмещения ввиду отсутствия сведений о страховании гражданской ответственности водителя ФИО1 при управлении автомобилем «Мерседес» на момент ДТП, действие полиса ОСАГО началось 03.02.2024 в 00 час 00 мин, т.е после ДТП (том 1 л.д. 15, 67-68).

Согласно экспертному заключению ИП С. от 06.03.2024 стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Рено Дастер» составляет 233616 рублей (том 1 л.д. 18-28)

ООО «Новая линия» приобрело право требования возмещения ущерба у М. на основании договора уступки права требования №** от 04.02.2024 (том 1 л.д. 11-12).

Исходя из обстоятельств спора судом первой инстанции по делу была назначена судебная автотовароведческая экспертиза. Согласно заключению эксперта ИП К. №4-02-25 стоимость восстановительного ремонта автомобиля RENAULT DUSTER без учета износа на дату ДТП 31.01.2024 составляет в размере 255500 рублей, на момент проведения экспертизы исходя из среднерыночных цен в Свердловской области с учетом повреждений, соотносящихся с обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия – в размере 279200 рублей (том 1 л.д. 223-240).

Разрешая спор, оценив представленные доказательства по делу, суд первой инстанции, установив, что водитель автомобиля «Рено» начал движение после того, как автомобиль «Мерседес» начал выезд с территории предприятия на участке с реверсивным движением, что стороной истца не представлено доказательств того, что водитель «Мерседес» изменил траекторию движения в нарушение Правил дорожного движения либо имел техническую возможность избежать столкновения, также что по делу не представлено доказательств того, когда водитель «Мерседес» мог или должен был обнаружить возникновение опасности, то есть аварийной ситуации, чтобы предпринять меры для остановки своего автомобиля, тем самым установив отсутствие вины водителя ФИО1 в произошедшем ДТП, руководствуясь вышеприведенными нормами законодательства, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ООО «Новая Линия» к ФИО1, ИП ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП.

Кроме того, суд первой инстанции, установив, что ФИО1 на момент ДТП находился в трудовых отношениях с ФИО6, действовал по его поручению и в его интересах, пришел к выводу, что исковые требования к ФИО1 не подлежат удовлетворению.

Давая оценку доводам апелляционной жалобы об отсутствии вины водителя Рено, о том, что выводы суда являются неверными, что у водителя большегруза «Мерседес» не было оснований для движения по второй полосе и что он не имел никакого преимущества по отношению к другим участникам движения, судебная коллегия считает данные доводы заслуживающими внимания по следующим основаниям.

Исходя из доводов апелляционной жалобы судебной коллегией по делу назначена судебная автотехническая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ «Уральский региональный центр судебной экспертизы Минюста России».

Согласно заключения экспертов №3574, 3575/08-2-25 от 13.11.2025 экспертами сделаны выводы:

1. Механизм развития дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 31.01.2024 в г.Екатеринбурге на ул.Машиностроителей, 29Б между автомобилями «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» государственный регистрационный знак ** и «Рено Дастер» государственный регистрационный знак ** мог быть следующим:

-автомобиль «Рено Дастер» на стадии сближения располагался впереди (впереди и правее) относительно автомобиля «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS»;

-установить фактическую точку начала стадии контактно-следового взаимодействия автомобиля «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» с автомобилем «Рено Дастер» по представленным материалам не представляется возможным;

- в момент контакта автомобиля «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» с автомобилем «Рено Дастер», угол их взаиморасположения был оценочно, порядка 0-5°, при этом контакт носил косой (или близкий к нему), скользящий характер;

-на стадии контактно-следового воздействия, вплоть до кульминации – неподвижное состояние (или медленное движение) автомобиля «Рено Дастер» и поступательное движение вперед автомобиля «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» и последующий контакт (столкновение) автомобилей «Рено Дастер» «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS», и далее занятие ими конечного (зафиксированного) после ДТП положения.

2. В данной дорожной ситуации водитель автопоезда «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» должен был руководствоваться требованиями пунктов 1.3, 1.4, 1.5, абзаца 1, 8.1, абзаца 1, 8.4, 9.1, 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации:

В ситуациях подобно рассматриваемой, в момент возникновения опасности водитель автомобиля «Рено Дастер» должен был руководствоваться абзацем 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно: именно «При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства».

Поскольку, водитель автопоезда «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» допустил смещение (перестроение) в полосу движения автомобиля «Рено», которому он должен уступить дорогу, и далее совершил столкновение своим передним бампером с левым боком автомобиля «Рено Дастер», то следует сделать вывод о том, что действия водителя автопоезда «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» не соответствующие пунктам 1.3, 1.4, 1.5 абзаца 1, 8.1, абзаца 1, 8.4, 9.1, 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации состоят в причинно-следственной связи с ДТП. Возможность избежать ДТП зависела от совокупного выполнения водителем автопоезда «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» требований пунктов 1.3, 1.4, 1.5 абзаца 1, 8.1 абзаца 1, 8.4, 9.1, 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации.

Несоответствий в действиях водителей автомобилей «Рено Дастер» требованиям пункта 10.1 абзаца 2 Правил дорожного движения Российской Федерации, которые, с технической точки зрения, могли находиться в причинно-следственной связи с произошедшим ДТП, эксперт не усматривает, т.к. он не имел технической возможности предотвратить столкновение путем торможения.

3.Предотвращения данного ДТП зависело не от технической возможности у водителя автомобиля «Рено», а от соблюдения водителем автопоезда «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» относящихся к нему требований Правил дорожного движения Российской Федерации, указанных ниже, т.к. деформация автомобиля «Рено» направлены спереди назад и расположены в его левой боковой части ТС, т.е. технической возможности предотвратить столкновение с автопоездом «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» он («Рено») не имел изначально, тем более что на стадии контактно-следового взаимодействия, вплоть до кульминации он («Рено») или стоял или медленно двигался.

Возможность избежать ДТП зависела от совокупного выполнения водителем автопоезда «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» требований пунктов 1.3, 1.4, 1.5 абзаца 1, 8.1, абзаца 1, 8.4, 9.1, 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации (т.3 л.д.25-38).

Суд апелляционной инстанции считает возможным принять заключение экспертов ФБУ «Уральский региональный центр судебной экспертизы Минюста России» в качестве нового доказательства и приобщить его к материалам гражданского дела.

Выводы судебной автотехнической экспертизы ФБУ Уральский РСЦЭ Минюста России №33-3574, 3575/08-2-25 подробно мотивированы, в экспертизе приведено подробное исследование с указанием механизма ДТП, с обоснованием выводов о том, какими с технической точки зрения требованиями ПДД и в связи с чем должен был руководствоваться каждый из водителей на месте дорожной ситуации (см. стр. 4-10 экспертного заключения).

Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеют необходимый опыт и квалификацию, выводы заключения судебной автотехнической экспертизы ФБУ Уральский РСЦЭ Минюста России логически обоснованы, сомнений не вызывают, в связи с чем судебная коллегия не находит оснований не принимать данное заключение в качестве доказательства механизма данного ДТП.

Также, в своем объяснении на месте ДТП водитель ФИО1 указал, что начал движение в левом ряду со скоростью не более 5 км/ч, после выезда из ворот завода услышал скрежет с правой стороны кабины, принял экстренное торможение, обнаружил, что с правой стороны произошло столкновение с Рено (т.1 л.д.79).

Согласно ответа на запрос судебной коллегии: дорожных знаков, регулирующих движение через КПП ПАО «Уралмашзавод», на территории предприятия не установлено. На поверхности дорожного покрытия прилегающей к КПП территории, не относящейся к дорогам общего пользования, нанесены линии, изображающие схематическое расположение транспортных средств при подъезде к шлагбауму. Режим работы КПП определен Положением о пропускном и внутриобъектовом режиме предприятия, в рамках которого на данном КПП круглосуточно организован въезд и выезд транспортных средств (т.2 л.д.209).

Наличия изнутри на территории предприятия каких-либо дорожных знаков на фотографиях с места ДТП не усматривается (т.2 л.д.47-48).

С учетом указанных доказательств, при отсутствии видимости разметки для схематического расположения транспортных средств перед КПП из-за снежного покрова и в отсутствие каких-либо знаков изнутри предприятия, с которого осуществлялся выезд, водитель автопоезда Мерседес должен был исходить из этого (возможности движения через КПП транспортных средств в обоих направлениях) и располагать свое транспортное средство соответствующим образом, осуществляя движение с учетом этого.

В своем объяснении на месте ДТП ФИО1 прямо указывает, что начал движение в левом ряду, что с учетом вышеуказанного подтверждает выводы судебного эксперта о том, что возможность избежать ДТП зависела от совокупного выполнения именно водителем автопоезда «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS», не имеющего преимущества, требований ПДД, а также подтверждает выводы судебного эксперта о том, что предотвращение данного ДТП зависело не от технической возможности у водителя автомобиля «Рено», а от соблюдения водителем автопоезда «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» относящихся к нему требований ПДД.

Оснований не доверять выводам судебной экспертизы судебной коллегией по делу не установлено, в том числе и исходя из имеющихся по делу других доказательств (в их совокупности и взаимной связи между собой).

С учетом изложенного, судебная коллегия считает доводы апелляционной жалобы обоснованными, а выводы суда первой инстанции о вине водителя Рено в рассматриваемом ДТП не соответствующими фактическим обстоятельствам по делу.

Судебная коллегия приходит к выводу о виновности в ДТП водителя автопоезда «Мерседес-Бенц ACTROS 1840 LS» (100%), об отсутствии вины водителя Рено.

Рассматривая вопрос о взыскании ущерба, судебная коллегия приходит к следующему. Рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля Рено на дату оценки в 279200 рублей определена в заключении судебной автотовароведческой экспертизы (т.1 л.д.223-240). Выводы судебной экспертизы ИП К. подробно мотивированы. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеет необходимый опыт и квалификацию, выводы заключения судебной экспертизы логически обоснованы, не вызывают сомнений. Ответчиками доказательств ущерба в ином размере не представлено.

С учетом изложенного, судебная коллегия не находит оснований не принимать заключение судебной экспертизы в качестве доказательства размера причиненного ДТП вреда.

На момент ДТП при управлении автомобилем «Мерседес» ФИО1 состоял в трудовых отношениях в должности водителя-экспедитора с ФИО2 (том 1 л.д. 78 оборот, 94).

Право требования возмещения ущерба на основании договора уступки права требования перешло истцу (т.1 л.д.11-13).

С учетом изложенного, на основании положений статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации с ответчика ИП ФИО2 в пользу ООО «Новая линия» подлежит взыскании причиненный ДТП ущерб в размере 279200 рублей.

Рассматривая вопрос о взыскании расходов по оценке в размере 10000 рублей, судебная коллегия приходит к следующему. Данные расходы подтверждены документально (т.1 л.д.17), данные расходы в соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются необходимыми по делу и на основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию в пользу истца.

Рассматривая вопрос о взыскании расходов по оплате государственной пошлины в размере 5992 рублей, судебная коллегия приходит к следующему. Данные расходы подтверждены документально (т.1 л.д.6, т.2 л.д.17), данные расходы в соответствии со статьей 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются необходимыми по делу и на основании статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию в пользу истца.

При установленных судом апелляционной инстанции обстоятельствах апелляционная жалоба подлежит удовлетворению, решение суда первой инстанции подлежит отмене с принятием по делу нового решения об удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьями 199, 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

апелляционную жалобу директора общества с ограниченной ответственностью «Новая Линия» ФИО3 удовлетворить.

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 25.06.2025 отменить.

Принять по делу новое решение, которым:

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Новая линия» к ФИО1, индивидуальному предпринимателю ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (паспорт **) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Новая линия» (ИНН **) материальный ущерб, причиненный в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 279200 рублей, судебные расходы по оплате оценки в размере 10000 рублей, судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 5992 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Председательствующий:

Судьи: