Дело № 2-4113/2024 Председательствующий – Шеди А.В.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

 

№ 33-360/2026

29 января 2026 г.

г. Магас

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Кориговой М.А.,

судей Цурова Х.М. и Плиевой И.М.,

при секретаре судебного заседания Дзаитове Н.Х.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о признании незаконным решения и возложении обязанности по возобновлению выплаты пенсии

по апелляционным жалобам представителей ОСФР по Республике Ингушетия ФИО2 и ОСФР по Волгоградской области ФИО3 на решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 13 ноября 2024 г., которым исковое заявление удовлетворено.

Заслушав доклад судьи Кориговой М.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ОСФР по Республике Ингушетия и ОСФР по Волгоградской области, в котором просит признать незаконным и подлежащим отмене решение ответчиков о снижении размера пенсии с 1 августа 2024 г., обязать ответчиков восстановить выплату пенсии в прежнем размере с 1 августа 2024 г. с учетом индексации, решение суда обратить к немедленному исполнению.

В обоснование искового заявления указано, что истец является получателем страховой пенсии по старости и до снижения ее размер составлял 19 481,90 руб. Согласно распоряжению пенсионного органа размер пенсии пересмотрен в сторону уменьшения и с 1 августа 2024 г. составил 13 922,67 руб.

Указывает, что решение пенсионного органа является незаконным и нарушает ее право на получение пенсии в полном объеме.

Решением Магасского районного суда Республики Ингушетия от 13 ноября 2024 г. исковое заявление удовлетворено.

В апелляционных жалобах представителей ОСФР по Волгоградской области ФИО3 и ОСФР по Республике Ингушетия ФИО2 ставится вопрос об отмене судебного решения в связи с его незаконностью и необоснованностью.

Стороны, извещенные о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ст. 39 Конституции РФ каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии регулируются вступившим в силу 1 января 2015 г. Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях".

Согласно ч. 1 ст. 4 названного Федерального закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации", при соблюдении ими условий, предусмотренных этим Федеральным законом.

Статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ предусмотрено, что право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Согласно ч.1 ст.7 Федерального закона от 17 декабря 2001 г. №173 -ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации» право на трудовую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, и женщины, достигшие возраста 55 лет.

Размер страховой пенсии по старости определяется по формуле, приведенной в ч.1 ст.15 Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ.

Частью 8 ст. 13 указанного Федерального закона предусмотрено, что при исчислении страхового стажа в целях определения права на страховую пенсию периоды работы и (или) иной деятельности, которые имели место до дня вступления в силу названного федерального закона и засчитывались в трудовой стаж при назначении пенсии в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения работы (деятельности), могут включаться в указанный стаж с применением правил подсчета соответствующего стажа, предусмотренных указанным законодательством (в том числе с учетом льготного порядка исчисления стажа), по выбору застрахованного лица.

Как установлено судом и следует из материалов дела, а также исследованного судом первой инстанции пенсионного дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является получателем страховой пенсии по старости с 20 декабря 2017 г., назначенной на основании п.1 ч.1 ст.32 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ.

При обращении в пенсионный орган истцом была представлена трудовая книжка серии АТ-IV № 5153823 (дата заполнения 20 июня 1980 г.), согласно которой она с 6 октября 1980 г. по 2 мая 1983 г. работала в качестве оператора стола заказов, с 11 июня 1984 г. по 20 апреля 1985 г. – в качестве рабочей в совхозе «Луч», с 4 июня 1095 г. по 16 мая 1988 г. – в качестве делопроизводителя в ЦРБ, с 15 мая 1997 г. по 26 июня 1998 г. – в качестве старшего инспектора канцелярии, с 1 ноября 2002 г. по 26 июля 2004 г. – в качестве продавца.

Согласно трудовой книжке АТ-V № 3434717 (дата заполнения 16 сентября 1992 г.) ФИО1 в период с 17 сентября 1992 г. по 29 марта 1994 г. работала в качестве преподавателя начальных классов, с 1 апреля 1994 г. по 20 октября 1995 г. – в качестве руководителя кружка «Юный цветовод» при Центре Юных Натуралистов Малгобекского района, с 1 февраля 1996 г. по 1 октября 2009 г. в качестве секретаря, воспитателя.

Истец является матерью двоих детей, один из которых – ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, инвалид с детства.

Решением об обнаружении ошибки, допущенной при установлении (выплате) пенсии, от 8 июля 2024 г. №2400000352093/в ОСФР по Волгоградской области выявило ошибку, допущенную при установлении страховой пенсии ФИО1, а именно в документах электронного выплатного дела отсутствуют документы о заработной плате за период работы 1989-1991 г. Ранее 12 июля 2021 г. при проверке документов указывалось на необходимость представления вышеуказанных документов. По состоянию на 8 июля 2024 г. документы не представлены. В результате суммы заработка исключены из расчета.

Суд первой инстанции, разрешая спор и удовлетворяя исковые требования, руководствуясь положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 29 января 2004 г. №2-П, от 14 января 2016 г. №1-П, позицией Верховного Суда РФ, отраженной в п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 декабря 2012 г. №30 «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», исходил из возраста истца, длительного периода получения пенсии, права на пенсионное обеспечение в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, а также не представления ответчиками доказательств правомерности осуществленных ими действий по снижению размера пенсии.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

В соответствии с ч.4 ст.28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ в случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка.

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П указал, что совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчётов, - полностью исключить невозможно. Определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства.

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению. Вместе с тем соответствующий правовой механизм - исходя из конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также принципов справедливости и юридического равенства - должен обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности), что, в свою очередь, предполагает наряду с учетом публичных интересов, выражающихся в назначении пенсии исключительно при наличии предусмотренных законом оснований и в целевом расходовании финансовых ресурсов, предназначенных на выплату пенсий, учёт интересов пенсионера, которому пенсия по вине уполномоченного государством органа была назначена ошибочно, с тем чтобы пенсионер не подвергался чрезмерному обременению, притом, однако, что с его стороны отсутствуют какие-либо нарушения (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Такое правовое регулирование отвечало бы сути социального правового государства и, будучи основано в том числе на конституционных принципах правовой определённости и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, обеспечивало бы как соблюдение законодательно установленных условий назначения и выплаты пенсий за выслугу лет, так и защиту интересов граждан, которые, полагаясь на правильность принятого уполномоченными государством органами решения, рассчитывают на стабильность своего официально признанного статуса получателя данной пенсии и неизменность вытекающего из него материального положения. В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвёртый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретённых прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от 29 января 2004 г. N 2-П).

Из приведённых норм Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии. При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства.

Согласно п. 13. Обзора судебной практики Верховного Суда РФ N 2 (2023) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 19 июля 2023 г.), выявление пенсионным органом допущенной ошибки в расчете выслуги лет (стажа службы) при назначении гражданину пенсионного обеспечения - в отсутствие с его стороны каких-либо виновных действий - не может являться самостоятельным основанием для перерасчета пенсионным органом гражданину размера пенсии в сторону уменьшения без учета иных значимых обстоятельств (срок, прошедший с момента признания со стороны пенсионного органа права на пенсию в соответствующем размере, возможность возвращения гражданина на службу для приобретения права на пенсионное обеспечение в установленном до выявления ошибки размере и другие).

При установленных судом юридически значимых обстоятельствах дела и с учетом приведенных норм Федерального закона от 28 декабря 2013 года N 400-ФЗ, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости удовлетворения исковых требований.

При уменьшении размера пенсии не были учтены продолжительность получения истцом ФИО1 пенсии в размере, установленном до его снижения, ее возраст.

Добросовестность действий истца презюмируется в силу закона, следовательно, на ответчиках лежит обязанность представить бесспорные доказательства, подтверждающие предоставление истцом недостоверных сведений при назначении пенсии.

Между тем такие доказательства ответчиками суду не представлены.

При назначении пенсии в 2017 г. пенсионным органом были приняты во внимание представленные документы, сведения, отраженные в ИЛС истца, в результате их рассмотрения было принято решение о назначении пенсии в соответствующем размере.

Отсутствие в распоряжении ОСФР по Волгоградской области правоустанавливающих документов не свидетельствует о наличии виновных действий со стороны истца, приведших к неправомерному назначению пенсии в размере, установленном до его снижения.

Довод представителя ответчика ОСФР по Республике Ингушетия о том, что размер заработной платы значительно выше среднемесячной заработной платы по стране за аналогичный период соответствующими доказательствами не подтвержден.

Другой довод представителя ответчика ОСФР по Республике Ингушетия о том, что суд, применяя ст. 212 ГПК РФ о немедленном исполнении решения суда, нарушил нормы гражданско-процессуального законодательства, поскольку истцом не были представлены документы, подтверждающие ее тяжелое материальное положение, является несостоятельным. Необоснованное уменьшение получаемой истцом пенсии с учетом наличия на ее иждивении ребенка-инвалида фактически лишило ее надлежащих средств к существованию, учитывая, что данная пенсия является для ФИО1 единственным источником дохода, доказательств обратного материалы дела не содержат.

В связи с изложенным судебная коллегия находит решение суда первой инстанции законным и обоснованным и не усматривает оснований для его отмены или изменения в апелляционном порядке.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Магасского районного суда Республики Ингушетия от 13 ноября 2024 г., которым удовлетворено исковое заявление ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о признании незаконным решения и возложении обязанности по возобновлению выплаты пенсии, оставить без изменения, апелляционные жалобы представителей ответчиков - без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 12 февраля 2026 г.

Председательствующий

Судьи

С подлинного за надлежащими подписями

копия верна:

Судья Коригова М.А.