дело № 2-1009/2020

УИД 26RS0029-01-2020-001057-43

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 мая 2020 года город Пятигорск

Пятигорский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Весниной О.В.

при секретаре судебного заседания Павленко Ю.С.

с участием:

истца ФИО6

представителя истца (по доверенности) ФИО16

представителя ответчика (по доверенности) ФИО18

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале Пятигорского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности по внесению в трудовую книжку записей о приеме и увольнении с работы, взыскании компенсации морального вреда

установил:

ФИО7 обратилась в суд с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 К.Г. об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности по внесению в трудовую книжку записей о приеме и увольнении с работы, взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что ФИО7 по образованию является хореографом. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ она работала у ИП ФИО3 К.Г., которая является хозяйкой студии искусств «Флай». В указанной студии искусств она работала хореографом, вела 4 группы. Трудовые отношения при трудоустройстве оформлены не были, трудовой договор ей не выдавался. К выполнению трудовых обязанностей она приступила в ДД.ММ.ГГГГ в её обязанности входило: проведение хореографических занятий по следующему графику: младшая группа по понедельникам с 17:00 до 17:40, по субботам с 16:00 до 17:00; средняя группа по понедельникам с 17:40 до 18:30, по субботам с 14:00 до 15:00; старшая группа-балет по понедельникам с 18:30 до 19:30, по субботам с 15:00 до 16:00; занятия гимнастикой по средам с 18:50 до 19:50, пятница с 18:40 до 19:40. В группе по гимнастике было примерно 8 человек. В младшей группе 15-17 детей. В средней старшей группах примерно по 10 человек. При трудоустройстве было обозначено, что её заработная плата будет зависеть от числа детей, посещающих занятия. В месяц её зарплата составляла от 20 000 рублей до 25 000 рублей. Денежные средства ответчик выдавала на руки, ежемесячно. Ответчик не заключила с ней трудовой договор, ссылаясь на нежелание производить в пенсионный и страховой фонд налоговых отчислений. Также в процессе работы выяснилось, что на официальной страничке ответчика в социальной сети Инстаграм (№ указана другая ее фамилия - ФИО19 вместо ФИО3. На всех конкурсах, в которых дети, с которыми она занималась, принимали участие, также была указана фамилия ФИО19. В период работы у ИП ФИО3 К.Г. она выполняла определенную договоренностью с ответчиком работу, а именно, вела группы, общалась с родителями, осуществляла постановку хореографических произведений для детей, в т.ч. подбирала музыкальное сопровождение, участвовала в разработке костюмов. За период работы истец дважды уходила в отпуск с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Какая-либо компенсация за отпуск ей не выплачивалась, отпускные не оплачивались. При этом за те дни, в которые она не работала, заработная плата ей не начислялась. Т.е. фактически она брала отпуск за свой счет. В ДД.ММ.ГГГГ года у истца с ответчиком произошел конфликт, и она приняла решение уйти с работы. Она предупредила об этом своего руководителя ИП ФИО3 К.Г. в середине ноября, и с ДД.ММ.ГГГГ она фактически прекратила трудовую деятельность у ответчика. Из-за возникшего конфликта ответчик долгое время вела с ней переписку в социальных сетях, унижая её честь и достоинство. Таким образом, дата фактического увольнения ДД.ММ.ГГГГ, при этом с приказом об увольнении её не ознакомили, трудовую книжку при увольнении не выдали, расчет за отработанное время не сделали. Считает действия работодателя незаконными. Незаконными действиями работодателя ей причинен моральный вред, который выразился в перенесенных страданиях, переживаниях, необходимости поиска новой работы в кратчайшие сроки, стрессе. Причиненный ей моральный вред она оценивает в размере 10 000 рублей.

По имеющимся у истца сведениям, у ответчика ИП ФИО3 К.Г. нет ни одного работника по штатному расписанию, в то время как услуги оказываются очень большим количеством преподавателей, что подтверждают приложенные фотографии с официальной страницы ответчика в социальной сети Инстаграмм. Согласно приложенным фото на нем изображены преподаватели студии, в т.ч. преподаватель по вокалу ФИО26 (эмоциональный интеллект, детский психолог), ФИО27 (хореограф кавказских танцев), 2 администратора ФИО28 (преподаватель армянского языка и продленки). На фото также изображена и истица.

Истец просит установить факт трудовых отношений между ней и ИП ФИО3 К.Г. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; возложить на ИП ФИО3 К.Г. обязанность внести в её трудовую книжку записи о приеме ДД.ММ.ГГГГ и увольнении с работы по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ; взыскать с ИП ФИО3 К.Г. в её пользу компенсацию морального вреда в размере 10 000,00 рублей. 

В судебном заседании истец ФИО7 доводы, изложенные в исковом заявлении поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме. Кроме того суду пояснила, что ответчик возражает против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на то, что между ней и ответчиком возникли гражданско-правовые отношения по оказанию услуг. Однако в обосновании своей позиции договор на оказание подобного вида услуг не представил. Кроме того, представитель ответчика также подтвердил, что услуги оказывались возмездно, Также, он пояснил, что ИП ФИО3 К.Г. взносы в фонды не оплачивала, 13% НДФЛ также у истца не удерживала и не перечисляла в налоговую. Об этом ей стало известно только при рассмотрении дела, ранее она (т.к. она не имеет юридического образования и у неё не было сомнений в честности работодателя) не знала. Представитель ответчика в судебном заседании ссылается на то, что при возмездном оказании услуг ИП ФИО3 К.Г. была не обязана уплачивать взносы в фонды и налоги. В обоснование своей позиции он предоставил штатное расписание, согласно которого у предпринимателяофициально оформлен только один сотрудник – лично она - ФИО3 К.Г. в должности «руководитель» с окла

<

адрес> 000 рублей. По её мнению, представитель ответчика признал, что документально отношения между сторонами не были оформлены, а также то, что ответчик регулярно оплачивала ей денежные средства (как она считает за работу), (как утверждает ответчик) за оказанные услуги. Кроме того, ФИО3 К.Г. была обязана уплатить страховые взносы во внебюджетные фонды, поскольку и заработная плата и вознаграждение, выплачиваемое по оказанию услуг, является объектом обложения такими взносами. Она работала у ИП ФИО3 К.Г. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ответчик ей платила ежемесячно, отпуск она брала за свой счет. Её зарплата составляла: неполный ДД.ММ.ГГГГ Система начисления заработной платы была непрозрачной, и она считала, что с нее вычитаются все необходимые налоги. Это также подтверждает и тот факт, что её заработок не был округлен, т.е. она получала зарплату, как думала, уже за вычетом налогов. То, что ответчик каких-то налогов не платил вообще, ей стало понятно только после увольнения. 

В течение всего ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО3 К.Г. не уведомляла ее о том, что не удерживала и не перечисляла за нее налог. Поэтому, она была уверена, что всё в порядке. У неё не было оснований сомневаться в порядочности ИП ФИО3 К.Г. По её мнению, позиция ИП ФИО3 К.Г. между ними «сложились гражданско-правовые отношения, согласно которым истец оказывает услугу ответчику, а ответчик производит оплату за фактически оказанные услуги не соответствует действительности. Вся ее деятельность в студии осуществлялись исключительно с согласия ответчика, она была уведомлена о расписании занятий, наборе групп. Между ними существовала подчиненность, субординация. Оснований сомневаться в неправомерности действий ответчика у нее не имелось. Доводов, свидетельствующих об обратном, ответчик не привел. Доводы ответчика направлены на уклонение от ответственности за ненадлежащее исполнение своих обязательств. Ответчик ни разу не показывала ей трудовой распорядок, на стендах они также не развешены, она не знала об их существовании, так как рассчитывала, что ответчик надлежаще оформит с ней отношения. Доводы ответчика о том, что истица понимала, что между ними сложились отношения по оказанию услуг, при этом ответчик платила ей зарплату, предоставляла зал, предоставляла расписание, то есть выполняла свои обязательства как работодатель, но при этом сознательно никак не оформляла её на работу, в том числе, не платила взносы, являются противоречащими друг другу. Подтверждением того, что ответчик являлась её работодателем подтверждает и тот факт, что именно она запускала и оплачивала рекламу (контексную и таргетированную) о том, что она является преподавателем в ее студии. 

При трудоустройстве её ознакомили с залом, где будут проводиться занятия, санитарной комнатой (туалетом), техническим помещением для приема пищи и переодевания педагогов. Если происходил перенос занятий или ей требовалось заменить ответчика, то она также просила ФИО3 К.Г. об этом устно или по телефону. 

При подаче заявок на конкурсы она всегда указывала ответчика руководителем, в обычной обстановке она обращалась к ней на «Вы и по имени-отчеству». Что касается ссылка ответчика на пропуск исковой давности истец пояснила, что так как между ними письменный трудовой договор заключен не был и с приказом об увольнении её не ознакомили, - то установить точную дату прекращения фактических трудовых отношений не представляется возможным. В середине ДД.ММ.ГГГГ года между истцом и ответчиком произошел конфликт, в результате которого, она приняла для себя решение уволиться с работы, о чем уведомила ИП ФИО3 К.Г. и родителей учеников. Кроме того, занятия помимо младшей группы (скриншот с которой предоставил представитель ИП ФИО3 К.Г.) она вела занятия еще в 3 группах, а также индивидуальные занятия. По её данным (записи в ежедневнике) окончательно она прекратила фактические отношения только ДД.ММ.ГГГГ, когда забрала все свои вещи со студии и получила расчет по зарплате. Доводы ответчика о том, что истец знала о нарушении своего права еще в ДД.ММ.ГГГГ года полагает несостоятельными, поскольку при устройстве на работу она предоставила ответчику все необходимые для этого документы: паспорт, ИНН, СНИЛС, трудовую книжку, сведения об образовании. Со всех документов ФИО3 К.Г. были сняты копии. Устно ответчик ей пояснил, что записи в трудовую книжку будут внесены позже. Сразу после увольнения, в ДД.ММ.ГГГГ она была занята поисками новой работы, т.к. была вынуждена в кратчайшие сроки начать работать на новом месте. Также она на иждивении имеет малолетнего ребенка, присмотр и уход за которым она также осуществляет самостоятельно. Эти обстоятельства, а также то, что срок (если и пропущен, то незначительно) считает уважительными и просит их восстановить. Скриншоты со страницы о том, что в ДД.ММ.ГГГГ года она объявляла набор в другую студию, которые предоставил представитель ответчика в материалы дела, не являются надлежащими доказательствами, потому что надлежащим образом не оформлены, не заверены. Кроме того, ответчик не представил доказательств того, что ей в период работы у ИП ФИО3 К.Г. было запрещено работать в других студиях. В период работы у ИП ФИО3 К.Г. она подчинялась установленному графику работы студии, приходила и отводила группы в отведенные часы. Она вела групповые и индивидуальные занятия, поэтому вопросов о том, что она не находится на работе целый день у неё не возникало, т.к. её нагрузка соответствовала закону. Заключить гражданско-правовой договор вместо трудового договора работодатель вправе, только если деятельность направлена на выполнение конкретного задания или конкретных действий, на достижение определенного результата, например, договор на ремонт крыши, доставку груза в определенное место. При этом исполнитель не обязан подчиняться установленному режиму труда работодателя и работать под его контролем и руководством. Работу по гражданско-правовому договору исполнитель организует самостоятельно, своими силами и средствами. В данном случае она приходила и уходила из зала в оговоренное ответчиком время, сама время занятий не выбирала, ключа от зала у неё не было. Коммунальные услуги или аренду зала она не оплачивала. Взносы на конкурсы она не оплачивала. Всех детей фиксировала на входе администратор, а не истец. Денежные средства от родителей за посещение их детьми занятий получала не она, а администратор, записывая все в тетрадь, которую вела администратор. Заработную плату ей перечисляла ответчик. Все переносы занятий (если они происходили) были в устном или телефонном режиме, поскольку в студии и до неё сложился такой порядок. В своей работе истец подчинялась непосредственно ответчику. Как хореограф она ставила танцы, но при этом направления, в которых она работала были согласованы с ответчиком. Таким же образом согласовывалось и участие в конкурсах, подбор музыкального сопровождения, костюмов. Все договоры на обучение заключали ученики с ответчиком ФИО3 К.Г., которой поступали денежные средства. От учеников деньги ни за индивидуальные, ни за групповые занятия, ФИО7 никогда не принимала. Во всех представленных документах она была прописана как хореограф, а ответчик как руководитель. 

Что касается представленного представителем ответчика не подписанного сторонами проекта текста мирового соглашения, который по его мнению, свидетельствует о намерении ФИО1 признать, что между ней и ответчиком отношения носили гражданско-правовой характер, а не являлись трудовыми, С данной позицией она не согласна. Её представителем ФИО20 B.JI действительно в ДД.ММ.ГГГГ года велись переговоры в телефонном режиме и по электронной почте с представителем ответчика ФИО17, однако окончательные условия возможности заключения мирового соглашения с ответчиком были обсуждены на личной встрече ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которой им не удалось достигнуть соглашения по мирному урегулированию дела. Вопрос о наличии либо отсутствии заключенного якобы гражданско-правового договора между сторонами вообще не обсуждался. Вопрос заключался только в том, что она требовала (ФИО6) от ответчика ФИО3, чтобы та признала факт использования ее номеров и выплате ей за это компенсации морального вреда.

Просила заявленные исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель истца ФИО8 исковые требования поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ИП ФИО3 К.Г., будучи надлежащим образом извещенной о времени и месте слушания дела в судебное заседание не явилась, представила заявление ходатайство о рассмотрении дела в её отсутствие. Суд на основании ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть данное дело в ее отсутствие. 

Представитель ответчика ФИО17 исковые требования ФИО1 не признал, суду пояснил, что под трудовыми отношениями в ст.15 Трудового кодекса Российской Федерации законодатель понимает отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. 

Основания возникновения трудовых отношений установлены в ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации, где к их числу отнесены трудовой договор, заключаемый сторонами в соответствии с настоящим Кодексом либо, если трудовой договор не был надлежащим образом оформлен, - действия работодателя, которые свидетельствуют о фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. 

Предметом трудового договора является труд работника, предметом же гражданско-правовых договоров является овеществленный конечный результат услуги, а услуга в них - лишь способ выполнения взятых на себя обязательств. Таким образом, к элементам трудового договора, позволяющим отличать его от гражданско-правовых договоров, связанных с применением труда, относятся: специфика обязанности, принимаемой на себя по трудовому договору, выражающаяся в выполнении работы по определенной должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности; выполнение работы с подчинением внутреннему трудовому распорядку; обязанность работодателя обеспечить работнику условия труда, предусмотренные трудовым законодательством, а также своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату. 

ФИО7 никогда не являлась работником у ИП ФИО3 К.

<

адрес> договор, приказ о приеме на работу не подписывала, с какой-либо внутренней документацией, относящейся к ИП ФИО3 К.Г. (приказы, распоряжения, должностной инструкцией) она не знакомилась, в штатном расписании не числилась, правилам внутреннего трудового распорядка не подчинялась, инструктаж по технике безопасности с ней не проводился. Между ИП ФИО3 К.Г. и истицей никогда не возникало разговора или спора о возможном трудоустройстве. С заявлением о приеме на работу либо требованием заключить с ней трудовой договор, истица к ответчику не обращалась, что подтверждается отсутствием в материалах дела претензии или иного документа в адрес ответчицы, свидетельствующего о намерении истца вступить в трудовые отношения. Фактически между истцом и ответчиком сложились гражданско-правовые отношения, согласно которым истец оказывал услугу ответчику, а ответчик производил оплату за фактически оказанные услуги. В этом случае предметом договора является конечный результат труда, за выполнение исполнителем заранее определенной услуги, направленной на достижение конкретного оговоренного результата, и достижение такого результата влечет за собой прекращение договора. Причем важным является сам результат услуги, а не средства, которыми он достигается. Поэтому выполнение определенной услуги в рамках сложившихся правоотношений - лишь способ достижения результата. 

Понятие трудового договора определено статьей 56 ТК РФ как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Из этого следует, что сложившиеся правоотношения между истцом и ответчиком не содержат условий о необходимости соблюдения ФИО1 определенного режима труда и отдыха; не предусматривают оплачиваемых отпусков, выплат по временной нетрудоспособности и иных социальных гарантий; не устанавливают в соответствии со статьей 136 ТК РФ порядка выплаты заработной платы, а определяют право ФИО1 на получение назначенного вознаграждения за выполнение услуги. Вышеизложенные выводы позволяют утверждать, что сложившиеся правоотношения между истцом и ответчиком не содержат необходимой совокупности признаков, определенных в статье 15 ТК РФ, для признания их трудовым. Кроме того, истица никак не подтверждает факт выполнения ею трудовой функции в интересах работодателя, подчинение правилам внутреннего трудового распорядка. Следовательно, ФИО7 не предпринимала мер к заключению трудового договора либо к получению отказа от ФИО3 К.Г. оформить эти отношения. По своему усмотрению реализовала право на труд в рамках гражданско-правовых отношений, что не противоречит законодательным нормам РФ. Диплом от ДД.ММ.ГГГГ (представленный истицей), в котором ФИО7 значится руководителем Студии искусств «FLY», также доказывает факт ее самостоятельной и независимой деятельности. Об этом также свидетельствует и то, что истица проводила сама набор детей в сети Инстаграм (пост от ДД.ММ.ГГГГ), в тот период, который она обозначила в исковом заявлении, что подтверждается скриншотом с ее страницы @degagedancekmv в сети Инстаграм. Вместе с тем, ДД.ММ.ГГГГ истица самостоятельно приняла решение отменить свои занятия, и направилась на прохождение курсов по повышению мастерства (

<

адрес>) в Центр эффективных коммуникаций Эра Водолея, где ей был выдан сертификат №. В подтверждение доводов о том, что истица вела свою деятельность, самостоятельно свидетельствуют также ее слова, приведенные в исковом заявлении о том, что она ставила номера, общалась с родителями, подбирала музыкальное сопровождение, выставляла номера на конкурсы. Об этом свидетельствует наличие у нее подлинников дипломов об участии в конкурсах. ИП ФИО3 К.Г. никогда не вмешивалась в процесс её деятельности, не осуществляла руководство постановкой танцев, все это проходило на ее усмотрение. Истица самостоятельно назначала индивидуальные занятия с детьми, подбирала им репертуар. Таким образом, считает, что сложившиеся правоотношения между истцом и ответчиком не могут быть признаны трудовыми. 

Требование истицы о взыскании в счет компенсации за причиненный моральный вред, суммы в размере 10 000 рублей считает необоснованными, поскольку истица не указывает, в чем выражались страдания, переживания и стресс. Истец, в подтверждение причиненного ей морального вреда ссылается на трудность поиска новой работа, при том, что решение об уходе приняла она самостоятельно. Таким образом, считает данные требования не подлежащими удовлетворению. 

Истица сообщает о том, что прекратила трудовую деятельность с ДД.ММ.ГГГГ, и соответственно, указывает, что необходимо исчислять срок для подачи искового заявления с данной даты. Однако, согласно п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», по общему правилу, работник, работающий у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (часть первая статьи 392 ТК РФ). К таким спорам, в частности, относятся споры о признании трудовыми отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, о признании трудовыми отношений, возникших на основании фактического допущения работника к работе в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. При разрешении этих споров и определении дня, с которым связывается начало срока, в течение которого работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, судам следует не только исходить из даты подписания указанного гражданско-правового договора или даты начала оказания услуг, но и с учетом конкретных обстоятельств дела устанавливать момент, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении, своих трудовых прав (например, работник обратился к работодателю за надлежащим оформлением трудовых отношений, в том числе об обязании работодателя уплатить страховые взносы, предоставить отпуск, выплатить заработную плату, составить акт по форме Н-1 в связи с производственной травмой и т.п., а ему в этом было отказано). Учитывая, что истица знала о том, что с ней трудовой договор заключен не был, то соответственно, она должна была знать о своем нарушенном праве в момент начала оказания услуги. Следовательно, срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора должен исчисляться с ДД.ММ.ГГГГ. В связи с чем, считает, что срок исковой давности пропущен. Истица намерено, представляет в суд ложные сведения о дате прекращения сложившихся правоотношений, указывая дату (ДД.ММ.ГГГГ). Так, согласно сообщению, отправленного с номера телефона +7 № (под ником - ФИО5) в группу WhatsApp 

<

адрес>), истец сообщает родителям о том, что она больше не работает с ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, в случае, если исчислять срок для подачи искового заявления с момента прекращения сложившихся правоотношений между истицей и ответчиком, то срок также будет считаться пропущенным. Более того, ДД.ММ.ГГГГ, истица на своей страничке выложила пост о наборе детей по новому адресу, что подтверждается скриншотом со страницы истицы @degagedancekmv в сети Инстаграм.

Просил отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 в полном объеме.

Представитель инспекции по труду 

<

адрес>, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте слушания дела в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении слушания дела не представил, суд в соответствии со ст.167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО9 суду пояснила, что её ребенок ФИО24, ДД.ММ.ГГГГ рождения с ДД.ММ.ГГГГ занималась в группе ФИО10, а с начала ДД.ММ.ГГГГ года в группе ФИО1 Оплату за занятия производила ФИО3 или администратору. Если было необходимо перенести занятие, или в случае болезни ребенка, то она звонила администратору. Также перед началом занятий администратор, которых было двое (Алена или Татьяна) отмечали посещаемость детей. О студии «Флай» она узнала из Инстаграмм. Все занятия проводились от Студии «Флай», и даже когда ездили на конкурсы, всегда говорили, что выступает Студия «Флай». Все фестивали проводились под руководством ИП ФИО3 К.Г., она всегда ездила на все конкурсы. Когда ФИО7 проводила родительские собрания и возникал какой- либо вопрос, то всегда принятие решения всегда оставалось за ИП ФИО3 К.Г., являющейся руководителем студии. Даже первое родительское собрание вела ИП ФИО3 К.Г. и она лично представила нам, родителям преподавателя хореографии ФИО7, сказав, что это ваш новый хореограф. Денежные средства за занятия она переводила на счет ИП ФИО3 К.Г. ФИО1 денежные средства никогда она никогда не передавала. Все фестивали проводили от ИП ФИО3 К.

<

адрес> в Студии «Флай» ее дочь прекратила в конце ДД.ММ.ГГГГ года по той причине, что уволились преподаватель «ментальной арифметики» и хореограф ФИО7 денежные средства за занятия она переводила на счет ИП ФИО3 по 2500 рублей в месяц. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11 суду пояснила, что её ребенок пришел заниматься в студию «Флай» в ДД.ММ.ГГГГ. Первоначально ее дочь занималась у хореографа, который работал до ФИО1, а потом их детьми стала заниматься истица. В группу их записал администратор, заполнили там же анкету и внесли оплату. Раньше оплата составляла 2 000 рублей, а затем сумму увеличили до 2 500 рублей. Оплату она всегда производила администратору, даже за дополнительные занятия, которые проводила ФИО7, оплату всегда она производила администратору. Руководителем студии «Флай» является ИП ФИО3 К.Г., ФИО7 являлась преподавателем. Насколько ей известно, отношения между ФИО1 и ФИО3 К.Г. были сугубо деловыми. Время занятий детей в студии определяла студия «Флай», руководителем которой являлась ИП ФИО3 К.Г., а не ФИО7 Перед началом занятия администратор отмечал явку детей. Практически, на конкурсы ФИО3 К.Г. ездила в обязательном порядке.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО12 суду пояснила, что её ребенок ФИО25, ДД.ММ.ГГГГ рождения занимается в студии «Флай» с ДД.ММ.ГГГГ. О наличии данной студии она узнала из Инстаграмм. Стоимость абонемента составляла 1900 рублей за восемь занятий. О переносе занятий она звонила администратору. Ей известно, что ИП ФИО3 К.Г. является директором студии «Флай».

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО13 суду пояснила, что работает в студии «Флай» преподавателем на основании договора оказания услуг. Когда дети приходят на занятия, учет детей ведет лично педагог. Оплату за занятия родители передавали ФИО3 или педагогу, который вел занятия. Ей известно о том, что отношения между ней и ИП ФИО3 К.Г. не являются трудовыми, и как она понимает, с ФИО1 у ФИО3 были такие же отношения. Отношения между истцом и ответчиком деловые, у них был один зал для занятий и свое расписание занятий. Зарплата у преподавателя зависит от количества учеников. Все денежные средства преподаватели в студии получали от родителей наличными, получаемый размере фиксировался каждым преподавателем в тетрадке, которую вел преподаватель. Ей также известно, что все деньги, которые получал преподаватель, отдавались ФИО3 К.

<

адрес> плату за отработанные часы ей выдавала ИП ФИО3 К.Г.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 суду пояснила, что работает в студии «Флай» преподавателем на основании заключенного с ИП ФИО3 К.Г. договора оказания услуг. Когда дети приходят на занятия, учет детей ведет лично педагог. Оплату за занятия родители передавали ФИО3, или педагогу. Ей известно о том, что отношения между ней и ИП ФИО3 К.Г. не являются трудовыми, и как она понимает, с ФИО1 у ФИО3 были такие же отношения. С ФИО1 знакома, работали в одной студии. Отношения между истцом и ответчиком деловые, у них был один зал для занятий и свое расписание занятий. Зарплата зависит от количества учеников. ФИО3 на конкурсах не присутствует. Оплату за отработанные часы ей выплачивает ИП ФИО3 К.Г.

Выслушав истца ФИО7, её представителя ФИО8, представителя ответчика ФИО17, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, приходит к следующему.

В соответствии со ст. 15 ТК РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка дня при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В целях достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами.

По смыслу ст.ст. 11, 15 и 56 ТК РФ во взаимосвязи с положением части второй ст. 67 ТК РФ, трудовой договор, неоформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Статья 16 ТК РФ к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Заключив трудовой договор с работодателем, физическое лицо приобретает правовой статус работника, содержание которого определяется положениями статьи 37 Конституции РФ и охватывает в числе прочего ряд трудовых и социальных прав и гарантий, сопутствующих трудовым правоотношениям либо вытекающих из них.

В соответствии со ст.ст. 15, 57 ТК РФ под трудовой функцией понимается работа по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы.

Трудовая функция является одним из обязательных условий трудового договора, определяемых сторонами (ч. 2 ст. 57 ТК РФ).

В соответствии со ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором.

В силу ст. 209 ТК РФ рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

В силу части 2 ст. 57 ТК РФ обязательным условием трудового договора является место работы работника.

Частью 1 ст. 68 ТК РФ предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудового правоотношения, возникшего на основании заключенного в письменной форме трудового договора, относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Вместе с тем само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (ч. 3 ст. 16 ТК РФ) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности оформить в письменной форме с работником трудовой договор в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу ст.ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (трудового договора, гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Между тем нормы трудового законодательства, определяющие понятие трудовых отношений, их отличительные признаки и особенности, основания возникновения, формы реализации прав работника при разрешении споров с работодателем по квалификации сложившихся отношений в качестве трудовых, судами первой и апелляционной инстанций применены неправильно, без учета Рекомендации МОТ о трудовом правоотношении, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации. Вследствие этого обстоятельства, имеющие значение для дела, судебными инстанциями не установлены, действительные правоотношения сторон не определены.

Согласно ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, конкретизирующей статью 123 (часть 3) Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов статья 56 ГПК РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены в том числе из показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств (абзацы первый и второй части 1 статьи 55 ГПК РФ).

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О подготовке дел к судебному разбирательству» судья обязан уже в стадии подготовки дела создать условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, но с учетом характера правоотношений сторон и нормы материального права, регулирующей спорные правоотношения. Судья разъясняет, на ком лежит обязанность доказывания тех или иных обстоятельств, а также последствия непредставления доказательств. При этом судья должен выяснить, какими доказательствами стороны могут подтвердить свои утверждения, какие трудности имеются для представления доказательств, разъяснить, что по ходатайству сторон и других лиц, участвующих в деле, суд оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств (часть 1 статьи 57 ГПК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.п. 5 и 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О подготовке дел к судебному разбирательству», под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих юридическое значение, судья на основании норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им, какие факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывания (ст. 56 ГПК РФ). При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (ч. 1 ст. 196 ГПК РФ).

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1 ст. 67 ГПК РФ).

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в п.п. 2 и 3 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Из изложенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для данного дела, между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также с учетом требований и возражений сторон.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО1 и регулирующих спорные отношения норм материального права являлись следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между ИП ФИО3 К.Г. и ФИО1 о личном выполнении ФИО1 работы в должности хореографа в Студии «Флай», расположенной в городе Пятигорске, была ли допущена ФИО7 к выполнению этой работы ИП ФИО3 К.Г., или её уполномоченным лицом; выполняла ли ФИО7 работу в интересах, под контролем и управлением работодателя в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; подчинялась ли ФИО7 действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка; выплачивалась ли ей заработная плата.

При разрешении спора установлено, что ФИО7 с ДД.ММ.ГГГГ осуществляла трудовую деятельность в качестве хореографа в Студии «Флай». Руководителем Студии «Флай» является ИП ФИО3 К.

<

адрес> осуществлении деятельности ФИО7 с заявлением о приеме на работу к ИП ФИО3 К.Г. не обращалась, кадровых решений в отношении нее индивидуальный предприниматель не принимал, трудовой договор с ней не заключался, приказы о приеме ФИО1 на работу на постоянной основе и об увольнении с работы ИП ФИО3 К.Г. не издавала и соответствующие записи в её трудовую книжку не вносила.

В обоснование заявленных требований ФИО1 суду представлены: 

- выписка из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей от ДД.ММ.ГГГГ, из которой следует, что ФИО3 К.Г. с ДД.ММ.ГГГГ является индивидуальным предпринимателем, основной вид её деятельности – деятельность танцплощадок, дискотек, школ танцев; дополнительные виды деятельности: образование дополнительное детей и взрослых, деятельность библиотек и архивов, деятельность в области спорта, деятельность физкультурно-оздоровительная, предоставление прочих персональных услуг, не включенных в другие группировки.

- копии дипломов от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и другие, из которых следует, что данными дипломами награждена Студия «Флай», руководителем которой является ФИО19 (ФИО3) К.Г., хореографом является ФИО7

- копия штатного расписания № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что у ИП ФИО3 К.Г. в штате числится один человек – руководитель, заработная плата которой составляет 20 000 рублей;

- распечатки переписки ФИО1 с ИП ФИО3 К.Г., из которой следует, что ФИО7 ставит ИП ФИО3 К.Г. в известность об отъезде, о болезни;

- заявлениями родителей детей, которые занимались у хореографа ФИО1 о том, что руководителем Студии «Флай» и руководителем ФИО1 является ФИО3 К.Г., денежные средства за занятия передавались строго администратору Студии «Флай», либо руководителю ИП ФИО3 К.Г.;

- фотографии со страницы Студии «Флай» в группе Инстаграмм, из которой усматривается, что в группе размещались фотографии преподавателей Студии «Флай» в том числе и ФИО1;

- фотографии переписки в группе Вотсап, из которой следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 сообщила родителям о том, что с этого дня в Студии «Флай» она больше не работает.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока для обращения в суд с вышеуказанными требованиями.

В судебном заседании ФИО7 пояснила, что пропуск срока считает незначительным, считает, что срок должен исчисляться с даты, когда она забрала свои вещи из Студии «Флай», а именно с конца ноября, в случае пропуска срока обращения, просила суд восстановить пропущенный срок для обращениями с требованиями об установлении факта трудовых отношений.

В силу ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом.

В абзаце пятом п. 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).

Между тем Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 16 постановления от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснил, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленного ст. 392 ТК РФ, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (ч. 4 ст. 392 ТК РФ).

В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.

К уважительным причинам пропуска срока на обращение в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть также отнесено и обращение работника с нарушением правил подсудности в другой суд, если первоначальное заявление по названному спору было подано этим работником в установленный ст. 392 ТК РФ срок.

Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.

Соответственно, с учетом положений ст. 392 ТК РФ в системной взаимосвязи с требованиями ст.ст. 2 (о задачах гражданского судопроизводства), 56, 67, 71 (о доказательствах и доказывании, оценке доказательств) ГПК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

При указанных выше обстоятельствах, с учетом незначительного периода пропуска – 8 дней, личности истца, указанных им причин пропуска срока, суд считает возможным восстановить ФИО1 срок для обращения в суд с требованиями об установлении факта трудовых отношений.

В процессе рассмотрения дела сторона ответчика ссылалась на то, что между истцом и ответчиком сложились гражданско-правовые отношения, согласно которым истец оказывал услугу ответчику, а ответчик производил оплату за фактически оказанные услуги. Сложившиеся правоотношения между истцом и ответчиком не содержат условий о необходимости соблюдения ФИО4 определенного режима труда и отдыха; не предусматривают оплачиваемых отпусков, выплат по временной нетрудоспособности и иных социальных гарантий; не устанавливают в соответствии со статьей 136 ТК РФ порядка выплаты заработной платы, а определяют право ФИО4 на получение назначенного вознаграждения за выполнение услуги.

Однако ст. 19.1. ТК РФ установлено, что признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться: лицом, использующим личный труд и являющимся заказчиком по указанному договору, на основании письменного заявления физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, и (или) не обжалованного в суд в установленном порядке предписания государственного инспектора труда об устранении нарушения ч. 2 ст. 15 настоящего Кодекса; судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд, или по материалам (документам), направленным государственной инспекцией труда, иными органами и лицами, обладающими необходимыми для этого полномочиями в соответствии с федеральными законами (ч. 1). В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (ч. 2). Неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений (ч. 3). Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном ч. ч. 1 - 3 настоящей статьи, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

Если физическое лицо было фактически допущено к работе работником, не уполномоченным на это работодателем, и работодатель или его уполномоченный на это представитель отказывается признать отношения, возникшие между лицом, фактически допущенным к работе, и данным работодателем, трудовыми отношениями (заключить с лицом, фактически допущенным к работе, трудовой договор), работодатель, в интересах которого была выполнена работа, обязан оплатить такому физическому лицу фактически отработанное им время (выполненную работу) (ч. 1 ст. 67.1 ТК РФ).

Частью первой статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства следует, что к характерным признакам трудовых отношений относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении).

Трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, который заключается в письменной форме. При этом обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

Таким образом, по смыслу взаимосвязанных положений статей 15, 16, 56, части второй статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель. При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, относятся письменные доказательства, свидетельские показания, аудио- и видеозаписи.

Кроме того, по смыслу статей 2, 15, 16, 19.1, 20, 21, 22, 67, 67.1 Трудового кодекса Российской Федерации все неясности и противоречия в положениях, определяющих ограничения полномочий представителя работодателя по допущению работников к трудовой деятельности, толкуются в пользу отсутствия таких ограничений.

В судебном заседании бесспорно установлено, что между истцом ФИО1 и ИП ФИО3 К.Г. возникли трудовые отношения, она была допущена к работе, заработную плату ей регулярно выплачивала ИП ФИО3 К.Г., которая к тому же посещала родительские собрания в качестве руководителя студии, посещала конкурсы в качестве руководителя студии.

Также в судебном заседании установлено, что денежные средства за посещение занятий истец не получала, данная обязанность была возложена на администраторов студии по имени Алена и Татьяна. 

Эти же обстоятельства в судебном заседании подтвердили и допрошенные свидетели ФИО9, ФИО11, ФИО12, не доверять показаниям которых у суда не имеется оснований.

Вместе с тем, к показаниям допрошенных свидетелей по инициативе стороны ответчика о том, что денежные средства от родителей принимались также преподавателями, в том числе и ФИО1 суд относится критически, поскольку данные показания своего подтверждения в судебном заседании не нашли.

Ссылка представителя ответчика в судебном заседании на то обстоятельство, что ФИО7 имела намерение признать, что между ней и ответчиком отношения носили гражданско-правовой характер, а не были трудовыми и заключить по данному факту мировое соглашение, своего подтверждения в судебном заседании не нашли и опровергается принятой к прослушиванию в судебном заседании по ходатайству представителя ответчика аудиозаписи, на которой обсуждался вопрос между истцом ФИО1, ее супругом, представителем истца и ответчиком ФИО3 К.Г. и ее представителем ФИО17 вопрос об использовании ФИО3 К.Г. номеров, разработанных ФИО1, которые ФИО3 К.Г. без разрешения истца использовала в своей работе, причинив ей моральный вред. Вопроса о наличии между сторонами гражданско-правовых отношений, а не трудовых, сторонами не обсуждался. Кроме того, суд принимает во внимание, что проект мирового соглашения, на которое ссылается представитель ответчика не подписано сторонами, не утверждено судом, следовательно не создает правовых последствий по делу, и не может быть принято судом во внимание.

В ходе рассмотрения дела факт допуска ответчиком по делу истца к выполнению трудовых обязанностей, суд считает установленным, исходя из следующего.

Из представленных истцом ФИО1 доказательств следует, что между ИП ФИО3 К.Г. и хореографом ФИО1 при приеме на работу в Студию «Флай» была достигнута договоренность о личном выполнении работником ФИО1 определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах ИП ФИО3 К.Г., под её контролем и управлением, как работодателя, а именно: хореограф ФИО7 по поручению ИП ФИО3 К.Г. проводила занятия по хореографии с детьми, занятия проводились в оговоренное с ответчиком время, ключ от зала выдавал истцу администратор только в определенное договоренностью между истцом и ответчиком период времени, коммунальные услуги и аренду зала ФИО7 не оплачивала, взносы на конкурсы не оплачивала. Всех детей, посещавших занятия, фиксировала на входе администратор, заработную плату ФИО1 перечисляла ИП ФИО3 К.

<

адрес> того, на конкурсы, совместно с ФИО1 ездила и ответчик ФИО3 К.Г. в качестве руководителя студии и ее же фамилия указывалась, как руководителя в получаемых 

В своей работе ФИО7 подчинялась ИП ФИО3 К.

<

адрес> хореограф ФИО7 ставила танцы, но при этом направления, в которых она работала, они были согласованы с ИП ФИО3 К.Г., также как и участие в конкурсах, подбор музыкального сопровождения, костюмов. Все договоры на обучение заключали родители учеников с ИП ФИО3 К.Г., ей же поступали денежные средства на обучение, из которых ИП ФИО3 К.Г. выплачивала заработную плату истцу ФИО15

Исходя из положений статей 67, 71, 195 - 198, 329 ГПК РФ выводы суда о фактах, имеющих значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требованиям относимости и допустимости (статьи 59, 60 ГПК РФ). В противном случае нарушаются задачи и смысл гражданского судопроизводства, установленные статьей 2 названного кодекса.

По смыслу статей 15, 16, 56, части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, наличие трудового правоотношения презюмируется, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением.

ФИО7 в обоснование своих исковых требований об установлении факта трудовых отношений между ней и ИП ФИО3 К.И. ссылается на то, что в ДД.ММ.ГГГГ она приступила к исполнению трудовых обязанностей в качестве хореографа с ведома и по поручению работодателя без оформления письменного трудового договора и внесения соответствующей записи в трудовую книжку. Между ФИО1 и ИП ФИО3 К.И. была достигнута устная договоренность о графике работы и размере заработной платы, которая зависит от количества детей посещающих занятия. За период работы у ИП ФИО3 К.И. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ей была выплачена заработная плата в размере 322 806 рублей, которая перечислялась ей на банковскую карту, либо выдавалась наличными. Кроме того, по поручению ИП ФИО3 К.И. она возила детей на различные конкурсы и фестивали. В связи с этим истец полагала, что между ней и ИП ФИО3 К.И. фактически сложились трудовые отношения, которые по вине ответчика не были оформлены в предусмотренном трудовым законодательством порядке.

Оценивая в совокупности представленные доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ представленные сторонами суд приходит к выводу о том, что факт трудовых отношений ФИО1 у ИП ФИО3 К.Г. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности хореографа нашел свое подтверждение. 

Поскольку истец, несмотря на отсутствие письменного трудового договора и приказа о приеме на работу, была допущена ИП ФИО3 К.Г. – руководителем студии «Флай» на рабочее место, выполняла свои должностные обязанности по должности хореографа по поручению работодателя и в ее интересах, под ее контролем, в соответствии с режимом работы студии, ей предоставлялись дни для отдыха, выплачивалась заработная плата.

Из письма Государственного учреждения - Управления Пенсионного фонда Российской Федерации по 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ на запрос суда следует, что ФИО7 не зарегистрирована в регистрационной базе данных персонифицированного учета.

Из письма Государственного учреждения – Ставропольское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации Филиал № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ИП ФИО3 К.Г. не зарегистрирована в качестве страхователя в филиале №.

Вместе с тем, как установлено в судебном заседании, в Инстаграмме истец ФИО7 опубликовала ссылку на то, что с ДД.ММ.ГГГГ в студии «Флай» не работает, аналогичное сообщение было разослано истцом родителям учеников, которые у нее занимались, таким образом, суд приходит к выводу о том, что днем увольнения с работы ФИО1 является дата ДД.ММ.ГГГГ. Сведений о том, что датой увольнения истца является ДД.ММ.ГГГГ истцом не представлено.

Таким образом, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца о возложении на ИП ФИО3 К.Г. обязанности внести соответствующие записи в трудовую книжку ФИО1 о ее приеме на работу ИП ФИО3 К.Г. в должности хореографа ДД.ММ.ГГГГ и о ее увольнении ДД.ММ.ГГГГ на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействиями работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Основания и размер компенсации морального вреда определяется правилами ст. 1099-1101 и 151 ГК РФ, согласно которым под моральным вредом подразумевается наличие физических и нравственных страданий, причиненных действиями, посягающими на личные неимущественные права либо на принадлежащие гражданину нематериальные блага.

Аналогичное понятие морального вреда содержится в постановлении Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». Пленум Верховного суда РФ №, определяя понятие морального вреда, указал, что под нравственными страданиями понимаются нравственные переживания, связанные в том числе с временным ограничением каких-либо прав. В данном случае ответчик ограничил права истца на достойную жизнь, оплату труда, предусмотренные Конституцией РФ, что повлекло страдания и переживания истца в связи с действиями работодателя, посягающего на трудовые права, и совершил действия, противоречащие Трудовому кодексу РФ, повлекшие ущемление прав работника. Наличие вины ответчика в причинении морального вреда истцу также нашло подтверждение в судебном заседании и выразилось в совершении неправомерных действий, нарушающих нормы трудового права.

Установив факт нарушения трудовых прав истца, выразившегося в не оформлении трудовых отношений суд, руководствуясь ст. 237 Трудового кодекса РФ, с учетом правовой позиции, изложенной в абз. 4 п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», приходит к выводу о взыскании с ответчика ИП ФИО3 К.Г. в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку работодателем, допущены нарушения трудовых прав истца, что само по себе предполагает притерпевание ею нравственных страданий.

Принимая во внимание, что невыплата всех причитающихся работнику выплат, не оформление трудовых правоотношений в установленном законом порядке, создает психотравмирующую ситуацию для любого человека, суд, с учетом характера и степени нравственных страданий, понесенных истцом, полагает справедливым определить к взысканию компенсацию морального вреда в сумме 500,00 рублей. 

В соответствии с п. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований».

Поскольку истец в силу п.п. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ был освобожден от уплаты государственной пошлины, то расходы по уплате государственной пошлины в размере 600 рублей, подлежат взысканию с ответчика в местный бюджет. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, возложении обязанности по внесению в трудовую книжку записей о приеме и увольнении с работы, взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.

Установить факт трудовых отношений между ФИО4 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Обязать индивидуального предпринимателя ФИО2 внести в трудовую книжку ФИО1 сведения о работе у ответчика в период с ДД.ММ.ГГГГ (дата принятия на работу) по ДД.ММ.ГГГГ (дата увольнения с работы).

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход местного бюджета 

<

адрес> края государственную пошлину в размере 600 рублей

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в 

<

адрес>вой суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме через Пятигорский городской суд.

Мотивированное решение суда изготовлено ДД.ММ.ГГГГ года

Судья О.В. Веснина