Дело № 2-2122/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

16 июля 2019 года г.Орск

Октябрьский районный суд г. Орска Оренбургской области в составе:

председательствующего судьи Беймлера П.Ю.,

при секретаре Дорожкиной Н.А.,

с участием истца ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 об установлении факта трудовых отношений, взыскания задолженности по заработной плате, компенсации за задержку выплаты заработной платы и компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику, указывая, что с 23.11.2018 года по 10.01.2019 года она работала у ИП Р.М.КБ. в гостинице по 

<

адрес> горничной без заключения трудового договора на основании фактического допуска к выполнению трудовых функций с ведома и по поручению работодателя. Сложившиеся отношения являются трудовыми, в связи с чем ответчик обязан исполнить требования трудового законодательства в части заключения трудового договора, выплаты заработной платы.

Ссылаясь на нарушение ответчиком норм трудового законодательства, истец просит: 

- признать отношения, сложившиеся в период с 23.11.2018 года по 10.01.2019 года между истцом и ИМ ФИО2 трудовыми;

- взыскать с ИП ФИО2 в ее пользу заложенность по заработной плате в размере 21 993,45 руб.;

- взыскать с ИП ФИО2 в пользу истца денежную компенсацию за задержку выплаты заработной платы в размере 2 102,95 руб.;

- взыскать с ИП ФИО2 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании требования иска поддержала, просила удовлетворить.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, суду представил возражения относительно требований иска, указывая, что ФИО1 стажировалась горничной, однако на работу не была принята, в связи с чем в удовлетворении требований просил отказать.

Заслушав истца, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как следует из разъяснений, данных в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», в целях надлежащей защиты прав и законных интересов работника при разрешении споров по заявлениям работников, работающих у работодателей - физических лиц (являющихся индивидуальными предпринимателями и не являющихся индивидуальными предпринимателями) и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям, судам следует устанавливать наличие либо отсутствие трудовых отношений между ними.

При этом суды должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15 и 56 ТК РФ, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 ТК РФ относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.

О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.

При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 ГПК РФ вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.

К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие (п. 18).

Согласно разъяснений п. 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 г. № 15 судам необходимо учитывать, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 ТК РФ возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

При этом отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части третьей статьи 16 и статьи 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями части второй статьи 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе.

Кроме того, в соответствии с разъяснениями п. 21 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 г. № 15 при разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Согласно материалам дела, не оспаривается сторонами, что ФИО2 (ИНН №) является индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности которого является деятельность гостиниц, прочих мест временного проживания, по данным Единого реестра субъектов малого и среднего предпринимательства (

<

данные изъяты>) включен в единый реестр субъектов малого и среднего предпринимательства, следовательно, на него в полной мере распространяются вышеприведенные разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям».

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ст. 67 ГПК РФ).

Истец ФИО1 указывает, что она работала неофициально, без заключения трудового договора в период с 23.11.2018 года по 10.01.2019 года горничной в гостинице на 

<

адрес>.

Факт работы ФИО1 у ИП ФИО2 подтверждается показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО5, ФИО6, которые видели истца в гостинице по 

<

адрес>, принадлежащей ФИО2 ФИО6 устроилась на работу горничной на месяц позже, меняла истца после смены. ФИО5 видела истца при устройстве на работу, она сдавала смену.

У суда нет оснований, ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных свидетелями. Данных о какой-либо заинтересованности свидетелей в исходе дела нет. Их показания соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других, собранных по делу доказательствах.

Само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон (часть третья статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации) относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Наличие письменного трудового договора между сторонами в указанный в иске спорный период времени не установлено и ничем не подтверждено. Несмотря на это, фактическое допущение к работе истца ответчиком имело место.

Обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора, издание приказа (распоряжения) о приеме на работу) нормами Трудового кодекса Российской Федерации возлагается на работодателя.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что между истцом и ответчиком сложились трудовые отношения, при этом ответчик в ходе судебного разбирательства подтвердил факт стажировки истца в гостинице.

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что трудовые отношения между истцом и ответчиком фактически заключены с 23.11.2018 года, прекращены 10.01.2019 года.

Согласно ст.21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы.

В соответствии с ч.1 ст.135 Трудового кодекса РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда, то есть по соглашению сторон трудового договора.

Заработная плата выплачивается не реже чем каждые полмесяца. Конкретная дата выплаты заработной платы устанавливается правилами внутреннего трудового распорядка, коллективным договором или трудовым договором не позднее 15 календарных дней со дня окончания периода, за который она начислена (ст.136 ТК РФ).

В силу ст.140 Трудового кодекса РФ при прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. Если работник в день увольнения не работал, то соответствующие суммы должны быть выплачены не позднее следующего дня после предъявления уволенным работником требования о расчете.

Любой труд должен быть оплачен, и не может быть допущена дискриминация при оплате труда при установлении факта трудовых отношений, только из-за того, что работодатель, нарушая трудовое законодательство, надлежаще не оформил письменный трудовой договор и не вел учет рабочего времени.

Учитывая, что доказательств установленной истцу заработной платы ответчиком не представлено, суд считает возможным при определении задолженности по заработной плате принять во внимание минимальный размер оплаты труда в спорный период.

Так как ответчиком не представлено доказательств выплаты истцу заработной платы за период с 23.11.2018 года по 10.01.2019 года, контррасчет не представлен, суд считает требования ФИО1 о взыскании задолженности по заработной плате в сумме 21 993,45 руб. обоснованными и подлежащими удовлетворению.

В соответствии со статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Размер выплачиваемой работнику денежной компенсации может быть повышен коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. Обязанность по выплате указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Таким образом, ИП ФИО2 несет перед истцом ответственность за невыплату заработной платы в виде денежной компенсации, установленной статьей 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

Денежная компенсация за невыплату заработной платы за период с 11.01.2019 года по 16.07.2019 года составила 2102,95 руб.

Статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возможность возмещения работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя.

При этом Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в случае нарушения имущественных прав работника.

Соответствующее разъяснение содержится в части 2 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в абзаце 2 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Размер компенсации морального вреда должен определяться с учетом требований разумности и справедливости, при этом характер нравственных страданий должен оцениваться судом исходя из фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.

Поскольку при рассмотрении дела судом установлены неправомерные действия ответчика, нарушившие трудовые права истца, суд приходит к выводу о необходимости взыскания в пользу ФИО1 компенсации морального вреда.

Определяя размер компенсации, суд исходит из конкретных обстоятельств настоящего дела, учитывая при этом объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины работодателя, требования разумности и справедливости.

Совокупность названных факторов позволяет суду сделать вывод, что приемлемым размером компенсации морального вреда в данном случае является сумма 1000 рублей. В оставшейся части в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда ФИО1 необходимо отказать.

Согласно абз.2 ст.211 Гражданского процессуального кодекса РФ, решения суда подлежит немедленному исполнению в части выплаты работнику заработной платы в течение трех месяцев.

В силу императивного предписания закона настоящее решение суда в части взыскания с ИП ФИО2 в пользу истцов задолженности по заработной плате подлежит немедленному исполнению.

Статьей 103 ГПК РФ предусмотрено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В связи с удовлетворением исковых требований, взысканию с ответчика в местный бюджет подлежит государственная пошлина в сумме 1159,80 рублей за удовлетворения требований имущественного и неимущественного характера.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Требования ФИО1 удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО2 в период с 23.11.2018 года по 10.01.2019 года.

Взыскать с общества с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 задолженность по заработной плате в размере 21 993,45 рублей, компенсацию за задержку выплаты заработной платы 2 102,95 рублей, в счет компенсации морального вреда 1000 рублей.

В удовлетворении остальной части требований иска ФИО1 отказать.

Взыскать с общества с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу муниципального образования «город Орск» государственную пошлину в сумме 1 159,80 рублей.

Решение может быть обжаловано в Оренбургский областной суд через Октябрьский районный суд г.Орска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме. 

Судья П.Ю. Беймлер

Мотивированное решение изготовлено 22 июля 2019 года.