РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации.

09 марта 2017 года г. Шуя Ивановской области

Шуйский городской суд Ивановской области 

в составе:

председательствующего судьи Сорокиной А.А., 

при секретаре Цыгановой Н.В.,

с участием

истца ФИО3,

представителя истца ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО3 к ООО «Восток-ЖБИ» о взыскании компенсации, 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО3 обратился в суд с иском к ООО «Восток-ЖБИ», в котором просит взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Восток-ЖБИ» в его пользу компенсацию, предусмотренную ст. 279 ТК РФ, в сумме …. рублей … копейки, а также взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Восток-ЖБИ» в его пользу денежные средства в сумме …. рублей в качестве компенсации за причинение морального вреда.

Данные требования истец мотивировал следующим: в соответствии с Протоколом № 1/15 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Восток-ЖБИ» от 02 марта 2015 года ФИО3 был назначен на должность генерального директора ООО «Восток-ЖБИ» со 2 марта 2015 года. При этом трудовой договор между истцом и ответчиком по вине ответчика заключен не был. По устной договоренности между ответчиком и истцом должностной оклад истца был определен в размере …. рубля …. копейки, местом исполнения трудовых обязанностей было определено помещение офиса ООО «Восток ЖБИ», расположенное в административно-бытовом корпусе по адресу: 

<

...>. Между истцом и ответчиком была достигнута устная договоренность о том, что ответственность за организацию бухгалтерского учета, соблюдение законодательства Российской Федерации при выполнении хозяйственных операций и ведении бухгалтерского учета, в том числе за начисление заработной платы, будет возложена на главного бухгалтера, подотчетного участникам общества. 4 марта 2015 года ФИО3 был издан Приказ № 1 (по личному составу), о назначении ФИО3 на должность генерального директора ООО «ВОСТОК-ЖБИ» и о возложении ответственности за организацию бухгалтерского учета, соблюдения законодательства Российской Федерации при выполнении хозяйственных операций и ведению бухгалтерского учета на главного бухгалтера. Также 4 марта 2015 года ФИО3 был издан приказ №1 (по унифицированной форме № Т-1, утвержденной Постановлением Госкомстата России от 05 января 2004 года №1) о приеме ФИО3 на работу в ООО «Восток-ЖБИ» с 04 марта 2015 года на должность генерального директора с окладом …. рубля …. копейки. В период с 4 марта 2015 года по 06 января 2016 года ФИО3 добросовестно исполнял обязанности генерального директора ООО «Восток-ЖБИ», дисциплинарных взысканий не имел. В период с 04 марта 2015 года до 01 сентября 2015 года истцу регулярно выплачивалась заработная плата. С 1 сентября 2015 года работодатель перестал выплачивать истцу заработную плату, ссылаясь на отсутствие денежных средств. 22 декабря 2016 года ФИО3 в адрес учредителей ООО «Восток-ЖБИ» было направлено заявление с требованием о предоставлении документов, связанных с трудовой деятельностью истца, которые у него отсутствовали. Получение данного почтового отправления ответчик проигнорировал. 28 декабря 2015 года истец был вынужден обраться за защитой нарушенных прав в Государственную инспекцию труда в Московской области. На основании жалобы истца руководителем государственной инспекции труда по Московской области вынесено Распоряжение (приказ) от 19 января 2016г. № 7-7603-15-ОБ/9903 67/9/1 о проведении внеплановой документальной проверки ООО «Восток-ЖБИ». В период с 6 января 2016 года по 18 января 2016 года включительно ФИО3 в виду временной нетрудоспособности не смог исполнять должностные обязанности, находился на амбулаторном лечении во Взрослой поликлинике № 2 областного бюджетного учреждения здравоохранения «Шуйская ЦРБ». 19 января 2016 года утром истец прибыл для исполнения обязанностей генерального директора к территории ООО «Восток-ЖБИ», расположенной по адресу: 

<

...>. Однако, работниками охраны истец не был допущен на территорию предприятия меня без объяснения причин. Ввиду плохого самочувствия истец был вынужден уехать по месту постоянного жительства в г.Шуя Ивановской области, где продолжил лечение. В период с 25 января 2016г. по 19 февраля 2016г. истец проходил стационарное лечение. В период с 19 февраля 2016 года по 03 марта 2016 года включительно истец продолжил амбулаторное лечение в Поликлинике № областного бюджетного учреждения здравоохранения. 9 февраля 2016 года, в период временной нетрудоспособности, истец получил два почтовых отправления: со штемпелем на конверте «02.02.2016г. Почта России г.Москва 109316», в котором находилось требование от 01.02.2016г. о передаче документов, направленное в адрес генерального директора ООО «Восток-ЖБИ» ФИО3 представителем ООО «Восток-ЖБИ» ФИО1, без подтверждения полномочий представителя, со штемпелем на конверте «04.02.2016г. Почта России г.Москва 109316», в котором находилось письмо в адрес ФИО3, подписанное генеральным директором ООО «ВОСТОК-ЖБИ» ФИО2, которым истец был уведомлен о том, что протоколом общего собрания участников ООО «ВОСТОК-ЖБИ» от 12.01.2016г. принято решение о снятии его с должности генерального директора ООО «ВОСТОК-ЖБИ» и о назначении на данную должность ФИО2, а также письмо содержало требование о явке Горобца 19.02.2016г. с 10 до 12 часов по адресу: 

<

...>, для передачи финансово-бухгалтерской, кадровой и иной документации деятельности ООО «Восток-ЖБИ», а также печатей, штампов и иных материальных ценностей ООО «Восток-ЖБИ». 11 февраля 2016 года ФИО3 в ООО «Восток-ЖБИ» по адресам: 140009, Московская обл., г.Люберцы, ул.3-я Красногорская, д.24 (по месту нахождения участников общества); и 140700, 

<

...> (по месту нахождения единоличного исполнительного органа) были направлены аналогичные письма, которыми истец информировал общество о том, что не может передать документы в связи с временной нетрудоспособностью, а также сообщил об отсутствии у него истребуемых документов. Также истец в том же письме потребовал от ответчика предоставить заверенные копии документов связанных с его увольнением: Протокола общего собрания участников ООО «Восток-ЖБИ» от 12.01.2016г., и приказа об увольнении. К указанным письмам истцом была приложена копия открытого листка нетрудоспособности. Указанные письма были получены ответчиком - в г.Люберцы -29.02.2016г„ в г.Шатура - 04.03.2016г. 12 февраля 2016 года, в период временной нетрудоспособности, истцом была получена телеграмма за подписью генерального директора ООО «Восток-ЖБИ» ФИО2. с текстом, аналогичным тексту письма от 04.02.2016г. 15 марта 2016 года в ФИО3 в ООО «Восток-ЖБИ» по адресам: 140009, Московская обл., г.Люберцы, ул.3-я Красногорская, д.24; и 140700, 

<

...>, повторно были направлены письма, в которых истец потребовал от ответчика предоставить заверенные копии документов связанных с его увольнением: Протокола общего собрания участников ООО «ВОСТОК-ЖБИ» от 12.01.2016г., и приказа об увольнении. Одно из писем было получены ответчиком в г.Люберцы 26.03.2016г., в г.Шатура получение письма ответчик игнорировал. 14 октября 2016г. ФИО3 обратился в Шуйский городской суд с иском к ООО «ВОСТОК-ЖБИ» о взыскании задолженности по заработной плате. На основании указанного иска Шуйским городским судом Ивановской области возбуждено гражданское дело № 2-2849/2016, в ходе рассмотрения которого в предварительном судебном заседании 3 ноября 2016г. представителем ООО «Восток-ЖБИ» истцу была вручена незаверенная копия Протокола № 12/15 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Восток-ЖБИ» от 12 января 2016г. о снятии истца с должности генерального директора без объяснения причин. Из пояснений суду от представителя ответчика в предварительном судебном заседании 20 декабря 2016 года истцу стало известно, что он из ООО «ВОСТОК-ЖБИ» уволен, однако приказ об увольнении не издавался. Таким образом, содержание Протокола № 12/15 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Восток-ЖБИ» от 12 января 2016г., то есть правовое основание прекращения трудового договора, истцу стало достоверно известно только 3 ноября 2016 года. Исходя из изложенного, истец ФИО3 находит прекращение трудового договора и его увольнение произведено работодателем с нарушением норм трудового права. Истец полагает, что решение о прекращении трудового договора с генеральным директором ООО «Восток-ЖБИ» ФИО3 по пункту 2 статьи 278 ТК РФ принято ответчиком с нарушением принципов недопустимости злоупотребления правом, выразившемся в преследовании истца за подачу в установленном законом порядке жалобы на невыплату ответчиком заработной платы. После прекращения трудового договора истцу ответчиком необоснованно не выплачена компенсация в размере трехкратного месячного заработка, которая составляет …..рублей … копейки. Кроме этого, решение ответчика о снятии с должности генерального директора и увольнении истца является незаконным, поскольку данное решение принято ответчиком в период временной нетрудоспособности истца. Кроме этого, в связи с незаконным прекращением трудового договора в период болезни истца, в связи с невыплатой положенной компенсации при расторжении трудового договора, ввиду значительного уменьшения материального достатка в семье, истец испытывал сильные нравственные страдания и переживания, которые истцом оцениваются в …. рублей.

В судебном заседании истец ФИО3 пояснил суду, что поддерживает заявленные требования о взыскании суммы компенсации, предусмотренной ст. 279 ТК РФ в размере …. рублей … копейки и суммы компенсации морального вреда в размере … рублей по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Считает, что он хотя и получал письмо и телеграмму о снятии с должности в феврале 2016 года, но поскольку в данных сообщениях не было указаний на расторжение трудового договора и на основания увольнения, то достоверно о нарушении своих прав он узнал только 03 ноября 2016 года, когда ему вручили копию протокола от 12 января 2016 года. Поэтому он считает, что его обращение в суд было в установленный трехмесячный срок и подлежит удовлетворению. Доводы ответчика, изложенные в отзыве и дополнении к отзыву, он считает неосновательными. 

В судебном заседании представитель истца ФИО4 пояснил суду, что поддерживает заявленные требования по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Просит взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию, предусмотренную ст. 279 ТК РФ, в сумме … рублей … копейки, а также взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Восток-ЖБИ» в пользу истца денежные средства в сумме …. рублей в качестве компенсации за причинение морального вреда. Считает, что в данном случае срок исковой давности необходимо исчислять с момента, когда в ходе судебного заседания 03 ноября 2016 года при рассмотрении другого гражданского дела по иску ФИО3 к ООО «Восток-ЖБИ» представителем ООО «Восток-ЖБИ» истцу была вручена незаверенная копия Протокола № 12/15 общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Восток-ЖБИ» от 12 января 2016г. о снятии истца с должности генерального директора без объяснения причин. Действительно истец получал телеграмму в феврале 2016 года, но в этой телеграмме не было указаний на расторжение трудового договора и на основания увольнения истца с предприятия.

В судебное заседание представитель ответчика ООО «Восток-ЖБИ», извещенный о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, о чем имеются уведомления, не явился. В суд поступило ходатайство представителя ответчика с просьбой рассмотреть дело в его отсутствие. Кроме того в суд по заявленным истцом требованиям поступил отзыв, в котором ответчик ООО «Восток-ЖБИ» указывает, что в удовлетворении заявленных ФИО3 требований просит отказать в полном объеме по следующим основаниям: истцом пропущен срок исковой давности и ответчик заявляет об этом и просит применить последствия пропуска срока. В силу положений ч. 1 ст. 84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. Протоколом № 12/15 общего собрания участников ООО «Восток-ЖБИ» от 12 января 2016 г. было принято решение о снятии генерального директора с должности 12 января 2016 г. Решение о снятии истца с занимаемой должности было принято всеми участниками ООО «Восток-ЖБИ» единогласно. В своем письме от 11 марта 2009 года № 1143-ТЗ Федеральная служба по труду и занятости, давая разъяснения, указала, что запись об увольнении руководителя в его трудовой книжке вносится на основании решения собственников имущества, если ими установлен иной порядок ведения трудовой книжки в отношении руководителя организации. Таким образом, 12.01.2016 года ФИО3 был уволен законно и обоснованно. Исходя из содержания абз. 1 ч. 6 ст. 152 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также ч. 1 ст. 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком. Ответчик считает, что согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ истец должен был обратиться за защитой своих прав в трехмесячный срок со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права (согласно редакции, действовавшей 12.01.2016 г.). При прекращении трудового договора выплата всех сумм, причитающихся работнику от работодателя, производится в день увольнения работника. В связи с тем, что последним рабочим днем истца было 12.01.2016 г., то срок предъявления требования о выплате компенсации начал течь с 12.01.2016, и последним днем для предъявления иска было 12.04.2016 г. Настоящий иск предъявлен 06.02.2017 г. Таким образом, истец пропустил срок исковой давности для предъявления требования о компенсации. Кроме того, в настоящее время Шуйским городским судом Ивановской области уже рассмотрены два гражданских дела по иску ФИО3 к ООО «Восток-ЖБИ» о взыскании заработной платы и о восстановлении на работе, где исследовались доводы истца о незаконном увольнении, об исполнении им обязанностей главного бухгалтера, о размере заработной платы и т.д. При рассмотрении указанных дел судом было установлено, что истец о своем увольнении уже точно знал 05 февраля 2016 г. из полученной им телеграммы за подписью генерального директора ООО «Восток-ЖБИ» ФИО2. По факту проверки Государственной инспекцией труда в Московской области ООО «Восток-ЖБИ» - ответчиком были даны пояснения инспекции об отсутствии возможности представить запрашиваемые документы, т.к. они находятся непосредственно у ФИО3, и действующему генеральному директору истец документацию не передавал. 14.04.2016 г. Государственная инспекция труда в Московской области распоряжением № 7-4224-16-ОБ/990367/48/2 прекратила проверку в отношении ответчика. Также имеется решение Арбитражного суда Московской области от 01.06.2016 г. согласно которому ФИО3 обязан передать ООО «Восток-ЖБИ» уставные, бухгалтерские и финансовые документы. Решение Арбитражного суда Московской области вступило в законную силу 04.07.2016 г. Документация до сих пор не передана новому руководителю ООО «Восток-ЖБИ». Приказ № 1 от 04.03.2015 г. об утверждении суммы оклада в размере …. рублей …. копеек был издан самим истцом. Однако никаких устных и каких-либо иных договоренностей об установлении размера данного оклада между работником и работодателем не существовало. Оригинала данного приказа у работодателя нет в виду нахождения всей документации у истца. Кроме того, отсутствуют какие-либо документы, подтверждающие реальность установления оклада в данном размере. Требование истца о компенсации морального вреда не подлежит удовлетворению. Согласно ч. 1 ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются физические и нравственные страдания. Суд при принятии судебных актов о компенсации морального вреда в соответствии с п. 1 Постановления Пленума ВС РФ от 20,12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» должен установить, чем подтверждается факт причинения истцу нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного дела. В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Однако истцом не представлены какие-либо доказательства, подтверждающие понесенные им нравственные или физические страдания; отсутствует причинно-следственная связь между увольнением ответчика и полученным, по его мнению, моральным вредом. Из вышеизложенного видно, что именно истец своими действиями нанес ущерб ответчику в связи с непередачей документации, необходимостью защищать свои права и законные интересы в Государственной инспекции труда в Московской области и обращаться в Арбитражный суд Московской области с иском. Кроме того, ответчик был вынужден защищать свои права и законные интересы по ранее рассмотренным гражданским делам. В связи с чем требование истца о взыскании компенсации морального вреда с ООО «ВОСТОК-ЖБИ» не подлежит удовлетворению.

С согласия истца и представителя истца, дело рассмотрено при данной явке. 

Суд, заслушав пояснения истца и представителя истца, изучив материалы дела, приходит к выводу о том, что заявленные требования удовлетворению не подлежат.

Из представленных истцом документов следует, что ФИО3 был принят на постоянную работу в Общество с ограниченной ответственностью «Восток-ЖБИ» на должность генерального директора с 04 марта 2015 года, и ему был установлен оклад в размере …. руб., что подтверждается приказом о приеме на работу от 04 марта 2015 года № 1.

Из копии данного приказа следует, что приказ издан на основании протокола № 1/15 Общего собрания участников ООО «Восток-ЖБИ» от 02 марта 2015 года; ФИО3 был ознакомлен с этим приказом 04 марта 2015 года. В п. 2 данного приказа указано, что в соответствии со ст. 6 ФЗ «О бухгалтерском учете» от 21 ноября 1996 года № 129-ФЗ ответственность за организацию бухгалтерского учета, соблюдения законодательства РФ при выполнении хозяйственных операций и ведению бухгалтерского учета была возложена на главного бухгалтера, при этом фамилия, имя и отчество которого в приказе не указано. Содержание приказа сторонами не оспаривалось.

Из копии протокола № 1/15 Общего собрания участников ООО «Восток-ЖБИ» от 02 марта 2015 года видно, что учредителями Общества принято решение о назначении на должность генерального директора Общества ФИО3 со 02 марта 2015 года (п. 3). Ответственным за государственную регистрацию изменений, вносимых в ЕГРЮЛ, назначен ФИО3 (п. 4).

Из копии выписки из Единого государственного реестра юридических лиц, составленной по состоянию на 16 сентября 2015 года, видно, что генеральным директором Общества числится ФИО3.

Из протокола № 12/15 Общего собрания участников ООО «Восток-ЖБИ» от 12 января 2016 года следует, что участники Общества с 12 января 2016 года сняли ФИО3 с должности генерального директора Общества и назначили на должность генерального директора Общества ФИО2 с 13 января 2016 года. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, составленной по состоянию на 10 февраля 2017 года, генеральным директором Общества числится ФИО2 (дата внесения в ЕГРЮЛ записи, содержащей указанные сведения, 02 февраля 2016 года).

Из письма ООО «Восток-ЖБИ» от 04 февраля 2016 года № 1, адресованного ФИО3, видно, что истцу сообщается о снятии его с должности на основании протокола общего собрания участников Общества от 12 января 2016 года и назначении на эту должность ФИО2 В связи с указанным, генеральный директор ФИО2 просил ФИО3 явиться 19 февраля 2016 года для передачи финансово-бухгалтерской, кадровой и иной документации деятельности ООО «Восток-ЖБИ», а также печатей, штампов и иных материальных ценностей ООО «Восток-ЖБИ». 

В качестве доказательства отправления указанного письма представителем ответчика в материалы дела представлена опись вложения в ценное письмо с печатью Почты России 04 февраля 2016 года.

Судом установлено, что в адрес истца была направлена и вручена 05 февраля 2016 года телеграмма с уведомлением о снятии ФИО3 с должности генерального директора и назначении на эту должность ФИО2.

В судебном заседании истец и представитель истца не оспаривали тот факт, что в феврале 2016 года ФИО3 получал письмо и телеграмму, в которых ему сообщалось о снятии его с должности генерального директора.

Суду представлено требование ООО «Восток-ЖБИ» направленное в адрес истца о передаче документов, в котором сообщается о том, что в связи с тем, что по состоянию на 01 февраля 2016 года ФИО3 является генеральным директором Общества, ООО «Восток-ЖБИ» просит передать в Общество документы, касающиеся его хозяйственной деятельности, прикладывая при этом копию распоряжения Государственной инспекции труда в Московской области от 19 января 2016 года.

Из представленных суду документов усматривается, что истец, считая свои трудовые права нарушенными, обращался в Государственную инспекцию труда Московской области 22 декабря 2015 года, к ответчику - с заявлениями об истребовании документов по трудовой деятельности 22 декабря 2015 года, 11 февраля 2016 года, 15 марта 2016 года.

Согласно ответу ГИТ в Московской области от 25 февраля 2016 года № 7-7603-15-ОБ/990367/2 в порядке надзора осуществить защиту прав ФИО3 не представилось возможным в связи с бездействием работодателя, поскольку уполномоченный представитель не явился, документацию для проведения внеплановой проверки в соответствии с распоряжением ГИТ в Московской области от 19 января 2015 года не представил.

Истцом в материалы дела представлены копии листков нетрудоспособности, из которых видно, что ФИО3 в период с 06 января 2016 года по 18 января 2016 года, с 02 февраля 2016 года по 03 марта 2016 года был освобожден от работы.

Согласно выписке из истории болезни ФИО3 находился на стационарном обследовании и лечении в терапевтическом отделении с 25 января 2016 года по 19 февраля 2016 года.

Из материалов дела усматривается, что истец 11 февраля 2016 года направлял в адрес работодателя копию больничного листа вместе с заявлением о предоставлении документов.

Судом также установлено, что проверка ГИТ в Московской области, инициированная истцом, была прекращена на основании распоряжения о прекращении проверки соблюдения требований трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, в связи с невозможностью предоставления запрашиваемых документов работодателем ввиду не передачи кадровой и бухгалтерской документации предыдущим генеральным директором ФИО3 настоящему - ФИО2..

Из представленной ответчиком копии решения Арбитражного суда Московской области от 01 июня 2016 года, дело № А41-18312/16, ООО «Восток-ЖБИ» видно, что общество обращалось в суд с иском к ФИО3 об обязании передать документы, связанные с деятельностью Общества, который был удовлетворен, и на ФИО3 возложена обязанность передать Обществу следующие документы: действующую редакцию Устава общества с ограниченной ответственностью «ВОСТОК-ЖБИ» со всеми внесенными и зарегистрированными изменениями и дополнениями; учредительный договор Общества с ограниченной ответственностью «ВОСТОК-ЖБИ»; свидетельства о регистрации и внесении изменений в ЕГРЮЛ; свидетельство о постановке ООО «ВОСТОК-ЖБИ» на налоговый учет; приказы и распоряжения ООО «ВОСТОК-ЖБИ»; кадровую документацию: расчетные ведомости по заработной плате, личные карточки T-2 работника, положение об оплате труда и премированию, штанные расписания, книга учета движения трудовых книжек и вкладышей, журнал по технике безопасности, доказательства проведения обучения по охране труда; документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе; действующие внутренние документы; приказы по учетной политике для целей бухгалтерского и налогового учета; бухгалтерскую и налоговую отчетность, отчетность по страховым взносам во внебюджетные фонды; акты сверок с налоговыми органами, решения и акты по проводимым проверкам; документы по учету основных средств и нематериальных активов: документы по учету кассовых операций, материалов, результатов инвентаризации; документы на поступление товарно-материальных ценностей с приложением документов, книгу продаж, журнал учета счетов-фактур выданных с приложением документов; договоры, заключенные Обществом.

Также из копии решения Арбитражного суда Московской области видно, что основанием для обращения в арбитражный суд послужило того, что ФИО3 был снят с должности генерального директора общества, однако после снятия с должности не передал бухгалтерскую и другую документацию новому генеральному директору общества.

Указанный судебный акт вступил в законную силу в июле 2016 года.

Проанализировав собранные по делу доказательства в их совокупности и взаимосвязи по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу, что в судебном заседании нашел свое подтверждение факт того, что истец действительно работал в должности генерального директора в ООО «Восток-ЖБИ» в период с момента назначения (02 марта 2015 года) по 12 января 2016 года, когда решением общего собрания учредителей общества он был снят с должности генерального директора. 

Согласно положений ст. 279 ТК РФ в случае прекращения трудового договора с руководителем организации в соответствии с пунктом 2 статьи 278 настоящего Кодекса при отсутствии виновных действий (бездействия) руководителя ему выплачивается компенсация в размере, определяемом трудовым договором, но не ниже трехкратного среднего месячного заработка, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Данная компенсация выплачивается при увольнении с должности.

Согласно пояснений истца компенсация, предусмотренная ст. 279 ТК РФ ему выплачена не была.

В соответствии с положениями статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

Положение абз. 2 приведенной статьи о том, что за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении, вступило в действие только с 03 октября 2016 года, то есть после возникновения спорных правоотношений, следовательно, не подлежит применению в данном споре.

Согласно разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, предусмотренный частью первой статьи 392 ТК РФ срок для обращения в суд исчисляется со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, чем обеспечивается возможность надлежащего обоснования исковых требований. Такое правовое регулирование направлено на оптимальное согласование интересов сторон трудовых отношений и на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника. Пропущенный по уважительным причинам срок может быть восстановлен судом, решающим данный вопрос с учетом всех обстоятельств конкретного дела, а отказ в восстановлении пропущенного срока - обжалован в вышестоящий суд (Определения от 19 февраля 2009 г. N 74-О-О, от 29 сентября 2011 г. N 1166-О-О и др.).

Из приведенных положений действующего на момент возникновения спора трудового законодательства следует, что начальным моментом течения срока для обращения в суд за разрешением спора о взыскании компенсации, предусмотренной ст. 279 ТК РФ является день, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

В данном случае судом установлено, что истец был уволен и об этом он узнал 05 февраля 2016 года, когда получил телеграмму от ООО «Восток-ЖБИ», в которой четко указано, что ФИО3 снят с должности генерального директора, после этого ФИО3 выплаты, предусмотренной ст. 279 ТК РФ не получил, то есть ФИО3 узнал о нарушении своего права 05 февраля 2016 года и соответственно мог обратиться в суд с иском до 05 мая 2016 года, однако данное исковое заявление подано в суд путем направления почтового отправления 04 февраля 2017 года.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», исходя из содержания абзаца первого части 6 статьи 152 ГПК РФ, а также части 1 статьи 12 ГПК РФ, согласно которой правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, вопрос о пропуске истцом срока обращения в суд может разрешаться судом при условии, если об этом заявлено ответчиком.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи). По смыслу статьи 392 Трудового кодекса РФ срок обращения в суд может быть восстановлен при установлении обстоятельств, связанных с личностью истца и препятствующих обращению в суд за защитой своего нарушенного права.

Таких обстоятельств в данном случае из материалов дела не следует и стороной истца не приведено.

Поскольку ответчиком до принятия судом решения по делу было заявлено о применении пропуска срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, ходатайство о восстановлении указанного срока истцом заявлено не было, доказательств наличия уважительных причин пропуска срока истцом суду не представлено, то суд приходит к выводу о необходимости отказать истцу в удовлетворении исковых требований в связи с пропуском срока обращения в суд.

Суд считает, что доводы истца и представителя истца о том, что срок исковой давности в данном случае не пропущен, поскольку данный срок должен исчисляться с 03 ноября 2016 года, поскольку в этот день истец получил от представителя ответчика копию протокола общего собрания участников ООО «Восток-ЖБИ» от 12 января 2016 года, не обоснованы. 

Из текста телеграммы от 04 февраля 2016 года, полученной истцом 05 февраля 2016 года, а также текста пункта 2 протокола общего собрания участников общества следует, что в телеграмме практически полностью изложено решение собрания по вопросу о снятии ФИО3 с должности генерального директора.

Кроме того, при подаче искового заявления в Арбитражный суд Московской области ООО «Восток-ЖБИ» в качестве основания заявленных требований о передаче документов указывалось, что ФИО3 был снят с должности генерального директора и после увольнения не передал документы общества вновь назначенному генеральному директору. Решение Арбитражным судом Московской области по заявленным требованиям, в соответствии с указанными основаниями было вынесено и вступило в законную силу 04 июля 2016 года.

Данные обстоятельства опровергают довод истца и представителя истца о том, что ФИО3 узнал только 03 ноября 2016 года, при получении копии протокола общего собрания, о нарушении своего права. 

Кроме того, даже с учетом того, что истец считает, что он узнал о нарушении своего права 03 ноября 2016 года, то с исковыми требованиями он мог обратиться в срок до 03 февраля 2017 года включительно, однако заявление им направлено в суд только 04 февраля 2017 года, согласно имеющегося в деле конверта почтового отправления, на котором имеется штамп с указанием даты отправления «04.02.17 года», то есть по истечении установленного срока.

Кроме того, истцом суду представлена копия приказа о приеме его на работу от 04 марта 2015 года, из которого следует, что ФИО3 принят на постоянную работу в ООО «Восток-ЖБИ» с тарифной ставкой (окладом) … рубля … копейки. Данный приказ подписан ФИО3 как генеральным директором. Основанием издания данного приказа указан протокол №1/15 общего собрания участников ООО «Восток-ЖБИ» от 02 марта 2015 года.

Однако из копии протокола от 02 марта 2015 года №1/15 следует, что на собрании участников общества принято решение только о назначении на должность генерального директора ФИО3, решения об установлении оклада на собрании не принималось. 

Никаких других документов, которые подтверждали бы установление ФИО3 как генеральному директору оклада в размере … рубля … копейки истцом не представлено.

Суд также считает, что необходимо отказать истцу в удовлетворении требований о возмещении морального вреда.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Однако пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года №10 (ред. от 06 февраля 2007 года) «Некоторое вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» предусмотрено, что если требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения личных неимущественных прав и других нематериальных благ, то на него в силу статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется, кроме случаев, предусмотренных законом. 

В случае, когда требование о компенсации морального вреда вытекает из нарушения имущественных или иных прав, для защиты которых законом установлена исковая давность или срок обращения в суд (например, установленные статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора), на такое требование распространяются сроки исковой давности или обращения в суд, установленные законом для защиты прав, нарушение которых повлекло причинение морального вреда.

В данном случае судом установлено, что истцом пропущен срок обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора и оснований для восстановления данного срока не имеется, в связи с чем суд считает, что поскольку по делу представителем ответчика заявлено ходатайство о применении пропуска срока исковой давности, то и при решении вопроса по требованиям истца о взыскании морального вреда также необходимо исходить из того, что на такое требование распространяется срок исковой давности и последствия его пропуска. А поскольку оснований для восстановления пропущенного срока нет, то это является основанием для отказа истцу в удовлетворении заявленного требования о возмещении морального вреда.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что необходимо отказать истцу в удовлетворении заявленных требований о взыскании суммы компенсации, предусмотренной ст. 279 ТК РФ и взыскании суммы компенсации за причинение морального вреда в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявленных требований к ООО «Восток-ЖБИ» о взыскании суммы компенсации, предусмотренной ст. 279 ТК РФ в размере …. рублей … копейки и суммы компенсации за причинение морального вреда, ФИО3 – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Шуйский городской суд Ивановской области в течение месяца со дня принятия данного решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: подпись А.А. Сорокина

Решение в окончательной форме изготовлено 14 марта 2017 года.

Председательствующий: подпись А.А. Сорокина 

СОГЛАСОВАНО.

Судья А.А.Сорокина