Дело № 2-1-217/2020

УИД 64RS0010-01-2020-000094-79 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 февраля 2020 года г. Вольск 

Вольский районный суд Саратовской области в составе председательствующего судьи Строгановой Е.В.,

при секретаре Визгаловой А.Д., 

с участием ответчика ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Государственного казенного учреждения Саратовской области «Управление социальной поддержки населения Вольского района» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

Государственное казенное учреждение Саратовской области «Управление социальной поддержки населения Вольского района» (далее ГКУ СО «УСПН Вольского района» обратилось в Вольский районный суд Саратовской области с исковым заявлением к ФИО1, указав, что ответчик с 01.03.2018 года по 28.11.2019 года работал в ГКУ СО «УСПН Вольского района» в должности начальника отдела организации социальных выплат.

Согласно занимаемой должности и на основании коллективного договора ГКУ СО «УСПН Вольского района» и работников, работникам такой категории предусмотрен дополнительный отпуск в количестве 5 календарных дней. Данное положение отражается в пункте 20 трудового договора № от 01.03.2018 года, заключенного между ФИО1 и ГКУ СО «УСПН Вольского района». Общее количество календарных дней отпуска у данной категории работников составляет 33 календарных дня (28 календарный дней основной отпуск и 5 календарный дней дополнительный отпуск).

ФИО1 был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск за период работы с 01.03.2018 года по 28.02.2019 года в количестве 33 календарных дней, и за период 01.03.2019 по 29.02.2020 года в количестве 33 календарных дней.

ФИО1 уволен с занимаемой должности по собственному желанию, согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с 28.11.2019 г. Заявление об увольнении было написано собственноручно 13.11.2019 года- в период временной нетрудоспособности, что подтверждается листком нетрудоспособности №, что повлекло наложение периодов. Листок нетрудоспособности был оформлен с 07.11.2019 года по 27.11.2019 года, в период ежегодного отпуска с 05.11.2019 года по 18.11.2019 года. Таким образом, период с 07.11.2019 по 18.11.2019 должен быть перенесен по желанию работника на другое время при условии сохранении трудовых отношений (ст. 124 ТК РФ).

Поскольку заявление об увольнении было подано работодателю в период временной нетрудоспособности, то двухнедельный срок предупреждения об увольнении (ч. 1 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации) попал на период временной нетрудоспособности с 13.11.2019 года по 27.11.2019 года.

ФИО1 использовал свое право на отпуск полностью, однако не отработал до конца года за который ему предоставлялся отпуск, в связи с чем образовалась переплата сумм денежных выплат к ежегодному отпуску в размере 19 155 руб. 86 коп.

ГКУ СО «УСПН Вольского района» вручило 25.12.2019 года ФИО1 уведомление об образовавшейся задолженности, с предложением ее оплатить, которое ответчиком оставлено без внимания.

Согласно п. 4 ч. 2 ст. 137 Трудового кодекса Российской Федерации, такая задолженность была бы удержана из сумм выплат, причитающихся работнику при увольнении, однако на момент увольнения ФИО1 периода для начисления заработной платы не имелось.

Просит взыскать с ответчика в пользу ГКУ СО «УСПН Вольского района» сумму переплаты денежных выплат к ежегодному отпуску в размере 19 155 руб. 86 коп.

Истец о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, своего представителя в судебное заседание не направил, просил рассмотреть дело в отсутствие представителя, исковые требования поддерживает.

Ответчик в судебном заседании исковые требования не признал полностью, по основаниям, изложенным в письменных возражениях, согласно которым работодатель в день его увольнения выплатил ему денежные средства в размере 19 069 руб. 70 коп., не удержав с него при расчете указанную сумму. В случае удержания этой суммы его долг перед ГКУ СО «УСПН Вольского района» составил бы всего 86 руб. 16 коп.

Руководствуясь положениями ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие представителя истца.

Выслушав ответчика, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и из материалов дела следует, 01.03.2018 года между ГКУ СО «УСПН Вольского района» и ФИО1 был заключен трудовой договор №, ответчик принят на должность начальника отдела организации социальных выплат.

Согласно п. 19, 20 указанного трудового договора ФИО1 предоставляется ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 28 календарных дней и дополнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью 5 календарных дней (33 дня).

За отработанный 2018-2019 год ФИО1 по его заявлениям был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск в количестве 33 рабочих дней (л.д. 12, 14).

За 2019-2020 год ФИО1 по его заявлениям также был предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск в количестве 33 рабочих дней: с 19.07.2019 года по 06.08.2019 года и с 05.11.2019 года по 18.11.2019 года (л.д. 16,18), из которых 8,25 дней были предоставлены авансом (л.д. 24-25).

13.11.2019 года - в период временной нетрудоспособности с 07.11.2019 года по 27.11.2019 года (во время очередного оплачиваемого отпуска с 05.11.2019 года по 18.11.2019 года) ответчик обратился к работодателю с заявлением об увольнении с занимаемой должности по собственному желанию с 28.11.2019 года (л.д. 20, 22).

Приказом от 28.11.2019 года № ФИО1 был уволен с 28.11.2019 года по собственному желанию согласно п. 3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса.

За 8,25 дней ежегодного оплачиваемого отпуска предоставленного авансом ФИО1 образовалась переплата денежных выплат к ежегодному отпуску в размере 19 155 руб. (л.д. 24-25).

В соответствии с абз. 5 ч. 2 ст. 137 ТК РФ удержания из заработной платы работника для погашения его задолженности работодателю могут производиться при увольнении работника до окончания того рабочего года, в счет которого он уже получил ежегодный оплачиваемый отпуск, за неотработанные дни отпуска. Удержания за эти дни не производятся, если работник увольняется по основаниям, предусмотренным п. 8 ч. 1 ст. 77 или п. п. 1, 2 или 4 ч. 1 ст. 81, п. п. 1, 2, 5, 6 и 7 ст. 83 настоящего Кодекса.

Согласно ч. 4 ст. 137 ТК РФ заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении норм трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана, за исключением следующих случаев: при счетной ошибке; если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (ч. 3 ст. 155 ТК РФ) или простое (ч. 3 ст. 157 ТК РФ); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом.

Согласно ч. 1 ст. 1102 ГК РФ, лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Согласно ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Приведенные нормы права содержат исчерпывающий перечень случаев, когда допускается взыскание с работника излишне выплаченной заработной платы, и согласуются с положениями ст. 8 Конвенции Международной организации труда от 01.07.1949 г. N 95 "Относительно защиты заработной платы", разрешающими производить вычеты из заработной платы только на условиях и в пределах, предписанных национальным законодательством или определенных в коллективных договорах или в решениях арбитражных судов, а также согласуются с положениями ст. 1 Протокола N 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод, предусматривающими право каждого физического и юридического лица на уважение принадлежащей ему собственности и ее защиту, обязательными для применения в силу ч. 4 ст. 15 Конституции Российской Федерации, ст. 10 ТК РФ.

Таким образом, нормы международного, трудового и гражданского права не содержат оснований для взыскания суммы задолженности в судебном порядке с работника, использовавшего отпуск авансом, если работодатель фактически при расчете мог (или не смог) произвести удержание за неотработанные дни отпуска (в том числе вследствие недостаточности сумм), причитающихся при расчете.

Из расчетного листка ФИО1 за ноябрь 2019 года усматривается, что долг ФИО1 перед ГКУ СО «УСПН Вольского района» на день увольнения составлял 19 155 руб. 86 коп.

Из объяснений ответчика следует, что указанная денежная сумма была ему перечислена работодателем на его зарплатную карту в день увольнения. 

Таким образом, в день увольнения ФИО1 истец имел возможность удержать с ответчика указанную денежную сумму, однако не сделал этого.

Оценивая представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что в случае, если работодатель при увольнении работника не произвел удержание сумм оплаты за неотработанные дни отпуска, то он не вправе взыскать эти суммы с бывшего работника в судебном порядке, за исключением случаев недобросовестности в действиях работника или счетной ошибки. Такие исключительные обстоятельства в ходе судебного разбирательства установлены не были, в связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения заявленных исковых требований истца.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований Государственного казенного учреждения Саратовской области «Управление социальной поддержки населения Вольского района» к ФИО1 о взыскании неосновательного обогащения, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Вольский районный суд Саратовской области в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме принято 13 февраля 2020 года.

Судья Строганова Е.В.