№ 12-48/2024

РЕШЕНИЕ

20 июня 2024 года

город Архангельск

Судья Соломбальского районного суда г. Архангельска Клонингер И.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 2 Соломбальского судебного района г. Архангельска о назначении административного наказания от 24 мая 2024 года,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 2 Соломбальского судебного района г. Архангельска от 24 мая 2024 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, с назначением наказания в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 подал жалобу об его отмене и прекращении производства по делу. В обоснование жалобы указал, что от требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения он не отказывался, суд при вынесении решения не исследовал видеозапись с видеорегистраторов патрульного автомобиля, имеющуюся в материалах дела.

В судебном заседании ФИО1 и его защитник Карельский А.Н. доводы жалобы поддержали, дополнив, что первоначально отказываясь от медицинского освидетельствования, ФИО1 имел ввиду отказ от оставления в протоколе записи об отказе в прохождении медицинского освидетельствования, что подтверждается видеозаписью с видеорегистратора, хотел сначала воспользоваться помощью защитника путем совершения конфиденциального звонка, однако покинуть автопатруль и осуществить конфиденциальный звонок сотрудники ГИБДД ему не разрешили. Не закончив процедуру составления протокола о направлении на медицинское освидетельствование, сотрудник ГИБДД не получил утвердительный ответ от ФИО1 о намерении пройти медицинское освидетельствование или об отказе в его прохождении, не выдал ФИО1 копию протокола о направлении на медицинское освидетельствование. ФИО1 при ознакомлении с протоколом об административном правонарушении пояснил, что изначально не совсем понял требования инспектора ГИБДД и неоднократно (не менее 8 раз) сам просил проехать на медицинское освидетельствование, тем самым выразил согласие на его прохождение еще на стадии составления протокола о направлении на медицинское освидетельствование.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, в том числе видеозапись из автопатруля, рассмотрев доводы жалобы, судья приходит к следующему.

Как следует из материалов и установлено при рассмотрении дела мировым судьей, 11 мая 2024 года в 00 час. 20 мин. ФИО1 управлял Форд Фокус, государственный регистрационный знак 

<

***> регион, имея признаки опьянения (запах алкоголя изо рта), отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и, находясь у 

<

...> в г. Архангельске не выполнил законного требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

В соответствии с ч. 2 ст. 15 Конституции Российской Федерации органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы.

Законом - п. 4 ст. 24 Федерального закона от 10 декабря 1995 года № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» предусмотрено, что единый порядок дорожного движения на всей территории Российской Федерации устанавливается Правилами дорожного движения, утверждаемыми Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых постановлением Совета Министров-Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 (далее – ПДД РФ), водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

В силу пункта 2.3.2 ПДД РФ водитель по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, обязан проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Подпунктом «л» пункта 12 Положения о Государственной инспекции безопасности дорожного движения Министерства внутренних дел Российской Федерации, утверждённого Указом Президента РФ от 15.06.1998 № 711, установлено, что госавтоинспекция для выполнения возложенных на нее обязанностей имеет право направлять на медицинское освидетельствование на состояние опьянения управляющих транспортными средствами лиц, которые подозреваются в совершении административного правонарушения в области дорожного движения и в отношении которых имеются достаточные основания полагать, что они находятся в состоянии опьянения.

В силу ч. 1 ст. 2.1 КоАП РФ административным правонарушением признаётся противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое КоАП РФ или законами субъектов Российской Федерации об административных правонарушениях установлена административная ответственность.

Ответственность по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ наступает за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Правильность выводов мирового судьи о наличии события административного правонарушения и вине ФИО1 в его совершении подтверждается имеющимися в материалах дела документами, а именно: протоколом об административном правонарушении 29 ОВ № 537885 от 11 мая 2024 года (л.д. 1), протоколом об отстранении от управления транспортным средством 29 АМ № 337284 от 11 мая 2024 года (л.д. 2), протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения 29 АК 285098 от 11 мая 2024 года (л.д. 3), протоколом о задержании транспортного средства 29 АМ 148140 (л.д. 4), рапортом инспектора ДПС ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Архангельску ФИО3 (л.д. 5), а также видеозаписью из патрульного автомобиля.

Приведенные доказательства получены уполномоченными лицами с соблюдением установленного законом порядка. Данных о какой-либо заинтересованности сотрудников полиции, их небеспристрастности к ФИО1 или допущенных ими злоупотреблениях по делу не установлено, оснований ставить под сомнение факты, указанные должностными лицами в составленных процессуальных документах, отсутствуют.

В соответствии с ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинское освидетельствование на состояние опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Согласно п. 2 Правил освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 21 октября 2022 г. № 1882 достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта; неустойчивость позы; нарушение речи; резкое изменение окраски кожных покровов лица; поведение, не соответствующее обстановке.

Как следует из протокола об отстранении от управления транспортным средством, ФИО1 действительно управлял транспортным средством и был отстранен от его управления в связи с достаточным основанием полагать, что он находится в состоянии опьянения (запах алкоголя изо рта).

Протокол об отстранении от управления транспортным средством составлен в присутствии ФИО1, с применением видеофиксации, что согласуется с требованиями ч. 2, 6 ст. 25.7 КоАП РФ.

В связи с изложенным инспектор ГИБДД обоснованно отстранил ФИО1 от управления транспортным средством и предложил пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а после отказа ФИО1 от его прохождения – медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения.

Согласно ч. 6 ст. 25.7 КоАП РФ в случае применения видеозаписи для фиксации совершения процессуальных действий, за исключением личного досмотра, эти процессуальные действия совершаются в отсутствие понятых, о чем делается запись в соответствующем протоколе либо акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Материалы, полученные при совершении процессуальных действий с применением видеозаписи, прилагаются к соответствующему протоколу либо акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Из анализа указанных норм следует, что освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи (часть 2 статьи 27.12 КоАП РФ).

В материалах дела имеется протокол от 11 мая 2024 года о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. В протоколе зафиксирован отказ ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования и от подписания протокола. При составлении протокола понятые не участвовали, в протоколе имеется отметка о ведении видеозаписи с помощью видеорегистратора патрульного автомобиля. Таким образом, процессуальное действие было произведено с применением видеофиксации, которая приобщена к материалам дела, в связи с чем присутствие понятых не требовалось.

Исследуемое в судебном заседании суда апелляционной инстанции содержание видеозаписи подтверждает соблюдение сотрудниками ГИБДД процедуры отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, а также процедуры проведения его освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и направления на медицинское освидетельствование.

Видеосъемка осуществлялась инспекторами ГИБДД, наделенными соответствующими полномочиями, и детально отражает ход освидетельствования, фиксируя его результат в виде отказа от прохождения.

Доводы заявителя о том, что он не отказывался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а, отказываясь, имел ввиду отказ от оставления в протоколе записи об отказе в прохождении медицинского освидетельствования, опровергаются видеозаписями с видеорегистраторов, установленных в служебном автопатруле, исследованными в судебном заседании. Так, в соответствии с указанными видеозаписями, на вопрос сотрудников ГИБДД к ФИО1 о согласии пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинском учреждении по адресу: 

<

...>, заявитель ответил: «Отказываюсь», при этом, вопреки доводам защитника, отказ касался именно прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, а не оставления в протоколе записи об отказе в прохождении медицинского освидетельствования, поскольку был прямым ответом на конкретный вопрос сотрудников ГИБДД о том, согласен ли он пройти медицинское освидетельствование.

После этого сотрудниками ГИБДД ФИО1 вновь было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, задан вопрос поедет ли он в медицинское учреждение, разъяснено, что за неисполнение данного требования предусмотрена административная ответственность, на что ФИО1 ответил: «Никуда не поеду». Таким образом, вопреки доводам защитника, сотрудниками ГИБДД от ФИО1 был получен неоднократный утвердительный ответ об отказе от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, после чего в соответствии с исследованной в суде видеозаписью административная процедура составления протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения была завершена, ФИО1 было предложено поставить свои подписи в протоколе, отчего он отказался.

Утверждение защитника о том, что копию протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1 не получал, основанием для отмены обжалуемого судебного акта не является. Доказательств, свидетельствующих о наличии препятствий для ее получения, не представлено. О составлении протокола ФИО1 был извещен, присутствовал при его составлении, при наличии каких-либо замечаний, в том числе о неполучении копии данного процессуального документа, имел возможность отразить их в протоколе, в том числе и в последствии в протоколе об административном правонарушении, однако данным правом не воспользовался.

Право на защиту ФИО1 сотрудниками ГИБДД при составлении протокола о направлении на медицинское освидетельствование нарушено не было, в соответствии с исследованной видеозаписью на неоднократные вопросы ФИО1 о разрешении совершить звонок своему знакомому, от сотрудников ГИБДД возражений не поступило, при этом разъяснено о недопустимости оставления места составления процессуальных документов (в данном случае автопатруля) во время совершения административного разбирательства, однако заявитель правом осуществления звонка не воспользовался, совершил его уже после завершения административной процедуры составления протокола о направлении на медицинское освидетельствования, после чего стал выражать согласие на его прохождение.

Вместе с тем, административное правонарушение согласно ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ имеет формальный состав и является оконченным с момента отказа от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица. Таким образом дальнейшее согласие ФИО1 пройти медицинское освидетельствование после фиксации его отказа от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения в соответствующем протоколе и завершения административной процедуры, вопреки доводам защитника, не свидетельствует от отсутствии в действиях заявителя события инкриминируемого административного правонарушения.

Оснований считать, что при составлении протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО1 не понимал смысл и значение производимых в отношении него процессуальных действий, не имеется.

Объективных причин, препятствующих ФИО1 пройти медицинское освидетельствование, последним не приведено ни при составлении протокола об административном правонарушении, ни при рассмотрении дела об административном правонарушении в мировом суде, а также в доводах настоящей жалобы.

Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом в соответствии со ст. 28.2 КоАП РФ в присутствии ФИО1, которому были разъяснены права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, положения ст. 51 Конституции РФ.

Изложенное в протоколе событие административного правонарушения не лишало ФИО1 возможности и права знать, в чем выражается противоправность его поведения, давало ему возможность защищаться от предъявленного обвинения путем дачи объяснений и представления доказательств, заявлять ходатайства, в том числе о допросе свидетелей, вносить исправление в протокол.

О каких-либо нарушениях, допущенных при оформлении процессуальных документов ФИО1 не заявлял, факт управления транспортным средством не оспаривал, о допросе свидетелей не просил, по собственному усмотрению распорядившись предоставленными ему процессуальными правами и собственноручно написав в графе для объяснений «не согласен».

Установив все обстоятельства дела, мировой судья пришел к правильному выводу о виновности ФИО1

Порядок рассмотрения дела об административном правонарушении, установленный главой 29 КоАП РФ, и сроки давности привлечения к административной ответственности, установленные ст. 4.5 КоАП РФ, мировым судьей соблюдены. Постановление вынесено в соответствии с установленными обстоятельствами и в рамках процедуры, установленной КоАП РФ, надлежащим образом мотивировано и отвечает требованиям ст. 29.10 КоАП РФ.

Совершенное правонарушение не является малозначительным, поскольку свидетельствует о пренебрежительном отношении ФИО1 к возложенным на него Правилами дорожного движения обязанностям.

Административное наказание назначено ФИО1 в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ с соблюдением общих правил назначения наказания физическому лицу, установленных статьями 4.1-4.3 КоАП РФ.

Назначенное наказание отвечает принципу справедливости и направлено на предупреждение совершения ФИО1 новых правонарушений, воспитание у него уважения к требованиям Правил дорожного движения и правам других лиц.

Нормы материального права применены и истолкованы мировым судьёй правильно, нарушений норм процессуального права не допущено, правовых оснований для пересмотра постановления не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 30.7, ст. 30.8 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 2 Соломбальского судебного района г. Архангельска о назначении административного наказания от 24 мая 2024 года оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья И.Л. Клонингер