№ 1-16/2021

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Шахты 7 июня 2021 года

Шахтинский городской суд Ростовской области в составе:

председательствующего судьи Малько С.В.,

при секретаре Аввакумовой Ю.П.,

с участием гос. обвинителя пом. прокурора г. Шахты Мезинова П.А.,

подсудимого ФИО1,

адвоката Шевченко Н.В.,

подсудимого ФИО2,

адвоката Янчевой Ю.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, 

<

данные изъяты>,

в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «в» ч. 2 ст. 163, п. «а» ч. 2 ст. 163, п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ,

ФИО2, 

<

данные изъяты>,

в совершении преступлений, предусмотренных пп. «а», «в» ч. 2 ст. 163, п. «а» ч. 2 ст. 163, п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ,

установил:

подсудимые ФИО1 и ФИО2, имея преступный умысел на вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, совершили преступление при следующих обстоятельствах.

Так, в начале сентября 2018 года, более точные дата и время суток следствием не установлены, ФИО1, находясь на территории центрального городского кладбища 

<

адрес>, с целью быстрого обогащения принял решение о совершении вымогательств у индивидуальных предпринимателей и лиц, занимающихся ритуальной деятельностью (копка могил, установка памятников и оградок) на территории кладбищ 

<

адрес>, части денежных средств, получаемых ими от указанной деятельности.

В неустановленные следствием дату и время, но не позднее сентября 2018 года, ФИО1 умышленно определил объектом для своего преступного намерения (вымогательства) – индивидуального предпринимателя ФИО3 №2, осуществляющего копку могил, установку памятников и оградок на территории кладбищ 

<

адрес>.

Так, ФИО1 имея умысел на вымогательство, то есть, требование передачи чужого имущества, в начале сентября 2018 года, точная дата не установлена, в первой половине дня, находясь на территории кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, высказал требования ФИО3 №2 о выплате ему 30 % от получаемого дохода от предпринимательской деятельности ИП «ФИО3 №2», однако ФИО3 №2 на требование ФИО1 не согласился.

Не позднее октября 2018 года, более точные дата и время суток следствием не установлены, ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел на вымогательство, в неустановленном месте предложил ФИО2 и лицу, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство (далее по тексту – Лицо №), вступить в преступный сговор на основе предварительной договоренности, для совершения вымогательств у индивидуальных предпринимателей и лиц, занимающихся ритуальной деятельностью (копка могил, установка памятников и оградок), на территории кладбищ 

<

адрес>, части денежных средств от получаемого ими дохода. ФИО2 и Лицо №, будучи осведомленными о незаконности и противоправности действий ФИО1, с целью быстрого обогащения, согласились на предложение последнего.

Так ФИО1, 03.11.2018 примерно в 16 час. 00 мин., продолжая реализовывать свой преступный умысел на вымогательство, действуя группой лиц по предварительному сговору совместно с Лицом № прибыли на территорию кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, где Лицо № правой рукой нанесло ФИО3 №2 удар по лицу, от которого последний попятился назад, но Лицо № быстрым шагом направилось к ФИО3 №2 и нанесло ему еще два удара рукой в область печени, после чего подошел ФИО1 и нанес ФИО3 №2 один удар в область груди, при этом высказывая в адрес ФИО3 №2 угрозы убийством в случае отказа оплаты ФИО3 №2 им 30% от дохода получаемого в ходе его предпринимательской деятельности.

Далее, 10.11.2018 примерно в 10 час. 00 мин. Лицо №, продолжая реализовывать свой преступный умысел на вымогательство, совместно с ФИО2, действуя группой лиц по предварительному сговору, по указанию ФИО1 прибыли на территорию кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, где Лицо № подошло к ФИО3 №2 и нанесло ему рукой удар в челюсть, от которого ФИО3 №2 пошатнулся, а ФИО2 в тот момент подставил ФИО3 №2 свою ногу, через которую последний упал на землю. Лицо № совместно с ФИО2 стали наносить ФИО3 №2 удары ногами и руками по различным частям тела, при этом незаконно требуя осуществление выплаты ФИО1 30% от получаемого дохода в ходе предпринимательской деятельности ИП «ФИО3 №2». Кроме этого, угрожая убийством, незаконно потребовали от ФИО3 №2 денежные средства в сумме 28000 руб. за ранее выполненные заказы на территории Центрального городского кладбища в 

<

адрес>, дав ФИО3 №2 время на поиск указанных денежных средств. Спустя некоторое время в ноябре 2018 года, точная дата следствием не установлена, в первой половине дня Лицо №, продолжая реализовывать свой преступный умысел на вымогательство, совместно с ФИО2, действуя группой лиц по предварительному сговору, по указанию ФИО1 прибыли на территорию кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, где на тот момент находился ФИО3 №1 - отец ФИО3 №2, осуществляющий помощь ФИО3 №2 в предпринимательской деятельности, у которого Лицо № совместно с ФИО2 стали требовать денежные средства в сумме 28000 руб., требование на передачу которых ранее выдвигали ФИО3 №2 При этом Лицо № схватило ФИО3 №1 руками за одежду, угрожая избиением, стало отталкивать и подтягивать одновременно к себе (трясти), тем самым ударяя последнего в область груди и причиняя физическую боль. ФИО3 №1, восприняв угрозы со стороны Лица № и ФИО2 как реально осуществимые, отдал Лицу № руб., принадлежащие ФИО3 №2, после чего Лицо № и ФИО2, завладев указанными денежными средствами, уехали, распорядившись ими по своему усмотрению.

Далее, 16.12.2018 примерно в 14 час. 00 мин. ФИО2, продолжая реализовывать свой преступный умысел на вымогательство, совместно с Лицом №, действуя группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, по указанию ФИО1 прибыли на территорию кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, где у ФИО3 №2 под угрозой применения насилия к нему и его близким родственникам стали незаконно требовать денежные средства в сумме 12000 руб. за осуществление предпринимательской деятельности на территории кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, при этом сообщив ФИО3 №2, который данные угрозы воспринял как реально осуществимые, что указанные денежные средства он должен передать лично ФИО1 

18.12.2018 в 10 час. 25 мин. ФИО3 №2, действующий на законных основаниях в рамках оперативно-розыскного мероприятия «наблюдение», проводимого сотрудниками ОБОП УУР ГУ МВД России по 

<

адрес>, находясь рядом с домом 

<

адрес>, передал ФИО1 денежные средства в сумме 12000 руб., которыми ФИО1 в дальнейшем распорядился по своему усмотрению.

Далее, 11.01.2019 примерно в 16 час. 00 мин. ФИО2, продолжая реализовывать свой преступный умысел на вымогательство, совместно с Лицом №, действуя группой лиц по предварительному сговору, на автомобиле марки 

<

данные изъяты> гос. рег. знак №, прибыли на территорию Центрального городского кладбища 

<

адрес>, где потребовали от ФИО3 №2 сесть в автомобиль, после чего направились в неустановленном направлении. По пути следования Лицо №, действуя совместно с ФИО2, стали угрожать ФИО3 №2 предметом, похожим на пистолет, и высказывать в его адрес угрозы убийством, требуя выплаты им 30% от получаемого дохода в ходе предпринимательской деятельности ИП «ФИО3 №2», после чего ФИО2 стал наносить ФИО3 №2 многочисленные удары рукой по лицу и различным частям тела, тем самым применяя насилие к ФИО3 №2 Далее ФИО2 и Лицо № на вышеуказанном автомобиле выехали за пределы 

<

адрес> и примерно в 16 час. 40 мин. подъехали в район заброшенного Мукокостного завода, расположенного на удалении примерно 15 км. от 

<

адрес>, перед поворотом на 

<

адрес>, где Лицо № совместно с ФИО2 продолжили наносить ФИО3 №2 удары руками по различным частям тела, в результате причинив ФИО3 №2 согласно заключению судебно-медицинской экспертизы следующие телесные повреждения: рана на слизистой нижней губы слева с кровоподтеком в ее области, которые не являются опасными для жизни телесными повреждениями в момент причинения и не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья сроком или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и расцениваются как не причинившие вред здоровью человека.

Таким образом, ФИО1, ФИО2 и Лицо № в ходе вымогательства группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия, завладели денежными средствами на общую сумму 27000 руб., из которых 15000 руб. принадлежали ФИО3 №2, чем причинили последнему материальный ущерб.

Они же, ФИО1 и ФИО2, имея преступный умысел на вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, совершили преступление при следующих обстоятельствах.

Так, не позднее ноября 2018 года, точная дата не установлена, в обеденное время суток ФИО1, имея умысел на вымогательство, в неустановленном месте предложил ФИО2 и Лицу № вступить в преступный сговор на основе предварительной договоренности для совершения вымогательств у индивидуальных предпринимателей и лиц, занимающихся ритуальной деятельностью (копка могил, установка памятников и оградок) на территории кладбищ 

<

адрес>, части денежных средств от получаемого ими дохода. ФИО2 и Лицо №, будучи осведомленными о незаконности и противоправности действий ФИО1, с целью быстрого обогащения, согласились на предложение последнего.

В неустановленные следствием дату и время, но не позднее ноября 2018 года, ФИО2 совместно с ФИО1 и Лицом № умышленно определили объектом для своего преступного намерения (вымогательство) – ФИО3 №4, который выполнял заказы (копка могил, установка памятников и оградок), на территории кладбищ 

<

адрес>, не являясь индивидуальным предпринимателем.

Так в ноябре 2018 года, точные дата и время не установлены, ФИО2 совместно с ФИО1 и Лицом №, имея умысел на вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, действуя группой лиц по предварительному сговору, прибыли на территорию кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, будучи осведомленными о том, что ФИО3 №4 выполняет на территории кладбища заказы в сфере ритуальных услуг, высказали требования ФИО3 №4 о выплате им 70% от получаемого им дохода. ФИО3 №4 на требование ФИО1, Лица № и ФИО2 не согласился. Однако ФИО2, действуя совместно с ФИО1 и Лицом №, стали угрожать ФИО3 №4, высказывать в его адрес угрозы применения насилия, требуя осуществления выплаты части денежных средств от получаемого им дохода. Далее ФИО2 совместно с ФИО1 и Лицом №, зная о том, что у ФИО3 №4 имеются денежные средства от выполненных им ранее заказов, действуя совместно, обступили последнего и стали высказывать ему угрозы применения насилия, требуя вышеуказанные денежные средства, при этом ФИО1 потянулся за предметом, похожим на пистолет, находящимся у него на поясе в кобуре, от чего ФИО3 №4, испугавшись и опасаясь осуществления данных угроз в его адрес, достал из куртки денежные средства в сумме 12500 руб. и передал их ФИО1, который совместно с Лицом № и ФИО2, завладев денежными средствами, покинул место преступления, распорядившись похищенным имуществом по своему усмотрению.

Далее, в январе 2019 года, точная дата следствием не установлена, примерно в 13 час. 00 мин. ФИО2 совместно с Лицом №, продолжая реализовывать свой преступный умысел на вымогательство, действуя группой лиц по предварительному сговору, на автомобиле 

<

данные изъяты> гос. рег. знак № прибыли на территорию кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, где потребовали от ФИО3 №4 сесть в автомобиль, после чего направились в неустановленном направлении. По пути следования Лицо №, действуя совместно с ФИО2, стали высказывать в адрес ФИО3 №4 угрозы применения насилия, требуя осуществление выплаты от получаемых заказов в сфере ритуальных услуг на территории кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, после чего ФИО2 совместно с Лицом №, зная о том, что у ФИО3 №4 имеются денежные средства от выполненного им заказа, стали требовать от него вышеуказанные денежные средства. Далее Лицо № совместно с ФИО2 с целью устрашения ФИО3 №4 и завладения его денежными средствами примерно в 13 час. 40 мин. приехали на участок местности, прилегающий к заброшенной шахте им. Красина, расположенный за зданием «столовая» по адресу: 

<

адрес>, где ФИО2 направил в сторону ФИО3 №4 предмет, похожий на пистолет, стал высказывать в его адрес угрозы применения насилия, от чего ФИО3 №4, испугавшись и опасаясь осуществления данных угроз в его адрес, достал из кармана куртки денежные средства в сумме 18000 руб. и кинул их в место нахождения рычага переключения передач автомобиля, которыми в последующем завладело Лицо №. Далее примерно в 15 час. 00 мин. Лицо № и ФИО2 отвезли ФИО3 №4 обратно на территорию кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, а сами уехали, завладев похищенным имуществом и распорядившись им по своему усмотрению.

Таким образом, ФИО1, ФИО2 и Лицо № в ноябре 2018 года, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, в ходе вымогательства завладели денежными средствами, принадлежащими ФИО3 №4, на сумму 12500 руб., после чего ФИО2 и Лицо № в январе 2019 года, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору, в ходе вымогательства завладели денежными средствами, принадлежащими ФИО3 №4, на сумму 18000 руб., чем причинили последнему материальный ущерб.

Они же, ФИО1 и ФИО2, имея преступный умысел на грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору, совершили преступление при следующих обстоятельствах:

Так, 21.12.2018 примерно в 12 час. 00 мин. ФИО1, действуя группой лиц по предварительному сговору совместно с ФИО2 и Лицом №, прибыли на территорию кладбища, расположенного в 

<

адрес> (

<

данные изъяты>), с целью проведения беседы с ФИО3 №3, который, являясь индивидуальным предпринимателем, осуществляет копку могил, установку памятников и оградок на территории кладбища в 

<

адрес>, о его дальнейшем осуществлении предпринимательской деятельности в сфере ритуальных услуг на кладбище в 

<

адрес>. В ходе беседы ФИО1, предварительно зная о том, что ФИО3 №3 выполнил заказ (копку могилы), сообщил ФИО3 №3, что последний больше не будет осуществлять свою предпринимательскую деятельность на территории кладбища в 

<

адрес>, а его наемные рабочие теперь будут работать в интересах ИП «ФИО8И». Далее в момент продолжаемой беседы указанных лиц к ФИО3 №3 подошел его наемный рабочий Свидетель №16, который попытался передать ФИО3 №3 денежные средства в сумме 5500 руб., принадлежащие последнему, за выполненный заказ в сфере его предпринимательской деятельности от ИП «ФИО3 №3», однако Лицо №, действуя совместно и по предварительной договоренности с ФИО1 и ФИО2, имея умысел на открытое хищение чужого имущества, выхватило из рук Свидетель №16 указанные денежные средства в сумме 5500 руб. ФИО3 №3 потребовал у Лица № вернуть принадлежащие ему денежные средства и попытался забрать их, но ФИО1 и ФИО2, действуя совместно с Лицом № в составе группы лиц, пресекли его намерения вернуть свои деньги, преградив собою путь к Лицу №, которое открыто удерживало при себе денежные средства. После этого Лицо №, действуя согласованно с ФИО1 и ФИО2, распорядились частью похищенных у ФИО3 №3 денежными средствами, передав Свидетель №16 1000 руб., поясняя, что последний теперь будет работать в интересах ИП «ФИО8И», а остальную часть денежных средств в сумме 4500 руб. оставив при себе, скрылись с места преступления, чем причинили ФИО3 №3 материальный ущерб на сумму 5500 руб.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО1 виновным себя не признал и показал, что у него никакого сговора ни с кем не было, у ФИО3 №2 он требовал и собирался забрать свои деньги, поскольку тот ему их был должен, в остальной части от дачи показаний отказался, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО2 виновным себя признал полностью и от дачи показаний в суде отказался, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ.

Проверив и оценив все собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу о виновности подсудимых в совершении вышеуказанных преступлений.

Вина подсудимых ФИО1 и ФИО2 по факту вымогательства денежных средств, принадлежащих ФИО3 №2, подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшего ФИО3 №2, данными им в ходе судебного разбирательства 10.03.2020, согласно которым он с 2017 года занимается предпринимательской деятельностью в сфере ритуальных услуг: установкой памятников, оградок, могил. У него есть вагончик на кладбище «

<

данные изъяты>» и ему помогают четверо ребят. Деятельностью осуществляет официально. ФИО44 ему помогает юридически. В августе 2018 года он с отцом ФИО3 №1 находился на кладбище «

<

данные изъяты>», куда подъехал Свидетель №5 – копщик МУП «ССВПД» и спросил у них, собираются ли они работать с МУП «ССВПД» - ФИО8, пояснив, что необходимо 30% отдавать самому ФИО5 либо через него. Свидетель №5 при этом не угрожал. Он на эти условия не согласился. Свидетель №5 подошел к его отцу и начал ругаться, на что отец достал 7000 руб. и отдал Свидетель №5, так как не хотел ни с кем ругаться и не хотел, чтобы их выгнали. Через неделю или две, в первых числах сентября, в первой половине дня на кладбище «

<

данные изъяты>» на «

<

данные изъяты>» зеленого цвета приехал ФИО5 с парнем по имени ФИО12 и начал на него давить, требовал отдавать ему 30% с любой работы: с установки памятников, оградок, говорил, что если он не будет отдавать, то найдутся люди, которые будут работать вместо него, при этом работу необходимо было делать по квитанциям от ИП «ФИО5». Это видел Свидетель №1. Ему было известно, что ФИО5 так же занимался ритуальными услугами и работал на 

<

данные изъяты> кладбище. При разговорах ФИО5 ему угрожал и он реально опасался за свою жизнь. Куда ФИО5 должен был дальше деньги передавать, тот ему не сообщал. Сначала он передавал деньги ФИО5, но потом тот послал ФИО2 и он перестал их передавать. В ноябре на кладбище «

<

данные изъяты>» приезжал ФИО5 и пробил его в грудь. Затем в ноябре туда же на 

<

данные изъяты> приезжали ФИО55 и ФИО2, угрожали и били его, ФИО2 ему сделал накол, прыгнув на грудь коленкой, когда его повалили на землю, при этом перед этим ФИО44 ему звонил и хотел предупредить, что те его ждут на кладбище. Потом, когда он выполнил заказ, приехал ФИО5 и сказал, что переломает ему ноги и убьет. Знает, что сначала у ФИО44 забрали деньги, затем забрали деньги и у него, угрожая при этом. По осени он обратился к сотрудникам полиции в 

<

адрес>, после чего был передача 12000 руб. Сотрудники полиции сняли копии с денег для следственных работ, оригиналы передали ему, когда это делал, были понятые. Все фиксировалось в протоколах, в которых все расписались. Затем поехали в район 

<

данные изъяты>, где проживает ФИО5, чтобы передать тому деньги. Его куртку снарядили видеооборудованием. За два дня до этого у него требовали деньги и угрожали. Перед приездом 18 декабря ФИО5 ему звонил вечером по 

<

данные изъяты>. Он утром позвонил и сказал, что деньги нашлись. Когда приехал на 

<

данные изъяты>, отдал ФИО5 деньги, перекинулся с ним парой фраз и уехал снимать с себя видеооборудование в какой-то из отделов полиции. 11.01.2019 во второй половине дня он поехал на центральное кладбище принимать заказ, где ФИО54 посадил к себе в машину и сказал, что ему говорили не копать тут, после чего тот позвонил ФИО2 и ФИО55, которые приехали на 

<

данные изъяты>, посадили его к себе в машину и вывезли в район мукокостного завода, при этом ФИО55 был за рулем, а ФИО2 на пассажирском кресле. На тот момент ФИО2 уже ходил без костылей, ходил только неделю в декабре на костылях. По дороге в машине угрожали пистолетом, хотели убить, при этом избивали как в машине, так и на улице. Ехали минут 30-40. Когда приехали на 

<

адрес>, ФИО2 потребовал у него мобильный телефон, увидел, что он записывает их, удалили запись, разозлились и стали бить. ФИО55 ударил в пах. Были там минут 15-20. Ему отбили грудь, где остался синяк, и били в челюсть. По лицу рукой бил ФИО55. Он испугался, выбежал на дорогу, стал останавливать машины, чтобы его забрали, при этом получил повреждения от дороги, когда пытался от ФИО2 и ФИО55 убежать и цеплялся за проезжающие машины. Но затем подъехали ФИО2 с ФИО55 и отвезли его к дому на 

<

адрес>, где высадили, при этом угрожая, что если он обратится в полицию, то ему будет конец. 06.02.2019 он передавал ОУП УБОП Свидетель №14 флешку с аудиозаписи, сделанными им в ходе встреч с Свидетель №5, ФИО5, ФИО2 и ФИО55;

- показаниями потерпевшего ФИО3 №1, данными им в ходе предварительного расследования 07.06.2019 (т. 3 л.д. 225-228), оглашенными в порядке п. 1 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, согласно которым в начале ноября 2018 года около 10 час. 00 мин. он вместе с Свидетель №1 находился на работе у сына на территории кладбища «

<

данные изъяты>» возле вагончика. К ним подъехал автомобиль «

<

данные изъяты>» белого цвета, из которого вышли как впоследствии стало известно ФИО55 и ФИО2 и спросили у него, где его сын ФИО65. Спустя минут 15 к вагончику подъехал его сын и подошел к ФИО2 и ФИО55. Он решил узнать, что произошло, однако ФИО2 в грубой форме сказал не подходить. На данную грубость его сын сделал им замечание, после чего ФИО2 и ФИО55 повалили его сына на землю и стали наносить удары ногами по лицу и телу, требуя при этом деньги, которые якобы ФИО65 им должен, как он понял, процент от его прибыли, полученной в ходе предпринимательской деятельности. Он пытался их успокоить, но они не обращали на него внимания. Затем ФИО65 попытался убежать, а ФИО2 и ФИО55 на автомобиле догнали сына и что-то сказали. Через несколько дней он находился на кладбище во второй половине дня, куда к сыну на автомобиле 

<

данные изъяты> приехали ФИО55 и ФИО2, где вновь в грубой форме стали требовать от него деньги, которые им якобы должен его сын, после чего ФИО55 взял его руками за кофту и стал трясти, при этом ударяя его в область груди, от чего он почувствовал физическую боль в груди, требуя деньги и угрожая избить. Восприняв угрозу реальной, опасаясь за свою жизнь и жизнь сына, так как он знал, что они вымогают у сына деньги и ранее в его присутствии избили ФИО65, он достал находящиеся при нем денежные средства в размере 15000 руб., которые были получены от выполненных заказов на кладбище и принадлежали его сыну, и отдал их ФИО55. Получив деньги, ФИО55 и ФИО2 уехали. Спустя некоторое время приехал его сын, которому он обо всем рассказал;

- показаниями представителя потерпевшего ФИО3 №1 - ФИО3 №2, данными им в ходе судебного разбирательства 10.03.2020, а также в ходе предварительного расследования 19.07.2019 (т. 5 л.д. 120-121), частично оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, которые он подтвердил, согласно которым в середине ноября 2018 года он был в Ростове, ему позвонил его отец ФИО3 №1 и сказал, что приезжали ФИО55 и ФИО2 и вымогали с него деньги, при этом ФИО55 трусил отца за грудки. Это видели Свидетель №1 и ФИО44. Отец спрашивал, какие деньги он им должен, на что он пояснил отцу, что ничего им не должен, но отец отдал за него 15000 руб. так как больше у отца не было. При этом требовали с него 28000 руб. за то, что он выкопал четыре ямки на 

<

данные изъяты> кладбище. Данную сумму ему озвучивал ранее ФИО5 и повесил на него долг. После этих событий отцу стало плохо, отказали ноги;

- показаниями свидетеля ФИО3 №4, данными им в ходе судебного разбирательства 26.05.2020, а также в ходе предварительного расследования 07.03.2019 (т. 2 л.д. 71-74), оглашенными с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, согласно которым в августе 2018 года от ФИО5 ему стало известно, что при Администрации 

<

адрес> создан Департамент по выдаче разрешений на захоронения на кладбищах 

<

адрес>, официально возглавлять который должны были третьи лица, а неофициально должны были подчиняться ФИО5 и выполнять все его требования. В сентябре 2018 года ФИО5 переманил ФИО2 к себе на сторону, после чего ФИО5 и ФИО2 вместе с ФИО55 стали оказывать давление на предпринимателей 

<

адрес> в сфере ритуальных услуг с целью получения прибыли от сделок предпринимателей, которое состояло из угроз физической расправой, избиения, в некоторых случаях насилие было совершено с применением предмета, внешне схожего с пистолетом, также сажали в автомобиль 

<

данные изъяты> и вывозили за пределы города либо в черте города, где потом применяли физическое насилие и угрозы расправой. 10.11.2018 около 10 часов утра он приехал на кладбище «

<

данные изъяты>» для встречи с ФИО72. Минут через 40 подъехал автомобиль 

<

данные изъяты> белого цвета, откуда вышли ФИО55 и ФИО2 и стали спрашивать ФИО74. Отец ФИО41 спросил, зачем они его ищут, на что те в агрессивной форме пояснили, что поскольку ФИО41 копал могилы на центральном кладбище, где ему было нельзя, то теперь должен ФИО5 отдать 28 или 30 тысяч руб. Он с ФИО72 отошел и по телефону предупредил ФИО41. Также на кладбище находился Свидетель №1. Затем минут через 10 подъехал ФИО41, которому ФИО55 сказал сесть в машину, однако ФИО41 отказался и ФИО55 ударил того рукой в лицо, после чего ФИО41 повалили, тот упал возле вагончика и его стали бить ногами по всему телу. Они с ФИО72 стали просить прекратить бить, после чего ФИО41 поднялся и начал убегать. ФИО55 и ФИО2 сели в автомобиль и поехали догонять ФИО41. Через некоторое время подошли ФИО2 с ФИО41, который прихрамывал, а ФИО55 подъехал сзади. Кто-то из них спросил у ФИО41, понял ли он, что необходимо отдавать деньги, а если не будет, то они его будут постоянно избивать, после чего те уехали. Впоследствии ФИО41 жаловался на боль в спине и показывал ему гематому на своем боку, а на лице были синяки. Дня через 3-4 он так же утром находился на кладбище метрах в 10-15 от вагончика, куда опять подъехал 

<

данные изъяты> и оттуда вышли ФИО2 и ФИО55. ФИО55 начал трепать отца ФИО41. О чем они говорили, он не слышал, но видел, как отец ФИО41 достал деньги из внутреннего кармана куртки и отдал. Когда он подошел к отцу ФИО41, тот ему пояснил, что они требовали отдать за могилы деньги и забрали у него 15000 руб. При этом сам ФИО74 ему рассказывал, что копал на центральном кладбище и за это с него требуют 30% с каждой могилы, также требовали работать по квитанциям от ФИО5;

- показаниями свидетеля Свидетель №1, данными им в ходе судебного разбирательства 24.12.2020, согласно которым он работал копщиком у ФИО74. В сентябре 2018 года он был на кладбище с ФИО74. Приехал ФИО5 и начал говорить ФИО74, что на кладбище нужно платить тому деньги за работу, но ФИО74 не согласен был платить 30% с каждой могилы. ФИО5 сказал, что ФИО74 будут бить, если не будет платить. Но в тот день ФИО74 никто не бил. В ноябре 2018 года он был на кладбище «

<

данные изъяты>», стоял возле вагончика. Подъехала машина 

<

данные изъяты>, в ней было два человека: ФИО8 и нерусский, спросили, где ФИО41, он им ответил, что того нет и они уехали. Затем приехал ФИО41 и они приехали за ним. Они с ФИО41 начали общаться на повышенных тонах, говорили за деньги, за копку, просили деньги за выкопанные могилы. ФИО41 сказал, что не будет платить. Нерусский парень ударил ФИО41 кулаком по лицу и по телу тоже. ФИО5 тоже ударил ФИО41 по телу и сказал, что без его разрешения работать нельзя. После этого они уехали. Потом он тоже в ноябре 2018 года был на кладбище с ФИО3 №1. Подъехала машина, в которой были два парня: ФИО2 и нерусский, который раньше приезжал с ФИО5, спросили у ФИО3 №1, где ФИО92, начали трепать того за грудки. Юры не было, но приехал через 10 минут и у парней с ФИО74 произошел конфликт. Тот, который раньше приезжал с ФИО5, ударил ФИО74 рукой по лицу, повалили ФИО41 на землю и те стали вместе бить ФИО41 ногами. Потом через день эти же парни приехали снова на кладбище. Он был с ФИО3 №1. Тот парень, который был с ФИО5, начал деньги требовать у ФИО3 №1 за копку могилы и ФИО41 отдал этому парню деньги, достав их из куртки. Какую сумму, не знает. Также со слов ФИО74 ему известно, что того вывозили на завод и требовали деньги, но подробностей он не знает;

- показаниями свидетеля Свидетель №2, данными им в ходе судебного разбирательства 22.07.2020, согласно которым он является учредителем 

<

данные изъяты>, которые было открыто в 2001 году, занимается изготовлением и реализацией памятников, гробов, оградок. На предприятии в настоящее время слабое финансовое положение и его сын с 2018 года по устному договору приходит по его вызову либо сам и дает ему юридические консультации. При этом с сыном у него натянутые отношения. Примерно год-полтора назад они стали копать могилы, обращаясь перед этим в Муниципальное предприятие за разрешением. Он слышал, что кто-то из друзей его сына организовал ИП и сын работает вместе с ними, однако с сыном он на эту тему не разговаривал. ФИО5 он знает как сына своего друга. Знает, что тот являлся индивидуальным предпринимателем и занимался ритуальными услугами, выделением мест на кладбище. ФИО5 примерно год-полтора назад заходил к нему. К нему ФИО5 с какими-либо требованиями не обращался. Обращался ли ФИО5 с требованиями к его сыну, не знает, но разговоры об этом шли, в том числе и о том, что ходили с оружием;

- показаниями свидетеля Свидетель №3, данными им в ходе судебного разбирательства 09.07.2020 и 11.08.2020, а также в ходе предварительного расследования 07.06.2019 (т. 3 л.д. 216-219), оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым в 2018 он работал в 

<

данные изъяты>, расположенном по 

<

адрес>, у Свидетель №2 в должности работника ритуальных услуг. В его обязанности входила копка могил, установка памятников. Когда не было работы, он оказывал аналогичную помощь предпринимателям с целью дополнительного заработка, в частности ФИО3 №2 ФИО1 видел на кладбище, когда они копали могилы, тот подъезжал и спрашивал документы. Как он понял, в 2018 году ФИО5 был смотрителем центрального кладбища. Примерно в середине осени 2018 года он вместе с ФИО3 №2 находился на территории центрального кладбища, сел в автомобиль и в этот момент к ФИО3 №2 подошел ФИО5, с которым были ФИО97 и ФИО98. Находясь в автомобиле, он услышал, что они требовали от ФИО41 процент от копки, какой именно, он не слышал, а также говорили, что на данном кладбище копать никто кроме них не будет. ФИО41 стал говорить им, что он копает на законных основаниях, на что они сказали ему, что если он не будет платить им, то они будут разговаривать по другому. После данного разговора ФИО41 сел в автомобиль и по пути следования сказал, что ФИО5, ФИО2 и ФИО55 требуют от него, чтобы он платил им 30 % от своего дохода. Примерно в январе 2019 года он находился на территории центрального кладбища 

<

данные изъяты>, где помогал ФИО3 №2 В дневное время суток приехал автомобиль 

<

данные изъяты>, из которого вышли ФИО55 и ФИО2 и стали в грубой форме говорить ФИО3 №2, чтобы он сел в их автомобиль. ФИО41 сел в автомобиль и они уехали. Побыв на кладбище около 1,5 часов, он уехал домой, позвонил ФИО41 на телефон, но тот был выключен. На следующий день он встретился с ФИО41, который сообщил, что ФИО55 и ФИО2 вывезли его на заброшенный мясокостный завод, где избили и требовали, чтобы он платил им проценты от своего дохода;

- показаниями свидетеля Свидетель №4, данными им в ходе судебного разбирательства 09.07.2020, а также в ходе предварительного расследования 07.06.2019 (т. 3 л.д. 220-222), оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, которые он подтвердил, из которых следует, что он временами оказывает помощь предпринимателям на кладбищах 

<

адрес>, осуществляет копку могил, установку памятников, за что ему оплачивают его работу. На территории кладбищ он работает около 12 лет. Чаще всего помогал ФИО3 №2 и его отцу на территории кладбища «

<

данные изъяты>». Ему известно, что примерно осенью 2018 года на территориях кладбищ 

<

адрес> от предпринимателей стали требовать проценты от их доходов. Этим занимался ФИО8, который всем говорил, что он является смотрящим за кладбищами и если кто-то не будет платить ему проценты, то у того возникнут проблемы. Также ФИО5 говорил им, копщикам, чтобы они работали на него и все заказы должны были выполнять от его имени. Так ФИО5 приезжал на кладбища и смотрел, кто производит копку могил. Если его что-то не устраивало, он мог применить силу, то есть избить. Вместе с ФИО5 часто приезжали его помощники: ФИО198 и ФИО55, которые тоже требовали от предпринимателей проценты, в том числе и от ФИО3 №2, с которым он непосредственно работал и тот ему рассказывал лично. Так, осенью 2018 года, точной даты и времени он не помнит, он лично видел, как ФИО5 совместно с ФИО97 и ФИО55, находясь на территории кладбища «

<

данные изъяты>» требовали от ФИО41 процент от его дохода. Данные требования поступали от ФИО5, он в тот момент находился рядом с вагончиком и слышал их разговор. ФИО5 говорил, что если ФИО41 не будет им платить, то его ребята, указав на ФИО97 и ФИО55, будут разговаривать с ним по другому. Также позже ему стало от ФИО6 известно, что к нему неоднократно приезжали ФИО5, ФИО97 и ФИО55, которые избивали его, требуя процент, но он при этом уже не присутствовал;

- показаниями свидетеля Свидетель №5, данными им в ходе судебного разбирательства 09.07.2020 и 01.12.2020, а также в ходе предварительного расследования 21.03.2019 и 08.07.2019 (т. 2 л.д. 127-130, т. 5 л.д. 82-85), частично оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым с ФИО5 познакомились по работе на кладбище примерно в 2017-2018 году. Он работал на кладбище землекопом в МУП «ССВПД». Когда с ФИО5 первый раз увиделись, тот ему сказал, что будет работать на центральном кладбище, могилы копать, заниматься, а он работал на поселках: 

<

адрес>, 

<

адрес>, 

<

адрес>. Затем у них на работе стали директора меняться и было непонятно, кто директор. С ФИО5 возникла перепалка по работе, в ходе которой тот ему сказал, что теперь является главным и работает по всем кладбищам, предложил ему работать на ФИО5, на что он отказался. Также ФИО5 просил его, поскольку он работает на 

<

данные изъяты>, передать ФИО74, когда увидит его, чтобы тот работал на ФИО5 и отдавал 30%, при этом ФИО5 сказал, что если он не передаст ФИО41, то ФИО5 поговорит с начальством и его уволят. Он испугался и не хотел потерять работу, в связи с чем передал ФИО41 слова ФИО5 о необходимости выплаты 30% от дохода, но ФИО41 отказался. В одной из встреч или звонков ФИО5 попросил его забрать у ФИО41 деньги за какой-то заказ около 5-6 тысяч рублей, поскольку копали люди ФИО5, а ФИО41 забрал эти деньги, и передать их ФИО5. Поскольку он собирался ехать на городское кладбище, то согласился. От ФИО41 он получил денежные средства и в тот же вечер передал их ФИО5. Примерно через две недели он встретился со своим директором, спросил, работать ему с Варежонковым или нет, на что тот ему пояснил, что он работает в муниципальной службе, а ФИО5 является индивидуальным предпринимателем и к нему это никак не относится. На работе периодически виделись с ФИО5. В дальнейшем в ходе произошедшего между ним и ФИО5 в ноябре 2018 года конфликта тот звонил кому-то по телефону и спустя некоторое время к ним подъехали ранее ему не знакомые двое мужчин: ФИО97, как позже стало известно ФИО2, и ФИО55, как позже стало известно ФИО55. ФИО97 с ФИО55 стали поддерживать ФИО5 и объяснять ему, что это их территория и они решают, кому на ней копать. У ФИО55 он видел предмет, похожий на пистолет, был ли он боевым, травматическим или пневматическим, он не знает. В ходе их ссоры ФИО97 и ФИО55 общались с ним в грубой форме и требовали, чтобы он уехал с кладбища. Так, за ним приехали его товарищи и он уехал. Спустя долгое время, примерно в январе 2019 года, к нему приехали ФИО2 и ФИО55 и стали в спокойной форме предлагать ему уйти с МУП «ССВПД» и в последующем работать с ними, на что он отказался. Они сказали ему, чтобы он еще раз подумал и уехали. Больше он с ними не общался;

- показаниями свидетелей Свидетель №7 и Свидетель №6, данными ими в ходе судебного разбирательства 02.07.2020, а также показаниями Свидетель №6, данными в ходе предварительного расследования 10.04.2019 (т. 2 л.д. 238-241), частично оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, согласно которым 18.12.2018 по приглашению оперативных сотрудников они принимали участие в качестве понятых при проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент», в ходе которого ФИО3 №2 в 10 час. 25 мин. передал ФИО1 денежные средства, врученные ему перед началом ОРМ. С указанных денежных средств до начала ОРМ были сделаны ксерокопии, ФИО41 был досмотрен, а его куртка снабжена видеооборудованием. Ход мероприятия был полностью отражен в документах, в которых они расписались;

- показаниями свидетеля Свидетель №8, данными им в ходе предварительного расследования 16.05.2019 (т. 3 л.д. 103-106), оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, из которых следует, что ФИО1 он знает как сына своего знакомого Свидетель №12, который работал у него директором в кафе 

<

данные изъяты>. С ФИО1 он никаких отношений не поддерживал, так как у них не было общих интересов. Осенью 2018 года он разговаривал с ФИО1, в ходе чего со слов последнего ему стало известно, что тот занимается предпринимательской деятельностью в сфере ритуальных услуг и его стали притеснять руководители муниципального управления 

<

адрес>. Он ему сказал, что если у того все официально, то пусть ни на кого не обращает внимание и спокойно работает. После данного разговора ФИО1 ему несколько раз звонил по телефону и жаловался на то, что его везде притесняют по работе, на что он ответил работать дальше, так как знал, что тот работает официально и к нему не может быть никаких вопросов;

- показаниями свидетеля ФИО23, данными им в ходе судебного разбирательства 30.06.2020, согласно которым он с 22.10.2018 является директором 

<

данные изъяты>. В его обязанности входит общий контроль за деятельностью предприятия. ФИО7 у них в среднем 5-6 человек. Захоронения производятся на восьми кладбищах 

<

адрес>, одно из которых открытое – на 

<

адрес>, остальные только для родовых захоронений. После того, как он месяц отработал в должности, ему в воскресенье позвонили работники и сообщили, что у них произошел конфликт с ФИО5 на центральном кладбище. Поскольку он отвечает за безопасность труда и за здоровье своих работников, то обратился с заявлением во второй отдел полиции по факту данного конфликта, а именно причинения телесных повреждений двум его работникам. Его сотрудники не захотели обращаться в полицию, пояснив, что разберутся сами, при этом сказали, что в конфликте участвовал и ФИО97. На следующий день в понедельник он приехал на кладбище, где встретил ФИО5 и высказал ему свои претензии по поводу его поведения в данной ситуации, при этом ФИО5 вел себя дерзко и вызывающе. Он выставил ФИО5 требования, чтобы тот работал как индивидуальный предприниматель, без всяких претензий к муниципальным работникам. Сути конфликта он не знает. Недели черед две-три обратился еще раз с заявлением по факту того, что ФИО5 словесно угрожал одному из его работников, однако когда участковый приехал на кладбище и в присутствии ФИО5 задал вопрос его работнику, угрожал тот или нет, работник сказал, что нет. Впоследствии видел ФИО5 на том же кладбище два-три раза, тот ему несколько раз звонил, жаловался, что у него стало меньше копок и нужно больше работы, а спустя месяц ФИО5 уехал;

- показаниями свидетеля Свидетель №10, данными им в ходе судебного разбирательства 30.06.2020, согласно которым с августа 2018 года он является заместителем директора МУП «Специализированная служба по вопросам похоронного дела». Он занимается захоронением по гарантированному перечню и отказников, безродных. Работает непосредственно с сотрудниками, когда у них возникают вопросы или потребности, включая лопаты, обеззараживающие средства. Консультирует людей. Пояснил, что в 

<

адрес> есть восемь кладбищ, на двух из которых есть смотрители: на центральном и на 

<

адрес>. На остальные кладбища приезжает комиссия из Департамента. К смотрителям люди приезжают, они выписывают им акт осмотра, они едут в «Департамент городского хозяйства», берут разрешение, а потом уже на выбор определяют, кто будет выполнять захоронение. Без разрешения «Департамента городского хозяйства» произвести захоронение нельзя. ФИО5 ему известен как предприниматель, который занимался копкой могил. У него или его копщиков конфликтов с ФИО5 не было. Знает, что ФИО23 обращался в полицию с заявлением, но сути не знает, так как находился в отпуске в этот момент;

- показаниями свидетеля Свидетель №11, данными им в ходе судебного разбирательства 30.06.2020, согласно которым он с 26.11.2018 является директором МКУ «Департамент городского хозяйства» 

<

адрес>, в деятельность которого входит в том числе осуществление организации, контроля и деятельности кладбищ на территории города. В соответствии с постановлением главы Администрации 

<

адрес> оперативному управлению «ДГХ» переданы 8 городских кладбищ и в полномочия «ДГХ» вменены обязанность по выдаче разрешений на захоронения, на подзахоронения, а также установки могильных сооружений. На места предполагаемых захоронений или подзахоронений выежает смотритель, проверяет соответствие места размещения, после чего составляется акт и передается в «ДГХ». Согласно штатному расписанию «ДГХ» имеются три смотрителя, которые располагаются на 

<

данные изъяты> городском кладбище и на 

<

данные изъяты>. Ему известно, что МУП «ССВПД» оказывает услуги по захоронению наряду с другими коммерческими предприятиями, однако никаких договорных отношений с данным предприятием у «ДГХ» нет. В случае выявления факта незаконного захоронения индивидуальным предпринимателем составляется протокол об административном правонарушении и материалы передаются в полицию для принятия соответствующих мер;

- показаниями свидетеля ФИО8, данными им в ходе судебного разбирательства 30.06.2020, согласно которым ФИО8 является его сыном и занимался индивидуальной предпринимательской деятельностью в сфере похоронных услуг, однако он был против этого. О том, что сына задержали, узнал от родственника Свидетель №17 - мужа сестры его первой жены;

- показаниями свидетеля Свидетель №13, данными им в ходе судебного разбирательства 07.07.2020, а также в ходе предварительного расследования от 02.08.2019 (т. 5 л.д. 165-168), согласно которым его супруга является индивидуальным предпринимателем, оказывает предоставление ритуальных услуг в магазине по адресу: 

<

адрес>. Он ей помогает. ФИО5 пришел к ним в магазин и предложил ему работать следующим образом: они оказывают ритуальные услуги, а ФИО5 осуществляет копку могил. У ФИО5 были самые приемлемые цены, поэтому он согласился. Какое-то время они сотрудничали. Также знает, что ФИО2 тоже занимался такими же услугами. С Самвеляном не знаком, но считает, что это друг ФИО2, так как в тот момент, когда ФИО2 ему предлагал совместно работать, стоял рядом и представился ФИО14;

- показаниями свидетеля Свидетель №14, данными им в ходе судебного разбирательства 02.07.2020 и 21.01.2021, согласно которым с сентября 2018 года он является старшим оперуполномоченным отдела по борьбе с организованной преступностью Управления уголовного розыска ГУ МВД России по 

<

адрес>. В 2018 году им была получена оперативная информация о том, что на территории 

<

адрес> действует организованная группа, которая занимается вымогательством денежных средств с предпринимателей и руководителей коммерческих структур, осуществляющих свою деятельность на территории кладбищ. Данная информация была доведена до руководства, после чего им были проведены оперативно-розыскные мероприятия, в ходе которых был установлен ФИО5, а в последующем ФИО2 и ФИО55. У него состоялась встреча с ФИО41, в которой тот пояснил, что к нему применяли физическую силу, морально запугивали, в том числе тем, что у них есть связи в структурах и если тот куда-то обратится, то его положение ухудшится, в связи с чем ФИО41 не обращался в органы на территории 

<

адрес>. Также ФИО41 пояснил, что у ФИО5 открыто ИП на оказание услуг в сфере ритуальной деятельности. ФИО41 сообщил, что к нему приезжали два или три раза, просили сумму около 12000 руб. за то, что он оказывал услуги на кладбище. После этого ФИО41 было предложено принять участие в проведении оперативного эксперимента, на который тот согласился. Это было в конце 2018 или в начале 2019 года. Он вместе со вторым сотрудником в первой половине дня приехал из 

<

адрес> встретили ФИО41, затем пригласили Свидетель №6 и Свидетель №7, прошли в помещение, которое принадлежало Свидетель №6, где досмотрели ФИО41, сняли копии с денежных средств, которые принадлежали ему, передали их ФИО41, осмотрели автомобиль, после чего совместно с понятыми Свидетель №7 и Свидетель №6 проследовали за ФИО41 к месту проживания ФИО5, где ФИО41 передал ФИО5 денежные средства, которые тот вымогал с ФИО41. Все было отражено в документах, замечаний ни от кого не поступало. Они планировали провести дальнейшие эксперименты в отношении других участников организованной группы, но их не получилось провести и они произвели задержание. ФИО5 был задержан на территории 

<

адрес>, ФИО2 был задержан в 

<

адрес>, а ФИО55 был в бегах, задержан недавно. В последующем к нему обратились ФИО3 №3 и ФИО44, которые так же были запуганы расправой, тем, что Варежонков им запретит появляться на территории кладбищ 

<

адрес> и осуществлять свою деятельность. У ФИО5 и ФИО2 были свои люди на кладбище, которые контролировали деятельность ФИО41 либо другого лица, после чего они приезжали, сообщали, что сделал предприниматель и требовали 30%, если вдруг не было денежных средств и на следующий день предприниматель оказывал услуги, то долг рос. У кого-то из потерпевших при написании заявления были аудиозаписи, которые приобщены к материалам и по которым он делал стенограммы, при этом он не предавал значения содержанию имевшихся на записях разговоров и отразил те, которые были поняты;

- рапортом о/у Свидетель №14 от 06.02.2019, зарегистрированным в КУСП за №, согласно которому в ОБОП УУР ГУ МВД России по РО обратился ФИО3 №2 с заявлением по факту вымогательства. В ходе рассмотрения материала было установлено, что в период с октября 2018 года по январь 2019 года неустановленные лица, находясь на кладбище «

<

данные изъяты>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, путем применения физической силы неоднократно вымогали с ФИО3 №2 денежные средства за осуществлением последним его предпринимательской деятельности (т. 1 л.д. 9); 

- протоколом принятия устного заявления о преступлении от 06.02.2019, согласно которому о/у Свидетель №14 принял устное заявление от ФИО3 №2, в котором он сообщает о вымогательствах со стороны ФИО1, ФИО2 и ФИО18, которые путем угроз и применения к нему насилия вымогают у него денежные средства, полученные от дохода в ходе его предпринимательской деятельности (т. 1 л.д. 10-13);

- постановлением о предоставлении результатов ОРД органу дознания, следователю или в суд от 01.02.2019, согласно которому в СЧ ГСУ ГУ МВД России по РО для решения вопроса о возбуждении уголовного дела и использовании в доказывании по уголовному делу сведений, полученных в ходе проведения негласных ОРМ «прослушивание телефонных переговоров», «оперативный эксперимент» в отношении ФИО1, ФИО2 и ФИО18 направлены: постановления Пролетарского районного суда 

<

адрес> № от 12.11.2018, № от 12.11.2018, № от 30.11.2018, № от 30.11.2018, №с от 30.11.2018; магнитные носители: диски CD-R №, CD-R №, CD-R №; постановление о проведении «оперативного эксперимента» №с от 17.12.2018 (т. 1 л.д. 52-53);

- постановлением № о проведении ОРМ «оперативный эксперимент» от 17.12.2018, согласно которому сотрудникам ОБОП УУР ГУ МВД России по РО с привлечением в качестве участника ФИО3 №2 поручено провести ОРМ «оперативный эксперимент» в отношении ФИО1 и других участников данной преступной группы с применением технических средств аудио-, видеозаписи с целью документирования факта вымогательства денежных средств у граждан (т. 1 л.д. 54-55);

- постановлением о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от 01.02.2019, а именно результатов проведенных ОРМ «прослушивание телефонных переговоров», «оперативный эксперимент»: постановления Пролетарского районного суда 

<

адрес> №с от 12.11.2018, № от 12.11.2018, № от 30.11.2018, № от 30.11.2018, № от 30.11.2018; магнитные носители: диски CD-R №, CD-R №, CD-R №; постановление о проведении «оперативного эксперимента» № от 17.12.2018 (т. 1 л.д. 92-93);

- протоколом пометки, осмотра и вручения денежных средств, ценностей от 18.12.2018, согласно которому о/у ФИО19 в помещении магазина 

<

данные изъяты>, расположенном по адресу: 

<

адрес>, в присутствии участвующих Свидетель №7 и Свидетель №6, а также лица, участвующего в качестве потерпевшего, - ФИО3 №2 осмотрены и вручены последнему денежные средства в сумме 12000 руб. (11 купюр номиналом по 1000 руб. 2 купюры номиналом по 500 руб.) (т. 1 л.д. 59-60);

- протоколом № по результатам ОРМ «наблюдение», проводимого в отношении участников преступной группы, занимающихся вымогательском денежных средств, от 18.12.2018, согласно которому в 10 час. 05 мин. наблюдаемый ФИО3 №2 вышел из помещения «Ритуальные услуги», расположенного по адресу: 

<

адрес>, сел в автомобиль марки 

<

данные изъяты>, гос. рег. знак №, доехал на нем и припарковался около 

<

адрес>, где, находясь в автомобиле, стал разговаривать по телефону, после чего поехал к дому 

<

адрес>, где вышел из автомобиля. В 10 час. 25 мин. к ФИО3 №2 подошел мужчина на вид 30-35 лет среднего роста с щетиной на лице, одетый в куртку, джинсы и ботинки темного цвета. ФИО3 №2 стал разговаривать с данным мужчиной, после чего передал ему денежные средства, врученные ему перед началом проведения ОРМ «оперативный эксперимент». Мужчина забрал деньги и убрал в карман джинсов и в 10 час. 29 мин. они разошлись. Мужчина направился к дому 

<

адрес>, а ФИО3 №2 сел в автомобиль и в 10 час. 30 мин. выехал со двора указанного дома (т. 1 л.д. 65-66);

- заключением эксперта № от 08.04.2019, согласно выводам которого у ФИО3 №2 

<

данные изъяты> (т. 2 л.д. 143-145);

- протоколом осмотра предметов от 11.04.2019, согласно которому ст. следователем по ОВД ГСУ ГУ МВД России по РО ФИО21 осмотрен бумажный конверт с надписью «Оперативный эксперимент №», внутри которого находится компакт диск 

<

данные изъяты> с надписью «№», на котором содержится один файл с расширением «

<

данные изъяты>» емкостью 92,1 Mb. При воспроизводстве указанного файла открывается видеозапись, при просмотре которой установлено, что видеозапись ведется в черно-белом формате от первого лица – ФИО3 №2 При просмотре видеозаписи в кадре появляется ФИО1 Между ФИО3 №2 и ФИО1 происходит диалог, согласно которому ФИО9 спрашивает у ФИО3 №2 как его еще отучивать его не лезть на 

<

данные изъяты>, а также сообщает о том, что незачем больше ФИО3 №2 копать на центральном кладбище, на что ФИО3 №2 поясняет ФИО1 том, что ему 

<

данные изъяты> сказал, если он будет отстегивать деньги за копку, то можно копать где угодно. ФИО1 поясняет, что сейчас к нему подъедет «Мага» и он с ним обо всем поговорит. Также ФИО3 №2 сообщает ФИО1, что после их последней встречи, когда они побеседовали с ним и его отцом и потрясли отца за грудки, то отец стал плохо себя чувствовать, на что ФИО1 поясняет, что это все было за дело. ФИО3 №2 конкретизирует «

<

данные изъяты>», на что ФИО1 ему говорит о том, что кроме них на кладбище больше никто не будет копать. ФИО1 сообщает, что нужно работать или вместе или он – ФИО3 №2 больше работать не будет. После короткого диалога ФИО1 сказал ФИО3 №2: «

<

данные изъяты>», на что ФИО3 №2 уточнил у последнего «

<

данные изъяты>», ФИО1 сказал, что если что-то возникнет, то нужно звонить им и все будет улажено. Далее происходит передача денежных средств и ФИО1 спрашивает у ФИО3 №2: «

<

данные изъяты>», на что последний отвечает: «Да, да, двенадцать». После диалога собеседники расходятся. Затем ФИО3 №2 возвращается к своему автомобилю 

<

данные изъяты> и видеозапись заканчивается (т. 2 л.д. 181-183);

- вещественным доказательством: диском CD-R, полученным в ходе ОРМ «Наблюдение» от 18.12.2018, №, содержащим видеозапись, на которой зафиксирован момент передачи ФИО1 денежных средств, просмотренную в ходе судебного разбирательства 15.10.2020;

- протоколом осмотра предметов от 11.04.2019, согласно которому ст. следователем по ОВД СЧ ГСУ ГУ МВД России по РО ФИО21 осмотрена флеш-карта серебристого цвета «

<

данные изъяты>», с содержащимися на ней 3 аудиофайлами, на которых запечатлены разговоры между ФИО3 №2 и Свидетель №5, в ходе которого Свидетель №5 требует от ФИО3 №2 30% от дохода для ФИО1, а также разговор между ФИО3 №2 и ФИО18, ФИО2, в ходе которого последние требуют от ФИО3 №2 часть денег, получаемых от дохода его предпринимательской деятельности (т. 2 л.д. 189-198);

- вещественным доказательством: флеш-картой, содержащей аудиозаписи разговоров 

<

данные изъяты>, прослушанные в ходе судебного разбирательства 15.10.2020, 22.10.2020, в том числе при свидетеле Свидетель №5 01.12.2020;

- протоколом осмотра предметов от 28.05.2019, согласно которому осмотрены: мобильный телефон марки 

<

данные изъяты> и водительское удостоверение на имя ФИО2, изъятые у ФИО2 в ходе его личного обыска (т. 3 л.д. 180-182);

- протоколом осмотра предметов от 08.07.2019, согласно которому осмотрен мобильный телефон марки 

<

данные изъяты> с сим-картой 

<

данные изъяты>, изъятые у ФИО1 в ходе его личного обыска (т. 5 л.д. 86-88);

- вещественными доказательствами: мобильными телефонами марки 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, осмотренными в ходе судебного разбирательства 03.12.2020;

- протоколом проверки показаний на месте от 17.05.2019 с фототаблицей к нему, в ходе которого потерпевший ФИО3 №2, находясь на территории, прилегающей к кладбищу «

<

данные изъяты>», указал на место, где в сентябре 2018 года располагался вагончик, к которому приезжал ФИО5 и вымогал у него деньги от полученного дохода в ходе предпринимательской деятельности, где в ноябре ФИО5 совместно с ФИО55 избили его из-за того, что он не платил им проценты, где в ноябре 2018 года ФИО55 и ФИО2 избили его за то, что он не платит ФИО5 проценты. Далее указал на участок местности, расположенный на площади центрального городского кладбища 

<

данные изъяты>, откуда 11.01.2019 его на автомобиле 

<

данные изъяты> забрали ФИО2 и ФИО55 и вывезли за город к заброшенному мукокостному заводу. Далее указал на участок местности, расположенный вблизи заброшенного мукокостного завода, расположенного на удалении примерно 15 км от 

<

адрес> перед поворотом на 

<

адрес> 1,5 км, где ФИО2 и ФИО55 угрожали ему расправой, если он не начнет им платить проценты от своего дохода, ФИО2 угрожал ему пистолетом, при этом наносили ему удары руками по лицу и телу (т. 3 л.д. 138-142, 143-145);

- протоколом осмотра предметов от 01.07.2019, согласно которому осмотрен CD-R диск, представленный 

<

данные изъяты>, содержащий детализацию телефонных соединений абонентского номера №, находившегося в пользовании ФИО2, за период с 12.11.2018 по 05.03.2019, с абонентскими номерами, находившимися в пользовании ФИО1, ФИО18, ФИО3 №2, ФИО3 №4 (т. 4 л.д. 1-48);

- протоколом осмотра предметов от 02.07.2019, согласно которому осмотрен DVD-R диск, представленный 

<

данные изъяты>, содержащий детализацию телефонных соединений абонентского номера №, находившегося в пользовании ФИО1, за период с 01.08.2018 по 05.03.2019, с абонентскими номерами, находившимися в пользовании ФИО2, ФИО18, ФИО3 №2, ФИО3 №3, ФИО3 №4, (т. 4 л.д. 49-189);

- вещественными доказательствами: дисками CD-R и DVD+R, содержащими детализации телефонных соединений, находящихся в пользовании ФИО1, ФИО2 и ФИО18, исследованные в ходе судебного разбирательства 22.10.2020 и 29.10.2020;

- протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО1 и потерпевшим ФИО3 №2 от 04.07.2019, в ходе которой ФИО3 №2 показал, что в начале сентября на территорию кладбища «

<

данные изъяты>», где у него расположен вагончик, приехал ФИО5 на автомобиле 

<

данные изъяты> зеленого цвета и стал от него в грубой форме требовать, чтобы он ему оплачивал 30% от получаемого им дохода в ходе его предпринимательской деятельности, иначе у него возникнут проблемы как в предпринимательской деятельности, так и лично. ФИО5 показания ФИО41 не подтвердил и показал, что не требовал у ФИО41 никакой процент от дохода. Ему известно, что у ФИО41 и остальных предпринимателей была договоренность с МУП «ССВПД» о том, что они должны оплачивать часть от своих доходов в МУП, так как осуществляют свою предпринимательскую деятельность на территории кладбищ. ФИО3 №2 показал, что 03.11.2018 ему на мобильный телефон по 

<

данные изъяты> позвонил ФИО5 и сказал, чтобы он приехал на кладбище «

<

данные изъяты>» с целью обсудить дальнейшее осуществление его коммерческой деятельности. По прибытию на кладбище он вышел из автомобиля и в этот момент к нему подошел Самвелян, который стал сразу же наносить ему удары руками по лицу и печени, после чего подошел ФИО5 и нанес ему один удар в область груди и в грубой форме пояснил, что если он еще хоть один раз без его ведома будет осуществлять свою предпринимательскую деятельность на территории 

<

данные изъяты> кладбища, то у него будут проблемы, после чего ФИО5 с ФИО55 уехали. ФИО5 показания ФИО41 подтвердил частично и пояснил, что звонил ФИО41 по 

<

данные изъяты>, никто никаких требований ФИО41 не высказывал, просто они провели беседу по поводу незаконного захоронения на центральном кладбище, никто ФИО41 не избивал (т. 5 л.д. 55-58);

- протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО1 и потерпевшим ФИО3 №2 от 10.07.2019, в ходе которой ФИО3 №2 подтвердил ранее данные им показания о событиях, произошедших 03.11.2018. ФИО1 показания ФИО41 подтвердил частично и пояснил, что встреча действительно была, однако никакие деньги у ФИО41 никто не вымогал. Он действительно ударил ФИО41 в грудь за несанкционированную копку на кладбище, из-за которой у него были проблемы. Бил ли ФИО41 ФИО55, он не видел. ФИО3 №2 также подтвердил ранее данные им показания о событиях, произошедших 10.11.2018. ФИО1 показания ФИО41 подтвердил частично и пояснил, что никаких указаний ФИО2 и ФИО55 не давал, по его указаниям никто никуда не ездил. Деньги в размере 12000 руб., которые ему передавал ФИО41, предназначались для МУП «ССВПД», которые они вносили за свою работу, а он тем самым передавал данные денежные средства. ФИО3 №2 также подтвердил ранее данные им показания о событиях, произошедших 16.12.2018. ФИО1 по данным показаниям пояснил, что деньги от ФИО41 получал только один раз в сумме 12000 руб., это происходило рядом с его домом по 

<

адрес>, в декабре 2018 года. Больше никаких денег он от ФИО41 не получал (т. 5 л.д. 59-63);

- протоколом осмотра предметов от 03.08.2019, согласно которому осмотрены СD-R диск № и СD-R диск №, на которых содержатся аудиозаписи, полученные в ходе ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров», а именно телефонные разговоры ФИО1 с ФИО2 и ФИО18, подтверждающие их близкое общение, общие интересы и т.д., а также телефонные разговоры с иными лицами (т. 5 л.д. 169-231);

- вещественными доказательствами: дисками CD-R, полученными в ходе ОРМ (ПТП), № и №, содержащими телефонные переговоры ФИО5 с ФИО2 и ФИО55, прослушанные в ходе судебного разбирательства 06.10.2020, 13.10.2020 и 15.10.2020;

Вина подсудимых ФИО1 и ФИО2 по факту вымогательства денежных средств, принадлежащих ФИО3 №4, подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшего ФИО3 №4, данными им в ходе судебного разбирательства 25.05.2020, согласно которым его отец давно занимается похоронным бизнесом и имеет фирму 

<

данные изъяты>. Он долгое время отсутствовал в Шахтах, однако ему пришлось вернуться и он стал помогать отцу в поиске клиентов, проверял, чтобы не были нарушены санитарные нормы, также помогал юридически. Помощь заключалась в том, что к нему обращались люди, он их отправлял в 

<

данные изъяты> для приобретения погребальных принадлежностей, при этом помогал сделать дешевле само захоронение. В августе 2018 года он познакомился с ФИО2, с которым зашел разговор о кладбищах и об отсутствии клиентов из-за монополии МУП «ССВПД», и который ему пояснил, что у него есть знакомый в морге и оттуда будут поступать заказы. Затем ФИО2 его познакомил с ФИО55, а он их со своим отцом. Они обсудили порядок совместной работы, но конкретно ни о чем не договаривались, после чего разошлись. Впоследствии на центральное кладбище зашел ФИО5, представился индивидуальным предпринимателем, сказал, что будет формироваться департамент и он теперь неофициально там самый старший, то есть решает вопросы, кто и где будет копать. ФИО5 ему сказал, что до тех пор, пока он не войдет официально, копать здесь нельзя, при этом предложил копать на кладбищах «

<

данные изъяты>» и «

<

данные изъяты>» и отдавать ему процент от каждой выкопанной могилы около 3300 руб., которые тот якобы должен был кому-то передавать вверх, начальнику МУП «ССВПД» или еще кому-то. Он стал стоять на кладбище «

<

данные изъяты>», потому что там у отца недалеко находится магазин. В конце сентября приехали ФИО55 с ФИО2 и стали спрашивать, есть ли заказы, на что он ответил, что нет и рассказал им о разговоре с ФИО5 и необходимости отдавать ему деньги. Они сказали, что поедут и поинтересуются за деньги, а спустя время он узнал, что они стали работать вместе, так как землекопы ему сказали, что ФИО5 стал ездить за рулем на машине ФИО55 – 

<

данные изъяты>. Затем ему стали звонить, спрашивали, копает ли он и думает ли отдавать деньги. Звонил в основном ФИО55, при этом сказал, что они стали работать вместе. В конце ноября на кладбище 

<

данные изъяты> подъехала машина «

<

данные изъяты>» зеленого цвета, оттуда вышли ФИО5, ФИО2 и ФИО55. Они ему сказали, что знают, что он оказывал услуги и выкопал 20 могил, на что он сказал, что такого не было, так как он помогал только трем своим знакомым, после чего они стали ему угрожать и требовать деньги. ФИО2 говорил, что переломают ему ноги. У ФИО5 он видел предмет в кобуре, похожий на пистолет 

<

данные изъяты>, который тот достал и угрожал прострелить ноги и избить. Он испугался и отдал ФИО5 12500 руб. После этого они ему сказали, что если он не будет делать так, как они говорят, то есть отдавать деньги, то они его прибьют. В декабре ему звонил ФИО55 и спрашивал, работает ли он и где деньги, на что он пояснил ему, что не работает. Затем он стал помогать ФИО41 юридически, давая советы, так как тот был индивидуальным предпринимателем, при этом они договорились о том, что ФИО41 ему от своего имени «ИП ФИО41» выписывает квитанции, а он отдает тому деньги на оплату налогов, при этом работы по квитанции выполнял именно он. В десятых числах января 2019 года у них были захоронения и где-то в 12-13 часов дня приехала машина 

<

данные изъяты> белого цвета, где за рулем сидел ФИО55, а рядом ФИО2. Он по их указанию сел в машину, при этом они вели себя агрессивно, угрожали, требовали деньги, ФИО55 наотмашь ударил его рукой, но так как он уклонился, чуть-чуть зацепил, а ФИО2 достал предмет, похожий на пистолет 

<

данные изъяты>, при этом они сказали, что будут его сейчас убивать. Минут через 20-25 они приехали на 

<

адрес> к клубу, где стояли минут 10-15 и выясняли, будет ли он по хорошему отдавать, а затем поехали в район памятника, где столовая, угрожая пристрелить, и когда остановилась машина, он, испугавшись, выкинул на коробку передач 18000 руб., которые ФИО55, пересчитав, забрал. После этого они сказали, что сейчас будут доносить ФИО41, но он им сказал, что сам тому все объяснит. Когда они его привезли обратно около 3 часов дня, над вагончиком уже стоял ФИО41, которому они сказали: 

<

данные изъяты>, после чего уехали;

- показаниями ФИО3 №2, данными им в ходе судебного разбирательства 10.03.2020, свидетелей Свидетель №12, ФИО23, Свидетель №10, Свидетель №11, данными ими в ходе судебного разбирательства 30.06.2020, Свидетель №3 и Свидетель №4, данными ими в ходе судебного разбирательства 09.07.2020 и 11.08.2020, а также при производстве предварительного расследования 07.06.2019 (т. 3 л.д. 216-219, 220-222), оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, Свидетель №2, данными им в ходе судебного разбирательства 22.07.2020, Свидетель №13, данными им в ходе судебного разбирательства 07.07.2020, а также при производстве предварительного расследования 02.08.2019 (т. 5 л.д. 165-168), частично оглашенными в судебном заседании в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, Свидетель №14, данными им в ходе судебного разбирательства 02.07.2020 и 21.01.2021, Свидетель №8, данными им при производстве предварительного расследования 16.05.2019 (т. 3 л.д. 103-106), оглашенными с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК РФ, подробно приведенными по эпизоду вымогательства денежных средств, принадлежащих ФИО3 №2;

- показаниями свидетеля Свидетель №15, данными им в ходе предварительного расследования 02.08.2019 (т. 5 л.д. 161-164), оглашенными в порядке ст. 281 УПК РФ с согласия сторон, согласно которым в сентябре 2018 года он решил заняться подработкой и обратился к знакомому ФИО3 №4, который занимался ритуальной деятельностью на территории 

<

адрес>. По устному договору с ФИО3 №4 он подрабатывает у него и осуществляет подготовку мест захоронения, копку могил, установку памятников и оградок. Примерно в середине января 2019 года, после новогодних праздников, он находился на кладбище бывшего поселка 

<

адрес>, куда заехал автомобиль 

<

данные изъяты> белого цвета, из которого вышли ФИО2 и ФИО55, подошли к ФИО3 №4 и сказали тому сесть на заднее сиденье автомобиля, что тот и сделал. Точного разговора он не слышал, так как был примерно в 20 метрах от них, в вагончике. Сев в автомобиль, они уехали. Закончив копку могил, около 15 час. 00 мин. он совместно с другими рабочими прибыл к бытовому вагончику, в этот момент подъехал ФИО3 №2 и спросил, где ФИО44, на что он пояснил ему, что его забрали. Спустя некоторое время тот автомобиль вернулся, из него вышел ФИО44, а ФИО2 открыл окно и сказал ФИО41, что ФИО44 объяснит ему, что им нужно делать, чтобы они их не убили, после чего они уехали. Затем ФИО44 рассказал ФИО41, что ФИО2 угрожал ему пистолетом, от чего он, испугавшись, отдал им деньги в размере около 18000 руб., которые получил от выполненных заказов. От ФИО41 и ФИО44 ему было известно, что ФИО2 и ФИО55 неоднократно приезжали к ним и требовали проценты от доходов, полученных от копок могил;

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 12.04.2019, зарегистрированным в КУСП за №, согласно которому в ОБОП УУР ГУ МВД России по РО обратился ФИО3 №4 с заявлением по факту вымогательства. В ходе рассмотрения материала было установлено, что в ноябре 2018 года в первой половине дня, точное время не установлено, ФИО1 совместно с ФИО18 и ФИО2., находясь на кладбище «

<

данные изъяты>», расположенном по адресу: 

<

адрес>, подугрозой применения предмета, конструктивно схожего с пистолетом 

<

данные изъяты>, завладели денежными средствами в сумме 12500 руб., принадлежащими ФИО3 №4 (т. 3 л.д. 61);

- протоколом принятия устного заявления о преступлении от 12.04.2019, согласно которому о/у Свидетель №14 принял устное заявление от ФИО3 №4, в котором он сообщает о вымогательстве со стороны ФИО1, ФИО2 и ФИО18, которые путем угроз и демонстрации пистолета 

<

данные изъяты> вымогали у него денежные средства, полученные от дохода, при осуществлении его деятельности в сфере ритуальных услуг, в ходе чего он передал ФИО1 12500 руб. (т. 3 л.д. 62-63);

- протоколом проверки показаний на месте от 17.05.2019 с фототаблицей к нему, в ходе которой потерпевший ФИО3 №4, находясь на территории кладбища «

<

данные изъяты>», расположенного в 

<

адрес>», указал на участок местности, расположенный между кладбищем и гаражным кооперативом (

<

адрес>), где в ноябре 2018 года располагался вагончик для различного инвентаря, указав, что на этом место к нему подъехали ФИО5, ФИО2 и ФИО55 на автомобиле 

<

данные изъяты> и стали требовать от него 70% процентов от полученного им дохода в ходе осуществления деятельности по копке могил и установке памятников, после этого стали требовать от него денежные средства, полученные от заказов, при этом ФИО5 потянулся за предметом, похожим на пистолет, находившимся у того на поясе, отчего он испугался, достал 12500 руб. и передал ФИО5, которых их забрал. Далее указал, что в десятых числах января 2019 года на данный участок местности вновь приехали ФИО2 и ФИО55 на автомобиле 

<

данные изъяты> белого цвета, где в грубой форме потребовали сесть в автомобиль. По пути следования ФИО55 пытался нанести телесные повреждения, а ФИО2 угрожал предметов, сходим с пистолетом 

<

данные изъяты>. Далее ФИО55 привез его к 

<

адрес>, где заехали за здание 

<

данные изъяты>. Указав на данный участок местности, ФИО3 №4 пояснил, что ФИО2 и ФИО55 сказали, что если он не отдаст деньги, полученные от заказов, то они его убьют, а ФИО2 при этом держал пистолет. Он отдал им 18000 руб. Далее они поехали к клубу 

<

адрес>. Прибыв к клубу по адресу: 

<

адрес>, ФИО3 №4 указал на прилегающую парковку, где ФИО55 и ФИО2 стали ему говорить, что если он не будет платить проценты от дохода, то у него будут проблемы. Далее они отвезли ФИО44 обратно на кладбище (т. 3 л.д. 130-134, 135-137);

- постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от 01.02.2019 (т. 1 л.д. 52-53), постановлением о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей от 01.02.2019 (т. 1 л.д. 92-93), протоколом осмотра предметов от 28.05.2019 (т. 3 л.д. 180-182), протоколом осмотра предметов от 01.07.2019 (т. 4 л.д. 1-48), протоколом осмотра предметов от 02.07.2019 (т. 4 л.д. 49-189), протоколом осмотра предметов от 08.07.2019 (т. 5 л.д. 86-88), протоколом осмотра предметов от 03.08.2019 (т. 5 л.д. 169-231), а также самими вещественными доказательствами, а именно: мобильными телефонами марки 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, дисками CD-R и DVD-R с детализациями телефонных соединений абонентских номеров №, № и №, дисками CD-R № и №, содержание которых подробно приведено по эпизоду вымогательства денежных средств, принадлежащих ФИО3 №2

Вина подсудимых ФИО1 и ФИО2 по факту открытого хищения денежных средств, принадлежащих ФИО3 №3, подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшего ФИО3 №3, данными им в ходе судебного разбирательства 17.03.2020, из которых следует, что он является индивидуальным предпринимателем и осуществляет услуги по захоронению, работал официально, выписывал квитанции за оказание услуг. В двадцатых числах декабря 2018 года все произошло на территории кладбища в 

<

адрес>. Ему позвонил его рабочий Свидетель №16 и сказал, что с ним хотят встретиться по поводу его дальнейшей деятельности. Он приехал на территорию кладбища и к нему из машины вышли трое: ФИО5, ФИО2 и ФИО55, с которыми у него состоялся разговор о том, что теперь они будут заниматься копкой на территории этого кладбища. Они предложили работать, но только на их условиях, а именно, что часть выручки необходимо отдавать им, при этом конкретная сумма не оглашалась, он должен был платить зарплату землекопам, а остальное делить с ними напополам. В это время Свидетель №16 находился в стороне справа, попытался передать ему денежные средства в размере 5500 руб., но ФИО14 выхватил деньги. Он попытался забрать деньги, но ему перегородили путь. Он сказал им отдать деньги, но ему пояснили, что на них не написано, что они ему принадлежат. Данные деньги возникли за оказание услуг по захоронению, до этого он Свидетель №16 передал квитанцию, которую тот должен был передать людям, часть денег люди передали заранее как задаток, а эти деньги являлись остатком. После этой встречи в декабре 2018 года ему звонил ФИО8 и спрашивал, согласен ли он работать на его условиях, на что он ему пояснил, что не согласен;

- показаниями свидетеля Свидетель №16 от 12.04.2019 и от 27.08.2019 (т. 3 л.д. 12-16, т. 6 л.д. 84-87), оглашенными в судебном заседании в связи с его неявкой с согласия сторон, согласно которым он занимается подработкой на территории кладбища в 

<

адрес>, а именно осуществляет копку могил, установку оградок, уборку территории и т.д. Работу в основном ему предоставляет ФИО3 №3, который занимается предпринимательской деятельностью в сфере ритуальных услуг. Примерно в конце октября или в ноябре 2018 года на территорию кладбища 

<

данные изъяты> приехали два незнакомых ему парня, один из которых представился ФИО8. До этой встречи он его не знал и не видел, но по слухам знал, что тот «смотрит» за центральным кладбищем в 

<

адрес> и ему предприниматели платят проценты от своей прибыли. ФИО5 сказал ему, что теперь он будет работать на него, а не на ФИО3 №3 и все заказы будут проходить через ИП «ФИО5». Второй парень, который приехал с ФИО5, ходил недалеко от них и в руках у того было охотничье гладкоствольное ружье. Он сказал ФИО5, что ничего об этом не знает и сообщил ФИО3 №3. После этого они уехали. 21.12.2018 около 09 час. 45 мин. он находится на кладбище 

<

данные изъяты>, где копал могилку. К кладбищу подъехал автомобиль 

<

данные изъяты> белого цвета и ему на телефон позвонил ФИО5, сказав подойти к автомобилю. Из автомобиля вышли ФИО8, ФИО55 и ФИО150, которые стали ему говорить, что теперь он будет работать на них и все заказы будут производиться через них, а не через ФИО3 №3. Он позвонил ФИО3 №3 и попросил его подъехать, объяснив произошедшее. ФИО3 №3 сообщил, что приедет к 12 часам, о чем он сказал им. Тогда они уехали, а около 11 час. 45 мин. вернулись снова и стали ждать приезда ФИО3 №3. В ходе разговора, когда ждали ФИО3 №3, на их вопросы он пояснял, что выполнил один заказ ФИО3 №3 днем ранее. Думает, что они догадывались, что он должен отдать деньги ФИО3 №3 за копку. Спустя примерно 15 мин. приехал ФИО3 №3 и стал с ними разговаривать. Во время разговора он решил подойти и отдать ФИО3 №3 5500 руб. за проделанную работу, выполненную 20.12.2018. Он протянул ФИО3 №3 деньги, обвернутые в копию справки о смерти, и в этот момент ФИО55 выхватил их. ФИО3 №3 потребовал вернуть деньги, но ФИО55 отбежал от него, а ФИО5 и ФИО2 перегородили ФИО3 №3 к нему путь. ФИО3 №3 требовал отдать ему деньги, но ФИО2 сказал, что на них не написано, что они принадлежат ИП «ФИО3 №3», а ФИО55 сказал, что деньги принадлежат им, так как с этого момента его рабочие работают на них и будут осуществлять заказы от ИП «ФИО5». Также ФИО55 сказал, что с настоящего времени он теперь работает на них и он, испугавшись, так как слышал, что они избивают предпринимателей и их работников и заставляют работать на них, ответил согласием. ФИО3 №3 сказал им, что он работает на него и они долгое время сотрудничают, на что ФИО2 его перебил и сказал, что он продолжит работать на ФИО3 №3 и дальше, если тот заключит с ними устный договор, а именно ему нужно будет платить 50 % от его прибыли и если ФИО3 №3 будет работать на них, то они ему разрешат выполнять свою деятельность на всех кладбищах 

<

адрес>. ФИО3 №3 не дал ответа, сказав, что ему нужно подумать. После этого ФИО55 спросил у него, сколько он получает за копку могилы и он ответил: «3000 руб.», на что ФИО55 достал из кармана деньги ФИО3 №3 и передал ему с них 1000 руб. Затем они сели в автомобиль и уехали;

- показаниями свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №4, данными ими в ходе судебного разбирательства 09.07.2020 и 11.08.2020, а также при производстве предварительного расследования 07.06.2019 (т. 3 л.д. 216-219, 220-222), оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, Свидетель №14, данными им в ходе судебного разбирательства 02.07.2020 и 21.01.2021, подробно приведенными по эпизоду вымогательства денежных средств, принадлежащих ФИО3 №2;

- рапортом о/у Свидетель №14 от 15.03.2019, зарегистрированным в КУСП за №, согласно которому в ОБОП УУР ГУ МВД России по РО обратился ФИО3 №3 с заявлением по факту открытого хищения денежных средств. В ходе рассмотрения материала было установлено, что 21.12.2018 около 12 час. 00 мин. ФИО1 совместно с ФИО18 и ФИО2, находясь на кладбище, расположенном по адресу: 

<

адрес>, совершили открытое хищение денежных средств, принадлежащих ФИО3 №3, в сумме 5000 руб. (т. 2 л.д. 212);

- протоколом принятия устного заявления о преступлении от 15.03.2019, согласно которому о/у Свидетель №14 принял устное заявление от ФИО3 №3, в котором он сообщил о совершении ФИО5, ФИО2 и ФИО55 21.12.2018 на территории кладбища, расположенного в 

<

адрес>, открытого хищения принадлежащих ему денежных средств в размере 5500 руб. (т. 2 л.д. 213-214);

- протоколом осмотра предметов от 11.04.2019, согласно которому осмотрен DVD-R диск, представленный ФИО3 №3, содержащий аудиофайл состоявшегося разговора с ФИО5, ФИО2, ФИО55 и Свидетель №16, в ходе которого ФИО55 забирает предназначавшиеся ФИО3 №3 деньги у Свидетель №16, на требования ФИО3 №3 вернуть деньги ФИО2 и ФИО55 поясняют, что это их деньги, после чего все трое предлагают ФИО3 №3 работать на их условиях 50/50 (т. 3 л.д. 17-23);

- вещественным доказательством: диском DVD-R, содержащим разговор от 21.12.2018 ФИО3 №3 с ФИО5, ФИО2 и ФИО55, прослушанный в ходе судебного разбирательства 22.10.2020;

- протоколом проверки показаний на месте от 17.05.2019 с фототаблицей к нему, в ходе которой потерпевший ФИО3 №3, находясь на территории кладбища 

<

адрес>, указал на участок местности (геолокация 

<

данные изъяты>), на котором 21.12.2018 у него состоялась встреча с ФИО5, ФИО55 и ФИО2, которые стали от него требовать, чтобы он платил им процент от его предпринимательской деятельности, а также в момент их разговора к нему подошел работник Свидетель №16, который хотел передать ему деньги от заказа, но ФИО55 выхватил у него данные деньги в сумме 5500 руб. (т. 3 л.д. 124-127, 128-129);

- протоколом дополнительного осмотра предметов от 08.11.2019, согласно которому осмотрен CD-R диск, представленный 

<

данные изъяты>, содержащий детализацию телефонных соединений абонентского номера №, находившегося в пользовании ФИО2, за период с 12.11.2018 по 05.03.2019, согласно которой 21.12.2018 в 11:43 указанный абонентский номер зафиксирован базовой станцией, расположенной по адресу: 

<

адрес> (т. 8 л.д. 24-27);

- протоколом очной ставки между обвиняемым ФИО1 и потерпевшим ФИО3 №3 от 04.07.2019, в ходе которого ФИО3 №3 пояснил, что 21.12.2018 ему на мобильный телефон позвонил его рабочий Свидетель №16 и сообщи, что находится на кладбище «

<

данные изъяты>», куда приехал ФИО5 с людьми, которые желают с ним поговорить. По прибытию на указанное кладбище он увидел, что стоит автомобиль 

<

данные изъяты> белого цвета, из которого вышли ФИО5, ФИО2 и ФИО55. ФИО5 сказал ему, что с настоящего времени он больше тут не работает и его рабочие работают на ФИО5, ФИО2 и ФИО55. В ходе разговора к ним подошел Свидетель №16, который хотел передать ему денежные средства в размере 5500 руб. за проделанную работу, протянул ему их и в этот момент ФИО55 выхватил конверт, открыл и увидел, что там деньги. Он потребовал от ФИО55 вернуть денежные средства, но ФИО55 отбежал от него, не дав забрать деньги. В этот момент ФИО5 и ФИО2 перегородили ему путь к ФИО55, не давая пройти. Он не стал сопротивляться, так как посчитал, что те могут его избить. Он стал кричать, чтобы ему отдали деньги, на что ФИО4 сказал, что на них не написано, что они принадлежат ИП «ФИО3 №3». ФИО55 сказал, что эти денежные средства принадлежат им, так как с этого момента его рабочие работаю на них и будут осуществлять заказы от ИП «ФИО5». Указанные показания ФИО1 подтвердил. ФИО3 №3 также показал, что ФИО5, ФИО2 и ФИО55 предлагали ему сотрудничать с ними в дальнейшем, а в случае, если он не сотрудничал с ними, то он бы не работал на кладбище. В основном требования выдвигал ФИО4. Говорил, что он также будет исполнять свою предпринимательскую деятельность, но от прибыли, полученной с каждой могилки, которую выкопают его рабочие, должен будет отдавать 50% им, кому конкретно, он не понял, но так понимал, что речь шла о ФИО5. Они пояснили, что если он заключит с ними договор, то они дадут ему разрешение оказывать свою предпринимательскую деятельность на всех кладбищах 

<

адрес>, но он должен будет отдавать им 50% от полученной прибыли. Указанные требования были только на территории кладбища 21.12.2018. После их встречи ему на телефон один раз позвонил ФИО5 и спросил о его решении, на что он отказался. ФИО1 частично подтвердил показания ФИО7 и пояснил, что действительно был разговор о совместной работе на территории кладбища 

<

данные изъяты>, однако никаких угроз с их стороны в адрес ФИО3 №3 не поступало. Речь шла о воздействии не с их стороны лично, а со стороны Административного воздействия. То есть создать такие условия, которые не позволили бы тому работать. На тот момент они представляли интересы МУП «ССВПД», хотя он не был надлежаще официально устроен, но имел к МУП «ССВПД» непосредственное отношение, в том числе в порядке устной договоренности (т. 5 л.д. 44-48);

- постановлением о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд от 01.02.2019 (т. 1 л.д. 52-53), постановлением о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей от 01.02.2019 (т. 1 л.д. 92-93), протоколом осмотра предметов от 28.05.2019 (т. 3 л.д. 180-182), протоколом осмотра предметов от 01.07.2019 (т. 4 л.д. 1-48), протоколом осмотра предметов от 02.07.2019 (т. 4 л.д. 49-189), протоколом осмотра предметов от 08.07.2019 (т. 5 л.д. 86-88), протоколом осмотра предметов от 03.08.2019 (т. 5 л.д. 169-231), а также самими вещественными доказательствами, а именно: мобильными телефонами марки 

<

данные изъяты> и 

<

данные изъяты>, дисками CD-R и DVD-R с детализациями телефонных соединений абонентских номеров №, № и №, дисками CD-R № и №, содержание которых подробно приведено по эпизоду вымогательства денежных средств, принадлежащих ФИО3 №2

Все перечисленные доказательства являются относимыми и допустимыми, поскольку судом установлено, что все они добыты с соблюдением требований уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, и совокупность перечисленных обстоятельств суд считает достаточной для разрешения данного уголовного дела.

Вышеприведенные показания потерпевших и свидетелей не содержат взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Какие-либо существенные противоречия в доказательствах и сомнения в виновности ФИО1 и ФИО2, требующие истолкования в их пользу, по делу отсутствуют.

Фактов, свидетельствующих об использовании в процессе доказывания вины подсудимых недопустимых доказательств, судом не установлено, равно как и не имеется сведений об искусственном создании доказательств по уголовному делу либо их фальсификации сотрудниками правоохранительных органов, оговоре подсудимых и о заинтересованности в исходе уголовного дела потерпевших, а также вышеуказанных свидетелей, которые с ними каких-либо неприязненных отношений не имели.

Показания потерпевшего ФИО3 №2 о применении в отношении него насилия каждым из подсудимых, а также лицом, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, и требовании передачи им денежных средств сомнений в своей правдивости и достоверности не вызывают. Сомнений в психическом здоровье потерпевшего, на что обращала внимание сторона защиты, у суда не возникло. Оснований для назначения в отношении него психолого-лингвистической экспертизы не имелось, поскольку потерпевший ФИО3 №2 излагал суду события в том виде, в котором ему это позволяла сделать собственная память. При этом суд учитывает, что изложенные потерпевшим ФИО3 №2 сведения согласуются с исследованными результатами оперативно-розыскных мероприятий, представленной им аудиозаписью разговоров с Свидетель №5, а также с ФИО2 и ФИО18, протоколом проверки его показаний на месте и протоколами очных ставок, проведенных с ФИО1, где последний подтвердил нанесение ФИО3 №2 03.11.2018 удара в грудь и факт получения от него денег в размере 12000 руб., а также с заключением судебно-медицинской экспертизы, подтвердившей наличие телесных повреждений у ФИО3 №2, причиненных ему в пределах 3-5 суток до момента освидетельствования (15.01.2019). Оснований признавать недопустимым указанное заключение эксперта у суда не имеется и каких-либо противоречий с исследованным стороной защиты актом СМО № (т. 1 л.д. 36-38) суд не усматривает. Также нашло свое подтверждение и применение насилия в отношении потерпевшего ФИО3 №1, что подтверждено оглашенными показаниями, данными им в ходе предварительного расследования до своей смерти, а также показаниями его представителя – ФИО3 №2 Оснований считать недопустимыми указанные показания у суда не имеется.

Проведение следственного действия, осмотра, в отсутствие понятых не является нарушением уголовно-процессуального закона, так как ст. 170 УПК РФ регламентировано, в каких случаях участие понятых является обязательным, а в каких случаях понятые принимают участие по усмотрению следователя. Обязательного участия понятых при проведении осмотра флеш-карты, о чем утверждал адвокат Шевченко Н.В. при допросе следователя ФИО21, не требовалось. При производстве данного следственного действия использовались технические средства фиксации – фотографирование, при этом как пояснил на вопросы адвоката Шевченко Н.В. следователь ФИО21, в протокол им были внесены только те фразы, которые имели интерес для следствия.

Оперативно-розыскное мероприятие «оперативный эксперимент» было проведено в полном соответствии с требованиями Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» в целях документирования преступной деятельности и изобличения ФИО1 в совершаемом им совместно с неустановленными на тот момент мужчинами по имени ФИО2 и ФИО14 преступлении, связанном с вымогательством денежных средств. Каких-либо нарушений требований ст. 89 УПК РФ при использовании в качестве доказательств вины подсудимых материалов оперативно-розыскных мероприятий не усматривается. Все оперативно-розыскные мероприятия проведены на основании постановления о проведении ОРМ «Оперативный эксперимент», утвержденного уполномоченным должностным лицом, и легализованы, результаты оперативно-розыскной деятельности предоставлены органу предварительного следствия в установленном данным законом порядке, согласно постановлениям, вынесенным после рассекречивания сведений, составляющих государственную тайну и их носителей. Эти результаты отвечают требованиям, предъявляемым уголовно-процессуальным законом к доказательствам, приобщены к делу с соблюдением предписанной законом процедуры. Ход проведения ОРМ отражен в соответствующем протоколе (т. 1 л.д. 65-66). При этом об обстоятельствах его проведения дали показания как лица, привлеченные для участия в нем, а именно Свидетель №7 и Свидетель №6, так и оперативный сотрудник Свидетель №14 Из материалов уголовного дела, в частности, постановления о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, усматривается, что оперативно-розыскные мероприятия, в том числе и «прослушивание телефонных переговоров», проводились в соответствии с требованиями ст. ст. 6-8 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и на основании вынесенных в соответствии с законом соответствующих судебных решений, а потому результаты ОРМ суд считает необходимым положить в основу приговора.

Доводы стороны защиты об их недопустимости носят необоснованный характер произвольного толкования положений УПК РФ и не принимаются судом во внимание, поскольку не соответствуют смыслу и требованиям уголовно-процессуального закона. Уголовно-процессуальный закон запрещает использовать лишь результаты оперативно-розыскной деятельности, если они не проверены следственными органами и не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам УПК РФ, указанным в ст. ст. 74, 75 УПК РФ, согласно которым, доказательствами по уголовному делу являются любые сведения, на основе которых суд, следователь, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для дела, к которым относятся и иные документы, в том числе и результаты оперативно-розыскной деятельности, полученные с соблюдением требований УПК РФ. В ходе предварительного следствия в полном соответствии с требованиями УПК РФ, были осмотрены, признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств: CD-R диски №, №, №, которые отвечают требованиям, предъявляемым к вещественным доказательствам и получены без нарушений требований УПК РФ и Закона «Об ОРД», источник происхождения которых установлен и указан в материалах ОРМ и каких-либо сомнений не вызывает.

Оснований для признания недопустимыми протоколов очных ставок, проведенных между ФИО3 №2 и ФИО1, как об этом просила сторона защиты, суд не находит, поскольку не усматривает каких-либо нарушений, в том числе предусмотренных положениями ч. 4 ст. 192 УПК РФ, так как ФИО3 №2 изначально высказался по поводу по поводу обстоятельств, сведения о которых в последующем были оглашены. Каких-либо замечаний со стороны защиты не поступало, при этом ими было реализовано право задать ФИО22 интересующие их вопросы, что усматривается из содержания протокола очной ставки (т. 5 л.д. 59-63).

Помимо этого показания потерпевшего ФИО3 №2 согласуются с показаниями потерпевшего ФИО3 №1, который был непосредственным очевидцем событий, происходивших 10.11.2018 в отношении его сына, а также в отношении которого самого в последующем было применено насилие и который был вынужден в сложившейся обстановке из-за поступивших требований и угроз ФИО2 и лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, передать последнему находившиеся при нем, но принадлежащие его сыну, денежные средства в размере 15000 руб. Также очевидцами вышеописанных событий стали свидетели ФИО3 №4 и Свидетель №1, которые дали суду подробные показания относительно произошедшего. Кроме того, свидетель Свидетель №1 также присутствовал в ходе сентябрьской встречи ФИО3 №2 с ФИО1, где последний высказывал тому требование о необходимости платить ему 30% с каждой могилы. Эти же обстоятельства подтверждены показаниями свидетелей Свидетель №4 и Свидетель №3 Кроме того, из показаний Свидетель №3 также следует, что в январе 2019 года он видел, как ФИО3 №2 увозили на автомобиле 

<

данные изъяты>. Со слов ФИО3 №2 свидетелям Свидетель №3 и Свидетель №1 в последующем стало известно, что в тот момент ФИО3 №2 вывозили на мясокостный завод, где избили и требовали деньги.

Суд критически оценивает и признает недостоверными показания свидетеля Свидетель №3, данные им в ходе судебного разбирательства 09.07.2020 и 11.08.2020 в той части, что он не был непосредственным очевидцем высказанных ФИО3 №2 требований, и не давал следователю тех показаний, которые отражены в протоколе его допроса, связывая их со страхом в силу специфики его деятельности. После предъявления свидетелю Свидетель №3 протокола его допроса он пояснил, что в нем содержатся его подписи, фраза «С моих слов напечатано верно, мной прочитано» написана им.

В том числе для выяснения указанных выше обстоятельств судом по ходатайству обеих сторон 06.08.2020 и 24.12.2020 был вызван следователь ФИО21, в чьем производстве находилось настоящее уголовное дело, который пояснил суду, что допросы свидетелей и потерпевших проводились им лично без посторонних. Он задавал им вопросы, на которые те отвечали, после чего их показания вносились в протокол, затем зачитывались вслух, после чего протоколы распечатывались и давались этим лицам для личного ознакомления, где те сами расписывались и писали «с моих слов записано верно». Он допрашивал свидетелей Свидетель №15, Свидетель №4 и Свидетель №3 в 

<

адрес>, так же им зачитывал показания и давал лично прочитать. Имевшиеся в протоколах исправления в части неверных указаний фамилий были техническими ошибками, которые он самостоятельно исправил.

При таких обстоятельствах сомневаться в достоверности данных свидетелями Свидетель №3 и Свидетель №15 показаний в ходе предварительного следствия у суда не имеется. Имеющиеся в них исправления не позволяют суду усомниться в принадлежности изложенных в них сведений указанным лицам, не влияют на существо показаний, в связи с чем оснований для признания протоколов допроса свидетелей Свидетель №15 (т. 5 л.д. 161-164) и Свидетель №3 (т. 3 л.д. 216-219) недопустимыми у суда не имеется. Свидетель Свидетель №4 после оглашения ранее данных им показаний пояснил, что на момент дачи показаний следователю помнил события лучше, показания давал добровольно, а на уточняющие вопросы подсудимых ответил, что видел все происходящее и именно такие показания следователю и давал. Оснований не доверять указанным показаниям свидетеля Свидетель №4 и признавать их недопустимыми у суда не имеется.

Что касается показаний свидетеля Свидетель №1, то достоверными суд признает данные им в ходе судебного разбирательства 24.12.2020, поскольку при допросе 02.07.2020 указанный свидетель неуверенно отвечал на вопросы участников процесса, стараясь избежать в ответах формулировок, подтверждающих причастность подсудимых к содеянному, при этом на вопрос государственного обвинителя ответил, что опасается за свою жизнь (т. 11 л.д. 215-оборот). В последующем судебном заседании 09.09.2020 по ходатайству потерпевшего ФИО3 №4 был приобщен и прослушан CD-R диск с аудиозаписью разговора, состоявшегося между потерпевшими ФИО3 №4 и ФИО3 №2 со свидетелем Свидетель №1, в ходе которого последний дал пояснения о том, что на него со стороны адвоката Шевченко Н.В. было оказано воздействие. В связи с указанным свидетель Свидетель №1 был вызван для дополнительного допроса, однако не явился, представив 15.09.2020 заявление (т. 12 л.д. 242), содержащее просьбу допросить его в условиях, исключающих визуальное наблюдение участниками процесса. В ходе судебного разбирательства 24.12.2020 судом в порядке ч. 3 ст. 11 УПК РФ были применены меры безопасности, предусмотренные законодательством РФ, и допрос свидетеля Свидетель №1 был проведен в условиях, исключающих его визуальное наблюдения, без сокрытия данных о его личности, что позволило свидетелю избежать визуального контакта с участниками процесса, как следствие, возможного психологического давления, и дать правдивые показания по обстоятельствам произошедшего. При этом участники процесса не были лишены возможности и полностью реализовали свое право задать вопросы указанному свидетелю, в том числе и по обстоятельствам, из-за которых он давал искаженные показания в ходе судебного разбирательства 02.07.2020, а также о том, было ли на него кем-либо оказано давление. В связи с изложенным оснований для производства судебной экспертизы, в том числе психолого-лингвистической, о которых заявляли подсудимый ФИО1 и его защитник – адвокат Шевченко Н.В., на предмет установления подлинности представленной потерпевшим ФИО172 аудиозаписи разговора, состоявшегося со свидетелем Свидетель №1, в том числе и на предмет оказания на него давления со стороны ФИО3 №4 и ФИО3 №2, не имелось.

В ходе судебного разбирательства достоверно установлено, в том числе подтверждено стороной защиты, что подсудимый ФИО1 являлся индивидуальным предпринимателем и осуществлял свою деятельность в сфере ритуальных услуг. Именно в рамках указанной деятельности между ним и иными лицами, имеющими к ней отношение, стали возникать конфликты, инициатором которых становился ФИО1 Об указанных конфликтах, в том числе участии в них ФИО4 и иного лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, дали подробные пояснения свидетели Свидетель №5 и ФИО23 При этом оглашенные показания свидетель Свидетель №5 подтвердил, дополнительно на вопросы стороны защиты пояснив, что никакого давления со стороны следователей не было, а разница между данными им первоначальными показаниями и последующими была вызвана тем, что после предъявления ему аудиозаписи, он вспомнил, что действительно передавал ФИО1 деньги ФИО3 №2 Об участии ФИО2 в этой сфере показал и свидетель Свидетель №13, которому тот предлагал совместно работать. Оглашенные показания свидетель Свидетель №13 подтвердил и показал, что следователь ФИО21 ему не угрожал, в связи с чем считать данные показания недопустимыми оснований не имеется. Указанные конфликты имели своей целью вынудить иных лиц за осуществление своей деятельности выплачивать ФИО1 и ФИО2 денежные средства. При этом некоторые свидетели подтвердили, что подсудимые имели при себе предмет, похожий на пистолет, что безусловно оказывало психологическое давление на лиц, которым они предъявляли соответствующие требования о передаче денежных средств.

Нашло свое подтверждение и то обстоятельство, что потерпевший ФИО3 №4 осуществлял деятельность в сфере ритуальных услуг, о чем он сообщил суду в ходе своего допроса. Об этом также показали свидетели Свидетель №2, Свидетель №7 и Свидетель №15 Кроме того, в самих телефонных переговорах между ФИО1 и неким ФИО13 (т. 5 л.д. 173) обсуждается, что от ФИО44 ушли копари к его отцу. Таким образом, подсудимый ФИО1 безусловно был осведомлен об указанной деятельности потерпевшего ФИО3 №4 Сам потерпевший ФИО3 №4 дал суду последовательные показания относительно произошедших в отношении него событий, роли в них ФИО1, ФИО2 и лица, уголовное дело в отношении которого выделено в отдельное производство, о применении ими предмета, похожего на пистолет, а также о размере переданных им сумм. Оснований полагать, что потерпевший ФИО3 №4 оговорил подсудимых, у суда не имеется.

Использование такого предмета подтверждается содержанием исследованного в ходе судебного разбирательства разговора, состоявшегося между ФИО3 №3, ФИО5, ФИО2, ФИО55 и Свидетель №16, где ФИО1 сообщает ФИО3 №3, что присланным на центральное кладбище людям они стреляют ноги и бьют носы (т. 3 л.д. 19). Содержание разговора на указанной аудиозаписи полностью соответствует обстоятельствам, изложенным в ходе судебного разбирательства потерпевшим ФИО3 №3, а также изложенным в исследованных с согласия сторон протоколах допроса свидетеля Свидетель №16 В этом же разговоре ФИО2 убеждает ФИО3 №3 в том, что они «заходят» на кладбище, а ФИО1 предлагает ФИО3 №3 копать на любых кладбищах, но на их условиях, при этом ФИО2 указывает о том, что поставит двоих людей, которые будут следить за заказами. Кроме того, ФИО1 диктует номер своего мобильного телефона №.

Как следует из протоколов осмотра предметов (т. 3 л.д. 180-182, т. 5 л.д. 86-88), в мобильном телефоне ФИО2 указан контакт «ФИО174» №; в мобильном телефоне ФИО1 указан контакт 

<

данные изъяты> №.

Нахождение ФИО1 и ФИО3 №2 03.11.2018 на территории кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, подтверждается детализацией соединений номеров мобильных телефонов, находившихся в их пользовании, а именно зафиксированными в период с 15:59 по 16:43 соединениями (ФИО5), в период с 14:27 по 17:12 соединения (ФИО41), зарегистрированными базовой станцией, расположенной в непосредственной близости от указанного кладбища.

Нахождение ФИО3 №2 10.11.2018 на территории кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, подтверждается детализацией соединений номера мобильного телефона, находившегося в его пользовании, а именно зафиксированными в период с 11:06 по 12:22 соединениями, зарегистрированными базовой станцией, расположенной в непосредственной близости от указанного кладбища. При этом из этой же детализации следует, что ФИО3 №2 в 10:35 поступил входящий звонок от ФИО3 №4, что согласуется с его показаниями о том, что он в телефонном режиме предупредил ФИО3 №2 о приезде ФИО2 и ФИО18

Нахождение ФИО3 №4 10.11.2018 на территории кладбища бывшего поселка 

<

адрес>, подтверждается детализацией соединений номера мобильного телефона, находившегося в его пользовании, а именно зафиксированными в период с 08:54 по 14:42 соединениями, зарегистрированными базовой станцией, расположенной в непосредственной близости от указанного кладбища. При этом из этой же детализации следует, что от ФИО3 №4 в 10:35 поступил исходящий звонок ФИО3 №2

Свидетель Свидетель №1 показал суду, что мобильный телефон, которым он пользовался, он не всегда брал с собой и периодически оставлял супруге. При этом в исследованной детализации телефонных соединений какие-либо телефонные соединения 03.11.2018 в промежутке с 12:22 по 19:19, а также 10.11.2018 в промежутке с 10:06 по 13:18 не зафиксированы.

Нахождение ФИО1 и ФИО2 21.12.2018 на территории кладбища, расположенного в 

<

адрес>, подтверждается детализацией соединений номеров мобильных телефонов, находившихся в их пользовании, а именно зафиксированным в период с 11:45 по 12:18 соединениями, зарегистрированными базовыми станциями, расположенными в непосредственной близости от указанного кладбища.

Нахождение ФИО2 11.01.2019 на территории центрального городского кладбища 

<

адрес> подтверждается детализацией соединений номера мобильного телефона, находившегося в его пользовании, а именно зафиксированным в 16:22 соединением, зарегистрированным базовой станцией, расположенной в непосредственной близости от указанного кладбища.

Все иные исследованные в ходе судебного разбирательства детализации телефонных соединений, по мнению суда, не являются относимыми к рассматриваемым событиям, поскольку органами предварительного расследования не были установлены точные дата и время произошедших событий, что, в свою очередь, не может подтверждать или опровергать причастность ФИО1 и ФИО2 к инкриминируемым им преступлениям.

Между тем, суд находит недоказанными обстоятельства, вмененные обоим подсудимым органом предварительного расследования, относительно передачи ФИО3 №2 в ноябре 2018 года в неустановленное время примерно в 12 час. 00 мин. денежных средств в размере 13000 руб., поскольку они представленными стороной обвинения доказательствами не подтверждены, при этом сам потерпевший ФИО3 №2 суду о них не указывал, точную сумму, которой завладели подсудимые, указать не смог, при этом очевидцев указанных событий не имеется. С учетом исследованных материалов уголовного дела, а также данных, свидетельствующих о высказанном ФИО3 №2 требовании о необходимости передачи указанным лицам денежных средств в общем размере 28000 руб., суд полагает необходимым исключить из объема обвинения вышеуказанные обстоятельства и как следствие снизить размер причиненного ФИО3 №2 ущерба до 15000 руб.

Ссылки стороны защиты на ложность некоторых вышеперечисленных показаний потерпевших и свидетелей обвинения носят субъективный характер, поскольку оснований для оговора ими подсудимых судом не установлено, как и не установлено и их заинтересованности в результатах рассмотрения уголовного дела. Незначительные расхождения в показаниях некоторых свидетелей, и противоречия в части изложения событий в судебном заседании по сравнению с показаниями, данными в период предварительного следствия, по мнению суда, обусловлены запамятованием событий в связи с длительным временным промежутком, прошедшим от момента описываемых событий до допроса в судебном заседании и были устранены путем оглашения их показаний, данных в ходе предварительного следствия. Помимо этого, неточности в показаниях потерпевшего ФИО3 №2 касаются лишь незначительных деталей и обусловлены нахождением его в стрессовой ситуации, а также свойством человеческой памяти.

Позицию ФИО1, изложенную в судебном заседании, о непричастности к совершению двух вымогательств и грабежа, поскольку требования передачи денежных средств никто не выдвигал, суд рассматривает как реализацию им права на защиту, и не может согласиться с предложенной подсудимым версией событий, поскольку она не соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Помимо этого, из показаний ФИО1, которые были даны им при дополнительных допросах в качестве обвиняемого 14.03.2019 и 16.03.2019 (т. 2 л.д. 118-123, т. 3 л.д. 99-102), и оглашенных в связи с отказом от дачи показаний, следует, что ему предложили работать на кладбище без конкурентов, на что он согласился, после чего бывший заместитель директора МУП «ССВПД» рассказал условия работы, а именно требовать с предпринимателей, работающих на центральном кладбище, денежные средства в размере 5000 руб. с каждой выкопанной могилы, и 30% от остального дохода в сфере ритуальных услуг. Он действительно требовал от ФИО3 №2 сумму в размере 12000 руб., которая возникла от того, что ФИО41, зная, что должен был платить ему за копку могил, не выполнял его требований, таким образом он ему сказал, что у того возник перед ним, то есть МУП «ССВПД» долг в размере 12000 руб., который тот должен ему отдать либо у того будут серьезные проблемы. На этом фоне у них возник скандал, в ходе которого он угрожал ФИО3 №2 и возможно наряду угроз со стороны МУП были и угрозы личного характера, которые ФИО41 воспринял всерьез. В последующем ФИО41 отдал ему данные денежные средства. Сумму в размере 28000 руб. он от ФИО41 не требовал, откуда она взялась, ему не известно, возможно это самодеятельность ФИО55 и ФИО2, с которыми он познакомился в конце лета 2018 года на территории кладбища «

<

данные изъяты>». 21.12.2018 в дневное время суток он совместно с ФИО55 и ФИО2 приехал на территорию кладбища 

<

данные изъяты> для того, чтобы поговорить с ФИО3 №3, чтобы тот выплачивал процент от прибыли, полученной от его предпринимательской деятельности в сфере ритуальных услуг, которые он должен был передавать руководству МУП «ССВПД». Так как с ФИО3 №3 возникли проблемы, то есть тот отказался платить проценты от своего дохода, то ему была поставлена задача решить этот вопрос. Они знали, что перед их встречей копщиками ФИО3 №3 был выполнен заказ, за который ФИО3 №3 не расплатился перед МУП «ССВПД», и не исключали, что деньги могли находиться у копщика. На тот момент, когда они приехали, ФИО3 №3 на месте не было, был только его работник, который по их указанию вызвал ФИО3 №3 По приезде ФИО3 №3 ФИО55 и ФИО2 стали с ним общаться на предмет того, чтобы тот не пытался избежать уплаты процента от своего дохода. Он с работником ФИО3 №3 по имени Свидетель №16 отошел в сторону, однако Свидетель №16 направился к ФИО3 №3 и пытался передать ему какой-то конверт. При передаче конверта ФИО191 спросил, что это такое, как оказалось, это деньги за выполненный заказ по копке могилы, после чего выхватил их у Свидетель №16 и сказал, что деньги теперь принадлежат им, так как ФИО3 №3 не платит проценты от копок могил. После этого они, забрав деньги, уехали, при этом сказали ФИО3 №3, чтобы тот подумал о дальнейшей работе. Когда они уехали, то деньги остались у ФИО55. Как ими распорядился ФИО55, ему не известно, но думает, что тот отдал их руководству МУП «ССВПД», так как все деньги они передавали туда. Ему предоставлялась для прослушивания аудиозапись разговоров, содержащаяся на аудиофайле «№», на которой содержится его голос и он узнает разговор, который велся между ФИО3 №3, ФИО55, ФИО2 и им, а также временами был слышен голос копщика Свидетель №16. В ноябре 2018 года, точной даты он не помнит, он совместно с ФИО55 и ФИО2 приезжали к ФИО3 №4 на территорию кладбища «

<

данные изъяты>» для того, чтобы поговорить, так как тот, работая на территории кладбища, не убирал надлежащим образом территорию, о чем у того с МУП «ССВПД» была договоренность. Никаких требований ему не предъявляли.

Изложенные выше показания, за исключением событий, относящимся к эпизоду в отношении ФИО3 №3, подсудимый ФИО1 в судебном заседании полностью не подтвердил, не отрицая при этом наличие своих подписей в протоколе допроса, и поясняя о том, что показания дал под давлением со стороны следователя ФИО183, который предложил ему либо дать показания, либо найти еще что-то. По событиям, относящимся к эпизоду в отношении ФИО3 №3, ФИО1 пояснил, что в протоколах искажены его показания, поскольку деньги действительно забирали у ФИО3 №3, однако лично он отдал 1000 руб. Свидетель №16 в руки, а остальное вернул ФИО3 №3.

Оценивая данные показания подсудимого ФИО1 в совокупности с другими доказательствами, суд приходит к выводу, что доводы, приведенные им в судебном заседании, об отсутствии умысла на вымогательства и грабеж, а также о даче вышеприведенных показаний в ходе предварительного расследования под давлением следователя, не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Напротив, изложенные в них сведения, хотя и не соответствуют в полном объеме тем обстоятельствам, которые установлены в ходе судебного разбирательства, однако в некоторой мере согласовываются с ними, в частности об имевшихся при определенных обстоятельствах встречах с потерпевшими.

Как видно из представленных материалов, в ходе предварительного следствия каких-либо нарушений с момента задержания ФИО1, в том числе при его дополнительных допросах 14 и 16 марта 2019 года в качестве обвиняемого, допущено не было, поскольку он был обеспечен в установленном порядке защитником.

В ходе судебного разбирательства подсудимый ФИО1 утверждал о том, что после дачи указанных показаний его отношения с адвокатом ФИО24 были расторгнуты. Вместе с тем указанное обстоятельство опровергается исследованными двумя протоколами очных ставок между ФИО1 и ФИО3 №2, которые были проведены 04.07.2019 и 10.07.2019 с участием того же адвоката ФИО24 Только лишь после вступления в дело 24.07.2019 в качестве защитника адвоката Шевченко Н.В. позиция ФИО1 в корне изменилась, что усматривается из оглашенных по ходатайству защитника показаний ФИО1, данных им в качестве обвиняемого 03.09.2019 и 27.11.2019 (т. 6 л.д. 101-106, т. 8 л.д. 94-97), в которых последний полностью отрицает свою причастность к инкриминируемым ему преступлениям.

В исследованных протоколах дополнительных допросов от 14.03.2019 и 16.03.2019 имеются собственноручные записи ФИО1, подтверждающие факт разъяснения ему положений ст. 51 Конституции РФ, процессуальных прав, предусмотренных ст. 7 УПК РФ, и предупреждение о том, что его показания могут быть использованы в качестве доказательств по делу, в том числе при последующем отказе от них. При этом указанные протоколы подписаны защитником, который знакомился с содержанием протоколов и своей подписью подтвердил правильность изложенных в них сведений. Каких-либо замечаний или заявлений, как по порядку проведения следственных действий, так и относительно правильности изложенных в протоколах допроса в качестве обвиняемого сведений, ни от ФИО1, ни от его защитника не поступало. При этом материалы дела не содержат каких-либо данных, которые позволили бы считать, что эти показания были даны им в результате оказываемого психологического давления или принуждения, в связи с чем суд расценивает занимаемую подсудимым позицию как способ реализации своего права на защиту от предъявленного обвинения с целью избежать ответственности за содеянное. То, что в последующем подсудимый изменил свои показания, свидетельствует о свободе выбора в позиции защиты и отсутствии какого-либо недозволенного давления на него.

Таким образом, суд приходит к выводу о надуманности доводов стороны защиты о расхождении линии защиты ФИО1 и ненадлежащем осуществлении адвокатом ФИО24 защиты на момент дачи ФИО1 дополнительных показаний в качестве обвиняемого от 14 и 16 марта 2019 года.

Анализируя изложенные обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для самооговора и признает показания подсудимого ФИО1, данные им на предварительном следствии, в части предъявления ФИО3 №2 и ФИО3 №3 требований о выплате процентов от осуществляемой ими деятельности, в части получения денежных средств от ФИО3 №2 и изъятия денежных средств у ФИО3 №3, а также в части имевшейся в ноябре 2018 года встрече с ФИО3 №4, достоверными, поскольку они согласуются с показаниями указанных потерпевших. В остальной части суд признает показания ФИО1 недостоверными, полагая, что, стремясь смягчить свою ответственность, он рассказал об обстоятельствах в выгодном для него виде.

Поскольку предъявленные потерпевшим ФИО3 №2 и ФИО3 №4 требования передать денежные средства были заведомо незаконными, и это было очевидно для обоих подсудимых, каждый из которых требовал передачи денежных средств неоднократно, не имея никаких прав на это, установленные обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий подсудимых как совершение вымогательства. Так как во время совершения преступления действия подсудимых носили совместный и согласованный характер, дополняли друг друга, при этом каждый из них выполнял отведенные роли, облегчая достижение намеченной цели, наблюдая и осознавая действия соучастников, в отношении потерпевшего ФИО3 №2 каждым из подсудимых совершались насильственные действия, причинившие ему физическую боль, в отношении потерпевших ФИО3 №2 и ФИО3 №4 высказывались угрозы применения насилия, и мотивом совершения указанных действий был единый для них корыстный мотив, суд приходит к выводу о том, что квалифицирующий признак группой лиц по предварительному сговору на совершение вымогательства нашел свое подтверждение. Средством принуждения для достижения своей преступной цели и подкрепления вымогательской угрозы в отношении потерпевшего ФИО3 №2 явилось применение к нему насилия, и данные обстоятельства охватывались умыслом обоих подсудимых.

Каких-либо достоверных и объективных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО1, предъявляя ФИО3 №2 требования передачи ему денег, действовал в целях осуществления своего действительного или предполагаемого права на это имущество, не имеется. Представленные в обоснование данных доводов стороной защиты копия расписки ФИО3 №2 (т. 16 л.д. 51), копия поручения № от 12.02.2021, а также копия апелляционного определения 

<

адрес> от 20.05.2021, которым в пользу ФИО1 с ФИО3 №2 взыскана сумма долга по договору займа от 12.08.2018 в размере 29000 руб., по мнению суда, таким доказательством не является и не исключают виновность ФИО1 в содеянном.

Несмотря на то, что в ходе судебного разбирательства потерпевший ФИО3 №2 отрицал факт наличия долговых обязательств и сообщал о том, что никаких денег он ФИО1 не должен, суд не может их принять во внимание, поскольку фактически представленная последним расписка оспорена ФИО3 №2 не была. При этом в ходе судебного разбирательства по ходатайству стороны защиты был допрошен в качестве свидетеля Свидетель №17, который подтвердил факт составления при нем расписки. Свидетель Свидетель №12 показал суду, что его сын просил одолжить 50000 руб. для помощи ФИО3 №2 Вместе с тем, само по себе наличие расписки об имеющихся долговых обязательствах никак не влияет на обстоятельства, при которых ФИО1 18.12.2018 забирал денежные средства у ФИО3 №2, и, как следствие, на квалификацию действий ФИО1

Суд отмечает, что при вынесении апелляционного определения в рамках рассматриваемых гражданских правоотношений суд был связан требованиями и доводами истца, который самостоятельно указал о возврате ФИО3 №2 денежных средств 03.11.2018 в размере 9000 руб. и 18.12.2018 в размере 12000 руб. и требования об их взыскании не заявлял. При этом суду представляется нелогичным указание на расписке о возврате части суммы долга самим займодавцем, а не заемщиком. Отсутствие подписей ФИО3 №2 в указанные даты, подтверждающих возврат им долга по частям, позволяет суду усомниться в достоверности указанных сведений. По мнению суда, данные записи с датами, совпадающими по событиям в рамках рассмотрения настоящего уголовного дела, выполнены с целью придания действиям ФИО1 признаков самоуправства. К указанному выводу суд приходит, исходя из совокупности исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, приведенных выше и положенных в основу обвинительного приговора, и в частности исходя из содержания разговора на исследованной видеозаписи хода ОРМ, суть которого сводилась к необходимости уплаты ФИО3 №2 денежных средств за копку, при этом речи о возврате им долга не велось. Следует обратить внимание, что версия об имеющемся долге возникла уже после вступления в дело в качестве защитника адвоката Шевченко Н.В. и на начальных этапах предварительного расследования не заявлялась. При этом суд обращает внимание, что вымогательство является оконченным преступлением с момента, когда предъявленное требование, соединенное с угрозой применения насилия или с применением насилия, доведено до сведения потерпевшего. При этом достаточные и убедительные доказательства тому, что такие требования были предъявлены подсудимыми как ФИО3 №2, так и ФИО3 №4, суду представлены.

Обстоятельства, при которых произошло изъятие денежных средств у потерпевшего ФИО3 №3, а именно открытым способом, при полном осознании подсудимыми характера своих действий, нашли свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства и сомнений не вызывают.

Все иные доказательства, не приведенные в настоящем приговоре, однако исследованные участниками судебного разбирательства в ходе рассмотрения уголовного дела, суд считает не имеющими доказательного значения.

Таким образом, действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 по факту вымогательства денежных средств, принадлежащих ФИО3 №2, подлежат квалификации по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия.

Действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 по факту вымогательства денежных средств, принадлежащих ФИО3 №4, суд квалифицирует по п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Действия подсудимых ФИО1 и ФИО2 по факту открытого хищения денежных средств, принадлежащих ФИО3 №3, суд квалифицирует по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору.

Обстоятельств, смягчающих или отягчающих наказание подсудимому ФИО1, предусмотренных ст. ст. 61, 63 УК РФ, судом не установлено.

Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимому ФИО2, предусмотренным п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, в отношении всего объема предъявленного обвинения суд признает наличие 

<

данные изъяты>.

В силу ч. 2 ст. 61 УК РФ суд полагает возможным признать в качестве смягчающего наказание обстоятельства в отношении всего объема предъявленного обвинения состояние здоровья подсудимого ФИО2, а также признание им вины и раскаяние в содеянном.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому ФИО2, предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени их общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, оснований для изменения категории преступлений, совершенных подсудимым ФИО2, на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не усматривает. Оснований для рассмотрения указанного вопроса в отношении подсудимого ФИО1 не имеется.

При назначении наказания ФИО1 суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, отсутствие как смягчающих, так и отягчающих наказание обстоятельств, совокупность всех обстоятельств по делу, данные о личности подсудимого, в том числе и о состоянии его здоровья, не судимого, положительно характеризующегося по месту жительства, являвшегося до задержания индивидуальным предпринимателем, холостого, не состоящего на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах.

В связи с указанными обстоятельствами, исходя из критериев назначения уголовного наказания, предусмотренных ст. ст. 6, 60 УК РФ, принимая во внимание имущественное положение подсудимого, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, суд приходит к выводу о том, что подсудимому необходимо назначить наказание только в виде реального лишения свободы. По мнению суда, именно данный вид наказания отвечает принципу справедливости и сможет обеспечить восстановление социальной справедливости и предупредить совершение подсудимым новых преступлений, поскольку поведение ФИО1 признается судом социально-опасным и совершенные им общественно-опасные деяния ставят под угрозу нормальную жизнедеятельность общества в случае оставления его на свободе. При этом суд считает возможным не применять к ФИО1 дополнительных видов наказания по каждому эпизоду преступной деятельности в виде штрафа и ограничения свободы.

При назначении наказания ФИО2 суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности ФИО2, ранее не судимого, до задержания трудоустроенного, характеризующегося положительно как по месту жительства, так и по месту работы, 

<

данные изъяты>, не состоящего на учетах в наркологическом и психоневрологическом диспансерах, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, принимает во внимание влияние назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, и приходит к выводу о том, что его исправление, предупреждение совершения им новых преступлений и восстановление социальной справедливости невозможны без его реальной изоляции от общества, что будет соответствовать целям наказания и его исправлению. При этом суд считает возможным не применять к нему дополнительных видов наказания по каждому эпизоду преступной деятельности в виде штрафа и ограничения свободы.

Суд не установил исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновных, их поведением во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, дающих основания назначить им наказание с применением ст. 64 УК РФ.

Оснований для применения положений ст. 73 УК РФ в отношении каждого из подсудимых суд не усматривает.

Вид исправительного учреждения ФИО1 и ФИО2 подлежит назначению в соответствии с положениями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой юридических услуг в сумме 15440 руб., за участие в судебных заседаниях адвоката Шевченко Н.В. и за осуществление защиты ФИО1, суд считает необходимым взыскать с подсудимого.

Учитывая, что уплата подсудимым ФИО2 процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг адвоката Янчевой Ю.Ю. за защиту его прав и интересов в судебном заседании, может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на его иждивении, суд в соответствии с ч. 6 ст. 132 УПК РФ считает возможным освободить его от уплаты процессуальных издержек.

Гражданские иски по делу не заявлены.

Вопрос о вещественных доказательствах подлежит разрешению в соответствии с требованиями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО1 виновным:

- по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком 5 лет;

- по п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком 5 лет;

- по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком 5 лет.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО1 окончательное наказание в виде лишения свободы сроком 7 лет 6 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 оставить без изменения в виде заключения под стражу и срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей с 05.03.2019 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Признать ФИО2 виновным:

- по пп. «а», «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком 3 года;

- по п. «а» ч. 2 ст. 163 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком 3 года;

- по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком 3 года.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы сроком 3 года 10 месяцев с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО2 оставить без изменения в виде заключения под стражу и срок отбывания наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО2 под стражей с 06.03.2019 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима с учетом положений, предусмотренных ч. 3.3 ст. 72 УК РФ.

Разъяснить потерпевшим право на предъявление гражданских исков в порядке гражданского судопроизводства.

Взыскать с осужденного ФИО1 в Федеральный бюджет РФ процессуальные издержки в сумме 15440 (пятнадцать тысяч четыреста сорок) рублей, связанные с оплатой вознаграждения адвоката за оказание юридической помощи в ходе судебного производства.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства:

- диски: CD-R № (т. 2 л.д. 184), DVD-R (т. 3 л.д. 24), CD-R и DVD-R (т. 4 л.д. 190), CD-R № и CD-R № (т. 5 л.д. 232), флеш-карту (т. 2 л.д. 199) – хранить в деле

- мобильный телефон 

<

данные изъяты>», находящийся в камере хранения вещественных доказательств ГСУ ГУ МВД России по 

<

адрес> по квитанции № от 28.09.2019 (т. 6 л.д. 206) – возвратить по принадлежности ФИО2 либо иному лицу по его письменному заявлению;

- мобильный телефон 

<

данные изъяты> находящийся в камере хранения вещественных доказательств ГСУ ГУ МВД России по 

<

адрес> по квитанции № от 28.09.2019 (т. 6 л.д. 206) – возвратить по принадлежности ФИО1, Свидетель №12 либо иному лицу по письменному заявлению ФИО1

Приговор может быть обжалован в Ростовский областной суд через Шахтинский городской суд Ростовской области в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, – в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, а также пользоваться при этом услугами защитника по своему выбору, отказываться от услуг защитника, ходатайствовать перед судом о назначении защитника, в том числе бесплатно.

Судья С.В. Малько